Второй гонщик

Моей натуре не свойственно сомневаться или испытывать дискомфорт. Впрочем, я и не знала, что именно это было, но жар медленно начал расползаться по каждому дюйму моего тела. Верх тренировочного комбинезона Саймона был спущен до талии и покачивался при ходьбе. Под ним — влажная кожа и рельефный пресс, к которому так и тянуло прикоснуться. Новенький приближался, а вместе с ним и запах машинного масла с потом, от которого пересыхало в горле.

Я не позволила себе показать эмоции и сухо протянула документ мужчине. Озадаченно раскрыв папку, Иствуд прочитал первые строки и тихо усмехнулся:

— А я-то думал, когда этот момент настанет.

Вместо того, чтобы ответить ему, я повернулась к отдыхающему после тяжелого трудового дня болиду.

— И как он тебе?

— Кто?

— Болид.

Мне все же пришлось на него посмотреть. Каждая частичка света ложилась на его торс с целью выделить самые красивые части. Новый гонщик имел хорошую форму. Просушенное тело, небольшой вес всегда дают преимущества на трассе, а у Саймона этих преимуществ, уверена, хоть отбавляй.

— Он резвый, — сухо ответил Иствуд, отыскав на столе ручку.

— Резвый? И это все?!

Саймон промолчал, увлекшись подписанием документа. Быстро пробежав глазами по строчкам и перевернув документ, он поднес ручку к месту подписи, и я затаила дыхание. Моя ошибка могла обернуться самым огромным провалом в истории. Уверена, после конкурса ему уже предлагали более выгодные условия.

И все же он оставил подпись, даже не улыбнувшись.

Разве так ведут себя, когда исполняется заветная мечта?

Закрыв папку, новенький подошел ко мне и протянул мне договор. Камень с души не спадал.

— Машина идеальна, если быть точнее. Мистер Эванс наверное душу дьяволу продал, чтобы эта модель стала именно такой.

— Да, — согласилась я. — Мы вложили много сил и денег. Иногда кажется, что все самое сложное позади, но нет… Дальше только хуже.

Я улыбнулась, увидев его подпись в документе.

— Значит… — радостно начала я, забыв избавиться от выдающей меня улыбки, — ты наш новый гонщик. Мне стоит что-то знать о тебе, перед тем как мы представим тебя всему свету?

Я старалась вложить в слова легкость, чтобы расположить его к себе. Однако, кажется, все вышло совсем наоборот.

— Поскольку мы теперь официально в одной команде… — он медлил, растягивая паузу, будто давая мне время почувствовать каждое слово, — … у нас еще будет много времени, чтобы узнать друг друга.

Его губы растянулись в улыбке.

— Доброй ночи, Николь.

Глава 7

Саймон Иствуд

Я приложил ключ-карту к считывателю и дождался, когда он издаст несколько гудков, похожих на звон колокольчиков. Дверь в мою комнату отворилась, и я вошел внутрь в слегка потрепанном виде, с ощущением, будто день длился больше положенного. Мышцы приятно покалывали от непривычки. Я сбросил с себя все грязные вещи у входа и направился прямиком в ванную.

Первый день оказался вполне занимательным. Новая машина, новые лица, команда, которую мне предстояло узнать изнутри. Все было в новинку и сильно отличалось от моего прежнего образа жизни.

Я встал под горячий напор воды. К ногам стекла вся грязь, осевшая на меня за день, мышцы начали расслабляться. Адаптация происходила неплохо. Я хорошо запоминал гоночный трек, болид и все, что касается его управления, но люди…

Обмотав полотенце вокруг талии, я вернулся в комнату. Мой чемодан с вещами все еще стоял неразобранным. Как будто я сам не верил, что задержусь здесь дольше пары дней. Я мог бы снять квартиру рядом с базой, но какой в этом смысл, если все необходимое и так под рукой?

Все же взяв чемодан в руки, я бросил его на кровать и принялся перекладывать вещи в шкаф. Почти сразу пришлось остановиться. Телефон завибрировал, и на экране всплыл номер брата. Я несколько секунд сверлил взглядом телефон, но решился ответить.

— Не спится? — сразу спросил я, продолжая раскладывать ту незначительную часть вещей, которую взял с собой.

— Да, — запыхавшись, ответил Ричард. Судя по звукам на заднем фоне, он все еще зависал в автосервисе и не спешил домой. — Решил позвонить и лишний раз убедиться, что с тобой все в порядке.

— Тяжелая ноша старшего брата, — иронично добавил я.

— Ты уже заселился? Как квартира? Просторная?

Я оглянулся по сторонам, будто не замечая до этого ничего вокруг. Комната выглядела как номер дорогого отеля. В нем было все, что необходимо для комфортного проживания, но не больше. Вид из окна заслуживал отдельной звезды. Несколько километров хвойных лесов тянулись вдаль, надежно скрывая корпус от чужих взглядов.

— Неплохо, — заметил я, переложив футболку. — Мне выделили квартиру на двадцатом этаже с милой соседкой и видом на центр города. Нью-Йорк очень шумный, но я привыкну.

— Я рад за тебя.

Между нами повисла неловкая пауза.

— Как мама? — спросил я.

— Переживает. Слушай, Саймон. Я скоро закончу пару заказов и могу приехать навестить тебя. Хочу посмотреть, как ты устроился на новом месте.

— Не нужно…

— Но я хочу.

На плечи будто скинули тонну груза.

— Не волнуйся. Я освоюсь и сам прилечу к вам.

— Хорошо… Знаю, ты устал это слышать, но я рад, что ты покончил с гонками. Вот увидишь, тебе понравится новая работа.

Я и правда устал это слышать.

— Позаботься о маме, хорошо?

— Как скажешь, брат. Будь на связи. — Он скинул звонок, оставляя на душе осадок разочарования.

Уронив телефон на кровать, я продолжил заниматься делами. В планах было не только разобрать вещи, но и прогуляться, чтобы лучше освоиться и выспаться перед завтрашним днем. Я все еще привыкал к новому часовому поясу.

Но кое-что не давало мне покоя. Я завалился на кровать рядом с чемоданом и вернул телефон в руки. Палец неуверенно завис над поисковой строкой, пока не осмелился вбить в ней имя и фамилию Николь.

Я позволил себе зайти только на первые два сайта. Я не искал чего-то конкретного и не то чтобы был заинтересован ее личностью. Мне предстояло иметь с ней дело на постоянной основе, а при таких обстоятельствах лучше знать о человеке все. Спустя несколько минут мои глаза жадно впитывали каждую строчку о ее прошлом.

«Внезапное появление наследницы группы компаний «ONES». Николь Эванс долгие годы скрывалась от публичности в частных школах и закрытых университетах для детей состоятельных родителей. О ее успеваемости ничего не известно, однако стремительные успехи в гостиничном деле и автоспорте говорят о высоком уровне образования. Второе семейное дело оказалось не менее захватывающим для Николь, чем для ее отца. Девушка принимает дерзкие решения, и многие уже строят догадки о ее власти. Однако, по данным наших источников, Гарриет Эванс по-прежнему остается решающим звеном».

Пока что.

Ночь сгущалась, и комната погрузилась в мрак. Я не успел сделать и половины дел, читая дальше.

«Где же Николь Эванс пряталась все это время, если внутренние расследования редакции отвергают любую мысль о ее существовании? Наш мир столкнулся с новой акулой бизнеса, и люди хотят знать о ней все.»

Кто-то с первого взгляда ненавидел девушку и оставлял гневные комментарии под каждой статьей, кто-то восхищался, говоря о ее стальной хватке и красоте. Я соврал бы, если бы сказал, что Николь не красива. Девушка определенно владела врожденным шармом и теми чертами, которые притягивали к себе мужчин. Я рассчитывал на такой эффект, но точно не ожидал увидеть ее настолько вовлеченной в рабочий процесс. Сотрудники уважали ее. По-настоящему. И дело было не в идеальной внешности.

Я собирался выключить телефон и настроиться на сон, как на него пришло оповещение о новом запросе в друзья. Неожиданный сюрприз заставил мое тело напрячься.

«Николь Эванс» хочет добавить вас в друзья.

Я уперся глазами в экран и несколько раз моргнул, чтобы убедиться в реальности происходящего. Если бы во время гонки я реагировал так же, то точно вылетел бы с обочины на первом круге. Но это еще не все. Следом пришло сообщение.

Николь Эванс: Освоился?

Я задержал палец над экраном, испытывая мимолетную растерянность. На секунду мне даже показалось, что это чья-то глупая шутка.

Саймон Иствуд: В процессе.

Несколько секунд — тишина. Я собирался заблокировать телефон, как на него пришло новое сообщение.

Николь Эванс: Завтра в восемь утра у тебя первый брифинг. Не опаздывай.

Дальше мне пришло несколько файлов, которые я не стал открывать сразу, дождавшись объяснений.

Николь Эванс: Твое расписание.

Саймон Иствуд: Буду вовремя.

Три точки появились на экране и тут же исчезли. Она передумала… Я прождал еще некоторое время и, завалившись на спину, отложил телефон в сторону. Глаза изучали потолок комнаты, пока я прислушивался к посторонним звукам, а точнее к их отсутствию. По какой-то причине короткая переписка казалась сбоем в реальности.

Откинув в сторону события последнего дня, я все же поднялся с кровати и оделся. Мне хотелось получше изучить место, в котором я буду проводить предстоящие, судя по графику, плотно забитые недели. Я был нарасхват, учитывая со сколькими отделами мне придется столкнуться.

Закрыв за собой дверь номера, я пошел по коридору жилого блока, стараясь быть тихим. Хоть я и знал, что один член компании не спал, другие уже видели десятый по счету сон.

В наушниках играла песня группы NEFFEX «Born a Rockstar», равняясь с моими медленными и размеренными шагами. Утренняя экскурсия усваивалась в памяти, когда я обходил каждый погруженный во мрак сантиметр и удивлялся масштабам компании. Стены скрывали за собой гораздо больше — отдельный мир со своей инфраструктурой, людьми, историей. Он не мог не будоражить сознание, ведь отныне я являлся его неотъемлемой частью.

Добравшись до столовой, о которой говорил Дэнни, я потянул ручку на себя. Дверь поддалась. Заранее сняв наушники, зашел внутрь.

Я не стремился ворваться в чужое пространство, однако же привлек своими шагами внимание небольшой группы людей, сидевших за одним из круглых столов. Их лица устремились ко мне, а голоса сошли на нет. С двумя я точно уже умудрился познакомиться, с остальными еще предстояло. Но центральный герой был известен еще с момента соревнований. Недовольство на лице Джека Уоллеса выделялось под стерильными лучами ламп.

— Оу, Саймон. Не думал, что ты придешь! — Дэнни вдруг выглянул из-за спин рабочих в комбинезонах и лучезарно улыбнулся. Повисшее в воздухе напряжение сразу развеялось. — Садись. Мы с парнями как раз обсуждали сегодняшнюю тренировку.

— Садись, — пригласил Чарли.

Я приблизился к столу. Джек с каждым моим шагом становился все мрачнее.

— Честно говоря, я планировал лечь пораньше. Так что, простите за беспокойство…

— Только вступил в нашу команду и уже отказываешься от нее? — шутливо возмутился Джек. Его пальцы принялись постукивать по поверхности стола. — Как малышка себя сегодня вела с тобой? Не обижала?

Я не сразу сообразил, о ком идет речь. Судя по реакции остальных, они тоже на секунду замерли, ожидая пояснения.

— Я имею в виду машину, — добавил Джек с улыбкой.

— Я уже говорил. Она резвая.

— И не только.

Я лишь вопросительно уставился на него.

Джек встал из-за стола и подошел ко мне вплотную.

— Об этой модели ходит много легенд, новенький, — продолжил Джек, откидываясь на спинку стула. — Она игривая, дерзкая и определенно избирательная. Если ей что-то не понравится, она быстро даст тебе это понять.

— Мы все еще говорим о машине? — заинтересованно спросил я.

— А о чем же еще?

Подобравшись ко мне ближе, он прошептал так тихо, что это услышал только я:

— В следующий раз не пытайся меня обогнать. Пожалеешь. — Он отдалился и широко улыбнулся, как приветливый напарник по команде. — Я знаю этот болид вдоль и поперек. Если хочешь, проведу тебе пару занятий. Расскажу все нюансы и покажу, на что стоит обратить внимание. Не хотелось бы, чтобы наш новый пилот вылетел с трассы на первом же повороте!

Я перевел взгляд на остальных. Несколько человек за столом рассмеялись. Кажется, никто и правда не заметил подвоха в его словах.

— Очень заботливо с твоей стороны, спасибо.

— Не привыкай! — усмехнулся Джек и дружелюбно похлопал меня по плечу.

Первый гонщик вернулся за стол к остальным, я же продолжил стоять на месте и следить за ним. Нам не светит дружба.

Впрочем, первое место только одно, да?

Глава 8

Саймон Иствуд

Будильник старался вытащить меня из глубокого сна.

Отчетливая картина, где мой отец поправляет мой ремень, начинала отдаляться, путаться с резкими вспышками и вставками последней гонки, черного болида, корпуса и моей комнаты. Я переставал видеть его серьезное лицо, красный галстук, по которому определял его в толпе. Вместо этого в сон просачивалась девушка и ее красное платье. Мокрые простыни липли к моей спине.

Звук будильника выдернул меня из сна, и я распахнул глаза.

Кожа покрывалась потом, пульс непростительно зашкаливал, а цифры на экране указывали на шесть часов утра. Пролежав еще пару минут в кровати и вспомнив, как тут оказался, я оттолкнулся от кровати двумя руками и направился в душ.

Я смывал с себя пот, старался окончательно проснуться под струями холодной воды. Ежедневный ритуал, помогающий втянуться в новый часовой пояс и в новую жизнь. А еще в него входило то, что Николь забыла внести в расписание.

Закинув в сумку спортивные кроссовки и сменную одежду, я взял бутылку холодной воды из мини-холодильника и вышел из комнаты. Ориентируясь на недавно проведенную мне экскурсию, направился в сторону медблока. На Николь и ее отца работало не меньше ста человек, большая доля которых еще нежилась в своих кроватях и дожидалась первых лучей солнца. Остальные же сонно направлялись в столовую и мечтали о свежезаваренном кофе.

Стеклянные двери разъехались в разные стороны, и передо мной предстала обширная территория тренировочного зала. Стоящие в ряд беговые дорожки, тренажеры для отработки силы и реакции. Поднимающееся на горизонте солнце мягко освещало местами прорезиненный пол и ту стерильную чистоту, что приветствовала повсюду.

Я думал, что в это время буду здесь один. Или же мне придется пересечься с Джеком, который считает свои смешные угрозы действующим методом. Но все оказалось гораздо непредсказуемее…

Сделав пару шагов к окну, я остановился позади беговой дорожки, удивленно склонил голову вбок и принялся наблюдать за Николь. Девушка бежала, не сбавляя темпа, подавшись корпусом вперед и не отрывая взгляда от одной только ей видимой точки. Каждое движение будто было попыткой отделаться от собственных мыслей и избежать проблем.

Откуда у такой, как она, могут быть проблемы?

Вдруг в механических движениях ее ног произошел сбой. Эванс запнулась на бегу и, поставив ноги в безопасное положение по краям беговой дорожки, нажала экстренную остановку. Я слышал, как ее дыхание пыталось разорвать ее легкие.

— Черт, — прохрипела она, посмотрев на мое отражение в окне, и обернулась. — Ты меня напугал.

Схватив полотенце и телефон с панели, она резким движением спрыгнула с беговой дорожки и зло посмотрела на меня. Дыхание все еще страдало от внезапного испуга.

— Не ожидала тебя здесь увидеть.

— Я тоже.

Николь бросила на меня короткий взгляд.

— Твоя тренировка назначена на двенадцать, — начала она привычным деловым тоном, но тут же смягчилась. — Точнее… прости. Я могу изменить твое расписание, если тебе удобнее заниматься рано утром. Только дай знать.

Я бы ответил, не засмотрись на нее больше положенного. Жадная капля пота скатилась по ее шее и упала в спортивный топ. Осознав собственную глупость, я резко отвел голову в сторону и пробежался глазами по тренировочному залу.

— Ты бежала так, словно это тебе придется часами сидеть в кокпите, — невозмутимо заметил я, пытаясь отвести от себя внимание.

Николь усмехнулась.

— А ты, оказывается, наблюдательный.

Она сделала шаг ко мне, вытирая шею полотенцем.

— Прости, я тебя смущаю?

Я встретился с ее голубыми глазами. Эванс хитро улыбнулась и придвинулась своим идеально сложенным телом ближе. Спортивный низ обтягивал стройные ноги, топ выделял упругую грудь, а выпавшие из высокого хвоста волосы прилипали к задней части шеи и лбу, что выглядело… привлекательно. И пока мыслительные процессы затягивались, улыбка Николь становилась все шире.

— Позволишь мне дать тебе один урок?

Я лениво кивнул, остановившись глазами на ее голубой радужке.

— На твоем пути будет очень много девушек, которые захотят воспользоваться твоей известностью, Самон. Пилоты — они как центр их притяжения. Учись смотреть сквозь…

— Зачем? — перебил я. — Говорят, если предлагают — бери.

Она тяжело сглотнула, а улыбка едва заметно дрогнула.

— Ты не очень избирательный, да? Спешу обрадовать. Ты выбрал не ту команду, парень.

Что это?

Ее голос старался звучать беспристрастно, но дыхание все еще оставалось слишком неровным. И дело было явно не только в тренировке.

— Ошибаешься, — парировал я. — Я именно там, где и должен быть.

— Ник! Ты уже закончила?!

Сбоку раздался голос Джека, и Николь едва заметно вздрогнула. Посмотрев на парня в проходе, она поправила хвост и без объяснений, с прежней уверенностью, обогнула меня.

— Да. Я так голодна. Позавтракаем вместе?

Подойдя к нему, Николь оставила на его щеке легкий поцелуй, пока тот прижимал ее талию к себе и сверлил меня обещающим проблемы взглядом. Впрочем, это продлилось недолго.

— Я говорил тебе, что ты тренируешься как настоящий гонщик? — спросил ее Джек.

Они покинули зал, ни разу не обернувшись.

Я еще несколько секунд смотрел им вслед, после чего перевел взгляд на беговую дорожку.

Похоже, первое впечатление о Николь было ошибочным. Как и второе.

Она не была простой избалованной девочкой, по одному желанию которой люди падали на колени. Тогда оставался один вопрос. Кого все-таки вырастил мистер Эванс?

Тренировка закончилась довольно быстро. Пара километров помогла окончательно прийти в себя, а тело уже начинало готовиться к куда более серьезным нагрузкам. После душа я принялся за список, который мне прислали еще вчера. Если бы отец знал, как крупные компании умеют окружать своих гонщиков комфортом, он бы окончательно разочаровался в этом спорте. В его представлении гонки всегда оставались чем-то смелым и первобытным. Они никак не вязались со строгим режимом питания, который назначили мне. «Нет ничего лучше свежего яичного белка в стакане», — любил повторять он.

Вторую половину дня я провел, подписывая разного рода бумаги. И только закончив со всеми формальностями, я смог добраться до Дэнни и настоящей работы.

Натягивая на ходу комбинезон, я приближался к болиду и наворачивающему вокруг него круги механику. Заметив меня, Дэнни радостно выпрямился и отложил планшет в сторону.

— В этот раз ты не опоздал. Как настрой?

— Даже у самого оптимистичного человека на планете опустятся руки, когда он увидит то количество бумаг, которое я подписал. Хочу кое-что проверить. Не против? — Я застегнул молнию и натянул балаклаву.

— Конечно, — посмеиваясь, мужчина отсоединил все датчики и позволил мне сесть за руль. — Скажешь, что именно?

— Да, позже. Пока не уверен.

Как только дверь гаража открылась, я вдавил педаль газа в пол и выехал на трассу. Машина слушалась. Даже слишком хорошо. Но, как любой живой организм, а к болиду стоит так относиться, он может давать сбой. Первый круг я прошел механически, вспоминая вчерашние настройки и привыкая к отклику педалей. Второй — быстрее. Дальше я начинал чувствовать что-то глобальное, а вскоре и вовсе подмечать мелочи.

Руль. Легкая, почти незаметная дрожь.

Я чуть ослабил хватку и позволил машине самой все показать. Вошел в поворот, затормозил, сбросил передачу, и короткая вибрация прошлась по моим рукам. Всего какая-то доля секунды, словно слабый электрический импульс.

Я проехал еще несколько кругов, повторяя то же самое. Убедившись в собственной правоте, вернулся в бокс.

Дэнни с задумчивым видом следил за мной через мониторы. Пометок в этот раз не было, так как он считал, что все работает идеально.

— Что-то нашел?

Я снял с головы шлем, балаклаву и провел по волосам.

— Однажды я закончил гонку на гравии. Та же легкая вибрация в руле, которой я не придал значения. Инженер говорил, что это особенности покрытия трассы, но итог показал другое.

Я провел по рулю, будто снова ощущая ту же отдачу. Дэнни некоторое время смотрел на меня как на пришельца, а потом, взяв со стола рацию, сказал:

— Сэм, Бэнкс, тащите сюда свои задницы. Надо кое-что проверить.

Вот так, просто.

— На дух не переношу плохих инженеров, — закончил он.

Вскоре к нам присоединились двое парней. Без лишних вопросов они принялись выполнять поручения Дэнни и анализировать состояние болида. Машину подняли на стойки и, сняв передние колеса, добрались до рулевой рейки. Я старался не лезть, зная, как многие этого не любят, но Дэнни принимал помощь довольно охотно, попутно расспрашивая меня о всякой ерунде. Честно говоря, не будь у меня возможности управлять машиной, я лазил бы под капотом с гаечным ключом и выдумывал бы способы ускорить то, что и так летит быстрее, чем можно себе представить.

— Болт немного просел, — скрипя зубами, заметил Дэнни. — Возможно, после сборки не дотянули. Порадуем наших коллег?

— Или он сел после первых нагрузок, — предложил я.

— Так, ладно. Нам надо немного отдохнуть, а то сделаем только хуже, — мужчина устало выдохнул. Ровно к этому моменту подоспела вторая часть помощников, отходившая за едой.

Сложив инструменты в одну большую кучу, мы достали из пакетов готовую, еще теплую еду и разбрелись по гаражу, устроившись кто где. Дэнни, впрочем, от болида не отошёл даже на обед. Прислонившись бедром к столу, он втянул в рот лапшу, густо залитую красным острым соусом.

— У тебя есть дети? Жена? Девушка?

Устроившись напротив, я присоединился к трапезе и с искренним удивлением принялся за еду, на которой крупными буквами было написано мое имя. Запах приправ старательно перебивал едкий аромат смазки.

— Нет, — коротко ответил я, запихивая в рот первые кусочки филе. Это не особо интересовало меня последние годы.

— Братья? Сестры?

— Брат, но мы мало общаемся.

— Не удивляйся, но скоро мы все будем тебе роднее собственной мамы. Да, моя жилетка всегда к твоим услугам, — Дэнни похлопал себя по груди и дружелюбно улыбнулся.

На какое-то время расспросы прекратились. Остался лишь звук двух уплетающих содержимое пластиковых контейнеров людей.

— Откуда ты такой взялся? — не выдержал Дэнни. — Я много повидал пилотов, но ты и рядом с ними не стоишь. В хорошем смысле. Джек тоже неплох, но эту хрень не заметил.

Он ткнул пальцем в разобранный болид.

— Чем ты занимался до этого, парень?

— Гонки… — протянул я, делая глоток газировки, которой в моем рационе быть не должно.

— И все? Учись отвечать многословно, а то Николь подвесит тебя за яйца. Здесь все в первую очередь бизнес. А ты — товар, и только потом гонщик. Пусть мы все и считаем иначе. Так откуда ты?

— Отец был механиком. Отличным механиком, — ответил я, параллельно ковыряя еду. — Слишком классическая история. Он познакомил меня с машинами еще в детстве. Мы из небольшого городка, где работы почти не было, поэтому пришлось подрабатывать нелегально. Я больше ничего не умел, так что соглашался участвовать в гонках, которые устраивали более… везучие парни.

Я ненадолго замолчал.

— Поначалу приходилось выигрывать, чтобы хоть что-то получить. Потом от меня требовалось только сливать гонки. Ставки были слишком высокими. С возрастом почти ничего не изменилось. Я нашел спонсоров в теневом бизнесе и мотался с ними с места на место, пока мне не посоветовали двигаться дальше.

Дэнни молча слушал, забыв о желании забить желудок.

— Где твой отец сейчас?

— Умер, — сухо ответил я. — А с ним и какая-то часть меня.

Я уткнулся взглядом в содержимое пластикового контейнера.

— Достаточно многословно?

Дэнни сочувствующе отложил еду в сторону.

— А мне сначала показалось, что ты типичный засранец из богатой семейки. Что ж, продолжим работать над проблемой, — схватив гаечный ключ, он с вызовом посмотрел на болид. — Забыл спросить…