Там, где заканчивается бегство

Я сделала вид, что не услышала, и прибавила шаг по асфальтированной дорожке.

— Эмма, затормози!

Шаги за спиной быстро приближались. Пришлось остановиться и развернуться.

Это был Мэйсон. Он шел легко, размашистым шагом спортсмена, держа под мышкой тяжелый черный мотоциклетный шлем.

— Ты чего убегаешь? — спросил он, сравнявшись со мной.

— От проблем, — честно ответила я, выравнивая дыхание.

— Тогда ты идешь не в ту сторону.

Я усмехнулась, скрестив руки на груди:

— Это еще почему?

— Потому что твои проблемы сейчас идут ровно за твоей спиной.

Я невольно обернулась. По широким школьным ступеням неторопливо спускались Крис и Лиам. Крис шел молча, засунув руки глубоко в карманы джинсов, и его темный, тяжелый взгляд сразу же намертво прилип к нам с Мэйсоном.

— Замечательно… — пробормотала я под нос.

— Спокойно, — ровно проговорил Мэйсон, делая полушаг вперед и заслоняя меня полубоком.

— Я спокойна.

— Врешь. У тебя пальцы дрожат.

— Немного, — призналась я, сжимая кулаки.

Мэйсон неожиданно протянул мне второй мотошлем — ярко-красный, с глухим тонированным стеклом:

— Держи.

— Зачем это?

— Поедешь со мной.

Я удивленно воззрилась на тяжелый шлем в его руках:

— Куда?

— Домой. Или куда тебе нужно.

— Спасибо, Мэйсон, но у меня есть ноги. Я умею ходить пешком.

— Знаю, что умеешь, — он едва заметно улыбнулся кончиками губ, и в его серых глазах проскочила мягкая теплота. — Но сегодня лучше не проверять, насколько сильно Крис обиделся на сегодняшнее поражение.

Я перевела взгляд на парковку. Крис действительно смотрел прямо на нас. Расстояние между нами быстро сокращалось, и даже отсюда я физически ощущала, каким тяжелым, пронизывающе-холодным и злым был его взор.

— Не переживай, — тихо добавил Мэйсон, перехватывая мой взгляд. — Он ничего тебе не сделает.

— Откуда у тебя такая слепая уверенность?

— Потому что…

Он не успел закончить. За его спиной неожиданно раздался гулкий, низкий и обжигающий голос:

— Потому что что, Мэйсон?

Крис. Он подошел со стороны парковки настолько бесшумно и быстро, что я даже не услышала его шагов по гравию. За ним, чуть отставая, шел Лиам.

— Решил поработать у новенькой персональным телохранителем? — с ядовитой, царапающей ухмылкой спросил Крис, глядя исключительно на брата.

Мэйсон медленно, плавно повернулся к нему, выпрямляясь во весь свой двухметровый рост:

— Если понадобится — поработаю.

Крис коротко, сухо усмехнулся, но его темно-карие глаза оставались абсолютно мертвыми и холодными:

— Забавно.

Он перевел взгляд на меня, медленно сканируя с головы до ног, будто пытаясь найти хоть какую-то трещину в моей броне:

— Не думал, новенькая, что ты так быстро найдешь себе заступника. Без мужской спины совсем никак?

— Ошибаешься, Блейк, — спокойно и раздельно ответила я, сделав шаг вперед и выходя из-за Мэйсона. — Я никого не искала. И защищать меня не нужно.

— Тогда почему ты стоишь рядом с ним и берешь его шлем?

Я сделала еще один шаг, окончательно сокращая дистанцию между мной и Крисом. Теперь нас разделяло меньше метра. Я слышала его ровное, чуть сбившееся дыхание и снова уловила этот въедливый, дорогой аромат сандала и древесной смолы.

— Потому что Мэйсон, в отличие от некоторых, хотя бы разговаривает как нормальный человек, — чеканя каждое слово, произнесла я. — Он не хватает людей за руки на глазах у всех и не запирает их в темных каморках, как трус.

На каменно-застывшем лице Криса впервые за все это время что-то дрогнуло.

Его зрачки расширились. На долю секунды — на миг, который замедлил всё вокруг — в его карих глазах вспыхнуло что-то похожее на глубокое, острое сожаление и настоящую боль. Он явно не ожидал, что я скажу это прямо здесь, при Мэйсоне и Лиаме, да еще и напомню про ту чертову темную комнату.

Но через миг эта вспышка погасла. Крис ничего не ответил. Он просто молча, сжав челюсти до желваков, развернулся и пошагал в сторону своего черного внедорожника.

Лиам задержался на пару секунд. Он перевел растерянный взгляд с меня на Мэйсона, а затем тихо, качая головой, усмехнулся:

— Кажется… впервые в жизни Кристофер Блейк искренне не знает, что ему делать.

И пошел вслед за другом.

Я долго проводила их взглядом, наблюдая, как Крис с гулким треском хлопает дверью машины и с прокруткой срывает джип с места.

— Он всегда такой? — тихо спросила я, повернувшись к Мэйсону. — Такой дерганый, жестокий и колючий?

— Нет, — так же тихо ответил Мэйсон, смотря на удаляющийся внедорожник брата. — Не всегда.

— Тогда почему он ведет себя именно так? Зачем строит из себя монстра?

Мэйсон долго молчал. Взвешивал каждое слово, а затем посмотрел мне прямо в глаза — глубоко и серьезно:

— Потому что ты — первая девчонка в этой школе, которая не испугалась его. И он просто не понимает, как реагировать на человека, у которого есть зубы.

Я снова посмотрела на пустеющую парковку.

Странно… Еще вчера в парке он казался мне обычным, шаблонным самовлюбленным идиотом, привыкшим к безнаказанности.

А сегодня, после вспышки ужаса в подсобке и той короткой секунды сожаления в его глазах, я впервые всерьез задумалась: а что на самом деле скрывается за этой непробиваемой, ледяной маской Кристофера Блейка? И почему эта тайна пугает меня гораздо сильнее, чем вся его злость?