Палладиум – 1. Вальхалла

Поглядев на то, как разворачивают производство новоявленные металлурги-литейщики, я распорядился выделить для будущей химической лаборатории отдельную постройку с собственной печью. Похоже, нормального химика у нас так и не будет. Придётся кому-то осваивать эту профессию. В принципе, сгодится любой, кто разбирается в этом чуть больше школьного курса.

Перед сном осталось распределить нежданно привалившие с Гоши средства. Решив особо не мудрить и продолжать изначально выбранную линию, я поднял Реакцию сразу до четвёртого ранга, поскольку надоело ждать, пока она сама прокачается. И на последние ЕР завтра повышу спасшую меня Интуицию — надеюсь, теперь меня ещё сложнее будет застать врасплох и убить. А то вчерашнее покушение сильно подорвало мою былую уверенность в собственном превосходстве.

Глава 17 День выборов

На следующий день к нам присоединился химик. Честно говоря, я и не надеялся на такую удачу. И уже прикидывал, каким образом мы начнём прокачивать столь необходимый нашему посёлку навык.

Но непримечательный с виду парень, представившийся просто Лёхой, сделал лишними эти планы. На собеседовании выяснилось, что он работал химиком-технологом на предприятии по производству пластмасс. Сделав стойку при слове «химик», я стал допытывать подробности. Оказалось, помимо полноценного химического образования, у него было достаточно практического опыта, причём не только с пластмассами. Кроме того, Лёха проводил и обучающие занятия с детьми.

— То есть изготовить всякую полезную в домашнем хозяйстве химию для тебя не проблема? — подвёл я его к интересующей меня теме. — В том числе порох и взрывчатку?

— Зависит от того, что здесь есть, — пожал он плечами. — Из воды и песка, конечно, мало чего смогу сделать. Нужны исходные вещества.

— С этим сложно, — вздохнул я. — Придётся тебе самому всё искать и добывать. В горах мы тут много какие минералы нашли, но никто из нас не знает, что это такое.

— Я тоже не геолог. На внешний вид далеко не всё сумею отличить, но… — он задумался, — если сделать паяльную трубку для экспресс-анализа и с ней пойти в экспедицию, то можно многое определить.

— Для этого не обязательно в горы идти, — успокоил его я. — Мы успели натаскать прилично всяческих образцов. Так что готовься опыты с ними прямо здесь проводить.

Я выделил ему в полное распоряжение достраивающуюся химическую лабораторию, в которой уже стояла печь с горном. И дал Лёхе зелёный свет на подбор помощников, плюс приоритетное право для заказа любых необходимых ему инструментов в кузнице и у металлургов-стеклодувов.

Наша учительница всё-таки придумала способ прокачки следующего ранга Памяти. Она составила какие-то хитрые карточки с текстом, которые надо было прочитать, а затем максимально быстро найти нужную — по ключевым словам или предложениям. Суть заключалась в том, чтобы использование ассоциаций выходило эффективнее, чем копание в идеально записанном видео. В итоге я сегодня сумел поднять эту способность до второго ранга.

Ближе к вечеру, когда Лёха закончил предварительные эксперименты, я пригласил его на «малый совет» — обычное наше сборище лиц, принимающих решения. Состоящее из меня, старлея, бригадира, Ани и Арчи.

— Давай, рассказывай, какие у нас перспективы, — я сразу предоставил слово химику.

— Судя по тем минералам, которые я сегодня осмотрел, горы здесь довольно странные, — начал он. — Как будто там просто без разбора насыпали в кучу всё подряд. То есть ни о каком естественном процессе, типа вулканической или осадочной деятельности, речи даже не идёт.

— Неудивительно, — вставил слово Арчи. — С учётом того, что станция создана искусственно. Понятно, и горы такие же. Вполне возможно, их специально набросали, чтобы жители добывали там всё необходимое. Так что насчёт наших камней? Куда-нибудь они пригодятся?

— Сначала по металлам, — невозмутимо продолжил Лёха. — С ними всё относительно неплохо. Про железо, медь, свинец вы и так знаете. Есть цинк, в виде сульфида. В принципе, чистый металл извлечь можно, хотя и довольно экзотичным способом. Пойдёт для изготовления латуни или для всяких электрохимических затей. Ещё я обнаружил оловянную руду. Само олово просто восстанавливается углём до чистого металла. И, таким образом, мы сумеем выплавлять бронзу.

Вот это подарок! Закрытие вопроса с бронзой не только даёт нам возможность в будущем делать пушки, но и прямо сейчас решает проблему с отсутствием железных наконечником. Если ковка каждого острия для болта занимает кучу времени, то отливать их можно целыми партиями — хоть по сто штук за один приём.

— Ещё есть хром, марганец и кобальт. Всё пригодится для легирования стали. К сожалению, по-настоящему ценных металлов пока обнаружить не удалось. Я имею в виду платину и ванадий.

— Катализаторы? — уточнил я.

— Да, — грустно подтвердил Лёха. — Вся современная эффективная химическая промышленность базируется на каталитических реакциях. Плюс температура и давление. Но без катализатора всё бесполезно. Придётся кислоты делать дедовскими способами, в стиле Роджера Бэкона1[15].

— Зачем нам кислоты? — удивился Саня. — Насколько помню, для пороха требуются всего три ингредиента: сера, селитра и уголь.

— Так селитры как раз и нет, бро, — снисходительно сообщил Арчи. — Вот для её производства и нужна азотная кислота.

— Верно, — произнёс Лёха. — Но не только для этого. Вообще, серная и азотная кислоты — это основа химии. С ними можно творить всё что угодно. Ну, почти. И нет надобности смешивать чёрный порох, проще синтезировать пироксилин и любую взрывчатку.

— Во, это дело! — обрадовался старлей. — Тротил или гексоген бы нам не помешал.

— Без проблем, — серьёзно кивнул химик. — Как только налажу производство этих двух кислот.

— И что для этого надо? — поторопил его Саня.

— Для серной кислоты достаточно сульфид железа. Он же железный колчедан, он же пирит. Есть в наличии, и довольно много, насколько я понял. Дальше дело техники. А вот с азотной кислотой всё очень непросто. Для её производства требуется селитра.

— Подожди, что-то я не понял, — почесал затылок Саня. — Та самая селитра, что у нас отсутствует? И для изготовления которой нужна азотная кислота?

— Ага, — усмехнулся Лёха. — В этом и засада. Ведь нормальный современный способ нам недоступен. Он предполагает создание азотной кислоты окислением аммиака на платиновом катализаторе. А сам аммиак синтезируют процессом Габера из азота и водорода при бешеном давлении и тоже с катализатором.

— Так и чего делать? — разочарованно протянул старлей, уже раскатавший губу на тротил.

— Что делать? Снимать штаны и бегать, — кисло ответил химик. — Будем селитру в компостных кучах выращивать, как при царе Горохе. Поливаешь кучу мочой, бактерии потихоньку её перерабатывают. Только процесс этот очень небыстрый.

— Насколько небыстрый? — насторожился я.

— Понятия не имею, — пожал плечами Лёха. — Я химик, а не микробиолог.

— Зато я знаю, — с довольным видом заявил Арчи. — У меня в коллекции книг как раз было описание различных способов получения селитры. И я их все прекрасно помню. В обычных европейских селитряницах процесс шёл два года.

— Сколько?! — вытаращил глаза Саня.

— Это в умеренном климате, с учётом зимы. У нас всё будет в разы быстрее, — поспешил успокоить его Арчи. — Но главное не в этом. Есть способы ускорить процесс, да и вообще сильно упростить. Дело в том, что во времена использования этих ям никто толком не понимал, что там внутри происходит. Позже выяснили все шаги, но это уже оказалось никому не нужно, поскольку открыли залежи чилийской селитры, а затем и вовсе научились синтезировать всё искусственно, без помощи бактерий.

— И чем нам это поможет? — недоверчиво поинтересовался Саня.

— Так как мы точно знаем весь процесс нитрификации, то сможем убрать лишнее. В компостной куче вначале происходят процессы разложения с выделением аммиака. Из него нитритные бактерии вырабатывают азотную кислоту. Эта кислота взаимодействует с известняком, что даёт на выходе нитрат кальция. Добавка древесной золы с водой позволяет получить раствор нитрата калия — нашей селитры. И есть более простые и быстрые методы, безо всякого гниющего навоза и компоста. Хватит ямы с песком и мочевиной: для бактерий этого вполне достаточно.

— Что ж, неплохо, — задумался Лёха. — Надо модифицировать туалет для сбора стратегического сырья. Поставить трубы, чтобы оно сразу стекало куда надо. И пускай природа работает на нас. Но всё равно это займёт какое-то время. Пока подберём оптимальный режим, пока там что-то синтезируется. Не два года, конечно, но и не меньше месяца.

— А почему нельзя эту селитру поискать в горах? — не унимался нетерпеливый старлей. — Быть может, её там целые залежи? Как в Чили или где там ещё.

— Можно, конечно, — не стал спорить Лёха. — Я всё равно планирую туда сходить. Но на селитру не стоит рассчитывать. На Земле она ведь биологического происхождения: птички тысячи лет гадили в одном месте, потом их гуано ещё дольше разлагалось. Здесь же всё это откуда возьмётся? Разве что создатели подкинут.

— На Венере птицы, само собой, не гадили, — протянул Арчи. — Зато там была очень агрессивная атмосфера, и теоретически селитра могла образоваться естественным путём.

— Ладно, мы проверим эту гипотезу, но пока исходим из худшего варианта, — заключил я.

— В принципе, после синтеза серной кислоты, я могу из неё и обычной соли получить хлороводород, а затем бертолетову соль, — поколебавшись, добавил химик. — Я планировал использовать это вещество для изготовления капсюлей. Но если очень надо, то из него можно сделать хлоратный порох.

— Это же замечательно! — вновь было обрадовался Саня, но сразу же подозрительно прищурился, уже наученный опытом общения с Лёхой. — И в чём подвох?

— Хлоратный порох не сильно подходит для стрельбы, — пояснил химик. — Он очень чувствителен к давлению и сгорает слишком быстро. То есть для капсюлей идеально, для взрывчатки более-менее. А ствол оружия он просто разорвёт с большой вероятностью.

— Бризантность высокая, так бы сразу и сказал, — расстроился старлей.

— Ну, не такая высокая, как в динамите, — возразил Лёха. — Но всё равно, не хотелось бы его использовать в оружии без острой необходимости.

— Хорошо, оставим эту идею на крайний случай, — решил я. — Пока идём по основному варианту, с азотной кислотой. А кроме взрывчатых веществ, что ещё сможешь полезного нахимичить?

— Да всё, что угодно! — самоуверенно заявил Лёха. — Из сосен сухой перегонкой — древесный спирт, скипидар, дёготь, ацетон. Из золы получится карбоната калия, известный как поташ, который пригодится много где ещё. Могу сделать мыло, лак, всякие краски. Здесь есть гипс и известняк, они пойдут на цемент.

— Цемент — это хорошо! — радостно потёр руки Иван. — А то у нас со стройматериалами всё очень скудно.

— Подожди, откуда тут известняк взялся? — нахмурился Арчи. — Он же вроде биологического происхождения. Раковины моллюсков слежавшиеся или что-то в этом роде.

— Это всего лишь карбонат кальция, — объяснил химик. — Происхождения он может быть какого угодно. На Земле известняк и самом деле обычно формировался из отложений ракушек, которые со временем превратились в мел, мрамор и тому подобное. Но никто не мешает ему образовываться и химическим путём. Здесь он встречается в виде кристаллов шпата. Вообще, он пригодится для многих реакций. Так что надо будет организовать добычу и его тоже.

— Сделаем, — кивнул я. — Передадим шахтёрам образцы всего, чего требуется.

— Ещё я видел здесь много каучуконосных растений: фикус, хлебное дерево, — продолжил Лёха. — Могу сделать резину или латекс. Когда будет серная кислота, сумею изготовить сахарозу или глюкозу из целлюлозы. Кстати о целлюлозе, а почему вы производство бумаги не наладите?

— А что, можно было? — удивилась Аня.

— Это надо у Арчи спросить! — гневно уставился я на «выживальщика». — Он ведь у нас владеет бесценными знаниями.

— Я не всё читал, сразу же предупредил! — отчаянно запротестовал Арчи. — Про бумагу я знаю столько же, сколько и все остальные. Что как-то надо размалывать древесину, затем варить и прессовать её. И всё!

— Так больше ничего и не надо, — ухмыльнулся Лёха. — Если от бумаги не требуется прочность и белый цвет, этого вполне достаточно.

Я поставил себе в планы организовать производство бумаги.

— По вашей «эпоксидке» что хочу сказать, — добавил химик. — Очень интересное вещество. После первого нагревания оно превращается в какой-то термопластик, похожий на поликарбонат, только смешанный с чем-то ещё. Думаю, при необходимости сумею его очистить до полностью прозрачного вида.

Воображение тут же подсказало мне варианты использования прозрачного поликарбоната для изготовления щитов и шлемов. Стоп, если это просто пластик, то мы сильно недооценили «эпоксидку», применяя её лишь в качестве клея. Из неё же можно делать всё, что угодно!

— Со стеклодувами, которые одновременно металлурги, я уже договорился, — продолжал Лёха. — Завтра они начнут получать олово по моей схеме. И можно будет отливать бронзовые вещи. Я им заказал всякое добро для моей лаборатории. Показал, как делать формы из гипса. Его, кстати, тоже много понадобится. Ещё подкинул им рецепты добавок для производства различных сортов стекла, в том числе химического.

— Итак, план таков, — подвёл я итоги. — Завтра же передаём шахтёрам список всего необходимого: шпат, гипс, железный колчедан, оловянная руда, медь и далее по списку. Лёха организует свою лабораторию и чего-нибудь там синтезирует, чтобы получить навык…

— Уже получил сегодня, пока проводил анализ минералов, — перебил меня химик.

— Тем лучше, значит, добьёшься того же от своего помощника. Начнёшь производство серной кислоты. Запустишь биореактор для выращивания селитры или на чём вы там остановились. После этого снаряжаем ещё одну экспедицию в горы под твоим руководством. Возьмёшь инструменты и наших разведчиков с Арчи. Он чует запах за километр и отыщет залежи любого показанного ему вещества.

— Полезная способность, — позавидовал Лёха. — И где такую выдают?

— Увы, где взяли, там уже нет, — в данный момент некогда было распространяться про детали приобретения нами редких способностей. — Речь сейчас не об этом. Вполне вероятно, у нас осталось спокойной жизни не больше двух недель. И за это время надо успеть натащить сюда максимум всего полезного.

Мы закончили обсуждение, и Лёха отправился обустраивать свою лабораторию.

Судя по всему, сегодня пришли последние люди — нас теперь ровно 100 человек. Я думал, что из обещанной сотни вычтут всех убитых, но нет. Вместо этого смерть мужчин, по-видимому, сместила баланс в женскую сторону: получилось 47 парней и 53 девушки.

Судя по рассказам прибывших, никто, кроме меня и Сани, больше не пострадал от нападения хищников. Либо мы успели всех их распугать за эти дни, либо пострадавшие не сумели добраться до посёлка и сообщить об этом.

И мы так и не поняли, каким образом появляются новые люди. Даже если нас на самом деле создают в неких репликаторах, то как спящие тела перемещают в случайные точки кластера? Дронами, телепортацией? Никто ничего не видел, в том числе и рейнджеры, часто ночевавшие вне посёлка.

Как бы то ни было, обещанные сто человек в сборе, и завтра день выборов меня в качестве их главы. Интересно, как я должен закрыть этот квест? По-видимому, всё-таки придётся устроить голосование.

Наутро от предстоящего завершения задания меня отвлекли сразу три сообщения о прокачке способностей: Энергоядро, Биолокация и Регенерация повысились до третьего ранга. А на тренировке поднялся ещё и Навигатор до четвёрки, снова за счёт обучения новичков этому навыку.

Затем ко мне заявились трое парней под предводительством токаря Степана. Из его сумбурного рассказа я понял, что всё началось с Зины. Получив первую экспериментальную медную сковородку, она моментально запросила мясорубку. Озадаченно почесав голову, главный «металлург» Данила обратился к мужикам в поисках того, кто сумеет помочь в отливке деталей такого устройства.

Бывший токарь сразу же осознал все перспективы бронзовой металлургии, переговорил с парой рукастых приятелей и кинулся ко мне. Идея Степана заключалась в следующем — надо сперва нарисовать чертёж какого-нибудь механизма, а потом вырезать его детали из мягкого дерева. Эти детали заливаются гипсом, вынимаются, и получаются готовые формы, которые в дальнейшем используются для литья из бронзы. Таким образом можно создать почти любое устройство.

— Мясорубка ерунда! — напористо убеждал меня Степан. — Пять частей всего. Пусть семь, если с решёткой и ножом. Мы ведь так сумеем сделать любой станок! Токарный, сверлильный, фрезерный, шлифовальный, прокатный! Тиски, плоскогубцы, пресс, да что угодно! Можно отливать шестерёнки, валы и любые другие детали.

— И как эти станки будут работать? — скептически спросил я. — Двигателей-то у нас нет.

— А как сейчас меха в кузнице работают без двигателя? — резонно возразил токарь. — Ручной привод или лучше ножной.

— Предположим, а что насчёт точности? — мне по-прежнему не слишком верилось в подобную идею. — Там же зазоры будут в палец.

— Не, допуски при отливке совсем не такие страшные. Обработаем напильником. А когда будет токарный станок, то на нём сможем подогнать любую деталь до нужной точности. Особенно, если изготовим штангенциркуль для измерения диаметров.

— Ладно, но вращение без подшипников — это же сплошное страдание, — не до конца убеждённо произнёс я. — Трение сожрёт всю энергию.

— Смажем жиром. Та же ручная мясорубка безо всяких подшипников всю жизнь работала. И никто не жаловался. Тем более у бронзы коэффициент трения довольно низкий. Да и подшипники изготовить не проблема. Правда, только роликовые. Шарики я без понятия, как делать.

— А что с резьбой? — мне показалось, я нашёл слабое место в их плане. — Любой крепёж ведь на резьбе обычно. Да в той же мясорубке резьба и спереди, и сзади. Тоже напильником собираетесь её вытачивать?

— Очень легко, — усмехнулся Степан. — Шеф, ты не поверишь, но на токарном станке можно и резьбу делать. Достаточно лишь стального закалённого резца. Он будет резать медь и бронзу как масло. А в первое время вообще необязательно детали на резьбу садить. Да, это удобно, но зачастую хватит шпильки или заклёпки.

Хм, а ведь это почти то, о чём я мечтал, когда составлял свои грандиозные планы. Настоящая промышленность откроет перед нами совсем иные перспективы. По сути, переведёт нас в высшую лигу и позволит совершить резкий рывок в развитии. И мы получим несопоставимые с прежними возможности наращивать свой военный потенциал.

Как там было в «Унесённых ветром», когда один из персонажей понял, что южные штаты никогда не смогут победить северян?

«У них заводы, фабрики, верфи, рудники и угольные копи. А у нас только хлопок, рабы и спесь…»

Лучше уж быть развитыми «северянами», чем отсталыми «южанами».

— Убедил. Тогда так, — решил я. — Ты назначаешься страшим группы, ответственной за станки и прочие механизмы. Набирай себе помощников сколько надо. Вижу, двоих уже нашёл, хорошо. Лучше ещё и девушек-мастериц привлечь к работе. Сперва делаете чертежи, макеты, формы. К Даниле приходите с готовыми гипсовыми формами и сразу заказывайте отливки большими партиями.

— Что делать в первую очередь? — деловито приосанился Степан. — Станки?

— Да, — подтвердил я. — Производство средств производства. Сначала полный набор станков и инструментов, а только потом уже всякие мясорубки.

Я отправился к столь внезапно загруженным сверх меры «металлургам» и помог им определить приоритеты в работе. Вначале стеклянное и медное оборудование для химика. После этого — бронзовые наконечники для болтов и копий по образцам, выкованным ранее кузнецом. Дальше уже можно принимать заказы от группы станочников. Всякие ложки-сковородки уходят в конец очереди.

— Понятно, — Данила обречённо махнул рукой. — Мы сейчас пока ещё олово восстанавливаем из руды. Хотели ещё цинк для латуни получить, но там какая-то совсем жуткая установка требуется.

Выяснилось, что «экзотический способ» получения цинка, о котором вчера вскользь упомянул Лёха, подразумевал улавливание паров металла! Поистине адская установка представляла собой фактически перегонный аппарат, но для цинка. А я даже не подозревал, что его можно так легко перевести в газообразное состояние. Как-то это нехарактерно для металлов.

— Тогда забудьте временно про латунь, — успокоил я Данилу. — Занимайтесь делами по плану.

Ильдара я обрадовал тем, что снял с него заботу о наконечниках, так что ему остались лишь стальные арбалетные дуги. Зато много. Одну из них он уже успел выковать и теперь вручил мне. Я сразу же отнёс её в мастерскую, чтобы ей там заменили прежнюю, составную дугу. Испытания показали пригодность новой конструкции. Отлично, будем постепенно модернизировать все арбалеты.

Во время обеда неожиданно выскочило системное сообщение:

Создание клана

Присоединяйтесь к новому клану, формируемому в текущем кластере. Для создания клана требуется согласие не менее трёх человек.

Внимание! Наличие клана в кластере требуется для работы кластерного терминала.

Внимание! Членство в клане требуется для дальнейшего получения заданий от системы.

Желаете присоединиться к новому клану?

ДА? НЕТ?

До окончания выбора осталось 60 секунд.

Да неужели?! Впервые вижу, чтобы система предложила возможность отказаться! Правда, с такими предупреждениями, что мало кто на это решится. По застывшему виду окружающих видно — сообщение пришло не только мне одному. Хм, а если кто-то затупит или всё же откажется?

— Эй, народ! Не тормозим, присоединяемся к клану! — изо всех сил крикнул я, надеясь, что все услышат.

Хотя есть ведь ещё рейнджеры и шахтёры, которые далеко отсюда. Ладно, потом разберёмся. Время-то меняется, осталось уже 45 секунд.

ДА.

Поздравляем! Теперь вы член базового клана в кластере К-205-471.

И что, на этом всё?! Но спустя полминуты появилось продолжение:

Выборы главы клана: Этап 1

Внимание! Клан без избранного главы будет распущен.

Желаете зарегистрировать свою кандидатуру на должность главы клана?

ДА? НЕТ?

До окончания выбора осталось 60 секунд.

ДА.

Получается, любой может участвовать? А на втором этапе, наверное, будет голосование. Жаль, дурак Гоша не дожил до этих демократических выборов: сейчас был бы доволен. Но что-то жёстко здесь прессуют по времени. Похоже, система не любит, когда слишком долго думают.

— Саня! Иван! Аня! — вновь крикнул я и помахал, привлекая внимание перечисленных. — Нажимайте ДА.

И поймав недоуменный взгляд Ани, сидящей рядом, добавил:

— Так надо, потом объясню.

Во-первых, всё должно быть по-честному. А во-вторых, мало ли что система выкинет, если обнаружит только одного кандидата. Пропустит второй этап и автоматом меня признает главой? Или заглючит и отменит выборы? Что-то не хочется проверять. Тем более с подобными угрозами про роспуск клана. Пускай лучше идёт, как должно.

Хотя смешно будет, если в результате выберут не меня. Эх, надо было утром провести обычное голосование, как я и планировал!

Выборы главы клана: Этап 2

Проголосуйте за любого из кандидатов на должность главы клана.

1. Влад Кузнецов

2. Александр Михайлов

3. Анна Логунова

До окончания выбора осталось 300 секунд.

И фотографии напротив каждого, чтоб никто не ошибся. Какой-то у меня здесь недобрый взгляд. Правда, у Сани морда не лучше. Одна Аня симпатично выглядит. А Иван, видимо, успел отказаться.

Вариант 1.

Через несколько минут выпрыгнуло новое сообщение:

Поздравляем! Вы избраны главой клана. Доступ к расширенному интерфейсу открыт. Не забудьте назначить двух заместителей.

А где процент проголосовавших за меня? Вообще никакой информации. С другой стороны, меньше знаешь — крепче спишь.

Выполнено задание: Создать и возглавить клан.

Получена награда: 1000 ЕР. Баланс 1000 ЕР.

Выберите дополнительную награду: способность или задание (редкое).

Ну да, никто и не сомневался, что будет какой-то подвох. Только я избавился от одного задания, как мне вновь подсовывают другое! Ведь я буду очень сожалеть, если откажусь от «редкого» задания в пользу обычной способности. За такое задание награда ведь тоже будет «редкая», наподобие моей Биолокации или усиленного нюха Арчи.

Вариант Б.

Задание (редкое): Увеличить клан. Награда: ЕР, Предмет (редкий). Срок: 90 дней.