Атомный Энергетик. Зелёная кровь. Книга 1

— Слушай, Альфред.

— Да?

— Почему ты купил мне еды? Ещё и поднос мой убрал… Я даже подумать ни о чём не успел. Мне как-то неловко.

Альфред пожал плечами:

— Всё очень просто. Я угостил тебя в знак начала нашей дружбы. А почему помог с подносом — так у тебя руки были заняты пакетами. — Он кивнул на два чёрных пакета с шоколадом, которые Фредерик так и держал в руках. — Кстати, не хочешь их куда-нибудь убрать? Есть у меня одна идея.

Фредерик вспомнил, как уходил с лекции, и Микко бросил ему вслед: «Больше не приходите, если сильно опоздали. Особенно с пакетами».

— Да уж, — вздохнул Фредерик. — Ты прав.

— Предлагаю оставить твои пакеты в гардеробе, — сказал Альфред. — А после занятий забрать. Чтобы не ходить с ними туда-сюда по этажам. По виду они у тебя тяжёлые. А что там, если не секрет?

— Там… молочный шоколад. Десять килограммов. — Фредерик помолчал. — А ты уверен, что такие пакеты можно оставить в гардеробе?

— Вполне. Не думаю, что с ними что-то должно произойти.

Альфред сказал это уверенно, но внутри закрались сомнения. Он, впрочем, особенно не задумался. Ему казалось, что в университете работают и учатся только интеллигентные и приличные люди. Вряд ли кто-то будет красть пакеты, особенно если оставить их перевязанными.

— Только обязательно перевяжи пакеты, — добавил вслух Альфред. — Чтобы никто случайно не подумал, что это забытые вещи.

Фредерик кивнул.

Они стояли рядом с местом, куда студенты складывали подносы. Чуть поодаль, топтался высокий худощавый студент с серой чёлкой, падающей на половину лица, шею плотно обматывал сиреневый шарф-пончо, немного потрёпанный сзади — даже в тёплой столовой он не снимал его. Парень не ел, не пил, просто стоял и смотрел в одну точку. Услышав разговор про шоколад, он вздрогнул и быстро отвернулся. Это был Широ Саган-Дали. Фредерик ещё не знал его имени.

Фредерик и Альфред двинулись к выходу из столовой.

— Широ, — негромко позвал чей-то голос сзади.

Худощавый студент обернулся. К нему подошёл парень с веснушчатым лицом и наглой ухмылкой. Высокий, с взъерошенными коричнево-рыжеватыми волосами, разделёнными пробором посередине. Одет неряшливо: футболка навыпуск, рваные джинсы, кеды и растёгнутая толстовка — явно на размер больше, чтобы казаться плечистее. Держался он с такой бравадой, будто был как минимум главой студсовета. Его имя — Ролан Дей. Он тот, кто любит цепляться к тем, кто слабее. Он положил руку на плечо Широ и сказал вполголоса:

— Пошли-ка сходим в толчок, Широ.

Широ сжался, но перечить побоялся. Он пустил голову и пошёл за Роланом. Они завернули за угол и оказались у двери туалета. Ролан огляделся — никого.

Он прищурился и спросил своим обычным наглым голосом:

— Ну, что, Широ, услышал, что там в пакетах?

Широ стоял, глядя в пол, и нервно переплетал пальцы.

— Там... молочный шоколад, десять килограммов, — тихо ответил он.

Ролан ухмыльнулся.

— Вау! Целых десять кило. Ты украдёшь их и отдашь мне. Хотя… — он задумался на секунду и замолчал, услышав, как в их сторону кто-то идёт.

Из-за поворота показался Лев. Он не обернулся, не замедлил шаг. Прошёл мимо Ролана и Широ молча, даже не взглянув на них, зашёл в туалет, закрыв за собой дверь. Ролан проводил его взглядом, но ничего не сказал. Ролан хоть и был задиристый, но чувствовал, что со Львом лучше не связываться. Тот был похож на человека, который не лез в драки, но если его задеть — мог ответить так, что мало не покажется. На того, кто говорит мало, но делает много. Ролан, осознавая это решил повеселиться и поиздеваться и надо Львом, и над Широ, но не своими руками, а с помощью Широ. Он продолжил:

— Давай сделаем лучше. В толчок только что зашёл наш одногруппник. Иди за ним, посмотри, в какую кабинку он зайдёт. Залезь на кабинку сверху и посмотри на него в момент, когда он будет делать свои дела. Он наверняка обделается со страху. Ты скажешь ему, что он должен украсть пакеты этого опоздавшего пацана и отдать тебе. Если всё сделаешь правильно, тогда я тебе ничего не сделаю и никому ничего не скажу. Ты понял?

Он хлопнул Широ по плечу. Тот вздрогнул и сжался сильнее.

— Ролан, п-п-пожалуйста, не нужно… — прошептал Широ. — Я не могу… Он тут ни при чём… Как и я…

— Чё?! — Ролан повысил голос.

— Ничего! — Широ задрожал. — Я… я лучше сам всё сделаю.

— А, ну-ка быстро пошёл и сделал так, чтобы этот ботан украл пакеты сам. Так будет лучше.

Ролан распахнул дверь туалета, слегка подтолкнул Широ

— Так что давай, пошёл!

Глава 5. Кипяток

3 сентября 2018 года, понедельник. Университет.

Широ переступил порог туалета и замер. Внутри было тихо. Из второй кабинки доносился шорох одежды и звук то ли застёгиваемой, то ли расстёгиваемой молнии. «Это он», — понял Широ. Он никому не хотел делать плохо, но страх перед Роланом был сильнее. Ролан угрожал рассказать всем, что Широ списал на вступительных экзаменах, и обещал сделать его жизнь невыносимой. Широ в это наивно верил. Он собирался с мыслями. В голове шумело. «Надо что-то делать. Надо. Надо. Иначе Ролан…» Когда из кабинки донёсся звук слива, Широ решился. Он подошёл к двери, поднял руку и со всего размаха постучал.

Бах! Бах! Бах!

Внутри затихло. Лев слегка вздрогнул от неожиданности — не от страха, просто не понял: «Кто долбится в мою кабинку?» Он только начал застёгивать ремень, когда услышал странные шорохи снаружи. Широ обхватил руками верх двери и, подтянувшись, попытался залезть. Его длинные худые ноги дрожали, пальцы скользили. Наконец он выглянул из-за верха двери и еле слышно пробормотал себе под нос:

— П-п-прости, пожалуйста... но ты должен украсть пакеты нашего одногруппника.

Лев стоял спиной, застёгивая ремень. Он не обернулся. Его лицо было невозмутимым — только брови чуть сошлись к переносице. Потом он резко поднял руку вверх и, не глядя, с силой ударил Широ локтем в нос. Послышался хруст. Дверь кабинки покосилась. Широ вскрикнул, повис на двери, пытаясь удержаться, но петли не выдержали. Дверь слетела, и Широ рухнул на пол, увлекая её за собой. Она упала сверху, и он забился под ней, как пойманный зверёк.

В момент падения ребро двери задело Льва, оставив длинные царапины на щеке и носу. Лев пошатнулся, поскользнулся на кафеле и ударился головой о соседнюю кабинку. Из кармана вылетел телефон, проскользил по полу и закатился под щель соседней кабинки справа. Как оказалось, всё это время там кто-то был.

Парень в третьей кабинке услышал шум. Сначала он замер, а потом заметил телефон у своих ног. Он поднял телефон — не чтобы украсть, а чтобы помочь. Экран загорелся. Ни пароля, ни пин-кода, ни графического ключа. Ничего. Парень быстро зашёл в камеру, включил видеозапись и едва заметно высунул руку с телефоном в щель, чтобы объектив захватывал происходящее. Он любил справедливость и хотел зафиксировать инцидент — именно на телефон «жертвы».

Лев, уже стоя, потирал ушибленную правую руку — дверь зацепила и её. Он посмотрел на Широ, который пытался выбраться из-под двери,. Лицо Широ было в крови: нос разбит, щека и подбородок исцарапаны, пальцы левой руки поцарапаны, костяшки — в крови. И всё это произошло по вине Ролана. Но Широ этого не осознавал — он боялся

Лев сжал ушибленное место, наклонился к Широ и спросил серьёзным, спокойным голосом, в котором, однако, звенела сталь:

— Ты что творишь? Знаешь, что за такое бывает?

Широ, сидя на корточках напротив Льва, поднял глаза. В них был страх, но не передо Львом, а перед Роланом. И этот страх вдруг превратился в отчаянную, дикую смелость.

— Ты должен украсть пакеты! — выпалил он. — Пожалуйста…

Лев не стал ждать. Он резко ударил Широ правой рукой в живот. Не сильно — так, чтобы сбить дыхание. И посмотрел на него со всей строгостью, на какую был способен.

— Слушай ты, дебил. Таким, как ты, здесь не место. Ты что устроил в первый день?!

Широ согнулся от удара, но тут же выпрямился. Страх снова придал ему сил. Он резко, но вяло протянул правую руку, сжатую в кулак, вперёд, надеясь схватить Льва за шею. Широ был высоким, длинным, но абсолютно слабым и хилым. Руки дрожали, пальцы почти не сгибались. А Лев, хоть и среднего роста, оказался куда более ловким и сильным —в нём чувствовалась скрытая, спокойная сила.

Лев мгновенно перехватил руку Широ, заломил её и перевернул противника на спину. Тот оказался на полу, прижатый рукой Льва. Его лицо скривилось — от отвращения, от усталости, от того, что в первый же учебный день приходится видеть подобное. Он не удержался и плюнул прямо в исцарапанное лицо Широ.

— Тьфу! Какой же ты мерзкий. Как тебя только земля носит.

Широ закашлялся. Ему было отвратительно, стыдно, больно. Он снял шарф, трясущимися руками вытер слюну, потом закрыл лицо руками, лёг на полу и замер. Ему было стыдно смотреть Льву в глаза. Он знал: это его одногруппник. Думал, что Ролан теперь с ним сделает что-то ещё, что этот парень его возненавидит. Широ было стыдно за слабость, за то, что снова пошёл на поводу у Ролана и испортил о себе впечатление в первый же день. Из-под шарфа послышались всхлипы. Лев стоял, смотрел, как Широ закрывает лицо, слышал, как тот плачет. Бровь Льва чуть дрогнула. Он нахмурился.

— Подумай своей глупой головой, что ты творишь, — сказал Лев тихо, но жёстко. — Ещё раз выкинешь что-то подобное — тебя здесь не будет.

Он развернулся и пошёл к раковине. Текла холодная, обжигающая вода. Лев умылся, смыл кровь и взглянул на царапины — неглубокие, но заметные. С тёмных волос стекали капли. Он бросил последний взгляд на Широ. Тот всё ещё лежал, закрыв лицо руками. В третьей кабинке парень остановил запись. Он убрал телефон Льва в карман — вернёт потом, — выдохнул и откинулся на стенку. Справедливость была зафиксирована.

2013 год. Школа. 7 класс Широ.

Широ сидел за партой и слушал внимательно — не от интереса, а от страха: если не поймёт сейчас, придётся перечитывать дома. Новый материал входил в голову медленно, как вода в сухую землю. Широ перечитывал каждую тему по три раза. Не потому, что был глуп — просто ему требовалось чуть больше времени, чем другим. Спал он мало: утром вставал с тенями под глазами, быстро завтракал и выходил из дома за час до уроков — не потому, что жил далеко, а чтобы не опоздать. Широ сам для себя решил, что опаздывать нельзя, ведь это могло привлечь внимание, а привлекать внимание он не хотел. Он был хорошистом. Не высовывался, не задавал вопросов, не жаловался.

Ролан перевёлся в эту школу в 2013-м, в седьмом классе. Высокий, взъерошенный, с наглой ухмылкой, носил футболки на размер больше, джинсы в пятнах от чипсов, ходил с расстёгнутой курткой — чтобы казаться крутым. На деле — обыкновенный слабак, но хитрый. Жертв выбирал по принципу: тех, кто не даст сдачи. Присмотрелся к тихому Широ, который не жаловался — идеально. Сел с ним за одну парту, и тот не возражал. Списывал домашние задания — Широ протягивал тетрадь. Прятал пенал — тот искал. Щипал на переменах — тот терпел.

— Ты ботаник, — ухмылялся Ролан. — Твоё дело — учиться. А моё — тебя развлекать.

Широ не спорил. Со временем Ролан расширял границы: требовал делать за него уроки — Широ делал; давать списывать на контрольных — он давал; ставил подножки — тот падал. Однажды столкнул с лестницы — Широ хромал две недели. Ролан смеялся, Широ молчал.

— Тебе же нравится, — говорил Ролан, когда тот поднимался. — Без меня жил бы как растение. А я тебя развлекаю.

Широ верил, потому что не знал, как ещё выжить. Ролан был для него монстром, которому нельзя перечить, иначе станет хуже, — загонит в угол, из которого не вылезти. Широ видел этот угол каждый раз, когда смотрел в глаза Ролану.

Чтобы казаться круче, Ролан подружился с настоящими хулиганами — старше, сильнее, злее. Прибился к ним, рассказывая, как «держит в страхе» весь класс. Те, такие же глупые, верили: на фоне Широ Ролан действительно казался сильным. Иногда они собирались всей компанией после уроков. Широ приволакивали силой. Ролан требовал стоять на голове, бегать за энергетиками, изображать животное. Широ делал всё, потому что боялся.

2015 год. Школа. 8 класс Широ.

Однажды, в восьмом классе Ролан заманил Широ в подсобку за спортзалом под предлогом, что им «надо поговорить». Широ понимал, что ничего хорошего не будет, но отказаться не мог. Он шёл за Роланом, сжавшись, глядя в пол, и уже жалел, что вышел из класса. В подсобке было темно и пахло пылью. Ролан толкнул дверь, пропуская Широ внутрь, и захлопнул за собой. Навстречу из темноты вышли двое — те самые, с которыми Ролан любил «шутить». Один держал старый электрический чайник, из носика которого шёл пар. Второй — кружку.

— Принесли? — спросил Ролан.

— А то, — ответил тот, что с чайником.

— Сколько градусов?

— Кипит. Сразу из-под крышки.

Ролан ухмыльнулся и повернулся к Широ.

— Слушай, ботаник. Ты, наверное, замёрз? Давай согреем.

Широ от страха попятился и упёрся спиной в холодную, шершавую стену. Он смотрел на поднимающийся пар —и не мог пошевелиться. В голове пульсировало: «Нет. Нет. Пожалуйста. Нет».

— Держите его, — скомандовал Ролан.

Приятели схватили Широ за плечи, прижав к стене. Он не мог вырваться. Ролан взял кружку, и тот, кто держал чайник, налил кипятка на четверть. Пар повалил ещё гуще. Ролан поднёс кружку к лицу Широ.

— Не надо… — прошептал Широ. — Пожалуйста, не надо…

— Что? — Ролан наклонил голову, делая вид, что не слышит. — Не понял. Ты что-то сказал?

Широ не ответил — горло сжалось. Ролан кивнул приятелям. Те дёрнули Широ за волосы, запрокидывая голову, и Ролан резким, размашистым движением выплеснул кипяток прямо на правую щеку и шею. Боль была мгновенной. Широ закричал — дико, отчаянно, как зверь, попавший в капкан. Горячая вода растеклась по лицу, обожгла шею, грудь. Кожа зашипела, покраснела, покрылась пузырями. Запах ошпаренной кожи ударил в нос. Широ забился, но его держали.

— Подержите, не отпускайте, — сказал Ролан.

Он вылил ещё, пока кружка не опустела. Затем бросил её на пол — она разбилась с глухим звоном.

— Всё, — сказал он приятелям. — Отпускайте.

Широ сполз по стене, свернулся, зажимая лицо руками. Он не кричал — только хрипел. Кто-то смеялся, шаги удалились, дверь хлопнула. Широ остался один.

Ожог занимал треть правой щеки, кожа стала гладкой и блестящей, волосы не росли. Шея тоже была обожжена — рваный, бесформенный шрам. Врачи говорили, что нужна пересадка, но денег не было. Три недели в ожоговом отделении, больно дышать, он молчал и смотрел в потолок.

Дома мать спросила, что случилось. Широ сказал — сам опрокинул чайник. Она не поверила, но не стала допрашивать.

С тех пор он прячет щеку под чёлкой, шею — под водолазкой и шарфом, даже в жару. Не выносит, когда видят шрамы. Они напоминают ему о слабости. Он должен был возненавидеть Ролана, пойти в полицию, но сломался. Ролан добился своего. Широ подчинился окончательно. Боялся до тошноты, до холодного пота. Не осознавал, что Ролан — трус, чья сила лишь в чужой слабости. Для Широ он был монстром, от которого не убежать. Ролан заставлял его делать глупости — Широ делал, веря, что иначе будет хуже. Он забился в угол, перестал жаловаться, перестал просить о помощи. Просто ждал, когда закончится школа.

2018 год. Школа. 11 класс Широ. Выпускные экзамены.

Широ готовился к экзаменам, как никто другой. Перечитывал каждую тему по три раза, решал тесты до автоматизма, не спал ночами. Не надеялся на удачу — только на себя. Методичка была истрёпана до дыр, выучена наизусть. Все задачи решены. Широ много читал, хоть и медленно. Экзамены сдал самостоятельно. Без репетиторов, без шпаргалок, без чьей-либо помощи. По математике он набрал 87 баллов из 100 — достаточно, чтобы подать документы в хороший университет.

Ролан, в отличие от Широ, не готовился. Он не заморачивался над учёбой. В свободное время он играл в телефоне, гулял с приятелями или спал. Но перед экзаменами он забеспокоился. Провалить было нельзя — родители лишили бы карманных денег, а без них он не мог покупать чипсы, сухарики и энергетики.

За месяц до экзаменов Ролан нашёл в интернете сайт, который продавал ответы на экзамены. Заплатил деньги — и ему прислали шесть возможных вариантов экзаменационных билетов. Всё, что нужно было сделать, — заранее подготовить шпаргалки. Он распечатал листочки мельчайшим шрифтом. Написал формулы на руках, скопировал задачи в блокнот, который спрятал в карман. На экзамене Ролан сидел так, чтобы камеры не видели его рук. Списать было невероятно сложно — три часа перед камерами, полный контроль, но Ролан оказался очень изворотлив —он списал почти всё, что мог. Он, обхитрив всех, набрал 75 баллов из 100 по математике. Достаточно, чтобы куда-то пройти. Он узнал, куда подал документы Широ — в Карминбургский Химико-Биологический Университет , и решил, что будет очень весело пойти туда же, куда и его «приятель» ботаник.

— Будем учиться вместе, ботаник, — сказал он, ухмыляясь. — Не скучно будет.

Широ узнал об этом от общего знакомого и ужаснулся. Думал, что наконец избавился от Ролана что школа закончилась и этот кошмар остался позади. Но Ролан пошёл за ним. Туда, где точно не должны были учиться такие, как он. Но его взяли, потому что вуз проверял только баллы, не проверяя адекватность, логику, способности абитуриента. Так туда ошибочно попал Ролан — полный дегенерат, который не знал ни одной формулы, но умел списывать и запугивать. Широ понял: спокойной учёбы не будет. Никогда. На первой же лекции у доцента Усаги Ролан сел рядом с Широ, и тот сжался, но не посмел уйти.

Глава 6. Первый внутренний отпор

3 сентября 2018 года, понедельник. Университет.

Теперь, лёжа на полу туалета, закрывая лицо шарфом и чувствуя чужую слюну на щеке, Широ плакал не только от стыда. Он плакал оттого, что снова оказался в той же яме. Что не может убежать. Что даже в новом месте, где никто не знает его прошлого, он повторяет те же ошибки: подчиняется и боится. Он снова чей-то козёл отпущения. Ему некуда деться, и никто не может его спасти, кроме него самого.

Лев вышел из туалета, не оглядываясь. На лице —свежие царапины. Он шёл ровно, с невозмутимым, серьёзным выражением. Ролан стоял у стены, прислонившись плечом к плакату «Мойте руки». Увидев Льва и удивлённо вскинул брови. В голове пронеслось: «Вау, неужели Широ с ним подрался? Не верится…» Лев приблизился вплотную. Рост у него был средний, но в нём чувствовалась такая спокойная, сжатая сила, что Ролан невольно отступил на шаг.

— Только попробуй что-то выкинуть, — сказал Лев тихо, но с такой сталью в голосе, что у Ролана по спине пробежал холодок. — Я знаю, что вы заодно.

Ролан округлил глаза. Он открыл рот, чтобы что-то брякнуть, но не нашёл что сказать. Лев развернулся и пошёл прочь.

— Да пошёл ты, — бросил ему вслед Ролан, но уже тихо, почти шёпотом, чтобы никто не услышал.

Лев, не оглядываясь, ответил:

— Таким, как вы, здесь не место.

И скрылся за поворотом. А Ролан зашёл в туалет, проверить. Дверь была снята с петель и валялась на полу. Посреди хаоса сидел Широ. Он был мрачен, смотрел в одну точку, не мигая. Ролан, увидев его, ухмыльнулся, сунул руки в карманы и подошёл ближе.

— Ну, вот. Я уж было думал, что ты его отделал, а оказалось, что он тебя. — Он кивнул на дверь. — Дверь тоже этот «Геракл» выбил?

Широ не поднял головы. Он ответил тихо, почти беззвучно:

— Нет… это я…

Ролан наклонился к нему, сверля взглядом.

— В натуре? А пакеты? Убедил его?

Широ сжался, не выдержав взгляда Ролана.

— Я… не смог…

— Ну, и дурак. — Ролан цокнул языком, развернулся и вышел.

Лев шёл по коридору с тем же невозмутимым видом, будто царапины были для него обычным делом. Но под внешним спокойствием, копилась усталость от того, что первый день преподнёс такой сюрприз. Из-за угла вышла Люси, одетая просто: юбка до колена в складку, белая блузка с коротким рукавом, сумка через плечо. Люси подняла голову, увидела Льва и замерла. Потом воскликнула, подбегая:

— Лёва! Что с тобой? Что случилось?

Глаза заслезились — не от страха, а от жалости. Ей было больно видеть его в таком виде, даже если она не знала, что произошло.

— Да так… — Лев провёл рукой по царапинам. — Один больной на голову человек в туалете уронил дверь, и, когда дверь падала, она задела мне лицо. Звучит, конечно, странно, но так всё и было.

— А как же твои раны? У меня должны быть пластыри.

Люси не стала допрашивать. Она быстро полезла в сумку

— Дай руку, — попросила она Льва, найдя что-то из сумки.

Лев протянул ладонь. Люси положила свою сверху, затем убрала — в его ладони осталось несколько пластырей бежевого цвета.

— Вот. Это всё, что у меня есть. Тебе нужно заклеить раны.

Лев сжал пластыри в кулаке.

— Спасибо, Люси.

Они разошлись в разные стороны. Люси бросила на него обеспокоенный взгляд, но не стала останавливать. Лев пошёл дальше. Он прижимал руку к лицу, закрывая царапины от случайных взглядов. Смотрел в пол и думал о Люси. О том, как в её глазах блеснули слёзы. Как она искала пластыри, не задавая лишних вопросов. «Если бы она знала, что я чувствую на самом деле…» — пронеслось в голове, но он оборвал мысль. Не сейчас.

Лев свернул в боковой коридор. В этот момент он столкнулся с кем-то. Асами шла, уткнувшись в телефон. Чёрная шляпа, скруглённые очки в чёрной оправе, длинная фиолетовая юбка в пол в складку и шаль-накидка сиреневого оттенка. Сумка через плечо подходила по цвету к её волнистым мятным волосам. Вся она была какая-то уютная. Они столкнулись. Лев машинально схватился за нос, Асами — за свои очки.

— Ой! — воскликнула она.

Лев тут же взял её за плечи, чтобы она не упала.

— Всё в порядке? Прошу прощения, что задел.

Асами поправила очки, поднесла их к глазам — левая линза треснула, разбежавшись паутинкой. Лев заметил и слегка помрачнел.

— Твои очки… Прости. У тебя, наверное, плохое зрение, теперь ты будешь плохо видеть без них.

— Ничего, — Асами улыбнулась, снимая очки. — Это очки без диоптрий. У меня всё хорошо со зрением, это просто для стиля.

— Тогда ладно, — Лев выдохнул с облегчением.

— Ой, у тебя лицо в свежих царапинах, — Асами быстро расстегнула свою сумку и достала небольшую, но плотно набитую аптечку: ватные диски, пузырёк перекиси, бинт, пластыри, даже маленькие ножницы. — У меня с собой целая аптечка. Сейчас я дам тебе ватный диск и перекись. Мы же одногруппники? Я — Асами, а ты?

— Лев, — коротко ответил он.

— Вау, какое у тебя мужественное имя, — Асами улыбнулась шире. — Лев. Звучит круто. — она огляделась. — Здесь неудобно обрабатывать. Пойдём, я знаю одно место. Там тихо, никто не ходит.

Асами повела Льва вглубь корпуса к боковой лестнице. Ступеньки были каменные, прохладные. Сверху падал свет из окна.

— Садись, — сказала Асами, указав на ступеньку.

Лев сел. Асами присела рядом, положив аптечку на колени.

— Давай помогу, — предложила она.

— Не надо, я сам, — ответил Лев, но в голосе не было грубости.

Он взял ватный диск, смоченный перекисью, и начал осторожно обрабатывать царапины. Асами смотрела на него с любопытством, не мешая.

— Ты всегда такой серьёзный? — спросила она.

— Обычно, — ответил Лев.

—Хорошо. Серьёзные люди редко попадают в глупые ситуации.

Лев промолчал, не зная, что сказать. Он вообще не привык к таким разговорам. Обработав раны, Лев достал пластыри Люси, и аккуратно наклеил их на царапины. Асами смотрела на него с улыбкой.

— Неплохо, — одобрила Асами. — Профессионально.

— Спасибо за помощь, — сказал Лев.

— Не за что. Мы же одногруппники. Надо держаться вместе.

— Ты всегда носишь с собой аптечку? — спросил Лев.

— Мама медсестра, приучила, — ответила Асами.

Он посмотрел на неё и задумался: «Люси просто всунула в руку пластыри и ушла, а эта —взяла и помогла. Интересно. Но у меня есть Люси. Это просто вежливость». Они сидели на лестнице несколько минут в тишине. Лев смотрел в пол, задумчивый, немного грустный.

Снизу по лестнице поднимался парень: рыжие волосы почти до плеч, чёлка на глазах, жёлто-зелёные глаза с хитринкой. Небесно-голубая ветровка, серые джинсы, белые кроссовки, за спиной — синий рюкзак. Он услышал знакомый голос, записанный на телефон в туалете, и замедлил шаг. «Лев, кажется», — подумал парень. Голос доносился сверху. Он улыбнулся и продолжил подниматься, неспешно.

— Лев, значит, — тихо произнёс парень. — Познакомимся.

Он убрал телефон и пошёл дальше. Парень поднялся на пролёт, где сидели Лев и Асами. Остановился в двух шагах от них и улыбнулся — не нахально, скорее дружелюбно, с лёгкой долей любопытства.