Колючка для кумира

Интерьер был ещё круче, чем на фото. Полумрак, разбитый лишь тёплыми лампами над столами и тем самым золотистым сиянием от барной стойки. Та самая стойка. Она была огромной, настоящим островом посреди этого человеческого моря. За ней метались две девушки и парень, их руки мелькали, как у фокусников, ловя бутылки, шейкеры, бокалы. Свет падал на полки с бутылками, и они переливались, как драгоценности.

Это было не рабочее место. Это была сцена.

Ко мне протиснулся парень лет тридцати, в простой белой футболке, с наушником в одном ухе и смартфоном в руке. Он выглядел как человек, который тушит десять пожаров одновременно.

— Яна? Я Артём. Спасибо, что примчалась. Вливаться будешь в огонь, — он без лишних слов сунул мне в руки чёрный фартук. — Правила просты: не тормозить, не паниковать, кассу освоишь по ходу дела. Сейчас основная задача – помогать Кате и Серёже, простые заказы, пиво, виски-кола. Покажешь класс – поговорим о сложных коктейлях. Вопросы?

Я повязала фартук, чувствуя, как знакомый азарт наполняет меня. Этот гул, эта суета, этот запах – это был мой мир.

— Вопрос один, — ухмыльнулась я, подходя к стойке. — Здесь есть хороший крепкий кофе? А то я, кажется, сегодня не выдержу на одном энтузиазме.

Артём коротко рассмеялся.

— После смены – за мой счёт. А теперь, новичок, за работу. Добро пожаловать в «Подземку».

Первые пятнадцать минут были хаотичным танцем с препятствиями. Я ловила на лету названия бутылок, которые Серёжа тыкал мне пальцем, запоминая, где стоят сиропы, соки и где лежат трубочки. Моя память, тренированная в «Молоте», работала на полную. Я не дергала коллег, а просто впитывала информацию, как губка, ловя их быстрые движения краем глаза.

Первый заказ – три пива и виски-кола. Проще некуда. Я справилась, отбивая такт музыки крышкой от пивной бутылки, прежде чем открыть её. Следующий – мохито. Уже интереснее. Я нашла мяту, лайм, сахарный сироп. Шейкер лежал там же, где и везде. Мои руки, казалось, сами помнили движения: быстрый бросок льда, точные наливы, энергичное, но не разбрызгивающее встряхивание. Я поставила высокий бокал с мятной прохладой перед парнем, который уже начал поглядывать на часы.

— Лови, – сказала я с лёгкой улыбкой. – Осторожно, холодное.

Он удивлённо поднял брови, потом кивнул: «Спасибо».

Первая маленькая победа.

С каждым новым заказом я чувствовала себя увереннее. Я уже не просто выполняла функцию, я начала управлять маленьким участком хаоса вокруг себя. Ко мне потянулись люди, видя, что у новой девушки быстрые руки и нет отстранённого высокомерия, как у некоторых барменов в пафосных местах.

— Девушка, мы тут уже десять минут ждём! – позвала меня пара, выглядевшая слегка раздражённой.

Я, не прекращая взбалтывать шейкер для «Космополитена» для другого заказа, бросила им через стойку:

— Вижу вас! Держусь из последних сил, чтобы не сбежать через чёрный ход. Ещё три минуты максимум – и ваш заказ будет самым вкусным за вечер, обещаю.

Девушка улыбнулась, а её парень рассмеялся. Напряжение спало.

Когда поток на моём участке немного стих, я увидела, что Катя, работавшая в другом конце стойки, просто зашивается, пытаясь собрать несколько сложных коктейлей сразу. Я быстро приготовила два «Джин-тоника» и «Отвёртку», которые висели у неё в очереди, и переставила бокалы к её станции.

— Эй, – крикнула она, заметив это. – Спасибо!

— Не за что, – крикнула я в ответ. – Просто не дай этому льду растаять.

Я продолжала шутить с гостями. Какой-то парень в очках заказал «что-нибудь покрепче, день был тяжёлый».

– «Что-нибудь покрепче» – это наше второе имя, – серьёзно сказала я, наливая ему хороший двойной виски. – Первое – «Подземка». Держите. Надеюсь, завтра будет легче, а то наш запас не безграничный.

Он фыркнул и оставил хорошие чаевые.

Постепенно я разгрузила свой сектор настолько, что смогла начать принимать заказы посложнее. Я ловила восхищённые взгляды, когда поджигала апельсиновую цедру для «Олд фэшн» или аккуратно наслаивала разноцветные ликеры в бокале. Это был мой язык. Моя магия. И здесь, в этом шумном, душном подвале, среди незнакомых лиц, я чувствовала себя как дома больше, чем за все дни в стерильных коридорах универа.

Артём как-то раз проходил мимо, бросил взгляд на мою чистую, организованную часть стойки и на довольных гостей, и одобрительно хлопнул меня по плечу.

— Не зря рискнул, – бросил он и растворился в толпе.

Я вытерла лоб тыльной стороной ладони и ухмыльнулась. Адский завал? Ерунда. Это была просто ещё одна пятница.

И, чёрт возьми, какая же она была прекрасная.

Глава 9.

К двум часам ночи первая, самая бешеная волна гостей схлынула. Народу стало меньше, заказы уже не сыпались как из рога изобилия, а приходили размеренно, давая передохнуть. Я, наконец, перевела дух, облокотившись на стойку на секунду, и почувствовала, как дрожат от напряжения руки и ноет спина. Адреналин потихоньку отступал, оставляя приятную, заслуженную усталость.

Катя и Серёжа, теперь уже не метавшиеся как угорелые, перебрались ко мне, чтобы перекусить и выпить воды.

— Яна, ты огонь! — Катя хлопнула меня по плечу. — Я думала, новичок сгорит в такую нагрузку, а ты как будто тут всю жизнь проработала.

— В какой-то мере и проработала, — улыбнулась я. — Только бар назывался «Молот».

— Ну, это респект, — кивнул Серёжа. — Видно, что рука набита.

Мы болтали ещё минут десять, и я наконец-то расслабилась, чувствуя, что меня приняли в свою касту. Вдруг к нам подошёл Артём. В его руках было три кружки, от которых валил божественный пар.

— Держите, бойцы, — сказал он, расставляя их перед нами. — Без этого никуда.

Я с благодарностью взяла свою. Аромат был настолько насыщенным и глубоким, что даже через усталость и запахи бара я почувствовала, как просыпаюсь. Первый глоток был откровением. Это было не то кислотное пойло, что льют в университетском буфете, и не растворимая дрянь. Это был качественный, правильно заваренный кофе, с шоколадными и ореховыми нотами. Он согрел изнутри и прочистил голову.

— Боже, это же нектар, — выдохнула я, закрывая на секунду глаза.

— Наш секретный запас, — подмигнул Артём, присаживаясь на высокий стул по ту сторону стойки. — Для избранных. То есть для тех, кто не спалил нам «лицо» в первый же час работы.

Он откинул прядь медно-каштановых волос, и я впервые разглядела его как следует. Симпатичный? Скорее, чертовски привлекательный. У него были аристократичные, чёткие черты лица: высокий лоб, прямой, точеный нос и… очень пухлые, выразительные губы, которые сейчас растянулись в улыбке.

Таких обычно снимают для обложек глянцевых журналов про «успешных молодых предпринимателей». Но вместо костюма на нём была простая футболка, на правом предплечье — стильное геометрическое тату, а во взгляде читалась не наигранная, а самая что ни на есть настоящая мятежная искорка.

— Ну что, Яна, — начал он, делая глоток из своей кружки. — Первый бой приняла. Ощущения?

— Как после хорошей драки, — честно ответила я. — Все болит, но ты доволен, потому что победил.

— Ты не победила, ты разгромила, — поправил он. — Я наблюдал. Ты не просто напитки разливала. Ты людей развлекала. Они у стойки не нервничали, а смеялись. Это дорогого стоит. Ты для нас находка. И как же вовремя ты появилась.

От таких слов стало на удивление приятно.

— Ну, вы тоже молодцы. Позвали первую попавшуюся девушку с улицы в адский завал.

— Интуиция, — парировал он. — И твоё резюме. «Молот» — это серьёзная заявка. Кстати, о деньгах. — Он достал из кармана джинсов пачку купюр. — Это твои чаевые за сегодня. Мы их не сдаём в общак, каждый заработанное забирает себе. И плюс к этому, я сегодня же переведу тебе на карту оплату за пробную смену. Как за полную.

Я взяла деньги, стараясь не показывать своего удивления. Пачка была довольно толстой.

— Спасибо, — сказала я, пряча купюры в карман фартука. — Честно, не ожидала такого гостеприимства.

— Мы тут все строим одно дело, — пожал он плечами. — И я ценю тех, кто выкладывается. Особенно таких симпатичных и быстрых барменш, — его взгляд стал чуть более заинтересованным, чуть более личным. В его тоне появились лёгкие, ненавязчивые нотки флирта.

— И как же так вышло, что ты, с такими-то данными, — я кивнула в его сторону, — не в модельном бизнесе, а в баре околачиваешься?

Артём усмехнулся.

— Модельный бизнес — это скучно. А тут… — он оглядел зал, где гости неспешно допивали свои коктейли, а музыка стала тише и глубже, — тут жизнь. Тут драйв. Я не просто управляющий, я совладелец «Подземки». Мог бы, конечно, сидеть дома и получать дивиденды, но мне нравится тут тусить. Контролировать процессы, участвовать. Вкладываюсь во всё — в ремонт, в музыку, в подбор персонала, в выбор кофе, — он поднял свою кружку. — Это моё детище.

В его глазах горел настоящий огонь. Не жадность, не желание просто заработать, а страсть. И это мне в нём понравилось больше всего. Я всегда уважала людей, которые занимались тем, что им действительно нравится, и вкладывались в это на всю катушку.

— Понятно, — кивнула я, смотря на него с новым интересом. — Значит, ты не только красивый, но и с мозгами. Редкое сочетание.

Его глаза блеснули откровенным интересом. Лёгкий, непринужденный флирт витал в воздухе, как аромат кофе.

— А ты не только быстрая, но и дерзкая. Мне нравится. Так что, завтра жду. И, Яна, — он наклонился чуть ближе, понизив голос, — если что-то не устроит, какие-то гости, какие-то проблемы – сразу ко мне. Я ценю своих людей, а разборки люблю больше, чем подсчёт прибыли.

— О, я и сама мастер по разборкам, — парировала я. — Но спасибо. Страховка пригодится.

Мы допили кофе под болтовню Кати и Серёжи, которые делились самыми дурацкими заказами за вечер. Я смотрела на этот почти опустевший зал, на сияющую медную стойку, на Артёма с его медными волосами и чувствовала…

Спокойствие. Это было моё место. Моё решение было верным. Здесь, среди запаха кофе, алкоголя и потёртого кирпича, я снова стала сама собой. И, кажется, этой версии меня здесь были рады.

Глава 10.

Выходные пролетели на одном драйве. Новые знакомства, любимая работа, ощущение, что ты на своём месте – всё это заряжало лучше любого энергетика. Я влилась в коллектив «Подземки» так быстро, что к концу субботней смены мы с Катей и Серёжей уже болтали, как старые друзья. Но главной точкой притяжения в этом водовороте стал, конечно, Артём.

После особенно загруженной субботней смены, когда ныли спина и руки, а в ушах стоял оглушительный гул, он, как всегда, оказался рядом с тремя кружками дымящегося кофе.

— Ну что, герои труда, — его голос прозвучал приглушённо и тепло в почти опустевшем зале. — Подводим итоги?

— Итог один, — выдохнула я, с наслаждением делая первый глоток. — Я, кажется, никогда в жизни не пила кофе вкуснее. Ты точно не колдуешь?

Артём усмехнулся, присаживаясь на барный стул рядом.

— Секрет в зёрнах и в бариста, который влюблён в свое дело. Почти как ты сегодня в свои коктейли. Я смотрел, как ты работаешь с «Королевским сауэром» для того столика у окна. Это было... с душой.

Я почувствовала, как от его слов по спине пробежали приятные мурашки.

— Не ожидала, что владелец заведения так внимательно следит за новенькой барменшей, — парировала я, пряча улыбку в кружку.

— Совладелец, — поправил он. — И я слежу не за барменшей, а за человеком, который вносит в это место какую-то новую энергию. Острую. С перчинкой. Как раз такую, какой не хватало.

Его взгляд был прямым и заинтересованным, но без тени наглости. Он не пялился на мою грудь или губы, он смотрел мне в глаза. И в этом было что-то невероятно притягательное.

— Ну, знаешь ли, с перчинкой у меня всегда полный порядок, — не удержалась я от колкости. — Могу и переперчить, если попросишь.

Он рассмеялся, и от этого смеха стало по-домашнему уютно.

— Пока всё в идеальной пропорции. Кстати, насчёт воскресенья... Ты не передумала насчёт графика? Потому что я уже не представляю эту стойку без тебя.

— Кажется, ты просто не хочешь искать другого раба на замену, — пошутила я.

— Нет, — его ответ прозвучал вдруг серьезно. Он отпил кофе, его медные волосы упали на лоб. — Просто с тобой здесь... становится правильнее. Как будто недостающий паззл нашёлся.

От таких слов у меня внутри что-то ёкнуло. Его интерес был настолько искренним и ненавязчивым, что рушил все мои защитные барьеры. Он не пытался продавить, подмять под себя или строить из себя крутого парня.

За всё это я мысленно выставляла ему огромные жирные плюсы в невидимый рейтинг. Даже если это ни к чему не приведёт, такой бонус делал мою новую работу ещё приятнее.

Наступили учебные будни. Мы сидели с Лизой, Ваней, Сергеем и Степой на старой чугунной лавочке в парке при универе, и я с энтузиазмом рассказывала им про «Подземку», как в кармане завибрировал телефон. Незнакомый номер. Я сбросила. Через десять секунд – снова. И ещё.

— Что, поклонник объявился? — подмигнул Ваня.

— Хрен его знает, — проворчала я, отключая звук.

Но звонки шли один за другим. А потом пришла смс. Грубая, откровенная, с предложением, от которого стало противно. Я нахмурилась. Ещё одна. И ещё. Все с разных номеров, все в одном духе.

— Что случилось? — спросила Лиза, увидев мое лицо.

— Да какая-то хрень, — буркнула я, пытаясь сохранять самообладание. — Мужики какие-то названивают, пошлости и мерзости пишут.

В этот момент к нашей лавочке, как по заказу, подошла Алла со своей свитой. На её лице цвела самодовольная улыбка.

— О, Яна! — слащаво начала она. — Неужели твои провинциальные кавалеры соскучились? Или... — она сделала драматическую паузу, наслаждаясь моментом, — может, ты уже успела оставить свой номер на каких-то сомнительных сайтах? Для... дополнительного заработка, так сказать?

До меня дошло. Это была её работа. Она раздобыла мой номер и выставила его везде, где тусуются мужики, ищущие «дешёвых развлечений». Жар бешенства ударил мне в голову, но я вдохнула поглубже и постаралась держать лицо. Номер сменить – не проблема. А вот дать ей понять, что она меня задела – большая.

Я медленно подняла на неё взгляд, на лице – маска холодного любопытства.

— Знаешь, Алла, мне даже интересно стало. А откуда у тебя такая осведомлённость в этих... специфических сайтах? — я сделала небольшое театральное удивление. — Видимо, частая там гостья? Или, может, у тебя там свой профиль? Ну, знаешь, для поддержания статуса «богини», так сказать. Всегда полезно знать конкурентов в лицо.

Её улыбка сползла с лица, словно её стерли растворителем. Глаза стали узкими, ледяными щелочками.

— Ты совсем обнаглела, провинциальная шлюха, — прошипела она так, чтобы слышали только мы.

— Ой, а у тебя и лексикончик-то подходящий, — парировала я, всё так же спокойно. — Прямо как в тех смс-ках. Видимо, практика.

Алла резко выпрямилась, её лицо исказила гримаса злобы.

— Это только начало, — бросила она едко. — Наслаждайся вниманием. Продолжение следует.

Она развернулась и, отшвырнув ногой камень на дорожке, гордо удалилась со своей свитой.

— Вот же мразота, — выдохнула Лиза, когда они отошли.

— Номер срочно меняй, — практично посоветовал Сергей.

— Да, — кивнула я, глядя на список пропущенных вызовов. — Но сначала зайду в деканат, скажу, что потеряла старую симку. Пусть обновят контакты в базе, только так, чтобы эта стерва не добралась до нового номера через универ.

Внутри всё кипело от ярости, но на поверхности я оставалась спокойной. Алла думала, что может меня унизить такими дешёвыми трюками. Но она не знала, что я выросла в месте, где удары были куда больнее, а пакости – изощрённее.

Сменить номер – это ерунда. А вот выяснить, как ударить Аллу там, где ей по-настоящему больно... Это уже было интересной задачей. Война была объявлена. Что ж, я всегда была хорошим солдатом.

Глава 11.

Ближе к выходным я снова засела в библиотеке. Нужно было доделать проект по стратегическому маркетингу, восполнить пару пробелов и спокойно уйти на смены с чистой совестью. Я забралась в самую дальнюю, тихую часть зала, где пахло старым переплётом и пылью, разложила учебники, ноут и погрузилась в изучение сложных моделей продвижения.

Я так увлеклась, разбирая хитросплетения воронки продаж, что не сразу заметила тень, упавшую на мои бумаги. Только когда соседний стул с противным скрипом отъехал, я оторвалась от экрана.

И, конечно же, опять он.

Марат Воронов развалился на стуле, как будто это был его личный диван в гримёрке. Весь в чёрном, с наушниками на шее и с той же наглой, самоуверенной ухмылкой.

— Ты как книжная патентованная мышь, — проворчала я, устало закатывая глаза. — Опять прячешься? Или у тебя тут тайная любовь с библиотекаршей? Только предупреждаю, она предпочитает страстных шейхов.

Его ухмылка стала только шире.

— А ты совсем не соскучилась, я смотрю. Приятно, что держишь марку.

— Марку чего? Моего к тебе устойчивого иммунитета? — я щёлкнула ручкой и вернулась к своим схемам, демонстративно игнорируя его. — Ты как пискливый комар. Надоедливый, но в целом безвредный. И всегда знаешь, где найти жертву.

— Я просто чувствую, где пахнет чем-то интересным, — парировал он, не смущаясь. Марат скользнул взглядом по разбросанным передо мной листам. — Или ты думаешь, твои учебники пахнут особенно соблазнительно?

Я не ответила, пытаясь сосредоточиться на цифрах. Но его присутствие было таким же навязчивым, как гудение того самого комара. Он пододвинулся ближе, его плечо почти касалось моего.

— Так, что это у нас тут? — он наклонился, чтобы посмотреть на мой ноутбук. — «Оптимизация маркетингового бюджета для стартапа в сфере эко-продукции»... Звучит смертельно скучно.

— Для тех, у кого в черепной коробке ничего, кроме аккордов да фанаток, возможно, — огрызнулась я, не глядя на него. — Так что не отвлекай.

Но он не унимался. Его взгляд скользил по тексту, и я с удивлением заметила, что он читает не просто так, а вникая. Его лицо из насмешливого стало сосредоточенным. Он дочитал до моего чернового решения и фыркнул.

— И это твой гениальный план? Вбухать половину бюджета в таргетированную рекламу для хипстеров, которые и так уже твои? — его голос прозвучал не насмешливо, а с неподдельным недоумением. — Это как играть для тех, кто уже купил билет на концерт.

Я резко повернула голову, готовая выдать ему колкость, но он перевёл на меня свой взгляд. В его тёмных глазах не было привычной насмешки. Была серьезность и... вызов.

— Смотри, — он взял у меня из рук ручку. Его пальцы слегка коснулись моих, и по руке пробежала странная искра. — Твой стартап – не модный гастроном. У него миссия. Люди покупают не просто продукт, они покупают идею. Иди не в цифровую рекламу, а в партнёрки. Ищи не клиентов, а амбассадоров. Экоблогеров, не самых раскрученных, но с горящими глазами. Фермерские рынки, не для продаж, а для раздачи пробников и сбора контактов. Создай не рекламную кампанию, а движение. Тогда твои «хипстеры» не просто купят продукт, они станут твоими проповедниками. И это будет стоить тебе в три раза дешевле.

Он набросал на моём листке несколько стрелок, связав их в иную, куда более изящную и эффективную схему. И... чёрт возьми, он был прав. Абсолютно, на все сто процентов прав. Его решение было не просто верным, оно было гениальным в своей простоте и точности.

Я смотрела то на схему, то на него, не скрывая удивления.

— Оказывается, в этой изысканно пустой голове есть что-то, кроме аккордов и мыслей о том, как затащить очередную дурочку в подсобку? — вырвалось у меня, но уже без прежней язвительности. Скорее с оттенком искреннего изумления.

Он откинулся на спинку стула, и его ухмылка вернулась, но на этот раз в ней читалось что-то вроде удовлетворения.

— Удивительно, да? Мир не делится на тех, кто умеет только играть на гитаре, и на тех, кто умеет только строчить скучные отчёты. Некоторые умудряются и то, и другое. Правда, для последнего нужно иметь хоть немного воображения, а не тупо следовать учебнику.

Его слова задели меня за живое, но по другой причине. Он был прав и в этом. Я так старалась все сделать «по правилам», что забыла о креативе.

— Ну, раз уж ты такой гений, — сказала я, откладывая карандаш и глядя на него с новым интересом, — почему тогда прячешься здесь, а не строишь бизнес-империю?

Его ухмылка стала жёстче, в глазах промелькнула тень.

— Потому что бизнес-империи строят скучные люди в скучных костюмах. А я... — он сделал паузу, его взгляд скользнул по моим губам, а потом снова встретился с моим, — я предпочитаю создавать нечто более громкое и долговечное. Музыку. А лёгкие деньги и скучные кейсы я оставляю таким вот трудолюбивым студенткам.

В его тоне снова зазвучала привычная дерзость, но теперь я видела за ней не просто наглость. Я видела ум. Острый, быстрый, нестандартный. И это было... чертовски притягательно.

— Знаешь, Воронов, — сказала я, медленно собирая свои листки с его пометками, — ты оказался куда интереснее, чем я думала. Жаль, что это скрыто под таким толстым слоем самовлюбленности и дешёвых провокаций.

— О, это не дешёвые провокации, — он наклонился ко мне так близко, что я снова почувствовала его запах. — Это эксклюзив. Только для избранных. И, кажется, ты как раз в их числе.

На этот раз я не стала отстраняться. Я выдержала его взгляд, чувствуя, как нарастает странное напряжение — смесь раздражения, любопытства и чего-то ещё, острого и запретного.

— Не обольщайся. Меня интересуют пока только твои мозги. Остальное... — я сделала небольшую паузу, наслаждаясь моментом, — на стадии изучения. И поверь, я очень придирчивый исследователь.

Я стала складывать учебники в рюкзак, давая ему понять, что разговор окончен. Но он, конечно, не сдавался.

— Раз уж я спас твой проект от неминуемого провала, — его голос прозвучал прямо у меня за спиной, — самое меньшее, что ты можешь сделать — это сходить выпить со мной кофе. В знак благодарности.

Я повернулась к нему, уже полностью собравшись. На моём лице играла лёгкая, снисходительная улыбка.

— Кофе? — я сделала вид, что задумалась. — Ну, знаешь... У меня довольно высокие стандарты. И твой текущий рейтинг, если честно, пока не дотягивает до уровня, на котором я трачу своё свободное время на совместные посиделки.

Его брови поползли вверх. Кажется, его впервые в жизни так отшили.

— Рейтинг? — он фыркнул, но в его глазах вспыхнул азарт. — И что же мне нужно сделать, чтобы его повысить? Спасти еще пару-тройку твоих проектов?

— О, нет, — я закинула рюкзак на плечо, глядя на него с вызовом. — Один бесплатный консалтинг уже учтён. Но для выхода на уровень «кофе» тебе придётся проявить куда больше изобретательности. И оригинальности. А пока... — я пожала плечами, разворачиваясь к выходу, — твои баллы где-то в районе «надоедливый, но иногда полезный комар». Попробуй как-нибудь в другой раз. Если придумаешь что-то действительно стоящее.

Я сделала несколько шагов, чувствуя его взгляд на своей спине. Он молчал, и эта тишина была красноречивее любых слов. Я почти дошла до поворота между стеллажами, когда его голос, низкий и уверенный, догнал меня:

— Я всегда был хорош в решении сложных задач.

Я обернулась, чтобы бросить ему последний взгляд. Он всё так же сидел, откинувшись на стуле, но его поза теперь выражала не расслабленность, а сфокусированную энергию.

Как хищник, уловивший интересный след.

— Рада за тебя, — парировала я. — Удачи. Тебе понадобится тонна креатива, чтобы выбраться из ямы «писклявого комара».

— О, Яна, — его губы растянулись в медленной, многообещающей ухмылке. — Ты даже не представляешь, насколько я креативен, когда мне бросают вызов.

На этот раз я уже не сдерживала улыбку, выходя из библиотеки.

Война с Аллой была одним делом — грязным и неприятным.

А эта... эта странная, колючая игра с Маратом Вороновым, где каждый ход был парированием, а каждое слово — выпадом, становилась самым захватывающим дуэтом в моей жизни. И да, он все ещё был невыносимым зазнайкой. Но сегодня я увидела часть того, что он прячет за своими «кулисами».

Глава 12.

Пятница в «Подземке» была не просто днём недели. Это было явление, стихия, живой организм, который требовал полной самоотдачи. Сегодня этот организм бушевал с особой силой. Гул голосов сливался с мощными басами в единый рокот, а воздух был густым коктейлем из парфюма, пота, хмеля и цитрусовой цедры.

Я парила за стойкой. Мои руки двигались автоматически: ловили бутылки, взвешивали в шейкере лёд, счищали длинной спиралью цедру с апельсина. Развлекая гостей, я жонглировала двумя запотевшими стаканами, подбрасывая их так, что они переворачивались в воздухе и с глухим стуком приземлялись на барную полку, не пролив ни капли. Толпа у стойки одобрительно гудела. Это был мой театр, моя сцена, и я была в своей стихии – адреналин заменял мне сон, а удовлетворение от хорошо сделанной работы грело изнутри.