Исход

— Но… Мм… Ведь эти константы может только человек осмыслить с точки зрения их значимости в науке! И в целом понять, какое они имеют значение для научной картины мира.

— Я с этим, в общем-то, не спорю. Человек, получив эти результаты от машины, может их дальше как угодно вертеть в голове. Но нейросеть в данном случае даёт нам очень удобную заготовку научного результата — и в той форме, с которой мы уже привыкли обращаться.

— Ну… Если с этой стороны посмотреть, то где-то да… Хотя, знаешь… — с этими словами Святополк наконец донёс до рта бутылку с пивом и осушил оставшуюся в ней половину жидкости одним залпом.

Потом он полез в карман за телефоном, нахмурил брови, прочитал какое-то сообщение и, комкая фразы, извинился за то, что ему надо сейчас куда-то отойти, «потому что…». Понять почему не представлялось возможным, так как, произнося последнюю часть фразы, Святополк окончательно «зажевал язык».

Юрдуп смотрел вслед удаляющемуся коллеге со смесью облегчения и сожаления. Первое было связано с возможностью наконец-то остаться одному. А второе — с тем, что Юрдуп считал свою позицию в этом споре небезупречной, что открывало перспективу интересной и насыщенной беседы.

«А можно было ещё и поспорить. Да, Галилею с оппонентами повезло больше в своё время! Хотя и не так повезло с роднёй» — мысленно вздохнул Юрдуп, осознавая, что только что прервал «театр одного актёра» репликой из зрительного зала.

По громкой связи объявили пятиминутную готовность к проведению основной программы тимбилдинга. Увлекаемый людским потоком, Юрдуп поплёлся к точке сбора жертв очередного этапа корпоративной пытки.

6. Хорея

На этот раз сотрудникам компании предстояло ощутить единение друг с другом и приобщиться к воплощению Миссии компании в ходе преодоления самой настоящей армейской полосы препятствий.

«Ну точно, Иван Иванович, ты наш отец-командир!» — подумал Юрдуп, ожидая, что их скорее призовут строить картонную ракету или пострелять в лазертаге: дресс-код ведь был объявлен космический.

— Юрдуп, ты идёшь на стартовую позицию? — спросил его кто-то, указывая на толпящихся у стойки раздачи комплектов специальной одежды.

Юрдуп так посмотрел на вопрошающего, что вербального подтверждения, в общем-то, не потребовалось.

«Зачем иной раз задают вопросы, на которые заведомо знаешь ответ? — подумал он с недоумением. — Хотя, возможно, это особенности нашего естественного языка, наряду с очередным "о как"».

Спустя некоторое время первая команда, облачённая в форму цвета хаки, уже стояла у стартовой черты. Свисток судьи — и под оглушительные крики и хлопки болельщиков шестеро радостных сотрудников поползли под низко натянутой сетью. За собой каждый «боец» волок муляж автомата. Затем им предстояло с разбегу забраться на двухметровую стену, с чем они, в общем-то, неплохо справились.

«Интересно, теперь принято базы отдыха оборудовать такими полосами препятствия? — подумал Юрдуп. — Не похоже, что это временные сооружения».

— Ну что, добавим огоньку в наше шоу? — с задором вопрошал ведущий в микрофон.

— Да-а-а! — радостно возопила толпа, не отдавая себе отчёта в том, в чём заключался этот самый «огонёк».

На поле вышли три человека в военной форме с автоматами в руках. Передёрнув затворы, они направили дула автоматов поверх натянутой сети. Когда следующая партия радостных, но уже чем-то встревоженных сотрудников поползла под сеткой, раздались короткие автоматные очереди. Всё как на настоящих учениях! Стреляли поверх голов ползущих, дабы придать ощущение достоверности участия в решении боевой задачи.

«А если кто-то из стрелков споткнётся и повалится вниз с неотжатым пальцем на курке?»

Как выяснилось впоследствии, хоть выстрелы и заглушали гул толпы, но палили холостыми.

Двое мужчин, преодолевая страх, уверенно ползли к концу препятствия, а пальба вроде даже ускоряла их движение. Но одна из девушек, которая должна была последовать за ними, наотрез отказалась принимать участие, забившись в натуральной истерике. На подкашивающихся ногах, с помощью коллег, державших её под руки, несчастная покинула поле.

А вот её напарница не подкачала и не подвела команду! В ползущей с муляжом автомата девушке Юрдуп узнал ту самую Оксану-Олесю, встречи с которой он так старался избежать. С настоящим боевым задором она перепахивала локтями поле под выстрелы над головой. А стрелки, как будто приняв вызов, ещё ниже опустили стволы, исторгающие грохот и пламя. Двухметровую стену боевая девица тоже перемахнула без видимых усилий. Казалось, что с таким же успехом она могла эту стену просто снести!

За ней, пыхтя и отдуваясь, бежал страдающий избыточным весом коллега. Подбежав к стене, он без особой уверенности подпрыгнул, едва достав кончиками пухлых пальцев до верхнего края стены. То ли Оксана, то ли Олеся каким-то образом узнала о потугах своего увесистого товарища, несмотря на то, что уже приступила к преодолению следующего препятствия. Спрыгнув с рейки, она позвала остальных участников команды на помощь бедолаге. В результате она и ещё один мужчина подставили свои плечи под могучие ягодицы боевого товарища и начали толкать его вверх. С другой стороны стены поджидал третий помощник, приготовившийся принимать «ценный груз» на этапе спуска.

— Вот это боевое товарищество! Вот это дух взаимопомощи! — неистовствовал ведущий. — Давайте поприветствуем усилия наших коллег, не бросивших в беде соратника по оружию!

И толпа откликнулась таким взрывом голосов, свистов и аплодисментов, который заглушил даже автоматные очереди.

«Интересно, а компания заставит их ползти под движущимся танком? — спросил сам себя Юрдуп. — Даже если так, то Оксана или как её там не только проползёт под танком, но ещё и подобьёт его: за ней не заржавеет!»

Тем временем Оксане-Олесе с коллегой удалось наконец под рёв толпы перевалить своего упитанного товарища через стену. Дело осталось за малым: помочь ему спуститься с другой стороны стены. Вот здесь всё пошло не так гладко. Обладатель пышных форм не удержался и повалился на третьего коллегу с той стороны. Тот не выдержал груза, и оба обрушились на землю. Толпа не сразу сформировала адекватную реакцию на произошедшее. Слышался вроде и смех, хотя правильнее было изображать сочувствие. Поэтому гул голосов стал заметно тише, и несколько человек даже выбежали на поле, чтобы оказать помощь.

Впрочем, всё обошлось. Воин plus size (надеюсь, мы никого не задели этим собирательным понятием, уважаемый читатель), а также его помощник по спуску благополучно встали, отряхнулись и помахали рукой публике.

«Интересно, а какова вероятность, что этот обладатель избыточного веса при падении получил бы-таки серьёзные повреждения? — задумался Юрдуп. — Наверное, немаленькая, и ему просто повезло. Впрочем, без опыта такой вывод делать рано: его жировая прослойка вполне могла сыграть и роль амортизатора при столкновении с землёй. Нужно собрать статистику о падении людей такой комплекции с высоты двух метров и затем обобщить. Нейросеть, руководствуясь подходом Бэкона, так и поступила бы. Но достаточно ли этого? Для оценки возможности получения травмы в подобных соревнованиях такой подход вполне годится. А мы же хотим внушить ей через нашу симуляцию, что на основе наблюдений и экспериментов можно подтверждать строгие научные выводы. Боюсь, ей будет что возразить нашим виртуальным персонажам в спорах о ценности опытных данных. Не станут ли обученные ею персонажи в симуляции утверждать, что всякий опыт можно построить так, чтобы его результат соответствовал ожиданиям? В нашем случае — специально приземлять пухляша на животик так, чтобы он не травмировался. Возможно ли и полученные результаты истолковать так, чтобы они соответствовали проверяемым утверждениям? Вполне, ведь агенты "собаку съели" на подгонке данных к ожидаемым выводам. Мы же сами их этому и обучили. Персонаж Бэкона, которого я хочу внедрить в симуляцию, может разделить печальную судьбу персонажа молодого Бруно в том споре с Учителем-схоластом. Кто знает, какие демагогические приёмы может взять агент искусственного интеллекта на вооружение для отстаивания позиции, которую мы же ему и внушали на протяжении нескольких лет? Все мы знаем, как искусно нейросеть изворачивается, когда решает для нас задачу способом, которым мы её просим, даже когда этот подход заведомо непригоден! Нет, нужно что-то ещё, помимо дискуссий, для изменения системы убеждений Зигфрида. В реальной жизни затянувшуюся дискуссию можно разрешить наглядной демонстрацией эксперимента. А в симуляции?»

И тут Юрдупа охватило новое озарение.

«А собственно, в симуляции! Можно проделать то же самое. Модели рассуждений, которые используют ИИ-агенты, адаптировались к утверждениям, сформулированным на естественном языке. Но что, если поговорить с ними на языке собственного опыта? Продемонстрировать персонажам, действующим от лица искусственного интеллекта в симуляции, эксперимент, который будет противоречить их убеждениям. И проделать это не один раз. Однократное наблюдение их вряд ли убедит — недавние исследования показали, что нейросети игнорируют редкие события и вследствие этого галлюцинируют. Надо показать им целую серию виртуальных, но убедительных опытов! Остаётся только понять, смогут ли виртуальные персонажи в симуляции воспринять расхождение между убеждениями и наблюдаемыми в симуляции событиями так, чтобы скорректировать свои "взгляды". Обычные агенты корректируют свои модели на основе новых данных, которые они собирают из реального мира: через датчики, мониторинг событий в реальном времени и так далее. Но будут ли они корректировать свои модели, положенные в основу рассуждений, воспринимая результаты наблюдений в виртуальном мире? Могут ли они вообще их воспринимать в том смысле, в каком воспринимают данные реального мира? Если показать в симуляции их персонажу-астроному спутники небесных тел, которые не укладываются в его картину мира по сюжету игры, то повлияет ли это на убеждения, которыми руководствуется этот ИИ-персонаж? Или это будет просто нештатное поведение игры, и симуляция обрушится с ошибкой?»

Юрдуп рассеянно проводил взглядом очередную команду, преодолевавшую препятствия, но увиденное уже не задерживалось в сознании.

«С одной стороны, каждый из этих виртуальных персонажей обучается, то есть способен реагировать на события в игре и корректировать своё поведение на их основе. Но будет ли он корректировать только поведение в узком плане, ну, типа, куда пойти и с кем переспать, или в широком смысле тоже? Ведь сама эта симуляция построена с расчётом на то, что через виртуальных персонажей агенту искусственного интеллекта передаётся система убеждений. Правда, передаётся только в ходе дискуссии с виртуальными собеседниками, действующими от лица людей. Но влияет ли как-то способность персонажей к ролевому самообучению в игре на обучение их системы убеждений? Возможно, потребуется доработка в этой части. Мне нужен доступ к исходникам моделей персонажей симуляции! И нужно выбрать новую роль: Бэкона недостаточно. Кто-то в симуляции должен показать серию опытов, чтобы переубедить схоластиков».

Юрдуп задумчивым взглядом окинул полосу препятствий, совершенно не воспринимая, что происходит в её пределах.

«Выбор очевиден: Галилео Галилей. В своё время его реальный прототип буквально закидал современников результатами своих астрономических наблюдений, полученных с использованием сконструированного им телескопа. А ещё закидал их предметами разного веса с Пизанской башни, пытаясь доказать, что время их падения не зависит от массы. Были ещё опыты по гидростатике и многое другое. Осталось только узнать, с какими персонажами он взаимодействует по сценарию игры, и проверить их настройки обучения. Если их контур обратной связи от игровых событий замыкается на систему обучения моделей, формирующих убеждения Зигфрида, дело в шляпе. А если нет, придётся снова запачкать ручки о написание кода. Всё придётся делать самому в условиях секретности, граничащей с паранойей. Потребуются дополнительные права доступа, но, надеюсь, Иван Иванович здесь не подкачает. Есть, правда, ещё один риск. Не факт, что законы природы в симуляции действуют так же, как в реальном мире. И вовсе не гарантировано, что предметы разной массы, брошенные с виртуальной башни в виртуальной Пизе, приземлятся одновременно. Эх, одни проблемы и загадки! Но игра стоит свеч, надо только собрать побольше дополнительной информации».

Пока Юрдуп формировал стратегию переубеждения ИИ-агента в вопросах использования опыта, основное мероприятие тимбилдинга завершилось. Настало время награждения отличившихся команд. Как и ожидалось, первое место заняла команда, в которой коллеги помогали своему тяжеловесному товарищу по оружию перевалиться через стену и разделили с ним боль от последовавшего за этим падения, хотя они и не добрались до финишной черты первыми. Но ведь важен не результат как таковой, а степень взаимной поддержки членов команды и демонстрация готовности прийти на помощь своему товарищу! Именно так достигается поставленная цель формирования подлинного командного духа компании.

Далее по программе корпоративную солидарность надлежало укреплять в ходе совместного застолья и танцев. Но до этого был ещё целый час свободного времени, который Юрдуп решил потратить на расшифровку загадочного послания.

Следуя по направлению к небольшой тёмной аллее, Юрдуп заметил за столиком своего давнего хорошего знакомого. Армен Алчан — один из немногих, а возможно, и единственный человек, с которым он был не прочь поговорить. А ещё (какое везение!) Армен занимал позицию инженера инфраструктуры проектов, связанных с трёхмерными симуляциями. Молодой человек сидел в одиночестве за столиком и с задумчивым взглядом потягивал вейп.

— Привет, Армен! — несвойственным ему бодрым голосом сказал Юрдуп.

— П-привет, Юрдуп, — его знакомый немного заикался.

— Как тебе наше прекрасное мероприятие?

— Да. Иногда нужно собирать людей для п-п-проведения вроде как бес… бес… с-смысленных ритуалов. К-коллективные действия скрепляют корпоративную мифологию.

— В общем-то да. Только, по мне, если и участвовать в поддержании культов, то лучше в роли жреца.

— Ну, к-каждому своё, — Армен тихо рассмеялся.

— Я с тобой хотел один вопрос обсудить. Как раз по твоей специальности.

— Ты хотел обсудить вопросы игры на флейте?

— Не, — рассмеялся Юрдуп в несвойственной ему манере. — Меня интересует кое-что про симуляцию. Ты случайно не знаешь, насколько применимы там все законы физики? Хотя бы классической. А ещё интересно, насколько достоверна картина неба, которую могут наблюдать персонажи игры?

— Вообще, не применимы. Но при оп-определённых условиях законы физики в понимании до XIX века могут быть при… применены.

— Хм, а что это за условия?

Армен ответил, что не так хорошо погружён в эту тему и что занимается этим вопросом отдельная компания, то ли входящая в их холдинг, то ли просто как-то аффилированная. Он знал только то, что реалистичная физика возникает в определённом моде или режиме. В этом режиме в своё время запускали игру, и даже не один раз, но каждый такой запуск требовал столько вычислительных мощностей, что дальнейшее развитие направления решили отложить. Ведь обычным игрокам особенно и не нужно, чтобы их действия точно соответствовали законам природы.

— Да, люди играют в компьютерные игры не для того, чтобы встретить реальность, а чтобы реалистично от неё убежать, — согласился Юрдуп, осознавая, насколько его высказывание напоминало каламбур.

Армен покачал головой и продолжил. Он поведал, что воспроизведение законов природы в каждой точке виртуального пространства требовало полного использования ресурсов всех серверов, входящих в кластер.

— Железо вышибало одно за другим. И п-п-припекало так, что кондиционеров едва хватало. Б-банька та ещё была! Стоило ли оно того? А п-почему ты интересуешься?

— Мне хотелось бы проверить одно предположение о поведении игровых персонажей, — осторожно начал Юрдуп. — Просто интересно, насколько замедлится или ускорится их обучение при погружении в среду, где выполняется большинство законов физики.

— Это интересно, конечно. То-только нужны особые права для запуска режима с реалистичной физикой. Ты… ты же понимаешь теперь, какой ресурс ком… компании расходуется в этом режиме?

— Понял тебя. А ещё вопросик: где раздобыть утилитку для введения в симуляцию нового персонажа? Мне кажется, обучить нового будет легче, чем накручивать настройки существующим.

— Вот здесь проблемка.

Армен объяснил, что так просто нового персонажа в игру не ввести. Для этого нужно, чтобы за него проголосовали активные персонажи симуляции, неважно, полностью они виртуальные или управляются людьми. В общей сложности требуется получить больше половины голосов. Концепция игрового консенсуса или что-то типа того. В общем, оказалось проще изменить законы физики мира, чем проявить себя в нём в новой роли. Правда, есть одна лазейка, связанная с некоей системой рекомендаций, но об этом Армен уже не был так осведомлён.

— А всё-таки интересно, насколько изменение законов мироздания может повлиять на поведение персонажей симуляции, на их интеллектуальную начинку, если можно так выразиться? — задавая этот вопрос, Юрдуп осознавал, что приближается к опасной черте, отделяющей его от разоблачения. — Я имею в виду законы мироздания, прописанные в игре.

— Сложно сказать. Этим вообще занимается п-подразделение Юрицына. У них все исходники есть и документация. На него у меня выхода нет. Не-не знаю, чем тебе помочь.

— Спасибо, ты и так пролил свет на многие вещи, которые, поэтически выражаясь, находились для меня во мраке неведения.

Армен усмехнулся и продолжительно затянулся вейпом. Взгляд его красивых чёрных глаз периодически блуждал в поисках девушек. Знакомиться и сближаться с ними он, правда, не решался, поскольку очень стеснялся своего дефекта речи.

«Жаль, — сочувственно подумал Юрдуп, наблюдая за тем, как его приятель провожает взглядом очередную красотку. — Такой симпатичный и умный парень. А если бы в его окружении оказалась девушка с заиканием? Может, тогда он бы решился на то, что мне сейчас, к слову, не так и нужно. А вообще, ему было бы комфортнее жить в традиционном обществе, а не на нашей выставке сомнительных достижений».

Времени, в общем-то, оставалось не так уж много: кто знает, сколько времени у него займёт расшифровка послания, прочитанного им на кусочке виртуального пергамента. Попрощавшись со своим приятелем, Юрдуп свернул за угол с твёрдым намерением взломать тот странный шифр в поэтической оболочке.

Достав телефон, он открыл страницу с любимым чат-ботом и ввёл в диалоговое окно следующий промпт: «Детка, расшифруй мне, пожалуйста, следующую фразу, используя все известные способы перевода текста в числовую последовательность: «…”»

Спустя доли секунды в окне вывода результата он смог прочитать ответ:

«Вот, держи, мой хороший.

Каждая буква заменяется её порядковым номером в алфавите. К примеру: "Солнце" → 29 25 12 14 24 6.

ASCII-коды символов.

Шифр с ключом (Виженер + цифры). Используем ключ "Горизонт", сдвигаем буквы, затем переводим номера (А = 1... Я = 33)»

По итогу самая короткая последовательность цифр, соответствующая фразе-аналогу исходного шифра, вытащенного его виртуальным персонажем из пасти нарисованного чудовища, включала в себя целых семьдесят три позиции. Вряд ли стандартный код, отмыкающий дверцу сейфа, мог состоять из семидесяти трёх цифр. А может, нужно взять только первые шесть цифр из какого-то из предложенных вариантов? Или шесть последних? Или надо полученный ряд цифр преобразовать в другой, более короткий, с помощью какого-нибудь другого способа? Тогда целесообразно взять изначально не самую длинную, а самую короткую последовательность.

«В общем, нужно идти в номер и пробовать все возможные способы».

— Привет, Макс! Ой, сорянчик, Юра, забыл твоё новое имя.

Юрдуп не стал поправлять коллегу, который неожиданно проник в его укрытие и отвлёк от размышлений. Артём, так звали нежданного собеседника, был уже не в себе от выпитого алкоголя и слегка пошатывался, пытаясь поймать Юрдупа в фокус своих расширенных зрачков.

— Представляешь, мы с тобой сегодня ночуем в одном номере, веришь?

— Как? — с изумлением воскликнул Юрдуп, не осознавая, что его зрачки в этот момент тоже расширились.

— Ага, вот так, прикинь! — с этими словами новоиспечённый сосед по комнате икнул и приобнял ошарашенного Юрдупа за плечи. — Ну, я пошёл, а ты это, присоединяйся, скоро продолжение! Я требую продолжения банкета! — проорал он избитую фразу из какого-то старинного фильма, удаляясь на подкашивающихся ногах.

«Какого..?»

И тут Юрдуп тихо, но отчётливо употребил то слово, что обогащает русский язык речевыми формами, позволяющими ёмко выразить отношение к происходящему без использования длинных языковых конструкций. Он очень редко позволял себе такие слова, помня, что жители блокадного Ленинграда, несмотря на тяжёлую долю, выпавшую на них в течение девятисот дней непрерывного кошмара, не позволяли себе материться. В те времена считалось, что употребление матерных выражений свойственно людям простого уклада, приехавшим в город из отдалённых краёв. В то время как интеллектуальная среда города-музея, ставшего жертвой трёх революций (им же и порождённых), не способствовала выражению мысли его коренными жителями с использованием мата и прочих низкопробных фраз даже тогда, когда они разделяли с городом самые драматичные моменты истории.

Юрдуп причислял себя к этой среде и старался ей соответствовать, но здесь, согласитесь, дорогой читатель, имелся повод!

«Какого… чёрта? — сдержался на этот раз петербуржец. — Я же русским языком написал этим кури… этим неумным ассистенткам, что мне нужен одноместный номер! Од-но-мест-ный, твою же дивизию! Я даже приписал, что готов доплатить столько, сколько потребуется, чтобы не слушать чужой храп и ничьи пьяные разговоры! Мне что, капслоком надо было описывать свои предпочтения по проживанию?»

Юрдуп раздражённо расхаживал взад и вперёд, слегка подёргивая головой на манер тика. В этой немыслимой ситуации его раздражало не только то, что предстояло делить комнату со свалившимся на его голову Артёмом и вдыхать его алкогольные миазмы под звучание гортанной полифонии. В любой другой ситуации Юрдуп просто вызвал бы такси (даже управляемое человеком) и укатил прочь с корпоратива. Но сейчас приводило в бешенство то, что время, отводимое для реализации всех попыток открыть сейф в номере отеля, ограничивалось моментом возвращения (или вползания) в эту комнату замечательного Артёма. Если к этому моменту Юрдуп так и не успеет подобрать код, что он скажет вернувшемуся в номер коллеге, когда тот увидит его возле сейфа, набирающим пароль? Может быть, что-то вроде: «Представляешь, новый квест от компании. Подберём код от сейфа — и нас там ждёт бутылочка шнапса! Давай вместе, дорогой!»

«Ну уж нет! Я получу сейчас этот чёртов код от первоисточника, открою сейф, возьму послание — и ноги моей здесь больше не будет! — подумал он, сменяя внутреннее раздражение решительностью. — Пойду и спрошу у ИИ напрямую, какой код он мне тогда передавал в симуляции».

Оставалось только найти Ивана Ивановича на этом пиру. Вариантов было немного: банкетно-танцевальная часть корпоратива по традиции должна была предваряться патетическими речами руководства. Там и можно будет застать Ивана Ивановича.

«Что ж, придётся идти на эту свистопляску, плавно переходящую в оргию!» — с грустью подумал несколько успокоившийся Юрдуп.

Громкоговоритель объявил пятиминутную готовность к началу банкета. Разбрёдшиеся по территории базы отдыха коллеги начали собираться в группы; эти группы, в свою очередь, объединялись в группы покрупнее, чтобы влиться в поток людской массы, центром притяжения которого было большое белое здание на естественном возвышении ландшафта. Не принадлежа ни к одной из этих групп, Юрдуп тем не менее подчинялся непознанному закону работы частей социального организма и двигался в общем потоке людей к месту проведения банкета.

У входа в зал уже курили. Кто постарше дымил обычными сигаретами и сигарами. Кто помоложе, как водится, выпускал клубы пара из вейпов. Ивана Ивановича с его трубкой среди них, к сожалению, не нашлось.

«Ну, началось» — вздохнул Юрдуп и зашёл в громыхающее акустическими басами пространство банкетного зала.

Хотелось занять столик подальше от сцены, но цель состояла в том, чтобы найти Ивана Ивановича, а значит, надо было сесть по крайней мере в центре зала.

Не обнаружив нигде своего приятеля Армена, Юрдуп занял свободное место за одним из столиков у стены, возле колонны, рассматривая этот несущий элемент конструкции здания в качестве возможного укрытия.

Вопреки ожиданиям, начало банкета не было освящено речами руководства, которое должно было ещё раз поблагодарить всех за работу, призвать забыть сегодня о делах и просто расслабиться и, возможно, кого-нибудь публично наградить за успехи в обучении больших языковых моделей. Вместо этого с призывами к веселью обратился какой-то то ли тамада, то ли коуч.