Зов Эттерны

На что он лишь весело засмеялся!

— Не плачь, Неда, не надо! Не печаль старика! Ты знаешь, я не болен, ты ведь поняла меня. — Он чуточку грустно улыбнулся. — Мне так больно, когда я понимаю, на что обрёк свой народ… И пока жива Госпожа, ничего уже не сделаешь… Неда, ты должна беречь наш народ и ваш дом, Эттерну… А теперь уходи! Здесь мир без магии, и портал в любую секунду закроется!

И, смотря в его светлые глаза, она сдалась. Казалось, они не просто разговаривали — говорили их сущности, что, впрочем, так и было.

Неда всегда следовала его приказам, и сейчас она его выполнит.

Она сделала странный жест рукой и с удивлением и грустью посмотрела на весело улыбнувшегося старика.

— Здесь нет магии! И ни ты, ни я не обладаем силой! Но и сама Госпожа здесь не может дотянуться до нас, и мы можем быть свободными от её воли! Для неё я всё равно что умер! Чему я очень рад! Это она — причина ваших поступков и желаний, она лишает воли! Беги, девочка! — он сказал это таким тоном, что Неда послушно развернулась и, размазывая слезы по щекам, побежала обратно к порталу.

Я лишь удивлённо смотрела ей вслед: никак не ожидала, что она, так рьяно и с такой мольбой уговаривавшая его вернуться, так легко послушается и уйдёт.

— И ты тоже! — строго сказал старик, смотря на меня.

Я попыталась спросить у него, как он меня видит, если даже Неда не заметила, но ни звука не слетело с губ.

— Я не могу тебя слышать, но прекрасно вижу. Ты та самая девушка, что налетела на меня, не дав убить ребёнка. Прости, что из-за меня ты так изменилась… но я благодарен тебе и той девушке. Вы даже не представляете, как помогли мне тогда: вы спасли меня, не дав вернуться на Эттерну, и подарили долгую счастливую жизнь, пусть я далеко не сразу это понял. И запомни: время здесь и там очень отличается. Когда мы с вами первый раз увиделись, это было спустя год моей жизни на Земле. Лишив меня Айза, вы отобрали у меня последний шанс вернуться, чему я несказанно рад. Но, смотря сейчас на совсем не изменившуюся Неду, я понял, что здесь время течёт гораздо быстрее: с последней нашей встречи прошло уже сто лет.

Я удивлённо на него посмотрела.

— Да, не удивляйся, мне очень много лет. Так долго я прожил только из-за того, что я магическое существо. И боюсь, что никого уже не осталось в живых из твоих родных и близких… — с сочувствием глядя на меня, произнёс он.

На что я грустно улыбнулась, а он с пониманием посмотрел на меня.

— Возвращайся, здесь ты просто растворишься: слишком уж твоя душа пропиталась силой Создателя. — Он покачал головой. — Там у тебя есть шанс на перерождение, Эттерна также приняла тебя, девочка. Быстрее в портал!

Я оглянулась: Неда со слезами смотрела на старика. Он лишь кивнул и, улыбнувшись, сделал понятный жест ладонью. Неда повторила его и развернулась, делая шаг в портал. Последний раз глянув на старика, я просто помахала ему, как старому другу.

— Помнишь того ребёнка, что вы спасли? — спросил он.

Я с жадностью уставилась на него.

— Это была бездомная девочка-сирота, которая выросла в прекрасную девушку и мою дорогую, любимую супругу! С помощью своей сущности я долго продлевал ей жизнь, и, поверь, это были мои самые счастливые годы. А теперь спеши!

Кивнув, я мигом проскользнула в закрывающийся портал. У меня голова шла кругом от всего увиденного! Грустно, но даже поскорбеть мне не по кому: я не помню родных, этот портал отнял их у меня! И, смотря на Землю, я чувствовала, что уже чужая здесь. Как будто просто гость… Я плакала наравне с Недой. Как бы там ни было, но мне было её жаль, я её понимала. Она очень любила Адена, последовала за ним, но даже тогда он преследовал свои цели и любил Госпожу. И вот теперь, когда он был так близко — и в то же время уже очень далеко…

Но все переживания и мысли отступили на второй план, потому как портал начал бушевать! Так же, как и тогда! Зелёное пламя жадно поглотило Неду, но тут же пропало из-за появившегося вокруг неё щита, за который я тоже спряталась. Но и его пламя начало жадно поглощать.

Неда ускорила шаг, оставалось совсем немного, когда пропал щит и пламя ринулось к нам. Лицо Неды исказила судорога боли. Я испугалась и с удивлением увидела, как невидимая для Неды нить пронзила её висок.

И я знала, что она сделает! Разозлившись, я схватилась за нить и вырвала её. Она легко поддалась, я резко потянула и чуть было не отпустила от испуга: я зажимала в руке прозрачного, чуть светящегося осьминога, который так и норовил вывернуться. На конце у него было множество длинных усиков, шевелившихся, словно от ветра. И эта тварь забрала память Данны и мою?!

Схватив существо обеими руками, я попыталась разорвать его, раздавить! Огонь взбесился и закричал! В этом шуме отчётливо слышалось ритмичное, отчаянное:

«Отпусти! Отпусти! Моё дитя! Отпусти!»

«Верни мои воспоминания, или я разорву её на мелкие части! Мои и девушки, что была тогда со мной! Всё до последнего! Всё, что забрала!»

«Нет! Закон! Не могу! Вы иные! Опасны!»

«Ну, как знаешь!» — и я с наслаждением оторвала один из усиков.

Пламя закричало, оглушая Неду. Ей оставался ещё шаг.

«Учти, эту тварь я заберу на Эттерну! Интересно, она там выживет?»

«Нет! Не надо! Воспоминания! Да! Да! Забирай!»

И предо мной появились два сияющих шарика, очень похожих на души. Я сжала их в ладони.

«Ей тоже! Всё! Немедленно!»

«Да! Отпусти! Отпусти! Отпусти!»

Небольшая искорка влетела в висок Неды и исчезла в нём.

Неда сделала последний шаг. Я, сильно сжав ладонь, в которой билось два маленьких светлых сгустка, последовала за ней, лишь перед самым выходом отпустив странное полупрозрачное существо, вытащенное из виска Неды. Как бы там ни было, память и опыт решают, кто мы в этом мире, и забрать хоть что-то — значит забрать частичку жизни и души. Даже Неда такого не заслуживает.

Странно: она даже не заметила того, что происходило, абсолютно ничего, а ведь я всё время была рядом.

Выйдя из телепорта, мы застали ту же картину. Только вот Нидейс без сознания лежала на земле. На неё даже никто не обращал внимания, так как десятка балахонников едва справлялась с дестабилизировавшимся телепортом. Как только Неда появилась и скомандовала закрывать, все с немым вопросом на неё посмотрели. Не выдержал только Рохан:

— Где Аден? — с тревогой спросил он.

— Он не захотел возвращаться… — честно ответила она.

Телепорт тут же закрылся. В зелёном пламени мне привиделось странное: то необычное создание обнимало такое же, но гораздо побольше. И едва на грани слышимости пронеслось радостное: «Живой!».

Как много я, оказывается, ещё не знаю об этом мире!

Разжав ладонь, я с удивлением наблюдала, как один из шариков впитался в мою ладонь, второй же продолжал слабо сиять. Испугавшись, что с ним может что-то случиться, я подлетела к Нидейс и замерла.

Единственным моим обещанием в этом мире было обещание защищать Данну, вернуть ей память и вернуться вместе домой. Думаю, с защитой девушки прекрасно справится её любимый. Возвращаться в родной мир, когда уже крепко врос в новый мир Эттерны, ставший домом, просто глупо. Но вот вернуть своего старого друга, которого я тогда потеряла в нестабильном телепорте, я обязана.

Узнав, какой она сейчас стала, я засомневалась: а стоит ли? Нужно ли это ей самой? Теперь у неё совершенно другая жизнь, к которой она привыкла, — жизнь, что изменила её саму. Не будет ли это эгоистично с моей стороны? Вдруг там её кто-то ждёт? Не сделаю ли я только хуже? Ведь неспроста говорят, что незнание иногда лишь во благо… Но, вспомнив, какой стала эта девушка — глупой, высокомерной, горделивой и пустой, — я всё-таки разжала кулак.

Увеличившись, сияющий шарик легко слился с головой Нидейс. Может, я и пожалею об этом, но Данна — та, какой я её помнила, — имеет право на жизнь. И я обещала. Я сдержала своё слово. Даже умерла ради того, чтобы она жила, несмотря на всё то, что она сделала.

Мой висок пронзило болью, и я, не удержавшись в сознании, полетела во тьму.

Но это поначалу так показалось. Во тьме был свет, к которому меня притянуло. Светом было огромное зеркало. Заглянув в него, я с удивлением смотрела на такое родное лицо девушки. Она была очень важна для меня, она так приятно пахла, её голос…

— Мама! — прошептала я.

Такой была моя мама! Я смотрела на мелькающие картинки и безмолвно плакала, но уже от счастья.

— Моё имя… Я вспомнила моё имя! Вероника! Меня зовут Вероника!

Я жадно рассматривала черты отца и старшего брата. У меня, оказывается, был брат! Небольшая квартира, родственники, праздники, простые будни… Я уже не просто смотрела на это в зеркале — я проживала свою жизнь заново. Всё сложилось как пазл: те воспоминания, что я сохранила, и те, которые вернула. Я заново переживала всё: счастье от вновь обретённой семьи и горе потери, когда они погибли в аварии… Мне тогда было шестнадцать, из-за экзаменов я не поехала с ними на море. Они не вернулись — автокатастрофа.

Только Данна тогда мне помогла это пережить. Этого воспоминания у меня почему-то не было. Важная часть меня самой вернулась, заполняя пустоту, к которой я уже привыкла. Я изменилась: те воспоминания меня дополнили и преобразили. Невероятное чувство единства заполнило теперь уже полноценную душу.

Спросите ли вы, может ли душа плакать? Несомненно! Я плакала очень долго, пока ноющая рана в груди не затянулась. И я очнулась.

И с удивлением отметила, что меня несут. Ну, вернее, несут Нидейс, а я покоюсь на ней. Но шевелиться было лень, да и непонятно почему, но рядом с Нидейс мне было хорошо. Я прокручивала воспоминания и глупо улыбалась: пусть я их никогда больше не увижу, они всегда будут со мной! Умирать цельной легче, чем полной сожалений о вырванном или несбыточном.

Мне теперь есть что вспомнить. Теперь я совершенно по-другому смотрела по сторонам: словно изменившись сама, мир вокруг тоже изменился.

Нидейс прерывисто дышала — значит, жива и поправится. Звёздочка её защитит.

Но почему же я не исчезаю?

Глава 4

Глава 30. Наблюдатель, снова Тень?

Грустно просто наблюдать за событиями. Я могла мыслить, слышать, видеть, у меня были эмоции, но я могла только наблюдать — и на этом всё. Ни еда, ни сон мне не были нужны. Я не могла никак повлиять на разворачивающиеся события, но как хотелось! И это чувство просто ужасно! Снова просто Тень? Смотреть, всё осознавать и быть бессильной что-либо сделать!

Я наблюдала за тем, как Рафаэля, измученного пытками, заперли в темнице, как бесчувственную Нидейс мешком бросили на пол в точно такую же темницу, только этажом ниже.

Все мои попытки как-нибудь повлиять на физический мир проваливались. Я могла лишь свободно проходить сквозь стены и даже сквозь плетения и защиту, но при этом оставаться только сторонним наблюдателем…

Дей провалялась без сознания трое суток, и лишь тогда я по спокойному дыханию поняла, что глубокий обморок сменился сном. Раф пришел в себя на вторые сутки, но толком шевелиться не мог. Но я не могла не отметить, что его Айз постепенно излечивает его, что радовало.

Как я могла не догадаться, что Рафаэль — носитель Айза? Ну, впрочем, ничего удивительного: если Ас сам того не захочет, то узнать что-либо о носителе очень сложно. Я старалась припомнить все те события, что происходили в прошлом, ведь он же считался магом! Как так-то?!

Амулеты! Дошло-таки до меня. Точно так же, как я пользовалась амулетами в своем поместье, чтобы создавать небольшие поделки, так же Рафаэль, видимо, пользовался ими. Да и вторая ипостась Гроу чего только стоит! Это уже большой плюс к физическим показателям, сила Айза, пусть и не высшего, и, конечно же, амулеты, которые совершенно легко можно было активировать без помощи магии. Так что неудивительно, что проклятым пришлось постараться, чтобы пленить его.

Конечно же, я не удержалась от любопытства, чтобы рассмотреть Айз металла Рафаэля. Айз выглядел как небольшой серебристый ромб, будто расплавленный серебристый металл или ртуть, что бурлила и переливалась, — необычно и очень красиво. Пусть я видела его не особо четко, но все же оценить успела. Даже в пребывании призраком есть свои плюсы: часть моего особого зрения таки сохранилась. Так что я не останавливалась на достигнутом и изучала окрестности. Далеко от своего Айза я почему-то не хотела «залетать»: начинала плохо себя чувствовать, так что, осмотрев всё, я возвращалась к Нидейс как к самому приятному источнику тепла и «засыпала», если это можно было так назвать.

Неда заперлась в своей комнате и не выходила, ей было о чем подумать. Нет, она не плакала, не истерила, но была подавлена и задумчива. Да и все остальные проклятые тоже тенями передвигались по замку, негромко переговариваясь.

Наблюдая за ними, я поражалась, насколько это были безэмоциональные, холодные создания. Часть из них ходила в темных плащах, скрывая свой облик. Однажды я заглянула под капюшон и удивилась: там ничего, абсолютно ничего не было! Просто ходячая пустота! Те, что были без плащей, были разных рас: здесь были и рурки, и эльды, и драрки, и драконы… Их было не так много, но мне было невероятно жаль этих существ, потерявших себя и свою жизнь из-за вмешательства отступников.

Пару раз я наведалась к бывшему ректору, но он был молчалив и так же задумчив. Как странно: теперь, наблюдая за жестами, мимикой и даже речью, становилось понятно, что предо мной совершенно другое существо. В нем не осталось ничего от того ректора, которого я знала. И как я могла не догадаться? И не заметить? И когда именно они захватили моих друзей, не побоюсь этого слова? Вопросы без ответов. Лауриции и Шейрана не было в замке. Интересно, можно ли их спасти?

Эта минута затишья не могла длиться долго. Так и произошло… А дальше начался хаос.

Когда Неда все-таки закончила свои размышления, она вызвала к себе Рохана.

— Да, Повелительница? — он склонился в поклоне и задал, видимо, самый главный вопрос, который мучил всех в этом проклятом замке (про который я так и не поняла, где именно он находится): — Что будем делать дальше? — он с напряжением смотрел на замершую в кресле женщину, ожидая вердикта.

— Рохан, Аден… он очень изменился. Когда я пришла к нему, он выглядел как древний старик. Но не это меня поразило… — она совершенно не смотрела на замершего ректора, который ловил каждое слово. — Он отрекся от нашей цели и сказал, что… Он жалеет о своем выборе и проклинает нашу Госпожу. Там, в чужом мире, он нашел свое счастье и очень был рад, что избавился от ее власти.

— И что дальше? Как теперь быть нам? — когда затянулось молчание, не выдержал Рохан.

— Мы освободим Эттера. Не знаю, получится ли у нас, но, может, два Абсолюта помогут нам избавиться от власти Госпожи. В любом случае, два активных Абсолюта уже стабилизируют мироздание, тем самым давая нам шанс снизить влияние Госпожи на нас, — она помолчала, ректор же ловил каждое её слово. — Знаешь, так или иначе, я никогда не хотела ни власти, ни силы, я просто последовала за тем, кого любила. Это уже позже, когда погиб Аден, я пообещала себе, что исполню его желание, продолжу начатое. И побывав в том мире, без постоянного присутствия Пустоты, я вспомнила на миг, чего действительно хотела и чего лишилась. Аден отказался от своей цели, и у меня нет больше смысла продолжать наш план по освобождению Госпожи. Я не хочу быть ее рабой, Рохан, я хочу свободы… — она сказала это с такой тоской, что прониклась даже я.

Это её так посещение нашего мира изменило?! Я не могла не удивиться, а потом вспомнила, что проклятые обладают некой телепатической связью — может, разговор между сущностями Неды и Адена отличался от той части, что я могла услышать?

Если я так удивилась, то можете представить, как удивился ректор, который, судя по всему, её тайно любил и всегда был рядом с ней.

— Но остальные… — Рохан очень растерялся от увиденного. Перед ним сейчас сидела просто уставшая женщина, такой он её не знал.

— Им мы ничего не скажем, дабы не допустить раскола и войны внутри нас. Да и власть Пустоты очень сильна, она так легко не отпустит нас. Нам стоит быть чуть хитрее и заранее укрепить наши новые позиции. Ты со мной? Скажи, Рохан, чего на самом деле хочешь ты? Силы? Власти? Что обещала нам Госпожа? Знаешь, глядя на теперешнего Адена, я поняла, что мы просто пешки. Ты уверен, что когда мы освободим её, она дарует всё это нам? Да, я помню, как Аден говорил, что стоит нам получить силу, и мы справились бы с самой Пустотой, бросив ей вызов и взяв её под наш контроль, правя миром. Но сейчас я понимаю: она бы просто не дала нам такого шанса. И это были просто иллюзии, в которые хотел верить Аден… Так что ты скажешь, Рохан?

Впервые я смотрела на этого красивого мужчину и видела жизнь в его глазах. Сколько эмоций! Сколько в них было надежды…

— Неда… — сколько всего было в простом имени! — Я… Я пойду за тобой, даже если ты пойдешь против Госпожи. Ты только вспомни, я же тебя тогда предупреждал… Я ведь тогда говорил тебе всё это! — с жаром сказал он. — А наши жалкие остатки когда-то великого народа просто последовала за своим Повелителем. Они примут твое решение. Они любят тебя!

— Госпожу они любят больше… Даже сейчас, говоря тебе всё это, я чувствую её присутствие и её силу…

— Мы справимся! Неда… — Рохан подошел к женщине и, став на одно колено, поцеловал руку, на что Повелительница лишь грустно улыбнулась. Они смотрели друг другу в глаза: Неда — словно впервые что-то осознав, с удивлением и неким пониманием, а Рохан — просто любил её. Это было отчетливо видно в глазах, наполненных нежностью и восхищением.

Вот это да! Проклятые отступники могут испытывать такие эмоции?! Я ничего не понимаю! Как в этом подобии уже не души может быть такое сильное чувство?!

Неужели проклятые, лишенные души, могут так любить? Только теперь я смогла посмотреть на них иначе. Пусть отступники, пусть проклятые, пусть рядом с мрачным замком абсолютно пустая местность и никакой жизни (просто с таким скоплением пустоты не может быть ничего живого), пусть само их существование и причиняет жуткую боль мирозданию и самому миру, пусть у них нет души, а лишь её жалкая тень — пусть! Они могут любить, и это перевешивало всё! Да, я не воспылала к ним симпатией, я прекрасно помнила, что в темнице сейчас борются за свои жизни два дорогих мне существа, но и ненавидеть их я уже не могла. В таком состоянии я отчетливо понимаю, как важна сама жизнь во всех ее проявлениях.

И если это так, то Эттерна действительно может получить шанс на нормальное существование и развитие, а не на жалкое угасание во временном стазисе, который создал Творец, погрузив свои творения в частично настоящий, частично выдуманный сон наяву.

Но плохое самочувствие не заставило себя ждать, и я не стала наблюдать за дальнейшим разговором, отправившись, как мотылек на свет, к своему (пусть теперь лишь мысленно) Айзу.

*

Если честно, то я боялась, какой станет Нидейс, когда очнется. И с напряжением следила за ней. Не сделала ли я ошибку, вернув ей память?

Пока она была без сознания, ее мимика периодически менялась: то грусть, то яркая улыбка, то тихие, безмолвные слезы. Но когда она пришла в себя и, осмотревшись, узнала свою прошлую тюрьму, то никак не отреагировала. Только думала о чем-то, грустно улыбалась и плакала.

Когда же Неда к ней наведалась и объяснила, что теперь от нее требуется, та молча выслушала, впервые за долгое время не надевая маску высокомерной Нидейс Великолепной.

— Как он? — думаю, Неде не требовалось объяснение, о ком спрашивает девушка.

— Жив-здоров, и так будет оставаться, если ты поможешь нам в еще одном маленьком деле. И обещаю, что после вы будете абсолютно свободны, больше вашим жизням ничего не угрожает. Но есть условие: ты должна пробудить второй Абсолют, ты должна разбудить от вечного сна Эттера.

— Хорошо! Но после вы нас отпустите! — на что Неда только кивнула, соглашаясь.

Нидейс изменилась. Если раньше она бы истерила, перечила и паниковала, то сейчас передо мной была собранная, уверенная в себе девушка. Изменился не только взгляд — изменились осанка и даже манера речи. Больше не было капризной, горделивой Повелительницы, которая одним приказом могла лишить жизни. Заметив все это, мне стало гораздо легче: Данна имеет полное право на жизнь, и я поступила правильно.

Эттер

Нидейс они быстренько привели в порядок и подлечили, так же как и Рафаэля. Они оба теперь были нужны живыми.

Дальнейший разговор Неды и Рохана я слушала с большим вниманием. Они спорили, стоит ли будить Эттера, ведь любая ошибка будет стоить Эттерне существования, и как именно это правильно сделать.

— Но если он просто умрет? Что мы тогда будем делать? — задал главный вопрос Рохан. — Ведь тогда Создатель будет вынужден…

— Нет! Аден когда-то давно сказал, что Эттер и Терра связаны между собой. Они пара, понимаешь? Они созданы, чтобы дополнять друг друга, и прожить вечность могут только вместе.

— Но Терра мертва! — не понимал он.

— Да, но есть главная причина их существования в этом мире. Они всего лишь носители, проводники.

— Айз? — переспросил он.

— Да, есть шанс, что, проснувшись, он почувствует, что Айз Терры активен! Только Ас одного из Абсолютов может влиять на другого. Девушка, что сейчас является носителем Айза Терры, может пробудить Эттера и не дать ему завершить процесс самоуничтожения.

— Но это очень опасный шаг, Неда! Его провал будет стоить жизни миру и освобождению…

— Знаю! — прервала его Неда. — Но мир не погибнет, так как у него теперь есть эта малышка с Айзом Терры, понимаешь? Даже если у нас ничего и не получится, шанс есть! — уверенно сказала Неда.

— Как скажешь, — сдался он.

— Приведи их в порядок, они нужны нам. — Она мысленно пребывала где-то далеко, видимо, снова и снова просчитывала свои действия.

— Скажи, неужели носители Абсолютов обречены на любовь? Айзы лишают их выбора? — неожиданно спросил ректор.

— Я точно не знаю, но то, что они связаны, — это факт, — задумчиво ответила она.

— Но если у нас получится и Эттер проснется, что мы будем делать с тем мальчишкой? — снова спросил он, напряженно ожидая ответа. Было видно, что ему абсолютно все равно, что будет с Рафаэлем, ему просто было интересно, что ответит эта новая, незнакомая ему Повелительница.

— Посмотрим… — неопределенно махнула она рукой, все так же думая о своем. Я еще заметила легкую улыбку Рохана перед тем, как он вышел. Не знаю почему, но ему, видимо, понравился ее ответ. Я хмыкнула: бывшая Неда просто приказала бы избавиться от него — и всё. Но эта пока сама не знает, чего хочет… и это дает надежду.

А дальше я наблюдала, как весь замок зашевелился. Все что-то делали, куда-то спешили, все готовились к грядущим событиям. Я же лишь наблюдала. Было тревожно: что же будет? Получится ли у них? И главное — что же получится?

Когда все приготовления были завершены и Неда соизволила объяснить Нидейс, что от нее требуется и что будет, если она откажется, мы перенеслись в ВАР. Я с грустью наблюдала за спешащими учениками в разноцветных мантиях. Знакомая мне трель и тишина в коридорах. Теперь понятно, почему я не видела в замке Лаурицию и Шейрана: они все это время были здесь, продолжая играть свои роли. Они-то и встречали всю нашу разношерстную толпу. С десяток балахонников, Неда, Рохан, Нидейс — и даже Рафаэля прихватили. Дальше, не мешкая, они направились к знакомому мне проходу. Обогнав их, я оказалась первой у такой знакомой и родной мне пещеры. Там все так же горел в вечном пламени Абсолют, самое прекрасное создание, которое я когда-либо видела, — Эттер.

Не удержавшись, я привычно прикоснулась к прозрачному кристаллу, и, что самое печальное, ладонь прошла внутрь, не встречая никакого препятствия. Но я почувствовала! Будто засунула руку в прохладную воду. Так странно! До этого я не могла ничего ощущать ладонями. Преград для меня не было, так как я их просто не чувствовала. А здесь я так обрадовалась: хоть что-то! И, не удержавшись, я шагнула прямо в это кристальное пламя, ощущая, будто погружаюсь в воду! Так приятно! Просто чувствовать прикосновения!

Пока я была всецело занята позабытыми ощущениями, в пещере стало шумно.

Нидейс с тревогой смотрела на бессознательного, потрепанного Рафаэля, но я знала, что его просто усыпили, чтобы не отвлекал девушку от процесса. Около него замерло четверо балахонников, остальные распределились по пещере, готовые ко всему, даже к ордам нечисти. Во всеоружии, напряженные, собранные.

Неда уже объясняла Дей, что нужно делать: приложить руки к кристаллу и позвать запертого там Эттера. Позвать через связь, что проходила от одного Айза к другому. Нидейс не стала противиться, и было видно, что она отвлекается на внутренний разговор с Айзом.

— Он не соглашается! — выдала вскоре она.