Лабиринт №1

— Похоже, они и есть…

И тут со всех сторон раздался громкий механический голос:

— Что козявки попались!

Фёдор, который еще не пришел в себя после визита незнакомца, аж подскочил от неожиданности. Я тоже вздрогнул, настолько внезапно прозвучал лишенный интонаций глас.

— Я Бог, Всевышний, Я Всемогущий, Я Всесильный, Я Вседержитель, Я Вездесущий, Я Вечный, — снова раздался голос. — Я Непобедимый, Могучий; Мощный, Всевластный, Всесокрушающий. Я Царь славы, Князь мира, Я Абсолют, Я Совершенный…

Эти дифирамбы, посвященные самому себе, продолжались и продолжались.

Я тихо шепнул своему напарнику:

— Похоже, у этого Суперкомпьютера, который управляет здешними порталами, крыша съехала или мания величия.

Фёдор задумался и ответил:

— Вероятней всего — первый вариант. Сбой системы.

Минут через пять голос, возвеличивающий самого себя, замолк, но вскоре продолжил, обращаясь уже к нам:

— Я вас в порошок сотру, уничтожу, задушу…

Угрозы, начиная с «казней египетских», продолжались довольно долго, но вскоре бог — компьютер перешёл к реальным обещаниям, как нас извести:

— Вы ошмётки протоплазмы, Я вас не просто уничтожу. Я буду наблюдать, наслаждаясь, как вы будите пить кровь друг друга, умирая от жажды.

— Вы ничтожные создания, козлы, сучки…

Я не ожидал, что в русском языке содержится столько матерных слов и выражений. Свихнувшийся компьютер перечислял их все, начиная со старорусского, довольно долго. Все это время я напряжённо думал, как выбраться из центрального зала. И тут у меня возникла идея. Буриданов осел! Это философский парадокс, названный почему-то по имени Жана Буридана, несмотря на то, что был известен ещё из древних трудов Аристотеля — «О небе». Смысл этого парадокса заключается в следующем. Если поставить осла между двумя одинаковыми стогами сена на одинаковом расстоянии, то рационально мыслящее животное никогда не выберет копну, из которой можно поесть, и умрет с голоду.

Для компьютера, который «мыслит» на основе математической логики, эта задача тоже не поддается решению. Иррационально мыслящему человеку сделать выбор проще. Он просто ткнет пальцем в один из стогов или сдвинет обе копны в одну.

…как вы посмели нарушить мой покой! — закончил материться суперкомпьютер.

— Надо попробовать, — подумал я. — И, воспользовавшись паузой в его монологе, обратился к рехнувшемуся компьютеру:

— Всевышний, Вездесущий, Вечный…, — начал я перечислять все его титулы и звания, которые мог вспомнить. — Позволь мне обратиться к Вам, ничтожному рабу твоему, с последней просьбой!

Я грохнулся на колени перед полусферой защиты пульта и покорно склонил голову. Сделал знак своему напарнику, чтобы он принял такую же позу. Федя недоуменно посмотрел на меня и нехотя опустился на одно колено.

— Ладно, — подумал я. — Если вернемся домой, я тебя погоняю в тренажёрном зале. Вспомнишь, как надо выполнять команды.

И тут чокнутый комп соизволил ответить:

— Обращайся слизняк, но твой ничтожный соплеменник мне не нравится.

Я уткнулся головой в пол, отвесив земной поклон, снова выпрямился, и стал излагать задачку, которую он должен решить.

— У нас, о Всезнающий, имеется два абсолютно одинаковых блока питания, которые находятся на абсолютно одинаковом расстоянии от места Вашего божественного местонахождения. Вам, о Великий, необходимо подключить только один из них, чтобы увеличить Ваше энергетическое могущество, подчинить все остальные Суперкомпьютеры себе и обрести Абсолютную власть. Если не сделать этого, то промедление или отказ подключить дополнительный источник питания может угрожать Вашей безопасности.

— Если Вы, Всемогущий, решите эту задачу, то я умру с верой в Вас как в Бога!

— Хы, хы, хы…, — раздалось в ответ. Вероятно, так сбрендивший компьютер имитировал человеческий смех.

— Я хочу сразу два блока питания, а не один. Это увеличит моё энергоснабжение и позволит расширить информационную сеть…

Он продолжал излагать свои мечты, а я, повергнутый в уныние, подумал:

— Не прокатило! Этот вольтанутый набор микросхем понял, что число два больше и лучше, чем цифра один. И сказал первое, что пришло в голову:

— Подключить сразу два источника питания невозможно. Необходимо выбрать один из них. При совместной работе они аннигилируют и уничтожат Вас. И Вы умрете!

— Я умру? — проскрипел механический голос. — Я Бессмертный, я Вечный, я Бог. Я могу сосчитать количество атомов в твоем водянистом теле. Я могу определить количество звезд во Вселенной. Я могу…, — продолжал он перечислять свои безграничные возможности.

— Опять пластинку заело, — тихо произнёс я. — Наверное, ничего не получится.

— Сейчас Я решу твою примитивную задачку, кусок биомассы, — закончил он.

И наступила тишина.

Через некоторое время Фёдор задал вопрос:

— Что это было?

Я приложил палец к своим губам, чтобы он молчал, так как слетевший с катушек комп мог нас подслушивать, и сказал:

— В следующий раз команды нужно выполнять быстро, не рассуждая и не задумываясь. А сейчас будем ждать решения задачи от Великого Супермозга.

Минут через пять появились первые признаки напряженной работы суперкомпьютера. Сначала заметно уменьшилась яркость освещения зала порталов. Затем свет отключился полностью. Под полом зала стал слышен гул, который всё более усиливался.

— Включил резервную систему охлаждения своего процессора или что там у него в «башне», — сказал я своему напарнику. — И отключает второстепенных потребителей мощности. Надеюсь, что у него не вечная батарейка подключена.

Еще через минут пять стал растворяться, словно утренний туман, защитный купол в центре зала.

— Ага! — воскликнул я. — Энергии явно не хватает! Он даже защиту отключил!

— Федя, а ты не заметил, что в зале становится слишком жарко? Как бы он нас не поджарил вместе с собой!

Напарник посмотрел на термометр встроенный в часы и ответил:

— Тридцать пять градусов по Цельсию.

А через некоторое время добавил:

— Температура растет. Уже сорок градусов.

Нам ничего не оставалось делать, как ждать пока полностью отключится защитный экран.

— Федя, идем к пульту, — шепнул я напарнику, когда он исчез.

Я достал из рюкзака фонарик, включил, а затем мы, стараясь не наступить на мумифицированные трупы, подошли к пульту управления порталами.

На панели управления один за другим стали гаснуть сенсорные переключатели.

— Подключись к порту, но в систему пока не входи, — сказал я.

Когда на нём осталась одна светящаяся клавиша, в зале послышался шум, словно закипел чайник, заквакала аварийная сирена, а затем раздался тихий затухающий голос:

— Человек, ты убил меня…, я… и все затихло.

— Всё, спёкся! — восторженно воскликнул я. — Перегрел свой «мозг», логически решая простую задачу для обычного человека, и банально спалил свой процессор.

Сняв шлем с головы, я положил его на руку, отдавая последние почести сыгравшему в ящик суперкомпьютеру. Чтобы убедиться, что его уже не существует на этом свете, я крикнул во весь голос:

— Ну, ты и тупой!

На мой возглас откликнулось только эхо:

— Ой, ой, ой…, — постепенно затухая. И наступила тишина.

— Фёдор, действуй! — приказал я. — Необходимо определить имеются у этого шизика резервные копии в операционной системе или нет. Если есть, то их сразу же нужно удалить. Вторая задача — открыть все пространственные переходы.

Мой напарник включил планшет и приступил к проверке систем усопшего супермозга.

— Чисто, — сказал он. — Никто не мешает и не спрашивает код доступа. Большинство системных файлов сохранилось. Для восстановления системы не хватает напряжения. Оно почти равно нулю. Но оно постепенно возрастает. Вероятно, энергоснабжение восстанавливается.

На пульте управления засветился монитор, на котором появился красный пульсирующий столбик. Он постепенно увеличивался в размерах.

Федя, обильно потея, усиленно колдовал над планшетом. Кликнув по иконке «Удалить» он удовлетворенно сказал:

— Готово. Удалил резервную копию параноика. Подал команду на открытие порталов. Но у нас есть проблема. Программа, которая создает защитное поле пульта управления — константа. То есть её невозможно удалить из системы, а также она не подлежит изменению ни при каких обстоятельствах. Скоро, когда хватит мощности источника питания, защита пульта восстановится.

Я обернулся и увидел полупрозрачное марево на месте, где был ранее полусферический купол пульта управления.

— Федя, сваливаем отсюда, — крикнул я и кинулся в сторону вновь зарождающейся стенки.

Защитное поле уже стало сформировываться, отсвечивая полупрозрачной пеленой. Мне и напарнику пришлось продираться уже через плотную среду, которая напоминала желе. Своего товарища я вытаскивал уже через уплотняющуюся стенку купола, прилагая все силы. Вскоре мы оба вывались на пол, заглатывая широко открытыми ртами горячий воздух. Моё сердце стучало в груди с частотой пулеметной очереди.

Отдышавшись, я осмотрелся. Освещение зала снова включилось. На пульте управления загорелись почти все сенсорные переключатели. На противоположной стене от нас засветился один из экранов, а в стене появилась серая пелена пространственного перехода. Затем зажегся экран — второй, третий…

— Фёдор, ты молодец! — похвалил я напарника. — Справился с инопланетными технологиями. Пора присвоить тебе прозвище и позывной за заслуги. Например, Хакер! Ты согласен.

— Вполне, — улыбнулся мой напарник. — Но справился со сбрендившим компом ты. Кстати, как Вы сообразили загрузить его «мозги» этим парадоксом?

— На досуге посмотри инфу о «Буридановом осле». Тогда всё станет ясно.

Постепенно порталы открывались один за другим, но некоторые экраны над ними не светились. На тех мониторах, которые работали, просматривались изображения поверхности других планет, различные помещения и туннели. На одном из экранов была картинка земного зала порталов.

Неожиданно в зале замигал свет, заквакала аварийная сирена, и защитная полусфера пульта управления стала интенсивно пульсировать. Возможно, свихнувшийся компьютер перегрузил энергосистему, которая снабжала его электроэнергией, и она вышла из строя. Последствия взрыва такого энергоблока мы уже видели около десятого зала порталов.

— Федя! — крикнул я. — Быстро сматываемся отсюда.

Схватив рюкзак и оружие я, побежал к ближайшему порталу. Оглянулся, за мной мчался Хакер. Время выбирать портал уже не было. Я вошел в один из них, где на экране просматривалось какие-то помещения и коридоры. Напарник последовал за мной.

Выберите дальнейший вариант действий.

1. Продолжить путь с ходоками. Перейдите в пункт №4.

2. Или перейдите в пункт №37.

Портал №4

Благополучно преодолев серую пелену портала, мы с Фёдором оказались на другой планете. Перед нами открылась широкое пространство саванны с мелкими кустами и отдельно стоящими деревьями. Яркая жёлто — белая звезда класса F освещало окружающую местность. По небу плыли пушистые белые облака. Вдали, извиваясь меж невысоких холмов, протекала узенькая речка. Стадо животных, похожих на оленей, паслись на зелёном лугу. В небе парили белые птицы. Идиллия. Рай земной.

— Странно, — сказал я своему напарнику. — Об этой планете я не ничего не слышал. Никто из ходоков о ней не рассказывал.

— Может потому не слышал, что отсюда никто из них не вернулся? — буркнул Федя.

— Не каркай! — прикрикнул я на него. — Недоволен, что к Варям не заглянули? Лучше определи физические характеристики этой планеты.

Мой напарник достал анализатор «Вектор-2» и вскоре, как робот, монотонно выдал результат:

— Вредоносных газов не обнаружено. Содержание кислорода на 2 процента выше, чем на Земле. Сила тяготения немного меньше. Радиоактивный фон в норме. Температура воздуха 38 градусов по Цельсию. Опасные факторы — повышенный уровень ультрафиолетового излучения и низкий уровень напряженности магнитного поля. При солнечных вспышках на местном светиле, возможно, повышение уровня радиации.

Почесав затылок своей пятерней, он добавил:

— Командир! У нас проблемы. Центральный зал управления порталами находится очень далеко от нас. Примерно, шесть тысяч километров на запад. Если предположить, что диаметр у этой планеты такой же, как у Земли, то зал пространственных переходов расположен на другой её стороне.

— Блин! Приехали! — выругался я. — Если идти пешком, то нам понадобится почти год, чтобы добраться центрального зала порталов. Это без учёта различных препятствий и форс-мажорных ситуаций.

— Пешком! А есть, что будем? — спросил Федя.

— На лугу вон сколько «оленей, пасётся. Надеюсь, что мясо у них съедобное, — раздражённо ответил я. — Мы вошли сюда через односторонний переход. Назад у нас пути нет. Только вперёд!

И мы с Федей потопали на запад. Невесёлые мысли крутились у меня в голове. Почему никто из ходоков отсюда не вернулся? Что нас ждет впереди? Какие препятствия встретятся? Что произойдёт на Земле за этот год, пока мы отсутствуем. Дойдём ли вообще? Настроение паршивое.

Не разговаривая, мы прошли километров пять по однообразной местности. Трава, кусты, высокие одиночные деревья. Перебрели мелкую речушку. Поднялись на небольшой холм.

— Смотри, — тихо прошептал Федя!

В низине цепочкой шли краснокожие люди, одетые в одни лишь набедренные повязки, вооружённые луками и стрелами. Двое из них несли привязанного к длинной жерди убитого «оленя». Издали они чем-то походили на индейцев племени майя. Охотники?

— Пригнись, — шепнул я напарнику. — Только встречи с местными аборигенами нам не хватало.

Мы подождали пока охотники прошли мимо нас и двинулись дальше, соблюдая осторожность. Скоро жара нас доконала. Половины запасов воды уже нет, а жара всё усиливается. Местное светило застряло на небе и не спешило покинуть зенит. Сняв комбинезоны, мы передохнули и продолжили свой путь. Вскоре кожа на оголенных частях тела покраснела от воздействия ультрафиолетового излучения местной звезды. Солнечный ожог. Точнее звёздный ожог. Пришлось снова натягивать комбезы.

Спускаясь с очередного холма, наткнулись на чьи-то останки. Три выбеленных солнцем скелета лежали в разных позах у подножия дерева. У одного из них в грудной клетке торчал обломок стрелы. Подойдя поближе, я внимательно осмотрел место гибели неизвестных людей. Вероятно, они сидели у костра, когда их настигла смерть. Пятно выгоревшей земли от костра еще просматривались среди редкой серо-зелёной травы. Никаких предметов снаряжения, остатков одежды или оружия рядом со скелетами не было. Только ржавая консервная банка валялась рядом с деревом. Подняв железку, я посмотрел дату выпуска консервы. На крышке было выдавлено 05.12.89. Очевидно, они погибли очень давно.

— Пошли, — сказал я напарнику. — Похоже, что кто-то из ходоков нашёл здесь свою смерть.

По мере нашего продвижения высота холмов всё более увеличивалась. Поднявшись на очередную вершину, мы пришли в полное отчаяние. Перед нами открылось тёмно-синее море. До самого горизонта простиралась водная поверхность с небольшой рябью волн. Полупрозрачная дымка стелилась над водой. Белые птицы, почти не махая крыльями, парили над волнами, изредка издавая скрипучие звуки.

— Вот сучий потрох! — впервые, при мне, матюгнулся Фёдор. Что теперь делать? Корабль строить?

Я ничего не ответил напарнику и стал спускаться с холма. Да и ответить мне было нечего. Впервые я осознал полную беспомощность перед возникшими проблемами и неотвратимостью рока судьбы.

Мы подошли к берегу моря и остановились. Небольшие волны ласково облизывали жёлтый песок, откатываясь обратно с тихим шипеньем. Я подошел к кромке берега и зачерпнул пригоршню воды. Прозрачная. Тёплая. И круто соленая. На руке почти сразу же образовалась пленка из белых кристаллов. Внезапно, в метрах пятидесяти от нас, поверхность воды вспенилась, и из воды выскочило длинное змеевидное существо, похожее на угря, но с тремя треугольными плавниками. За ним буквально выпрыгнуло из воды пятиметровое чудовище напоминающее медузу и накрыло «змею» своим полупрозрачным телом. После короткой схватки оба твари исчезли под поверхностью моря. И снова небольшие волны невозмутимо продолжили свое вечное движение.

— Тут кораблик не поможет, — тяжёло вздохнув, сказал мой напарник. — Мигом слопают местные чудовища.

— Пошли налево, — произнес я и уныло побрёл по влажному морскому песку в указанную сторону.

— Из каких соображений налево? — удивленно спросил Фёдор.

— Из политических! — буркнул я.

Мы, молча, шли вдоль берега моря. Жара ещё больше усиливалась. Пот лился ручьем по моему телу, скапливаясь в сапогах. Вода уже давно закончилась. Местное светило по-прежнему торчало в зените и не собиралось уходить за горизонт.

— Вероятно, период обращения этой планеты вокруг своей оси на много больше, чем у Земли, — сам с собой заговорил я. — Соответственно, длиннее будет продолжительность дня и ночи. Что мы будем делать во время бесконечной темноты, когда наступит ночь? Куда-то идти в темноте опасно. Спать по трое или четверо суток?

Эта мысль ещё больше расстроила меня, но тут я увидел небольшой ручеёк, вытекающий из-под скалы. У её подножья образовалось небольшое озерцо прозрачной воды, которая переливалась под лучами местной звезды, маня к себе прохладной влагой. Оазис среди пустыни.

Федя кинулся к озеру, на ходу доставая пустую флягу из рюкзака, и уже наклонился, чтобы зачерпнул воду, но я остановил его.

— Сначала нужно сделать анализ этой жидкости. Не забывай, что это чужая планета.

Мой напарник негодующе посмотрел на меня, но всё-таки полез в рюкзак за анализатором. Навел прибор на водную поверхность и щелкнул курком. Тонкий луч лазера испарил часть жидкости и потух. Спустя пару минут он сказал:

— Чистейшая вода с небольшой примесью кальция, кремния и магния. Минералка! Температура 25 градусов. Органических веществ нет.

И тут же, зачерпнув воды, стал глотать большими глотками живительную влагу.

Утолив жажду до отрыжки, мы наполнили фляги водой, и уселись на плоские камни, передохнуть.

— Надо искупаться, — сказал я Феде. — Пот смыть. И стал снимать с себя комбинезон.

Мой напарник с готовностью вскочил, снимая куртку, но остановился и произнес сакраментальную фразу:

— Я по нужде отлучусь. Под кустик.

— Ну, всё. Началось загрязнение окружающей среды, — насмешливо сказал я и забрёл в озерцо.

Окунувшись в прохладную воду, я испытал верх блаженства. После изнурительной жары и обезвоживания организма по-настоящему начинаешь понимать, что вода — это жизнь! Погрузившись в прозрачную глубину, и проплыв несколько метров под водой, вынырнул. И сразу понял, что-то происходит неладное. Полупрозрачная пелена окутала меня словно простыней. Подняв голову, я увидел светящийся тоннель, который заканчивался у странного летательного аппарата в виде треугольника.

— Всё попался, — успела мелькнуть мысль в моей голове. — Серые и здесь достали!

Странное оцепенение охватило всё тело. Я не мог пошевелить даже пальцем. Меня медленно затягивало в световой тоннель. Мысли текли, словно кадры в замедленной киносъёмке. Последнее, о чём я успел подумать, прежде чем потерял сознание:

— Совсем негероическая смерть — в семейных трусах…

Очнулся уже в каком-то тускло освещённом помещении с полусферическим потолком. Башка гудела, словно с похмелья. Я сидел в кресле, пристёгнутый к нему за руки и ноги металлическими полукольцами. На висках висели какие-то присоски, от которых отходили провода. Повернув голову, увидел двух рептилоидных существ, одетых в обтягивающие костюмы зелёного цвета. Серо-зелёные бугристые лица, чешуйчатая кожа, четырёхпалые руки, вертикальные зрачки, как у кошек, массивные веки над глазами. Они сидели у экрана, на котором извивались красные и зелёные полосы.

— На серых пришельцев не походят, — подумал я. — Да и на местных рептилоидов тоже. Вероятно, они из другой галактики. Но мне от этого легче.

Увидев, что я начал шевелиться, серо-зелёный «крокодил Гена» задал какой-то вопрос. Естественно, я не поняв его булькающую речь, задал им встречный контрвопрос:

— Кто вы такие? Где я? По какому праву вы меня похитили. Это несоблюдение прав человека и свободы личности. Я буду жаловаться в ООН!

Поняв, что меня понесло, и я могу наговорить лишнего, замолчал.

На экранах зелёно-красные полосы замелькали интенсивней, вероятно, захватчики определяли язык, на котором я говорил. Минуты через три один из пришельцев жамкнул жёлтую клавишу на пульте, а затем что-то сказал на своём языке. Компьютер послушно перевел его фразу на русскую речь.

— Абориген, отвечай на вопросы. Говори только правду. Иначе будешь наказан. Детектор лжи покажет, говоришь ты истину или нет.

— Как тебя зовут, — проскрипел механический голос переводчика.

— Вася, ответил я и тут же получил ошеломляющий удар по всей нервной системе. Боль была ужасной. Словно выдернули сразу все зубы изо рта и выдрали ногти в придачу.

— Как тебя зовут, — повторил голос.

Тут я выложил весь мой словарный запас мата, нецензурных словечек и выражений, который закончился вполне приличными словами:

— Сучки недоделанные! Игуаны общипанные. Козлы!

И снова взрыв боли, который был ещё сильнее, чем предыдущий.

— Это тебе за оскорбление представителей величайшей цивилизации во Вселенной. Могучей и непобедимой расы. Вездесущей и Всёзнающей…

— Еще одни параноики объявились, — подумал я, немного придя в себя от сильнейшей встряски моей нервной системы. — Всезнающей? Что же они тогда вопросы задают?

— Повторяю вопрос, — проскрипел голос. — Как тебя зовут?

Пришлось говорить правду. Ещё одного такого шока моё многострадальное тело могло не выдержать.

— Семён.

Зелёная полоса на экране изогнулась и поползла вверх. Очередного болезненного удара не последовало.

— Сколько человек находится на этой планете? — спросил серо-зелёный пришелец.

— Два, — ответил я, имея в виду себя и Фёдора.

Зелёная полоса снова переместилась в верхнюю часть монитора. Это означало, что я не лгу.

Пришельцы переглянулись между собой и один из них сказал:

— Мы видели на этой планете тысячи людей. Полиграф показал, что ты не врешь. В чём дело?

— Люди, которых вы видели, это аборигены, проживающие на этой планете, а мы, два человека, не местные.

— Что вы здесь делаете? — снова задал вопрос пришелец.

— Путешествуем и ищем, — коротко ответил я.

— У планеты и в ближайшем космическом пространстве нет никаких кораблей. Как вы сюда попали?

— Мы путешествуем через стационарные пространственные переходы, а космические корабли это давно устаревшие технологии.

Пришельцы снова тупо уставились друг на друга и их физиономии заметно побледнели.

— Откуда вы? — снова последовал вопрос.

— С Земли.

Пришелец потыкал своими когтями в клавиши компьютерной клавиатуры на пульте, он, вероятно, искал информацию об этом слове, которое в русском языке имеет двойное значение, а затем сказал:

— Слово земля — поверхностный слой почвы на планетах.

— Сколько у вашей цивилизации планет?

Тут я вспомнил, что где-то читал или слышал о подобной ситуации, когда землянин обманул полиграф инопланетян, отвечая на подобные же вопросы. И стал усиленно припоминать, сколько же у нашей цивилизации планет. Так. «Планета» — название отелей, развлекательных центров, магазинов, различных акционерных обществ. Сюда же можно отнести тысячи пылесосов «Планета», мотоциклов «ИЖ Планета» и т. д.

— Несколько миллионов, — ответил я, приблизительно подсчитав количество всевозможных «Планет».

— Сколько у вашей цивилизации кораблей? — после длительного перешептывания между собой спросил один из пришельцев.

— Несколько миллионов, может десять, — ответил я, прикинув в уме общее количество авианосцев, крейсеров, эсминцев, тральщиков, танкеров, пассажирских, коммерческих и круизных лайнеров.