Беглянка для ректора военной академии

Названное проректором имя резануло по ушам, и я вжалась в колонну позади себя, холодея от страха.

Что? Как такое может быть? Может, мне послышалось? Или это совпадение?

– Что с тобой, Кейн? – откуда-то издалека, будто сквозь толщу воды донесся до меня удивленный голос Питера. – Ты так побледнел, словно призрака увидел.

Ответить ему я не смогла – горло сдавило спазмом. А потом на балкон вышел ректор.

Издалека лица было не разглядеть, но я узнала Дариана по фигуре, что возвышалась, будто гора, над щуплым проректором, и по исходящей от него ауре властности. Это он – никакой ошибки быть не может! Неужели, он выследил меня?

Наши взгляды встретились, и глаза Грэйхема изумленно расширились – в этот момент я словно рядом с ним оказалась, сумев рассмотреть все детали, от плотно сжатых губ до злости, исказившей лицо мужчины. И мое сердце испуганно сжалось от предчувствия неминуемой беды, ведь мне показалось, что каким-то невероятным образом он тоже узнал меня. Узнал, несмотря на маскировку.

Глава 16

– Простите, мне срочно надо уйти, – сдавленно сообщила я, пятясь бочком вдоль стены. – Что-то поплохело, наверное, лучше снова целителю показаться...

– Может, с тобой пойти? – с беспокойством поинтересовался Питер.

– Ты хоть дойдешь до лазарета сам? – тут же подхватил Варион, глядя на меня с сомнением. – Говорю же – задохлик. Помрешь, и я буду виноватым себя чувствовать.

Остальные тоже посмотрели на меня так, будто я сейчас прямо здесь отключусь, и вместо раздражения я вдруг ощутила внутри тепло. Не думала я, что здесь кто-то будет так обо мне переживать.

– Да все в порядке, дойду, – натянуто улыбнулась я, с тревогой подняв глаза к балкону.

Внутри все похолодело, когда не увидела там Грэйхема, и нехорошее предчувствие заставило сорваться с места. Скользнув вдоль колонн, я бросилась к выходу, расталкивая толпу. Но едва выбежала на крыльцо, как замерла в растерянности.

И куда мне бежать? В академии Дариан найдет меня где угодно! А домой лучше даже не возвращаться...

– Далеко собралась? – раздался за моей спиной знакомый голос, полный ярости и злости.

Он не кричал, но его голос, низкий и гулкий, напоминал раскаты далекого грома.

Вздрогнув, я медленно обернулась, дрожа от обиды. Ну почему все так вышло? Почему именно он?

В проеме, заполняя собой все пространство, стоял тот, от кого я безуспешно пыталась сбежать. Высокий, широкоплечий, в черной мантии, облегающей мощную фигуру, подчеркивающей его стать и силу.

Лицо ректора было словно высечено из камня: резкие черты, высокие скулы, и квадратный подбородок. Густые темные брови сошлись над пронзительными глазами – они сверкали холодным, стальным блеском, в котором сейчас бушевала буря, не оставляя надежды на снисхождение. Губы, обычно сжатые в твердую линию, сейчас были искажены гневом. В уголках рта залегли жесткие складки, а ноздри чуть заметно трепетали, выдавая клокочущую внутри ярость.

– Не понимаю, о чем вы, ректор, – сделала я последнюю попытку выкрутиться. – И почему вы обращаетесь ко мне, как к девушке?

Да как он вообще меня узнал под слоем грима?! Я даже своими роскошными волосами пожертвовала, лишь бы меня приняли за обычную простолюдинку. Ведь в военной академии Рансейма аристократкам не было места. И я была уверена, что Дориан ни за что не подумает меня здесь искать! Кто в здравом уме из женщин сюда сунется, кроме тех, кому нечего терять?

Однако, сейчас он вот – передо мной. Чертов ректор этой проклятой академии – мой жених! Как такое возможно? Ведь совсем недавно на этой должности был другой человек!

– Хватит притворства, Элиза! Думаешь, если переоделась, не узнаю тебя по родовой магии? – прорычал мужчина. А после быстро шагнул ко мне, сгребая в объятия.

Мир мигнул, и в следующий миг мы оказались в другом месте. В комнате с огромной кроватью. Сердце сжалось от страха, и я как ошпаренная отпрыгнула от ректора, вжавшись в угол. Зачем он притащил меня сюда?!

Мужчина тем временем медленно, будто поймавший мышку кот, шагнул в мою сторону, впившись острым, как льдинки, взглядом.

– Ну же, Элиза, не хочешь рассказать будущему мужу, какого черта ты забыла в этот месте? – обманчиво мягким голосом поинтересовался он.

Пальцы с длинными, сильными пальцами непроизвольно сжались в кулаки, и вокруг них заискрили едва заметные магические разряды – аура силы, которую он больше не сдерживал. Даже воздух вокруг него, казалось, сгустился и наэлектризовался, предупреждая: терпение мужчины иссякло.

Но я промолчала, пусть меня и трясло от страха. Не говорить же ему, что я его ненавижу и замуж не собираюсь? Боюсь, это лишь еще больше обозлит его, а мне и так сейчас хочется провалиться сквозь землю.

Грэйхем сжал челюсти, а в следующий миг припечатал меня к стене, едва не вышибив весь дух. Его лицо оказалось рядом, и я ощутила на себе горячее дыхание мужчины. Глаза наполнились слезами, но я упрямо стиснула зубы, не собираясь показывать перед этим мерзавцем слабость.

– А я ведь искал тебя, – выдохнул Дариан, до боли впившись пальцами мне в плечи. – Сначала хотел убить за то, что ты меня так опозорила. Потом просто наказать, да так, чтобы запомнила надолго. Но теперь... У меня другое желание. Зря ты пришла в академию – тебе здесь не место, женщина.

Дурное предчувствие заставило меня занервничать, и я дернулась, со всей силой отталкивая мужчину, вложив в толчок немного магии. А когда Грэйхем отлетел в сторону, едва устояв на ногах, бросилась к выходу, холодея от страха. Но этот ублюдок оправился слишком быстро и тут же догнал меня. А после одним резким движением швырнул на кровать.

Разум затуманило ужасом, когда до меня дошло, что он задумал. И я снова попыталась сбежать, но руки ректора тут же окутались синим сиянием. Не добравшись до края кровати совсем чуть-чуть, я упала обратно, не чувствуя собственного тела.

– Я сделаю так, что у тебя не останется другого выхода, кроме как выйти за меня, – все так же обманчиво спокойно произнес Дариан, нависнув надо мной. – Ты сама будешь об этом умолять, и тогда я еще подумаю, стоишь ли ты этого...

Глава 17

– Ты не посмеешь! – только и успела крикнуть я, как ректор впился в мои губы грубым бесцеремонным поцелуем, словно действительно наказывая.

Язык мужчины нагло вторгся в мой рот, и он рванул на мне форму. Пуговицы отлетели со стуком, и перед взором Грэйхема появились тряпичные бинты, которыми я плотно заматывала грудь. Лицо мужчины вытянулось, и он замер. А после медленно потянулся рукой к бинтам.

– Нет, пожалуйста, – всхлипнула я, чувствуя, как перед глазами темнеет, а к горлу подкатывается тошнота.

Неужели Дариан действительно это сделает? Не может быть, чтобы отец желал мне такого будущего!

Внезапно мне вспомнилось, через что пришлось пройти, чтобы попасть в академию. Как изнуряла себя тренировками, чтобы хотя бы немного стать сильней. Как выслушивала насмешки тех, кто поступал вместе со мной. И как до потери сознания корпела над учебниками, чтобы пройти отбор. И что, я теперь так просто сдамся?

– Тебе понравится, – прошептал мужчина, торопливо распутывая бинты.

И вот уже его губы коснулись моей груди, а руки скользнули к брюкам. Прикосновения стали нежней и жарче, и где-то внизу живот скрутило сладкой судорогой.

Да что со мной такое? Как мне может это нравиться? Ненавижу!

А ведь он прав, несмотря ни на что. Любая бы на моем месте все отдала, чтобы стать его женой. Богатый и знатный, красивый, умный, да еще и ректор академии. Если бы не знала, какую участь он мне уготовил, тоже поддалась бы его чарам.

– Стой! – в отчаянии прокричала я, решив использовать свой последний козырь. – Я знаю твою тайну! И если не отпустишь меня, об этом узнают все, слышишь?

Грэйхем замер, и в его глазах впервые появилось беспокойство. Он отпрянул от меня, как от прокаженной, а я осталась лежать перед ним полуголая, беспомощная, неподвижная. Но теперь уверенная в том, что смогу постоять за себя.

– О чем ты? – глухо отозвался он, разглядывая меня будто впервые.

– Я знаю, что ты участвуешь в заговоре против короля, – выпалила я, чувствуя себя так, будто шагнула в пропасть. – Я слышала твой разговор с моим отцом!

– Что? – недоуменно нахмурился Дариан. А потом криво усмехнулся. – Хочешь сказать, что сдашь собственного отца? Если скажешь хоть слово, он отправится следом за мной.

– Сдам, – мрачно заявила я, бессовестно блефуя. – Он хотел выдать меня за тебя, даже не спросив моего согласия. За такого мерзавца, как ты. Думаешь, я пожалею его после этого?

Мужчина сжал челюсти так, что скулы побелели, а после окинул меня изучающим взглядом, задержавшись на груди. Я покраснела, скрипя зубами от бессилия, а он уселся рядом и скрестил руки на груди.

– Ты или абсолютно глупая, или невероятно смелая, – выдал он, наконец, процедив сквозь зубы. – Хотя, возможно, и то, и другое. Не боишься, что я просто убью тебя, чтобы ты никому не проболталась?

В его словах прозвучала реальная угроза, и на миг сердце сбилось с ритма, скованное липким страхом. Вот же ублюдок... Да он просто наслаждается моей беспомощностью!

– Убьешь дочь своего друга и союзника? – вложив в голос максимум уверенности, поинтересовалась я. – Тогда и твои планы рухнут. А еще... Я оставила брату письмо, в котором изложила все ваши планы. И если со мной что-то случится, угадай, кому он его отправит?

В глазах мужчины промелькнула откровенная ненависть, и он, шумно выдохнув, кивнул.

– Хорошо, считай, что ты меня заинтересовала. Хотя с большим удовольствием я бы продолжил наше занятие. Чего ты хочешь? Ты же понимаешь, что эта академия не для таких нежных барышень, как ты?

– Заключим договор, – быстро, пока он не передумал, бросила я. – Я докажу тебе, что способна на большее, что даже такая барышня, как я, может учиться здесь наравне с мужчинами. Ты позволишь мне остаться в академии и доучиться. Если выиграю – ты разорвешь помолвку, а я забуду о вашем разговоре.

Грэйхем глубоко задумался, будто взвешивая все за и против. А я затаила дыхание, ожидая ответа, от которого зависела моя судьба.

– Черт с тобой! – ответил мужчина, глядя на меня с неприязнью. – Но не жди поблажек! И если проиграешь – сама ляжешь в мою постель. В тот же день. Договорились?

Глава 18

– Тридцать отжиманий! Начали! – скомандовал Дорис, вышагивая мимо ряда принявших упор лежа адептов. – Кто не сделает – отправится мыть туалеты!

Я устало выдохнула и неторопливо начала отжиматься, стараясь экономить силы.

После десяти кругов бега, разминки и двадцати подтягиваний сердце колотилось, как бешеное, а ноги были будто ватные, но я, упрямо сжав зубы, продолжила делать. Наверное, все дело в том, что не выспалась сегодня – всю ночь не могла глаз сомкнуть после разговора с Грэйхемом.

Колючий песок впивался в кожу, а глаза заливал пот, и я кое-как доделала отжимания, тут же развалившись прямо на земле с облегчением, наслаждаясь прохладным ветерком, обдувающим лицо. Украдкой глянув на остальных, я с удивлением поняла, что отмучилась раньше остальных. И что кое-кто уже просто сдался, решив, что чистка туалетов не такое уж и сложное дело.

– Все, не могу... – простонал рядом со мной Питер, опускаясь на песок. – Лучше уж отработка.

Я незаметно ущипнула друга за бок, и он взвился, возмущенно ойкнув.

– Молодец, Розвальд, продолжай, – одобрительно хмыкнул Дорис, проходя мимо. – А ты, Ларинье, сильно не расслабляйся – сейчас будут спарринги.

Зло зыркнув на меня, Питер продолжил отжиматься с новой силой. А я вздохнула, моля небеса, чтобы мне в пару не попался Даверик, который, закончив, то и дело бросал в мою сторону многообещающие взгляды. Реванша ждет, к гадалке не ходи. И угораздило же меня попасть в одну группу с ним!

После испытаний отсеялась куча народа, и из нескольких сотен поступающих осталась хорошо если треть. Нас разбили на группы по двадцать человек, и, разумеется, этот злобный и надменный блондин оказался в моей группе. Впрочем, что меня радовало, вместе со мной остались и те, с кем я успела подружиться во время испытания: Варион, Альверик, Димитрий и Питер. Наверное, поэтому Даверик пока сторонился меня, труся выступить сразу против всех.

Но я была уверена, что он не отстанет, пока не отыграться за унижение, вот только сдавать мне было нельзя. Ведь я согласилась на условия Грэйхема, и назад дороги нет – только через его постель.

– Нейтон, ну же, маменькин ты сыночек! Давай, еще пять раз осталось! – рявкнул Дорис, подбадривая одного из адептов в своей привычной манере. – Чего ты как девка? Стыдно, Нейтон! Так, все, время вышло, закончили! Встать! Бегом на полигон!

Мы с Питером поднялись, кряхтя, как старики, и поплелись на площадку, где проходили магические бои. Ее окружали артефактные столбы, генерирующие защитное поле, чтобы магия не вырвалась наружу. Оно же гасило слишком сильные заклинания, которые могли навредить учащимся.

Спина была мокрой от пота, и я шла, будто в тумане, следуя за спиной впереди идущего Вариона. Наверное, поэтому не заметила подножку, которую подставил мне Даверик. Споткнувшись, я с оханьем взмахнула руками и схватилась за здоровяка впереди. Кое-как удержалась на ногах и заметила раздосадованное лицо Даверика.

– Ларинье, ты чего на ногах не стоишь? – ухмыльнулся-таки он.

– Тебя увидел, испугался, – усмехнулась я в ответ, отпустив одежду Вариона. – Мелочно, белобрысый. Придумай в следующий раз что-то посерьезнее.

Аристократ скривился, будто попробовал лимон, а Варион повернулся к нему с грозным видом.

– Слышь, ты! – гаркнул он, заставив Даверика побледнеть. – Хватит уже доставать Кейна! Еще раз увижу – нос сломаю, ясно?

Блондин злобно поджал губы, но промолчал. Больше он ко мне сегодня не лез, вняв предупреждению, и даже тренировка прошла, как ни странно, без происшествий.

Вернувшись к себе в комнату, которую выделили мне в общежитии, я первым делом отправилась в ванную, радуясь, что не надо идти в общую душевую, которая тут тоже была. Но брат, а верней его знакомый в академии не обманул, и когда я оформляла документы на поступление, Генри Олман лично встретил меня и посодействовал тому, чтобы мне достались отдельные апартаменты, полагающиеся только высокородным, как например тот же Даверик.

И здесь я могла быть собой, без грима и мужской одежды, не боясь, что меня раскроют. Вот только я забыла про того, из-за кого сюда попала. И что ему будет плевать на мое уединение.

Накинув на себя халат, я замотала волосы полотенцем и вышла из ванной.

– Мм... Кажется, я вовремя, – промурлыкал знакомый хриплый голос.

Подпрыгнув едва ли не до потолка, я повернулась к говорившему, и в страхе уставилась на стоящего возле кровати Дариана. Скрестив руки на груди, мужчина смотрел на меня пристально, облизывая взглядом, и я почувствовала себя раздетой.

– Какого черта, Грэйхем?! – с негодованием воскликнула я.

И вздрогнула, отступив к стене, когда он вдруг шагнул ко мне.

– Пришел проверить свою невесту, – ухмыльнулся мужчина, остановившись так близко, что я ощутила его горячее дыхание на себе. – Ну что, еще не передумала?

Глава 19

Я вжалась в стену, с трудом удержав себя на месте. Фигура Грэйхема нависла надо мной, подавляя собой и заставляя дрожать. Стало трудно дышать, а в груди расползся липкий страх, лишая остатков воли.

Но я понимала, что именно этого он и ждет – когда я дам слабину. Чтобы сломать меня, заставить саму отказаться от нашей договоренности.

– Нет, не передумала! – бросила ему в лицо со злостью, давя страх на корню. – Даже не мечтай, что так просто сдамся?

Мужчина криво усмехнулся и отстранился. А я снова смогла нормально дышать.

– Как прошел первый день? – небрежно бросил Грэйхем, будто он просто по-дружески зашел ко мне в гости.

Лицемер проклятый! Да что он тут вообще забыл?

– Какое тебе дело до этого? – с ненавистью выплюнула я, мечтая как следует врезать ублюдку.

Взгляд мужчины заледенел, и он снова подался ко мне, ухватив за подбородок.

– Не дерзи мне, девочка, – тихо, цедя каждое слово, стальным голосом произнес он. – Я ведь могу и разорвать нашу договоренность. Запру тебя у себя в поместье, найду твоего друга, у которого ты якобы оставила письмо, и заставлю его замолчать...

Я похолодела, чувствуя, как меня накрывает паникой. Потому что чувствовала – это не пустые слова. Он действительно на такое способен.

Видимо, что-то отразилось на моем лице, и губы мужчины разрезала жестокая усмешка.

– Что, об этом ты не подумала? – презрительно протянул он, глядя на меня, как тогда в усадьбе – будто я всего лишь вещь. – Так надо было выбирать себе противника по уровню. Не стоило тебе злить меня, Элиза...

С этими словами Дариан притянул меня к себе, и не успела я опомниться, как его губы накрыли мои. Властно, жестко, бескомпромиссно, словно ставя на мне свою метку. Поцелуй обжег, заставив замычать прямо в губы мужчине, но его руки держали меня крепко, не позволяя вырваться.

И снова вместо того, чтобы сопротивляться, я обмякла в объятиях Грэйхема, чувствуя, как ноги вдруг стали ватными.

– Сладкая, – выдохнул он, оторвавшись от меня на миг.

А потом его губы скользнули ниже, оставив на коже обжигающую дорожку, коснулись ключицы и спустились к груди. Мужчина потянулся к полотенцу, и я намертво вцепилась в его край, не позволяя Грэйхему сделать то, что он желал.

– Нет... Не надо, – выдохнула я, из последних сил пытаясь взять себя в руки.

Но получалось чертовски плохо – этот мерзавец меня словно околдовал. И, зная, кто он, я даже не удивилась бы этому.

Не знаю, чем бы все закончилось, если бы в дверь неожиданно не постучали. Чертыхнувшись, ректор с недовольством отпрянул от меня, а после, смерив плотоядным взглядом, исчез во вспышка телепорта, бросив напоследок:

– Мы еще продолжим этот разговор.

Я нервно рассмеялась и осела на пол, сползая по стене. Разговор? Так он это называет?

Стиснув зубы, я с силой ударила по стене, представляя, что это лицо Грэйхема.

Ну уж нет, сволочь, так просто я не сдамся! Ты еще пожалеешь, что связался со мной! Я обязательно дорасту до твоего уровня, и ты сам приползешь ко мне просить прощения!

– Кейн! – встревоженный голос Питера, донесшийся снаружи, заставил меня прийти в себя. – Кейн, у тебя все в порядке?

Вздохнув тяжко, я поднялась с пола, выискивая взглядом одежду. Что ж, надо бы сказать ему спасибо, ведь он только что спас меня.

Глава 20

– Запомните накрепко – главное баланс! – снова повторил Армек Дорни, усатый преподаватель по заклинаниям, важно расхаживая вдоль рядов. – Вольете больше энергии, чем надо, и плетение может взорваться. А меньше – оно рассыпется, так и не сработав.

Адепты старательно записали за лектором, я же тихо вздохнула и посмотрела в окно, за которым ярко светило солнце. Все эти прописные истины, которые вкладывали в нас в первые дни учебы, я и так знала. Что-то сама изучила перед поступлением, что-то брат рассказал. Но главное – все это я не раз успела опробовать на практике, и свою золотую середину давно нашла.

– А теперь запишите домашнее задание! – объявил профессор и продиктовал сразу кучу параграфов учебника.

Я снова взялась за ручку, записывая за ним, мыслями находясь далеко отсюда. Учеба представлялась мне чем-то более интересным, но по факту физически это был изнурительный труд, особенно для меня, а в теории, по крайней мере, пока, сплошная зубрежка.

Радовало лишь одно – вот уже неделю я не видела Грэйхема. Тот будто забыл об мне, больше, к счастью, не появляясь ни в моей комнате, ни в жизни. Может, его, конечно, отпугнуло постоянное присутствие рядом Питера, но я отчего-то не сомневалась, что Дариан про меня не забыл. И порой я даже чувствовала, что за мной наблюдают, словно чей-то взгляд то и дело сверлил спину, пусть никого и не замечала.

Напрягало это меня жутко, как и его явные намерения на мой счет, но выбора все равно не было, и я старалась как можно меньше думать об этом. Пусть только попробует снова полезть – в этот раз я уж точно не растеряюсь!

Прозвенел звонок на перемену, и мы с Питером, переглянувшись, рванули к выходу, на ходу подхватив учебники. Пришло время обеда, и мы спешили поскорей занять очередь в столовой. Особенностями учебы в этом заведении были интенсивные тренировки. Неудивительно, что кадетам все время хотелось есть, и мы с другом не были исключением.

Но даже несмотря на спешку, очередь в столовой успела разрастись чуть ли не до выхода. Толпа молодых, полных энергии кадетов шумела и бурлила. Кто-то смеялся, травя шутки, кто-то негромко беседовал между собой, а одна парочка и вовсе сцепилась, выясняя отношения.

Последние стояли прямо на пути с раздачи к столам, и мы с Питером, набрав полные подносы еды, благоразумно решили их обойти, чтобы и нам невзначай не прилетело. Но стоило мне сделать шаг в сторону, как я наткнулась на кого-то и чуть не выронила поднос. Наверное, постоянные тренировки помогли удержать равновесие, и тарелки не успели съехать на пол.

Сердито вскинув голову, я наткнулась на надменный взгляд Даверика, который стоял прямо передо мной, издевательски ухмыляясь.

– Ты такой неуклюжий, Кейн, – презрительно бросил он, и не подумав сдвинуться с места. – Как тебя вообще сюда взяли, неудачник?

Внутри взметнулась обида и злость, но я задавила их на корню. Вместо этого спокойно обошла парня стороной, поставила поднос на ближайший свободный стол, взяла стакан с компотом и быстро вернулась к Даверику. А после притворно ойкнула и плеснула в него из стакана.

В столовой повисла ошеломленная тишина. На форме блондина расплылось вишневое пятно, а его лицо исказила ярость. Стоящий за ним Питер побледнел, а из толпы раздались смешки.

– Боже, я и правда такой неловкий... – с демонстративным раскаянием развела я руками, чуть было не вылив на него остатки содержимого. – Прости ради бога. Вот, держи компенсацию!

С этими словами я вручила стакан ошалевшему от моей наглости Даверику и вернулась за стол как ни в чем не бывало, слыша, как позади кто-то откровенно заржал в голос.

Но не успела я взяться за вилку, как перед моим носом с грохотом опустился кулак, а надо мной навис злой, как черт, мой недруг.

– Ты! Ах ты сучонок! – прошипел он, перегнувшись через стол и схватив меня за воротник. – Да я тебя!..

– Отвали от него, Даверик, – раздался рядом чей-то суровый голос. – Ты уже всех достал.

Я удивленно вскинула голову и улыбнулась. Альверик. Надо же, заступился, хотя обычно старался держаться в стороне.

Воин в кожаной броне, которую не снимал, кажется, даже ночью, уселся рядом, глядя на Даверика исподлобья, и тот, скривившись, отцепился от меня.

– Так тебе и надо, белобрысый, – коротко хохотнул Варион, присоединившись к нашей компании. – Вали отсюда, пока цел. Этот заморыш под нашей защитой!

С краю скромно сел Питер, глядя на меня виновато от того, что не сразу вмешался.

Что-то злобно пробурчав себе под нос, блондин быстро вышел из столовой, не обращая внимания на насмешки, летящие со всех сторон. А я вдруг ощутила себя странно. Словно сидящие рядом со мной парни, с которыми раньше я бы и заговорить постеснялась, стали мне настоящими друзьями. Почти братьями.

Что ж, Грэйхем, посмотрим еще, кто кого. Меня так просто в обиду не дадут, да и я сама не собираюсь так просто сдаваться!

Глава 21

Я знала, что сегодняшний день будет ужасным. Поняла это, когда поутру Питер сообщил мне, что ректор вернулся в академию.

И что самое скверное – мои друзья восхищались им. Еще бы: могущественный маг, универсал, с боевым опытом, сильный, суровый, беспощадный к врагам – настоящий боевой маг, идеал, к которому стремились все адепты!

Разумеется, рассказать им всю правду я не могла, а потому каждый раз скрежетала зубами, слыша, как они нахваливают его.

– Представляешь, он лично будет на сегодняшнем занятии! – сообщил вдруг с восхищением идущий рядом Питер.

– Кто? – вздрогнула я, догадываясь об ответе.

– Ректор! – восторженно выдохнул он, слегка покраснев. – Я так волнуюсь! Говорят, если ему кто понравится, он возьмет его в ученики.

Я незаметно сжала кулаки, с трудом удержав на лице равнодушие.

Черт, только не это... Я так надеялась, что он обо мне забыл. А тут – ну с чего бы ему появляться лично на уроке каких-то первогодок? Наверняка, решил мне напомнить о себе, гад такой!

Сегодня нам предстоял промежуточный зачет по боевой магии. В обычной академии, конечно, спустя две недели обучения никто не стал бы устраивать проверки, но это там. В академии боевой магии же упор был сделан на интенсивность занятий, беспрерывный поток обучения и тренировок, будто из нас хотели сделать настоящую элиту, или как минимум архимагов.