Телохранитель. Спасти ее...

Оставив шлейф сладких духов, выходит из квартиры, громко хлопнув дверью. Возвращаюсь на кухню и открываю холодильник. Жрать хочу, тем более мне разрешили, по старой так сказать дружбе.

Нахожу куриный суп, наливаю в тарелку. Пока тот греется в микроволновке, режу салат. Тем временем думаю, думаю и не вижу другого решения, как позвонить Кравцову Роману Алексеевичу. Он поможет, но мозг вы@бет по полной. Он первый помощник президента и родной брат моего отца. Предлагал устроить к себе, когда я только перебрался в Москву. Но я тогда сам хотел, а ума хватило только с бандитами связаться.

Ополоснув за собой посуду, прохожу в просторную гостиную. В квартире у Лизки чисто и светло. Когда мы с ней жили вместе, так же было. Сажусь на диван, прикрывают глаза. Сижу так около получаса и решаюсь набрать номер.

- Да? Привет, – слышу на том конце.

- Привет, дядь Ром, поговорить надо.

- Вляпался, да? А я говорил, – заказываю глаза. Началось.

- Поможешь или нет! – получается немного грубо.

- Ты, где сейчас? – спрашивает, немного смягчившись.

- Я в Верее. У жены, – говорю смело. Мой телефон Борисыч не прослушивает и не отслеживает, в этом я точно уверен.

- Ну, ты даёшь, … Что, все так серьёзно?

- Серьёзнее, чем ты думаешь.

- Мне ехать часа два до тебя, плюс дела разгрести ещё нужно. Давай к восьми вечера встретимся?.. Пойдёт? – предлагает, а мне все равно, другого не остаётся.

- Пойдёт, позвонишь, я подъеду, куда скажешь, – отключаюсь и заваливаюсь спать.

Просыпаюсь от звонка телефона, на экране д. Рома.

- Слушаю, – отвечаю сразу.

- Я в городе, ресторан «Агдам» на набережной. Давай подъезжай… Жду.

Всегда собран и не многословен, как и отец. Я такой же.

Прохожу в ванную, умываю лицо прохладной водой. Иду в прихожую обуваться. В квартире уже темно и по-прежнему, тихо. Значит, жена ещё не вернулась. Беру с комода ключи, если честно не уверен, что пустит назад, поэтому лучше перестраховаться.

Подъезжаю к назначенному месту, машина дяди уже припаркована на стоянке. Захожу в ресторан ищу его глазами. Посетителей мало, дядю вижу сразу. Он сидит, откинувшись на спинку стула, в костюме и при галстуке. Как они ему не надоели за столько лет? Ненавижу костюмы.

Прохожу между столов, сажусь напротив. Упершись локтями в стол, ложу голову на сцепленные руки, смотрю в глаза, жду реакции.

- Давай рассказывай, что натворил, – говорит, отпивая газированную воду из стакана.

- Я похитил дочку президента, а потом помог ей сбежать, – говорю без лишних предисловий и немного улыбаюсь. Звучит дико даже для меня.

Лицо дяди Ромы вытягивает и приобретает белый оттенок. Бля, как бы инфаркт, не шарахнул. Надо было его, как-то подготовить.

- Ты совсем охренел?! – рычит, чуть наклонившись ко мне.

К столику подходит официант, ставит на стол две тарелки со стейками и два овощных салата. Сидим и сверлим друг друга глазами. Дядя отмирает первым.

- Заказал на свой вкус. Подумал, ты не будешь против, – берет вилку и нож, принимается за мясо.

- Сегодня не буду…

- Ну то, что ты конкретно попал объяснять не буду, ты и сам все понял. Сегодня Дмитрий Анатольевич с Ксенией ездили в СК. Девчонка дала показания, – я напрягаюсь.

Сука, сдала меня Мелкая, теперь ещё и от ментов бегать. Или уж лучше пусть посадят, чем убьют. Но дядя Рома решил меня удивить.

- Сдала меня? – спрашиваю, не выдержав первым.

- Она описала парня, среднего роста, со светлыми волосами, худощавого. На сером «хендае», – говорит с усмешкой. - Знаешь такого?

Беру стакан с водой со стола делаю глоток. Пздц. Почему она меня не выдала? Зачем дала ложные показания? Ничего не понимаю. Больше не разговариваем, уткнувшись каждый в свою тарелку, дружно жуем мясо.

- Мне теперь, что делать?.. – отмираю первым. - Я так понимаю менты меня искать не будут? – размышляю в слух. - Грому найти меня дня два, три не напрягаясь. А как только найдет меня, то сразу закопает.

- Дмитрий Анатольевич ищет хорошего телохранителя для своей дочки, у него проблемы. Ему угрожают и шантажируют. После похищения все только усугубилось, – вещает дядя Рома. Я откладываю вилку и нож. Это пздц.

- Ты мне хочешь предложить, таскаться за Мелкой и охранять её? – откидываюсь на спинку стула, и поднимаю лицо к потолку. Ну уж нет, лучше Борисычу сам сдамся.

- А ты, что хочешь предложить?! – заводится дядька.

- Я не буду её охранником! – отрезаю резко. – Я не хрена не телохранитель.

- Тогда я сам лично сдам тебя ментам, посидишь, подумаешь. Может поумнеешь, – тон убавил, но взглядом четвертовать хочет.

- Ладно, дядь Ром, я сам придумаю, что ни будь. Не забивай голову, – поднимаюсь со стула, собираюсь уходить. Но слышу грубый рык с места напротив и сильный удар ладоней о столешницу.

- Сидеть!

Мои брови взлетают вверх. Немного помешкав, сажусь на свое место. Никогда его таким не видел.

- Ты понимаешь, своей башкой, что он тебя убьет, когда найдёт?

- А так он убьет меня вместе с девчонкой, – стою на своём.

- Если тебя возьмут в штат, ты будешь под защитой президента. Гром не полезет в эту сторону. К тому же кроме тебя будет еще охрана. Я поговорю с Дмитрием, скажу, что нашёл нужного человека, а ты давай не подведи, – говорит уже спокойно.

Сделав глоток воды, продолжает:

- Сейчас едешь со мной в Москву, а завтра идём с тобой к президенту устраивать тебя на работу.

Пока я пребываю в шоке, Роман Алексеевич расплачивается с официантом, встаёт и идёт на выход. Мне не остаётся ничего другого, как сделать то же самое.

На улице ветрено, но тепло. Уже почти одиннадцать ночи. В квартиру жены решаю не возвращаться. Роман Алексеевич просит, чтобы я отдал ключи от своей машины его водителю, а сам поехал с ним на его бронированном внедорожнике. Рассевшись по машинам, трогаемся.

В Москву приезжаем далеко за полночь. Глаза слипаются от недосыпа. Родственник предлагает заночевать у него, я с удовольствием соглашаюсь. Устал ужасно.

Утро начинается, с громких матюков, любимого дяди. Продрав глаза, захожу на кухню, где лицом к окну стоит дядя Рома с телефоном у уха и громко орет. Его жена Елена сидит за столом с чашкой кофе, бледная и расстроенная. Сажусь напротив неё и жду непонятно чего.

Закончив разговор, Роман Алексеевич отключает телефон и бросает его на мраморную столешницу гарнитура. Разворачивается и хриплым голосом произносит:

- Твою машину вчера взорвали на подъезде к Москве… Водитель погиб.

Словно кипятком в лицо плеснули. Морда горит в ушах долбить пульс. Как так-то? Не могу в это поверить.

- Пол Москвы на ушах, – продолжает он, – твой Громов совсем страх потерял.

Я молчу. Сердце колошматит в груди. Не знаю, что делать дальше.

- А ведь он думает, что взорвал тебя, – сунув руки в карманы черных брюк, продолжает рассуждать родственник.

- Я это понял, – отвечаю хриплым голосом. – Что теперь?

- Теперь ты пойдешь телохранителем к дочке президента, и это не обсуждается. Пока он будет думать, что убрал тебя, тебе ничего не грозит. На время сделаем тебе другие документы. И если он взбунтовался, то Ксюшку лучше тебя никто не защитит, – немного помолчав добавляет, - Ей грозит опасность…

Елена делает две чашки кофе - своему мужу и мне. Ставит на стол бутерброды и печенье. Завтракаем в тишине. Я перевариваю свалившуюся информацию.

Борисыч хотел меня убить. Нет, не так. Он думает, что убил меня. Вот так просто, после стольких лет работы, не моргнув и глазом. Значит, впредь умнее буду. Допиваю кофе и собираюсь на смотрины к президенту.

Про себя усмехаюсь и думаю, как один поступок может изменить жизнь. Ведь если бы я не помог девчонке, сейчас спокойно работал бы дальше. Но оставить её там с этими мудаками я не смог бы. Я все сделал правильно. Просто теперь надо немного разгрести последствия.

Глава 7

Ксения.

Просыпаюсь и сладко подтягиваюсь в кровати. Голова утопает в мягких подушках, вставать совсем не хочется. Все самое страшное позади. Осталось только документы в академию подать. Но мы с папой решили это сделать в конце июля. Время еще есть.

Из дома меня пока не выпускают, так что можно поваляться. Зависаю на час в телефоне, а потом плетусь в душ. Надеваю белые джинсовые шорты и короткий розовый топ, на голове делаю высокую гульку. Спускаюсь на кухню.

Людмила, что-то готовит. Увидев меня, улыбается и предлагает завтрак. Я очень голодная, поэтому охотно соглашаюсь. Сегодня у неё блинчики со сгущёнкой. Съедаю три штуки, так что дышать тяжело становится и откидываюсь на спинку стула.

- А, где родители? – спрашиваю у женщины.

- С утра как уехали, так ещё не возвращались, – отзывается она.

- Ясно. Спасибо за завтрак.

Выхожу на задний двор к бассейну и устраиваюсь на плетеном кресле в тени. Я люблю здесь сидеть. Большой бассейн с голубой водой так и манит окунуться. Устраиваюсь на кресле и прикрываю глаза. Кайф-ф-ф.

События последних дней стараюсь не вспоминать. Но в голову лезут странные мысли. Не о похищении и не об ангаре, где меня держали, и даже не о парнях, которые меня чуть не изнасиловали.

Я думаю о нем.

Где он сейчас? Грозит ли ему опасность? Может его уже убили, люди на которых он работал. А ещё я вспоминаю его прикосновение к моей руке. Как он крепко сжимал пальцы на моём запястье и тащил за собой в машину. И его бирюзовые глаза, я смога их чётко разглядеть, когда вышла из машины и повернулась, чтобы сказать спасибо. Они невероятной красоты и глубины. В них можно утонуть.

Из раздумий выдергивает звонкий голос Людмилы:

- Ксюшка! Тебя отец ждёт в кабинете.

- Он вернулся?

- Вернулся. Беги быстрее.

Поднимаюсь с кресла и иду к нему в кабинет. По-хозяйски открываю дверь.

- Привет. Звал?

В кабинете папа не один. Его гость сидит ко мне спиной, не поворачивается. Парень с широкими плечами, коротко стриженными тёмными волосами на затылке. Отмечаю это у себя в голове за секунду, но не могу понять, зачем я здесь. Неожиданно для себя улавливаю знакомый аромат.

- Ксения, – начинает папа, – после случившегося я принял решение, что тебе на время, пока я не решу некоторые вопросы, нужен телохранитель.

Папа закрывает рот, а моя челюсть с грохотом падает на пол. Что-о-о-о?

- Папа, какой ещё телохранитель?!

- Познакомься … Егор, – говорит отец, указывая на парня взглядом.

Тот поднимается с места и оборачивается ко мне.

Моя челюсть с грохотом удаляется о пол ещё раз, потому что, передо мной тот самый парень, который меня спас. Не может этого быть! Как такое вообще возможно?

Замираем оба, смотрим друг другу в глаза. Его холодный бирюзовый взгляд, пробирает до костей. По спине идет холодок. Мои ноги прирастают к полу.

Сбрасываю оцепенение и перевожу взгляд на папу. В его глазах читаю «можешь даже не спорить». Но на весь кабинет взвизгиваю:

- Нет, папа!

Разворачиваюсь и собираюсь выйти. У самой двери слышу строгий голос отца:

- Я тебя не отпускал!

Рука замирает на дверной ручке, но лишь на мгновение. Ослушавшись, все же выбегаю из кабинета, громко хлопнув дверью. Взлетаю на второй этаж и закрываюсь в своей комнате. Прислонившись спиной к дверному полотну, тяжело дышу. Откуда он взялся? Он совсем не боится, что я могу сдать его отцу?

Мой отец мужчина средних лет, довольно привлекательной внешности. Высокий, крепкого телосложения. У него черные волосы, с легкой сединой. Папа всегда гладко выбрит, выглядит стильно и элегантно. Иногда между его бровями появляется глубокая морщинка, но это скорее от усталости и бесконечной работы.

С детства я приучена уважать своих родителей, а уж тем более отца. Его слово в нашем доме закон, и никто и никогда это правило не смел нарушать. Но сегодня я с ним не согласна. Нанять мне в телохранители человека, который возможно причастен к моему похищению. Да он убьет меня при первой же возможности! Для этого и устроился к отцу.

А где же его хваленая служба безопасности, которая проверяет всех работающих в штате президента, вплоть до анализа мочи? Нет, я не доверю свою жизнь этому человеку.

Открываю ноутбук и сидя на кровати по-турецки начинаю искать какой-нибудь сериал. Нужно отвлечься. Но настроиться на просмотр фильма так и не выходит. Может мне следует рассказать отцу, что именно он помог мне сбежать? И скорее всего, причастен к моему похищению. Но ведь тогда, его точно посадят. И это будет моя благодарность за спасение? Нет, нужно сделать так, чтобы он сам ушёл и как можно скорее.

Из комнаты я показательно больше не выхожу. Ближе к ночи желудок сводит от голода и, я решаю спуститься вниз. В доме темно. Захожу на кухню, включаю свет. Нахожу в холодильнике салат и жаркое. Разогреваю незатейливый ужин и принимаюсь за еду. Пополнив организм калориями, возвращаюсь в свою комнату, но останавливаюсь у лестницы.

Родителей в доме нет, они уехали, я видела в окно. А где Егор? Он остался в доме или тоже уехал?

Ему могли предоставить только одну комнату в этом доме и, я решаю проверить. Прохожу через гостиную, иду по длинному коридору, освещенному несколькими ночниками, останавливаюсь у открытой двери. Замираю на секунду, делаю шаг вперед.

Большая просторная комната, по левую сторону которой несколько одинаковых шкафов. Справа большая кровать, убранная светлым покрывалом, две прикроватные тумбочки. Панорамное окно во всю стену, перед которым на длинном столе стоят четыре больших компьютерных монитора. Все они светятся голубым светом. За столом в кресле сидит ОН и что-то рассматривает на экране.

В комнате полумрак, на улице уже стемнело, окно задернуто жалюзи. Приходит мысль, уйти пока он меня не заметил, но я редко поступаю по-умному. Эмоции хлещут через край, и я подхожу к парню. Сердце бешено бьётся в груди, ладошки становятся важными, с трудом наполняю легкие воздухом. Он сидит спиной, кажется, не слышит меня.

- На, что ты рассчитывал, когда пришёл сюда работать?! – начинаю говорить уверенно и громко.

Он медленно поворачивает кресло. Смотрит мне в глаза. Я замираю.

На нем синие джинсы и черная футболка, на запястье часы. Волосы на макушке слегка взъерошены.

- Ты думаешь, если я не рассказала отцу всю правду, смолчу и сейчас? Ты уйдёшь из этого дома! Завтра! Уволишься, ты понял?! Или я сдам тебя, расскажу, что ты причастен к моему похищению! – говорю и тычу в его сторону указательным пальцем.

Его брови медленно ползут вверх, моя бравада резко сходит на нет. Он встаёт с кресла, в один шаг оказывается рядом со мной. Я забываю, как дышать. Кровь приливает к лицу, щеки начинают нещадно гореть.

Закусываю губу, но взгляда не отвожу. С новой порцией воздуха в нос попадает знакомый запах его туалетной воды. Он давит на меня своей энергетикой, воздух между нами накаляется и начинает потрескивать.

О чем я думала, когда шла к нему?

- Все сказала?.. – говорит хриплым голосом. - Я не боюсь ни тебя, ни твоего отца. Можешь прямо сейчас бежать и жаловаться, мне плевать, – говорит тихо, а у меня волосы на затылке шевелиться начинают и по спине разбегается табун мурашек.

А потом одна его ладонь ложится мне на горло и чуть сдавливает. Я перестаю дышать. Он приближает свое лицо к моему и тихо говорит прямо в губы:

- Пошла вон!..

Эти слова ударяют больнее пощёчины, в глазах собираются предательские слезы. Он убирает руку, но продолжает смотреть в глаза. Какое-то время я не двигаюсь, а когда прихожу в себя выбегаю из его комнаты. Бегу к себе не чувствуя пола под ногами.

Да, что он себе вообще позволяет? Кто он на хрен такой? Козел. Завтра же расскажу отцу про него все, что знаю. Пусть закроет его лет на двадцать.

Падаю на свою кровать и зарывшись лицом в подушки плачу. Нервы и так в последнее время на пределе. Похищение вытянуло остатки моего самообладания, а теперь ещё и этот урод в моем доме. Нужно с этим, что-то делать.

Глава 8

Ксения.

Просыпаюсь по будильнику. Хочу застать папу дома. Поднимаюсь с постели, иду в ванную. Встав у раковины, смотрю на себя в зеркало. Глаза распухли и покраснели, кожа немного воспалена. Я прорыдала почти до утра, пока не закончились слезы. Принимаю прохладный душ, сушу волосы феном, наношу на лицо увлажняющий крем. Надеваю легкий сарафан и, спускаюсь вниз.

На кухне слышны голоса. Он завтракает, отлично. Хочу поговорить с ним прямо сейчас. Пусть знает, какого придурка, он впустил в дом. Решительно захожу на кухню. За столом отец и … Егор. Пьют кофе и что-то тихо обсуждают. Застываю на пороге в нерешительности.

- Доброе утро, дочка. Ты чего, так рано проснулась? – спрашивает отец, первым увидев меня на пороге.

Я ждала воспитательную лекцию, после вчерашней выходки, но отец выглядит доброжелательно. На его лице приветливая улыбка.

- Доброе утро, – говорю, одно на всех. – Папа, я поговорить хотела… это важно.

Егор, сидящий ко мне спиной, оборачивается в пол оборота. Смотрит с прищуром. Взгляд его голубых глаз обдает арктический холодом. Обнимаю себя за плечи.

- Доброе утро, – произносит и натянуто улыбается.

Это вообще, что? Он испугался? Или это какой-то ход?

- Я сейчас очень занят, милая. Мы с Егором уедем сейчас. Можно попросить тебя не выходить никуда с территории дома? А вечером, когда я вернусь, мы обязательно поговорим.

- Хорошо… тогда вечером, – мямлю негромко и поворачиваюсь к выходу из кухни.

- Завтракать не будешь?

- Нет, я не голодна. Хорошего дня, – желаю, поворачиваясь к мужчинам спиной и выхожу.

Поднимаюсь к себе, сажусь на кровать. Как же рассказать отцу всю правду? Теперь Егор наверняка понял, что я хотела нажаловаться отцу. А если захочет мне отомстить? Мы же ничего про него не знаем. Откуда он? На кого действительно работает?

День тянется ужасно долго. Из дома я могу выходить в сад, но за пределы территории особняка выходить без Егора мне запрещено. Да, что за черт!!! Откуда он взялся? В какой момент все перевернулось с ног на голову?

В семь вечера Людмила зовёт меня ужинать, а потом уходит домой. Она живёт недалеко от посёлка, её обычно отвозит водитель. Иногда она остаётся с ночёвкой. Сегодня из другого города к ней прилетает дочь и внучка, и она спешит к ним. Я надеюсь, что хотя бы родители вернутся пораньше и мне не придётся ночевать одной. Или, что еще хуже, вдвоём с охранником.

Но ближе к десяти вечера звонит мама и говорит, что они с папой улетели в Питер, и вернутся только завтра к вечеру. Пока разговариваю с родительницей, смотрю в панорамное окно гостиной. На улице темно, на участке включено освещение. Заметив движение, перевожу взгляд на открывающиеся ворота. На территорию медленно въезжает чёрный внедорожник. Отмечаю про себя, что раньше этой машины не было. Машина останавливается и из нее выходит Егор. Ну конечно, кто же ещё.

Хожу по комнате и жутко нервничаю. Не могу объяснить причину своей тревоги. Наблюдаю в окно, как Егор долго курит у гаражей, а потом идёт в дом для охраны.

Сидя на диване в темной гостиной, почти засыпаю. Глаза слипаются и решаю подняться к себе. Все равно не знаю о чем с ним говорить. Я его боюсь.

Надев пижамные короткие шорты и майку на лямках, ложусь в кровать. Долго ворочаюсь, но засыпаю. Просыпаюсь от странного жужжания. Открываю глаза в комнате темно. Дверь на балкон сегодня я оставила открытой, ночью душно. Кондиционер не люблю, потом от него у меня горло болит.

Поворачиваю голову в сторону, штора на окне поднята почти под потолок, в ней что-то запуталось и издает неприятный звук. Сердце от страха ударяется о ребра, тело покрывается мурашками. Замираю на миг, а потом начинаю визжать.

Штука под потолком мечется из стороны в сторону. Как ужаленная я подрываюсь с постели, запутавшись в одеяле падаю на пол. С трудом из него выбравшись, бегу к лестнице и кубарем скатываюсь на первый этаж.

На последней ступени подворачиваю ногу, зажмуриваю глаза от боли и выставив руки вперед лечу вниз. Но не падаю. Сильные руки перехватывают меня за талию. Открываю глаза, когда мои ладони касаются твердой груди.

- Там... Там, – мямлю задыхаясь от страха.

В этот момент гремит взрыв. Егор валит меня на пол и закрывает собой. Комната быстро наполняется дымом и запахом гари. Я лежу прижатая к полу, его тяжёлым телом и кажется, не дышу.

Лежим несколько секунд, потом Егор медленно встаёт, помогает подняться мне. Мое тело дрожит из глаз льются слезы.

- Ты как? – спрашивает, отстраняя меня от себя за плечи и разглядывая.

Я лишь мотаю головой в знак согласия. Парень обхватывает моё запястье горячими пальцами и ведёт в сторону коридора в правом крыле дома. Ничего не говорит, я послушно иду за ним. Сердце от страха стучит где-то в горле.

Егор заводит меня в свою комнату, сажает на кровать. Достаёт из шкафа чёрную толстовку и надевает её на меня. Я, как тряпичная кукла, лишь молча подчиняюсь.

Надев на меня толстовку, разворачивается к двери.

- Сиди здесь и не выходи из комнаты…

Уходит, плотно прикрыв за собой дверь. Я ложусь на край кровати, плотно поджав колени к животу. Сильно болит голова, в горле першит от запаха гари. От его толстовки пахнет знакомым парфюмом, тем же самым, что и от прошлой кофты. Зарываюсь носом в ворот и не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь, когда в комнате уже светло. Спина затекла от неудобной позы, голова так и не прошла. Приподнимаюсь на локтях и осматриваюсь по сторонам.

Откинувшись на спинку компьютерного кресла, сидит Егор. Его глаза закрыты, дыхание ровное, размеренное. Кажется, он спит.

Встаю с кровати и тихо подхожу к парню. Солнечные лучи, падающие из окна, ласкают кожу его лица. Волосы на макушке немного взъерошены, губы чуть приоткрыты. Белая футболка, облегающая его крепкое тело, испачкана сажей. Даже во сне выглядит сильным.

Вздрагиваю, когда он открывает глаза. И отступаю на шаг назад. Растерев лицо руками, Егор смотрит на меня. Застуканная на месте, я начинаю заливаться краской и отвожу глаза.

- Как дела? - спрашивает у меня хриплым от сна голосом.

- Нормально, - отвечаю не уверенно. - Что случилось?.. Родители приехали? – начинаю сыпать на него вопросами.

- В твою комнату запустили дрон. К нему было прикреплено взрывное устройство. И если бы ты не убежала...- замолкает и поднимается с кресла.

- Папа, знает?

- Да, я сообщил ему вчера. Они приедут часа через два. Если хочешь можешь здесь побыть… Твоя комната, к сожалению, немного пострадала.

Егор направляется в сторону двери, я иду за ним.

- Я, могу туда сходить? – спрашиваю в спину.

- Можешь… но со мной.

- Хорошо, - мотаю головой в знак согласия.

Егор выходит первым, я иду за ним. В коридоре, холле и гостиной открыты все окна. Клининговая служба приводит в порядок дом. Дымом почти не пахнет, в воздухе чувствуется только сладковатый запах средства для стекол. Поднимаемся на второй этаж. Егор первым заходит в мою спальню, я за ним.

В комнате чувствуется едкий запах гари. Делаю шаг проходя внутрь. Окна открыты, шторы сняты. Все поверхности моей мебели усыпаны пеплом и залиты пеной. Прижимаю ладонь ко рту. Поворачиваюсь к парню, он стоит, сложив руки на груди и подпирая косяк двери плечом.

- Посмотрела?.. Пойдём вниз, – поговаривает глухо.

- Можно я вещи возьму?

- Они пропахли дымом. Людмила, попросила горничных, привести их в порядок.

- Хорошо.

Проходя мимо Егора, случайно задеваю его плечом, мое тело прошивает током. Никак не отреагировав, он выходит за мной.

Спускаемся на первый этаж, Егор направляется к выходу.

- Спасибо, - говорю ему в спину.

Махнув головой мне в ответ, уходит на улицу. Провожаю его спину взглядом и иду на кухню. Наливаю стакан воды из графина и выпиваю половину. Подхожу к окну и наблюдаю, как Егор, задрав голову к небу, выпускает в него сизую струю дыма.