Хочу тебя

Глава 1. Желание

Никита

— Никита, я прошу тебя, присмотри за Лилей, чтобы с ней ничего не случилось в клубе, — просит отец моей подруги.

— Да, конечно, — обещаю. — Мы же с нашими бывшими одноклассниками идем. Вы их всех знаете.

— Все равно, — строго смотрит. — Дочь у меня одна.

Согласно киваю. Ох уж эти нравы.

— Я все, — из комнаты выходит Лиля, и на секунду ее внешний вид меня ослепляет.

На подруге короткое серебристое платье существенно выше колен. Стройные загорелые ноги обуты в босоножки на высоких шпильках. Лиля собрала длинные темные волосы в прическу, а несколько волнистых прядей оставила ниспадать на лицо. Карие глаза подведены аккуратными стрелками, а на губах соблазнительная красная помада.

Ох, твою ж мать, когда Лилька успела стать такой крышесносной!?

Я знаю ее всю жизнь. Наши мамы лучшие подруги, мы живем в одном подъезде, учились 11 лет в одном классе. Мы лучшие, мать твою, друзья.

— Идем? — Лиля одаривает меня белоснежной улыбкой.

У меня нет сил, чтобы ответить, поэтому просто киваю.

— Никита, ты же не пьешь? — грозно спрашивает ее отец.

— Нет, я за рулем, — мямлю, продолжая пялиться на стройные ноги Лили.

— Веди машину осторожно.

— Угу…

Лиля открывает дверь, и мы выходим из ее квартиры.

— Я первый раз иду в ночной клуб, — хихикает, пока мы ждем лифт. — Как там хоть?

— Пойдет.

Я стараюсь не смотреть на Лилю и мысленно повторяю, что она моя подруга. Просто подруга. На подругу не может стоять член.

Но, блядь, у меня стоит.

В тесной кабинке лифта пространство наполняется ее цветочным запахом. Это чистый кайф, чистый наркотик. Я, как гребанный наркоман, вдыхаю глубоко-глубоко и задерживаю запах в легких, чтобы насладиться им. Чистый оргазм. Дикий. Сумасшедший.

Желание нажать на кнопку «стоп», вжать Лилю в металлическую стену, задрать ее преступно короткое платье и оттрахать до звезд в глазах настолько сильное, что я сжимаю руки в кулаки, чтобы ненароком не сделать это.

Просто подруга. Просто соседка. Просто бывшая одноклассница. Просто лучшая подруга моей бывшей девушки.

Помни об этом, Никита.

— Как же я рада, что мы уже студенты! — радостно щебечет Лиля, когда садимся в машину. — Как же классно быть совершеннолетним и свободным! — она игриво бьет меня кулачком в плечо, отчего тело прошибает разрядом тока. — Можем делать, что хотим!

— Угу.

Нет, я не могу делать то, что хочу. А именно, отодвинуть назад водительское кресло и усадить верхом на член Лилю.

Сука, почему она стала такой красивой!? Она же такой раньше не была! Соня, ее лучшая подруга, всегда была намного симпатичнее, поэтому я в свое время и начал с ней встречаться.

А Лиля… Она, как гадкий утенок, который превратился в порноактрису. И я даже не заметил, как это произошло. Просто в какой-то момент у меня встал на нее член и с тех пор не падает.

Но я не могу просто взять и трахнуть дочку подруги моей мамы. Тем более зная, какой у нее строгий отец. Я пока не готов лишиться яиц, а Лилин батя непременно мне их отрежет, если я сделаю с его дочуркой то, о чем фантазирую.

И машину я веду совсем неосторожно. Нужно побыстрее доехать до клуба, потому что находиться в одном салоне с Лилей невыносимо тяжело. Взгляд так и перемещается с лобового стекла на ее длинные ноги, а воображение быстро дорисовывает, что прячется под платьем.

Сука, мозг замыкает. Последние извилины из башки вышибает. Член стоит, как у девственника, который секс только в порнухе видел. Какое счастье, что Лиля смотрит в окно, а не на меня.

— Я буду пить алкогольные коктейли, — подруга вдруг резко поворачивается ко мне корпусом. — Ты же не скажешь моим родителям?

— Не скажу, — цежу.

Ее ведьминский взгляд скользит по мне, и я с ужасом понимаю, что сейчас Лиля заметит стояк. Плотные джинсы его не скрывают. И, блядь, да, она замечает. Боковым зрением вижу, как испуганно расширяются ее глаза, и она тут же сконфуженно отворачивается.

Ну все. Приплыл. Теперь Лиля знает мой секрет. У меня на нее стоит колом.

Делаю радио погромче и выжимаю газ посильнее. Через семь минут наконец-то торможу у клуба.

У нас отдельная ложа на десять человек. Здесь все наши одноклассники, теперь их можно назвать бывшими: Ульяна, Вова, Серега, Лера, Юля, Колян, Аня. Мы окончили школу год назад, и всем не терпится поделиться друг с другом информацией, как прошёл первый курс.

Ребята треплются и пьют, я стараюсь отвлекаться от Лили на других друзей. Ко мне подсаживается Лера, забрасывает ногу на ногу и слегка склоняется, чтобы мне получше было видно ее сиськи в вырезе. Они больше, чем у Лили, только почему-то на них не стоит.

Разговариваю о чем-то с Лерой, а сам замечаю, как Лилька пошла танцевать. От этого зрелища не оторваться. Она делает бедрами такие немыслимые вещи, что мой член рискует порвать ширинку джинс. Не дожидаясь, пока Лера договорит, встаю с дивана и подхожу к лестнице, ведущей от ложи до танцпола.

Неотрывно смотрю на Лилю. Чем дольше это делаю, тем сложнее становится дышать. Член пульсирует и требует срочной разрядки. Желательно в соблазнительный ротик Лили, покрашенный красной помадой.

Подруга танцует с прикрытыми глазами, но вдруг резко их распахивает и смотрит ровно на меня, как будто почувствовала, что я на нее пялюсь. Я не отвожу взгляд, она тоже. Лиля продолжает двигать бедрами, приседать, крутиться, и теперь у меня появляется ощущение, что она делает это для меня.

Нервы превращаются в оголенные провода. Того и гляди, замкнет меня окончательно. Резко тяну воздух. Лиля продолжает танцевать, не прерывая со мной зрительного контакта.

Ведьма — вот кто она.

Сжимаю до побелевших костяшек перила металлической лестницы. Стук собственного сердца перебивает грохот музыки. Больно колотится о ребра. Ломает их.

Я и раньше видел, как танцует Лиля. Это зрелище всегда привлекало внимание, но сейчас градус особенно сильно зашкаливает. Не знаю, что за пируэты она выдает, но крышу сносят похлеще урагана.

Одноклассница что-то говорит на ухо Лиле, та кивает, и они обе направляются обратно в ложу. Лиля не идет, а плывет, соблазнительно покачивая бедрами.

— Я смотрю, тебе здесь скучно, — останавливается возле меня.

— Приглядываю за тобой.

— Ммм. И как тебе — приглядывать за мной? — игриво склоняет голову набок.

Убийственно.

— Надоело.

Лиля издает смешок и нагло, не стесняясь, опускает взгляд на мою ширинку, которая торчит колом.

— А мне кажется, тебе нравится присматривать за мной.

Сучка.

— Ой, ребят, вы в правду или желание играете? — Лиля отворачивается от меня к друзьям.

— Дааа, — отвечают хором.

— Я с вами.

— Щас я задаю вопрос, — произносит Колян. — Лиля, правда или желание?

— Правда.

— Когда у тебя последний раз был секс?

Я весь обращаюсь в слух. Не знаю, зачем мне эта информация, но чувствую, что жизненно важна.

— Надеюсь, последнего у меня еще не было.

Друзья взрываются хохотом, а Ведьма поворачивается ко мне.

— Никита, правда или желание?

— Желание, — отвечаю незамедлительно.

Я совершенно точно и бесповоротно хочу исполнить любое ее желание.

— Я скажу тебе его потом отдельно. Оно секретное.

— Эй, ну нееет! — кричит кто-то из друзей. — Так нельзя! Мы тоже хотим знать, что ты загадаешь Никите.

— Нет, ребят, сорри, но я потом вам обязательно расскажу. Ник, твоя очередь.

— Лера, правда или желание? — обращаюсь к бывшей однокласснице, чтобы оттащить внимание остальных от Лили.

Даже не слушаю, что рассказывает Лера. Мозг занимает только одно — желание Лили. Что же она мне загадать решила? Такого, чего нельзя знать остальным. Вот только кто бы мое желание исполнил… Надо найти кого-то на эту ночь или поскорее спустить пар самостоятельно, иначе член сломается от возбуждения.

Лиля незаметно для всех встает с кресла и направляется к лестнице из ложи, бросив на меня многозначительный взгляд. Не раздумывая, следую за ней. Подруга пробирается через толпу в сторону выхода из клуба. Я у нее за спиной. Мы вываливаемся из шумного заведения и оба вдыхаем полной грудью теплый августовский воздух. Лиля отходит метров двадцать от двери и приваливается к стене. Я становлюсь напротив, опустив одну руку слева от ее головы.

Глаза в глаза. Дышим шумно, надрывно. Между нашими лицами расстояние сантиметров тридцать, но этот короткий отрезок так накаляется, что искрить начинает. Лиля кусает губы, съедает помаду, ее грудь вздымается быстро-быстро. Аккуратная, соблазнительная грудь, которая снится мне ночами.

— Какое у тебя желание? — выдавливаю хрипло.

В горле пересохло, пить хочу ужасно. Но не воду. Лилю. Ее выпить хочу. До дна. Всю без остатка.

Сука, это какое-то нездоровое помешательство.

— Ты уверен, что хочешь знать?

— Да.

Я еще никогда ни в чем не был так уверен, как в том, что хочу исполнить желание Лили. Любое. Даже самое больное. Даже самое сумасшедшее.

Лиля отрывается от стены и, не разрывая со мной зрительного контакта, придвигается к моему уху. Тихо шепчет:

— Оргазм.

Глава 2. Слово из шести букв

Никита

Сначала мне кажется, что я плохо расслышал. Замираю, продолжая нависать над телом Лили. Она не отстраняется от моего уха, опаляет кожу горячим дыханием.

— Повтори, — напряжённо прошу.

Молчит. Испытывает замешательство? Пожалела о сказанном? Или мне все-таки послышалось? Не могла же она в самом деле сказать «оргазм».

— Я не расслышал, повтори, — снова прошу.

— Слово из шести букв. Начинается на «о» заканчивается на «м». Отгадаешь?

Пока я продолжаю стоять как деревянный, Лиля быстрым движением убирает в сторону мою руку и вырывается из захвата. Отбегает на пару шагов, одаривает меня загадочной улыбкой и разворачивается, быстро направляясь обратно в клуб. Я не следую за Лилей, остаюсь стоять на улице. Надо проветрить мозги.

Приваливаюсь спиной к стене. Жарко. В джинсах пылает пламенем. Член мучительно больно ноет, требуя немедленной разрядки. Хочу обкончать Лилю, залить ее всю своей спермой. Эта гребанная идея стала навязчивой, как паранойя. Есть только один способ избавиться от нее — реализовать. Оттрахать Лилю и накончать на нее. А дальше будь что будет. Если она нажалуется своему отцу и тот меня пристрелит, ну что ж, моя смерть будет не зря.

С такими мыслями я возвращаюсь в клуб. В ложе Лили нет, она снова на танцполе. Крутит бёдрами, вызывая эрекцию у всех рядом стоящих мужчин. Они лапают ее сальными похотливыми взглядами. Некоторые, что посмелее, пытаются пристроиться к Лиле сзади, но она каждого отталкивает.

Я неотрывно гляжу на эту картину. Медленно-медленно, по одному градусу, в жилах начинает закипать кровь. Терпение лопается, когда какой-то придурок кладёт руки Лиле на талию. В считанные секунды оказываюсь рядом и силой отодвигаю от нее пьяного упыря. Он пытается возмутиться, но вовремя замечает мои сжатые в кулаки руки. Гнев застилает глаза, я готов вмазать ему прямо тут на танцполе.

Лиля опускает ладонь мне на плечо. Перепугалась. А я же, смотря на нее, распаляюсь еще сильнее.

— Поехали, — приказываю.

— Куда?

— Домой. Тебе уже хватит.

Пытается возмутиться, но я не слушаю, хватаю ее за локоть и тащу на выход из клуба. Сначала Лиля сопротивляется, а потом смиряется и послушно семенит рядом. Ее бархатная кожа обжигает ладонь. Электрические разряды проходят внутрь и разливаются по телу. Возбуждение уже бьет в башку, дурманит сознание. Рядом с Лилей я пьянею без алкоголя. Просто ощущать ее рядом, чувствовать запах, касаться — похлеще любого спиртного.

— Какого фига, Ник!? — возмущается, как только мы оказываемся на улице.

— Твоё детское время подошло к концу. Пора баиньки.

— Не тебе решать, когда мне ложиться спать!

— Мне. Сегодня я несу за тебя ответственность. Так что давай быстро в машину.

— Вот еще, — фыркает. — Я не натанцевалась.

Собирается войти обратно в клуб, но я перехватываю ее за руку.

— Моя машина в другой стороне.

— Сам иди в свою машину, — огрызается.

Нет желания спорить, поэтому быстрым движением подхватываю Лилю под коленями и забрасываю на плечо.

— Ээээй, а ну отпусти меня немедленно! — верещит как резаная. — Поставь меня на землю!!!!

Лиля колотит меня кулаками по спине, пока я невозмутимо несу ее к автомобилю. Не обращаю внимания на истерику. Мне не до нее, потому что я наслаждаюсь прикосновениями к Лилиным ногам. Кожа идеально гладкая. Не выдерживаю, веду вверх по икре, плавно переходя на бедро. Лиля резко замирает, перестаёт бить меня и верещать. Молчит, не шевелится. Испугалась? Или наслаждается? Клянусь, я бы запустил руку ей в трусы, если бы мы не подошли к машине.

Аккуратно ставлю Лилю на землю. Раскраснелась, надрывно дышит. Подбирает слова, чтобы обрушить на меня гневную тираду.

— Ты не имеешь никакого права мне указывать! — восклицает в сердцах, тыча в меня указательным пальцем.

— Сегодня имею. Садись в машину.

У меня в висках пульсирует, когда вспоминаю, как на нее глазели все вокруг. Делаю уверенный шаг к Лиле, кладу ладони на осиную талию, вжимаю в дверь автомобиля.

— Специально дразнишь меня?

— Не понимаю, о чем ты.

Лиля проводит кончиками пальцев по моей шее. Электрическими разрядами прошибает так мощно, что натурально дергаюсь. Уже ничего не стесняясь, упираюсь в Лилю стояком. Охает. Пусть почувствует, до какого состояния довела меня. И ведь уже давно доводит. Она мокрая? Хочет меня?

Когда мы учились в последнем одиннадцатом классе, произошла не очень приятная история, в результате которой выяснилось, что Лиля якобы влюблена в меня. Возможно, все было не так, и слова Лили вырвали из контекста. На всякий случай я тогда сходил к ней на откровенный разговор. Лиля посмеялась и сказала, что ее не так поняли. Ко мне кроме дружеских чувств больше ничего не испытывает. Я поверил, успокоился и ушел.

Фиг его знает, что она на самом деле ко мне чувствует. Лиля никогда не проявляла ко мне симпатии. Вот вообще никогда. Я полтора года встречался с ее лучшей подругой, Лиля и глазом не повела. Мы с Лилей всегда только дружили и ничего больше. Я и сейчас вижу в Лиле лишь подругу, но почему-то член стоит таким колом, что выть хочется. В какой момент это произошло? Когда вообще Лиля успела стать такой секс-бомбой?

Быстрым движением облизывает пересохшие губы. Залипаю на эту картину, борясь с желанием впиться в ее соблазнительные губы поцелуем.

— Я хочу пить, — шепчет.

— Бутылка воды на заднем сиденье.

Вырывается из моего захвата и залезает в салон на заднее сиденье. Находит воду, делает несколько жадных глотков. Пока не вылезла обратно из машины и не начала со мной спорить, быстро сажусь за руль, блокирую двери и трогаюсь с места. Весь путь до дома Лиля недовольно молчит, глядя в окно. А я то и дело смотрю на нее в зеркало заднего вида. Даже поправил его так, чтобы в обзор попадали ее ноги. Правда, из-за этого не видно автомобилей сзади, но ничего страшного. И так доедем.

Аромат Лили наполняет салон. Я напитываюсь им словно губка. Лиля даже пахнет, как цветок. Чем-то нежным, утонченным. Ее запах проникает в меня, разливается по венам, дурманя мозг и даруя чистый кайф. Меня адски штормит. В какой момент это началось? В какой момент я стал так реагировать на Лилю? Я ведь знаю ее всю жизнь, и никогда такого не было.

— Приехали, — объявляю, когда паркуюсь во дворе нашего дома.

Лиля нехотя переводит глаза с окна на мое лицо. Возникает пауза. С каждым мгновением воздух в салоне электризуется все больше и больше. Чтобы прервать гнетущее молчание, нажимаю кнопку разблокировки дверей. Но Лиля не выходит из автомобиля.

— Не хочешь домой?

— Не хочу.

Смотрит дерзко, с вызовом. Скрещивает на груди руки.

Быстрым движением отстегиваю ремень и пролезаю между передними сиденьями назад к Лиле. Через пару секунд сижу рядом с ней. Вопросительно выгибает бровь. Мол, чего приперся?

— Так какое у тебя было желание? — спрашиваю.

Надоели эти кошки-мышки. Я до умопомрачения хочу засадить Лиле по самые гланды. Хочу трахать ее рот, потом ее киску, потом снова ее рот. Хочу обкончать ее всю спермой.

Смелость с лица Лили как рукой сняло. Сейчас она не то испугалась, не то засмущалась. Мне по фиг.

— Слово из шести букв, первая — «о», последняя — «м», так? — смотрю ровно в ее темно-карие, словно две шоколадки, глаза и кладу ладонь на колено.

Глава 3. Оргазм

Никита

Чувствую, как Лиля напрягается. Не отводя от нее взора, веду ладонь вверх по ноге. Лиля не скидывает мою руку, не просит прекратить. Дойдя до края платья, ныряю под него и медленно-медленно поднимаюсь по внутренней стороне бедра. Останавливаюсь в одном сантиметре от трусиков.

Лиля не дышит. А я наоборот делаю все более жадные вдохи. Не сводя с нее глаз, свободной рукой расстегиваю ремень на своих джинсах. Лиля глядит на мою вздымающуюся ширинку. Следом расстегиваю пуговицу и молнию. Член, так долго мечтавший о свободе, тут же выпрыгивает из штанов.

Лиля делает надрывный вдох, и в этот момент я касаюсь ее киски. Мокрая. Трусики — хоть отжимай. Проскальзываю под них пальцами и притрагиваюсь к самому чувствительному бугорку. Охнув, Лиля падает затылком на подголовник.

— Пиздец, ты мокрая, Лиль, — хриплю, водя пальцами по ее гладкой без единого волоска киске.

Подруга блаженно прикрывает веки, позволяя мне терзать ее клитор. Пальцы полностью в ее смазке, скользят как по маслу. Я вожу ими вверх-вниз, делаю круговые движения. Дыхание Лили учащается, с губ срываются тихие стоны. Она начинает сжимать бедра, двигаться навстречу моей руке. Ей хорошо. Ей очень хорошо. И почему-то осознание того, что такое удовольствие доставляю Лиле именно я, приятно греет.

Лиля уже не просто двигает бёдрами мне навстречу, она прыгает на моих пальцах и громко стонет. Как же красиво она стонет! Слушал бы и слушал эту мелодичную песню. Хватается за ручку над окном, сжимает крепко до побелевших костяшек.

— Ах, Ник… — зажмуривается, когда я начинаю ласкать ее еще быстрее.

Мне нравится, как звучит мое имя из ее уст в этот момент.

— Хочешь кончить?

— Да, — выдыхает, выгибаясь дугой. Кладёт ладонь поверх моей, крепче прижимая к своей киске.

— Твоё желание — оргазм?

— Да… Мое желание — оргазм.

Она уже на грани. Еще чуть-чуть и реально кончит.

— Ник… Пожалуйста… Не останавливайся…

Пиздец, мне самому сносит крышу от происходящего. Извивающаяся и стонущая от моих пальцев Лиля — это лучшая картина, которую я видел в своей жизни. Выпускаю член из боксеров. Сжимаю головку второй рукой и тоже издаю стон. Лиля размыкает веки, переводит затуманенный взгляд на мой эрегированный член в смазке.

— Хочу твой рот.

Почувствовать на головке члена соблазнительные губы и язычок Лили кажется чем-то жизненно необходимым. Но сначала подарю ей обещанный оргазм. Надавливаю пальцами на клитор сильнее, ускоряюсь — и вот через несколько секунд подруга детства, с которой я играл в песочнице, бурно кончает, выкрикивая мое имя:

— Никита…

Даю ей отдышаться несколько секунд. Потом протягиваю бутылку воды. Лиля жадно пьет, как будто пробежала марафон. Закрутив на горлышке крышку, поворачивает голову ко мне и недоуменно смотрит на мой торчащий в небо член.

— Теперь твоя очередь дарить мне оргазм. Пососи, плиз. Я мечтаю о твоём минете. Хочу кончить тебе в рот.

Кладу ладонь на затылок Лили, чтобы опустить к паху, но она неожиданно вырывается.

— Вообще-то, я тебе никакое желание не должна.

— Что? — не понимаю, о чем она.

— Мы играли в «Правду или желание». Я выбрала желание. Ты его исполнил. А я тебе никаких желаний не должна, — и невинно хлопает глазками.

— Лиль, ты издеваешься!? У меня член сейчас взорвется!

— А я тут при чем?

— Как это при чем? Он на тебя стоит! Возьми в рот, пожалуйста, а то я умру, — последнее предложение произношу совсем жалобно.

Дожил, блин. Уламываю телку мне отсосать. Вообще-то, я привык к тому, что они сами опускаются на колени.

— Я очень сочувствую тебе и твоему члену, Никит, — наигранно вздыхает. — Но ничем не могу вам помочь. Мне пора домой.

Пока я в шоке пытаюсь осознать происходящее, Лиля вылезает из машины и торопится к подъезду. Даже не оглядывается.

Это что, блядь, сейчас было??? Лиля меня продинамила???

Вот же стерва!

Я ей это еще припомню.

Глава 4. Стыд

Лиля

Щеки горят, легкие пылают огнём от каждого вдоха, тело пронизывает дрожь. Заходя в квартиру, от нервов громко роняю ключи на пол. Не разбудить бы родителей. Я сейчас не в том состоянии, чтобы с ними встречаться. Мне кажется, они все поймёт по одному моему виду.

К счастью, из родительской спальни никто не выходит. Тихо на цыпочках крадусь в свою комнату. Закрываю дверь, поворачиваю замок и падаю на кровать. Меня переполняет микс чувств: адреналин, эйфория, восторг, радость, страх, стыд… Поверить не могу в то, что произошло в машине Никиты. Я испытала первый в своей жизни оргазм, и не с кем-то, а с парнем, которого люблю, сколько себя помню.

Не могу поверить, что осмелилась загадать ему оргазм. Чем я только думала? Что мною двигало? Я ведь поклялась сама себе, что никогда не выдам своих чувств к Никите, никогда не стану одной из его фанаток. Он ведь совсем ко мне безразличен.

«Как это при чем? Он на тебя стоит!», всплывают в памяти слова Никиты, сказанные всего пять минут назад.

Нет-нет, нельзя развешивать уши. Это не любовь, а всего лишь похоть. У Никиты нет ко мне чувств.

Я бы никогда не решилась на такое, если бы не заметила, что у Ника появился ко мне интерес. Не такой, как мне хотелось бы, но все же теперь он смотрит на меня больше, чем как на подругу детства. Я стала для Никиты сексуальным объектом. Таким же сексуальным объектом, как и все его многочисленные поклонницы. Он спит с ними, ничего не обещая, а потом забывает их имена.

Что же мне теперь делать? Как вести себя в присутствии Никиты? Как смотреть ему в глаза? Лицо огнём полыхает, когда вспоминаю член Ника. Он хоть понял, что я первый раз в своей жизни видела вживую мужской член? Нет, не понял. Так просил меня о минете, как будто я умею его делать.

Мысли еще долго жужжат пчелиным роем в голове. Сама не замечаю, как засыпаю в платье и макияже. Просыпаюсь от светящего в глаза яркого солнца. Время на телефоне показывает два часа дня. На кухне звучат громкие голоса родителей, гремит посуда. Аккуратно проскальзываю в душ. Нужно смыть с себя следы похода в ночной клуб.

В памяти всплывает все, что произошло между мной и Никитой. Резко включаю холодную воду, потому что моментально в жар бросает. Я как будто до сих пор чувствую прикосновения пальцев Никиты к своей промежности. Его взгляд — голодный, возбужденный — душу выворачивает.

Неужели это правда было? Неужели мне не приснилось?

Было.

Не приснилось.

С ума сойти.

— Всем доброе утро, — громко говорю родителям, заходя на кухню.

Папа недовольно на меня глядит.

— Уже день.

— Всем добрый день, — сажусь на стул.

Мама ставит передо мной тарелку, накладывает еду. Я веду себя как ни в чем не бывало. Нельзя выдать родителям, что что-то изменилось. Тем более моя мама и мама Никиты — лучшие подруги.

— Как погуляла? — спрашивает папа и придирчиво меня оглядывает.

Мой отец все никак не привыкнет, что мне не девять лет, а девятнадцать. Считает, что мне еще рано ходить в клубы.

— Нормально. Повидалась с одноклассниками.

— Во сколько вернулась?

Закатываю глаза.

— А ты не слышал?

— Нет, уснул.

— Рано вернулась, часа в три.

— Никита привёз тебя?

— Да.

— Он за тобой присматривал?

О, папа, ты даже не представляешь, КАК он за мной присматривал.

— Ага, и заставил вернуться раньше. Так я бы еще задержалась.

— Лиля, отнеси Свиридовым кастрюлю, — родительница ставит передо мной металлическую посудину.

Моя мама и мама Никиты постоянно обмениваются то сковородками, то салатницами, то формами для выпечки, то кастрюлями. Курьерами чаще всего служим мы с Никитой. Ему это не очень нравится. А вот я, наоборот, рада лишний раз попасть домой к Никите и поговорить с его мамой. Евгения Владимировна — кладезь информации о ее сыне. Такой информации, которую сам Никита о себе никогда не расскажет.

Но сейчас я испытываю смешанные чувства. Пойти домой к Никите — это значит увидеться с ним. Я готова встретиться с Ником лицом к лицу после произошедшего в машине? Не знаю.