Мастер душ. Том 5

— И чем мне этот кинжал поможет? — с сомнением покосился я на древнеегипетский нож, на котором зрением душ не обнаружил ни единого наложенного заклинания, руны или печати. — Сомневаюсь, что у нас в столице водятся мумии.

— Миша, я, конечно, в бобра твоего верю, но не до конца. А про полезность этого ножичка я тебе уже говорил. Он сделан из метеоритного железа, пропитанного кровью кровавого феникса. Это не тот феникс, как твоя Милослава, но тоже приятного мало.

— Ты не ответил на мой вопрос, — покачал я головой, вновь беря в руки кинжал и проведя по лезвию пальцем. Действительно, то, что я изначально принял за ржавчину, ей не являлось. Я ничего про кровавых фениксов не знал, поэтому не мог теперь утверждать, что ничего необычного в этом клинке не было.

— Миша, мумии — это загадочно, эстетично и интересно, — терпеливо и практически по слогам начал отвечать перстень. — А вот ожившая мумия без души — это обычный зомби, уже не такой милый, спокойный и умиротворённый. И вообще, запомни, что нет ничего хуже для проведённого эксперимента, чем внезапно оживший труп какого-нибудь мага седьмого уровня. Считай, что это план «Б», если вы с некромантом и его жабой не справитесь и просто так не упокоите их обратно.

— И сколько всего у тебя разработано планов? — уточнил я, подходя к двери, услышав едва слышимые до этого шаги. Звуки прекратились рядом с моей комнатой секунд тридцать назад, но в дверь так и не постучались, поэтому я решил первым поприветствовать ночного гостя.

— Больше трёх, как и всегда, но в плане «С» ты всегда умираешь, поэтому про него лучше никогда не спрашивай, — гордо заявил Павел, когда я резко распахнул дверь. Стоявшая перед ней Мила резко одёрнула руку, которой хотела постучаться, и отпрянула назад.

— Привет, — выдохнула она, слабо улыбнувшись. — Мне не спалось, а я увидела свет у тебя в комнате.

— Да, мне тоже не спалось, — проговорил я, отступая в комнату. — Заходи.

— Что здесь произошло? — серьёзно спросила она, глядя на осколки стекла и разбитое окно. — Я не слышала никакой тревоги. Ты ранен? Кто-то хотел тебя убить? — обеспокоенно начала она задавать вопросы, подлетев ко мне и осматривая округлившимися глазами с ног до головы.

— Всё в порядке, — рассмеялся я. — Это…небольшая случайность. Не рассчитал скорость и приложенную силу к объекту, — как можно более расплывчато пояснил я, запинывая второй ботинок под кровать.

— Точно? — прищурилась она, после чего резко подалась вперёд и обняла меня, уткнувшись лицом в грудь. — Я так переживала. Мы все переживали. Так безрассудно было со стороны твоего отца отправлять тебя так далеко одного.

— Ну, всё в итоге сложилось хорошо, — подбирая слова, произнёс я, хотя, на удивление, это было сделать не так-то просто. Павел на мои нелепые попытки что-то сказать ехидно рассмеялся и приглушил немного свет. — Прибью, — еле слышно произнёс я, чтобы меня мог услышать только наглый артефакт.

— Нет, не всё хорошо, — девушка отстранилась и посмотрела мне в глаза, закусив губу. — Ты изменился. Я даже сначала тебя не узнала в том подвале, пока ты не заговорил. Что на самом деле произошло с тобой на Восточной заставе?

— Дед слегка посетовал на мою безграмотность и занялся моим образованием, — улыбнувшись, ответил я.

— Сколько? — напряжённо спросила она, всё ещё пристально глядя на меня.

— Год, — прекрасно понимая, что она хотела узнать, произнёс я. Глупо было это скрывать, учитывая, что внешне я действительно изменился, как изменился бы любой за такой немалый промежуток времени.

— Год, — хмыкнула она, отвернувшись. — Ты так легко об этом говоришь. А ведь я действительно за тебя переживаю, даже больше, чем за себя, и даже подумать не могла, что для тебя эти две недели превратились в целый год.

— Мила, — я тронул девушку за плечо, стараясь развернуть её к себе, но она дёрнулась, сбрасывая мою руку. Мила несколько секунд стояла неподвижно, а потом резко развернулась ко мне.

— Не смей больше никуда пропадать и оставлять меня одну, — выпалила она и приложила руки к покрасневшим щекам. — Я твой фамильяр… Ну, почти, — немного замялась она и опустила глаза.

— Простите, ваша светлость, — в дверь, которую никто из нас не закрыл, постучали, и на пороге остановился мой дворецкий. — Начальник охраны Градов просит пригласить вас в большую гостиную. Но, если вы заняты, я могу попросить его подождать. Как я понял, к вам у него важное дело, но не столь срочное.

— Он попросил вас поднять меня среди ночи, наверное, дело всё-таки срочнее, чем вы думаете, — проворчал я. — Когда я вернусь, мы продолжим этот разговор, — посмотрев на девушку, я вышел из комнаты, глубоко выдыхая и сразу же направляясь в сторону большой гостиной.

— Ваша Светлость, — с диванчика для гостей поднялся мужчина, провожавший меня вечером от дворца до поместья, и немного склонил голову в знак приветствия. Андрей, следовавший всё это время за мной, кивнул и оставил нас наедине. — У меня для вас сообщение из дворца.

— И? — поторопил я его, впервые за ночь посмотрев на часы, показывающие ровно четыре часа. Не так уж и долго мне дали поспать.

— Княгиня Орлова просит личной встречи с вами, — ровно произнёс он. — Она, хм, очень настойчива в своей просьбе.

— Насколько настойчива? — удивлённо посмотрел я на мужчину, вновь переведя взгляд на часы.

— Завтра в семь часов утра состоится казнь всех мятежников. И встреча с вами была её последней просьбой, — усмехнулся он. — Дмитрий Игоревич не смог найти причин, чтобы ей отказать.

— Это неожиданное и, мне кажется, совершенно бессмысленное желание, — хмыкнул я. — Лебедев, значит, в курсе.

— Разумеется. Это его приказ поднять вас среди ночи и привести во дворец, — кивнул Градов.

— Слушай, а ты ему веришь? — шёпотом поинтересовался у меня Павел. — Вокруг столько предателей и просто плохих людей, которым ты не нравишься. Если честно, ты не нравишься всем, кроме твоей огненной подружки, но это издержки происхождения. Даже меня ты бесишь своей ленью и непредсказуемостью.

— Ну, если хочет, то почему бы не удовлетворить последнюю просьбу княгини Орловой, — согласился я, не обращая внимания на возмущённые вопли артефакта, как по мне, излишне страдающего паранойей.

— Хорошо, я подгоню машину, — слегка поклонившись, произнёс Градов и вышел из гостиной.

— А если она тебя убьёт, или ещё хуже, попытается заключить сделку? — успокоившись, спросил перстень. Ещё раз посмотрев на часы, я направился следом за Градовым. По-хорошему, нужно было принять душ и переодеться, но почему-то я не думаю, что кого-то в закрытом тюремном блоке будет волновать внешний вид второго после деда наследника престола.

— Откуда я знаю, что у неё на уме? — пожал я плечами, выходя из дома и садясь в машину. Градов закрыл за мной дверь, а сам сел рядом с водителем.

— Вот не нравится мне всё это, — пробурчал Павел. — Лучше бы мы вовремя, как я и предполагал, пошли на кладбище. У меня всё по минутам было рассчитано. Послушал бы меня и избежал бы неловкого разговора с Милославой, и этой странной ночной встречи с упырём в пышной юбке.

Я только покачал головой и откинулся на сиденье, глядя через стекло на ночную столицу нашей империи. Несмотря на готовящуюся войну и беспокойство во дворце, город жил своей привычной бурной жизнью. До начала активных действий со стороны армии демонов никто не будет воспринимать это предупреждение, разлетевшееся по всей стране в виде звука колокола, всерьёз.

— Мы приехали, — машина остановилась перед неприметным серым зданием. Здесь я ещё ни разу не был и даже не смог сразу сориентироваться, в какой части императорского дворца мы находились.

— Я удивлён, что ты так спешил на встречу к нашей юной особе императорских кровей, что даже не удосужился обуться, — я резко повернулся в сторону знакомого ехидного голоса своего наставника. Он стоял позади меня, скептически глядя на мои ноги, сложив на груди руки.

— Точно, обуться надо было, — пробормотал я. — Мало спал, акклиматизация, перестройка тела после повышения уровня, — развёл я руки в стороны.

— Да, я так и подумал, — хмыкнул Лебедев. Передо мной сразу же появились тапочки, в которых я ходил по замку деда во внеучебное, так сказать, время.

— Ты и их ещё прихватил? — прошептал я, обуваясь.

— А чего пропадать добру. Пригодились же, — фыркнул Павел и замолчал.

— А теперь слушай, — резко произнёс Дмитрий Игоревич, когда встал рядом с ним. — Эта встреча тебя ни к чему не обязывает. Я понятия не имею, что ей нужно, но ничего хорошего от этого разговора не жди. Просто покивай, используй стандартный набор фраз: «Да; нет; не знаю; всего хорошего и увидимся в следующей жизни». Не провоцируй, не давай никаких обещаний даже этим скудным набором фраз. Ты меня понял?

— Разумеется, — кивнул я. — Вы идёте со мной?

— Нет, но я буду видеть и слышать всё, что происходит внутри. Внутрь можно попасть только через специальный портал-ключ, настроенный только на одну камеру. Не больше одного человека за раз, — он сунул мне тяжёлую серебристую карточку в руку, сразу же подходя вплотную к этому зданию, где я не увидел даже дверей.

— Если вы так сомневаетесь, почему вы согласились организовать нашу встречу? — всё ещё не понимая поведения Лебедева, спросил я.

— Потому что мне тоже интересно, что она хочет сказать и почему именно тебе. Если хочет свободы, то разумнее всего ей было попытаться заключить сделку с Годуновым. Всё, иди. У тебя ровно пятнадцать минут. По истечении этого времени тебя просто переместит обратно, — он провёл рукой по стене, и в самом её центре сразу же образовалась небольшая светящаяся выемка под ключ, который я всё ещё сжимал в руке.

Я вставил серебристую карточку в выемку и сразу же потерял ощущение реальности, словно проваливаясь куда-то вниз. Это перемещение прекратилось так же внезапно, как и началось, и я сразу же открыл глаза, как только ощутил твёрдую поверхность под ногами.

— А ничего так живут перед смертью, привилегированные особы, — присвистнул Павел, и я не мог с ним не согласиться. — Любой каприз за ваши деньги, как говорится.

Не так я себе представлял камеру смертников в императорском дворце. К этому слову больше подходил сырой подвал и цепи, а никак не ковёр, кресло, кровать у дальней стены и стоявший небольшой столик с чайным сервизом по центру.

Ирина сидела в кресле с книгой в руках и совершенно не походила на девушку, готовящуюся к смертной казни. Она даже не подняла головы, когда я вошёл.

— Проходите, ваша Светлость, — ровно проговорила она, отложив в сторону книгу, и только тогда подняла голову, глядя пристально мне в глаза. — Присаживайтесь. Чай ещё не успел остыть.

— Мишаня, я здесь совершенно бессилен, меня кто-то заблокировал. Это плохо, очень плохо, — прошептал Павел, а я только сейчас отметил, что моё собственное ядро силы было окутано едва заметной сковывающей цепью. Вполне логично, учитывая, что высшая знать вся поголовно маги.

— Что вам нужно? — резко спросил я, садясь в кресло напротив Орловой. — Ваше приглашение было неожиданным и даже смогло хоть немного меня заинтриговать, — не удержался я от насмешки.

— Вы изменились, Михаил, — слегка нахмурилась она. — Вы ведь не тот человек, с кем я беседовала в саду в ту прекрасную ночь?

— Так что вам нужно? — не поддался я на провокацию, расслабленно откидываясь на спинку кресла. — Хотите, чтобы вас помиловали?

— Я не стану вас просить об этом, тем более умолять и торговаться с вами, — резко произнесла она, выпрямляясь ещё больше и потянувшись дрогнувшей рукой к наполненной чашке с чаем.

— Тогда не будем играть в светские игры и оставим разговоры о погоде на другое время. Хотя, наверное, у нас больше не получится просто поболтать по душам, — усмехнулся я, не сводя с неё пристального взгляда.

— Вы правы, у нас нет времени на игры. Они закончились тогда, в тронном зале, — поставив кружку на стол, так и не сделав ни единого глотка, произнесла она. — Я знаю, где и как найти Евгения Лыкова.

— То есть, вы сейчас признаётесь в том, что сотрудничали с предателем? — прищурился я, подавшись немного вперёд. Я был практически уверен, что услышу что-то подобное, поэтому удивлён особо не был.

— Я предложила план, как заманить вас в ловушку, только и всего. То, чем он занимался и какие делишки проворачивал у нас за спиной, мне не известно, — пожала она плечами. — Ну, почти, — рассмеялась она, так и не признавшись, что стоит за покушением на жизнь императора.

— Я рад за вас, — равнодушно произнёс я, поднимаясь на ноги. — Мы и так найдём его, можете не переживать за него, за меня и за судьбу империи.

— Конечно, найдёте. Но тогда может быть немного поздно, — прищурилась она. — Я знаю, куда и когда он нанесёт первый удар. Ему нужны жертвы. Много жертв и ваши друзья-клирики вам не смогут помочь, ну или вы им, — выделив слово «клирики», она вновь взяла в руки книгу, открывая её на странице, заложенной специальной закладкой.

— Допустим, вы действительно смогли меня сейчас заинтриговать, и я даже могу поверить, что у вас есть определённая информация, — медленно проговорил я, садясь обратно. — Что вы хотите в обмен?

— Жизнь, — просто ответила она.

— Как предсказуемо…

— Не для себя, — сразу же прервала она меня. — Для отца.

— Внезапно, — поднял я бровь, впервые удивившись за время нашего разговора. — Вы хотите, чтобы я спас вашего отца? Того самого человека, устроившего переворот, отравившего императора и сотрудничавшего с демонами, даже если вы этого не признаёте?

— Он мой отец! — повысила она голос, захлопнув книгу. Я смотрел за её хаотичными движениями, только сейчас понимая, что за всем этим она элементарно пытается скрыть страх. — Я не прошу его выпустить на свободу, а просто сохранить ему жизнь. Сослать куда-нибудь в глушь, где он не сможет никому навредить. Я знаю, что такая возможность есть. До меня дошли слухи, что Уваров старший обсуждал это с Годуновым.

— Мне стоит интересоваться, откуда вам это известно?

— Я, Орлова, — усмехнулась она, проговорив это каким-то надменным тоном. — Даже здесь, в тюрьме, у меня есть глаза и уши. А у вас, как я вижу, нет.

— Да и тюрьмой это назвать трудно, — протянул я, окидывая взглядом уютную комнату. — И всю информацию вы нам расскажете после того, как мы помилуем вашего отца?

— Разумеется, мне нужны гарантии…

— Да, мне тоже. Поэтому прошу меня простить, но этот разговор меня больше не интересует. Тем более, у меня нет никаких гарантий, что я могу верить вашим словам. Как-то слишком удачно вы вспомнили про такую важную информацию. Всего хорошего, и да, до встречи в следующей жизни.

Я поднялся на ноги и подошёл к двери, поднимая руку с картой.

— Стойте! — я резко обернулся, глядя в лицо явно растерявшейся княгини. — «Сквер Памяти» возле северного монастыря. Проверьте его. И тогда я знаю, что вы вернётесь, чтобы обсудить наш договор. У вас есть три часа до исполнения приговора.

Я развернулся и приложил карту, сразу же перемещаясь к входу в эту своеобразную тюрьму.

— Всё слышал? — прямо спросил я у наставника, хотя понятия не имел, как именно он мог видеть и слышать то, что происходило внутри камеры Орловой.

— Да, — кивнул он. — Что думаешь?

— Честно? Не знаю. Она была слишком напугана, но это не мешает ей манипулировать и блефовать, — проговорил я, глядя на предрассветное небо.

— Да, я такого же мнения, — произнёс он. — Но проверить стоит. Как и то, каким образом эта девица получает информацию, — скривился Лебедев. — Я направлю пару человек в Сквер, чтобы убедиться, что это не является очередной ловушкой для тебя. А ты отдыхай, на днях я вас посылкой отправлю к отцу Федору, чтобы не отвлекаться на вас…

— Простите, ваша Светлость, — к нам резко подошёл Градов, обращаясь ко мне. — Мне только что доложили о происшествии в вашем доме. Господин Волков пропал, и его никто не может найти.

Глава 4

— Что, значит, пропал? — я недоумённо уставился на Градова, пытаясь осознать только что поступившую информацию.

— Не успели мы с тобой вытащить бобра из одной заварушки, как тут же оборотень ввязался ещё в одну. Я вот никогда не замечал у него такой тяги к приключениям. Возможно, твоё отсутствие так на него повлияло, или я с тобой стал таким невнимательным? — задумчиво протянул Павел и, на удивление, замолчал.

— Мне неизвестны все подробности, но мне доложили, что через пять минут после нашего отъезда к дежуившему на воротах охраннику обратилась госпожа Панова и сообщила, что не может найти господина Волкова, — нахмурившись, пояснил мне начальник охраны Уваровых.

— И что, никто ничего не видел? — прямо спросил я, лихорадочно соображая, что же могло произойти. Кое-какие мысли у меня по поводу этого странного исчезновения всё же были, но мне совершенно не хотелось верить в такое безрассудное поведение своего друга.

— Ну, последний, кто его видел, это охранник возле запасного выхода. Ваш друг был очень убедителен, сказав, что просто хочет прогуляться в саду. Это было где-то около часа назад, — задумчиво произнёс Градов. — Мои люди обыскали поместье и прилегающую территорию, но никаких следов Волкова не обнаружили.

— Просто замечательно, — всплеснул я руками и повернулся в сторону Лебедева, только что закончившего отдавать распоряжения своим людям по поводу проверки местности вокруг Северного монастыря. Он был совершенно спокоен и, встретившись со мной взглядом, усмехнулся. — Вы что-то знаете, не так ли? — прямо спросил я у него, подходя ближе.

— Возможно, — хмыкнул он, всё ещё не сводя с меня взгляда, затем, неожиданно рассмеявшись, сделал несколько шагов в сторону, чтобы лучше меня видеть.

— Я так понимаю, вы в курсе его безумной идеи, которую он втемяшил себе в голову. И я не могу понять, почему вы так спокойны? — поинтересовался я у него, проводя рукой по лицу.

— Я не спокоен, — произнёс он. — Я просто знаю, что у него ничего не выйдет, — пожал он плечами, бросая взгляд на загоревшийся красный кристалл связи. Прошло несколько секунд, но Лебедев так и не ответил на вызов, просто перестав обращать на него внимание.

— Не ответите? — поинтересовался я, вспоминая, что подобные средства связи были у определённого круга лиц, например, у Светлейших князей и приближённых людей на Заставах.

— Нет, это ко мне никакого отношения не имеет, — резко ответил он и махнул рукой, подзывая человека из своей охраны. — Мне нужна машина, — коротко приказал наставник, после чего вновь сосредоточился на мне. — Что?

— Почему вы так уверены, что у него ничего не выйдет? — задал я интересующий меня вопрос. — И откуда вы вообще знаете про его ночную вылазку?

— Я был в вашем поместье час назад и дал добро на его безумную идею. Разрешил провести свой эксперимент на заброшенном лет двести назад кладбище на окраине столицы, при условии, что он сможет незаметно покинуть особняк. Как оказалось, он довольно талантлив, когда захочет, и может задействовать для решения проблемы голову. Полезное наблюдение, — ответил наставник. Я резко обернулся на звук подъехавшей машины. Лебедев пошёл в сторону автомобиля, но я схватил его за руку, останавливая.

— Что не так с его ритуалом? — просто так я его не намерен был отпускать, и мне нужно было выяснить все подробности, чтобы решить, что делать дальше. Потому что, в отличие от наставника, я спокоен после услышанного всё же не был.

— Он допустил в расчётах небольшую неточность, но о ней я тебе не скажу. Пусть это будет моим маленьким секретом, — вновь усмехнулся он. — Иначе ты сразу же побежишь к этому горе-некроманту с подсказкой. Он должен сам понять свою ошибку, а ещё лучше в ближайшее время не понять, в чём именно он просчитался, чтобы не натворить дел.

— Вам не кажется, что это безответственно так с ним поступать? — покачал я головой. Похоже, решения Лебедева в плане образования моих друзей мне никогда не понять.

— Безответственно — дать ему знания, способные разрушить половину столицы. Я не некромант, твой дед тоже, и мы не сможем быстро сориентироваться и принять соответствующие меры, даже если будем стоять в двух шагах от него, — довольно резко произнёс он. — Последствия могут быть катастрофическими, и я знаю Волкова, наверное, даже лучше тебя. Если он не попробует и не реализует прямо здесь и сейчас свою гениальную идею, он будет пытаться воплотить её в жизнь в самый неподходящий момент.

— Но вы всё равно его отпустили без подстраховки, — укоризненно посмотрел я на Лебедева.

— Он достаточно силён, чтобы убрать за собой, не привлекая внимания. Сейчас он поймёт, что не прав. Это будет обидно, позорно, но совершенно безопасно и без свидетелей. Если у тебя ко мне исчерпан список претензий, то я пойду, у меня слишком много дел, — с этими словами он высвободил свою руку из моего захвата и обошёл меня. Дойдя до дороги, сел в припаркованный автомобиль, который сразу же сорвался с места, скрываясь из виду за поворотом.

— У меня к тебе есть один малюсенький вопросик, — я отошёл в сторону и понизил голос до шёпота, чтобы слышать меня мог только мой молчавший артефакт.

— Я весь превратился в огромное ухо, — тут же отозвался Павел.

— Ты знал, что Сергей пойдёт на кладбище? Именно поэтому так рьяно пытался меня спровоцировать на эту странную вылазку? — процедил я, поворачиваясь на звуки шагов. Ко мне подошёл Градов, только что закончив переговариваться с кем-то по обычной рации, помехи от которой я слышал даже на расстоянии. Не так просто князья решили общаться при помощи магических кристаллов. Чувствую, дальше будет только хуже в плане связи.

— Я? Конечно, знал, — ответил сразу же Павел. — Да они так кричали в гостиной, пытаясь убедить друг друга в том, что его оппонент идиот и ничего не понимает, что я даже заслушался. Я удивлён, что ты не проснулся. Кстати, зря ты так крепко спал. Я столько интересных выражений от Лебедева смог почерпнуть. Главное, без мата и ни разу не повторился. Надо с ним поплотнее пообщаться и стараться постоянно выводить его из себя, чтобы я смог пополнить свой словарный запас. Тебе это не грозит, он у тебя и так скудный, поэтому ты даже половины не поймёшь.

— Ваша Светлость, — обратился ко мне Градов. — Если вам будет интересно, я выяснил, что господин Миронов и госпожа Панова тоже вышли из поместья, запретив охране следовать за ними. Других чётких распоряжений, касающихся ваших гостей, не было, поэтому охрана не стала следовать за ними.

— Не удивительно, — ответил я, потирая глаза и стараясь убрать ощущение какой-то белесоватой плёнки перед ними. Она начала появляться сразу же, как только я покинул комфортабельную тюрьму Орловой, но сейчас с каждой минутой это неприятное ощущение стало только усиливаться.

— Удивительно то, что они поняли все гораздо быстрее тебя. Ну что, Мишаня, бросишь своих друзей на растерзание скелетам и пойдёшь отдыхать, или послушаешь совета умного меня и потренируешься со своим трезубцем? — деловито поинтересовался Павел. — В принципе перед сном я могу тебе прочитать сказку про бедных оборотней-некромантов, застрявших на кладбище. Но ты представь, что будет, если твой бобёр поднимет какого-нибудь древнего вампира? Там какой только дряни не хоронили в своё время. Помню, мы как-то с одним из хозяев…

— Поедем на старое заброшенное кладбище, — приказал я Градову. — Поглядим, чем там они занимаются, и нужна ли им помощь, — еле слышно добавил я, подходя к машине и садясь на заднее сиденье.

— Вот это я понимаю, нормальный подход к дружбе и взаимопомощи, — радостно воскликнул перстень, начиная нагреваться у меня на пальце. — Значит так, главное, вспомни всё, что было, когда ты находился в тюрьме у Вапулы, чтобы правильно воссоздать всё с твоим трезубцем. Если не сможешь, то я могу тебе напомнить, засунув в небольшой карман моего хранилища, который я практически полностью обустроил как в том леденящем душу пространственном кармане. Ну, кроме клеток с запертыми несчастными. Это было бы слишком, но я старался всё сделать практически неотличимым от оригинала. Как только окажешься внутри, то поймёшь…

— То есть у нас теперь есть собственная тюрьма для душ? — встрепенулся я, отрывая взгляд от предрассветного неба за окном.

— Бери выше, у нас теперь есть просто пространственная тюрьма для одного-двух человек с целым аттракционом незабываемых приключений. Я просто подумал, а чего это какой-то слабенький демон может такую штуку иметь, а я, Великий Павлентий Первый, нет. Поэтому нужно провести эксперимент, засунув туда кого-нибудь ненужного, — взволнованно тараторил артефакт.

— И когда ты это сделал? — поинтересовался я, отмечая, как мы быстро выезжаем за пределы жилой зоны в какую-то заброшенную часть, с густым лесом по обеим сторонам дороги. Как-то быстро мы проехали город. Я бросил взгляд на Градова, но он спокойно сидел на переднем сиденье, о чём-то тихо переговариваясь с водителем.