Семь дней

Она обрушилась мне на ногу ботинок, что было больше неожиданно, чем больно. Девушка открыла рот и истошно закричала: «На помощь»! Я поморщился. Быстро вскинул руку и зажал ей рот ладонью. Глаза ее победно сверкали, и я не мог понять, как в такой маленькой девушке помещается, там много яда. План девчонки сработал, и меня со спины окликнули.

— Сэр, отпустите девушку и поднимите руки! — я обернулся, и мне в лицо ударил свет фонаря.

Я зажмурился. отступил на пару шагов. Попытался разглядеть тех, кто хотел меня задержать. И уже представлял, что скажет мне отец, когда узнает, что меня в первый же день операции загребли в отделение. Скорее всего, он отстранит меня, велит сдать пистолет и значок, отправит в долгосрочный отпуск. Решимость вспыхнула с новой силой: я не собирался его разочаровывать вновь.

— Вы неправильно все поняли, — я широко улыбнулся и поднял руки.

— Девушка? С вами все хорошо? — полицейский перевел фонарик на девчонку. Вид потерпевший его удивил. Перед ним стоял пацаненок, таким, какой я увидел ее впервые. Я же не мог сдержаться и фыркнул от смеха.

— Да, со мной все хорошо, — сказала она и стащила шапку. Рыжие кудри запрыгали по плечам. — А вот его, пожалуйста, арестуйте. Мне идти пора, — впервые я слышал ее голос таким мягким и девичьим. Я даже заметил, как она невинно хлопает ресницами.

— Мэм, прошу прощения, но вы поедете в отделение с нами. Вы должны дать показания.

Ситуация принимала забавный поворот, и у меня появилась надежда, что день закончится лучше, чем он начался. Я узнал офицера по голосу. Я опустил руки и смотрел во все глаза, чтобы ни упустить ни секунды представления.

— Меня ждут дома, — возразила беглянка. Но я-то знал, что для всех полицейских нашего города устав важнее, чем желание даже самой маленький девочки.

— Не торопись, малышка, — Мелисса подошла к нам со спины.

Я не видел напарницу, пока она не заговорила. Я окинул Мелиссу быстрым взглядом: с утра она изменилась мало. Я и не заметил, как соскучился по ней. Когда она проходила мимо меня, я почувствовал запах духов, корицы и кофе. Мне захотелось притянуть Мелиссу к себе.

— Джо, оформишь ее? А я займусь парнем. Будьте так любезны, молодой человек, проследуйте за мной.

Она встала под фонарем, которому пора было уже заменить лампочку. Он едва отбрасывал свет и мерцал. Я не смог сдержать улыбку.

— Ну, привет, — сказал я и оглянулся. Джо вел девушку к машине: оттуда она точно не сбежит. Дверь захлопнулась. Дважды за сегодняшний день девчонку хватали копы, может, это остудит ее голову. Мне стало интересно: будет ли она надеяться, что я вытащу ее из передряги, или постарается спастись сама.

— Ваши имя и фамилия, сэр, — отчеканила Мелисса. Она стояла передо мной, скрестив руки за спиной и расправив плечи.

— Вы, кажется, забыли про записную книжку, офицер, — вечер нравился мне все больше.

Я вглядывался в черты лица Мелиссы, сравнивая двух девушек между собой. Мелисса была старше практически на десять лет и почти на голову выше. Я без труда мог заглянуть в ее ярко-зеленые глаза. Я заметил, что под глазами залегли тени, а волосы слегка растрепались. Что она сегодня делала? Весь день провела на вокзале? Искала меня? Ждала? Переживала?

— У меня фотографическая память, итак? — она выразительно подняла брови.

— Джаспер Лекси, 22 года, холост, — я распрямил плечи, чтобы казаться массивнее.

— Знакомая фамилия, где-то раньше я ее слышала, — Мелисса в задумчивости покачала головой.

— Может, в грезах? Вы часто мечтаете по ночам? — я сделал шаг к Мелиссе.

— Мне некогда фантазировать. Но мой старый напарник носил такое же имя, и вот о нем-то я думаю часто, — Мелисса бросила взгляд из-под ресниц.

— Вы мне льстите, — я улыбнулся и придвинулся к девушке. На секунду я забыл, что я под прикрытием. Мне захотелось ее поцеловать. Я поднял руку, чтобы убрать выбившийся из прически волос. Рефлексы Мелиссы сработали быстрее: она заломила мне руку, приложила к кирпичной кладке и уткнулась мне в спину грудью.

— Что вы себя позволяете, господин Лекси? — она стояла позади меня слишком близко и держала мою руку в захвате. Свободную руку она положила мне на плечо и аккуратно поглаживала пальцами.

— Я заметил, что у вас прядь из прически выбилась, хотел поправить. Но может, и поцеловать, — сказал я.

— Я на службе, и вы тоже, если я не забыли!

Мелисса оставалась верна себе. Работа для неё была всегда на первом месте. Я мог выбраться из захвата, но смысла в этом я не видел, хотя холодная и шершавая стена причиняла неудобство.

— Что за девушка? —я расслышал нотки ревности в ее голосе.

— Та, что ты привела ко мне, — я хотел добавить про характер девчонки, ее спесивость и склонность к побегам, но передумал.

—Мы поймали мальчишку. Впрочем, так даже лучше, — загадочно проговорила Мелисса.

Она все еще удерживала меня у стены. Я повернул голову и пытливо посмотрел на нее. Она выразительно подняла брови.

— Влюби ее в себя, — тихо произнесла она. Я рассмеялся.

— Ты даже не представляешь, какую глупость ты только что сказала, — я продолжал хохотать, представая, как пытаюсь влюбить в себя девчонку. В моем воображении в ответ на все мои попытки она сбегала или отвечала колкостью. Или ещё хуже, толкала меня под поезд.

— Я серьезно. Она девушка молодая, явно одинокая. Стань для нее рыцарем на белом коне. Дома ее явно никто не ждет, — продолжала рассуждать Мелисса.

— Ей не нужен рыцарь, поверь мне, — я перестал веселиться.

— Манипуляция любовью — логичный ход, — она наконец отпустила меня, и я размял затекшее плечо. Мелисса продолжала развивать мысль.

— Я должен найти информатора или влюбить в себя девушку? — я огрызнулся на напарницу, не понимая, зачем она настаивает. — Мне поставили задачу — найти человека, завербовать его, а потом вытрясти из него всю информацию.

— Она может что-то знать или кого-то. Я думаю, она тот, кто нам нужен. Она молода и на так опытна, как закоренелые преступники, — Мелисса нахмурилась. Она злилась, когда я не понимал ход ее мыслей.

Больше она ничего не сказала, да и я не стал бы слушать. Это было глупо. Успех миссии не мог зависеть от того, понравлюсь я какой-то девице или нет. Я предполагал, что девчонка проводит меня в метро, познакомит с другими бездомными, и уже среди них я стану искать нужного человека. Я не собирался вербовать девчонку.

Она пыталась сбросить меня с хвоста с самого утра. Удивляло одно: она не сбежала от меня на Южном вокзале. Когда я заходил в здание вокзала, думал, что она сбежит. И поразился, когда увидел ее в толпе. Но больше всего меня удивил ее взгляд. Она была недовольна мной, смотрела на меня с вызовом, как будто я что-то сделал не так. Я распознал этот взгляд и знал, что его нельзя просто проигнорировать. Но в тот момент мне было не до нее. Надо было заняться детьми. Пускай на мне и нет формы, ответственность за мой город, за его улицы и за людей все-таки осталась.

Как знать, почему девчонка не убежала. Может, она просто проголодалась. Может, понимала, что ехать нам обратно все равно вместе. Но мне хотелось надеяться, что причина иная. Хотя, возможно, я возводил замки из песка.

Я кивнул Мелиссе, давая понять, что обдумаю ее предложение.

— Буду ждать первый отчет завтра под часами. Ровно в час, не опаздывай, — распорядилась она.

Она иногда обращалась со мной, как с курсантом, когда я только поступил на службу, хотя мы уже год были напарниками. Я захотел ей напомнить, что больше не зеленый юнец, но промолчал. Нам и правда надо было завтра встретиться. Мне было любопытно, к чему такая спешка, но я просто кивнул.

— Джо, отпусти девчонку. Нечего ей в участке делать. Мистер Лекси объяснил, что это была ошибка, — сказала Мелисса, когда мы подошли к машине.

Джо поднял глаза от бумаг. Они заполнял их на крыше офицерской машины. Она не отличались новизной, но была на ходу. Я заглянул на заднее сидение. Девчонка сидела, опустив голову, и смотрела на свои пальцы. Шапка была натянута на уши. Я никак не мог понять ее желания быть похожей на парня.

Словно почувствовав мой взгляд, она повернула голову. Глаза ее снова сузились. Я улыбнулся ей и постучал костяшками пальцев по стеклу. Как мне завоевать сердце и доверие этой девчонки, если она не сказала мне даже своего имени? Как только я об этом подумал, мне в голову пришла блестящая мысль.

— А что сказала мисс …— я сделал паузу, надеясь, что мой намек будет понят. Но Джо смотрел на меня как баран. Он шарил своими карими глазами по моему лицу, словно пытался найти ответ между носом и ухом. Вот почему я никогда не хотел с ним работать: тупой как пробка. К счастью, меня спасла Мелисса. Она забрала у Джо бумаги, порылась в них и нахмурилась. Мелисса не нашла то, что искала.

— Джо, как зовут девушку? Не могу найти ее имя в бумагах?

— Анна, — после небольшой заминки ответил Джо.

Я улыбнулся. Вот и ответ на мой вопрос. Я повернул голову в сторону Анны. Непривычно было называть ее по имени. Я тихо произнес его вслух, пробуя на языке. Но оно казалось чужеродным. Эта девушка не походила на Анну. Ей бы подошло что-то более звонкое и резкое. Девушка явно не понимала, почему она сидит в машине, а я стою среди офицеров. Меня позабивала ее растерянность, но улыбка сошла с лица, когда я вспомнил, какое обвинение она бросила в мою сторону. Коп!

Она решила, что я коп только из-за того, что я наизусть знал сроки за преступления. Мне стало интересно, какие мысли крутятся в этой милой головке. Надо было быть осторожней: не давать повода для подозрений. Если Анна будет думать, что я связан с полицией, она мне в жизни не доверится.

Мелисса подошла к машине с той стороны, где сидела Анна. Напарница распахнула дверь, и Анна быстро вылезла из салона и встала подальше от полицейских.

— Мы теперь свободны, офицеры? — спросил я.

— Да, вы свободны. Но больше не нарушайте комендантский час, — Мелисса развернулась и дернула дверь полицейской машины.

Я еще раз убедился в ее профессиональных навыках. Она ни разу не дала понять, что мы знакомы.

Я подошел к девушке и подтолкнул в спину, я хотел увести ее подальше от коллег. Девчонка не сопротивлялась. Я был уверен, что она бы уже дала деру, если бы это не вызвало подозрения. Анна шла быстрым шагом, и я не понимал, каков конечный пункт ее маршрута. Я не стал спрашивать, опасаясь ее спугнуть. Было видно, что Анна не просто убегает от офицеров, а идет к цели. Я думал, она засыплет меня вопросами, но она молчала, поэтому я решил ее не отвлекать. Мы остановились всего раз, когда она захотела обернуться, чтобы проверить местоположением полицейских, но ее взгляд зацепился за мое лицо на листовках под нашими ногами. «Пропал человек». Она промолчала.

Мы вернулись к зданию вокзала. Я был удивлен, что она не говорит ни слова, но старался не показывать вида. Она открыла дверь, и мы оказались в большом холле. Анна запетляла по коридорам. Я заметил, что девочка ни разу не повернулась, чтобы посмотреть: не потерялся ли я за поворотом. Мы миновали коридор и несколько пролетов. Анна толкнула большую, оббитую железом дверь. Она под нажимом скрипнула и с жутким визгом открылась.

— Здесь лестница, держись меня и смотри в оба, — это были ее первые слова за долгое время.

Она поставила ногу на перекладину и стала спускаться. Я выждал пару секунд и последовал за ней. Я закрыл дверь и стал перебирать ногами и руками. Все погрузилось в кромешную темноту. Лезть вниз без источника света — было трудным делом, но я не собирался жаловаться. Порой мне хотелось узнать, долго ли еще. Но как только я открыл рот, подошва ботинок Анны соприкоснулась с бетоном.

— Где мы? — задал я вопрос, когда оказался рядом.

— Ты же просил показать тебе мой мир, я и показываю, — невозмутимо произнесла девушка. Я испытал досаду, потому что не видел ее лица.

— Имя Анна тебе совсем не подходит, — я и сам не знал, зачем я захотел ей об этом сказать. Несоответствие не давало мне покоя с тех, когда Мелисса впервые произнесла это имя. Оно не укладывалось в голове. Я слышал, как девушка усмехнулась. Я был почти уверен, что она покачала головой.

— Ты прав, потому что это не моя имя, — она сделала паузу. — Зови меня Лу.

Глава 6

Лу.

Ночь 1 дня.

Мы прошли по знакомым туннелям. Я толкнула дверь и пропустила Джаспера вперед. Вот мы и дома. Заброшенная станция метро ничем не отличалась от остальных. Бетонный пол, металлические рельсы и мигающие лампочки. В некоторых тоннелях навек застряли вагоны.

— Лет тридцать назад правительство решило построить метро. Рабочие копали и бурили землю. Грохот стоял такой, будто в оркестровую яму пустили детей. Двигались от окраин к центру. Город не выдержал: на мостовых проступили трещины, а улица — от первого до последнего дома — ушла под землю. Власти не понимали, что вызвало разрушение. Пока не выяснили, что земляные работы производились без учета особенностей грунта. Глубина бурения не превышала 30 метров, но отведение воды не наладили, а при глинистых почвах это означало одно: катастрофу. В итоге строительство метрополитена забросили. На поверхности поставили вокзал, проложили кольцевую железную дорогу, а про тоннели забыли, как страшный сон, — сказала я.

Джаспер молчал.

— Если бы первые бродяги не договорились с начальником вокзала, то этого места сейчас не было бы. Здесь проживает около двадцати бездомных. Есть постоянные жильцы, а кто-то мигрирует от одной станции к другой. Бродяги не самые приятные люди, так что держись от них подальше. Еще один совет: не лезь в чужие дела, тут каждый хранит секреты. Кто-то расскажет с удовольствием, а кто-то, наоборот, набросится на тебя с ножом, стоит только спросить. Тут народ разный, есть молодые, есть старые, которые считают себя самыми умными, но за порядком следит Ален. Он решает организационные вопросы: распределяет провизию; определяет место и дело каждому бездомному. Если ему понравишься, можешь считать это место своим домом, — я похлопала его по плечу.

— О вас знают? — спросил Джаспер, в его глазах было удивление.

— Верхние эшелоны власти всегда знали о нас. Работники вокзала тоже. Они предоставляют помощь — провизию, одежду, медикаменты. Им проще поддерживать нас, чем пытаться избавиться, — ответила я, улыбаясь. Метро было моим домом уже несколько лет.

Лампочки из последних сил освещали пространство. Из брандспойтов, металлических бочек, вырывался огонь. По периметру стояли палатки и шалаши. Вокруг деревянного стола, по сути огромного ящика, собрались люди. Они черпали из огромной кастрюли суп. Повариха Марта выставляла на стол бутылки и выкатывала яблоки из фартука.

— Пойдем, познакомлю тебя с Аленом. «Он найдет тебе применение», —сказала я и схватила корочку хлеба. Со всех сторон я слышала свое имя: «Лу!»

Марта, приветствуя меня, потрепала по руке. Она жила с нами около восьми лет. Бездомные в подземелье заменили ей семью и дом, которые она потеряла. Она готовила нам обеды и ужины, и голодным не уходил никто. Разделение обязанностей — условие для выживания, бездомные не жаловались, а исправно тянули лямку. Марте готовка была в радость. Она любила всех без исключения. Дарить тепло и заботу было для неё так же естественно, как и дышать. Ей казалось, что все бродяги — ангелы. Ни разу не видела, чтобы она выходила из себя. Луи выставил ноги, чтобы я споткнулась, но я заметила. Я погрозила ему пальцем, а он беззвучно рассмеялся.

Луи стал бродягой три года назад. Молодой еще парень, он не знал, куда ему податься, и ехал к дальней родне. Когда он проезжал через наш город, его избили и обокрали. Оказавшись среди нас, Луи решил остаться. С рождения он был немой. Бездомные приняли Луи полюбили. Он стал ценным членом нашей общины и хорошим другом.

Женщину средних лет с темным цветом кожи звали Бриттой. Я ничего не знала про ее прошлое, но она стала для меня второй матерью. Она учила меня, заботилась обо мне и воспитывала. Бритта была строгой, справедливой и принципиальной. Ей не нравилось, что я работаю на Эзру, но открыто не возражала, только поджимала губы.

Она и Ален, наш лидер, были парой. Они были в достаточной мере ответственные, чтобы следить за порядком и строго наказывать за нарушения правил. Только наедине они позволяли себе расслабиться. Иногда я смотрела на них, как они разговаривают на фоне огня. Они были такие спокойные, что я завидовала им.

Токс, красивая молодая женщина, с сыном влились в сообщество около двух лет назад. Она была не намного старше меня, а Вону, ее сыну, недавно исполнилось три. Мне было трудно поверить, что она сможет жить под землей. Обладать такой красотой и скрывать ее в метро казалось невозможной задачей. Но Токс рассказала мне, что именно из-за красоты ей приходится прятаться в убежище. Мы с Токс стали подругами, бродяги окружили молодую маму и сына заботой, а я поняла, что побег в метро — был не таким уж глупым решением.

Близнецы Рубен и Ходж, мои названные братья, были подростками со свойственным для этого возраста проблемами. Им недавно исполнилось шестнадцать лет, они были широкоплечими и серьезными. Прежде мы хорошо ладили и даже помогали друг другу, но пару лет назад они попали под влияние Эзры. Они точно утратили личность и стали проводниками его воли. Я начала бояться близнецов, бояться, что через них я утрачу свободу. Я отдалялась от близнецов все больше, и даже на общих собраниях не пересекалась с ними. Они существовали в пограничной зоне: в метро, где заправлял Ален, и на улицах, где командовали Винсент и Эзра.

Ален заменил мне отца и наставника. Он рассказал, как устроена улица, как заработать деньги, рассказал о том, что можно делать, а чего нельзя. Но даже он, такой мудрый, не смог спасти меня от моих ошибок. Ален часто смотрит на меня с жалостью в глазах. Он считает себя виновным в том, что я запуталась в сетях Эзры.

Вот уже несколько лет он отращивает бороду и волосы, они придают ему еще более устрашающий вид. Высоким ростом и крупным телосложением он внушает уважение и страх. Аналитический склад ума и система ценностей вызывают доверие, и люди вручают ему жизни и судьбы.

— Ален, есть минутка? — я подошла к нему, когда тарелки опустели и на столе вместо огромной кастрюли появились колоды карт.

Токс укачивала малыша Вона на руках, и он смеялся. Марта сидела рядом и поглаживала колени. Она улыбалась мальчику, словно он был ее внуком. Близнецы заметили Джаспера и зашептались, их вид не предвещал ничего хорошего. Луи вежливо кивнул Джасперу. Бритта рассматривала новичка так же внимательно, как Джаспер нашу семью. Ален отодвинул чашку с отбитой ручкой, поднялся.

— Лу, кто это? — спросил Ален.

—Джаспер, — представился мой спутник и протянул руку для рукопожатия.

Ален усмехнулся, ответив на приветствие, а потом сказал:

— Если ты не знал, мальчишка, то старшие подают руку первыми.

Мужчины вглядывались друг в друга несколько секунд, точно пытаясь выяснить, кто главный. Они проверяли друг друга на прочность, и я поменяла мнение о Джаспере. Не каждый смог бы выдержать грозный взгляд Алена, который к тому же был шире в плечах и на несколько сантиметров выше Джаспера.

— Ну хорошо, Джаспер, меня зовут Ален, — сказал лидер бродяг, когда понял, что Джаспер выдержал первое испытание. — Что ты ищешь здесь, в обители обездоленных?

— Мне некуда возвращаться, поэтому я здесь, — ответил Джаспер. Я поймала себя на мысли, что хочу ответить за него. Но мне оставалось только наблюдать. Я сложив руки на груди и переводила взгляд с одного мужчину на другого.

— Откуда узнал про нас? — спросил Ален.

— Лу рассказала, — он повернулся ко мне и улыбнулся. Я закатила глаза, а Джаспер сделал вид, что не понял моей реакции.

— Занимательно. Джаспер, располагайся и познакомься с моими бродягами. А вот с тобой Лу я бы еще поболтал, — Ален отослал Джаспера, как собаку. Пока Джаспер подходил к столу, мужчина медленно разворачивался ко мне.

Я не могла предугадать, в каком он будет настроении. Он мог быть злым, но внешне при этом оставаться спокойным. Ален был для меня загадкой, но я не лезла в его дела, а он позволял мне заниматься своим. Хотя я еще помнила те времена, когда ходила за ним по пятам. Я боялась любого шороха, а он баюкал меня на руках.

— И кто это, Лу? — не глядя на Джаспера, Ален показал на него пальцем. Он ждал ответа. Я видела, как Джаспер подошел к столу, что-то сказал Токс и Марте, и как они растаяли от его слов. Вон тянул к нему маленький пальчик.

— Он прицепился ко мне утром. Просил показать ему наш мир, — я пожала плечами, продолжая смотреть, как Джаспер очаровывает компанию. Он попытался пожать руку близнецам, но они демонстративно отвернулись. Луи бережно пожал руку Джаспера.

— Он не опасен?

— Не имею ни малейшего понятия, — честно ответила я.

Я не чувствовала, что от Джаспера исходит опасность. Но безоглядно доверять бы ему не стала. Опять же, если вспомнить ситуацию на площади, когда человек Эзры дал деру, возникали вопросы.

— Лу, ты привела его в домой, к старикам и детям. Ты точно хорошо все взвесила? — строго спросил меня Ален.

Мне не нравилось, когда он говорил со мной таким тоном. Я гневно посмотрела на Алена, а он считал мои эмоции так же легко, как и всегда. Мне захотелось прищуриться, показать, как в детстве, язык и убежать.

— Не надо только анализировать мое поведение. На вид Джаспер нормальный. И я не знала, куда его еще привести. Его разыскивают, видела его лицо на листовках, ему некуда пойти.

Теперь мы вместе смотрели на Джаспера. Он сидел рядом с Луи, и Луи протягивал ему книгу.

Мы никогда не говорили новичкам, что Луи немой. Ален специально, в качестве проверки присылал гостей к Луи. Он обещал, что тот все покажет и расскажет. Было забавно наблюдать, как они пытаются выяснить, где душ и туалет. Луи не предпринимал попыток облегчить им жизнь. Ни ручки и бумаги, ни меловой доски, ни даже жестов он не использовал. Новички должны были сами налаживать коммуникацию.

— Объясни, старику, зачем ты привела его? Что заставило тебя это сделать? — Голос Алена был добрым, отеческим. Последний раз, когда он обращался ко мне с такой сердечностью, я была совсем крохой, набила шишку, а он гладил меня по голове и успокаивал.

— Он дважды спас меня от офицеров сегодня, — призналась я.

Алену нужна была причина, по которой я привела Джаспера, и я ее назвала. Даже если это была только часть правды.

— Ты дважды попалась? — удивился Ален. На что я закатила глаза. В течение нескольких лет я вообще не попадалась. Этот день официально стал днем невезения.

— Не спрашивай, — я отмахнулась от нравоучений Алена.

Он нахмурил брови и замолчал. Каждый из нас думал о своем. Я просто хотела, чтобы Ален взял ответственность за новичка на себя. Тогда я смогла бы заняться своими делами. Если Джаспер не будет крутиться под ногами, все пойдет своим чередом. Надо не будет надо мной издеваться, доводить до белого каления и полицейского участка.

К тому же Эзра придумает, к какому делу приставить Джаспера, если тот останется с бродягами. Он видел потенциал в тех, кого он называл «потерянными душами». Они, эти потерянные души, находят призвание в помощи Боссу. Как я думаю, он просто собирает слуг, которым поручает грязные дела. Эзра выслуживался перед Боссом и загребал жар чужими руками.

Я снова посмотрела на Джаспера. Разговорить Луи у него не получилось. Он переключился на Вона, рассчитывая, что найти общий язык с ребенком будет проще. Вон был славным и тихим малышом, он приносил в наш дом семейный уют. Все, кто потерял семью, помогали Токс, чем могли. Даже близнецы иногда приносили мальчонке игрушки. Но раньше они играли с Воном, а теперь ограничивались короткими репликами.

Я рассердилась на Джаспера. Очевидно, что Джасперу сначала нужно завоевать поддержку Алена и Бритты, а уж потом заниматься остальными. Марте нравится легко: доброе слово скажешь, улыбнешься, и она уже на твоей стороне. Токс верила, что Вон не тянется к плохим людям. Глядя на то, как Вон барахтается в объятиях Джаспера, становилось понятно, что с Токс они поладят. Луи не спешил с решениями. Он долго взвешивал «за» и «против», только потом выносил вердикт. Но почему-то очень хотелось, чтобы Джаспер ему понравился.