Второй гонщик

Дэнни оценивающе пробежался по мне глазами.

— Зачем тебе все это?

— Что «это»?

— Я говорю о гонке. Адреналин? Возможность что-то доказать?

Вернуть то, что по праву мое.

Я собирался в очередной раз соврать, как сбоку послышался привычный стук шпилек по бетону. За ним последовал не менее властный голос:

— Стоило оставить вас наедине, мальчики, как вы принялись все рушить…

Острым носком туфли Николь брезгливо откинула лежащую на полу тряпку в сторону. Из виду не ушел и черный костюм в чехле, который она держала в руках.

— Даже не уговаривай меня надеть это, — пошутил Дэнни. — Ни за что не променяю эти грязные штаны.

— В другой раз обязательно возьму тебя с собой, обещаю. — Николь скрестила пальчики в обещающем жесте и улыбнулась. — В расписание внесли поправки. Надеюсь, наш новый гонщик умеет завязывать бабочку?

— Ты промахнулась, босс. Саймон не из богатеньких.

Эванс посмотрела на меня и тяжело вздохнула.

— Это проблема? — спросил я.

— О нет, что ты. — Она на секунду задумалась. — Просто спонсорам нравится, когда за гонщиком стоит громкая фамилия и правильные знакомства. Это создает ощущение надежности. А прессе же нужны истории.

— Истории?

— Парень из ниоткуда, который пробился в Формулу-1 без фамилии и состояния, — Николь пожала плечами. — Звучит куда интереснее, чем очередной наследник, которого посадили в машину родители.

Дэнни поперхнулся остатками еды.

— Через пару часов жду тебя у главного входа. — Повесив в менее грязное место костюм, Николь оценивающе пробежалась по капоту и нахмурилась, словно просекла все на два счета. — Не забудь смыть со своего лица эту грязь, ладно?

— В твои обязанности входит следить за количеством грязи на моем лице? — не уступал я, подойдя к болиду и к ней ближе. — Что-то еще?

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Слишком мало, чтобы понять, почему наш разговор пошел не по плану.

Николь первой отвела взгляд, оттолкнулась от металла и поправила рукав пиджака.

— К счастью, это все, что меня интересует.

Она спокойно вышла из мастерской. Следует дополнить статьи в интернете о ее загадочной личности. Николь Эванс не выходит из разговора, если только последнее слово не остается за ней.

Я повернулся к Дэнни и обнаружил, что все это время он с нескрываемым интересом наблюдал за нами.

Глава 9

Саймон Иствуд

Я никогда не бывал на официальных ужинах и приемах, поэтому представлял их примерно одинаково. Дорогие костюмы, натянутые улыбки и разговоры, где каждый заранее знает, что именно хочет услышать от собеседника.

Я зачесал влажные волосы назад, после чего растер лосьон по ладоням и нанес его на нижнюю часть лица, приятно охлаждая кожу. Глаза в зеркале рано или поздно возвращались к висящему за моей спиной костюму. Я знал, что помимо управления гоночным болидом мне придется посещать разные светские мероприятия, но не планировал, что это произойдет так быстро. На включенном телефоне каждые тридцать минут обновлялось мое расписание. Количество новых встреч стремилось к бесконечности, и сегодняшняя была только началом.

От сборов меня отвлек стук в дверь. Три слабых, спокойных удара, после которых наступила тишина. Я на секунду завис у раковины и посмотрел на время. До выхода было еще как минимум тридцать минут. Или Николь настолько погружена в работу, что ради дел готова нарушить личные границы любого?

Однако, отворив дверь, я был весьма удивлен. На пороге стояла вовсе не наследница миллиардной компании, а ее помощница, с которой я пересекался пару раз. Спустив глаза к моему оголенному торсу и полотенцу на поясе, Луиза — кажется, ее звали так — поджала губы и растерянно произнесла:

— Я, наверно, не вовремя…

— Луиза, верно? — спросил я и протянул руку. — Приятно познакомиться. Саймон.

— Да. Мне тоже. — Она ответила на рукопожатие.

На фоне Николь она была слишком маленькой и из-за вечно опущенного в планшет носа казалась отрешенной от этого мира.

— Я хотела лично представиться перед тем, как нам придется с вами вместе работать. — Она запнулась, снова опустив взгляд к моему торсу. Щеки становились алыми. — Я составляю вам расписание…

— Я думал, это делает Николь. — Я скрестил руки на груди и свел брови к переносице.

— Так и было. Но сейчас у нее слишком много дел, поэтому часть обязанностей перешла ко мне.

Я невольно сжал пальцы.

— Сильно загружена?

— Да. Ей и так приходится вести Джека Уоллеса… — девушка скромно улыбнулась. — Я не разочарую, обещаю. — Еще раз извините, что помешала.

— Все в порядке. — Я промолчал. — И прошу, не так официально. Называй меня просто Саймон.

— Хорошо, Саймон. — Она кивнула без прежней скованности и попятилась назад. — Увидимся на ужине.

— Ты тоже там будешь? — Моя фраза прозвучала довольно странно. — Глупый вопрос. Конечно, будешь. Извини, я еще осваиваюсь.

Луиза миловидно улыбнулась.

— Ничего. Все мы через это проходили.

Девушка отправилась вглубь коридора. Дойдя почти до самого конца, она приложила карту к электронному замку и бросила на меня последний взгляд, прежде чем провалилась внутрь комнаты. Я же так и остался стоять на месте, озадаченный тем, что мое расписание теперь не в руках Николь. Я не горел желанием сблизиться с кем-то из Эвансов и должен был быть этому рад. Тесные контакты все усложняли. Только мне почему-то хотелось понять, в чем настоящая причина этих перемен. Еще вчера она держала все под личным контролем, и я сомневаюсь, что дело в загрузке.

Следующие тридцать минут пролетели незаметно. Я привел себя в порядок, надел костюм и направился к главному входу, поправляя на ходу запонки. По сравнению с гоночным костюмом этот давал большую свободу в действиях. Однако чувство дискомфорта возрастало.

Ослабив бабочку, я посмотрел на стеклянный потолок в холле. Черные тучи нависали над головой, угрожая с минуты на минуту затопить город дождем.

Я почти забыл, какая здесь погода. Мы уехали из Лондона, когда мне было десять, и новая страна так меня поглотила, что воспоминания о счастливом детстве почти стерлись.

Я отвел взгляд от потолка и быстро пошел к выходу. Но, увидев за дверью Николь, невольно замедлил шаг. Она стояла на улице, не давая ветру себя пошатнуть. Ее светлые волосы вздымались вверх, черное платье обтягивало каждый изгиб тела, а каблук был таким высоким и острым, что при большом желании им можно было кого-то убить. Приложив телефон к уху, девушка ходила по кругу, улыбаясь и морщась в моменты собственного молчания. Она впервые выглядела как настоящий живой человек, а не наследница империи.

Заметив меня через стекло, ее лицо вмиг потеряло всякие эмоции. Тело напряглось, в глазах появилась холодная пустота. Не прошло и секунды, как она отвернулась и что-то произнесла в трубку.

У Николь слишком много дел в последнее время, да? Так ведь сказала ее помощница?

Недолго думая, я вышел на улицу к Эванс и встал возле нее. Вечерняя прохлада подступила к телу, ветер подхватил края пиджака.

— Обещаю, завтра от проблемы останется одно слово… — Краем глаза она скользнула по мне. — А теперь просто прими наши извинения, и будем считать, мы квиты… А, значит ты забыл? Я буду рада напомнить тебе, Роджер…

Ее терпение заметно кончалось, и меня это по какой-то причине забавляло.

— Значит, все хорошо? Прекрасно. Будешь в Лондоне — дай знать.

Она яростно сбросила вызов и прошипела:

— Ну и козел.

От злости ее лицо становилось чуточку живее.

— Друзья? — поинтересовался я, и она ответила как самый настоящий циник:

— В нашем мире нет друзей.

Она резко посмотрела на меня, и ее взгляд скользнул к завязанной бабочке. Вопреки сказанному, на губах появилась улыбка.

— Сам справился? Или кто-то помог?

Я собирался честно признаться, что делал это с помощью видеоуроков в интернете, но не успел. Николь приблизилась ко мне и коснулась руками моей бабочки. Слова так и повисли на языке.

— Весьма неплохо. Но и не идеально…

Из-за ее каблуков мы были почти одного роста. Эванс сосредоточилась на моей шее и воротнике. Быстро двигая пальцами, она перевернула узел, подцепила пальцами перекрученную петлю и потянула.

Я уловил слабый аромат ее духов. Такой нежный и приятный, что невозможно было думать трезво.

— Слишком тугой узел, — прошептала она.

Я стоял неподвижно. Смотрел на ее склоненную голову, светлые пряди, спадающие ей на лицо и проявляющуюся улыбку.

— Готово, — ее пальцы задержались на моем воротнике дольше положенного.

Осознав свою глупость, Эванс быстро отошла на прежнюю дистанцию. Будто ее снова подменили.

— Хм… — откашлялась она, неловко посмотрев на дорогу. — Водитель уже должен быть здесь…

Я все еще стоял неподвижно, чувствуя, что больше ничего не сковывает мою шею. Дискомфорт начинал спадать.

— Кстати, по поводу ужина... Он будет закрытым. За столом соберутся все главные инвесторы. Не буду читать нотации и говорить, как себя вести, но постарайся им понравиться. Это важно…

— Для тебя?

— Для компании, — перебила Николь и снова перевела взгляд на дорогу. — Черт… Да где он?

Она нервничала. Еще недавно мне казалось, что ей это не свойственно.

Неловкость между нами развеялась, когда позади хлопнула дверь. Джек Уоллес присоединился к нам с явным раздражением на лице. Я попытался подавить улыбку, вызванную реакцией первого гонщика на мое присутствие. Или, вернее, на то, что я стою рядом с Николь.

Последнее, что мне хочется — это ввязываться в проблемы.

Только, черт возьми, они сами находят меня.

— Генри еще не приехал? Мы можем опоздать. — Встав между нами, Джек по-свойски положил руку на открытую спину Николь и принялся поглаживать ее большим пальцем. — Может, мне стоит найти тебе другого водителя? У меня кое-кто есть на примете.

Холодная принцесса вернулась.

— Не стоит. Мы вполне устраиваем друг друга. Тем более он уже здесь, — ответила она.

Черный мерседес с тонированными окнами плавно подъехал к главному входу.

Убрав с ее спины руку, Джек подошел к машине и открыл Эванс дверь. Девушка нырнула внутрь, и я в последний момент заметил, что ее кожа то ли от холода, то ли от ласк ее парня покрылась мурашками.

Они не скрывали своих отношений, но и не выставляли их напоказ. И все же эти мелочи выдавали ее с головой. Интересно, какая она, когда они остаются вдвоем?

Я сделал шаг к машине, как вдруг ощутил препятствие. Уоллес уперся в мою грудь рукой:

— Помнится, ты говорил, что хочешь поехать отдельно?

Джек преградил мне путь и заслонил Николь собой. Уголок его губ дрогнул в усмешке.

— Ты ведь не здешний, так что я попросил Маркуса провезти тебя мимо Биг-Бена. Удачи, чувак.

Он несколько раз стукнул меня в грудь, словно мы и правда были друзьями, а после сел в машину рядом с Николь.

— Что происходит?

— Ничего, детка. Саймон решил, что поедет один.

— Что? Но…

Пассажирская дверь захлопнулась, отрезав их разговор. Машина тронулась с места и над головой послышался раскат грома. Я опустил голову вниз, замечая, как сильно сжал кулаки.

Я не должен ввязываться в проблемы.

Но мне хотелось это сделать как никогда в жизни.

Глава 10

Николь Эванс

Голоса за спиной растворялись в приглушенно играющей из динамиков песне «Speak No Evil — Demo Club, Tender». Я стояла перед окном, нервно постукивая пальцем по ножке бокала. Взгляд контролировал каждую стекающую вниз по стеклу каплю.

— Николь, — ласково позвал меня Джек, и я обернулась. — Все уже здесь. Не хочешь поприветствовать гостей?

Я посмотрела на десяток людей, разбившихся на небольшие группы. Они не выглядели скучающими.

— Еще не все приехали. — Я снова отвернулась к окну, будто могла разглядеть что-то с пятого этажа.

— Ты про отца?

Я бросила недовольный взгляд в его сторону.

Не только.

— Да, я про отца.

— Ник, — Джек подошел ко мне вплотную. В последнее время он делал это все чаще на публике. Почему-то я не останавливала его, хоть и следовало. — С тобой все в порядке? Ты ведешь себя немного отстраненно в последнее время. Может, нам стоит взять выходной и уехать куда-нибудь за город? Только ты и я… Вдвоем…

Он склонил голову, чтобы поцеловать меня, но я ловко увернулась.

— Не здесь, Джек.

— Я не отстану, пока ты не согласишься, — прошептал он заигрывающе и поддел носом прядь моих волос. — Соглашайся.

— Господи, ладно. — Я легонько оттолкнула его, когда заметила, что в нашу сторону стремительно движется Мередит со своим новым мужем.

— Николь! — радостно выкрикнула она. — Боже, как я рада тебя видеть! Ты выглядишь просто сногсшибательно, детка! С каждой встречей становишься все лучше и лучше.

Женщина заключила меня в такие крепкие объятия, что я лишилась воздуха на несколько секунд. Ее загорелая кожа пахла кокосом и жарким до безобразия солнцем.

— Как медовый месяц, тетя? — любезно спросила я.

Она не любила, когда я называла ее тетей, но пропустила это мимо ушей.

— Как и прошлые два. Ничего не меняется, милая. Солнце, яхта и сплошной секс в открытом море. Если бы не твое письмо, я бы и не возвращалась.

Она с теплотой пригладила мне волосы, словно мне десять лет.

— Ну что, где твой бунтарь-отец и новый гонщик? Надо посмотреть на тех, кто разом обвалил и поднял мои акции. Хочу сказать пару ласковых… Ах, собственно, вот и причина стихийного бедствия. Гарриет!

Отец остановился в центре зала, в самом освещенном месте, будто нарочно выбрал точку, где его невозможно не заметить. Его появление запустило в моем организме отторжение, и я отвернулась к окну, пока Мередит не задала вопрос, предвещающий нечто ужасное.

— С кем он? — спросила она, толкнув меня в бок.

Я посмотрела на отца, не сразу замечая за его спиной молодую брюнетку, примерно моего возраста. На ней было надето бирюзовое коктейльное платье, сочетающееся с взглядом наивного небесного существа.

Разговоры вокруг постепенно начали стихать.

— И кто на этот раз? Модель? Актриса? — прошептала Мередит мне на ухо и недовольно фыркнула. — Ох, если бы моя сестра знала, кого он выберет в будущем, то утащила бы его с собой в могилу.

Я проигнорировала слова тети.

— Эти девицы — просто оскорбление твоей матери и нашей семьи.

Честно говоря, я никогда не придавала особого значения его новым девушкам. Они просто существовали и все. Порой менялись местами, уходили или возвращались, но в целом никак не касались моей жизни и работы. Как и сам отец порой.

— Я думаю, мы можем начинать, — натянуто произнесла я, избавляясь от тишины, и направилась в сторону всех собравшихся.

Внешний вид далеко не соответствовал моему состоянию, с которым я присоединилась ко всем. Я улыбалась, изображала вежливость и мысленно задавалась вопросом какого хрена отец притащил на ужин со спонсорами свою новую пассию? Вдобавок к этому второй гонщик так и не решил почтить нас своим присутствием, и это выводило не меньше.

Забегая наперед и нарушая планы отца представить свою подружку каждому человеку в этой комнате, в том числе и мне, я громко заявила:

— Прошу всех за стол!

Он никогда не знакомил меня с ними. Никогда. Бывали моменты, когда я приезжала к нему домой и заставала на кухне или плавающую в бассейне полуголую девицу. Мы обоюдно игнорировали друг друга, я делала свои дела и уезжала. Но ни одна из них не присутствовала на подобных мероприятиях.

Меня сдерживали от конфликта профессионализм и чувство собственного достоинства, с которыми я прошла мимо отца к своему месту. Я не удостоила его даже взглядом. Если бы не одно «но»: Мы должны были сидеть рядом.

Гости двинулись к своим местам, отыскивая на столе табличку со своим именем. Как только мы с Джеком подошли к своему, я тихо выругалась и впилась в руку гонщика ногтями.

— Что ты делаешь? — спросил Джек.

Но я лишь мило улыбнулась в ответ и отпустила его руку.

Специально или нет, но отец уступил место своей девушке, и она предстала передо мной.

— Привет. Меня зовут Барбара, — нежно поприветствовала незваная гостья.

От ее голоса и от того, что она заговорила со мной, внутри просыпалась злость. Кажется, папа решил, что меня можно выставить на посмешище.

— Гарриет столько о тебе рассказывал. Надеюсь, мы подружимся.

Отец молча смотрел на нас, ища на моем лице поддержки. Да и не только он. Все партнеры, с которыми я вела переговоры последние несколько лет, уставились со жгучим интересом.

Стоит сказать отцу спасибо хотя бы за то, что он привел ее на закрытый ужин, а не в место, где камеры журналистов готовы залезть в собственный зад, если там будет сенсация.

— Гарриет! Засранец! — вклинилась Мередит, перетягивая на себя все внимание. Клянусь, я хотела расцеловать тетю и вознести ее на пьедестал. — Разве проходят мимо свояченицы? Ладно уж на эти никому не нужные родственные связи, но мои деньги-то тебе нужны?

Возможно, я пожалею об этом когда-нибудь. Но не сейчас.

Пока Мередит отчитывала отца, я отвернулась от Барбары и, метнув в Джека молящий взгляд, села на его место. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь нас сфотографировал вместе. От последней мысли чуть не передернуло. Хотя дело было даже не в ней. Я чувствовала, как контроль снова утекает от меня, и это бесило.

Когда все сели за стол, папа взял бокал шампанского в руки и озадаченно прошелся взглядом по гостям. В конце его взгляд остановился на нас с Джеком и на еще одном пустом месте возле меня.

— Знаете, в чем разница между мной и гонщиком? — заговорил он. — Гонщик на пит-стопе теряет две секунды, а я на этот ужин добирался лишний час. Зато я, в отличие от него, не спешу.

По столу прошелся безобидный смех. Он всегда умел расположить к себе людей.

— Хотелось бы сегодня видеть всех гонщиков, — отец нахмурился и осуждающе посмотрел на меня.

Я приготовилась к его нападкам, как вдруг сбоку раздался грохот. Вмиг все умолкли и повернули головы в сторону шума, в том числе и я.

Облегчение разом сменилось чем-то незнакомым, когда в дверях появился новый гонщик команды «ONES» Саймон Иствуд. А вместе с ним и моя помощница. Они зашли внутрь, смеясь и стряхивая с волос и одежды мокрые капли дождя. Словом, вели себя так, будто кроме них здесь никого не было.

Я потянулась к бокалу, чтобы занять чем-то свои руки и смириться с новым за сегодня источником раздражения. Дело было даже не в опоздании, а в том, что Иствуд выглядел так, будто этот вечер не имеет для него вообще никакого значения.

Обратив внимание на то, что они находятся в центре внимания, Саймон и Луиза сделали серьезные, словно провинившиеся дети, лица.

— Прошу извинить нас за задержку, — громко сказал новый гонщик. — Я не местный, поэтому просто не мог проехать мимо Биг-Бена.

Наши взгляды пересеклись лишь на секунду. Никаких эмоций, лишь простой рабочий контакт.

Первым отведя глаза, мужчина прошелся вдоль стола в поисках своего места, не забывая уделять партнерам то незначительное внимание, что от него требовалось. В движениях прослеживалось спокойствие и безразличие. Он определенно не был Джеком, притягивающим к себе всех спонсоров, но все же какая-то его часть обладала природным магнетизмом.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, краем глаза убеждаясь, что его инициалы написаны на соседней табличке. Почему-то мне стало не по себе.

Остановившись возле меня, Саймон отодвинул стул и уселся рядом. Так близко, что я уловила исходящий от него запах дождя и геля для душа, который каждый день развозят по утрам горничные.

— Теперь, когда наша команда в полном сборе, — начал отец, — хочу поблагодарить вас всех за поддержку и участие в жизни нашей компании. Я становлюсь старше, и многое стирается из памяти, но никогда не забуду тот день, когда решился освоить эту сторону бизнеса и купить небольшую, конечно, небольшую по моим меркам, убыточную гоночную фирму.

Мне не терпелось услышать окончание его речи, чтобы промочить высохшее горло. Я мысленно вспомнила все встречи и званые ужины за последние несколько лет, и этот, определенно, стремился стать самым невыносимым.

— Ты опоздал, — прошептала я, когда папа принялся нахваливать гостей так, словно без них мы вовсе не существовали.

— Не хотел бросать твою помощницу одну, — сухо ответил Саймон, делая вид, что внимательно слушает моего отца.

Я едва заметно повернула голову.

— Ты, оказывается, джентльмен.

— Вовсе нет, — отрезал он.

— Тогда что это?

В этот момент отец принялся расхваливать Луизу за организацию этой встречи. Пару раз он называл и мое имя, но я не особо вникала в суть.

— Луиза вышла следом после того, как вы уехали. Мне показалось, будет невежливо оставлять ее одну под дождем. Это допрос?

Я почувствовала, как Иствуд повернулся ко мне.

— Надеюсь, все понимают, насколько этот сезон важен для «ONES»...

— Нет, но это мне стоило позаботиться о ней. Так что спасибо, Саймон.

— Не стоит. Был рад помочь.

Я медленно сжала пальцы за столом. Разумеется.

— И, конечно, мы рады, что в этом сезоне к нам присоединился новый гонщик — Саймон Иствуд. Мы надеемся на тебя, парень. И я в первую очередь. Мы вырвемся вперед и покажем всю силу «ONES», — отец посмотрел на гонщика с надеждой в глазах.

Парень скромно кивнул ему в ответ.

Помнится, от Джека мы на последнем обеде слышали гору обещаний и победных лозунгов. Нарушая все правила приличия, я задержала взгляд на новеньком, будто могла залезть в его голову и понять, что там творится.

Да кто ты, мать его, такой?

— А теперь я хочу перейти к той части ужина, которую никто из вас не ждал.

— Ох, Гарриет, попридержи коней. Мы еще недостаточно пьяны для такого количества новостей, — прервала его тетя, и я оторвала взгляд от Саймона.

Барбара заерзала на месте, и меня настигло плохое предчувствие.

Он не может так поступить со мной, верно?

Проигнорировав Мередит, папа продолжил:

— Многие из собравшихся не просто люди, с которыми меня связывает работа. Вы — часть семьи, которая поддерживала меня в разные этапы жизни. Я уже в том возрасте, когда начинаешь задумываться не только о прибыли, но и о том, кому ты оставишь все это. О том, что действительно имеет значение.

Я чуть ли не до хруста сжала ножку бокала. От гребаной улыбки сводило челюсть.

— Я всегда думал, что мое главное достижение — это компания. И моя дочь.

Казалось, все смотрели не на отца, а на меня.

Он не посмеет.

— Но сейчас я понимаю, что человеку нужен не только бизнес и не только дети. Ему нужен тот, кто будет рядом.

Черт возьми.

Я готова была взлететь с места и дать пощечину своему отцу при всех.

— В моей жизни недавно появилась удивительная девушка, в которую я влюбился до беспамятства.

Он склонил голову к Барбаре, и она улыбнулась ему в ответ.

— Вы еще успеете с ней познакомиться и убедиться, что я не слепой дурак, — он сделал паузу, заполнив ее восхищением своей возлюбленной. — Барбара и я обручены.

Какие-то несчастные доли секунды после его заявления в помещении стояла тишина.

Я была права.

Все смотрели не на отца. Все смотрели на меня.

Я не позволила эмоциям выйти наружу. Поднесла бокал в воздух и с самой что ни на есть наигранной улыбкой произнесла:

— За вас.

Я осушила бокал первой, надеясь, что алкоголь заглушит подступающую панику.

Голоса и поздравления слились в невнятный фон, пока я изо всех сил пыталась осмыслить новость. Когда все наконец приступили к еде, я продолжала улыбаться, отвечать на вопросы и иногда поддерживать разговор. Только теперь следила уже не за тем, чтобы выглядеть счастливой, а за тем, чтобы никто не заметил, как сильно мне хотелось разбить этот чертов бокал о стену.

Шампанское постепенно перестало обжигать горло. Я не особо следила за количеством выпитого. Просто пила всякий раз, когда разговор становился слишком громким, когда отец смеялся или кто-то произносил имя Барбары. Раскусить меня получилось лишь Мередит. Женщина так же печально приглушала злость на моего отца воспоминаниями о своей сестре и изредка посылала в мою сторону поддерживающий взгляд.

К середине ужина бутылка была почти пуста. Я откинулась на спинку стула и медленно покрутила бокал в пальцах, наблюдая за пузырьками.

В голове стало немного тише.

— Ник, — прошептал мне на ухо Джек, видя, как я вливаю в горло очередную дозу алкоголя, — тебе уже хватит.

— Разве? — усмехнулась я. — Мне так не кажется.

Он забрал у меня бутылку, прежде чем я успела налить еще.

Отчасти Джек был прав. Мое тело бросало в жар, мысли стали медленнее. Но мне было все равно. Я смотрела на людей за столом и не могла отделаться от одной простой мысли, что все вокруг — моя заслуга.