Развод. Твоё сердце будет разбито

И тут мне становится так гадко и мерзко... от того, что мой муж с какой-то малолетней недоблогершей заделали ребёнка, встречались столько времени за моей спиной, скрывали столько времени! И самое гадкое, что мой сын, мой любимый сынок, которому я отдала столько любви и ласки, на стороне отца-изменника, да ещё эта ситуация для него – обычная.

– Дина, мы достаточно давно, к сыну не приставай, он в курсе почти с самого начала.

– Макс? – гляжу на него со слезами на глазах.

– Ну, мам, не строй только из себя обиженку...

– Это какой-то дурной сон, – закрываю лицо руками.

– Не преувели-и-ичивай, Дина, – тянет муж.

– Не может быть, что ещё вчера всё нормально и в один миг раз и всё. Ты превратился в холодного циника, а наш сын спокойно сидит и делает вид, что всё это так и должно быть.

– Я сделал Кларе предложение, – как гром среди ясного неба.

– Значит, Клара её настоящее имя? Ещё со мной не развёлся, уже делаешь предложение любовнице? – вспыхиваю я.

– Документы на развод уже готовы, я не хотел скандала на свой юбилей, поэтому хотел сообщить тебе об этом после праздника, но Клара вот не удержалась, что поделать...

Меня словно током ударило, разряд прошёл по всему телу, он готовился к разводу, втихаря... Трудно дышать, шевелиться, как жить дальше? Зачем?

Отчаянно хочется отхлестать его по лицу, а этой Клаве выдергать все нарощенные, прожённые волосы.

– Ну надо же, даже документы подготовил, и всё за моей спиной!

– Ты не думай, что для меня это было лёгкое решение...

– Аа-а-ах! Бедняжечка ты мой! Это же так трудно, спать с молодой девкой, заделать ей ребёнка!

– Зачем ты это мусолишь, Дина?

Сын пересел на диван и съёжился в углу. Было видно, что ему не по себе, но против отца он не пойдёт. Отец – это его кошелёк. Макс ещё не работает, отец оплачивает его учёбу, и все его расходы, купил машину и квартиру.

– Сколько ты с ней? Где ты подцепил эту... фею?

– Ну зачем тебе это?

– Хочу знать, сколько времени я уже обманутая дура?

– Господи, Дина...

– Говори!

– Скоро три года.

– И где ты её подцепил?

– Видео в нете увидел. Подписался на неё.

– И смотрел, как она там сиськами трясёт?

– Ты слишком утрируешь.

– Ну естественно, утрирую... И что, ты начал писать ей? – не могу успокоиться, меня уже несёт, и я не могу это остановить.

– Решил задонатить ей, поддержать, девочка молодая, отца нет, просто помогал.

– Допомогался, старый повеса! Волокита! Срамник!

– Ну всё, хватит! – рявкнул Прохор, – с тобой давно нет страсти! Я остыл, а с ней я ожил, словно помолодел!

Он говорит это прямо при сыне. Убивает меня своим равнодушием, разрывая на куски и без того истерзанное сердце.

– Чем больше я с ней общался, тем больше понимал, что она именно ТА женщина, которая мне нужна, что я хочу быть с НЕЙ, что больше так не может продолжаться! И... я представил её Максу. Макс понял и поддержал меня. Вике как-то не довелось представить. Она всё же женщина и я боялся, что она примет твою сторону.

– Правильно боялся, – шиплю я, сжимая край кухонного стола так, что пальцы белеют.

Он потирает переносицу, как всегда делал, когда уставал от моих «истерик».

– Не смотри на меня так. Я имею право на счастье.

Горькая усмешка вырывается из меня.

– Ты что, всерьёз пытаешься оправдать своё предательство?

Он резко встаёт, задевая стул, тот с грохотом падает.

– Дина... – он швыряет в раковину вилку, которая завалялась в остатках яичницы. Звон металла об керамику режет уши. – Думай как хочешь. Мне всё равно.

– Я так понимаю, семью ты не хотел потерять, тебе нужно было избавиться только от меня?

Сын выбирает этот момент, чтобы достать из холодильника сок.

– Мам, ну что ты раздула драму? – он делает глоток прямо из коробки. – Папа влюбился. Бывает. Прими это. К тому же он не собирается тебя обижать...

– Правда? Вот спасибо!

– Ну и Кларисса ему больше подходит, уж прости. Папа-то у нас видный мужчина, в газетах, на обложках мелькает. Кларисса тоже медийная личность. А ты дом, работа...

– Это-то одно интервью, да фотографию компании в журнале ты называешь на обложках мелькает? – перевожу дикий взгляд на мужа. – Собирай свои вещи и выметайся отсюда!

– Дина... Я ещё не всё сказал. Отсюда съезжаешь ты.

___________________________

Дорогие мои читатели!

Рада видеть вас на страницах своей новой истории. Надеюсь, она вам понравится и вы будете переживать за главную героиню, умницу и красавицу, вместе со мной.

Пожалуйста, добавьте книгу в библиотеку, чтобы не потерять и поддержите звёздочками, для меня это очень важно!

Скоро выйдет следующая глава! :)

Глава 3 – Переезд

– Что, прости? Ты выгоняешь меня из моего дома?

– Ну опять ты за своё, Дина, – цокает Прохор, – сама подумай, здесь пять комнат, две ванны, зачем тебе одной столько? Тем более сын останется со мной и у нас с Кларой ребёнок.

– Логично... – ухмыляюсь я.

– Ты получишь хорошие отступные. Квартиру. Машину.

– Уже... купил квартиру? – голос чужим эхом отскакивает от стен.

– Уже.

– Как... предусмотрительно.

Он даже не моргнул. Стоит, смотрит на меня, как на неудобную мебель, которую наконец-то можно выбросить.

А рядом – сын. Мой мальчик. Стоит, молчит, глаза в пол.

– Я смотрю и тебе она нравится? – обращаюсь к сыну.

Он так отводит взгляд, точно не знает, что ответить. После недолгой паузы, всё же собрался духом:

– Главное, что отцу нравится, – смотрит на папашу, словно ждёт его одобрения, – это его выбор и я его уважаю.

Конечно, уважаешь, – думаю я. – Он содержит тебя, да ещё как.

– А как насчёт уважения к матери?

– Я тебя тоже уважаю, – закатывает глаза. – Что за глупые вопросы?

– Уважение – это скрывать, что у отца любовница, из собственного дома выгонять?

– Мам, ну отец же купил тебе квартиру!

Я не выдерживаю и отворачиваюсь.

Как же мне больно даже думать о том, как мой муж знакомил сына с любовницей. И ведут они оба себя так, будто это нормальная практика.

Представляю, как она крутила хвостом, как Прохор с гордостью представлял её, держа за руку, будучи моим мужем. Как же это болезненно и противно. Наверное, они обсуждали меня, может даже смеялись. Делали вид, что всё отлично, жили со мной в одном доме. Ели и пили то, что я им готовила, стирала, гладила им вещи, лечила больного мужа, а они улыбались мне в лицо и обсуждали за спиной.

Я, разумеется, не такая молодая и подтянутая, двое родов, и не двадцать давно. Ну, а Прохор-то ещё старше меня, тоже давно не мальчик, седина в бороду...

– Мне можно вещи свои собрать, или прямо так выметаться? – мой голос срывается.

– Мам, ну ты что такое говоришь? Мы тебя не гоним.

– Естественно не гоним. Не торопись, у тебя есть неделя подготовить новую квартиру, купить мебель, заказать там уборку. Я, кстати, купил квартиру рядом с твоей работой, чтобы тебе не ездить далеко.

– Ой спасибо, я так счастлива! Позаботился... – складываю ладони и показательно склоняюсь перед ним.

– Дина, хватит корчить из себя жертву. Подпишешь бумаги – получишь деньги. Разницу между квартирами я тебе переведу. Хватит и на ремонт, и на мебель, и на год спокойной жизни – больше, чем ты заслуживаешь. Признай, я поступаю более чем справедливо. Я же не вышвыриваю тебя на улицу, как мог бы. Да и сама-то ты не нищенка – работа у тебя есть. Так что хватит ныть и делай что говорю.

Опускаю голову и иду в комнату собирать вещи. Приходит сообщение от дочери:

«Мама, привет. Как ты?»

«Ничего, не переживай, сегодня перееду».

«Помощь нужна?»

«Спасибо, моя хорошая, не надо, я справлюсь»

«Ты пиши если что, я сразу приеду».

«Да, напишу».

Захожу в нашу с мужем комнату и падаю на кровать, заливаясь слезами. Не помню, сколько я пролежала, пошла и намочила полотенце холодной водой, положила на лицо и пролежала так ещё минут пять. После набрала Инессе.

– Алло? Алло?

– Да-да, привет, Диночка, как ты?

– Не спрашивай...

– Хочешь я приеду сама лично этого урода задушу?

– С радостью! Но силой тут ничего не решишь, Инесс... Хочу тебя кое о чём попросить.

– Разумеется, говори, что такое?

– У тебя, кажется, квартира матери пока не сдаётся, можно недельку там пожить?

– Ну, конечно, не вопрос, сколько надо живи.

– Я пока новую квартиру в порядок приведу, мебель куплю, неделя, не больше.

– Разводитесь? Точно решили?

– Да, – начинаю плакать навзрыд, – сегодня признался, хотел сказать после юбилея, но его Клава прибежала порадовать раньше, вот так вот.

– О-от скотина... Ну ничего, главное не унывай. Ты ещё молодая, красивая, найдёшь в сто раз лучше!

– Ой, Инесса, – всхлипывая, вытираю слёзы мокрым и холодным полотенцем.

– Сейчас же приезжай ко мне, муж в командировке, дети по комнатам, поговорим, накормлю тебя, у меня плов, салат, пирог в духовке. Винишко домашнее, из Краснодарского края привезли, не представляешь, какое вкусное!

– Спасибо, – выдохнула я, – только чемоданы соберу, думаю, пока парочки хватит, самое нужное заберу, остальное потом.

Через час я была у Инессы. Привезла два небольших чемодана с вещами на своей машине. Она меня встречала с накрытым столом и пластиковой бутылкой домашнего вина.

– Проходи, моя дорогая, – обняла меня Инесса и погладила по волосам.

А я не удержалась и заплакала.

– Не надо плакать по этому говнюку! Он не стоит того, чтобы из-за него так убиваться.

– Инесса, он мой муж. Столько лет вместе, в радости и в печали... Как ты себе это представляешь? Не убиваться?

– Козлина он! Только в своей печали был с тобой, ты его всё время выхаживала и вытаскивала из говна. У тебя-то печали вообще никогда не было, всегда всё чики-пуки, тьфу его, было. Проходи на кухню. Я тебе приготовила комнату дочки, дети поспят в одной, свежее бельё и полотенца. Примешь душ, вода всё смоет, а сейчас поешь, давай, – подталкивает меня на кухню.

Садимся. Инесса сразу наливает бокал вина.

– На! Не вздумай отказаться, это тебя расслабит.

Делаю мелкие глотки.

– Вкусно...

– Ну вот, я же говорила, – улыбается Инесса, – всё будет хорошо, ты же знаешь: «Творец закрывает дверь, но открывает окно».

– Как это красиво звучит... Было бы так на самом деле, а ещё лучше, вообще бы дверь не закрывалась.

– Вселенная тебе готовит что-то получше, чем твой повеса.

Снова начинаю плакать.

– А знаешь, ведь мой сын всё знал, представляешь?

– Кто, Максим? Зна-ал? Вот же гадёныш недоделанный, прости господи... А Вика?

– Для неё тоже новость.

– У моего мужа лучший друг адвокат, тебе, наверное, сейчас понадобится?

– Нет, муж мне квартиру купил, возле работы. И машину я забираю, денег тоже обещал на счёт, чтобы с голоду не сдохла, по всей вероятности.

– Чего это ты должна сдохнуть? У тебя работа есть. Ты там смотри, если вдруг обманет, имей в виду.

– Хорошо, – ковыряюсь ложкой в плове.

– Он, кстати, холосто-ой, – вытягивает она.

– Кто? – непонимающе поднимаю на неё глаза.

– Адвокат.

– Инесса...

– Ну а что?

– У тебя так тепло и уютно, пахнет вкусно, – пытаюсь съехать с темы и улыбаюсь сквозь слёзы, – я так устала, да и от вина разморило.

– Доедай, мойся и спать. Завтра помогу тебе вещи перевезти.

– Чтоб я без тебя делала, Инесс... Даже не знаю, как отблагодарить.

– Ой да брось, ничего мне не надо, – отмахивается, и вдруг её взгляд меняется на серьёзный. – И ещё. Запросятся обратно, не вздумай принимать.

– Да ты что! Не запросятся... Зачем я им? Старый хлам. У них там звязда тики-тока.

– Твои мужчины ещё хлебнут с ней, уж поверь мне. Сами к тебе приползут.

_________

И вот наконец-то я приняла душ и осталась совершенно одна в комнате дочери Инессы. На меня сразу обрушилась тишина. Раньше я её любила, а теперь вслед за ней пришла пустота и боль.

Вокруг мягкие игрушки и разные детские штучки. Неплохо было бы сейчас снова стать ребёнком, беззаботным, безгрешным...

А я... Грешная? Ведь за что меня так наказывают? Где я провинилась?

Вдруг слышу, как на кухне свистит чайник. Инесса будет чаи гонять, а я не хочу, нет аппетита, еле-еле съела полтарелки плова и выпила бокал вина.

Сейчас, анализируя случившееся, я вспоминаю, что звоночки-то были: редкий секс с мужем, не всегда приезжал на ужин, последний раз отдельно летали в отпуск. Всё мне словно талдычило: «Дина, взгляни, что-то здесь неладно!»

Удивительно, но я отмахивалась от этих знаков и старалась их не замечать.

Надо же, он меня не пускает по миру, отступные собрался переводить. Как же щедро он меня оценил, или свою свободу от меня? Хмм... Наверное считает, что я должна быть ему благодарна, понять его, оценить его жест.

Что я сделала не так, господи? Где ошиблась? Зачем со мной это происходит? Почему я ему больше не нужна? Ответа нет, по щекам катятся слёзы, больно дышать.

Муж и сын отвернулись от меня, предали. Что же ты наделал, Прохор? Как же ты мог так со мной поступить? А ведь ты знал, знал, какую боль мне причинишь, ты всё понимаешь, что это предательство, предательство – твоё и сына.

У меня начинают складываться пазлы. Я вспоминаю, как Прохор последнее время пресекал мои ласки и секс был какой-то... печальный. Моя инициатива обрубалась, он говорил, что устал на работе, а сам там с ней...

Он меня убил, так вот просто растоптал, опозорил на юбилее, ведь наверняка все всё поняли.

Слёзы всё катятся и катятся, чувствую, как опухло лицо, подушка вся мокрая. Муж просто взял и выставил меня из нашей квартиры, из своей жизни, вот так вот просто и легко, обсуждая это со мной, как покупку нового дивана.

Трудно дышать, всё сдавило в груди, громко рыдать нельзя, дети, должно быть, спят, и Инесса уже ложится.

Перекатываюсь на спину, натягиваю одеяло. Сон никак не идёт. Душу раздирает в клочья от мысли, что муж любит другую, что я ему не нужна, что я стара для него, он выбрал молодую. А я-то дура... считала себя красивой, для своего возраста по крайней мере. Мне казалось, что он тоже считает меня привлекательной и очень любит.

А, оказывается, вот что! Я ему больше не нужна! Всё обман, ложь!

Мы не купим дом загородом, не переедем туда и не будем сажать огород, ухаживать за цветами и воспитывать вместе внуков. Не поедем в путешествие на юг Африки, как мечтали, не поужинаем на закате у Средиземного моря, не сделаем глупость. Первого раза больше не будет! Это самый настоящий конец.

Утром разглядываю своё опухшее лицо. Проблемы проблемами, а на работу идти надо. Иду в ванную и умываюсь холодной водой, захожу на кухню, Инесса протягивает мне кубики льда в пакете, обмотанные полотенцем.

– Доброе утро, дорогая. Плохо выглядишь...

– Доброе, – вздыхаю, беру лёд и прикладываю к лицу, – спасибо тебе.

– Садись, у нас омлет с помидорами.

Позавтракав, я еду на работу, по дороге звонит администратор Наташа, чтобы убедиться, что я сегодня приеду и буду принимать клиентов по графику. Заодно расписала мне сколько их будет и на какие процедуры записаны.

Заползаю в клинику, Наташа мне старательно улыбается, замечая, что мне худо:

– Адама Юрьевича ещё нет.

– А он тут причём? – удивлённо смотрю на неё.

Она лишь пожимает плечами с улыбкой.

Только я успеваю надеть халат и приготовить рабочее место, звонит муж.

– Да?

– Доброе утро, – бодрый и радостный голос Прохора доносится из трубки.

– Слушаю тебя?

Прокашливается.

– Я подготовил документы на развод, завтра мой адвокат позвонит тебе и назначит встречу, приедешь, куда скажет – подпишешь, он и передаст тебе ключи от квартиры. Когда ты, кстати, освободишь нашу?

– Тебе уже не терпится привести в наш дом свою охотницу за деньгами?

– Не говори так о Кларе, ты её не заешь, она прекрасный человек, я с ней словно вернулся на двадцать лет назад. Тебе не понять. К тому же она неплохо зарабатывает на тик-токе.

– Да уж куда мне? Самому не смешно? Прекрасный человек, Прохор, не будет заявляться к жене любовника и требовать его «освободить», как вещь, заявляя о ребенке.

Недолгое молчание.

– Не преувеличивай, она так не могла. Она всю мою жизнь перевернула.

– Мозг она тебе перевернула и его заклинило.

– Ты не понимаешь, она мной восхищается, любит меня так наивно... по-настоящему!

– Я тоже тебя люблю по-настоящему.

– Перестань, между нами давно всё остыло.

– За меня только не надо говорить.

– Дин, ты просто не хочешь терять статус обеспеченной, замужней дамы, вот и всё.

– Это она тебе такое втирает?

– Она совсем не глупая, как ты думаешь.

– Ну е-есессно, она совсем не глупая, глупый и наивный ты! А она просто разводит тебя.

– Дина, смирись! У нас сын, прекрасные отношения, скоро будет настоящая семья, а ты просто-напросто завидуешь.

– Какой сын, Прохор? У тебя простатит, я не могла забеременеть несколько лет, помнишь, как хотели третьего?

– Ну и слава богу, что у нас не получилось, Дина! Ты просто уже не можешь рожать, твой организм постарел! А Клара доказательство того, что со мной всё в порядке.

– Боже мой, какой ты наивный!

– Не устраивай сцен, давай спокойно разведёмся, дети у нас уже взрослые, между нами давно нет любви и страсти. Мы живём как два друга уже несколько лет. Хуже, как два соседа!

Внутри всё закипает. Как два друга? Друга? А я совсем не как с другом с ним жила, как с самым близким и любимым человеком.

– Пойми, для моего статуса нужна видная, красивая женщина, все мужчины моего круга женаты на молодых, сексуальных, дерзких.

– Твой начальник тоже?

– У него есть пассия, и двое детей на стороне. Уладит финансовые дела и тоже разведётся.

– Господи... – шепчу себе под нос.

– В моём кругу общения все давно знают про Клару, так же, как и я про любовниц своих партнёров по бизнесу. Мы общаемся в своих кругах на закрытых вечеринках.

– Прохор, да кто ты? Я тебя совсем не знаю... Этот ваш гнилой круговорот испортил тебя до трухи. Ты даже не понимаешь, как воняешь.

– Успокойся, Дина, и прими как есть. Возьми отпуск, съезди на море, а лучше на океан, я куплю путёвку, отдохнёшь. Ты устала, тебе же пятый десяток...

– А не пошёл бы ты в... – психую, крепко сжимая ручку стула.

– Я серьёзно. Слетаешь за мой счёт.

– Знаешь что? Собирай свои подачки и засунь их туда, куда Клара не достанет!

– Так... Короче. Постарайся побыстрее освободить квартиру. Я прошу не прямо завтра, конечно, но всё же пойми меня правильно.

– Хорошо. Хорошо, Прохор... Хочешь развод? Ты его получишь.

Не могу же я бегать за изменником мужем и умолять его не бросать меня, как бы больно мне не было? У меня есть гордость, да и не нужен мне он после этой грязи, как вообще можно простить такое?

– Вот и умница.

– Иди ты в... – он скинул вызов, не дослушав меня, – пизду!!!

Со злости швыряю телефон на стол. Стакан воды с грохотом падает на пол и раскалывается на две одинаковые половины.

Слышу неловкие шуршания.

– Извините, я не вовремя, да?

Молодая девочка-студентка испуганно стоит в двери с прижатой к животу сумочкой.

– Губы? – расслабленно выдыхаю я.

– Губы... – виновато моргает, оставаясь на месте.

– Проходите. Садитесь...

––––––––––––––––

Вика. Дочь Дины и Прохора

Макс. Сын Дины и Прохора

Прохор. Муж Дины

Дина. Жена Прохора, ГГ (до развода и после развода)

Клара. Любовница и разлучница

Инесса, подруга Дины

Адам, пластический хирург, босс

Глава 4 – Отпуск

В обед позвонила дочь.

– Да, Вик? – грустным голосом хриплю в трубку.

– Привет, мам, как ты?

– Работаю, нормально.

– Ты говорила с братом? Что он? Как отреагировал?

– Вика, он знал о ней, более того, он в курсе уже давно, и даже общались они все вместе. Он полностью поддерживает отца.

– У него крыша совсем поехала, что ли? Я ему сейчас позвоню, он у меня получит, маленький гадёныш.

– Вика, не вздумай, не надо.

– Но почему? Это же полоумие, мам!

– Не ссорься с братом.

– Разберёмся. Мам, я что звоню, я вспомнила, что он пару месяцев назад звал меня к себе, я у него какие-то документы подписала. Ну, ты же знаешь, он регулярно что-то на нас с братом оформлял, вот я и не вникала. Но в тот раз, кажется, всё серьёзнее было – куча бумаг, ещё адвокат присутствовал... Похоже, он на нас с Максом все свои активы отписал. Всё своё имущество, землю, какое-то оборудование, машины, акции, счета в банках.

– Боялся, что я у него смогу что-то отсудить. Готовился к разводу.

– Я думаю да, готовится к разводу. Ну и ещё на всякий случай, чтобы новая жена не оттяпала, страховался. Мам, я даже предположить не могла, что он так с тобой сможет поступить.

– Ну, зато вы у меня обеспечены, я хоть за вас спокойна, а у меня квартира будет, работа есть, не пропаду.

– Так нечестно, это всё в браке заработано. Отец часто болел, ты за ним смотрела, следила всегда, чтобы с иголочки был, лекарства пил, витамины, по врачам его таскала, нас вырастила, он ведь всё время работал, не помогал тебе совсем с нами, по ночам не вставал. А у меня и так всё есть, куча квартир, у мужа дом шикарный по наследству достался, к тому же он у меня хорошо зарабатывает.

– Вик, да я просто не хотела его заваливать домашними делами, у него и так нервная работа, да и здоровье ни к чёрту, оберегала его, – вздыхаю я.

– А он вот чем значит отплатил тебе? Оставил какую-то двушку и денег на год жизни?

– Вик, не надо, я не в силах бороться с ним, бог ему судья. Я не бедствую.

– Ты забрала своё золото?

– Нет ещё.

– Всё забирай, я приеду, помогу забрать тебе всё самое дорогое.

– Об этом я меньше всего переживаю.

– А я не хочу, чтобы ты этой марамойке всё оставила.

– Я заберу.

– Вот и правильно. Вместе всё перевезём в твою новую квартиру.

– Хорошо, моя родная, спасибо тебе за поддержку.

– Ну, Максим, конечно, меня удивил, – возмущается Вика. – Придурок.

– Это его выбор.

– Это неправильный выбор, мама.

– Что поделать?

– Папа сказал, что купил тебе путёвку на Мальдивские острова, на три недели, дата открыта, я думаю тебе надо ехать.

– Даа? Пусть свою Клаву везёт отдыхать! Мне не надо... Его подачки гадские. Думает, что откупится? Никуда я не поеду.

– Так цыц! – перебивает меня дочь, – это не обсуждается.

– Вик...

– Мам, прошу! Прислушайся ко мне хоть раз, а? Серьёзно.

– Тебе это зачем?

– Мне твоё здоровье важно психологическое. Тем более нельзя из-за глупых принципов отказываться от поездки.

– Ой Вик, ну ладно, если тебе легче станет, я всё подпишу, от путёвки не откажусь.

– Тебе не помешает тёплое море и белый песок.

– О’кей.

– Мам...

– Что?

– Приедешь подписывать бумаги на развод, не вздумай ни от чего отказываться, и путёвку забирай, пообещай?

– Хорошо, обещаю.

– Вот и умница, и красавица! Люблю тебя, пока.

– Пока, – целую её в трубку и скидываю вызов.

Смотрю на часы, ещё полчаса до окончания обеда, надо поесть. Инесса положила с собой что-то, открываю, в контейнере голубцы с картошкой и салат, ставлю чайник, подогреваю всё в микроволновке.

Самочувствие хреновое, второй день диафрагма в спазме, трудно дышать, не говоря уже о душевной боли, с трудом улыбаюсь клиентам, больше времени на работе прячусь под маской. Но моя дочь и лучшая подруга на моей стороне, это помогает не сойти с ума.

Открываю шкафчик, чтобы взять пакетик чая, и вижу тёмно-синюю бархатную коробочку. Я совсем забыла про подарок мужу на день рождения. Его любовница пришла сюда, испортила мне настроение и из головы вылетело взять с собой подарок.

Открываю коробочку, золотые запонки с бриллиантами. Я долго их выбирала в каталоге, заказывала и очень ждала, когда они придут. Потом хранила целый месяц, каждый день на работе открывая коробочку и любуясь ими. На каждой три бриллианта в белом золоте. Разглядываю их, будто в первый раз, бриллианты играют под светом ламп.

– Дина, добрый день, – с большим букетом белой эустомы, Адам улыбаясь заходит ко мне в кабинет.

– Привет, – быстро закрываю коробочку и прячу в шкафчике с пакетиками чая, конфетами и печеньем.

– Это тебе, чтобы улыбнулась, – вручает мне цветы.

– Зачем это, Адам? Не надо, – но цветы уже у меня в руках, а Адам открывает шкаф, чтобы достать вазу.