Волк в стеклянной башне

— О боги, ты меня балуешь, — он мечтательно закатил глаза. — Дай две!

Я собрала волосы в хвост, сунула планшет в сумку и выскользнула за дверь. В руках был пакет с ланч-боксом, он пах ванилью и корицей. внутри были утренние вафли. То ли подкуп, то ли на всякий случай.

Я вошла в кабинет, стараясь нести кружку, планшет и пакет с невозмутимым лицом, как будто это не демон сидит за столом, а просто мой босс. Слегка мрачный, слегка красивый и абсолютно, безусловно, опасный.

— Кто-то определенно плохо спал, — отозвался Джейкоб, не поднимая глаз от бумаг, голос был лениво-холодный, с тенью удовольствия. — У тебя мешки под глазами такие, что туда можно упаковать пару трупов.

— Спасибо за заботу, — отозвалась я. — Кошмары.

— Хм. Кошмары?

Он откинулся в кресле, сцепив пальцы.

— А не эро-сны ли часом?

Я замерла, прищурившись, он смотрел теперь на меня в упор, глаза в глаза.

— Я слышал, как ты во сне кричала имя, — добавил он, чуть склонив голову. — «Феликс! Феликс!» Так громко, что даже через стену было слышно, надо подумать о звукоизоляции.

Я вцепилась в свою кружку. Он слышал? ЧТО слышал?!

— Даже если это был сон про Феликса, — процедила я, — то какое твое дело?

Я не знала, зачем сказала это, но злость поднялась, как кипяток слишком резко и громко, может, потому что это правда.

— Феликс, — повторил он, с тем выражением лица, которое обычно бывает у стоматолога перед удалением зуба. — Какое очаровательное имя! Прямо слышится: «Феликс — имя, достойное великой любви».

— Да, достойное, — я вскинула подбородок, между прочим, это я его так назвала, но хрен тебе теперь скажу ему правду. — Он единственный был рядом, когда все отвернулись и если мне снятся сны с ним — это вообще не твое дело. Слушать через стены мерзко, между прочим.

Он выдержал паузу, слишком длинную, чтобы быть просто ответной репликой. Что-то мелькнуло в его глазах, я не поняла что, но точно не безразличие. Что-то раздраженное, а потом он выдал сладко:

— Отлично! С твоим уровнем самоотдачи ты идеально подходишь для работы! Папки на столе, база открыта, перед тобой твоя выборка. Если сделала все сквозь пальцы, сам проверю. А еще сегодня ты официально переходишь на режим «Делай молча и быстро». Поздравляю!

Я села, стукнув кружкой о стол чуть громче, чем нужно, открыла планшет, папку. Вафли отодвинула в сторону. Плевать на них! Работаем!

Я вбивала пометки в планшет, как гвозди в крышки, а контракты, что я находила «неподходящими» отправлялись в яростный последний полет в покосившуюся кучку.

А он? Он тоже не жалел никого. Один клиент, второй, третий и каждому договор и жуткие условия, каждый уходил отсюда бледнее, чем приходил. Он не улыбался ни разу, не шутил, даже не смотрел в мою сторону, только подписывал.

***

ДЖЕЙКОБ

Феликс.Феликс. Фе-ли-кс!

Я прочитал ее досье дважды, потом еще раз на случай, если проглядел, сделал пометки, сравнивал даты, переписки, места. Все от школы до последнего клиента, до последнего лайка в старых соцсетях. Были имена, связи, пара попыток в отношения короткие, бессмысленные сроком на месяц и три дня. несколько остывших переписок и одно неловкое свидание в кафе.

Но ни одного Феликса, ни намека, ни референса, ни даже захудалого «спасибо за помощь» в почте. И теперь она говорит, что он «важнейший человек в ее жизни»! Лжет! Но не так, как врут обычно, а с этой своей фирменной полуулыбкой и полуправдой, с тоном, в котором больше ярости, чем лжи.

И это бесит! Если бы просто солгала, я бы раскусил. Ложь — это шум, а она оставляет за собой тишину, намек, как будто этот Феликс не имя, а код или маска. И это невыносимо!

Хитрая, упрямая псина! И я злился не потому, что не нашел правду, а потому, что мне важно ее знать! Слишком важно, слишком быстро стало важно, а это уже совсем другая проблема.

***

Рабочий день тянулся, как жвачка, которую выплюнуть нельзя. Папки лязгали, буквы на планшете прыгали, клиенты ныли, продавали души, хлопали дверями, а мы сидели и молчали. Я была злая, он еще злее, тишина между нами могла сжечь лес, а каждый шорох бумаги был как удар по нервам.

Но к обеду я сдалась, не из жалости, из расчета. Довольный демон — залог спокойного вечера и, если повезет, бонусов. И я была не против перемирия, даже если придется приманить его вафлями. Я аккуратно положила одну на стол рядом с ним.

— Это взятка, — сообщила я. — Или подношение. Как там у вас в аду принято?

Он не ответил сразу, только чуть приподнял бровь, глядя на вафлю, как будто она могла взорваться, потом медленно взял ее двумя пальцами как яд.

— Слишком сладко! Подозрительно.

— Как моя покорность! Наслаждайся, пока есть.

Он хмыкнул, а потом встал.

— Не двигайся, — сказал и исчез за дверью.

Через пару минут вернулся с двумя кружками кофе из той самой кухонной, адски дорогой машины, что стояла в углу кабинета и, по слухам, работала на страданиях бухгалтеров.

— Ты только что сделал мне кофе? — я прищурилась.

— Я не бытовой инвалид, а демон. Разницу уже должна бы чувствовать.

Мы молча и мирно жевали и пили почти даже спокойно. Он первым нарушил тишину:

— Сегодняшняя твоя работа без ужасов, хотя и с парой спорных решений.

— Спасибо. Это почти как «молодец» от нормального начальника.

— Почти.

Он сделал глоток, уставился куда-то в папки и будто бы на секунду задумался.

— Кстати, про Феликса.

Я напряглась, но он только посмотрел на меня спокойно, почти равнодушно и усмехнулся:

— Неважно. Если ты решишь рассказать, расскажешь.

— Если ты решишь перестать подслушивать, поговорим.

Мы снова замолчали, но на этот раз не из злости, из усталости, наверное или осознания, что никто никуда пока не уходит.

Он отодвинул кружку, встал и медленно потянулся.

— Хочешь кость, собачка? Начнем обучение.

— …в смысле?

Он посмотрел на меня, медленно и с этой своей демонической ухмылкой:

— Я же обещал! Кабинет рядом, я все подготовил.

— Подготовил?..

— С любовью, — сказал он и открыл дверь. — Пошли, стажер ада!

***

ДЖЕЙКОБ

Я злился не по привычке, по-настоящему, с раздражением, с огнем, с желанием ломать. И я ломал быстро, точно, методично, каждому клиенту по максимуму, забирал все без скидок и сожалений, как в старые времена. Как будто они виноваты в том, что она… игнорирует! Она злится и я это чувствую!

А я — демон, Господин, хозяин, мне должно быть все равно. Я должен был срезать ее ледяным взглядом, кинуть пару приказов, и все бы стало на свои места, но я не мог, точнее не хотел.

Я смотрел, как она копается в выборке, кусает губу, делает пометки с упрямством зверя, которого не приучили к поводку. И мне хотелось, чтоб она просто… Подняла глаза, сказала хоть что-то, кроме «спасибо за заботу».

Я должен был быть умнее, прекратить это, устранить проблему, и уже продумал жест. Может, кофе, может, шутка…

Но она опередила. Вафля, брошенная на угол стола, как кость бешеному псу, и я понял, конфликт исчерпан. Она не глупая, просто дикая и это, черт возьми, вызывало уважение.

Я разумеется подыграл, все как полагается: кофе, улыбка, сарказм. Конечно, я не забыл, разумеется, «Феликс» все еще гудел в затылке. Ее реакция была не та, что у лгуньи, но и не та, что у человека без секретов.

— Кстати, про Феликса…

Она напряглась почти неуловимо.

— Неважно. Если ты решишь рассказать, расскажешь.

И я изобразил безразличие, даже сделал глоток кофе. К черту все это, просто дам Рою еще одно распоряжение тихо и без следов копать глубже. Я просто должен знать, просто потому что… Потому что!

***

Он направился в сторону мини-кухни и я было собиралась усмехнуться, но застыла. За кухонной стойкой, там, где раньше точно была стена, теперь красовалась массивная дверь. Черное дерево, словно выжженное изнутри, тяжелая латунная ручка в форме змеи, кусающей собственный хвост. Этой двери не было, я клянусь, ее не было! Но теперь была будто всегда, будто это я слепая.