Ребёнок, который хочет учиться. Как вернуть интерес к знаниям и научить ребёнка заниматься самостоятельно

Таким образом, настоящая страсть — это не просто желание или убеждение, а движущая сила, исходящая изнутри. Очевидно, что частое удовлетворение потребностей детей не способно разжечь в них эту страсть. Мы должны поощрять детей к самопознанию и самооценке, а также развивать их самостоятельность — именно в этом заключается ключ к воспитанию настоящей страсти.

3. Цель (Purpose)

Просьба различать «цель» (Purpose) и «задачу» (Goal). Задача конкретна, например, выполнить что-то в установленный срок; цель же более масштабна, например, желание избавить человечество от голода. Цель — это ваше основополагающее убеждение, значимое направление, к которому вы стремитесь.

Наличие цели позволяет вашему мозгу более целенаправленно отбирать информацию, способствует развитию правой островковой коры, что снижает риск развития депрессии. Кроме того, цель благотворно влияет на здоровье, повышая продуктивность, стойкость и концентрацию, а также снижая риск инсульта, деменции и сердечно-сосудистых заболеваний.

Главное очарование цели заключается в том, что она позволяет вам выйти за пределы собственного «я», более полно посвятить себя более высокому делу и обладать мощной притягательной силой, привлекающей других к участию. Котлер считает, что наиболее привлекательной целью является «масштабная трансформационная цель» (Massive Transformative Purpose, MTP) — это революционная цель, способная оказать глубокое влияние. Например, вы стремитесь искоренить бедность в каком-либо регионе. MTP — это не только движущая сила бизнеса, но и краеугольный камень существования компании.

Котлер рекомендует составить список из 15 целей, которые вам кажутся значимыми, а затем соотнести их со своими увлечениями и любопытством, чтобы найти точку пересечения — скорее всего, это и будет то дело, которому вы действительно хотите посвятить себя.

Этот процесс начинается с любопытства, постепенно разжигает энтузиазм, а затем позволяет сформулировать цель. Но это лишь начало пути. Следующий шаг — как продолжить и расширить это дело…

С древних времён мотивация была общей чертой великих героев.

«Я заметил, что люди, достигающие вершин и занимающиеся «невозможными» делами, не отличаются осторожным, честным и медлительным стилем поведения. Они производят впечатление взрывных, переполненных энергией, драматичных, полностью вовлеченных в дело и, судя по всему, очень воодушевленных», — говорит Ван Вэйган.

«Если вы обрели этот задор, — говорит Ван Вэйган, — это отличное начало. Если у вас его ещё нет, вам нужно начать с любопытства, чтобы найти движущую силу. Если вы видите, что у других есть этот задор, ни в коем случае не подавляйте его и тем более не высмеивайте: именно так и выглядят люди, способные совершить великие дела».

Первый «убийца» внутренней мотивации ребёнка — стимулирование с помощью «материальных поощрений»

Сначала расскажу одну историю —

На тихой улице покой пожилого старика часто нарушался смехом группы детей. Такие игры и шум очень беспокоили старика.

Однажды старик, подумав, сказал детям: «Вы приносите сюда веселье и смех, благодаря чему я, старик, больше не чувствую себя одиноким. В знак благодарности вот мой скромный подарок — по 10 центов каждому». Дети с радостью приняли подарок и были полны благодарности к старику.

Однако на следующий день, когда дети пришли, как и обычно, старик с улыбкой вручил каждому из них всего по 5 центов. Он тихо сказал: «Мои финансовые возможности ограничены, надеюсь, вы меня поймёте». Хотя дети и почувствовали лёгкое недовольство, они всё же ушли, не переставая смеяться.

На третий день старик снова появился, но в руке у него был всего лишь 1 цент. Дети не смогли сдержать гнева: «Наши усилия стоят всего лишь этого 1 цента?» Разгневанные, они разбежались.

Так старик наконец обрёл то спокойствие, о котором так мечтал.

Прослушав эту небольшую историю, многие похвалят старика за его находчивость. Однако тот, кто вникнет в суть, обнаружит скрытый за этим «психологический сдвиг». Старик искусно превратил первоначальное намерение детей «играть ради удовольствия» в «играть ради вознаграждения», тонко скорректировав внешний стимул в виде «денежного вознаграждения» и тем самым повлияв на внутреннюю мотивацию детей.

Подобные ситуации нередко встречаются в нашей повседневной жизни. Зачастую мы думаем, что прокладываем детям путь в будущее, но на самом деле можем создавать для них скрытые угрозы.

Обучение ребенка должно исходить из внутреннего стремления, а не быть движимым внешними поощрениями. К сожалению, многие родители заблуждаются, полагая, что ребенку нужна внешняя мотивация для обучения.

На самом деле само по себе обучение не является чем-то мучительным. Настоящая проблема заключается в том, что методы многих взрослых заставляют детей испытывать давление при обучении. Дети, от природы полные любопытства к миру, начинают терять радость, которую приносит им познание нового. Их внутренний энтузиазм и любопытство постепенно заменяются оценками, уровнями владения английским и различными соревнованиями.

Когда цели обучения ребенка становятся внешними, «учиться для себя» постепенно заменяется «учиться ради оценок». В результате их энтузиазм к учебе естественным образом ослабевает.

Родители часто ставят перед детьми условия, действуя так же, как старик из сказки, а поощрения, используемые для мотивации детей — будь то материальные или моральные — на самом деле являются лишь кратковременным стимулом. Со временем эффект таких внешних стимулов ослабевает.

«Эффект Деси» указывает на то, что когда внешнее вознаграждение вводится в деятельность, представляющую интерес для человека, эта деятельность может, напротив, утратить свою привлекательность. Многие родители используют материальные поощрения, чтобы мотивировать детей; хотя этот метод и приносит кратковременный результат, с течением времени привлекательность поощрений постепенно исчезает.

Это похоже на вкусное блюдо: при первом дегустации вкусовые ощущения остаются незабываемыми. Но если есть одно и то же каждый день, люди быстро устают от него. Благие намерения родителей, возможно, невольно подорвали у детей энтузиазм к учебе.

Существует поговорка: «Где большое вознаграждение, там найдутся смельчаки», но когда вознаграждение исчезает или перестает быть привлекательным, вместе с ним исчезают и энтузиазм, и мотивация. Автор бестселлеров Дэниел Пинк отмечает: «Вознаграждение дает лишь краткосрочный эффект, но в долгосрочной перспективе оно, напротив, ослабляет энтузиазм, необходимый для постоянного участия».

Во многих новостях сообщается о тех студентах, которых когда-то считали «звездами» в учебе, но которые, поступив в престижные университеты, быстро потеряли себя из-за отсутствия родительской поддержки и контроля. Эти студенты долгое время полагались на мотивацию родителей, но в душе у них не было устойчивого энтузиазма к учебе и чувства ответственности за себя.

Попав в относительно свободную среду, они, не имея внутренней мотивации, легко теряют ориентацию. Таким образом, результаты исследований Эдварда Деси показывают, что внешняя мотивация дает лишь кратковременный эффект. Если исчезает внешний стимул, исчезает и мотивация детей двигаться вперёд.

2. Вводящие в заблуждение поощрения, имеющие далеко идущие последствия

С точки зрения психологии, поведение каждого человека определяется внутренними движущими силами. Например, когда мы голодны, мы ищем еду, а когда хотим пить, — воду. Такая внутренняя мотивация побуждает нас действовать спонтанно.

Однако противоположностью внутренней мотивации является внешняя мотивация. Например, давление окружающей среды, побуждение со стороны других людей или материальные соблазны. Такая мотивация может изменить поведение людей, превратив его из «я сам хочу это сделать» в «я должен это сделать». Так формируется модель поведения, управляемая внешними мотивами, которая превращает нас в их марионеток.

Когда вы связываете успеваемость с вознаграждением, ребенок может сосредоточиться только на оценках и упускать из виду само обучение; когда вы тесно связываете усилия с вознаграждением, ребенок может стать расчетливым; связывая жизненные цели с материальными благами, вы рискуете, что душа ребенка окажется в плену материальных ценностей.

Ещё важнее то, что когда вознаграждение становится условием, ребёнок может не увидеть стоящей за ним любви. Такая условная любовь может привести к тому, что ребёнок неправильно поймёт: полученная им забота зависит от его поведения. Такие транзакционные отношения могут нанести потенциальный ущерб ценностям ребёнка и его чувству безопасности в отношениях с родителями.

Известный американский эксперт по воспитанию Элфи Коэн выдвинул концепцию «безусловного воспитания». По его мнению, условное воспитание основано на системе поощрений и наказаний: «Если ты поступишь так, я буду тебя любить». Безусловное же воспитание подчеркивает искреннее принятие: «Я люблю тебя таким, какой ты есть».

Хотя многие родители заявляют, что готовы безвозмездно отдавать себя ради детей, на практике их любовь к детям зачастую сопровождается определенными ожиданиями и требованиями. А эти ожидания могут быть лишь отражением их собственных недостатков.

Если поощрения превращаются в условия, ребенок, возможно, не сможет по-настоящему почувствовать признание и одобрение. Неся на себе бремя «условной любви», их путь взросления будет полон испытаний.

Настоящий рост требует внутренней энергии и уверенности, той уверенности в себе, которая говорит: «Я смогу». А такая уверенность — это внутренняя мотивация, которую невозможно воспитать с помощью поощрений или наказаний.

От транзакционного подхода к воспитанию следует отказаться

Чрезмерная зависимость от материальных поощрений не только может ослабить мотивацию ребенка к обучению, но и привить ему привычку требовать условий при выполнении любых дел. Действовать ради какой-то выгоды, испытывать недовольство при отсутствии ожидаемого вознаграждения и даже проявлять местительные настроения — все это может стать последствиями такого подхода к воспитанию.

Например, документальный фильм «Метаморфоза», показанный на телеканале Hunan TV, демонстрирует нам типичный случай: 13-летний Чжэн Чанчэн. Под влиянием денежных поощрений его бунтарский характер становился всё более выраженным. Он заключил с родителями целую серию «торговых соглашений»: сто юаней за возвращение домой до десяти вечера, пятьсот юаней за участие в семейном празднике, три тысячи юаней за посещение одного урока и так далее. Самое удивительное, что инициатором такой схемы сделок оказался его отец.

Чжэн Чанчэн изначально был ребенком из семьи, оставленным без надлежащего присмотра, из-за чего у него накопилось множество вредных привычек. Он часто тусовался с компанией хулиганов в барах и интернет-кафе, из-за чего не возвращался домой на ночь. Чтобы заставить сына вернуться домой, отец решил использовать деньги в качестве средства решения проблемы. К сожалению, это не принесло ожидаемого результата, а, напротив, еще больше усугубило ситуацию. Когда отец попытался помешать ему пойти в бар, тот даже угрожал отцу ножом.

Такое «воспитание на основе сделок» отнюдь не является исключительной особенностью семьи Чжэн. Многие родители также неосознанно применяют подобные стратегии, но зачастую упускают из виду риски, которые может нести такой подход: у детей формируется привычка считать, что «обо всём можно договориться».

Например, в детстве ребенок устраивает истерику в торговом центре из-за игрушечной машинки, а повзрослев, угрожает родителям, требуя дорогой марки автомобиля. Такое постепенное усиление требований в психологии называется «эффектом нарастания», что означает, что дети становятся всё более дерзкими и своенравными.

Еще один пример — из передачи для родителей и детей «Открытые сердца подростков»: 11-летний мальчик Ван Юйжань, чтобы поиграть в мобильный телефон, заключил с матерью сделку, по которой он согласился «получить пощечину» в обмен на время игры.

Изначально родители стремились поощрять ребенка с помощью вознаграждений, но длительное использование такого подхода может привести к тому, что желания ребенка постепенно выйдут из-под контроля. Проблема заключается в том, что родители уделяют слишком много внимания внешним стимулам, но при этом упускают из виду необходимость развивать у ребенка внутреннюю мотивацию и самодисциплину.

Почему считается, что внешние поощрения и наказания не дают большого эффекта?

Почему нам часто кажется, что внешние поощрения и наказания оказывают огромное влияние? Если вы впервые слышите такую точку зрения, вы, возможно, будете очень удивлены, ведь она несколько расходится с нашими повседневными представлениями.

Мы часто слышим подобные фразы: «Учись хорошо, получи полный балл — и мы отвезём тебя в путешествие» или «Если твои показатели не достигнут установленного уровня, тебе больше не нужно работать у нас». Такой механизм поощрений и наказаний, кажется, стал нормой, поскольку в глазах многих этот метод действительно способен хорошо мотивировать людей.

Даже животные, кажется, следуют этому принципу. Мы все видели выступления животных: тюлени и белухи демонстрируют различные трюки, чтобы получить корм; обезьянки в цирке тоже показывают свои умения, чтобы избежать наказания.

Эти примеры, кажется, говорят нам: будь то люди или животные, наше поведение направлено на получение вознаграждения или избежание наказания. А когда мы чувствуем недостаток мотивации к действию, возможно, это связано с тем, что система поощрений и наказаний недостаточно четкая.

Однако Деси придерживается иного мнения. Он обратил внимание на врождённое любопытство маленьких детей: они полны желания исследовать и всегда проявляют огромный энтузиазм по отношению к новому. Но по мере взросления это любопытство постепенно угасает. Особенно когда они поступают в школу, их энтузиазм к учёбе, кажется, значительно уступает тому, что был в детстве.

В школе дети часто окружены различными поощрениями и наказаниями: за отличные результаты их награждают, а за плохое поведение наказывают. Многие педагоги считают, что для того, чтобы заставить учеников учиться, необходимо полагаться на эту систему поощрений и наказаний. Если эффект не наступает, они могут прийти к выводу, что поощрений и наказаний недостаточно.

Но так ли это на самом деле? Деси решил провести эксперимент, чтобы проверить эту точку зрения.

Он пригласил группу учеников поиграть в головоломку «Сома» — сложную игру, пользующуюся большой популярностью. Деси разделил учеников на две группы: одна получала награду за успешное завершение головоломки, а другая — нет. Ключевой частью эксперимента был не сам процесс игры, а 8-минутный перерыв после его окончания.

Он хотел выяснить: будут ли студенты продолжать играть в головоломку из-за внутреннего интереса в отсутствие внешнего вознаграждения?

Результаты оказались поразительными: те студенты, которые ранее получали денежное вознаграждение, практически перестали играть, когда вознаграждения не было, даже если изначально игра им очень нравилась. А студенты, не получившие вознаграждения, по окончании эксперимента по-прежнему были готовы продолжать играть. Это свидетельствует о том, что внешнее вознаграждение порой ослабляет внутреннюю мотивацию людей.

Исследование Деси вызвало широкий резонанс и споры в академических кругах. Некоторые встали на его сторону, а другие высказали противоположное мнение. Особенно резко выступил психолог-специалист по молодежи Кэмерон. В своей докторской диссертации Кэмерон, применив методы метаанализа, обобщил результаты более 100 экспериментов и пришел к выводу, что в большинстве случаев поощрения на самом деле безвредны и могут усиливать творческий потенциал.

Чтобы опровергнуть эту точку зрения, Деси не только указал на проблемы выборочного подхода Кэмерона к исследованиям (например, отбор только тех данных, которые подтверждают его точку зрения), но и вместе со своей командой в 1999 году опубликовал подробный отчёт, в котором были проанализированы 128 соответствующих экспериментов за последние 30 лет. Эти исследования единодушно показали, что внешнее вознаграждение действительно наносит ущерб внутренней мотивации. Это положило конец академической полемике, длившейся несколько лет.

Вернувшись к нашей теме, мы сосредоточимся на том, как научное сообщество исследует вопрос «ослабляют ли внешние поощрения внутреннюю мотивацию». Что касается вопроса «ослабляют ли внешние наказания внутреннюю мотивацию », большинство учёных придерживаются схожих взглядов.

Что касается эксперимента Деси с пазлами «Сома», то на самом деле у него была еще одна часть, в которой вознаграждение было заменено на наказание. В этом эксперименте студентам сообщили, что, если они не смогут собрать пазл, у них будут сняты баллы. Результаты показали, что учащиеся, которым грозило снятие баллов, после завершения эксперимента перестали играть в игру; в то время как учащиеся, не подвергавшиеся дополнительному давлению, были готовы продолжать решать головоломку. Это ещё раз подтвердило, что внешнее наказание действительно влияет на внутреннюю мотивацию.

Марк Лейпер из Стэнфордского университета и его команда впоследствии обнаружили, что и другие факторы могут оказывать аналогичное негативное влияние, например, установление крайних сроков, навязывание целей, чрезмерный контроль и частые оценки. Все это может быть эффективно в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной перспективе все эти факторы могут ослабить нашу внутреннюю мотивацию.

Помимо академических исследований, аналогичные результаты были получены и в ходе исследований, проводимых в реальной жизни. Например, в школьной среде успеваемость учащихся, движимых внешней мотивацией, зачастую уступает успеваемости тех, кто руководствуется внутренней мотивацией. Это подтверждается также множеством исследований, посвящённых корпоративной среде.

В целом все эти примеры передают нам одну ключевую идею: внешние поощрения и наказания не так эффективны, как нам кажется, и в долгосрочной перспективе они могут даже привести к обратному эффекту, поскольку подавляют нашу внутреннюю мотивацию.

Почему наши внутренние мотивации ослабляются внешними поощрениями и наказаниями?

Деси твердо убежден, что движущие силы, лежащие в основе человеческого поведения, основаны на трех основных психологических потребностях: автономии, чувстве компетентности и социальной связанности. Когда эти три потребности удовлетворяются, внутренняя мотивация людей полностью пробуждается, и они с полной самоотдачей погружаются в ту или иную деятельность.

Для начала давайте рассмотрим, как внешние поощрения и наказания подрывают «автономию». Автономия означает самостоятельность, свободу от внешнего контроля. Деси считает, что каждый человек стремится к тому, чтобы его поведение было результатом собственного выбора, а не вызвано внешним давлением. Ощущение контроля над своим поведением — будь то материальные поощрения или наказания, угрозы, установленные сроки, навязанные цели или внешний надзор — наносит ущерб внутренней мотивации. Например, бывает, что в выходной день вы изначально хотели убрать комнату, но как только родители начали подталкивать вас, желание это исчезло. Это показывает, как внешнее давление вмешивается во внутреннюю мотивацию. Истинный смысл автономии заключается в том, что мы стремимся быть «источником» собственных действий, а не подвергаться манипуляциям со стороны внешней среды.

Во-вторых, давайте рассмотрим «чувство компетентности». Люди стремятся получать чувство удовлетворения от своих действий. Чтобы мотивировать людей, окружающие часто вознаграждают их за достижения. Однако каждому человеку «компетентность» воспринимается по-своему, и только он сам лучше всех понимает, что это такое. Вот один пример: на Олимпийских играх серебряный призер может рассматриваться как неудачник, несмотря на то что он или она заняли второе место в мире. Именно так внешняя оценка подрывает наше внутреннее определение и восприятие компетентности. Дети полны любопытства к миру, скорее всего, потому что в своем воображаемом мире они испытывают огромное чувство компетентности.

Наконец, помимо компетентности и автономии, люди также стремятся к социальным связям. Проще говоря, это потребность заботиться о других и получать заботу, любить и быть любимым. Чтобы установить глубокие отношения с другими, мы неосознанно адаптируемся, чтобы соответствовать ожиданиям окружающих и общества. Психологи используют понятие «интернализация», чтобы описать, как мы встраиваем внешние социальные ценности в своё внутреннее «я».

Но знаете ли вы? На самом деле интернализация делится на две разные формы.

Во-первых, это интеграция, которая означает, что вы из глубины души принимаете внешние ценности и правила и объединяете их, делая частью себя. Это идеальное состояние интернализации. Вторая форма называется ассимиляцией. В этом случае вы, возможно, не совсем согласны с некоторыми ценностями или правилами, но из-за страха быть отвергнутым или опасения, что, если вы не будете следовать ожиданиям других, они могут лишить вас своей любви и поддержки, вы в конечном итоге всё же решаете их принять.

Под влиянием внешних факторов у многих людей процесс интернализации склоняется скорее к ассимиляции, чем к интеграции. Учитель Чэнь Хайсянь в своей книге «Невероятный я» приводит историю, которая наглядно иллюстрирует эти два способа интернализации и их последствия.

История рассказывает об одном известном художнике, который с детства учил своего сына рисовать, надеясь, что тот продолжит семейную традицию. Поэтому он предъявлял к сыну очень строгие требования. Однако, когда сын поступил в старшую школу, он начал сопротивляться дальнейшему занятию рисованием. Несмотря на это, отец всё же заставил его поступить в художественный институт. В результате сын целых четыре года не брал кисть в руки. Хотя отец пробовал самые разные методы, сын по-прежнему твёрдо отказывался рисовать. Это привело к тупиковой ситуации в отношениях между ними, которая продолжалась до тех пор, пока отец не сдался.

Спустя несколько лет, на смертном одре отец сказал сыну: «Я был неправ, я не должен был заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Прости меня и займись тем, что ты действительно любишь». В результате, после смерти отца сын возобновил свою карьеру художника и к сорока с лишним годам завоевал определенную репутацию.

Эта история показывает, что, несмотря на попытки отца повлиять на сына с помощью внешнего давления, это только усилило бунтарский дух сына. Хотя в детстве сын, возможно, и усвоил отцовские ожидания, это было лишь нездоровым внутренним подавлением. А когда конфликт между отцом и сыном был урегулирован, сын искренне принял в своём сердце желание отца и осуществил интеграцию своих ценностей.

Очевидно, что внешние стимулы, в том числе принуждение, не только не удовлетворяют стремление ребёнка к связи, но, что ещё хуже, препятствуют развитию его подлинного «я». Мы должны уважать внутреннюю мотивацию ребёнка и дарить ему безусловную любовь, только так он сможет по-настоящему интегрироваться с внешним миром.

Наконец, мы обнаруживаем, что внешние поощрения и наказания ослабляют внутреннюю мотивацию человека именно потому, что они нарушают удовлетворение наших трех основных психологических потребностей: в автономии, компетентности и связи.

Настоящий рост зависит не только от наших глубоких выборов, но и от наших внутренних интересов и способностей, а также от безусловной любви и поддержки. Только когда мы совершенствуемся, руководствуясь внутренней мотивацией, мы обретаем сильное чувство ответственности и готовность помогать другим.

3. Создание благоприятной среды для обучения

Среда и личность — откуда берется внутренняя мотивация к обучению?

Известный публичный аккаунт «Все о заграничном образовании» в беседе с У Сяцином, много лет работающим в сфере искусственного интеллекта в Кремниевой долине и основателем компании DeepMap, занимающейся разработкой высокоточных карт, задал вопрос: откуда берется эта внутренняя мотивация в стремлении к интересам и целям?

Ся Цин считает, что движущая сила его развития, скорее всего, тесно связана с условиями его детства.

Его мать работала библиотекарем в научно-исследовательском учреждении. В детстве Ся Цин часто проводил время в библиотеке матери в окружении научно-фантастических романов, журналов и иллюстрированных изданий, что помогло ему развить глубокий интерес к науке. Несмотря на то, что родители предъявляли к нему определенные ожидания и устанавливали правила, они не вмешивались в его жизнь чрезмерно, предоставив Ся Циню свободное пространство для удовлетворения его любознательности.