Мастер душ. Том 5

— Когда страдал у твоего деда. Мне нужно было отвлечься от вечных придирок, садизма со стороны старика и твоих невнятных жалобных блеяний, — пробурчал Павел, а мы тем временем остановились. Я осторожно вышел из машины, оглядывая очень древнюю полуразрушенную арку и табличку возле неё, на которой я смог прочитать, что находимся мы возле «Первого Московского кладбища».

— Как-то быстро мы доехали, — осторожно проговорил я, поворачиваясь так, чтобы видеть и Градова, и оставшегося внутри машины водителя.

— Есть такое. Несколько дней назад Юрий Владимирович дал мне карту, где были отмечены изломы пространства для быстрого перемещения из одной точки в другую, — проговорил начальник охраны. — И универсальный пропуск для некоторых автомобилей, способных пересечь эту аномалию. Странно было бы этим не воспользоваться.

— Допустим, потом дадите посмотреть мне эту карту? — вопросительно посмотрел я на Градова, на что тот просто кивнул. — Хорошо, тогда оставайтесь здесь.

— Но, оставлять вас одного не безопасно, да и к тому же у нас есть прямой приказ сопровождать вас везде в пределах столицы, — упрямо произнёс мужчина.

— Не безопасно вам находиться сейчас на территории кладбища, вы ведь не маги, — произнёс я и решительно переступил через арку, сразу же беря курс на покосившиеся кресты и полуразрушенные памятники, видневшиеся не так далеко от входа. — Странное место, — тихо прошептал я, когда понял, что именно меня настораживало в этом месте. Активировав зрение душ, я только убедился в своей догадке. — Здесь совершенно тихо и пусто. Похоже, на этом кладбище нет ни одной неупокоенной души.

— Да и откуда им здесь взяться, — фыркнул Павел. — В этом месте хоронили слуг, да обычных людей несколько столетий назад. Ну и в основном всякую нечисть, а у них души то особо и нет.

— И Лебедев именно сюда отправил Сергея для испытания его способностей. Да здесь, даже если бы всё было правильно в его расчётах, у него вряд ли бы что-то получилось, — я обернулся, но сквозь появившийся буквально из ниоткуда туман даже не смог различить позади себя арку, через которую вошёл, не говоря уже о том, чтобы убедиться, что с Градовым всё в порядке и он не последовал за мной.

Я чертыхнулся, когда из-под ног вылетела ворона и, громко каркая, унеслась куда-то в сторону от меня. Призвав трезубец, я пошёл по более-менее нахоженной тропинке, в надежде случайно наткнуться на Сергея. То, что Мила с Романом успели бы преодолеть такое расстояние и находились рядом с нашим некромантом, было сомнительно.

Туман становился всё гуще и словно облеплял не только тело, но и сознание. Идти становилось труднее. Было чувство, что кто-то хватает за ноги и пытается остановить, а перед глазами всё больше и больше скапливалась эта начинающая раздражать пелена.

— Интересный местный колорит, — раздался, как сквозь вату, голос перстня. — Мне даже стало любопытно, кого наш умелый некромант смог поднять? О, я уже нахожусь в предвкушении грядущей битвы…

Я тряхнул головой, быстро приходя в себя, и ударил трезубцем о землю. Волна первозданной энергии разнеслась в стороны, полностью очищая пространство вокруг меня от этой дымки. Сразу стало свободнее, только вот пелена перед глазами рассеивалась крайне неохотно.

— Триста метров прямо и пять шагов вправо, — разочарованно протянул Павел. — Я уж думал, что бобёр выберет какое-нибудь более живописное место для своих ритуальных плясок. Например, заброшенный склеп главы клана оборотней, он, кстати, здесь недалеко. Или в самом конце есть холм, где просто соорудили братскую могилу для десятка ведьм. Но нет, он выбрал самое открытое место, чтобы его мог заметить любой прохожий, или любая проходящая мимо нечисть.

Я увидел движение в указанном Павлом направлении и быстро дошёл до небольшой поляны, где царила спокойная и какая-то будничная атмосфера. В центре поляны рядом с выкопанными могилами на коленях сидел Сергей. Он только мазнул по мне разочарованным взглядом и снова уставился перед собой.

Рядом с ним на ветхой скамейке развалился Роман, подбрасывая какой-то камешек вверх и ловя его со скучающим выражением на лице. Чуть поодаль стояла Мила, опершись спиной о покосившийся памятник, и, нахмурившись, наблюдала за происходящим.

— М-да, я думал, здесь хотя бы пара трупов будет бегать, крики ужасов, драма, а здесь какой-то пикник на кладбище. Только пирожков не хватает, да камешка, чтобы с ним, как котёнок, наш кошкообразный носился. А нет, камешек есть, беру свои слова обратно. Это полное разочарование, — проворчал Павел еле слышно.

Я подошёл ближе, разглядывая аккуратно вычерченные на земле руны и два скелета, валявшиеся у ног Сергея в самых неестественных позах. Выглядели они так, словно их сбросили вниз с огромной высоты. Хотя, судя по тому, что я увидел, из могил они выбрались сами. Но на этом запас прочности древних останков закончился.

— Мне кажется, что-то пошло не так, — проговорил я, останавливаясь рядом с другом.

Сергей поднял голову. Его лицо было вымазано землёй, а в глазах читалась такая смесь обиды и разочарования, что я едва не рассмеялся.

— Ничего не вышло, — вздохнул он, махнув рукой в сторону скелетов. — Я всё сделал правильно! Руны проверил сто раз, направление потоков исправил. Но они просто выкопались и упали, и им всё равно на нити управления. Я их даже усилил, но всё равно ничего не получилось, — он потряс зажатым в руке черепом совы, изумрудные огоньки в глазах которой только начали затухать.

— Наверное, они просто не хотели тебя расстраивать, — раздался насмешливый голос Романа. Он не глядя поймал камешек и повернул голову в нашу сторону. — Или у них просто не было настроения.

— Да, или они стеснялись. У тебя же на них столько надежд было, а они, бедные, так разволновались, что не смогли показать себя во всей красе, — фыркнула Мила, подходя к нам ближе.

— Вы издеваетесь? — Сергей насупился и сжал губы. — Вас вообще никто не просил приходить. Как вы вообще меня нашли?

— Андрей сказал, — пожала Мила плечами. — Знаешь, Миш, он у тебя очень странный. Смотрел всё время, как мы носились в поисках нашего юного дарования, но сказал, где его искать, только когда я прямо у него спросила.

— Он никогда не вмешивается в чужие дела. Не будет же он говорить напрямую, что подслушал громкий разговор между Сергеем и Дмитрием Игоревичем, — не сдержавшись, рассмеялся я.

— Я, кажется, понял, о каком недочёте говорил Лебедев и почему направил бобра именно сюда, — задумчиво протянул Павел. — И если ты включишь хотя бы три извилины из имеющихся у тебя четырёх, то ты тоже поймёшь.

Я перестал смеяться и опустился на корточки, разглядывая руны. Они действительно были вычерчены идеально. В центре вместо жертв сейчас располагался некромант, но у него сил было бы достаточно, чтобы активировать этот круг. Я перевёл взгляд на безжизненные останки несчастных скелетов и резко повернул голову в сторону также встрепенувшегося Сергея.

— Мне кажется, до тебя тоже только что дошло, где ты прокололся? — прямо спросил я у некроманта, вскочившего на ноги и замахавшего руками. — Из чего Лыков делал своих марионеток?

— Я думал, что это тела давно усопших, потому что в них практически не было первозданной энергии, но что, если он просто тратил первозданную энергию на подпитку марионеток? — он лихорадочно заметался в ритуальном круге, потирая лоб. — Он сделал их из только что умерших людей? — вопросительно посмотрел некромант на меня.

— Возможно, и из живых людей, — возразил я. — Что, если эти руны не были перепутаны? Ведь смысл ритуала тогда кардинально меняется, — я кивнул на символы ритуального круга, и сам поднялся на ноги. — Именно поэтому у тебя ничего не получилось. У тебя есть энергия, но её нет в останках, которые ты призвал.

— И именно поэтому Лебедев разрешил тебе проводить эксперимент на старом заброшенном кладбище, — хихикнула Мила. — Но, надеюсь, ты не станешь никого убивать только для того, чтобы подтвердить свою теорию?

— Не буду, но если нам попадётся какой-нибудь свеженький труп, который плохо себя вёл при жизни, — хлопнул в ладоши Сергей, — то тогда я точно всё повторю, чтобы удостовериться в своей правоте.

— Кстати, вы как сюда так быстро добрались? — повернулся я к Миле и Роману, отошедшим в сторону и делившим между собой какой-то пирожок.

— На машине, — пробормотала Мила, откусывая кусок. У меня в этот момент в животе предательски заурчало, и я поймал себя на мысли, что не помню, когда в последний раз ел. — Попросили добросить нас у начальника твоего гаража, он не стал отказывать. Хочешь? Нам Андрей в дорогу немного положил, — она повертела в руках пирогом.

— А мне почему никто не предлагает? — возмутился Сергей.

— А ты и так много съел на ужин…

Милославу прервало громкое истеричное кваканье. Мы все замолчали и посмотрели в сторону душераздирающих звуков паники, издаваемых появившимся из-за полуразрушенного памятника Иннокентием.

— Кеша, что случилось? — присел на корточки Сергей, протягивая руки к своему зверю-помощнику. Иннокентий завопил ещё горестнее и запрыгал в сторону хозяина. Сделав финальный прыжок, он перелетел через него и вцепился мне в грудь.

— Ну и что тебя так напугало? — спокойным голосом произнёс я, не припоминая такой откровенной истерики от демонической жабы.

— Ква, — философски ответил мне Кеша и посмотрел мне прямо в глаза.

Всё ещё не проходящая пелена перед глазами стала ещё гуще, и через мгновение я вообще перестал что-либо видеть из-за клубившегося в глазах тумана. Я потерял опору под ногами и словно оторвался от земли, устремляясь куда-то вверх. Кажется, что-то подобное я уже чувствовал ранее, не без помощи этого демонического создания.

Оказался я на поляне, залитой каким-то странным светом. Вдали угадывались очертания серого здания, смутно знакомого. Приглядевшись, я понял, что оно очень сильно похоже на монастырь под руководством отца Фёдора, но всё же немного внешне отличалось от него. Стена, окружающая монастырь, была не такой высокой и монументальной, да и само здание было немного выше. К тому же наш монастырь находился на окраине оживлённого города, тогда как здесь он стоял на пустыре.

Я повернул голову на звуки хлопков и увидел, как в центре этой поляны начали появляться люди, облачённые в чёрные балахоны с глубокими капюшонами, скрывающими лица. Сколько времени прошло, пока они просто стояли и не двигались, я не знал. Как по мне, не меньше получаса, по истечении которых от каждого из появившихся начали отделяться нити изумрудного цвета. Они преобразовались в плотные жгуты и начали тянуться в центр круга, где начал формироваться знакомый чёрный монолит, внутри которого метались десятки душ. Полупрозрачные очертания людей бились о стенки демонической колонны, пытающейся проявиться в нашем мире. Души пытались вырваться наружу, но изумрудные нити втягивали их обратно и впитывали в себя эту сырую энергию.

Колонна постепенно проявлялась, начиная возвышаться надо мной и всеми, кто стоял по краям поляны. Очертания колонны пульсировали и пытались буквально раствориться, но изумрудные нити от стоявших людей хлынули новым, более мощным потоком, стараясь удержать её в этом мире.

Раздался очередной хлопок, и через разрыв в пространстве на поляну вышла женщина. Чёрные волосы обрамляли бледное лицо, а платье из тёмно-синего цвета очерчивало каждый изгиб идеальной фигуры. Она подняла голову и посмотрела прямо на меня иссиня-чёрными глазами. Демонический красный огонь вспыхнул в её глазах, и женщина улыбнулась, слегка прищурившись.

— Как нехорошо подглядывать, малыш, — проворковала она, и меня буквально выбросило в реальный мир.

Я резко открыл глаза, стараясь сделать вдох, видя лица обеспокоенных друзей, склонившихся надо мной.

— Я уже и забыл, что эта пакость может делать нечто подобное, — пробормотал я, скидывая с себя успокоившегося Иннокентия. — Узнай, что это за место у своей жабы, — процедил я, поднимаясь на ноги.

— Но как я могу…

— Да как хочешь! — рявкнул я, стряхивая с себя остатки земли и мелкие кости развалившихся скелетов. — Ртом, разумом, жестами. Мне нужно знать, где находится то место, любезно показанное мне Иннокентием. И да, приберитесь здесь. Нехорошо оставлять останки непогребёнными.

— А ты куда? — спросила Мила, делая шаг ближе ко мне.

— К Лебедеву, мне нужно срочно с ним встретиться, — проговорив это, я развернулся и быстро направился в сторону выхода.

— Да что ты там увидел? — крикнул мне вслед Сергей, но я лишь махнул рукой.

— Ты видел? — спросил я у Павла, что-то бормочущего с тех пор, как я очнулся на земле после такой подставы от Иннокентия.

— На удивление, да, — коротко ответил артефакт. — И я сейчас пытаюсь понять, что это за место, потому что надежды на жабу, а тем более на некроманта нет совершенно. Заодно хочу узнать, что это за демон. Красивая, чертовка, но это даже к лучшему: больше шансов, что быстро её идентифицирую.

— Отлично, — проговорил я, запрыгивая на заднее сиденье всё ещё припаркованного рядом с выходом автомобиля. — Узнайте, где Лебедев, мне нужно с ним срочно встретиться, — отдал я приказ Градову и откинулся на спинку кресла, закрывая глаза, чтобы проанализировать всё, что я заметил в том видении.

Глава 5

Я смотрел на мелькающие за окном автомобиля картинки и только сейчас смог обратить внимание на то, как резко меняется пейзаж. Похоже, мы действительно проезжали через какие-то проколы пространства или стационарные телепорты, чтобы быстрее перемещаться из одной точки огромного города в другую. Я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

— Нехорошо подглядывать, малыш, — тут же прозвучал в голове хриплый низкий женский голос, и раздался смех. Я тут же распахнул глаза, стараясь унять подкатившую к горлу тошноту.

— Тебя укачало? — раздался совершенно спокойный голос Павла. — К сожалению, ничем помочь не могу. Все запасы эликсиров от морской болезни у меня изъял тот покойный вампир, давший себя убить какому-то простенькому оборотню. До сих пор поражаюсь, как вампир может страдать от морской болезни, — презрительно фыркнул артефакт. — Но, я могу дать тебе пакет, чтобы ты не испачкал этот дорогой салон.

— Ты что-нибудь узнал о той женщине из видения? — поморщился я, потирая лицо руками. На меня волнами накатывала какая-то сонливость, а в ушах то и дело раздавался этот завораживающий смех. Я тряхнул головой, убирая наваждение, совершенно не чувствуя никакого на себя магического и демонического влияния.

— Ну, если бы ты хоть раз ознакомился с тем трудом испанского учёного и по совместительству маньяка, то тоже узнал бы очень быстро. Буквально на четвёртой странице, даже листать долго не пришлось, — едко отозвался перстень и зашелестел бумагой. — Могу дать подсказку: ты помнишь, кто создал твой кинжал? — как-то вкрадчиво поинтересовался Павел.

— Самигина, — сразу же всплыло имя демона в памяти. — Демон четвёртой колонны.

— В точку. Мы проверили, что память тебе не отшибло, — радостно оповестил артефакт. — И теперь, когда ты знаешь, с кем имеешь дело, ответь мне на один маленький и очень простой вопрос: почему этот кинжал до сих пор висит в ножнах на твоём боку и фонит демонической энергией с такой силой, что у меня волосы на животе поднимаются и подрагивают.

— У тебя нет волос, — привычно отмахнулся, после чего полностью проснулся и выпрямился на сиденье, прикасаясь к ножнам. — Я не… Что? — я одним движением достал кинжал Вечности, разглядывая ярко светившиеся в полумраке салона руны.

Волны демонической энергии исходили от него какими-то толчками, но я смог почувствовать это только сейчас, когда посмотрел на него. Причём фон действительно был таким мощным, что меня практически вжало в спинку, а пальцы на рукояти свело болезненной судорогой.

— Как я не почувствовал этого раньше? — спросил я, вглядываясь в начинающие всё чаще пульсировать руны, наконец заметив, что эта пульсация идёт в такт биению моего сердца.

— Ты меня спрашиваешь? — практически прокричал Павел. — Я тебе что, специалист по демоническим примочкам? Да я с ними сталкиваться начал, только когда с тобой связался, — немного остыл он, понизив голос практически до шёпота.

— Ладно, что о ней известно? — спросил я, всё ещё разглядывая кинжал. Что-то в нём изменилось, но я пока не мог понять, что именно.

— Память-то у тебя хорошая, только ты её совершенно не нагружаешь и не заполняешь нужной информацией. Я зачем тебе переводил на русский целую толстенную книженцию с испанского языка? — невозмутимо спросил меня мой артефакт, когда я осторожно вложил кинжал в ножны.

— Чтобы тебе удобнее было её перечитывать из раза в раз, — ответил я. — Рассказывай.

— О демонах первой десятки практически ничего не известно, — спокойно начал он. — Просто потому, что никто не пережил с ними встречи. Вы с дедом смогли уничтожить Паймона, демона десятой колонны, подло воспользовавшись его слабостью. Самигина раз в пять сильнее своего братца, и не рассчитывай, что при встрече с ней тебе поможет удача, непонятные артефакты с интересным названием и внезапно свалившийся с неба сильнейший маг империи. Я, конечно, не пессимист, но, думаю, второй раз тебе так не повезёт.

— Она не похожа на ту женщину с рисунка из твоей книги, — с сомнением произнёс я.

— Зато я прекрасно смог разглядеть символы на формирующейся колонне и только потом сообразил, что они похожи на печать создателя на твоём кинжале, — фыркнул Павел. — Кто знает, почему Самигина изменилась за столько веков. Может, это какая-то специфическая демоническая диета или способы омоложения. Она в первую очередь женщина, а только потом демоническая тварь с крыльями и способностями, которые тебе, Мишаня, и не снились.

— Я не понимаю, как мог Иннокентий связаться с ней через меня… Кинжал, — практически выкрикнул я, щёлкнув пальцами, отчего сидевший спереди Градов обернулся и вопросительно на меня посмотрел. Я махнул рукой, показывая, что обращаюсь не к нему, и когда он отвернулся, понизил голос: — И Кеша хоть и помощник Сергея, но всё же демонический зверь.

— Скорее всего, — задумчиво протянул Павел, явно размышляя над тем, что я только что сказал. — Может, она воспользовалась Иннокентием, чтобы, например, отыскать свой кинжал или тебя. Или тебя через кинжал, или наоборот. Здесь вариантов много, и пока не встретишься с ней лично, то никогда не узнаешь.

— Сомневаюсь, что захочу с ней встречаться…

— В общем, она управляет снами, — не дал мне договорить перстень. — И душами. Всё, что только можно сделать с душами и снами она делает, а чего не может, экспериментирует и потом делает.

— Как Сновидец с Восточной заставы? — уточнил я, потирая лоб. Похоже, от кинжала нужно избавляться, каким бы полезным он ни был в бою с Высшими демонами. Если Самигина находится рядом, то я для неё, как маяк.

— Сновидец — это ребёнок на её фоне, — усмехнулся артефакт. — Она занималась этим пять сотен лет назад, и кто знает, на какой уровень она возвела свои способности, и что придумала нового. Кстати, я узнал тот монастырь в видении, поэтому все вопросы ты можешь задать этой твари лично, если, конечно, она тебя сразу не прибьёт, как только ты попытаешься открыть рот.

— Оптимистично. Что за монастырь? — поинтересовался я, встрепенувшись, когда почувствовал, что машина замедлила ход. Выглянув в окно, я увидел, что мы въехали на территорию дворца.

— Заброшенный монастырь на севере Москвы. И таким он был ещё лет триста назад, когда я с одним из хозяев, любителем истории, бродил по лабиринтам этого здания. Там его, кстати, и прибили. Меня тогда подобрал один из клириков, но это вообще печальная история. Правда, тогда не было леса, поэтому я сразу его не узнал. Место и тогда было уже мрачным, а теперь и подавно, — почему-то понизил Павел голос, когда машина остановилась, а Градов вышел и подошёл к дежурившему у ворот стражнику.

— Это лишено логики. Не будет Высший демон так рисковать, находясь под носом у Светлейших князей, — покачал я головой.

— Если что-то хочешь спрятать, прячь на самом видном месте, — фыркнул Павел. — Да чего они там возятся? — возмущённо засопел он, когда по прошествии нескольких минут никто так и не соизволил нас пропустить через ворота.

— Что происходит? — прямо спросил я, открывая дверь и подходя к начальнику моей охраны, о чём-то спорившему с дежурным.

— Ни Лебедева, ни князя Уварова в столице нет, — повернулся ко мне Градов, когда я встал напротив замешкавшегося охранника. — А на территорию главной части дворца приказано никого не пропускать, даже вас, ваша светлость, — нахмурившись, произнёс он.

— Кем приказано? — спросил я у стражника.

— Его Величеством, императором Годуновым, — ответил он, пристально глядя на меня и сжимая в руке автомат. Так себе, конечно, охрана. Не думаю, что он, как и обычный меч, висевший на поясе, как-то спасёт от вторжения и нападения.

— Где Лебедев и мой дед? — продолжил я задавать вопросы, не сводя взгляда с парня.

— Князь Владимир Уваров отбыл ещё несколько часов назад на Северную заставу, а о местонахождении Лебедева не известно. Он отбыл из столицы и не сообщил о своём местонахождении, — практически подбирая каждое слово, неуверенно проговорил он.

— Хорошо, ладно. Похоже, Лебедев направился лично проверять полученную нами информацию, — выдохнул я, думая над тем, что делать дальше. О том, что где-то неподалёку резвится Самигина, всё-таки нужно доложить заинтересованным людям. — Свяжитесь с императором и сообщите, что я прошу срочную аудиенцию по важному делу.

Стражник кивнул и зашёл на территорию через калитку в воротах, так и не открыв их перед нами. Если честно, было непонятно, что происходит и к чему такое неожиданное затворничество со стороны императора.

Я вернулся в машину, чувствуя, как начинаю постепенно закипать. Градов остался стоять у ворот, ожидая решения императора.

— Как думаешь, что происходит? — спросил я у подозрительно молчавшего Павла, наблюдая за происходившим у ворот. — Он примет меня?

— Годунов? Нет, конечно, — фыркнул он, чем-то громко стукнув. — Если он отдал такой странный приказ, как только Лебедев и дед покинули столицу, то он либо чего-то боится, либо что-то затевает. Я ставлю на второе. Это он в окружении Светлейших князей такой душка и делает всё, что говорит ему сделать Малый Совет. Не забывай, кто его сын и что он сделал.

— А причём здесь его сын? — нахмурился я, потирая виски и доставая кристалл связи, который мне передал отец.

— Как это причём? Ты думаешь, он бросит свою единственную кровиночку в беде, даже после предательства и его мутации в недодемона? Да брось, это же банальная психология. Хочешь, проведу тебе несколько вводных лекций по взаимоотношению отцов и детей? — как-то воодушевлённо начал тараторить артефакт.

— Ваша Светлость, — дверь машины отворилась, и спереди сел Градов, повернувшись ко мне. — Годунов отказал в аудиенции, приказав передать вам, что у него сейчас дела государственной важности и он не может вас принять.

— Что я и говорил. Только оклемался, и у него сразу дела появились. У нормального человека может быть только одно дело после смертельной болезни, когда ничего конкретно важного не происходит: гладить кота, спать и попивать куриный бульончик, — тут же отозвался Павел, а я только покачал головой, сжимая в руке кристалл, чтобы связаться с отцом. Что бы здесь ни происходило, нужно, чтобы отец и другие Светлейшие князья об этом узнали.

Кристалл пульсировал красным, но связь почему-то не устанавливалась. Складывалось впечатление, что сигнал просто не проходит под действием каких-то заглушающих чар. То же самое я проделал, стараясь установить связь с Лебедевым или одним из Светлейших Князей, но результат был одним и тем же.

— Да уж, магия такая несовершенная штука, — протянул Павел. Градов всё это время смотрел на меня, видимо, ожидая какого-то приказа.

— У меня есть информация, — когда мне не удалось ни с кем связаться, привлёк к себе внимание начальник моей охраны. — До меня дошли слухи, что казнь Орловых и всех остальных причастных к перевороту отложена на сутки приказом императора.

— Почему? До семи утра ещё есть время, — недоумевал я, пытаясь связать в голове эту новость с внезапным затворничеством Годунова.

— Не известно, — пожал он плечами.

— Так, ладно. Поехали домой, будем в спокойной обстановке разбираться с тем, что делать дальше, — проговорил я, потирая глаза. Мой начальник охраны кивнул, и машина тронулась по знакомому мне маршруту.

— Слушай, я так и не понял, что именно нас глушит, но это не исчезает по мере удаления от подозрительного места в виде императорского дворца, — услышал я тихий голос Павла. — Мне всё это очень и очень не нравится. И почему Лебедев так похож на тебя? Слабоумие и отвага во всей красе. Чего ему дома не сиделось. Точно, он же какой-то дальний родственник твоей матери? Или я что-то путаю?