Наследство с приключениями или приключение в наследство. Книга 1( часть 1 )

– Значит мы скоро покончим с шайкой Аграфены, – торжествующе сказала она и поцеловала Гюргия. – Милый, какая чудесная новость!

– Но есть один маленький нюанс, – безжалостно отвечал Волков, обнимая её. Агата насторожилась. – Теперь этот лешак у нас не скоро появится. Ну же, любимая, не хмурься, – ласково попросил Гюргий, внимательно глядя ей в глаза. – Ты же не хочешь, чтобы такого бесценного шпиона погубила глупая случайность? Давай « уступим» его Аграфене. « И твой промах постепенно забудется» , – мысленно прибавил он , нежно улыбаясь королеве. Та покапризничала, но, подумав, дала себя уговорить. Гюргий перевёл дух, успокаиваясь: « Да как мне такая чушь могла в голову прийти – королева и леший!»

– Значит, сегодня был его последний концерт? Жаль! – вздохнула она, думая о том, какой Емеля красавец и чудесный танцор. – Кем же мы его заменим?

– Да хошь мной! – шутливо предложил Гюргий, маскируя оживающие сомнения. Приняв картинную позу и выпятив грудь, он спросил: – Что спеть, вашему величеству?

– Спать хочется, – дипломатично отказалась Агата, закидывая руки на затылок и потягиваясь. – У нас гости, забыл? Нужно будет подняться пораньше.

– А теперь я милой ничего не значу, – задушевно, с надрывом пропел Гюргий, скользнув взглядом по огромному диску луны, заливавшей своим светом парк. – Под чужу – у – у – у – ую – ю – ю, – неожиданно взвыл он фальцетом , запрокидывая вверх голову и переходя на высокие ноты с утробными переливами. Агата молниеносно подскочила к нему, запечатывая ладонью рот и одновременно, опуская взглядом штору. Гюргий опомнился и сконфуженно притих, но было уже поздно: первыми откликнулись волки с крепостных стен, потом из казарм, замелькали испуганные лица в окнах замка, с Русалочьего острова взвились драконы, замелькали факелы по обе стороны реки. В дверь настойчиво забарабанили, узнать всё ли у правителей в порядке. Пришлось выходить и успокаивать. Шуму вышло на всё Заречье.

– Шалопай, мальчишка! – негодовала Агата, колотя кулачками по его широкой груди. – Когда ты, наконец, остепенишься? Перед гостями оконфузил, всё Заречье перебудил: драконы почти над нашим замком летают.

– Ничего, им это только на пользу пойдёт! – хохотал Гюргий, сжимая её кулачки в своих ладонях и страстно целуя. – А остепенюсь я, когда ты мне наследников подаришь. – Рассвирипев, королева вырвалась и запустила в него подушкой. Он ловко увернулся и, улучив момент, подхватил её на руки. – Агата, давай заведём детей, хоть парочку, – молил он, глядя влюблёнными глазами.

– Хоть тройню, хоть дюжину! – сердито огрызнулась она и потребовала: – Отпусти сейчас же, кому говорю?!

Гюргий отнёс её на кровать и, сев рядом, продолжал уговаривать: – Милая, искорка моя золотая, ты только представь, какие у нас будут красивые малыши. Как ты и я в детстве. – У Агаты от возмущения даже дыхание перехватило:

– Тут у нас война не на жизнь, а на смерть, а тебе это игрушки. И я – игрушка. Убирайся к себе! – сердито приказала королева, спихивая его на пол. Больше она говорить не желала, оправданий не слушала. Пришлось покориться, ведь Агата была в таком гневе, когда почернели не только глаза, но и ночная сорочка.

Раздосадованный Гюргий поплёлся в свои покои. « Хорошо хоть, что на нашем этаже никого не разместили,» – угрюмо размышлял он, дуясь на жену и распаляя обиду. Погружённый в свои мысли Гюргий нечаянно налетел на дворецкого. Тот брёл по коридору, уткнувшись в большой свиток и что-то приборматывая себе под нос. Отскочив, князь возмущенно на него накинулся:

– Ты почему бродишь как привидение?

– Ваше сиятельство, – оправдывался толстяк, поднимая оброненный свиток, – вы должно быть не в курсе, что ваш любимчик леший – « рыжая пакость» , добавил он мысленно, – с братцем Мизгиря обокрали. А я сегодня, каюсь, оплошал, не проследил – сильно был загружен.

– Прекрати! – грубо оборвал его Гюргий. – Ни один леший в моём замке красть не будет. Твой Мизгирь сам свои деньги куда – нибудь засунул – не в первый раз такое творит. Потом найдёт, посопит и забудет, а к парням уже ярлык прилепили!

Дворецкий попытался было возразить, но Гюргий, не терпящим возражения тоном, приказал: – Ступай спать. Хватит глупостями заниматься!

Тот поклонился и, обиженно поджав губы, ушёл, бормоча под нос: – Когда чего-нибудь не досчитаетесь, пеняйте на себя! Конец света: леший – фаворит!

Спать Гюргию расхотелось, поэтому он направился в кабинет, чтобы, наконец, просмотреть Емелину флэшку. « Неплохо поработал Эмильен Золотой голос» , – похвалил его про себя Гюргий. « С этим-то всё ясно. Теперь бы поскорее получить волос Златомира.» Пытаясь избавиться от смутной тревоги, он отправился проверить посты. « Интересно, а зачем Агате понадобилось приглашать на семейный праздник весь цвет Ордена. Хорошо, если только мне в пику, как этот нелепый танец с лешим. А что, если она опять какую-то авантюру затеяла?» – От этих мыслей на душе кошки заскребли.

Обиженная Агата тоже не смогла заснуть и ворочалась с боку на бок. « Дети ему понадобились!» – сердилась она, нутром чувствуя, что Гюргию нужно потомство от Златы. « Если бы он только знал, как давно я хочу детей, но ... своих. Осталось-то всего ничего, -- горько рассмеялась она: -- покорить всё Затуманье до конца, открыть Великое Озеро и вернуть свой истинный облик! Только, когда это ещё случится – он же мне постоянно мешает. Одна его двурушная политика чего стоит, да ещё и Емелю отослал, единственную мою отдушину» , – распаляла себя королева, перечисляя обиды. « Придумал предлог не пускать его больше в замок. Я королева и могу поднять до себя кого угодно!» – хорохорилась она, стиснув уголок подушки зубами. О кокатрисах и водяницах её величество предпочитала не вспоминать. Так и не уснув, она встала, накинула пеньюар и начала писать письмо Электре – сёстры обменивались письмами ежедневно.

Глава 15

Г Л А В А 15

Ночью на Ведуны обрушился ледяной дождь. Наутро все тротуары и дороги превратились в каток. Аркадия это не смутило – единственной целью для него было вернуть упрямого Рыжикова в столицу, остальное он просто не замечал. Позавтракав ни свет ни заря, он вышел из гостиницы и направился к Костиному дому. Собаки на Садовой давно его дожидались. Стоило ему завернуть за угол, как навстречу понёсся протяжный заунывный вой. Хором злорадно руководили Рэкс и Чарли, не задумываясь, что переполошили весь квартал. Соседи в панике выбегали за ворота, пытаясь понять, что происходит. Нетрудно было догадаться, что причина этого воя Аркадий: стоило ему пройти одни ворота, как там собаки умолкали, передавая эстафету следующему двору. Люди, вышедшие на улицу, молча и неприязненно за ним наблюдали. Аркадию стало неуютно, очень тревожно и жутко, на душе заскребли кошки. Пришлось ретироваться, но сдаваться он не собирался, поэтому зашёл с другой стороны, дав кругаля на целый квартал.

– Дворняжки поганые! – сплюнул он злобно, когда его снова обвыли. – Задушил бы собственными руками!– эти слова он произнёс вслух и тут же получил ответ от пожилой женщины, запирающей калитку:

– Аспид, никому от тебя житья нету, всех псов в округе довёл! Чур нас! Иди по добру по здорову, ты здесь никому не нужен! – Спорить он не стал, понимая в душе, что она права.

Злоба зашкаливала и распирала его изнутри. Обидно было, что он ничего не добился, а время поджимало. Сдаваться Аркадий не собирался, и чтобы немного успокоиться, он решил побродить по городу, но раздражение не проходило.

«Во «дворец» меня больше не пустят,– размышлял он,– до участкового тоже не добраться, может, через того старичка попробовать – попытка не пытка. Нужно выяснить, где он живёт. Подлец Рыжиков, даже трубку не берёт!»– обозлился вконец Аркадий, пытаясь дозвониться из автомата. « А куда это меня занесло?» – удивлённо огляделся он. « Рынок что ли?» – Только сейчас он заметил, что вокруг блестит голый лёд, а ветви деревьев гнутся до земли под тяжестью сосулек. По прибазарной площади сновали коммунальщики, посыпавшие всё вокруг песком, а внутри рынка орудовали уборщики с ломами. Чтобы хоть немного отвлечься от своих мыслей, Аркадий пошёл по базару.

Вдоль одной стены тянулись прилавки «блошиного рынка», где пританцовывали на морозе иззябшие продавцы; вдоль другой расположились магазинчики и мясные лавки. В цетре торговали фруктами и овощами. Поскользнувшись, он едва не врезался в Сергея, который выходил из магазинчика с фруктовым чаем в пакете.

– Поосторожней,любезный!– надменно сказал Майоров, едва успев отшатнуться.

– Извиняюсь! – буркнул в ответ Аркадий, и они, не обращая больше друг на друга внимания, двинулись вдоль прилавков «блошиного рынка».

По мнению Сергея, поживиться было нечем – сплошь барахло. Майоров уже развернулся к выходу,как неожиданно замер, заметив, что Аркадий выудил из кучи хлама старинную чайную шкатулку-сундучок. Такая же была когда-то и у его бабушки. Он досадливо крякнул и вернулся, втайне надеясь, что Аркадий сейчас её оставит. Это был его просчёт: Аркадий, заметив конкурента, передумал торговаться и заплатил, сколько запросили,– тем более, что цена была пустяковая. Сергей начал темнеть от досады и раздражения, когда Аркадий победно прошествовал мимо него со своей добычей. « Сейчас начнёт лютовать», – зашушукались продавцы, когда он подошёл к прилавку. « Ищешь чего,милок?»– заискивающе спросила старушка, продавшая шкатулку. « Мне нужна чайная шкатулка»,– сухо ответил он. Та только развела руками. У Майорова посинел кончик носа и по лицу начала разливаться голубизна. « Может, старинная чайница подойдёт?»– вкрадчиво спросила её соседка и, торопливо стянув толстые варежки с пуховых перчаток, достала чудесную бонбоньерку зеленоватого фарфора с золотыми розами. Сергей заинтересовался и взял вещицу в руки. Чайница напомнила ему табакерку, в которой «наследничек» хранил скрепки. Его лицо посинело ещё сильнее. Бедным старушкам было невдомёк, что он мучительно завидует Косте. Понимая, что она чем-то прогневала « Ирода синюшного», старушка трясущимися руками вытащила из-под прилавка старинный чайник, вазочку и четыре чашки с блюдцами и тарелочками. « Это наша семейная реликвия,– испуганно пролепетала она,– отдам недорого.» « Упакуйте!»– велел Сергей, придирчиво осмотрев предложенные вещи. « Сумочку вашу давайте»,– протянула женщина руку к его пакету, но нарвалась на такой взгляд, что застыла на месте. Тут же старушка, продавшая Аркадию злополучный ларчик, с тяжёлым вздохом взяла с прилавка перед собой одну из своих сумок, вышитую петухами. « Вот, примите подарочек к празднику», – произнесла она, помогая товарке упаковать хрупкие вещицы. Довольный своим приобретением, он ещё походил по рядам и за бесценок получил филигранные серебряные подстаканники и золотые чайные ложечки. Все наперебой старались откупиться, чтобы « Ирод синюшный» не закрыл перед праздниками толкучку. А он предвкушал как завтра поедет домой, к маме, на целую неделю: выходные плюс отгулы,– потому что первого января ему выпало дежурить.

« Сумку отдам тёте Тане, пусть форсит,– решил он, рассматривая вышивку,– а маме?» – Тут Сергей крепко задумался, что бы такого ей подарить, как его внимание привлёк скорняк.

– Не проходите мимо, молодой человек, взгляните на мой товар.– Он прокрутил на пальце шапку, и Сергей восхищённо замер: пред глазами замелькало что-то очень пушистое и привлекательное. – Какой мех,а? Сносу нет и цены нет такой шапке! Детям в наследство оставите! Да, вы пощупайте! – наседал торговец, почуявший состоятельного покупателя. Сергей, приняв безразличный вид, всегда маскировавший его крайнюю заинтересованность, разглядывал товар.

-Даже не знаю,– протянул он небрежно,– мех какой-то странный,слишком лохматый . Такой скорее для женской подойдёт. А кстати, у вас есть женские шапки? – Но тут неожиданно тучи разошлись, и на прилавок упал яркий луч света. Переливчатый мех заискрился и заиграл на солнце, не отпуская его – так магия выползней завладевала теми, кого выбирала. Не каждый смог бы купить подобную вещь, потому что только выползни могли почуять, кто подойдёт для служения Чёрной королеве. Снопы искр заметил и Аркадий, сразу направившийся к прилавку.

– Да, вы примерьте,– продолжал уговаривать его продавец, – она ведь потому и лохматая, что на наши морозы рассчитана. Вон как вы на холоде посинели.– Сергей недовольно сверкнул глазами, но шапку примерил и, посмотревшись в зеркало, стоящее на прилавке, довольно приосанился. Вещь была сшита идеально и очень шла к его серым слегка подтянутым к вискам глазам. Скорняк замер, боясь вспугнуть покупателя – он мёрз напрасно всё утро, так ничего и не продав, поэтому цену назвал без запроса, чтобы Сергею даже торговаться не захотелось.

– Жаль, – искренне вздохнул Майоров, расплачиваясь,– что они все одного размера и только мужские.

– Не беда, у меня дома полно таких шкурок,– заверил довольный продавец, потихоньку проводя деньгами по остальным изделиям. – Ты мне размер скажи и фасон, а я сошью.

– Две женские «боярки» такого же размера, что и моя, и одну мужскую ушанку размером больше. А шубку сшить сможете?

-Могу сшить шапки и подобрать шкурки на шубку.

– Тогда подберите на манто для полной женщины. Мама чуть ниже меня.

– Договорились, подойди через две недели, всё сделаю и привезу. Пошью «боярки» для твоих мамы и жены, а ты им ещё «паутинки» купи,– кивнул он на соседний прилавок,– очень красиво выйдет. – Сергей улыбнулся про себя, но не стал говорить,что ещё не женат, а вторую шапку собирается подарить домработнице тёте Тане. Он кивнул, убирая покупку в сумку, и предложил задаток. – Не нужно,– великодушно отказался продавец,– мало ли что, вдруг заболею. Отродясь никого не подводил. Приходи двадцать третьего.

– Непременно приду,– отозвался Сергей, перемещаясь к прилавку с платками. На секунду он даже растерялся среди этой красоты, но всё же выбрал два платка для мамы и домработницы, которую любил как родную. Себе и отцу приобрёл пуховые гольфы и довольный отправился домой.

– Хороший парень, родителей почитает,– убеждённо сказал скорняк соседу слева, скептически наблюдавшему за ними.

– Ты, наверное, из Мшели будешь? – спросила платочница.

– Из Мана,– недоумённо ответил скорняк,– и что из того?

– А то, мил человек, – ехидно пропел сосед слева,– попал ты.– Он явно наслаждался замешательством «везунчика».

– Как это – попал?!– не понял тот. – Ты чего это плетёшь?

– Да не томи ты эту «дярёвню», – издевательски хихикнула платочница, – расскажи-ка лучше, кто у него сейчас шапку купил. – Это услышал Аркадий, подошёл и начал неторопливо перебирать носки, косясь на шикарные шапки. Скорняк насупился и внутренне напрягся, понимая, что услышит сейчас нечто очень неприятное.

– « Дярёвня» ты «дярёвня», это же был Майоров-младший, генеральский сынок, кошмар Ведунов. Он весь наш город данью обложил.

– Брешешь, – недоверчиво протянул мужик,– все знают, что только у вас в Ведунах настоящий порядок и никакого рэкета.

– Был порядок, да сплыл, когда « Ирода синюшного» сюда из столицы сослали. Поначалу он полный беспредел устроил, но обуздали. Теперь он исподтишка пакостит: набрал команду из таких же пришлых отморозков, которые сразу несговорчивым наркотики подкидывают. Проще сразу заплатить, сколько они определили.

– Чушь! – возмутился скорняк.– Никаких отморозков я и в глаза не видел, а этот вежливый парень даже и не торговался.

– Так это он тебя заманивал, повадка у него такая,– просвещала торговка.– Я ему два лучших платка и четыре пары гольфов отдала за гроши. Эти копейки даже расходы на пряжу не покроют.– Скорняк виновато потупился, вспомнив, что сам нацелил генеральского сынка на её товар.

– Ты народ поспрошай, коль нам не веришь, посоветовал сосед уже серьёзно,– каждый скажет тебе то же самое: ты отдашь ему всё, что привезёшь бесплатно, или тебе подкинут наркотики и упекут в кутузку. Хорошо хоть хватило ума не сказать, где живёшь. Все его подручные, в основном, из Мана да Мшели. Молодец, что от задатка отказался. – Скорняк посерел, сообразив, что ему не соврали.

Аркадий, намотав услышанное на ус, и, понимая, что тот сейчас уедет и никогда не вернётся, а шапки изумительные, начал неторопливо перебирать товар.

– А чей это мех? – он поднёс шапку к глазам и подул на неё, восхищённо любуясь, как колышется густой блестящий ворс.

– Ползуны,– ответил продавец, – так называется местная порода кроликов.

– Надо же,– удивился Аркадий,– никогда не слышал. – У него возникло непреодолимое желание непременно купить эту шапку и он принялся с азартом торговаться.

– Три последних таких осталось, возьмёшь все,– сдался ,наконец, скорняк,– хорошо уступлю.

– А что,– решился Аркадий,– всё равно, лучше подарков я не найду, а праздники на носу.– Жаль, женских нет,– помялся он для виду.– Ладно, уговорил,беру три крольичих и вот эту – волчью.– Они тут же ударили по рукам, и довольный Аркадий, докупив ещё шаль для жены, отправился в обход по рынку. Вышло солнце, но теплее не стало, поэтому он сразу надел обновку. Мысли снова вернулись к Рыжикову: «Пригрел сопляка, взял в свою компанию и всему обучил, а он теперь нос дерёт!» Конечно, свет клином на Рыжикове не сошёлся, хотя, замену ему найти было неимоверно сложно, но всё же возможно – в подобную компанию любой пошёл бы работать с удовольствием. Дело было в том, что Костя страшно унизил Аркадия. В конце концов, тот был человеком очень богатым и влиятельным, намного старше и, к тому же, приехал сам. Выдержи Костя пару раз его визиты, тот бы понял, что всё бесполезно и отстал.Сейчас же дело пошло на принцип. Аркадий целую неделю мёрз под дверями, объяснялся с патрульными, терпел косые взгляды соседей и, даже наступив на гордость и выдержав скандал с Тимкой, отправил тому на почту официальное предложение занять новую должность. Рыжиков сухо отказался, поэтому обозлённый Аркадий отступить уже не мог и начал размышлять, как отомстить наглому щенку. Тут он сообразил, что стоит на автобусной остановке и держит в руках шесть пакетов, доверху забитых всякой всячиной. Такого с ним ещё никогда не случалось. Мимо проехал автомобиль, и Аркадий узнал в водителе генеральского сынка. Тут же его мысли приняли другое направление: « А что, если этого Майорова попробовать привлечь? Чушь!»– насмешливо отозвался внутренний голос. « Так он и станет для тебя стараться! Как ты это себе представляешь?» – Аркадий было приуныл, но тут его осенило. Самое простое решение было у него под носом, а он и не видел. Радостный он залетел в троллейбус, чтобы поскорее оказаться в своём номере и связаться с племянником. Проезжая мимо сквера, шеф заметил Рыжикова, идущего через дорогу с лыжами под мышкой.– Троллейбус остановился на остановке, и Аркадий начал проталкиваться к выходу, ликуя, что тот ему, наконец-то, попался. Как ошпаренный он вылетел на улицу и рванул за тем вдогонку. Окликать Рыжикова он не стал, рассчитывая, незаметно идти за ним на расстоянии, не теряя того из вида, и проявиться только у самого дома. Костя шёл беззаботно, даже не оглядываясь, и Аркадий, который сначала сторожился, почувствовал себя свободнее и зашагал быстрее. Они пересекли сквер и подошли к переходу.

- Костя, привет!– неожиданно раздалось сзади, и опешившего Аркадия обогнал Андрей. На его счастье ни Костя ни капитан его не узнали, но осторожный Аркадий всё же отступил за дерево.

- Привет, Андрей! – обрадовался Костя, пожимая тому руку.– Зайдёшь?

- Нет, я участок обхожу, сейчас не могу. А ты новость слышал? Представляешь, Олег собрался жениться!

- Ого! И на ком? – живо заинтересовался Костя.

- Да, на твоей куме! – расхохотался друг, наблюдая как у Кости округляются глаза.

- Ты чего несёшь?! – возмутился тот.– Какая ещё кума?!

– Настя,– веселился Андрей.

- Бедный Олег!– посочувствовал Костя.– Да, как же его угораздило с этой пустоголовой связаться?

- Ты не прав, Константин,--возразил Андрей: – она не пустоголовая – просто у неё лёгкий характер, а Олег очень серьёзный. Полагаю, что из них получится идеальная пара.-- Он взглянул на экран телефона и заторопился.-Извини, я побежал, вечером загляну.

Когда друзья распрощались, изрядно промёрзший Аркадий выглянул из-за ствола и недовольно поморщился – Рыжиков успел перебежать дорогу. « Ничего, никуда не денется!»– подумал он, подходя к переходу. Светофор отсчитывал последние секунды – вот сейчас машины остановятся и можно будет свободно перейти дорогу; но тут произошло нечто неожиданное: Костя подошёл к неприметной калитке в мозаичной стене, между ателье и кондитерской, и спокойно открыл ту своим ключом. « Вот ведь гадёныш,– побагровел Аркадий, прозревая,– он же через соседей на другую улицу выходил, пока я,как последний дурак, оббивал кулаки об его ворота. Теперь ты в моих руках»,– пообещал он злобно, запоминая номер. Добравшись до гостиницы на такси, он вызвал по видеосвязи Тимку и долго тому объяснял свой план. Костя даже и не подозревал, какие тучи сгущаются над его головой.

– Ну ты, дядя, ты гений!– восхитился племянник.– За три дня управимся и приедем с Яшкой,– пообещал он. – Я бы и не додумался!– сказал он на прощанье. Судьба непокорного Рыжикова была решена. Оставалось только переждать эти три дня, да надеяться, что Тимка с Яшкой не напортачат.

* * * * *

Настя сидела в машине возле станции и отчаянно скучала.Она листала свои заметки и сердилась, что Олега дёрнули на работу даже в выходной, а ведь день так хорошо начинался. Сегодня они с женихом ездили по окрестным деревням, где она собирала фольклор для своей новой книги – урожай был богатейший. Когда они были на полпути к городу, неожиданно позвонило начальство и потребовало, чтобы Олег немедленно отправлялся на станцию, где произошло ЧП. Настя обиженно надула губки и сердито сказала:

– У тебя же сегодня отгул!

– План-перехват, милая ,– поцеловал он её в висок,– не сердись, сегодня даже тех, кто в отпуске дёрнули на службу. Ограбили Михеича-травника, забрали две сумки с заказными кремами. Это дед нашего полковника,– расстроенно пояснил Олег Насте. Та покорно кивнула, понимая, что выходной накрылся.– Надеюсь, мы быстро разберёмся – в Ведунах воров нет, значит орудовали чужие. Уехать на машине они не смогут: на дорогах везде посты. В лесу не спрячешься, если не вырос в этих местах. Поезд уже ушёл, а следующий только вечером.

– И вы их возьмёте тёпленькими,– воодушевилась Настя, приходя в хорошее настроение,--а я пока посижу у Степаныча, тем более, что он так ещё и не рассказал легенды о Кузьме-солдате.– Но к её досаде Степаныч уехал в контору с отчётом, так что не оставалось ничего другого, как скучать в машине, пока Олег ловит воришек.

После того как Манефа сняла с неё порчу, девушка снова почувствовала вкус жизни – всё вокруг переливалось яркими красками, внутри вскипали радостные пузырьки, казалось, стоит только подпрыгнуть и она взлетит.

А ведь сначала Манефа и слышать о ней не хотела, после всех её выходок. На все уговоры Олега она отвечала твёрдо: «Нет!». Тогда правнук, не менее упрямый, чем прабабушка, однажды вечером заявился в гости вместе с Настей. Манефа сильно тогда на него разозлилась и собиралась было указать им на дверь, но, взглянув на Настю,вздрогнула – на ту явно навели смертельную порчу. Не говоря ни слова, она взяла бедняжку за руку и увела в Ворожейную. Усадив Настю на стул, она зажгла свечи и какие-то травки, потом, зажав в руке сырое яйцо, велела той встать и начала водить руками вокруг девушки по спирали – от макушки до пяток, с какими-то приговорами. Насте сразу стало легче. Закончив «диагностику», Манефа разбила яйцо в белоснежную фарфоровую миску и ужаснулась: « Да, как же ты, девонька, до сих пор жива?!» Порывшись в шкафчике, она достала склянку с золотистой жидкостью и, отмерив полстакана, велела той выпить залпом. « Конечно, это ещё не лечение, но помочь должно!» « Мне уже лучше!»– благодарно ответила Настя. В течение недели они приходили к прабабушке каждый вечер, и Насте становилось всё легче и легче. Постепенно она стала сама собой. С Олегом они за это время подружились, а потом поняли, что жить друг без друга не могут. Тогда-то парень и сделал ей предложение. Его семья одобрила выбор и приняла невесту сына очень душевно. Дело шло к свадьбе и они проводили вместе всё свободное время.

Прошёл целый час, повалил густой снег, и за его пеленой Настя не сразу заметила мужчину, вынырнувшего как из-под земли. Она радостно встрепенулась, решив, что это Олег, но, присмотревшись внимательнее, поняла, что ошиблась – мужчина был худой и невысокий, полная противоположность её высокому крепкому жениху. Тот нетерпеливо постучал в окошко, мол, открой. Девушка брезгливо передёрнула плечами, распознав бомжа, а рука механически скользнула в открытую сумочку и судорожно вцепилась в электрошокер. Жестом она велела непрошенному гостю убираться, но тот не уходил.