Полная версия
— Может, тебе как Гераклу нужно одолеть Цербера, чтобы попасть в царство мёртвых? — тихо произнёс МакКензи, но Дэйв лишь неодобрительный заворчал.
Небо рассекла ещё одна молния. Раскат грома слился в унисон с утробным рычанием пса. Раздался щелчок снимаемого с предохранителя пистолета, а потом всё произошло очень быстро. Монстр вдруг устремился в их сторону и Уилл, оттолкнув Дэвида, выстрелил, метя в мускулистую грудь пса. А затем ещё раз - в широкий лоб. Пёс остановился, затряс головой, отступая. На его морде мелькнуло что-то похожее на недоумение, обиду и даже страх, но почти сразу его пасть исказилась в ярости, демонстрируя острые клыки. Встав на задние лапы, он издал грозный рык, от которого зазвенело в ушах.
МакКензи потащил Дэйва прочь с тропы, назад к воротам. Пёс, рухнув на все четыре лапы, неторопливо двинулся следом. Жёлтые глаза сердито следили за ними. По морде, смешиваясь с дождём, струилось что-то тёмное, похожее на кровь, но на месте попадания пуль остались лишь чёрные точки. Он преследовал их неспешно, но не потому, что был ранее, а потому, что уже не стремился нападать. Казалось, он просто выпроваживал их со своей территории.
Внезапно монстр выгнулся дугой и взревел от боли. Кожа на загривке лопнула, словно его хлестнули невидимым кнутом. Пригнувшись к земле, он обернулся в поисках обидчика, зарычал, и редкая щетинистая шерсть на шее встала дыбом. Очередная молния пронзила небо, и в её свете монстр прыгнул куда-то вбок, растворяясь в воздухе.
— Что за… — потрясённо выдохнул Дэйв.
— Ушло? — МакКензи помедлил, но всё же опустил пистолет. Смахнув дождевую воду с глаз, он убрал мокрую челку с лица и зачесал волосы назад.
Он ожидал, что руки будут дрожать, но к удивлению, сохранял самообладание. Это сильно отличалось от его рабочих будней. Настолько, что не имело с ними ничего общего. Ему никогда не приходилось стрелять ни в хулиганов, распивающих пиво на теннисном корте, ни в скандалящих супругов, не поделивших любовника. Даже алкаши, ворующие в магазинах, обходились без свинца в колене. Представитель власти, он никогда не чувствовал ценность своего положения. И вот сейчас он почувствовал настоящую власть. Ему вдруг захотелось поделиться этим с кем-нибудь. Хотя бы с Рэйчел. Уилл улыбнулся, гордый собой, и мельком подумал о том, что пора бы развивать карьеру в ту сторону, где риск словить пулю выше риска заработать геморрой.
— Ушло, — ответил кто-то.
Глава 8
Уилл вцепился в карман, снова судорожно нашаривая рукоятку пистолета. Дэвид настороженно вгляделся вперёд, но сквозь стену дождя было сложно что-либо разглядеть. Они видели лишь размытое, высокое, черное пятно с широкими плечами, двигающееся по дорожке.
— Кто там? Мы вооружены, — предупредил Дэвид, перекладывая пистолет из внутреннего кармана во внешний. Он надеялся, что оружия МакКензи хватит, в случае чего, но рисковать не собирался.
— Полиция Лондона. Оставайтесь на месте! — скомандовал Уилл, включая профессиональный тон. Держа руку на рукоятке, пистолет он не доставал.
— Констебли, — раздался благодушный голос. Фигура остановилась, подняв руки на уровень груди. — Констебли, побойтесь бога, мы служим одной цели.
Дэйв нахмурился и искоса взглянул на МакКензи. Вытерев лицо от воды, он сделал шаг вперед, изо всех сил стараясь рассмотреть размытую фигуру.
— Вы человек? — осторожно спросил он. Этот вопрос дался ему с трудом. Произнесённый вслух, он всё ещё звучал для него противоестественно.
— Конечно! — заверил незнакомец. — Я вышел на подмогу, как только услышал выстрелы. Словом божьем отогнал от вас эту скверную тварь.
Уилл и Дэйв в замешательстве переглянулись. Фигура шагнула к ним, и оба невольно отступили.
— То был демон, питающийся смертью, — произнес человек.
Небо вспыхнуло, и молния озарила силуэт, облаченный в черную мантию. Лишь небольшой прямоугольник белел на шее, на воротнике. На вид мужчине было больше сорока. Чёрные волосы, тронутые сединой, блестели от дождя, а от широкой улыбки у глаз разбегались морщинки.
— Вы священник? — удивленно спросил Дэвид.
— Вы находитесь на территории церкви. Почему бы мне не быть священником? — он доброжелательно улыбнулся. — Идемте же. Стоите здесь, как два заблудших агнца, мокрые до нитки! Скорее за мной, пока пёс не вернулся. Не стоит гулять в грозу по дорожкам, ведущим через кладбище, даже если они ведут к святым местам, — он торопился по тропе, увлекая их за собой, время от времени оборачиваясь и ободряюще жестикулируя.
— И часто этот пёс здесь появляется? — спросил Дэвид уже у входа в церковь. Священник толкнул тяжелую дверь, пропуская их внутрь и, глядя прямо в глаза Дэвиду, кивнул:
— Когда чует близость смерти, — а затем непринужденно улыбнулся. — На кладбище сложно этого не учуять.
— Но это ведь не черный пёс, — заметил Дэйв, оказавшись внутри и с восхищением оглядывая высокие потолки и фрески на окнах.
— Так вы разбираетесь, — протянул священник. — Поразительно. Поэтому пёс вам и показался во всей красе. Потому что вы верите.
— Может быть, — неуверенно согласился он.
— Разбираемся в цветах, — пожал плечами МакКензи. — Серый пёс — это не черный пёс, — он неловко засмеялся.
— Тут вы правы. Но, как говорят, в темноте все кошки серые, — священник подмигнул им и направился к алтарю. — Идёмте, угощу вас чаем.
Они шли вдоль бокового нефа, и Уилл увлеченно осматривался: старинные витражи, потускневшие от времени, слева возвышался огромный орган, трубы которого поблескивали в полумраке. Повсюду трепетало пламя свечей, отбрасывая причудливые тени на стены.
— Вы так спокойно говорите о том, что у вас на территории ещё минуту назад была сверхъестественная тварь, — заметил Дэйв.
— Почему это должно меня удивлять? — священник обернулся через плечо. Он слегка сутулился, словно пытался казаться ниже и слабее, чем был на самом деле, но Дэвиду всё равно приходилось смотреть на него снизу вверх.
Дэйв пожал плечами, чем вызвал у него лишь насмешливую улыбку:
— Если я верю в бога, то должен верить и в дьявола.
— Знаете, я тоже в бога верю, — заговорил МакКензи, и священник нахмурился, переведя взгляд в его сторону. — Но если я его увижу, то сильно удивлюсь.
Священник лишь хмыкнул и зашагал дальше. Дэйв украдкой толкнул Уилла в бок и одними глазами указал куда-то вниз. На ноги священника, точнее, на его обувь. Из-под мантии, которая была коротковата для его почти двухметрового роста, выглядывали синие потрепанные джинсы и тяжёлые ботинки. От их подошв комьями отставала земля, оставляя грязные след на полу церкви.
Дэйв остановился, ему совершенно не хотелось устраивать чаепитие с этим представителем божественной канцелярии. Уилл тоже напрягся.
— Скажите, это действующая церковь? — спросил он, облокотившись на одну из скамеек, стараясь не выдать подозрения.
— Да, конечно, — священник кивнул и, открыв почти невидимую в полумраке дверцу, скрылся из виду.
Уилл и Дэвид обменялись взглядами. Дэвид скользнул рукой в карман, сжимая рукоять пистолета, готовый стрелять даже сквозь ткань куртки.
— У вас всегда так пусто? — поддержал он вопрос Уилла. Ему пришлось повысить голос, потому что священник все еще копался в темной комнатке. До слуха доносилось лишь позвякивание чашек.
— Сегодня гроза всех распугала, — священник, пригнувшись, вынырнул из мрака, неся на подносе чашки и заварник с дымящимся напитком. Он поставил все это на первую скамью и пригласил их жестом. — Да и в хорошие дни людей немного. Наверное, разочаровались, — он выразительно вскинул взгляд к потолку и улыбнулся.
Мурашки пробежали по спине МакКензи. Он взглянул на Дэвида: тот тоже выглядел обеспокоенным. Уиллу захотелось поскорее убраться отсюда. Находясь в храме, он вдруг ощутил, будто заглянул к черту на кулички. В этом священнике было что-то пугающе неправильное. И дело не в обуви, которую можно было списать на прогулку по кладбищу под дождем. Что-то другое. Уилл не хотел задавать лишних вопросов, например, о других работниках — в таком большом приходе должны быть еще люди помимо викария. Но один вопрос он был намерен задать во что бы то ни стало. Вопрос, который задал бы Энди. Как тогда, когда телом Уилла завладела потусторонняя тварь.
— Как ваше имя? — МакКензи пристально посмотрел на священника.
Тот перестал улыбаться и выпрямился:
— Отец Мерчант.
Какое-то время он не сводил изучающего взгляда с Уилла. МакКензи тяжело сглотнул. Тогда священник криво ухмыльнулся, отведя от него свои жгучие, почти чёрные глаза.
— Простите мою невоспитанность, стоило представиться самому. Вот, ромашка, — негромко произнес священник, беря кружки с подноса, куда предварительно налил чай, и протягивая их Уиллу и Дэвиду. Из-под его мантии показался рукав рубашки, на котором МакКензи заметил маленькое красное пятнышко. Кровь? Беря чашку, МакКензи уставился на крепкий, соблазнительно пахнущий чай. Хотелось согреться и унять внутреннюю дрожь. Дэвид же застыл, словно загипнотизированный, глядя на кружку и не решаясь взять ее.
— Держите, Дэвид, — повторил отец Мерчант с мягкой настойчивостью, выводя того из оцепенения.
— Откуда? — прежде чем успел подумать, выпалил Дэвид, отступая на шаг. — Откуда вы знаете моё имя?
На лице священника промелькнула мимолетная, нечитаемая эмоция, прежде чем он пробормотал:
— Наверное, услышал на улице, когда вы шли…
— Не звезди, — не мешкая ни секунды, Уилл плеснул чаем в лицо священнику. Он знал, что не обожжет, но надеялся дезориентировать его хоть на мгновение. Достаточно, чтобы отпрянуть и выхватить пистолет. Что он и сделал. — Ни с места, или стреляю, — приказал он, принимая боевую стойку.
— Констебль, вы не в себе, — вытерев рукавом лицо от чая, отец Мерчант усмехнулся. — Или вы приняли ромашку за святую воду?
— Я сказал, не двигаться. Руки вверх, — процедил Уилл. — Что ты за тварь?
Священник снова бесшумно засмеялся, укоризненно покачав головой, но все же поднял руки.
— Самая скверная тварь в этом мире — человек, — ответил он невесело. — Послушайте, я не знаю…
— Заткнись, — оборвал его Дэвид. — Где Томас? Где ты его держишь?
Мерчант насмешливо поморщился, глядя на Дэвида.
— Один подозревает меня в нечистой силе, другой — в человеческих грехах... Но я лишь человек.
— Откуда кровь на рукаве? — держа пистолет одной рукой, Уилл другой доставал телефон.
Мерчант осторожно попятился, и МакКензи тут же схватил оружие обеими руками, оставив телефон в кармане.
— Я придержу его, — Дэвид оттянул дулом Глока карман своей куртки. — Дернется — пожалеет.
Священник сжал губы, устремил взгляд в пол и покорно замер.
— Спрашиваю еще раз: где Том? — Уилл все-таки отправил сообщение и убрал телефон обратно в карман.
Он был уверен, что диалог пойдет по предсказуемому маршруту — в тупик, но, к его удивлению, Мерчант коротко ответил:
— В склепе.
— Сука, — в ту же секунду Дэвид спустил курок.
Глава 9
— Шагай, — МакКензи бесцеремонно толкнул священника в плечо.
Дождь молотил землю, окутывая кладбище серой пеленой. Под ногами ничего не было видно, обувь скользила и хлюпала, словно они снова шли по болоту. Но внутри Уилла что-то горячо трепетало. Плевать на формальности и взбучку от начальства. Плевать на нарушение протоколов и здравого смысла. Он — герой. Он держит ситуацию под контролем. Да, был момент, когда показалось, что всё сорвалось, когда Дэвид нажал на курок. Но, слава богу, Дэйв тоже знает закон. Возможно, даже лучше него.
Пуля, выпущенная Дэвидом, прошила алтарь и, должно быть, застряла в стене. Позже это можно будет списать на попытку побега или нападения. Жаль поврежденный алтарь, хотя в этом есть что-то возвышенное, жертвенное.
Первым делом нужно спасти Томаса. А потом, до приезда полиции, будет время и право допросить этого урода так, чтобы родственники каждой из погибших девушек с удовольствием смотрели репортаж по телевизору.
— Дэйв, проверь решетку.
— Открыто, — отозвался Дэвид, толкнув решетчатую калитку. Острые кусочки облупившейся черной краски впились в ладонь. Тугие, ржавые петли заскрипели, и после очередного толчка калитка поддалась. Вниз уходил десяток каменных ступеней, поросших мхом и лишайником. На нижних ступенях, скрытых тенью, помимо зеленого пушка виднелось что-то еще — черное и склизкое.
— Чёрт, там полно воды, — Дэвид шаркнул носком кроссовка по ступеньке, потемневшей от гнили, и посмотрел на Уилла, державшего священника под прицелом.
— Эй, Мерчант, Томас там? — спросил МакКензи, отплевываясь от дождя, заливающего лицо.
— Он внизу, — сквозь зубы подтвердил священник.
— И, наверное, уже по горло в воде, — пробормотал Уилл. — Надо спешить!
— Тут тяжеленная дверь! — отозвался Дэвид, с рыком наваливаясь на железную громаду всем телом, пытаясь сдвинуть ее с места. — Нужен лом или что-то такое…
Внезапно, с пронзительным скрежетом, дверь в склеп немного сдвинулась, и наружу вырвался холодный, затхлый воздух.
— Томас, ты там? — Дэйв прильнул к образовавшейся щели, но увидеть что-либо в кромешной тьме было невозможно. И все же ему почудилось, что он услышал приглушенный стон. До боли напрягая глаза, Дэвид всматривался в густой мрак, стараясь не вдыхать гнилой воздух. На короткий миг ему показалось, что из глубины склепа на него кто-то смотрит. Он кожей почувствовал тяжелый взгляд и чье-то враждебное присутствие. От этого мороз прошел по коже, и Дэвид невольно отстранился, озадаченно прислушиваясь к своему внутреннему чутью.
— Что там, Дэйв? — окликнул МакКензи, выводя его из ступора. Дэвид шагнул обратно к двери.
— Я кого-то слышал, — сдавленно ответил он. Его бил озноб. От холодной воды, сомкнувшейся вокруг щиколоток, ноги ощущались тяжелыми. Мокрая куртка давила на плечи, прижимая к земле. Скинув её и оставшись в одной футболке, Дэйв уперся спиной в холодное железо, а ногами — в скрытую под водой ступеньку. Дэвид зарычал, толкая дверь:
— Давай же!
Внезапно опора за его спиной исчезла. Потеряв равновесие, он рухнул в темноту склепа. С головой окунувшись в ледяную воду, он почувствовал, как рот и нос заполнились гнилью и тиной. Вынырнув, Дэвид судорожно закашлялся, пытаясь вдохнуть.
Он стал подниматься, но чья-то рука грубо толкнула его обратно в воду. Над ним склонилось размытое лицо, искаженное темнотой и его собственным страхом. Не человек, а словно белая маска с провалами угольно-черных глаз. Огромная ладонь в задубевшей перчатке опустилась на лицо Дэвида, и прежде чем он успел издать хоть звук, его голову снова погрузили в вонючую воду. Дэвид отчаянно забился под тяжестью рук убийцы, но тщетно. Вода толчками заполняла лёгкие, жгла горло, забивала нос. Всё вокруг размывалось.
— Дэвид! — донёсся приглушенный крик МакКензи. За ним последовал выстрел, затем ещё один и ещё. Сознание уже ускользало, когда руки схватили его за грудки, выхватили из воды и потащили вглубь склепа.
Очнулся Дэвид от того, что его, словно мешок, бросили у стены. Лёгкие горели, сводимые спазмом. Кашляя и выплевывая гнилую воду, он едва различал что-либо вокруг. Но когда рядом с ним рухнуло что-то еще, ещё одно тело, он узнал в нём Уилла. По мокрому лицу МакКензи струилось что-то темное. Дэвид неосознанно потянулся к его голове и коснулся виска. Под пальцами ощутилось что-то мягкое и липкое. В растерянности Дэвид уставился на свою руку, покрытую кровью. Уилл мертв?
Дверь в склеп захлопнулась, поглощая всё вокруг чернотой. Дэйв вздрогнул, в ужасе озираясь. Но было нечто страшнее, чем быть запертым с мёртвым другом: быть запертым с монстром. И Дэвид слышал тяжелые, хлюпающие по воде шаги, приближающиеся в темноте.
***
Прошло больше получаса с тех пор, как мы разделились с Дэйвом и Уиллом.
— Уилл написал, что он вызвал полицию, — Рэйчел с опаской посмотрела на меня. — И велел не соваться на кладбище.
— Это ещё почему? — мы только что запарковались около пивоварни, но до Пауэллс уолк было рукой подать и я прикидывала, стоит ли уговаривать Рэй поехать туда или куда быстрее будет добежать самой. До последнего я надеялась, что парни ждут нас здесь, что они не успели натворить глупостей, но если верить сообщению от МакКензи, то что-то всё-таки произошло. Как они могли удержаться от того, чтобы пройти мимо тропы Пауэллс и дождаться нас у пивоварни?
— Он не написал, — пожала плечами подруга. — Уилл говорил, что они только осмотрятся…
— Но с ним был Дэвид.
— Думаешь, они в беде?
Я кивнула, раздражённая тем, что друзья пытаются убиться без моего вмешательства, и вышла из машины. Не нужно было гадать, чтобы понять, что происходит что-то плохое. Достаточно было взглянуть в сторону кладбища, на которым клубились чёрные тучи, словно вся гроза с округи сместилась туда, сконцентрировалась в одной точке.
— Постой, — Рэйчел выпрыгнула следом.
— Нет, — отрезала я. — Делай, что сказал Уилл. Ясно?
Я помчалась в сторону кладбища. Туда, где грозовые тучи были тяжелее всего. Туда, где разыгрался настоящий шторм. Сквозь грохочущий гром, когда я уже огибала церковь, защищая лицо от хлещущего дождя, я услышала выстрелы. На секунду я замерла. Точно ли это было то, что я подумала. Три хлопка, три отчаянных выстрела. Так стреляют не в человека, так стреляют, когда пытаются остановить что-то страшное.
Перейдя на шаг, я закрепила на груди небольшой фонарик-прищепку, пока не зажигая его, чтобы не привлечь внимание. Подкравшись к краю стены, я осторожно выглянула из-за угла, в руке я сжимала электрошокер - его отдал мне МакКензи. В отличие от Энди, который заставлял меня брать в руки огнестрельное оружие, Уилл в силу своей профессии решил, что мальчикам - оружие, а девочкам - пугалки. Я думала, что оспорю это решение позже, но теперь было уже поздно. Конечно, против нечисти пушки - сомнительное средство. Но вот только сейчас мы имели дело с настоящим маньяком. Да, помимо тазера, у меня был еще и перочинный нож, но с ним разве что в лесу заблудиться не страшно. "Можно и зубочисткой убить. Главное знать, куда бить", – вдруг вспомнились слова Энди, и я невольно улыбнулась его голосу, словно эхом прозвучавшему в моей голове. Пальцы нервно погладили очертания ножа в кармане брюк-карго.
Сквозь серую завесу дождя я увидела тёмную высокую фигуру. Сгорбившись, незнакомый мне мужчина в чёрном балахоне, похожем на мантию священника, тащил что-то или кого-то к склепу. Из-за перепадов высоты и плотного тумана над землёй, я не видела детали, лишь могла судить по движениям священника, что он волочит что-то по земле. Хотя я была уверена, что к святым этот человек имеет такое же отношение как соя к мясу.
Тем временем человек скрылся в склепе на несколько минут. А когда вынырнул оттуда вновь, он словно почуял моё присутствие. Стоя в стене дождя, он выпрямился, поднял подбородок и обвёл взглядом кладбище. Его взор - хитрый, исподлобья, - остановился на мне. Я готова была поклясться, что он смотрит прямо мне в глаза. Почти насмехается. Он был рад, что я здесь. Я была ему нужна - как зритель. Но через секунду гул дождя смешался с воем сирены - пока ещё отдалённым. Может, полиция и вовсе проезжала мимо, на другой вызов, но я надеялась на лучшее. Я обернулась на мгновение, а когда посмотрела в сторону склепа - там уже никого не было. Мне захотелось верить, что этот человек просто услышал полицию, поэтому смотрел в мою сторону. Вряд ли он мог рассмотреть меня сквозь серую толщу тумана и дождя. Я бы и сама услышала сирену раньше, если бы кровь в ушах не стучала так сильно после бега.
Ногу что-то обожгло. Монета. Я стиснула зубы. Дэйв. Ещё живой. Но пёс…смерть где-то рядом. Ближе, чем когда-либо. И, прежде чем я успела взвесить все за и против, я уже мчалась к склепу.
Холодная мутная вода заставила меня охнуть. Дыхание на миг перехватило. Я не предполагала, что там глубоко, почти по колено. Оставалось надеяться, что в самой воде никого не было. Но были у меня препятствия и похуже - дверь. Она не двигалась ни на дюйм, как бы сильно я в неё не упиралась. Когда в груди завибрировало и я уже решила, что в моих лёгких что-то лопнуло от натуги, по обе стороны от моих плечей опустились две когтистые лапы. Сжавшись, я боялась обернуться. Последняя встреча с псом едва не закончилась моей смертью. Тот пёс, которого я встретила в Сумерках, был намерен разорвать меня на части.
— Дэйв, надеюсь, это ты, — обратилась я к монстру.
Словно отвечая на мой вопрос, обдав мой затылок животным жаром, пёс толкнул дверь и она, наконец поддалась. На короткий миг я обернулась. Пёс грозно смотрел на меня. Его глаза были темнее, чем у того, что напал на меня, смолисто янтарные. Серое тело, загривок с тёмной бурой шерстью, напоминающей потрёпанную гриву. Дэвид. Это его смерть.
Я на ощупь щёлкнула фонариком и протиснулась сквозь образовавшийся проём. Почти сразу луч высветил огромную фигуру у противоположной стены. Я застыла. Громила шагнул в мою сторону, но тут же взвыл от боли. Склонившись, он выхватил из ноги нож. С рёвом он отшвырнул его в угол и поднял из воды человека. Я не сразу узнала Дэвида. Он был жив, судорожно пытаясь глотнуть воздуха. Пальцы убийцы сильнее сомкнулись вокруг его горла и подняли ещё выше. Дэйв слабо отбивался, сил у него совсем не осталось, всё , что было он вложил в тот последний удар.
Пёс за моей спиной зарычал, наполняя всё моё тело дрожью. Вопреки себе, я потянулась за монетой. Она была такой горячей, что обожгла мои пальцы.
— Дэйв! — крикнула я и рванулась вперёд. Словно понимая, что я хочу сделать, Дэвид перестал бороться и протянул ко мне руку. Пёс бесновался за моей спиной. Стены склепа завибрировали, вода пошла рябью, а потом всё вдруг стихло. Пёс, что ещё мгновение назад готовился к прыжку, растворился в воздухе.
Рука Дэвида безвольно упала. Одним быстрым движением убийца сломал ему шею и, не сводя с меня взгляда, разжал свою хватку. Дэйв рухнул в воду.
Ошеломленная, я не могла сдвинуться с места. Монета в руке стала ледяной. Но почему? Мэг ведь оставалась в своём теле. Почему сейчас иначе? Я сжала её крепче, не веря в произошедшее. Лицо убийцы растянулось в хищной улыбке:
— Лана, — протянул он, разворачиваясь ко мне всем телом.
У него были короткие почти седые волосы, грубые черты лица. Настоящий вышибала в каком-нибудь дешёвом пабе. Только одет он был в синюю робу рабочего.
— Кто ты? — вырвалось у меня. Я попятилась, нащупывая в кармане шокер. — Не подходи ко мне.
Склонив голову набок, он продолжил улыбаться и тянуть ко мне руки. Я выхватила тазер, выставляя его перед собой, но, несмотря на свою внешнюю неповоротливость, громила с молниеносной скоростью вышиб его из моей руки и стиснул меня в своей медвежьей хватке. Я закричала, с ужасом осознавая, что едва ли могу вдохнуть, так крепко он сжал мои рёбра.
— Лана, — зловонное дыхание обдало моё лицо. Кости затрещали, во рту появился привкус крови, а сознание забилось в агонии от охватившей меня паники.
