Сделка, или Драконы бывшими не бывают

– Конечно, сейчас доложу. Подождите секунду.

Я сделала шаг к Ксандеру, глядя прямо в его внезапно сузившиеся зеленые глаза:

– Господин Аллард, к вам из службы ремонта и обслуживания артефактов связи.

В его глазах на мгновение полыхнул настоящий, яростный огонь, а на скулах заходили желваки. О да, у меня получилось! Пусть побесится, черствый сухарь. Раз сам когда-то отказался от меня и разрушил все, что между нами было, теперь не имеет права даже смотреть с укором.

– Пусть заходят, – сухо процедил Ксандер, даже не глянув на мастеров.

Я любезно посторонилась, пропуская мужчин в кабинет. Тот самый симпатичный парень, проходя мимо, подмигнул мне. Я ответила ему легкой улыбкой и с тихим щелчком закрыла дверь кабинета, чувствуя кожей, как Ксандер буквально прожигает взглядом эту самую дверь с той стороны.

Села к себе за стол, победно выдохнула и снова понадеялась на несчастную минутку тишины и спокойствия, чтобы наконец-то поесть. Но не тут-то было! Практически сразу дверь кабинета начальника распахнулась, и оттуда вылетел мой недавний знакомый-обслужник. В руках он судорожно сжимал какой-то артефакт, лицо у него было бледным и совершенно ошарашенным, а на меня он больше вообще не смотрел. Парень резво подскочил к столу и дрожащими руками начал монтировать коробку внутренней связи.

Так, понятно. Ксандер внутри уже успел выдать ему весомых звездюлей для профилактики и «ускорения» рабочего процесса. Ревнивый собственник, как был им, так и остался.

Еще бы право на это имел.

– Это прямая связь со мной и всеми ключевыми отделами ведомства, – раздался холодный, как лед, голос Ксандера. Он вышел следом, застегивая пуговицы на манжетах рубашки и глядя исключительно на меня. – Искренне удивляюсь, как вы до сих пор умудрялись работать, пользуясь допотопными вестниками.

– На такие дорогие артефакты внутреннее министерство средств нашему округу просто не выделяло, – спокойно парировала я, не отводя взгляда.

– Теперь выделили, – жестко отрезал он. – Я не потерплю задержек в передаче приказов.

Я предпочла промолчать, хотя внутри так и подмывало съязвить. Было безумно интересно, как такие баснословные средства вдруг решило выделить начальство города нашему захудалому Отделу, когда у городского совета зимой снега посреди площади не выпросишь на праздник.

Видимо, столичные связи Алларда творили настоящие чудеса.

– Они будут еще долго его налаживать, ставить коробки во все сектора и проверять, как проходит магический сигнал по линиям, – Ксандер скользнул взглядом по моему так и нетронутому контейнеру с едой. – Так что в приемной сейчас будет шумно. Можно пойти пообедать.

Я удивленно вскинула брови:

– Да неужели? Сам великий начальник сжалился над голодным секретарем?

Ксандер на секунду прикрыл глаза, будто справляясь с раздражением, а затем тихо произнес:

– Да. Извини, что так долго заставил ждать, – Ксандер на секунду замялся, а затем тихо добавил: – Я приглашаю тебя отобедать со мной. Внизу, в ресторации «Зеленый дракон».

Я внутренне содрогнулась. Обедать с ним? Сидеть за одним столом, слушать его бархатный голос и делать вид, что мы просто коллеги? Нет уж, увольте. Мое сердце и так делает кульбиты каждый раз, когда он подходит ближе чем на метр.

– Нет уж, спасибо, господин Аллард, – я демонстративно достала свой контейнер. – У меня с собой есть отличная домашняя еда. Не люблю тратить деньги на рестораны.

Да и не бывала я там никогда, если быть честной. С Ксандером мы тоже старались экономить, ведь жили без поддержки родителей.

Я забрала свой контейнер, с милой улыбкой пожелала начальству приятного аппетита и поспешно ушла в служебную столовую.

Здесь практически никого не было, законный обеденный перерыв у сотрудников закончился еще два часа назад, так что ела я в гордом одиночестве и… долгожданной тишине. Ну, относительной тишине, конечно. Из коридора все равно то и дело доносились громогласные выкрики Ксандера, строящего очередную смену, и встревоженные перекрикивания ловцов, но здесь меня хотя бы никто не трогал.

До конца рабочего дня артефакты внутренней связи со скрипом, но установили по всему зданию. Ближе к пяти часам всех начальников подотделов и старших групп пригласили ко мне в приемную на показательное выступление, так сказать. Тот самый мастер-обслужник, теперь старательно ни на кого не глядя и демонстративно обходя меня по самой дальней траектории, указкой тыкал в кристаллы на панели:

– Итак, господа ловцы и операторы, внимание. Этот рубиновый кристалл отвечает за прямую связь с операторской рубкой. Синий – активизирует линию сектора архива. Желтый – это…

– А если сигнал зациклится из-за спонтанного всплеска магии нечисти? – хмуро перебил его старший ловец патруля, потирая шрам на щеке. – Нам что, опять вестников ловить?

– Исключено, – строго подал голос Ксандер, стоя у окна. – Артефакт защищен экранированием. При малейшем сбое система автоматически перенаправляет вызов на резервный накопитель в приемной. Продемонстрируйте им перехват линии.

Обслужник щелкнул нужным рычажком, перенаправляя магический импульс. Кристаллы согласно звякнули, подтверждая успешное переключение.

– Вопросы? – Ксандер обвел подчиненных суровым взглядом.

Вопросов ни у кого больше не нашлось – все горели желанием поскорее убраться подальше от грозного начальства.

Едва толпа сотрудников рассеялась, как настенные часы звучно пробили шесть вечера. Ура! Конец рабочего дня. Наконец-то!

Я с облегчением выдохнула и хотела было просто схватить сумочку и сбежать домой, но дурацкая профессиональная привычка и совесть не позволили уйти по-эльфийски. Да и Ксандеру ничего не стоило устроить мне завтра показательную взбучку за нарушение регламента. Я вздохнула, подошла к двери его кабинета и, коротко постучав, приоткрыла ее:

– Господин Аллард, рабочий день окончен. Я могу быть свободна?

Ксандер оторвал взгляд от бумаг, внимательно посмотрел на меня и негромко произнес:

– Задержитесь, Лорен. На пару минут.

Я выругалась. Правда, исключительно мысленно, но самыми крепкими словечками, которые только знала. Ну вот кто, спрашивается, меня дернул зайти к нему и проявить вежливость?! Могла бы уже наполовину добежать до дома!

Я зашла, демонстративно села на край стула, пристроив сумочку на коленях и всем своим видом показывая, что жутко спешу.

– Завтра утром мы поедем с тобой на первый объект, – спокойно сообщил Ксандер, складывая бумаги в стопку. – В старый коллектор в районе Нижних Болот. Оттуда в последнее время лезет больше всего мелкой и средней нечисти, судя по тем крохам отчетов, что мне удалось выбить из архива.

Я нахмурилась, искренне не понимая его логики.

– А зачем там я? Туда лучше отправляться с полноценным штурмовым отрядом ловцов. Секретарь-то тебе там зачем? Бумажки в сырости перебирать?

Ксандер подался вперед, опершись локтями о стол.

– Штурмовой отряд пойдет следом, Лорен. Но мне на месте нужен человек, который досконально знает ведомственную бюрократию, умеет фиксировать первичные акты повреждения маго-инфраструктуры и, главное, зафиксирует реальный объем проделанной работы, чтобы местные чиновники снова не списали выделенные средства на личные нужды. Ловцы писать акты не умеют – они умеют только грамотно ловить нечисть. И то не всегда. Мне нужен твой холодный ум и знания. К тому же, это твоя прямая обязанность.

Я снова мысленно выругалась. Логично и фиг поспоришь. Действительно, прошлый начальник заставлял меня оформлять подобные акты, но мы делали это постфактум, сидя в сухом теплом кабинете, а не лазая по вонючим сырым коллекторам!

– Как скажете, господин начальник, – сухо ответила я, поднимаясь со стула. – Сейчас я могу быть свободна?

– Сейчас можете, – тихо ответил Ксандер, скользнув взглядом по моей фигуре.

Я упрямо вздернула подбородок, повернулась и быстро вышла из кабинета.

Весь остальной отдел прощался со мной вяло, сонные операторы едва шевелили губами, но зато сотрудники вылетали на улицу с такой скоростью, словно у нас в подвалах завелась вся нечисть королевства. Разом.

До своего дома я дошла в смешанных чувствах. Настроение было взвинченным: Ксандер заполонил собой все мысли, его присутствие душило, пробуждая старые, так и не зажившие раны. Я отчаянно хотела вернуть свой тихий, безопасный мирок, где не было этого невыносимого дракона.

Поднялась по знакомой скрипучей лестнице на свой последний этаж и еще на подходе к площадке заподозрила неладное – наверху было слишком шумно для вечера понедельника.

Я взлетела по последним ступеням и буквально обомлела. Дверь в мою мансарду была распахнута настежь, а внутри вовсю кипела бурная деятельность: двое дюжих рабочих в серых комбинезонах лихо сдирали старые, вздувшиеся доски пола, третий ловко орудовал артефактом-сушилкой, от которого шел приятный пар и запах свежего дерева, а мебель преспокойно левитировала в воздухе, окутанная нежно-голубым сиянием монтажных чар. Чуть в стороне, на уцелевшем островке ковра, преспокойно сидел… мой одиннадцатилетний сын, грыз яблоко и оживленно давал рабочим ценные указания!

– Эй, дядь, там у стены руну покрепче прижми, а то паркет снова вздуется! – задорно кричал сын, сверкая любопытными глазами.

– Киран?! – в шоке выдохнула я. – Ты… ты что здесь делаешь? И что здесь вообще происходит?!

– Ой, мам, привет! – Киран беззаботно помахал мне огрызком яблока. – А я тут ремонтников контролирую.

– Это я вижу, – я на секунду закрыла глаза, глубоко вздохнула, пытаясь подавить нарастающую бурю, и снова уставилась на это чудо с выбритыми висками. – Но что ты вообще здесь делаешь?! Ты же должен быть…

– У бабушки, знаю, – Кир вздохнул и ловко вскочил на ноги. – Но я от бабушки ушел, она в Крайнвилле осталась. И от дедушки… то есть от господина Врюмина ушел.

– А от меня точно не уйдешь, – пробормотала я хмуро, подхватывая известную детскую сказку и скрещивая руки на груди. – Ну-ка, колобок тридевятый, колись, как ты вообще сюда доехал? Где бабушка? Откуда у тебя взялись деньги на проездной междугородний дилижанс и… как ты вообще додумался до этого?!

Киран покосился на рабочих, которые с интересом прислушивались к нашей семейной разборке, вздохнул с видом великомученика и заговорил в своей типичной подростковой манере:

– Мам, ну не кипятись. Бабушка меня совсем заездила. Каждый день: «Киран, надень чистую сорочку, господин Врюмин придет на чай», «Киран, подай господину Врюмину трость», «Киран, улыбайся и делай книксен». Тьфу, какой книксен, я же пацан! А этот Врюмин вообще противный. Это он только при бабушке и в глаза всем приторно улыбается, а за глаза вечно всем недоволен. То суп ему недосолен, то нечисть в Крайнвилле слишком громко по ночам воет.

Я мысленно поморщилась. Ну надо же, прям как наши «замечательные» соседи – идеальные на людях, а внутри гнильца. Да и мама в своем репертуаре, со своим непомерным эго готова была превратить жизнь внука в дрессировку, лишь бы угодить престарелому богачу.

– Допустим, – я сделала шаг вперед. – А деньги? Билет на междугородний дилижанс стоит два серебряных! А ведь от вокзала нужно еще до нас ехать!

– Так, я деньги откладывал. Целый год! – гордо вскинул подбородок это заговорщик. – Из тех, что ты мне на карманные расходы присылала, и дед… ну, Врюмин этот пару раз медяки совал «на конфеты». Вот и нашлось куда потратить. Хотелось бы, конечно, на новый иллюстрированный журнал про химерок, но я решил, что свобода дороже. И вообще, я лучше тут, в Оквуде, подзаработаю, чем буду там куковать!

– Да кем ты собираешься работать? – всплеснула я руками, теряя остатки терпения. – Тебе же всего одиннадцать!..

Я осеклась, так как ремонтники на заднем плане громко перекрикивались, споря, какую именно руну фиксации клеить под подоконник, и шумно двигали летающий шкаф.

– Так, – я строго указала сыну на стул. – Ты сидишь здесь и молчишь, с тобой я еще не закончила. А вы кто такие? – повернулась я к рабочим. – Кто вам вообще открыл дверь? И я, между прочим, никакой ремонт не заказывала!

– Это я заказал, – раздался сзади до боли знакомый, низкий бархатный голос.

Я едва не застонала в голос, зажмурившись на секунду. Ксандер… Етишкин кот, опять он?! Ну почему его в моей жизни за последние три дня стало так много, что дышать нечем? Зачем он постоянно крутится рядом, наступая на пятки, заставляя мое сердце испуганно сжиматься каждый раз, когда я пытаюсь его забыть?

Я медленно обернулась. Аллард преспокойно стоял в проеме, прислонившись плечом к косяку. Пиджак он надел, но не застегнул, верхняя пуговица рубашки была расстегнута, а в зеленых глазах плясали странные, нечитаемые искры.

– Ксандер, я ничего не приму от тебя, – процедила я сквозь зубы, чувствуя, как щеки вспыхивают от возмущения. – Я не просила о помощи и…

– В этом доме, в том числе и в твоей мансарде, по закону обязательна расширенная страховка, – без церемоний перебил он меня, даже не дослушав. – И ремонтники эти из МЖКС прибыли по вызову после прорыва трубы, так что ремонт производится за счет страхового фонда.

– Но я никакой договор не заключала!

– Так, ты же снимаешь эту мансарду, Лорен, – Ксандер усмехнулся, а в его зеленых глазах промелькнула знакомая хищная искра. – Поэтому договор был перезаключен напрямую с собственником. Но ты не переживай, твой личный договор аренды и плата не изменились ни на один медяк. Твой кошелек… не пострадает.

Я бессильно сжала кулаки. Гад чешуйчатый! Подбирается ко мне со всех сторон, со всех! Сначала на работе обложил своими отчетами и артефактами, теперь до моего личного убежища добрался. И ведь все обставил так, что не подкопаешься!

Один из ремонтников – коренастый гном с пышной бородой – заметив мою воинственную позу, сразу же поспешил нас успокоить:

– Вы не беспокойтесь, хозяюшка! Мы у вас из вещей ничего не возьмем, работаем на совесть. У нас с МЖКС суровый магический договор подписан. Если хоть гвоздь чужой или ложку приватизируем – квакать бесперебойно будем, как жабы болотные, пока вещь краденую законному владельцу не вернем! У нас вон Рони из второй бригады так целую неделю квакал, когда случайно чужую маго-отвертку в карман утащил. Бедолага даже спать нормально не мог. Так что вы не бойтесь, хозяйка, ничего не пропадет, все в лучшем виде сделаем!

Я невольно улыбнулась абсурдности ситуации, но тут же вернула лицу строгое выражение.

– Допустим. А открыл-то вам кто? Ключи только у меня и у хозяина!

– Я открыл, – спокойно вставил Аллард, и в его глазах промелькнула насмешка. – На правах… старшего по дому.

Я аж поперхнулась. Старший по дому?! Етишкин кот, когда только господина Уолша сместить успел? Тот за свою должность зубами держался последние десять лет! Видимо, против драконьего напора у бедного старика просто не было шансов.

Аллард в Оквуде всего несколько дней, а уже прибрал к рукам и Отдел, и МЖКС, и управление домом! Того гляди так и до кресла главы города дойдет…

Ксандер подошел еще ближе, встал со мной практически плечом к плечу, и вся его напускная деловитость мгновенно испарилась. Он замер. И теперь не сводил потрясенного, неестественно застывшего взгляда с моего сына.

Киран, не почувствовав никакой опасности, тут же подскочил со своего стула, вытер липкие от яблочного сока пальцы о штаны и широко, нагловато улыбнулся:

– Здрасте!

– Здравствуй… – голос у бывшего мужа сделался странным, глухим, словно слова давались ему с огромным трудом.

Ксандер неотрывно смотрел на мальчика, жадно впитывал взглядом его черты и, видимо, сравнивал с собой: черные, взъерошенные волосы Кира, его модные выбритые виски, черты лица и темные, почти черные глаза. В этот момент Ксандер выглядел так, будто его со всей силы приложило боевым заклинанием по голове. Он явно сопоставлял в уме возраст, даты нашего разрыва и… то, насколько Киран неуловимо, но четко напоминал его самого в детстве – Ксандер тоже был таким же ершистым и упрямым, если верить его словам и рассказам.

Сердце забилось где-то в районе горла, паника накрыла с головой, но я заставила себя успокоиться и выдохнуть. Прятать сына дальше не имело смысла, отпираться – глупо.

– Познакомьтесь, – как можно спокойнее сказала я, хотя внутри все дрожало. – Киран, мой сын. Кир, а это Ксандер Аллард, мой… начальник, глава Отдела контроля нечисти.

– А-а-а! – Киран восторженно округлил глаза, выдавая меня со всеми потрохами. – Так вы и есть тот самый грозный столичный начальник, да? Который будет категорически против детей на работе?

Я едва не шлепнула себя ладонью по лбу. Киран… боги, ну что за сама простота! Кто ж его все время за язык тянет?!

Ксандер, услышав это, усмехнулся:

– С чего ты это взял, Киран?

– Ну, вы такой серьезный, солидный, – парень подошел ближе, вовсю разглядывая дорогую форму Ксандера с блеском в глазах. – Слушайте, а я вас знаю! Не видел ни разу, но читал, о вас во всех газетах пишут! Вы же… лучший ловец королевства! Вы в одиночку справились с нападением нечисти на Риверден, а еще…

Тут у ремонтников за нашими спинами что-то оглушительно грохнуло – кажется, левитирующий шкаф сорвался с ментальной привязи и едва не придавил тумбочку. Рабочие дружно и заковыристо заматерились, поминая мамочку создателя левитационных артефактов и принимаясь заново их настраивать. Шуметь они начали в два раза сильнее.

Ксандер поморщился, на секунду задумался, а затем предложил, глядя на Кирана, но обращаясь ко мне:

– Здесь сейчас будет слишком шумно и пыльно. Давайте пойдем ко мне, на этаж ниже. У меня в квартире стоят отличные звуконепроницаемые чары, спокойно посидим, попьем горячего чаю.

– Вы живете под нами? – удивленно переспросил Кир.

– Да, в шестой квартире.

– Вау! А можно мы…

– Нет, спасибо, господин Аллард, – отрезала я, делая шаг и загораживая сына собой. – К вам мы точно не пойдем. Погода на улице отличная, жара спала, так что мы с Кираном лучше в городском парке прогуляемся. Воздухом подышим.

– Отличная мысль, – Ксандер даже не подумал отступать. – В таком случае я могу пройтись вместе с вами. Погода действительно располагает к прогулкам.

– Не стоит! У вас наверняка куча дел…

– Мам, ну можно господин Аллард с нами пойдет? – вдруг звонко вклинился Киран.

Сын буквально вырвался из моих рук, по пути метко зашвырнул огрызок яблока прямо в мусорное ведро и уставился на меня таким умоляющим взглядом, против которого у меня никогда не получалось выстоять.

– Мам, ну пожалуйста! Я же знаю… то есть слышал о господине Алларде, читал о нем! Он же один из лучших ловцов во всем королевстве! Он же… ну как звезда, понимаешь? Только в моем любимом профиле магии. Мам, ну можно? Мне столько всего спросить у него хочется! Про боевые руны, про рейды на драконьи пустоши… Ну мам, ну пожалуйста, ну ради меня!..

Я замерла, переводя дыхание. Кир смотрел на меня с такой неистовой мольбой, а Ксандер… Ксандер стоял рядом, победно и чуточку лукаво усмехаясь.

Обложили со всех сторон, етишкин кот…

– Может, действительно не будем лишать мальчика возможности поговорить с лучшим ловцом королевства, м, леди Тонье? – вкрадчиво протянул этот невыносимый дракон. – Обещаю, я смогу ответить абсолютно на все твои вопросы, Киран. На любые.

Его намек был прозрачнее некуда. Он хотел поговорить. И со мной, и с Киром. Я поняла, что прятать сына дальше, бегать по углам и увиливать от правды больше не получится. Да и… если я сейчас откажу, Кир обидится и все равно найдет способ пролезть к «лучшему ловцу королевства», а раз он знает, что Ксандер живет так близко… еще, чего доброго, также по балкону к нему лазить начнет.

Так что я тяжело вздохнула и взглянула на них обреченно:

– Хорошо. Пойдемте. Все равно, если я сейчас откажусь, Кир мне по дороге все мозги вынесет своими расспросами.

– Ура! – победно завопил сын, едва не подпрыгнув до потолка, и первым выскочил на лестничную площадку.

Ксандер галантно отступил, пропуская меня вперед. Он промолчал, но по взгляду я понимала, что теперь он выведает о Киране все. И когда у него будут неоспоримые доказательства их кровного родства… может его забрать у меня…

На выходе из подъезда нас, разумеется, поджидал местный «комитет бдительности» в лице вездесущей госпожи Брукс и уже бывшего старшего по дому господина Уолша. Стояли, точнее сидели, так сказать, на посту, подпирая ветхую скамейку.

Завидев Кирана, они синхронно открыли рты и приготовились идти в атаку, а госпожа Брукс вообще вскочила со своего места. Киран даже поздороваться не успел, а ведь с соседями он здоровался всегда, я это знала, какими бы гадкими эпитетами они его ни награждали.

– Ага! Попался, главный городской безобразник! – грозно начала она, победно всплеснув руками.

– Вот он, вернулся, окаянный, – подхватил Уолш, замахиваясь своей палкой. – Небось опять на площади водяных шуршуков в фонтан подкинул, хулиган…

Но договорить не успели, дружно осеклись и замерли с открытыми ртами, завидев, как следом за «главным хулиганом» из подъезда выходим мы с Ксандером.

Рты захлопнулись с забавным щелчком, а на лицах моментально расплылись елейные, сахарные улыбки. Какая поразительно быстрая смена декораций! Уолш даже кепку снял, угодливо скомкав ее в руке.

– Господин Аллард! Добрейшего вам вечерочка, – запричитал наш дедуля, едва ли не кланяясь. – А мы тут как раз порядок блюдем, присматриваем за общественным спокойствием.

Ксандер, проходя мимо них, даже не замедлил шаг, лишь скользнул по ним леденящим душу взглядом и сухо поинтересовался:

– Добрый вечер. Как дела с правонарушениями в подотчетном секторе?

– Все чисто, господин начальник, тишь да благодать! – запричитала госпожа Брукс, мелко закивав головой.

Ксандер едва заметно кивнул, а на губах промелькнула жесткая усмешка.

– Вот и отлично. Тем более магкамеры теперь стоят по периметру всей улицы, а голограммы выведены напрямую в дежурную рубку Отдела. Так что любых нарушителей порядка мы теперь будем ловить… оперативно. Приятного вечера.

Соседи синхронно сникли, разом растеряв весь свой боевой запал. Я едва сдержала усмешку. Надо же, как полезно иногда иметь под боком грозного дракона-законника! Местные сплетники теперь трижды подумают, прежде чем пытаться очернить моего сына, а ведь именно это они сейчас и собирались сделать.

Интересно, что на этот раз решили на него повесить?

Киран все это слышал и от информации, что на нашей улице теперь стоят магкамеры, «такие же, как в столице», его глаза стали размером с два блюдца.

– А у нас правда магкамеры теперь стоят? – шепнул он мне так, чтобы «главный ловец королевства» его не услышал. Но он услышал.

– Правда, – ответил за меня Ксандер. – Пока они расположены по всей Цветущей улице и вокруг Отдела, но вскоре будут во всем городе. И я тебе обязательно покажу голограммы, – добавил он в конце и подмигнул.

– Круто!.. – воодушевленно выдохнул Кир, уже предвкушая, как увидит это чудо техномагии.

Я лишь тяжело вздохнула и бросила на бывшего красноречивый взгляд, на который он… подмигнул!

Мда, отделаться от него теперь будет очень и очень сложно. Особенно когда он так быстро завоевывает доверие Кира…

До городского парка мы дошли минут за десять, и все это время Киран не затыкался ни на секунду. Его буквально прорвало. Сын семенил рядом с Ксандером, заглядывая ему в лицо, и засыпал вопросами с такой скоростью, что я едва успевала улавливать суть.

– Господин Аллард, а правда, что в столичном Департаменте у каждого ловца есть персональный рунный клинок с накопителем? А боевые заклинания высшего порядка против высших химер тяжело учить? А как происходит распределение нечисти по рангам угрозы, когда выезжает штурмовой отряд? А правда, что вы лично запечатали прорыв в Драконьих Пустошах?

Ксандер, к моему огромному удивлению, не выказывал ни капли раздражения. Никакого высокомерия или желания отмахнуться от назойливого мальчишки. Он шел неторопливо, подстроившись под шаг Кира, и общался с ним абсолютно на равных – серьезно, детально, но при этом с легким, понятным подростку юмором.

– Про клинок – правда, Киран, но выдают его только после окончания академии и сдачи первой министерской аттестации, – спокойно отвечал Ксандер, пока мы углублялись в тенистые аллеи парка. – Заклинания учить тяжело, если у тебя хромает теория магических потоков. Нечисть любого класса опасности не прощает пробелов в знаниях. А в Пустошах я был всего лишь в составе группы, так что столичные газеты, как обычно, преувеличили мою роль. Но запечатывать контур пришлось вслепую, это верно.

Киран слушал его разинув рот, а в глазах горел такой восторг, какого я не видела давно.

– Круто… – снова выдохнул сын. – Моя главная мечта – окончить школу и поступить в Столичную Академию Магической Безопасности. Я обязательно стану ловцом! Лучшим на курсе! А потом пойду работать в центральный Департамент и выезжать на самые сложные вызовы!