Избранная в Академии Крылатых. Ошибка драконьего наследия

Дарья Коваль

Избранная в Академии Крылатых. Ошибка драконьего наследия

Глава 1

— Адептка Кан, вы в своём уме?

Суровый подавляющий голос главы учебного заведения разнёсся среди стен кабинета мягкой вибрирующей волной и засел отупляющим гулом в моей голове. Так что сомневаться в моих умственных способностях в данный момент у него некоторые основания и правда были. Мне понадобилась целая секунда, чтобы вернуться в реальность и сосредоточиться на более насущном вопросе, чем глубина мужского баритона, порождающая внутри весьма странные чувства.

— Это всё какая-то ошибка, — покачала я головой.

Тёмные, как опустошающая тьма, глаза слегка сощурились, прожигая насквозь и вызывая чувство неловкости.

— Если кто и совершает ошибку, так это вы, адепта Кан. Прямо сейчас, — мрачно отозвался директор, продолжая пристально меня рассматривать. — Академия Дахаг`Раиз является лучшей в империи, попасть в неё удаётся немногим, только в нашей академии выпускники обретают крылья, — отчитал он строго. — Это большая честь и редкий шанс — учиться здесь. А вы отказываетесь? Что вас не устраивает?

В его словах имелась определённая правота. Список ожидания, составленный из желающих обучаться в стенах Академии Дахаг`Раиз был очень велик. Говорят, даже самые высокопоставленные дома вставали в очередь ещё с момента рождения первого наследника, чтобы не упустить данную возможность. И стоило само обучение целое состояние. Мне не просто повезло быть принятой сюда с первой заявки, по итогу прохождения вступительных испытаний мне выделили специальный грант, позволяющий пройти обучение и прожить все пять лет в академии за счёт империи. Дарай Таннер Ран Даркрэ`Аш был абсолютно прав и в том, что только благодаря академии имени великого сюзерена Дахаг`Раиза представлялось возможным заполучить дух дракона, обретя крылья, а также — в некоторых случаях — самую крепкую чешуйчатую броню, когти, клыки, мало чем ограниченную мощь драконьего дара и всё в таком духе. Зависело это от конкретного духа, лишь бы древесный дух не попался, не то вместо скорости полёта и силы обретёшь исключительно способность умирать стоя и безмолвно, ведь всем известно, именно так и заканчивают свою жизнь деревья, а древесные драконы очень уж ими восхищались и старались во всём подражать. В таких условиях их безусловное долголетие, передаваемое носителю и позволяющее прожить много столетий, совсем не утешало.

Но не будем о грустном…

Существенную роль конкретно в моём случае играло ещё и то, что выпускников академии автоматически принимали на государственную службу, и именно поэтому для своего дальнейшего обучения я рассматривала лишь это заведение.

Но!

Во всём этом имелось громадное жирное «но», которое я и поспешила озвучить:

— Я не отказываюсь, вы всё не так поняли, — заверила поспешно.

Разумеется, ограничиваться одной фразой я не собиралась, но в тёмных, как опустошающая тьма, глазах мелькнуло чёрное пламя, и я невольно зависла на этом моменте, всё-таки мне впервые приходилось стоять, да ещё и столь близко, перед живым воплощением легендарных воинов, а конкретно этот дарай — один из сильнейших за всю историю двенадцати империй. Жаль, глава академии расценил моё промедление по-своему и тут же воспользовался возникшей паузой.

— Вы минуту назад заявили, что не имеете ни малейшего желания учиться на факультете боевых искусств, адептка Кан, — возразил дарай Таннер Ран Даркрэ`Аш.

Спорить я не стала, просто кивнула. И продолжила свою ранее запланированную речь:

— Я подавала заявление на факультет исцеления, но меня определили на боевые искусства. Я очень ценю предоставленный мне шанс, но прошу перевода. Я не смогу учиться на факультете боевых искусств. Это невозможно.

Да что там невозможно, совершенно немыслимо!

Последние десять лет своей жизни я всецело посвятила изучению анатомии и ботаники. Стать исцеляющей — мечта всей моей жизни. Никак не той, кто несёт разрушение. Именно поэтому я и собиралась подать заявление о переводе с одного факультета на другой, едва прибыла на территорию академии и поняла, что вышла какая-то путаница с документами. Вот только в канцелярии, куда я явилась со своей просьбой, меня даже слушать толком не стали. Едва я заикнулась о проблеме, меня тут же отправили в директорский кабинет, ещё и пожаловались на моё пренебрежение выпавшей возможностью получить лучшую жизнь, в результате чего я и вынуждена была находиться тут со всеми своими сбивчивыми объяснениями, морально придавленная властной аурой одного из сильнейших дараев.

— В самом деле? — не поверил мне директор, вопросительно выгнув бровь, а затем уселся в своё роскошное кресло, не сводя с меня пристального взора.

Так и продолжил смотреть, пока тянулся к стопке тонких папок, безошибочно выбрав нужную, которую открыл, положив перед собой.

— Тест на физическую подготовку: двенадцать баллов из двенадцати по женскому нормативу. Тест на психологическую устойчивость: восемь из двенадцати по общепринятому нормативу, при допустимом минимуме в шесть баллов. И это единственные ваши заслуги, адептка Кан. Все остальные тесты вы с треском провалили, особенно по части теоретических знаний, — зачитал он, всё так же не глядя на содержимое папки.

А я как услышала, так и оглохла.

Как это провалила?

Я же два года к этим вступительным готовилась, ночами не спала! Мне же имперский грант дали!

Как так-то?

Нет, должно быть, это всё тоже какая-то ошибка!

Не поверила я ему в общем. В голове мелькнуло предостережение о том, что самих результатов я не видела, получила только пригласительное письмо и была ему так безмерно рада, что не озаботилась ничем подобным, но всё равно аккуратненько придвинулась ближе к директорскому столу, чтобы заглянуть в раскрытое им досье. Он же его даже не читал на самом деле.

Или всё-таки читал?

Ведь стоило посмотреть на исписанные чьим-то ровным каллиграфическим почерком листы, как увидела в первой же строке: «Кан Эй Рин, возраст — 17...»

Да, это точно была информация обо мне. И даже слепок ауры запечатлён, так что ни с кем ни за что не перепутаешь, даже если бы имена и возраст были схожи. Часть информации дарай уже озвучил, часть являлась несущественной, а ещё часть… я не дочитала.

— Всё ещё считаете, что не подходите для обучения на факультете боевых искусств? — прервал мои подглядывания дарай Таннер Ран Даркрэ`Аш. — Потому что, если вы и дальше станете настаивать, я буду вынужден вас действительно отчислить. Для факультета исцеления вы абсолютно не пригодны по имеющимся результатам вступительных испытаний, адептка Кан. Также, по всей видимости, вам стоит напомнить, что в таком случае вы вернитесь обратно в свой исправительный интернат, из которого к нам прибыли.

Заново взглянув в тёмные, как опустошающая тьма, глаза, я гулко сглотнула. Кто бы знал, чего мне стоило просто смотреть в них и не расплакаться от пронзившего разум чувства несправедливости, что прошило насквозь, забралось под кожу въедливым холодом, прилипшим к позвонкам. Может, я и не желала учиться на факультете боевых искусств, где в адептов намертво впаивают инстинкт прирождённых убийц, но и вернуться в исправительный интернат тоже не могла. Мне семнадцать, но до моего совершеннолетия оставались считаные дни, а значит, оттуда меня принудительно определят либо в шахты, раз уж я превосходно прошла тест на физическую выносливость, либо в услужение какой-нибудь семье, где мне суждено жить фактически безмолвной рабыней до самой смерти. Такие, как я, не имеют права выбора, и Академия Дахаг`Раиз — мой единственный шанс побороться с судьбой.

— Так что вы решили? Я жду вашего ответа, — напомнил о своём присутствии директор.

Я шумно выдохнула и заново втянула в себя воздух. Оказывается, с момента его предыдущей речи я и не дышала вовсе, пока размышляла обо всех своих незавидных перспективах, так сильно запекло в лёгких.

— Если я останусь, если решу учиться на факультете боевых искусств, у меня будет ещё один шанс сдать вступительные испытания для факультета исцеления? — спросила глухим голосом, опуская голову.

Теперь я не видела породистое лицо дарая, а отвечать мне он не спешил. Пришлось забыть о жалости к себе и возвращаться в прежнее положение, вновь взглянув на мужчину. Он и тогда продолжил молчать. А вместе с тем пристально рассматривать меня, будто не просто смотрел, а изучал, сам тоже принимая какое-то решение.

Ну же, пожалуйста-пожалуйста!

Я вас очень прошу…

— Возможно. В следующем году, — неохотно, но согласился со мной директор. — Нет никаких нормативных предписаний, препятствующих повторной сдаче вступительных тестов, как и ограничений по принадлежности лиц, которые могут их пересдавать. В конце концов, многие пересдают эти тесты многократно. Правда, на моей практике их ещё ни разу не пересдавали действующие адепты академии, но всё когда-то бывает впервые, так что почему бы и нет? — милостиво сообщил он.

Я не стала обращать внимания на то, сколько сомнений прозвучало в его голосе. Слишком обрадовалась.

С плеч будто весь груз мира разом свалился!

Так полегчало.

— Правда? — выдохнула со счастливой улыбкой.

— Правда, — кивнул дарай.

В уголках его губ тоже скользнул намёк на улыбку.

— И можно будет оформить перевод? — уточнила.

Да, я начинала наглеть. Но кто бы на моём месте не начал? Несмотря на то что на лице дарая мелькнула ещё одна тень сомнения, отозвался он вполне утвердительно:

— Если сдадите все положенные по курсу нормативы, особенно в теоретической части, — помолчал немного, а затем добавил, и как раз то, что поумерило мою нахлынувшую радость: — А также в установленный законом срок внесёте соответствующую плату.

Я пожалела о том, что стояла на ногах.

Чуть не рухнула!

— Плату? — переспросила слабеющим голосом.

— Плату, — самым безжалостным образом уже без тени сомнений и задержек подтвердил дарай Таннер Ран Даркрэ`Аш. — Грант, позволяющий вам обучаться на факультете боевых искусств, утверждён в соответствии с рекомендациями приёмной комиссии и по результатам уже пройденных вами испытаний. Если вы желаете проходить обучение на другом факультете, то и условия будут иными.

Вспомнила о том, что обучение в здешних стенах стоило целое состояние, и чуть не разрыдалась.

— Каков шанс получить грант дважды? — спросила, не слыша собственного голоса.

Очень уж громко и часто застучало моё сердце. Только-только обретающий видимые черты путь к достижению мечты рушился на моих глазах.

— Это маловероятно. Я бы даже сказал, такого шанса нет. Вы либо используете шанс, данный нашей империей, либо выбираете свой путь, адептка Кан, — постановил сурово и жёстко директор.

И мне бы порадовать, что он вообще до сих пор со мной разговаривал, а не прогнал взашей такую неблагодарную меня, как сделали в канцелярии за пренебрежение имперской милостью, но снова радоваться хоть чему-либо у меня уже не получалось.

— Хорошо, я вас поняла. — Вновь опустила голову, уставившись себе под ноги. — Спасибо за то, что уделили мне время и выслушали, — поблагодарила, разворачиваясь на выход из кабинета.

Каждый последующий шаг давался с трудом. На ноги словно кандалы надели. Совсем как те, которые ожидали меня по возвращении в исправительный интернат, если я действительно не воспользуюсь тем, что мне уже повезло получить в своей жизни.

— Адептка Кан, вы уходите? — послышалось за спиной немного удивлённое, с ноткой снисхождения.

Пришлось обернуться.

— А что, вы хотите мне ещё что-то сказать? — посмотрела на дарая.

Теперь снисхождение на его лице читалось куда откровеннее, нежели слышалось в голосе.

— Я вас не отпускал. Вы не можете покинуть кабинет без моего разрешения, — насмешливо сообщил директор.

Ой, точно!

Так расстроилась, что совсем забыла…

— П-простите, — покаялась, запнувшись на первом же слове. — Я могу идти?

Насмешка, читающаяся по его губам, стала шире.

— Да, Эй Рин. Вы можете идти, — милостиво разрешил дарай Таннер Ран Даркрэ`Аш.

Мне дважды повторять не обязательно!

Несмотря на то, как разум кольнуло его подчёркнуто мягкое обращение, напоминая обо всех тех несуразных ощущениях, которые ранее посещали меня в его присутствии, я поторопилась к двери. И даже повернула ручку. Но так и не ушла. Не сразу.

— Если я провалила все вступительные тесты на теоретические знания, почему мне дали грант на обучение? — сообразила запоздало, посмотрев на мужчину.

А он почему-то всё ещё улыбался. И куда явнее, нежели прежде.

— Возможно, просто кто-то счёл, что в вас есть, — глава академии замолчал, выдержал паузу, за которую его тёмный взор придирчиво и довольно ощутимо прошёлся по мне с головы до ног и обратно, пока в зрачках снова вспыхивало чёрное пламя, — потенциал.

И так многообещающе это прозвучало…

Снова не по себе стало!

Глава 2

В директорском кабинете я не задержалась. Выбежала оттуда с такой скоростью, словно за мной опустошители гнались. Самым опасным порождениям алхимии не могли противостоять даже драконы, потому они и вымерли, так что бегство — единственный (хотя тоже не особо надёжный) способ спастись. И я бежала со всех ног. Так долго, пока в боку не закололо от усердия. Не знаю, за что мне присвоили высший балл по результатам теста на физическую подготовку, но хватило меня лишь на то, чтобы выбраться из главного административного корпуса и миновать несколько лекционных зданий и полигонов, женское и мужское общежития, по итогу банально согнувшись у ближайшего фонтана, схватившись за каменный бортик в попытке отдышаться.

Пришла в себя нескоро.

В бескрайнем голубом небе парили дирижабли, впереди простирался парк, за которым начинался лабиринт, вмещающий в себя аттестационные испытания для адептов по результатам окончания каждого курса, а я рассматривала всё окружающее, задаваясь одним и тем же вопросом.

Что на меня нашло?

Я не знала. Но внутри поселилось нехорошее предчувствие, подгоняющее нестись прочь. Правда, оно себя быстренько изжило, затмеваемое новыми вопросами. Например, о том, как бы получше подготовиться к повторной сдаче вступительных тестов на теоретические знания. Если я готовилась два года и провалила их, то теперь, когда у меня в запасе имелся лишь один год, придётся постараться получше. Также мне было нужно где-то взять средства на оплату обучения на другом факультете. Хотя с последним я мучилась недолго. Будучи запертой в стенах исправительного интерната, когда родители отказались от меня после пробуждения дара ледяного пламени, я не имела никакой возможности покидать неприступные стены. Зато теперь, когда наконец оставила позади то ужасное заведение, меня ограничивала лишь метка академии на запястье, дающая защиту всем адептам, и комендантский час, соблюдение которого гарантировала всё та же метка. Я вполне могла найти себе подработку и начать копить.

А ещё…

Мысль оборвалась вместе с толчком. Кто-то, шедший навстречу, не заметил моего присутствия, самым бесцеремонным образом налетев на меня. Кто именно — не запомнила. Наверное, очень торопился. Это бы объяснило, как он самым наглым образом проигнорировал меня и после произошедшего столкновения, просто поспешил дальше, несмотря на то что от силы удара чужого плеча я начала заваливаться прямиком в фонтан. Восстановить равновесие не успела.

Свалилась!

Прямо в воду. Подняв тучу брызг, я пошла ко дну спиной вперёд, в последний момент выставив руки перед лицом, но тут уловила, что на меня падает что-то ещё!

Это «что-то» напоминало золотой шар, только выглядел он довольно странно. От него исходило алое свечение, и, когда я выпрямилась, вставая на ноги и разглядывая находку, сияние замерцало, а вместе с тем замерцало и моё зрение, то пропадая, то возвращаясь, то превращаясь в золотистые волны, раскрашивающие весь мир.

Спрятать штуковину подальше от глаз тоже не вышло!

Стоило попытаться засунуть её в карман, как шар будто прилип к моей ладони, не желая оставаться в одиночестве. Но и это не самое худшее.

— Адептка! — громко окликнул меня строгий женский голос. — Что вы здесь делаете?!

Приближающийся женский силуэт выглядел не менее воинственно. Зелёная преподавательская мантия развевалась на ветру, а её обладательница добралась до меня задолго до того, как я сообразила, что ответить.

— Эм… — выдавила я из себя жалобно.

Но и только. Просто потому что ранним утром перед получением метки, знаменующей официальное зачисление в ряды адептов, меня ознакомили с уставом, в котором чётко были прописаны предостережения о порче имущества академии, что являлось основанием для вынесения дисциплинарного взыскания. Три таких проступка, всё — отчисление. И что-то упорно подсказывало мне: всплывшая в этот момент брюшком вверх раздавленная мной при падении в фонтан рыбка как раз относилась к данному разделу об имуществе, которое категорически нельзя было портить.

— Фамилия! — заметила павшую смертью храбрых рыбку и преподавательница, недобро уставившись на неё.

Я аж вздрогнула от резкости её голоса.

— Адептка Кан, — спешно сообщила я.

Такой же насыщенный зеленью, как и мантия, взор женщины прищурился. Всё так же недобро. Сосредоточился на мне. А я подумала, что стоило бы поскорее покинуть место преступления, но не рискнула даже пошевелиться, так и оставшись стоять по пояс в воде.

— Имя! — потребовала она.

Требование звучало не менее грозно. И обещало мне сплошные неприятности. Настолько явно, что следующая моя грешная мысль была уже не о том, как бы выбраться из воды, а о том, чтобы уйти под неё с головой. Глядишь, если утоплюсь, будет хотя бы не так постыдно. У меня ж древесного драконьего духа нет, умирать стоя я не умею.

— Эй Рин, — послушно отозвалась я, несмотря на все свои внутренние терзания.

— Второе имя! — с отчётливым раздражением спросила преподаватель.

— Это оба имени, — вздохнула я.

— Тебя зовут Эй? — переспросила она.

Я знала, о чём она подумала. Учитывая, насколько элитной считалась данная академия, здесь обучались в основном те, кто действительно мог себе это позволить. И только считаные единицы получили грант. Абсолютное же большинство пребывающих на этой территории — это отпрыски знатных семей. И чем выше ступень социального происхождения, тем больше букв значилось в их первых именах. Например, род сюзеренов давал своим потомкам имена, состоящие из двенадцати букв. Не менее десяти было у тех лордов и леди, что считались самыми приближёнными. Восемь и шесть — у остальной знати. Ну а те, кто не имел аристократического происхождения, ограничивались четырьмя-пятью. Я же… и того ниже по сословию. С тех пор как меня определили в интернат, в котором мне пришлось провести четыре года своей жизни, я стала никем. У меня не осталось ни родителей, ни поддержки родственников, у меня даже полное имя отобрали, оставили лишь две жалкие буквы, как очередное подтверждение позора. Чтобы все знали, какое положение я занимаю в обществе. И каждый раз, когда об этом становилось известно, я видела на лицах перед собой лишь пренебрежение, презрение, брезгливость.

Хотя нет, исключение во всём этом всё же было. Дарай Таннер Ран Даркрэ`Аш. А я только сейчас это поняла. Он не смотрел на меня как на третьесортное создание и даже улыбнулся. Несмотря на то что ему было известно не только моё имя, но и обстоятельства, при которых так случилось. Наверное, именно поэтому в моей голове случился диссонанс при звуке его голоса.

И исключения на этом не закончились!

Вопреки всем моим ожиданиям, преподавательница не стала кривиться и окидывать меня презрением. Я заметила только изумление.

— Оу… — призадумалась она, а от былого негодования и грозного вида ни следа не осталось. — Первокурсница? — уточнила следом.

— Да. Утром прибыла. Ещё даже в общежитие не заселилась, — старательно закивала я.

— Понятно, — хмыкнула собеседница, снова покосившись на рыбку. — Я — саэна Айрилл Лиан Амартен. Приятно познакомиться, адептка Кан.

Всего одно движение её пальцев, с которых сорвалась замысловатая изумрудная дымка, и рыбка, махнув хвостом… ожила! Ушла на глубину.

— После того как заселишься, будь так любезна, пользуйся душевыми, не стоит тут снова купаться, — усмехнулась женщина.

А она, к слову, была очень красивая. Изящная. Грациозная. И, как я теперь абсолютно точно знала, являлась частью факультета исцеления. Не только из-за того, что она сделала.

Она же саэна!

— Мёртвых оживлять не умею, я ж не некромант. Тебе повезло, что ещё оставалось время, и я успела, — прокомментировала она моё счастливо ошалевшее выражение лица, пока я застыла, прилипнув взглядом к уплывающей рыбке. Выдержала паузу, а затем добавила: — Поторопись с заселением. Всем адептам приказано в срочном порядке вернуться в свои комнаты. Ты разве не слышала объявление? — уточнила она вкрадчиво, протягивая мне руку.

Жест пришёлся очень кстати. Помог выбраться из фонтана. И теперь весь мой восторг адресовался уже не рыбке, которая выжила лишь чудом, а той, кто ей помогла.

Вот почему я хочу учиться там, где преподаёт она!

— Н-нет, не слышала, — запоздало, но отозвалась я на её слова. — Я у директора была.

— А, понятно, — кивнула преподавательница. — Тебя проводить, или сама найдёшь нужный корпус?

— Сама, — улыбнулась я. — А почему все должны вернуться? Что за объявление?

На красивом лице с тонкими чертами промелькнула гримаса досады.

— Из преподавательской лаборатории пропал артефакт. Теперь его ищут. До конца разбирательства все адепты должны оставаться в своих комнатах. Если не найдём до вечера, начнутся обыски и досмотр всех учащихся. Ты вот где была пятнадцать минут назад? — заинтересованно выгнула бровь саэна Амартен.

— У директора, — напомнила я.

— Значит, точно не ты, — улыбнулась мне в ответ женщина и ускорила шаг. — Если, конечно, наш достопочтенный дарай Даркрэ`Аш это подтвердит, — добавила многозначительно.

Мы дошли до развилки, и мне требовалось свернуть направо, чтобы добраться до общежития, а ей — в другую сторону, поэтому продолжения диалога не вышло. Женщина в зелёной мантии ушла, не попрощавшись. Очевидно, как и тот, кто толкнул меня в фонтан, очень торопилась. Вполне возможно, и мне следовало последовать их примеру.

Вот только я осталась на месте.

Переосмыслила всё то, что она мне сообщила. В том числе про обыски и досмотр в случае, если они не найдут пропажу. Я не спросила о том, что за артефакт пропал, но какова вероятность того, что можно совершенно случайно наткнуться хоть на один из них? Это же сверхценность, заключающая в себе невиданную мощь. Любой артефакт.

А тот, что в данный момент покоился в моём кармане вместе с ладонью, которую я так и не вытащила, потому что он к ней самым подлым магическим образом намертво прилип… это он и есть?!

Если так, то мне хана.

Полная. Безоговорочная.

Самая лютая!

Глава 3

В общежитие я не пошла. Поразмыслив о своей неожиданной находке, которая так и не отлипла от руки, хотя я очень старалась от неё избавиться, так и не сдвинулась с развилки. Наоборот. Развернулась в том направлении, откуда пришла, начиная невольно завидовать духам древесных драконов и их долголетию. Насколько я могла судить, в той отдалённой от основных построек части территории академии сейчас никого не было, это подходящее место, для того чтобы подумать в тишине.

Может, стоило пойти обратно к директору?

Сдаться ему с повинной.

Он же вроде хоть и суровый, но справедливый.

А если не поверит?

Таким, как я, никогда не верят. Репутация стен, из которых меня условно выпустили, говорила сами за себя. Там хороших ребят не было. Хорошие туда не попадают.

А я…

Я готова рискнуть и поставить на кон всю свою дальнейшую судьбу из-за одной только веры в мимолётную доброжелательную улыбку дарая Даркрэ`Аша?