Агентство "Криминальный блеск"

Слова Сноу, прозвучавшие в пылу их секундного баттла, только сейчас догнали её сознание. Она медленно опустила лавандовое лакомство обратно на серебряное блюдце и прищурилась, глядя на британца сквозь тонкую струйку пара, поднимающуюся от чашки.

— Мистер Сноу, вернемся на пару ходов назад. Вы сказали, цитирую: «Ломать мизинцы будущему жениху в первый же день помолвки — плохая примета». Наш устный договор в ресторане «The View» включал пункт про «фиктивную пару» для отвода глаз. Но я не помню, чтобы подписывалась на статус невесты. Вы решили повысить ставки без согласования с моим юристом?

Генри невозмутимо сделал глоток чая. Его зеленые глаза лукаво блеснули над краем фарфоровой чашки.

— Исключительно из соображений логики, лав, — мягко ответил он, ставя чашку на стол. — Просто «девушка миллиардера» — это слишком размытый статус для того что ждет нас впереди. Светские хроникеры забудут о вас через неделю. А вот «официальная невеста, ради которой Сноу готов остепениться» — это информационная бомба. Она создаст такую плотную завесу, что за ней можно будет спрятать целый авианосец. Не говоря уже о деталях моих сделок.

Люси глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри всё переворачивается от масштаба грядущего безумия

— Ладно. Допустим, я готова примерить это кольцо из колючей проволоки, — она откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди. — Выкладывайте детали, Сноу. Куда именно мы едем и в чём заключается миссия?

Генри поднялся из-за стола, его клетчатые брюки и белое поло сидели идеально. Он подошел к панорамному окну, за которым раскинулся Манхэттен, и заговорщически улыбнулся.

— Мы едем в Саратога Рейс Корс. Сегодня там открывается сезон вечерних скачек. Сливки общества, лучшие жокеи и, что самое важное, — три моих главных инвестора, которые сомневаются, стоит ли доверять «Snow & Co» управление новыми верфями.

— И как моя скромная персона должна развеять их сомнения? — Люси приподняла бровь. — Мне нужно будет незаметно подсыпать слабительное лошадям ваших конкурентов? Или профессионально отмыть трибуны после того, как вы озвучите им свои ультиматумы?

Генри бархатно рассмеялся, оборачиваясь к ней.

— Ваша кровожадность меня восхищает, Люси. Но нет. План гораздо более… зрелищный. Инвесторы считают меня слишком непредсказуемым и опасным одиночкой. Им нужна стабильность. Знаете ли, в их культуре очень ценится семейность. Поэтому прямо посреди VIP-ложи, на глазах у сотен репортеров и под прицелом камер, я сделаю вам официальное предложение руки и сердца. Вы, разумеется, изобразите глубокое потрясение и ответите «да». Я могу попросить Блэйза наставить на нас дуло снайперской винтовки и прислать вам селфи.

Люси почувствовала, как по коже пробежал легкий мороз.

— Предложение? На скачках? Под камерами? — она медленно поднялась с кресла, поправляя брюки. — Надеюсь, кольцо будет настоящим, мистер Сноу. Бабушка Эл не простит, если в эфире вечерних новостей на моей руке обнаружат дешевую подделку.

— О, поверьте, лав, — Генри сделал шаг навстречу, и его ухмылка стала совсем хищной. — Бриллиант будет настолько огромным, что вам понадобится отдельная страховка на перелом запястья. А теперь — марш на тридцать шестой этаж. Блэйз проводит вас к моему стилисту, который уже ждет с рейками от лучших домов мод. Нам нужно подобрать наряд, который идеально сочетается со статусом будущей миссис Сноу.

Глава 17. Один-один

The Kills — Future Starts Slow

Черный матовый «Кадиллак» Сноу бесшумно летел по платному хайвею в сторону ипподрома. Генри сидел на заднем сиденье справа, лениво просматривая графики на планшете. Стилисты сотворили шедевр современного светского стиля. Никаких душных черных смокингов: на Генри был безупречный летний костюм из тончайшей шерсти мериноса оттенка мягкого бежа, кипенно-белая сорочка с расстегнутым воротником без галстука и кремовый жилет. Образ завершали безупречные замшевые лоферы в тон — те самые, которые Люси так грозилась проткнуть шпилькой. Он выглядел расслабленно и дорого.

Впрочем, Лю тоже больше не напоминала девчонку из Квинса. На Люси был роскошный брючный костюм-тройка цвета слоновой кости из плотного шелка. Широкие брюки палаццо струились вдоль ее бедер, а приталенный жилет строго очерчивал достоинства, добавляя образу деловой стервозности. На ногах красовались туфли на устойчивом, широком каблуке — чтобы не увязать в мягком газоне.

Главным же произведением искусства (и по совместительству орудием массового поражения) была её шляпка. Небольшая, элегантная таблетка такого же цвета как и костюм крепилась набок, а из неё каскадом взмывали вверх и в сторону тончайшие, летящие перья и вуаль, которые при малейшем повороте головы Люси грозились выколоть Генри глаза.

Не выдержав тишины салона, Люси осторожно повернула голову, стараясь не задеть перьями потолок машины, и достала телефон.

— Вы не против, если я сделаю один рабочий звонок своему главному консультанту? — Люси перевела взгляд на Сноу. — Свидетелей в радиусе пяти метров нет, так что пункт о конфиденциальности я не нарушаю. К тому же, консультант имеет право знать, что её внучка сегодня станет чей-то невестой. И что на мою голову официально претендует стая птиц.

Генри перевел на неё взгляд, его глаза искрились смехом, напоминание про Слепую Эл мгновенно подняло ему настроение.

— О, звонок миссис Спринг? Ни в чем себе не отказывайте, лав. Я даже настаиваю на громкой связи. Мне, как заказчику, полезно знать настроения в Квинсе. И, кстати, этот костюм… Вы выглядите потрясающе, Люси. Хотя конструкция из перьев явно создана для того, чтобы держать меня на безопасной дистанции.

Люси хмыкнула и нажала на вызов. Не прозвучало даже двух гудков, как трубка взорвалась бодрым и хрипловатым голосом бабули.

— Люси! Ну наконец-то! Я уже собиралась искать номер Блэйза, звонить и спрашивать, в каком морге Нью-Йорка искать твой зад. Ты подписала бумаги? Что этот лондонский выскочка сказал про серебряные ложки?

Люси кашлянула, поймав дразнящую ухмылку Генри, который отложил планшет и теперь полностью переключился на разговор.

— Привет, бабуль. Да, контракт подписан. Мистер Сноу безоговорочно капитулировал перед твоими правками. Расписался прямо в редактируемой версии.

— Ха! Я знала, что у него есть инстинкт самосохранения! — победоносно пророкотала Эл. — Если бы он отказался, я бы лично приехала на Манхэттен и научила его манерам с помощью сковородки. Так, а почему ты звонишь только сейчас? Вы едите на очередную уборку?

— Не совсем, — Люси осторожно поправила пальцем край вуали. — Планы немного изменились. Мы едем в элитный загородный клуб на вечерние скачки.

В трубке повисла короткая тишина. Слепая Эл явно проводила внутренний анализ рисков.

— Скачки? В Саратога Рейс Корс? Люси, детка, на этих ипподромах богачи ведут себя хуже, чем крысы в Бронксе. Надеюсь, ты оделась прилично? Плечи закрыла? Шляпу безумную на тебя нацепили? По законам этого мерзкого общества, без дурацкого гнезда на голове тебя в VIP ложу не пустят.

Люси прыснула от смеха, а Сноу весело приподнял бровь.

— Гнездо на месте, бабуля. С перьями и вуалью. А сам костюм белый, как у невесты, — иронично констатировала Люси. — Но это еще не главная новость. Примерно через три часа, прямо посреди VIP-ложи, на глазах у инвесторов и под прицелом репортеров, мистер Сноу собирается сделать мне официальное предложение.

На этот раз тишина в трубке затянулась секунд на пять. Было слышно, как бабуля на том конце провода шумно отхлебнула кофе.

— Что?! Предложение?! Этот британский мафиози решил сразу перейти к тяжелой артиллерии?

Генри не выдержал. Он наклонился ближе к телефону Люси и произнес своим безупречным бархатным голосом:

— Добрый вечер, миссис Спринг. Уверяю вас, это исключительно деловая необходимость для умиротворения моих инвесторов. И, как я уже пообещал вашей внучке, бриллиант будет настоящим. Никакого дешевого стекла.

— О, мистер «Я чертовски богат» тоже на проводе? — ничуть не смутилась бабуля. — Слушайте меня сюда, Сноу. Если кольцо окажется меньше трех карат, моя внучка ответит вам «нет» прямо под прицелом камер, и ваши акции упадут до уровня канализации в Квинсе. И учтите: за статус невесты у нас действует ко всему прочему компенсация за моральный ущерб!

— Бабушка! — вспыхнула Люси.

— А что «бабушка»? — отрезала Эл. — Я защищаю наши интересы! Сноу, вы меня поняли?

Генри тихо, искренне рассмеялся, глядя прямо в глаза Люси.

— Предельно четко, Мадам. Бухгалтерия Квинса работает безупречно. Обещаю укладываться во все хронометражи и размеры бриллиантов.

— То-то же. Целую!

Трубка издала короткий писк. Люси медленно спрятала телефон в сумочку и посмотрела на Генри, который всё еще продолжал улыбаться своей невероятно притягательной ухмылкой.

— Ну что, мистер Сноу? — Люси вздернула подбородок, заставив вуаль слегка качнуться. — Вы слышали ультиматум. Не меньше трех карат — и ваша репутация завидного холостяка разлетится в щепки прямо на глазах у светского общества. Вы готовы к грядущему форс-мажору?

Генри плавно потянулся к внутреннему карману своего бежевого пиджака и достал оттуда небольшую бархатную коробочку глубокого изумрудного цвета, которая потрясающе контрастировала с его светлым костюмом.

— Я всегда готов, любовь моя, — прошептал он, и в его зеленых глазах снова вспыхнул тот самый опасный азарт.

***********

Когда Блэйз бесшумно распахнул тяжелую дверь «Кадиллака», Люси сделала глубокий вдох. Солнечный пригород встретил их ароматом свежескошенной травы и звоном бокалов с шампанским. Светские репортеры караулили у ковровой дорожки «Саратога Рейс Корс», как акулы у рифа.

Стоило обуви пары коснуться земли, как толпа репортеров синхронно качнулась в их сторону. Вспышки замелькали с частотой стробоскопа в ночном клубе.

— Мистер Сноу! Генри! Кто ваша спутница? — закричал парень с микрофоном «Нью-Йорк Пост». — Это правда, что «Snow & Co» подписывает контракт года на верфях?

— Генри, посмотрите направо! Кто эта ослепительная леди в белом? — вторил ему женский голос из «Vogue».

Люси на секунду ослепла от ярких вспышек. Внутренний паникер уже был готов сбежать обратно в Квинс, но Генри сработал на опережение.

С чисто британской грацией он сделал шаг, закрывая её своим корпусом, и его горячая, большая ладонь собственнически легла Люси на талию. Он прижал её к своему боку так плотно, что Лю почувствовала безупречный ритм его сердца.

«Щёлк», — в голове Люси мгновенно сработал профессиональный триггер.

Его ладонь идеально легла на изгиб бедра, и, видит бог, это было чертовски приятное нарушение личных границ. Но контракт есть контракт.

— Улыбаемся, лав, — едва шевеля губами, вкрадчиво прошептал Генри ей прямо в ухо, пока его лицо сохраняло для прессы маску идеального, влюбленного повесы. — На нас смотрят камеры.

— Мистер Сноу, — так же сладко и белозубо улыбаясь в объектив камеры «ABC», прошипела в ответ Люси, наклонив голову так, чтобы перья её пудровой шляпки дразняще мазнули по его щеке. — Ваша рука находится на отметке четыре карат по шкале Слепой Эл. Если сейчас же вы не переместите пальцы хотя бы на два сантиметра вверх, стоимость ваших инвестиций резко возрастет на цену фамильного серебряного сервиза.

Генри дразняще сощурился, но руку не убрал. Напротив, его пальцы чуть сильнее сжали её бедро, демонстрируя абсолютную власть над ситуацией.

— Я чертовски богат, Люси, напоминаю, — его бархатный шепот опалил её мочку. — Могу выкупить всю ювелирную лавку Сохо. Ваша бабушка сейчас слушает прямой эфир, не портите ей рейтинги.

Люси почувствовала, как адреналин будоражит кровь. Локтем бить на глазах у прессы было нельзя, поэтому она просто незаметно, со всей грацией, на какую была способна, качнула бедром и со всей силы наступила своим широким каблуком… прямо на мягкий замшевый носок его безупречного лофера.

Прямо под прицелом сотен камер.

Генри Сноу даже не моргнул. Его лицо осталось каменным, а улыбка — голливудской, но Люси отчетливо услышала, как он судорожно втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Его ладонь наконец-то плавно переместилась чуть выше, сохраняя видимость безумной страсти. — Один-один в этом раунде, мисс Спринг. Мой ортопед этого вам не простит.

— Я слежу за исполнением контракта, — сладко пропела Люси, изящно взмахивая рукой в сторону репортеров.

Пресса буквально завыла от восторга. Вспышки взорвались с новой силой: для всего мира этот жест выглядел как невероятно интимная, кокетливая пикировка двух безумно влюбленных людей. Они идеальные актеры. Фиктивные отношения только что были официально признаны главным романом Нью-Йорка.

— А теперь, любовь моя, — Генри слегка увлек её за собой, уводя с ковровой дорожки по направлению к белоснежной лестнице VIP-ложи, — нас ждут три престарелых инвестора. И поверьте, они будут рассматривать вас куда дольше, чем репортеры эти несколько минут.

Глава 18. Ба́чо! Ба́чо!

Lily Allen — Fuck You

В прохладе люкса «Рэйчел Александра» царила демонстративная роскошь, звенели бокалы и витал едва уловимым ароматом свежей клубники. Сквозь панорамное стекло трехэтажного комплекса 1863 Club ипподром Саратога казался ожившей картиной XIX века: вишнёво-красные крыши трибун, изумрудный газон и пёстрое море дамских шляпок внизу. Под ногами пружинил мягкий ковёр, глушивший шаги официантов. Здесь, за столами из тёмного полированного дерева, решались судьбы не только скаковых лошадей, но и крупных «семейных» капиталов. За центральным столиком сидели трое итальянцев почтительного возраста — те самые «инвесторы», которые держали в руках портовую логистику и сейчас сомневались, стоит ли доверять «Snow & Co» управление новыми верфями. Рядом с ними восседала Сесилия Бьянки — избалованная дочка одного из партнеров, которая лениво покручивала в пальцах бокал, прожигая Люси карими глазами.- О, Генри, дорогой! — её голос прозвучал как хруст сухого печенья, она заправила за ухо свои черные локоны. — Мы уже думали, что твои новые верфи пошли ко дну вместе с твоим чувством пунктуальности. Генри плавно опустил руку с лопатки Люси, но остался стоять вплотную к ее плечу.- Синьоры, мисс Бьянки, добрый вечер, — Сноу приветственно кивнул мужчинам. — Позвольте представить вам мою пару. Люси Спринг. Из тени у бара, плавно покачивая бокалом с виски, вышел четвертый мужчина — Лоренцо. Тот самый сухопарый итальянец и глубоким шрамом, рассекающим левую бровь. От его жесткого взгляда веяло криминальными хрониками. Он заметил Люси, и его серые глаза медленно, с откровенным и циничным бесстыдством поползли по её фигуре. В Квинсе за такие взгляды сразу били арматурой по коленям.Сесилия, не замечая этого тяжелого мужского напряжения, окинула Люси оценивающим взором, который остановился на её шляпке-таблетке.- Люси… Какое… провинциальное имя, — Сесилия дразняще приподняла бровь. — И какая… занимательная конструкция у вас на голове. Скажите, синьора, в каком секонд-хенде Бруклина вы нашли эти перья? Мне казалось, что мода на чучела редких птиц вымерла вместе с колониальной Британией. За столом повисла пауза. Лоренцо в стороне криво усмехнулся уголком губ. Он явно ждал, когда новая игрушка Сноу расплачется под натиском светской стервы.Люси сладко, почти ангельски улыбнулась, поправляя пальчиком край своей белой вуали.- О, мисс Бьянки, как тонко вы подметили, — её голос звучал мягко, но в нем отчетливо послышался хруст ломающихся костей. — Должна вас разочаровать: это не Бруклин. Это эксклюзивный концепт от парижского модного дома. Шляпка создана специально для того, чтобы отвлекать внимание от… скажем так, излишне разговорчивых девиц в VIP-ложе. Сесилия на секунду опешила, её бокал дрогнул.- И вы правы насчет консервативности, — Люси сделала изящный шаг вперед, так что струящийся шелк её светлых палаццо скользнул по полу. Она посмотрела прямо в глаза Сесилии. — Мой любимый, Генри, обожает редкие, аутентичные вещи. И, в отличие от некоторых… — Люси мимолетно, с искренней жалостью взглянула на стандартное алое платье Сесилии, — он терпеть не может банальности из масс-маркета, пусть даже на них пришит логотип Шанель. Изношенные… старые модели его больше не интересуют. Правда, Генри? Генри Сноу издал короткий смешок, который говорил о том, что он с трудом сдерживается, чтобы не рассмеяться в голос. Он приобнял Люси за плечи.- Абсолютно, любовь моя, — подтвердил британец. — У меня теперь исключительно эксклюзивный вкус. Сесилия побледнела так, что её дорогой загар моментально поблек. Зато Лоренцо вдруг негромко рассмеялся, лениво захлопав в ладоши.

— Очаровательно, — Лоренцо сделал шаг вперед, и его серые глаза блеснули с явным, хотя и циничным уважением. — Понимаю, почему ты решил остепениться. Но время идет. Генри, Люси не хотела бы прогуляться?

Итальянец выразительно кивнул в сторону Сесилии и открытой террасы, явно намекая, что женщинам лучше оставить мужчин наедине с их грязными портовыми тайнами.

Но Генри Сноу даже не шелохнулся. Он лишь собственнически приобнял Люси за плечи, и на его губах заиграла холодная, волевая ухмылка.

— О, нет. Люси имеет непосредственное участие в моем бизнесе и руководит отделом, отвечающим за ликвидацию рисков.

Люси сделала глоток шампанского, изо всех сил стараясь сохранить каменное лицо. Внутренний паникер в её голове испуганно пискнул и забился под самый дальний плинтус: «Ликвидация рисков?! Лю, этот чертов гений только что перед итальянскими мафиози назвал твою розовую швабру и канистру уничтожителя пятен стратегическим департаментом компании!»

Лоренцо замер, его левая бровь со шрамом удивленно поползла вверх. Трое пожилых итальянцев за центральным столиком синхронно переглянулись, и в ложе воцарилась тяжелая, звенящая тишина. В криминальном мире портовой логистики Нью-Йорка слово «ликвидация» всегда имело вполне конкретный, пугающий подтекст. Тот факт, что эта ослепительная блондинка в роскошном брючном костюме цвета слоновой кости лично отвечает за то, чтобы после сделок «Snow & Co» не оставалось улик, мгновенно умножил её ценность в их глазах на множество пунктов.

— Вот как? — Лоренцо уважительно наклонил голову, и его серые глаза прошлись по Люси уже без прежней бесстыдной наглости. Теперь он смотрел на неё как на опасного, равного партнера. — Значит, зачистка бруклинского инцидента — это её рук дело, Генри? Высший пилотаж. Мои люди в порту до сих пор не могут понять, куда испарились… проблемы.

— Мой отдел работает крайне внимательно, синьор, — Люси неторопливо опустила бокал, кончиками пальцев лениво коснувшись прохладного металла серебряной десертной ложки на столе. Она посмотрела прямо в суровое лицо Лоренцо и сладко улыбнулась. — Без шума, без запаха и без вызова девять-один-один. Чистота — залог духовности и вашей безопасности.

Генри Сноу довольно улыбнулся, его взгляд стал серьезным и собранным. Лоренцо оценивающе кивнул, признавая её авторитет, и напряжение за столом окончательно трансформировалось в уважение к новой силе.

За панорамным окном VIP-ложи внезапно взревели динамики ипподрома Саратога: «Джентльмены! До начала главного заезда дня осталось три минуты! Ставки сделаны!»

Послышался нарастающий, вибрирующий в самой груди топот копыт — жокеи выводили лошадей на финишную прямую прямо под окнами комплекса. Старики синхронно поднялись со своих мест, направляясь к выходу на приватную террасу.

Генри Сноу медленно повернулся к Люси, и в его зеленых глазах снова вспыхнул тот самый опасный, хищный азарт. Он запустил руку во внутренний карман своего бежевого пиджака, где Люси отчетливо разглядела контур небольшой бархатной коробочки глубокого изумрудного цвета.

— Время пришло, любовь моя, — тихо прошептал британец, увлекая её за собой на балкон. — Пора показать этим консервативным синьорам, насколько крепок наш союз. Три карата готовы к публичному выходу. А вы готовы ответить мне «да»?

Лоренцо и трое пожилых итальянцев уже стояли у кованых перил, вскинув бинокли. Сесилия Бьянки пристроилась чуть поодаль, нервно покручивая в пальцах трубочку своего коктейля, но её карие глаза были прикованы не к породистым скакунам, а к безупречной спине Генри Сноу.

— Смотрите, синьоры! Наша кобыла идет второй! — Лоренцо азартно подался вперед, шрам на его брови зловеще побелел.

В этот момент земля под ногами Люси буквально задрожала. Из-за финального поворота, поднимая тучи рыжего грунта, прямо под окна VIP-комплекса вылетела кавалькада лошадей. Нарастающий, бьющий прямо в грудную клетку топот сотен копыт заглушил даже неистовый крик комментатора из динамиков.

Генри, стоявший рядом с Люси, внезапно развернулся к ней корпусом. Его зеленые глаза, поймав блик полуденного солнца, сверкнули горячим восторгом, который Люси видела у него в офисе. Он сделал шаг вперед, сокращая и без того ничего не значащее расстояние между ними до минимума. О недавнем ранении напоминала лишь идеальная осанка человека, который не может позволить себе согнуться из-за тугой повязки.

С чисто английской, небрежной грацией Сноу медленно опустился на одно колено прямо на гладкий деревянный настил балкона.

Внутренний паникер Люси, оглушенный топотом копыт и криками толпы, испуганно пискнул: «Лю, началось! Держи спину, на нас смотрят все объективы бульварной прессы!»

Генри запустил руку во внутренний карман своего бежевого пиджака и извлек бархатную коробочку изумрудного цвета. Одним щелчком длинных пальцев крышка откинулась назад. В лучах солнца вспыхнуло настоящее орудие массового поражения — огромный, безупречной огранки бриллиант в платиновой оправе, который перевыполнял ультиматум Слепой Эл в три карата с истинно английским размахом.

Генри аккуратно перехватил её пальцы. Его ладонь была обжигающе горячей, и этот контраст с прохладным шелком её костюма заставил Люси внутренне сжаться. Он посмотрел на неё снизу вверх с той самой дерзкой, умопомрачительно горячей ухмылкой, от которой её сердце устроило в груди переворот и оглушительный грохот.

— Мисс Спринг, — его бархатный, глубокий голос, казалось, прошил нарастающий рев финиширующего ипподрома насквозь. Он чуть сильнее сжал её пальцы, заставляя смотреть только на него. — Вы стали самым сильным и самым удивительным форс-мажором в моей жизни. И я больше не собираюсь отпускать вас. Станьте моей женой, Люси. Позвольте мне забрать вас из вашего привычного мира и подарить вам весь этот город. Навсегда.

Прямо за их спинами раздался удушливый, свистящий звук. Сесилия Бьянки, которая в этот момент жадно втягивала через соломинку свой ледяной коктейль, уставилась на ослепительный камень, и её карие глаза едва не вывалились из орбит от чистейшей зависти. Кусок колотого льда вместе с мятным ликером намертво застрял у светской стервы в горле. Она судорожно закашлялась, наклонив бокал, и липкая зеленая жижа эффектно брызнула прямо на её алое платье от Шанель. Сесилия вспыхнула, оскорбленно зыркнула на Люси и, зажав рот ладонью, пулей выбежала с балкона обратно в прохладу люкса, громко хлопнув стеклянной дверью.

Лю, изящно наклонив голову так, чтобы тончайшие летящие перья её пудровой шляпки-таблетки дразняще мазнули Генри по щеке, посмотрела сверху вниз на стоящего на коленях миллионера. Паника окончательно капитулировала перед пьянящим азартом игры. Её пальцы в его руке всё ещё мелко дрожали, но голос прозвучал на удивление четко.

Она наклонилась к нему чуть ближе, сокращая расстояние, и едва слышно прошептала:

— Да.

Генри Сноу плавно поднялся на ноги. На его губах снова заиграла та самая дерзкая, хищная ухмылка, а на дне зеленых глаз промелькнуло искреннее, неподдельное восхищение. Он прижал её к своему боку так плотно, что Люси сквозь ткань своего костюма почувствовала сильный ритм его сердца.

Трое пожилых итальянцев, полностью проигнорировав побег Сесилии, синхронно опустили бинокли и шумно заулыбались. Лоренцо, чьи серые глаза под шрамом блестели от циничного удовольствия, первым сделал шаг навстречу паре, победно вскинув свой бокал с виски.

— Санта-Мария, Генри! Выдающийся заезд! — басовито пророкотал один из старших партнеров, с силой похлопав Сноу по плечу. — Настоящий британский гроссмейстер! Взять верфи в Бруклине и такую женщину за один день — это достойно уважения. Синьоры, за новую миссис Сноу!

— Поздравляю, Люси. Ты сорвала самый крупный куш на этом ипподроме, — Лоренцо прищурился, и его взгляд скользнул по её пальцу с тяжелым бриллиантом. Затем он перевел хитрый взгляд на Генри и вызывающе приподнял бровь. — Но послушай, Сноу, мы в Саратоге, и пресса на противоположной трибуне уже сходит с ума от твоих красивых жестов. Не разочаровывай публику и старых синьоров. Скрепите этот союз как подобает! Ба́чо! Поцелуйте невесту, Генри!

Остальные итальянцы тут же подхватили, весело застучав тяжелыми золотыми печатками по кованым перилам балкона: