Хочу тебя

В крови разыгрывается волнение. От него потеют ладони. Мне страшно.

— Лиля, ты слышишь меня? Отнести Свиридовым кастрюлю.

— Д-да, хорошо, — неуверенно соглашаюсь.

Быстро доедаю лазанью, выпиваю кофе и ухожу к себе. Ну что я так разволновалась, в самом деле? Вообще-то стыдно должно быть не только мне, но и Никите тоже. Правда, я сомневаюсь, что он в принципе способен испытывать чувство стыда.

Одежду для похода к Никите домой я всегда выбираю тщательно. Это должно быть что-то привлекающее его внимание, но в то же время не вызывающее подозрений у его мамы. Сейчас лето, почти тридцатиградусная жара, так что если я надену короткие джинсовые шорты и майку в облипку, думаю, Евгения Владимировна не подумает ничего такого. А вот Никита обратит внимание и на мои ноги, и на мою грудь. Уже давно обращает.

«Он на тебя стоит!», снова в памяти всплывают слова Никиты, сказанные в машине, и от стыда я падаю лицом в ладони.

Глава 5. Кладезь информации

Произошедшее ночью кажется какой-то параллельной реальностью. Это просто невероятно! Я и мечтать не смела, что однажды между мною и Никитой произойдёт нечто подобное. Вот только это для меня важно и значимо, но не для Никиты. У него полно девушек, он постоянно приводит их домой, когда нет родителей. И те девушки дают ему все, что он хочет.

Так, Лиля, успокойся. Ты не сделала ничего противозаконного. Между прочим, Никита и сам был очень не против перейти от дружбы к сексу.

Настроив себя на позитивный лад, выхожу в подъезд, спускаюсь на этаж ниже и звоню в дверь квартиры, которая расположена ровно под нашей. Не проходит и минуты, как Евгения Владимировна открывает.

— Лилечка, дорогая, — улыбается во весь рот. — Заходи.

— Здрасьте, теть Жень. Мама передала вам кастрюлю.

— Хорошо, — забирает ее из моих рук. — Пойдём на кухню. Как твои дела?

Евгения Владимировна сопровождает меня через всю их огромную жилплощадь в сторону кухни. Свиридовы в разное время выкупили все квартиры на своей лестничной площадке, разбили стены и теперь владеют целым этажом в подъезде. У них не то восьми-, не то девятикомнатная квартира, что ли. Меня всегда интересовала только одна из них. Та, что ровно под моей спальней. Комната Никиты.

— Присаживайся, — тетя Женя указывает на высокий барный стул. — Будешь лимонад?

— Буду.

Евгения Владимировна наливает мне из кувшина полный стакан.

— Как прошла ваша встреча выпускников? — садится на барный стул напротив.

Не только я считаю Евгению Владимировну кладезем информации о ее сыне. Она считает меня таким же кладезем. Тетя Женя любит как бы невзначай поспрашивать меня про Никиту. Когда мы учились в школе, она устраивала такие допросы постоянно. Сейчас реже. Но только потому, что и с Никитой мы стали видеться реже. Естественно, я никогда не говорила ей ничего плохого про ее сына, никогда не выдавала его проступки, если таковые имелись.

— Хорошо, многие пришли.

— Вы не слишком поздно вернулись, да?

— Да, где-то в районе трёх часов ночи.

— Чем Никита занимался в клубе?

Как же мне хочется рассмеяться! Ну чем можно заниматься в ночном клубе?

— Общался с одноклассниками.

— Пил? — задаёт вопрос как бы невзначай.

— Нет, что вы. Никита же за рулем. Да и нельзя ему. Никита вообще никогда не пьет.

Вру. Никита пьет. Очень редко, но пьет.

— А курил?

— Никита не курит.

Снова вру. Иногда Никита курит.

— Ах, я так переживаю, что эта студенческая жизнь собьёт его с правильного пути! — восклицает в сердцах.

А вот теперь начинается самая интересная для меня часть. Тетя Женя сейчас вывалит все новости своего сына. Сам он ни за что мне не расскажет. Да и не только мне, а вообще никому. Никита — профессиональный футболист. Он делает большие успехи, но не распространяется о них. Единственная для меня возможность узнать, что происходит на его профессиональном поприще, — это выведать у тети Жени. Так что я вся обращаюсь в слух.

— Ты же знаешь, Никиту в ряды запасных взял хороший московский клуб, — чуть понижает голос. — На нескольких последних матчах Никита выходил на поле в добавочное время и каждый раз забивал гол. Теперь тренер хочет перевести Никиту в основной состав.

Успехам Никиты на футбольном поле я радуюсь, как своим собственным. Я ни секунды не сомневаюсь, что Ник станет блестящим футболистами и будет играть за лучшие клубы.

— Ого! — искренне восторгаюсь. — Здорово!

— Да. Но это еще не все. У Никиты новый агент.

— Что это значит?

— Я надеюсь, что если Никита хорошо проявит себя в основном составе клуба, то агенту удастся договориться о том, чтобы в перспективе Никиту купил какой-нибудь клуб получше. Возможно, даже европейский. И тогда Никиту могут взять в сборную страны!

— Это было бы замечательно.

— Да. Поэтому я переживаю, чтобы Никита не вляпался ни в какую историю и не свернул с намеченного пути.

Как по мне, так Евгения Владимировна и есть самый лучший агент для своего сына. Именно она отвела Никиту на футбол в четыре года и сделала все возможное для того, чтобы он добился успеха.

— Не переживайте, теть Жень. Никита жить не может без футбола. Он никогда не сделает ничего из того, что повредит его футбольной карьере.

— Вот бы Никиту взяли в сборную, — мечтательно вздыхает.

— Я думаю, у него есть все шансы. Никиту перевели в основной состав клуба, если проявит себя на чемпионате России, то, может, и в сборную пригласят.

— Может, однажды мой сын станет чемпионом мира.

В том, что сборная России по футболу способна когда-нибудь в этой жизни выиграть Чемпионат мира, я сильно сомневаюсь. Даже если в составе сборной будет играть любовь всей моей жизни Никита Свиридов. Но тете Жене об этом лучше не говорить. Она слишком болезненно на такое реагирует.

— Может быть, теть Жень. Я верю, что…

Что Никита добьётся большого успеха в футболе, я договорить не успеваю, потому что он появляется на кухне.

Глава 6. Приглашение

— Всем доброе утро, — не спеша, вразвалочку, в одних спортивных штанах и с голым торсом Никита проходит к нам.

— Уже день, — поправляет его Евгения Владимировна.

— Лиля! — наигранно удивляется. — Давно не виделись. Как спалось?

Никита облокотился рукой на барную стойку и без зазрения совести лапает глазами мои ноги. Щеки моментально вспыхивают, перед глазами прокручивается все, что произошло в машине. Как Никита может быть настолько спокоен и невозмутим? Мастурбировать девушке и доводить ее до оргазма — это для него обычное дело?

— Нормально спалось. А тебе?

— Плохо. Странный сон снился. Как будто какая-то ведьма сначала дразнила меня, а потом опрокинула.

— Что значит опрокинула? — ужасается Евгения Владимировна.

— Продинамила.

— Не поняла. Что значит продинамила?

— Не важно, мам, — отмахивается Никита.

— Нет, важно. Вдруг сон — вещий? Вдруг это связано с футболом? Надо посмотреть, к чему снятся ведьмы. Где мой телефон? — Евгения Владимировна засуетилась по кухне.

— Мам, успокойся, — Никита запрыгивает на стул напротив меня. — Не думаю, что это плохой сон. В конце концов, не зря ведьм за их похождения сжигали на кострах. И эту ведьму, которая меня продинамила, ждет такая же участь.

Никита говорит, глядя ровно на меня. О, да. Кажется, Ник приготовил для меня отдельный костер из своей мести. Я выдерживаю взгляд Свиридова, хотя от стыда за произошедшее в машине хочется сползти под стол.

— Сон о ведьме для мужчины может символизировать разочарование, — тетя Женя нашла свой телефон и залезла в сонник.

— Разочарование у меня точно было.

— Никита, я прошу тебя! Не вляпайся ни в какую историю!

— Мам, да успокойся ты, — устало произносит, по чему я понимаю, что тетя Женя уже порядком достала сына своими переживаниями.

Разговор о ведьмах и сновидениях прерывает звук входящего сообщения на телефоне Никиты. Я машинально бросаю взгляд на экран, но не успеваю увидеть, от кого смс. За секунду в голове проносится миллион предположений, кто может писать Никите: от его тренера по футболу до влюблённой в него дурочки из группы поддержки. По игривой ухмылке Никиты понимаю: пишет не тренер.

Я давно научилась скрывать свои настоящие чувства к Никите. Он полтора года встречался с моей лучшей подругой. При мне они сидели в обнимку в школьной столовой и целовались на переменах. Соня делилась со мной подробностями их свиданий, рассказывала, какие Никита устраивает ей сюрпризы. Так что я умею прятать свою боль настолько глубоко, что ее никому не видно.

Вот и сейчас я легко переключаюсь с Никиты на его маму. Отвечаю на какой-то вопрос тети Жени, не подавая вида, что меня беспокоит, с кем переписывается ее сын. Любовь к Никите стала неотъемлемой частью меня, а вместе с ней и маска безразличия, которую я каждый день ношу на лице. Никто не подозревает, какой на самом деле ад творится у меня внутри. Волю чувствам я могу дать лишь ночью, когда тихо реву в подушку.

Меня поймет только тот, кто любил невзаимно.

— Вова спрашивает, куда мы вчера так рано делись, — Никита откладывает телефон в сторону и смотрит на меня.

С души падает тяжёлый камень. Ему писала не девушка, а наш бывший одноклассник. Но следом вырастает новый камень. В десятом классе Вова начал проявлять ко мне знаки внимания. Сначала я косила под дурочку и делала вид, что не понимаю намеков. Тогда Вова заявил прямым текстом, что я ему нравлюсь, и предложил встречаться. Не будь Вова моим близким другом, я бы отшила его в грубой форме, но тут мне пришлось лавировать, чтобы не ранить его чувства и при этом сохранить хорошие отношения.

— Что ты ответил?

— Что ты захотела спать, и мы поехали домой.

Мог бы и правду сказать: что сам утащил меня из ночного клуба.

— Он приглашает нас на дачу в субботу.

Не успеваю ответить, как на телефон падает сообщение. От Вовы:

«Лиля, привет! Не пообщались толком в клубе. Приглашаю всех в субботу к себе на дачу. Продолжим встречу выпускников. Приедешь?»

Я бы с удовольствием отказалась, потому что наверняка Вова будет снова ко мне подкатывать, вот только Никита явно намерен ехать. Не могу же я отпустить Свиридова одного.

Мою любовь к Никите неотрывно сопровождает мазохизм. Я знаю, что наверняка Свиридов у Вовы на даче замутит с какой-нибудь девушкой. Этой девушкой буду, естественно, не я. Мне будет до смерти больно. Но я все равно поеду и буду смотреть на Никиту, целующегося с какой-нибудь барби. А потом провожу их спины, когда они пойдут уединяться в укромное местечко.

«Привет! Приеду»

— Меня тоже сейчас пригласил. Я поеду. Давно не видела Вову.

— Со школьного выпускного?

— Нет, мы виделись после.

Никита прищуривает глаза.

— Это когда?

— Несколько месяцев назад.

— А кто еще с вами был? — удивляется.

— Никто. Мы вдвоём.

Это недосвидание, на котором Вова пытался меня очаровать, а я упорно делала вид, что у нас дружеская встреча, даже вспоминать не хочется. Я так надеялась, что в институте Вова в кого-нибудь влюбится и оставит попытки меня завоевать, но не тут-то было. Он писал мне всю добрую половину первого курса.

— Как интересно. Значит, вы с Вовой видитесь у всех за спиной.

Под «всеми» Никита имеет в виду других наших друзей: Сережу, Ульяну и Соню. Последняя — моя лучшая подруга, с которой Никита встречался полтора года.

— У кого «у всех»? Соня замужем и с ребенком, Ульяна работает, Серёжа учится, — выкручиваюсь. — Тебе тоже все время некогда.

— Ну вы бы меня позвали, и я бы вам сказал, некогда мне или есть когда.

Не понимаю реакцию Никиты. Он недоволен, что я виделась с Вовой, что ли? А ему-то что?

— Никита! — осуждающе восклицает тетя Женя. Я уже и забыла, что она все еще здесь. — Что ты пристал к Лиле? Может, у них с Вовой было свидание. Кстати, Владимир очень положительный молодой человек.

Никита стремительно меняется в лице. Мне становится не по себе от заявления тети Жени, я не хочу, чтобы кто-то думал про меня и Вову, будто мы пара.

— Что вы, теть Жень. Это было не свидание. Мы просто кофе попили. Как бывшие одноклассники.

— Вова очень тебе подходит, Лилечка. Обрати на него внимание.

Мне подходит ваш сын, тетя Женя, отвечаю ей мысленно. Никита внешне выглядит спокойным, но я-то на самом деле знаю его наизусть. Он зол. Дышит медленно и тяжело, плотно сжал челюсть. Так буравит меня глазами, как будто дырку проделать хочет.

— Отвечу Вове, что тоже поеду к нему в субботу, — Никита произносит это голосом, не предвещающим ничего хорошего, и берет в руки телефон.

В груди разыгрывается волнение. Интуиция подсказывает, что из этой поездки ничего дельного не выйдет. Но я же не могу допустить, чтобы Никита поехал один! Я должна вонзить себе в сердце новый осиновый кол, наблюдая за тем, как Никита с кем-то целуется.

— Ладно, — спрыгиваю с высокого стула. — Я пошла домой. Спасибо за лимонад, теть Жень, очень вкусный.

— До субботы, Лиля, — летит мне в спину голос Никиты. — И не забывай, что ведьм сжигали на кострах.

Ну конечно же, Никита так просто не оставит, что я его продинамила.

Глава 7. По его правилам

Собираться на дачу к Вове сложно. С одной стороны, хочется взять побольше соблазнительных вещей, чтобы привлекать Никиту. А с другой, не хочется провоцировать Вову. Если бы не Свиридов, я бы никуда не ехала. Настойчивость Вовы порядком надоела, намеков он не понимает, а грубить не хочется.

И все же я беру с собой максимально соблазнительную одежду: короткие шорты, мини-юбку, топы и купальник-бикини. Рядом с дачей Вовы есть озеро, без купания в нем не обходится ни одна встреча у друга.

В субботу утром я еду одна, без Никиты. У него тренировка по футболу. Но даже если бы он предложил поехать вместе, я бы все равно отказалась. Признаться честно, пока побаиваюсь оставаться с ним наедине. Я хорошо запомнила угрозу про то, что ведьм сжигают на кострах.

Когда я переступаю порог Вовиного коттеджа, здесь уже собралась половина класса. Людей даже больше, чем в ночном клубе. Приехали те, кто не смог тогда.

— Лиля, привет! — Вова с широкой улыбкой выходит мне на встречу. — Очень рад тебя видеть.

Без зазрения совести он обнимает меня за талию и поднимает над землей.

— И я тебя, Вов, — сдержанно приобнимаю его за спину.

Как только друг ставит меня на землю, спешу выпутаться из его объятий. На самом деле Вова вполне симпатичный парень. Высокий, подкачанный. Я знаю нескольких девочек в нашей школе, кому он очень нравился. Я могла бы попробовать с Вовой отношения, но знаю, что ничего из этого не выйдет. Я не разлюблю Никиту, а Вове только ложную надежду дам. В итоге счастлив не будет никто.

— Я оставил тебе комнату в доме, в конце коридора на втором этаже. Закрыл ее на ключ, чтобы никто не занял.

Какой Вова заботливый. Переживает, чтобы не спала в гостиной на полу вместе с теми, кто не успел застолбить спальню.

— Спасибо большое! Я поселюсь туда с Ульянкой.

— Да, конечно, — произносит несколько разочарованно.

Уля — моя подруга и гарант того, что Вова не захочет переночевать вместе со мной. Друг отдаёт мне ключ от спальни, я заношу туда сумку с вещами и выхожу обратно на улицу. В беседке в саду девочки нарезают салаты, а мальчики рядом делают мясо на гриле. Не сказать, что у нас был очень дружный класс, но потусить вместе мы любили. Особенно приехать на дачу к Вове. У него большой коттедж рядом с лесом и водоемом.

Никита появляется ближе к вечеру, когда большинство еды съедено, а алкоголя выпито. Девочки тут же воодушевляются. За год после школы Никита стал еще красивее и мужественнее. Я и сама засматриваюсь, когда он входит во двор со спортивной сумкой на плече. Но успеваю вовремя спохватиться и отворачиваюсь. Никто не должен знать о том, что я люблю Никиту.

— Всем привет! — Никита заходит в беседку, жмёт руки нескольким парням и садится на свободное место напротив меня.

Вот теперь мне можно смотреть на Никиту наравне со всеми. Если я умышленно стану прятать взгляд, то это будет слишком заметно. Поднимаю на Свиридова лицо и сразу встречаюсь с его колючими глазами. Мы не виделись после того разговора на кухне вместе с его мамой. Что там Никита говорил про ведьм? Что их сжигают? Мне секунды хватает, чтобы понять: Никита все еще держит для меня отдельный костёр.

— Привет, Лиль! — первым начинает разговор. — Как дела? Давно не виделись.

— Вы же соседи, — опережает меня с ответом Лера Полежаева, главная шлюшка нашего класса.

Она и сейчас вырядилась. Обтянула сиськи третьего размера и накрасилась, как восьмиклассница.

— Мы редко видимся, хоть и соседи, — отвечаю ей и возвращаю внимание Никите. — Спасибо, все хорошо. А твои как?

— Сильно устаю на тренировках и никак не получается снять напряжение.

Этот абсолютно пошлый ответ вгоняет меня в краску. Хорошо, что под смуглой кожей не видно моих полыхающих щёк.

Никита и дальше будет так меня цеплять, понимаю. Не успокоится, пока не затащит в постель. Я стала для него секс-обьектом. Таким же, как все остальные вокруг девушки, которых он трахал, а на следующий день забывал. Неужели он и со мной готов поступить так же? Совсем не думает, как мы будем общаться после одноразового секса, о котором он мечтает? Отношения Никита не предложит, потому что чувств ко мне у него нет. Грустно, но факт.

Мне не хочется быть использованной им. Уж лучше я буду тайно страдать и плакать по ночам, чем дам Никите то, что он хочет, а потом останусь ни с чем. Но подразнить его интересно. Совершенно точно я не могу отказать себе в удовольствии поиграть с Никитой по его же правилам.

— Сочувствую, — произношу с жалостью и слегка склоняюсь над столом. Никита неотрывно пялится на мою грудь, его даже не смущают люди вокруг. — Старайся больше отдыхать. А то, знаешь ли, переутомление чревато проблемами со здоровьем.

Глава 8. Сильнее страха

Никита

Опять дразнит меня. Ведьма.

Я не готов так просто оставить тот факт, что Лиля бросила меня со стояком и умчалась в закат. Я твердо намерен получить свое. Лиля задолжала мне минет, а должников я не прощаю.

— Это какими еще проблемами со здоровьем?

У Лили небольшая грудь, но такая соблазнительная, что у меня чуть ли слюни не текут. Небрежным движением она отбрасывает в сторону волосы, и я залипаю на эту картину. На каждом ее вдохе два круглых полушария вздымаются вверх, будоража во мне кровь.

— Либидо снизится, — ржёт Вова и садится на скамейку рядом с Лилей. Обращается к ней: — Будешь еще что-нибудь пить?

— Белое вино.

Вова тут же бросается пополнить Лиле бокал. Потом заботливо подкладывает ей в тарелку фрукты.

Мне, конечно же, известно о том, что мой лучший друг Вова влюблён в мою лучшую подругу Лилю. В школе Вова даже просил у меня советов по завоеванию Ведьмы. И я ему их давал. Но не сработали, раз Лилька до сих пор воротит от него свой красивый носик.

Сейчас меня немного раздражает мельтешение Вовы. Если он узнает, какие у меня фантазии на Лилин счет, то нашей дружбе с первого класса придёт конец. Еще и драться ко мне полезет. Вова весь такой благородный: цветы, рестораны, свидания. Кстати, любопытно, почему Лиля не повелась на его ухаживания. Впрочем, по фиг. Мне же лучше.

Прости, друг, но у меня свои планы на Лилю.

— С либидо у меня нет проблем. Оно, скорее, снизится у того, кто о спорте даже не слышал.

— Ребят, а пойдёмте на озеро! — предлагает Лера Полежаева.

— Да, пойдёмте, — подхватывает Лиля.

Дерьмово. Лицезреть Ведьму в купальнике — то еще испытание.

Остальные одноклассники тоже охотно соглашаются. Девочки бегут в дом переодеваться, мальчики складывают в пакеты алкоголь.

— Я уже не знаю, как перед Лилей расстелиться, чтобы она обратила на меня внимание, — Вова подсаживается ко мне.

Ему опять нужен совет по ее завоеванию, что ли? С некоторых пор я не готов содействовать Вове в заполучении Лили.

— Может, уже забьешь на нее?

— Не получается.

— Вон сколько девушек вокруг. В сто раз красивее Лили.

— Я вижу, но меня на ней зациклило.

Вот тут я тебя понимаю, друг. Меня тоже на ней зациклило.

— Вов, — кладу руку ему на плечо. — Просто забей на нее и развлекайся с более податливыми. Вон Полежаева, — киваю головой в сторону дома. Лера стоит на крыльце ну в очень откровенном купальнике и сверкает буферами. — И даст тебе, и отсосет, как пылесос.

Вова брезгливо морщится.

— Да ее уже кто только не трахнул.

— Так это же хорошо. Значит, она все знает и умеет. Не надо тратить время на ее обучение. Секс должен приносить удовольствие. А если девушка лежит как бревно, то какое с ней может быть удовольствие? Только пустая трата времени. Так что я бы на твоем месте давно переключился на Полежаеву.

Меня раздражает, что Вова нарезает круги вокруг Лили. Я бы даже сказал, что не раздражает, а подбешивает. Не так чтобы сильно, но на нервы действует.

— Я не люблю общественные туалеты, а такие, как Лера, — это общественный туалет.

— Тебе не по фиг, если она дает и сосет?

— Нет, мне не по фиг. Ну не люблю я шлюх.

— Ну тогда удачи с Лилей.

В этот момент Ведьма выходит из дома и становится на крыльце рядом с Полежаевой. На ней желтый раздельный купальник, поверх которого белая прозрачная накидка. Я невольно засматриваюсь на Лилю, чувствуя, как член наливается кровью. До чего же она стала сексуальной, и я просто до смерти хочу ее.

Миллион раз уже прокрутил в голове произошедшее в машине. Лиля, извивающаяся под моими пальцами, двигающаяся им навстречу, — самая лучшая картина, которую я когда-либо видел. А ее стоны — это самая красивая песня, что я слышал. Какая же у нее обалденная фигура, ноги, шея, грудь. Почему я раньше не замечал? Или раньше этого не было?

Я помню, что Лиля носила брекеты, ходила в мешковатой одежде и упорно замазывала тональником прыщи, а их все равно было видно. Сейчас нет ни брекетов, ни мешковатой одежды, ни прыщей. Сейчас Лиля — это ходячий секс.

Хочу ее.

Из дома выходят другие девчонки, и мы выдвигаемся в сторону озера. Ведьма упорно делает вид, что меня здесь нет. Разговаривает с кем угодно, кроме меня, смотрит на кого угодно, кроме меня. Это распаляет еще больше. Нет, тогда в машине мы не закончили. Я свой десерт не получил.

— Вов, помажь, пожалуйста, мне спину кремом, — просит Лиля, когда все рассаживаются на берегу озера, а кто-то идет купаться.

Я аж чуть не давлюсь газировкой, когда слышу это. Вова, не ожидавший такого счастья, растерянно моргает и не находит слов.

— Д-да-да, конечно, — быстро берет себя в руки и забирает у Лили солнцезащитный крем. Она поворачивается спиной и убирает длинные волосы вперед, чтобы Вова намазал ей спину.

Глядя на это, у меня медленно кровь закипает. Неужели она и правда сдалась под напором Вовы? Да ну не может быть! Не верю! А что тогда? Хз. Почему меня не попросила намазать ей спину? Она ведь текла по мне в машине. Лиля хотела меня так же сильно, как я ее. Ведьма что угодно может говорить, а ее тело красноречивее любых слов.

— Ааааа, — раздается женский визг со стороны озера, и из воды выскакивают несколько бывших одноклассниц. — Там змея!

Перепуганные, они в прямом смысле трясутся от страха.

— А, это уж, — спокойно поясняет Вова, продолжая тщательно намазывать Лиле спину. — Он не кусается.

— Вова, ты нормальный вообще??? — верещит Полежаева. — То есть, у тебя тут змеи водятся, а ты даже не сказал???

— Так это же уж! Он безобидный.

— Да иди ты! У меня чуть инфаркт не случился!

— Лера, почитай в интернете про ужей, если мне не веришь.

— Блин, Вов… — настороженно замечает Лиля. — Серьезно, что ли, тут змеи?

Лиля напряглась и, как только Вова закончил мазать ей спину, испуганно отошла на шаг подальше от воды.

— Лиль, ты до сих пор змей боишься? — ухмыляюсь.

Ведьма моментально вспыхивает. Поняла, что я имею в виду. Есть у нас одна забавная история из детства, где Лиля так испугалась безобидного ужа, что начала заикаться. Ее даже к логопеду водили, чтобы это исправить.

— Я не боюсь змей, — отвечает с вызовом.

— Да неужели? А чего тогда от воды отошла?

— Просто отошла.

— Боишься до сих пор.

Есть у Лили одна странная особенность — она не любит, когда кто-то знает о ее слабостях. Боязнь змей — это в представлении Лили слабость. Поэтому она сейчас так ощетинилась. А мне нравится ее злить. Целый час Лиля упорно делает вид, что не замечает меня. Это моя маленькая месть.

— Ты, конечно же, лучше меня знаешь, чего я боюсь, а чего нет, — язвит.

— Блин, там реально змея плавает! — ржёт Серега, стоя по пояс в воде.