Мой яд - 1

– Но может, всё же в отель?

– Послушай, – Брайан пристально посмотрел на неё. – Я ведь сказал, что всё в порядке. Ты никому не помешаешь. У нас большой дом со спальней для гостей, удобной кроватью и чистым постельным. Я сомневаюсь, что у тебя хватит денег на приличное место. Ты же не хочешь спать на грязном белье, с тараканами и сомнительными соседями?

Миа чуть приоткрыла рот, озадаченно поглядев на него. Она настолько сосредоточилась на самом побеге, что совсем не подумала о таких тонкостях. Брайан не ошибся, денег у неё хватило бы в лучшем случае на вшивый придорожный отель. Воображение само собой нарисовало маленькую обветшалую комнатушку с грязными засаленными обоями, прокуренным ковром и кроватью с пропотевшими простынями. Она брезгливо передёрнула плечами, сама того не заметив. Да она бы глаз не сомкнула! А если бы увидела таракана… На лице промелькнула гримаса отвращения, не укрывшаяся от Брайана. Он весело рассмеялся, а Миа с трудом выдавила смущённую улыбку.

– Дай угадаю – ты об этом не думала.

Миа отвернулась и пожала плечами. Она не хотела чересчур пристально смотреть на Брайана, но взгляд невольно прильнул к его точёному профилю. До переезда в Атланту он жил в доме напротив. Их матери дружили. Они вместе ходили в школьный театральный кружок, вместе ездили на детские конкурсы талантов, а однажды даже сыграли брата с сестрой в рекламе готовых завтраков. Но они никогда не были особенно близки. Брайан оставался для Мии просто сыном маминой подруги, который при любой возможности подтрунивал над ней. Миа дико смущалась и убегала. Он был на три года старше и казался очень взрослым.

Брайан окончил школу незадолго до смерти её родителей и почти сразу уехал в Лос-Анджелес, решив попытать счастье в Голливуде, а она осталась в Смоллтауне. Без родителей. Без привычных конкурсов, съёмок и кастингов. Её жизнь остановилась, а у Брайана появилась главная роль в успешном сериале и толпа поклонниц.

В школе Брайан был звездой. Высокий. Выше большинства парней. Он играл в американский футбол и, если бы посвящал этому всё время, мог бы добиться больших успехов. Спорт сделал его широкоплечим и мускулистым. С тех пор, как он уехал из Смоллтауна, Миа видела его редко и издалека, поэтому теперь, когда оказалась рядом, он стал казаться ей настоящей горой мышц. Его тонкие черты заострились, из-за чего он стал выглядеть взрослее и мужественнее. Только длинные тёмные волосы, лохматым каскадом спадающие до плеч, делали лицо чуть мягче. Если бы девочки из школы оказались на её месте, они бы умерли от восторга. Миа улыбнулась своей мысли, отворачиваясь и закрывая рот рукой.

– Что? – спросил Брайан.

– Да так. Ерунда.

– Ну уж нет. Ты засмеялась, глядя на меня, – широко улыбаясь, сказал Брайан. – Со мной что-то не так?

Миа залилась краской. Он заметил, как она разглядывала его.

– Я в машине наедине с самим Брайаном Трентом! – с преувеличенным восторгом воскликнула Миа. – Девочки в школе умерли бы от зависти, если бы узнали.

Брайан в голос рассмеялся. Миа повернулась к нему всем корпусом и оперлась локтем о спинку сиденья.

– Ты теперь местная знаменитость. Ты знал?

– Да? – со смешинкой в голосе протянул Брайан.

– Ага, – Миа с энтузиазмом закивала. – Мальчики гордятся уже тем, что ты когда-то пожал им руку, а девочки рассказывают всем, что ты каким-то особенным образом смотрел на них, и между вами точно пролетела искра.

Брайан снова расхохотался, хотя Миа и не думала шутить.

– Тебе поклоняются как местному божеству.

– Что-то мне подсказывает, что ты преувеличиваешь, – с сомнением произнёс Брайан, слегка щурясь.

– Ни капельки, – Миа отрицательно махнула головой. – Девочки с ума сходят по тебе.

– И ты тоже? – Брайан вопросительно изогнул бровь.

Миа смерила его взглядом и сделала вид, будто задумалась. Хмыкнула, выдерживая драматическую паузу.

– Нет. Я из команды Джея Кларка, – пошутила она и засмеялась.

Брови Брайана поползли вверх. Он покачал головой.

– Какая жалость. А я-то уж подумал…

Миа пожала плечами, состроив брови домиком и поджала губы, фальшиво притворяясь виноватой.

– К счастью, у тебя будет возможность познакомиться с ним сегодня вечером. Я с ним живу.

Миа не была поклонницей ни Брайана, ни Джея Кларка, и тем не менее её словно огрели по голове чем-то тяжёлым. Глаза широко распахнулись. Ладони вспотели. Улыбка сползла с лица.

– Шутишь?

– И не думал.

– О, Господи, – выдохнула Миа и провела рукой по лицу.

– Только, умоляю, держи себя в руках, – пошутил Брайан, ткнув её в бок локтем. – Обещай, что не начнёшь верещать.

– Ты уверен, что я не помешаю? – беспомощно опустив плечи, захныкала Миа.

– Если не будешь вести себя, как сумасшедшая фанатка…

– Да я вообще не фанатка, – выпалила Миа.

– Ну… – протянул Брайан, загадочно глядя на неё. – Тогда, возможно, он будет даже рад тебя видеть.

Миа смерила его недоверчивым взглядом. С чего бы абсолютно незнакомому человеку радоваться её присутствию в его доме? Миа замялась. Она никому не хотела мешать.

– Правда?

– Точно-точно, – сказал Брайан, поддразнивая. – Он не кусается. И вообще Джей – душка.

– Но…

– Если ты ещё хотя бы раз заикнёшься про мотель, я сам лично сдам тебя мистеру Коста. К тому же, у нас гостит сестра, Джея. Твоя ровесница, кстати. И если ты перестанешь истерить, будет даже весело.

– Я не истерю, – запротестовала Миа, хмурясь.

– Ага. Да ты сейчас в обморок грохнешься.

Миа скорчила издевательскую улыбку, но промолчала. Перспектива встретить Джея Кларка и вправду волновала.

– Так что, я теперь и правда самый популярный парень в школе?

– Как будто бы раньше это было не так.

Она закатила глаза и покачала головой, засмеявшись. Следующие пару часов Миа и Брайан болтали без умолку, будто двое лучших друзей, встретившихся после долгой разлуки. Брайан расспрашивал о школе, об общих знакомых, рассказывал о Лос-Анджелесе и о своём первом крупном проекте. Его жизнь казалась Мие настоящей сказкой. Она слушала, восторженно ловя каждое слово, и совсем не заметила, как за окном поредели деревья, уступая место дорожным знакам, билбордам и автозаправкам. Движение на дороге оживилось. Небо впереди засияло слабым оранжевым заревом, источником которого было не солнце, а яркие огни ночной Атланты.

Глава 3. Ребенок

Глава 3

Ребенок

Перебирая струны гитары, Джей Кларк сидел на диване в погружённой в полумрак гостиной. Он не старался сыграть что-то конкретное, предоставив пальцам возможность самостоятельно сплести ноты в импровизированную мелодию. Джею нравилась музыка – она всегда помогала ему восстановить душевное равновесие и прогнать дурные мысли. Но не сегодня.

События вчерашней ночи тлели в груди. До сих пор каждой клеточкой Джей ощущал гнетущую атмосферу полицейского участка. Застоявшийся воздух с мускусной примесью пота пропитал собой не только одежду, но и, казалось, саму кожу. Спина всё ещё ощущала холодное прикосновение бетонных стен, а в ушах стоял металлический лязг двери, отрезавшей его от остального мира.

Джей зажмурился, сильнее ударив по грифу гитары. Мелодия смолкла. Если не он прекратит прокручивать в голове случившееся, рискует разбить что-нибудь ещё. И в этот раз, Джей чувствовал, не обойдётся одним зеркалом в ванной. Израненные костяшки пальцев предательски заныли в знак солидарности. Рвано выдохнув, он заставил руку двигаться, извлекая из струн агрессивное дребезжание – лишь бы заглушить тишину, в которой эхом звучал ядовитый голос его агента, Рэя Томаса:

«Думаешь, ты тут самый совестливый? Ты – всего лишь смазливая мордашка. Засунь свою мораль в задницу и перестань строить из себя героя».

Звонок в дверь вырвал Джея из неприятных мыслей. Почти сразу последовал нетерпеливый стук. Подавив желание послать к чертям незваных гостей, Джей вздохнул и отложил гитару в сторону.

На пороге Джей едва не столкнулся нос к носу с долговязым мужчиной. Тот сиял, как начищенный цент, не успев оторвать тонкий палец от кнопки дверного звонка. Чёрные всклокоченные волосы буйствовали на его голове, а на лице расплылась широкая белозубая улыбка. Слева от него, по-хозяйски сжимая его локоть, стояла худощавая девушка с короткими пушистыми волосами-облачками, заправленными за оттопыренные уши.

– Что с твоими волосами? – с ходу спросил мужчина, позабыв о приветствии. Взмахнул жилистыми руками, приложил ладонь к голой груди, видневшейся между полами расстёгнутой леопардовой рубашки, и подался вперёд, придирчиво разглядывая Джея.

– Новая стрижка? – хмыкнув, удивлённо спросила девушка.

– И вам привет. Мортимер. Виктория.

Днём Джей подстригся, оставив от своей густой шевелюры только ёжик длиной не больше пяти миллиметров. Поймав изумленный взгляд Мортимера, резко вскинул подбородок, вздыхая. Обсуждать это он не собирался, но друг уже обходил его, пялясь с таким видом, будто перед ним диковинный арт-объект. Он сложил руки на груди, и без того тонкие губы сжались в нитку. Прищурился, а затем, оттопырив мизинец с брезгливой осторожностью, коснулся макушки Джея.

– Такие… короткие, – выдал он свой вердикт, скривив лицо.

– Неплохо, – усмехнувшись, сказала Виктория и притянула Джея к себе, чопорно целуя воздух у его щеки.

Слегка растерявшись, Джей заключил Викторию в дружеские объятия. Она отстранилась, положив руки ему на плечи, и остановила взгляд на рассечении у него над глазом. Джей так и не привел рану в порядок, и теперь кожа вокруг неё припухла, став фиолетово-красной, кровь запеклась, образовав толстый слой коросты. Виктория, недоумевая, изогнула бровь. Оставив её немой вопрос без ответа, Джей отошел в сторону и предложил друзьям войти. Виктория подозрительно хмыкнула, слегка щурясь, а Мортимер продолжил смотреть на его волосы, как на самое настоящее кощунство.

– Это всего лишь волосы, – сказал Джей. – Давай без драмы.

Мортимер всхлипнул, стерев невидимую слезу в уголке глаза, махнул рукой и резко притянул Джея к себе, как делал всегда при встрече. Джей напряженно выпрямился и чуть не отпрянул.

– Ты чего? – спросил Мортимер, посмотрев ему в глаза.

– Личное пространство, чувак, – ответил Джей, поморщившись.

– Отличная шутка.

Мортимер усмехнулся и похлопал его по плечу.

– Что с лицом?

– Да так. Ерунда. Может, зайдете?

Небрежная ухмылка скользнула по губам Джея – жалкая попытка спрятать неловкость, повисшую в воздухе. Он отступил в сторону, пропуская Мортимера и Викторию в дом.

Они прошли в гостиную.

Все трое познакомились на съемочной площадке ТВ-шоу чуть больше года назад и стали друзьями за её пределами. Джей играл главную роль. Мортимер – его лучшего друга, харизматичного, верного и слегка безумного. В жизни всё оказалось до смешного похоже, за одним исключением: экранный персонаж хотя бы понимал, что такое личное пространство. Мортимер же возникал на пороге без предупреждения, как стихийное бедствие, вываливал всё, что думает с прямолинейностью, от которой у людей сводило челюсти, и ни разу не задумывался, ждут ли его. Большинство знакомых от него уставали.

Джея же это забавляло. Мортимер был настоящим ураганом, и его энергия, сметающая всё на пути, заставляла губы сами собой растягиваться в усмешке. Даже сейчас, когда внутри у Джея всё ещё саднило после вчерашнего, он почувствовал лёгкий укол привычного веселья.

По сценарию Виктория играла любовь всей жизни персонажа Мортимера. На экране между ними искрило так, что операторы иногда забывали о камерах, а химия не испарилась даже после команды «Снято!» – она перетекла в реальность, переплавив рабочие отношения в брак. Теперь они ждали ребёнка, а Джей был другом обоим.

Но если Мортимер был пожаром, то Виктория – ледяной водой. Вне камеры она оказалась полной противоположностью своей героини. Сдержанная. Тихая. Она двигалась плавно, говорила мягко, почти никогда не повышала голоса и так рьяно заботилась обо всех вокруг, что иногда вызывала раздражение, смешанное со странным чувством вины – ей невозможно было отказать или соврать, глядя в огромные, всё понимающие карие глаза.

Опустившись на диван, Джей потянулся к гитаре и мельком глянул на друзей. Мортимер и Виктория обменялись быстрыми, говорящими без слов взглядами – она вопросительно изогнула бровь, складывая на груди длинные изящные руки; он лишь неопределенно пожал плечами. Виктория, не колеблясь, чеканным, уверенным шагом пересекла гостиную, на ходу подтягивая широкие рукава льняной туники, и опустилась перед ним на колени – их лица оказались вровень. Джей раздражённо выдохнул и отвернулся. Но её ладони обхватили его голову, мягко, и непреклонно возвращая его взгляд к ней. Он стиснул зубы, ощущая поднимающееся изнутри негодование. Прикосновение её пальцев обожгло кожу на висках, и всё же он не стал вырываться. Спорить с Викторией всегда было бесполезно.

– Я же сказал – ерунда, – проворчал Джей.

– Да-да. Ты упал в ванной и расшиб голову, – сказал Мортимер, входя в гостиную. Плюхнулся в кресло, расплываясь по нему и вытягивая вперед длинные ноги в рваных джинсах. – Так?

– Обычная драка в баре. Только и всего.

Мортимер с сомнением посмотрел на него.

– Драка в баре? Серьезно? – Мортимер засмеялся. – Ты подрался в баре?

Виктория осторожно пощупала опухоль вокруг раны. Джей рвано вздохнул, ощутив резкую боль, отозвавшуюся в области глаза.

– Виктория, кажется, он хочет, чтобы мы поверили, что он ввязался в драку в баре.

– И что в этом такого? – сощурившись, спросил Джей.

– Любые спорные ситуации можно решить разговором, – кривляясь, передразнил его Мортимер. – Ты ведь так говорил?

– Почти любые, – сказал Джей.

Виктория зашикала на них обоих.

– Ты был у врача?

– Это всего лишь царапина. Со мной всё нормально.

– У тебя пол головы опухло!

– Ты делаешь из мухи слона, Виктория.

Виктория с тревогой вгляделась в его лицо и тихо вздохнула. Её взгляд скользнул ниже – к костяшкам его пальцев, застывших на струнах. Джей тут же попытался отдёрнуть руку, спрятать, но она оказалась быстрее: её пальцы уверенно сомкнулись на его запястье, поднимая пострадавшую ладонь к своим глазам. В этот миг Джей ощутил себя провинившимся мальчишкой, застигнутым на месте преступления, и от этого стало немного неловко – в конце концов, Виктория была старше его всего на какой-то год, а ему в прошлом месяце стукнуло двадцать один.

– А с рукой что?

– Я же сказал, подрался.

Мортимер хохотнул. В отличие от жены, его совершенно не заботили раны Джея, а скорее забавляли и удивляли.

– Ты постригся, подрался. Тебе больше не нравятся обнимашки. О, боже… – он театрально схватился за грудь. – Нет. Неужели ты теперь… Ты решил… стать одним из этих ужасных отвратительных неуравновешенных мужланов? Может, еще отрастишь бороду?

– Мортимер! – прикрикнула Виктория.

– Что?

– Принеси аптечку. У тебя же есть аптечка? – спросила Виктория, обращаясь к Джею.

Джей вымученно вздохнул.

– Я же сказал, что со мной всё в порядке.

– Аптечка. Иначе я вызову скорую, – тоном строгой мамаши сказала Виктория. – Я не шучу.

– В ванной, – проворчал Джей.

– Ты слышал? – сказала она Мортимеру, не оборачиваясь. – Мне нужен бинт и антисептик.

Мортимер закатил глаза, цокнув языком, и покачал головой.

– Немедленно, – скомандовала Виктория.

Мортимер лениво поднялся и поплёлся на второй этаж. Джей хотел возразить и сказать, что ему не нужна помощь, но, натолкнувшись на строгий взгляд Виктории, не стал спорить.

– Кажется, он пытается нас обмануть! – крикнул Мортимер со второго этажа из ванной. – Подрался в баре… Ага.

Виктория бросила на Джея вопросительный взгляд, но он промолчал, лишь острее ощутив, как к горлу подступает смущение – Мортимер заметил разбитое зеркало. Джей судорожно сглотнул и отвёл глаза, но внутри уже закипало негодование – с какой стати он вообще должен перед кем-то отчитываться? Тёплая ладонь Виктории легла на его плечо, большой палец мягко скользнул по ткани, успокаивая.

– Он подрался с зеркалом! Что тебе сделало несчастное зеркало? – вернувшись в гостиную, насмешливо спросил Мортимер.

– Да какого черта? – вспылил Джей, отдёргивая руку от Виктории и откладывая гитару в сторону. – Я же сказал – всё нормально!

– Зеркало оказалось не очень разговорчивым? Не захотело решать вопросы мирно? Кажется, ему не понравилась новая причёска, и он решил выместить злость на зеркале.

– Мортимер!

– Да шучу я!

Мортимер вручил аптечку Виктории и снова раскинулся в кресле, всем видом показывая, что его роль в этой сцене окончена. Джей медленно выдохнул, ощущая, как настроение портится с каждой секундой. Больше всего на свете он ненавидел жаловаться, обсуждать свои проблемы и выворачивать душу перед кем-то. Даже перед теми, кому доверял. Одна только мысль об этом вызывала раздражение. В комнате повисла неловкая пауза. Виктория деловито вынула из аптечки всё необходимое и склонилась над его рукой. Обжигающая боль пронзила костяшки – Джей поморщился, но не издал ни звука.

– Ты вообще хоть как-то обрабатывал свои «царапины»? – с нотками недовольства в голосе спросила Виктория.

– Конечно, обрабатывал, – проворчал Джей.

Он соврал, желая избежать нравоучений, но Виктория не купилась. Поджав тонкие губы, покачала головой. Она хотела сказать что-то ещё, но, посмотрев на Джея, замолчала и стала обрабатывать загноившийся порез. Джей задержал дыхание, ощутив, как к пульсирующей боли присоединилась резкая жгучая.

Мортимер начал рассказывать что-то о том, как совсем недавно он угодил лбом в острый угол дверцы кухонного шкафчика, как из него вытекло несколько литров крови, а врач-садист издевался над ним, заштопывая толстенной и очень тупой иглой. Свой рассказ он сопровождал бешеной жестикуляцией и выразительной мимикой, то распахивая глаза в ужасе, то щурясь, то морщась. Виктория закатывала глаза и качала головой, поражаясь умению мужа все превратить в драму, а Джею просто стало смешно. Он смог расслабиться и отдать свои травмы заботливым рукам Виктории.

Хлопнула входная дверь, оборвав горестное повествование Мортимера на полуслове. Из коридора донеслись приглушённые, неразборчивые голоса. Как Джей ни вслушивался, он не мог разобрать ни единого слова. Мортимер осёкся и перевёл на дверной проём взгляд, в котором мгновенно вспыхнуло жадное любопытство, а уголки губ дрогнули в хитрой усмешке. Виктория и Джей обернулись одновременно, затаив дыхание. Один голос принадлежал Брайану – в этом не было сомнений. Второй звучал незнакомо и был полон какого-то сбивчивого, взволнованного напряжения.

– Привет! – бодро сказал Брайан, останавливаясь у входа в гостиную и засовывая руки в карманы.

Виктория отложила аптечку. Джей встал и тут же замер. Из-за спины Брайана появилась невысокая худенькая девочка с двумя длинными пышными косами. Она показалась Джею смутно знакомой, но он не смог вспомнить, где мог её видеть.

– Привет, – растерянно сказала она и мило улыбнулась. Заметив рану у него над бровью, отвела взгляд. Пальцы сильнее сжались на ремешке сумки.

Джей удивленно посмотрел на неё, пытаясь понять, не обманывает ли его зрение. Но нет, перед ним действительно стояла совсем еще молоденькая девушка с по-детски миленьким личиком, обрамленным выбившимися из косичек светлыми вьющимися прядями. На молочно-бледных круглых щеках алел румянец, выдавая волнение. Она слегка прикусила пухлую нижнюю губу и вскинула обеспокоенный взгляд на Брайана. Виктория и Мортимер молча переглянулись.

– Это Миа, и она остановится у меня на пару дней, – сказал Брайан, будто не заметил повисшего молчания. – Это Джей, мой сосед, и Морт, наш друг, с женой Викторией.

– Очень приятно, – улыбнулась Миа, но ей никто не ответил.

– Тебя переехал поезд? – спросил Брайан, когда пауза слишком затянулась.

Здоровая бровь Джея вопросительно поползла вверх. Он снова посмотрел на Мию, затем на друзей. Распластавшись в кресле, Мортимер придирчиво изучал Мию от носков розовых кроссовок до самой макушки. Виктория переводила взгляд с Брайана на Мию и обратно.

– Остановится у тебя? – Джей повернулся к Брайану, пытаясь понять, кем ему приходится Миа, ведь сестёр у него не было, а Миа казалась слишком юной.

– Да, – кивнул Брайан. – Миа приехала в Атланту на прослушивание.

Сердце Джея гулко ударилось о грудную клетку. Он посмотрел на Мию, чуть прищурившись. Да она точь-в-точь как…

– На прослушивание? – спросил Джей. Его губы нервно дернулись. – Она кто? Певица?

– Да. Какие-то проблемы?

Джей в очередной раз глянул на Мию.

– Сколько ей лет?

– Пятнадцать, – пожав плечами, ответил Брайан.

Джей возмущенно выдохнул.

– П-пятнадцать? Пятнадцать? Ты в своем уме? Ты где её взял?

– Я думаю, мне лучше поехать в мотель, – неуверенно вмешалась Миа, взяв Брайана под локоть, но тот ободряюще улыбнулся.

– Миа моя соседка. Мы знаем друг друга уже тысячу лет. Да, Миа? Мы ходили в одну школу, наши матери были лучшими подругами. У нас даже няня была одна на двоих.

– Брай, отвезёшь меня в мотель? – настойчивее попросила Миа.

– И её родители в курсе, что она с тобой? – уточнил Джей, слегка поумерив пыл, но внутри бурлили сомнения.

Ей пятнадцать!Только безответственные люди могли отпустить ребенка в город вроде Атланты под присмотром восемнадцатилетнего парня.

– Брайан, – твёрдо и громко сказала Миа и дёрнула его за руку.

Брайан посмотрел на неё, поморщившись, и отвёл взгляд, пожимая плечами.

– Так они в курсе? – твёрже спросил Джей.

За его спиной послышался сдавленный смешок, но Джей ничего не мог с собой поделать. Его кулаки невольно сжались.

– Она не задержится. Всего пара дней. Сходит на прослушивание, узнает результаты и поедет домой, – протараторил Брайан.

– То есть они не знают. Ты в своём уме? Ты притащил ребёнка в огромный город без ведома её родителей? Ты в своём уме, Брай? – выпалил Джей, чувствуя, как им завладевает гнев.

Резко развернувшись, Миа быстро пошла к выходу. Джей строго посмотрел ей вслед, но она этого не заметила. Брайан растерянно нахмурился, в упор глядя на Джея.

– Ты никуда не пойдешь, – жёстко сказал Джей в спину Мие, но она не остановилась. Звук её шагов удалялся в сторону выхода.

– Миа, не глупи, – опомнившись, бросился за ней Брайан.

Входная дверь резко распахнулась и со стуком закрылась.

– Ты пугаешь ребенка, Джей, – насмешливо-певучим голосом проворковал Мортимер.

– Она ещё и упрямая, – Джей почесал здоровую бровь.

– А ты чего ожидал после такого приема? – спросила Виктория, закатывая глаза. – Иди и извинись перед ней.

Джей возмущенно хмыкнул. Гнев подкатил к горлу обжигающей волной. Великолепно. Выходит, крайним сделали его. Не беспечные родители, которые и понятия не имели, где носит их дочь. Не безответственный Брайан, приволокший её сюда, как потерявшегося щенка. Не сама Миа, сбежавшая из дома ради химеры, которую она называет мечтой. Нет. Злодеем выставили его.

Он сжал челюсти так, что на скулах заходили желваки. Вздёрнув подбородок, Джей твёрдым шагом направился к входной двери. С улицы доносились приглушённые, но различимые голоса. Миа настаивала на том, чтобы уехать, а Брайан в своей обычной расслабленной манере мягко уговаривал её не глупить. Её ослиное упрямство било по и без того натянутым нервам. Чёрт возьми, куда она собралась в полночь?

– Я же сказал, ты никому не помешаешь, – сказал Брайан.

– Брай, просто отвези меня в мотель или дай номер такси. Пожалуйста.

– Забей на Джея. Он просто не в настроении и…

– Ты видел его лицо? У него неприятности, а тут ещё и я…

– Не обсуждается, – резко распахнув дверь прямо перед их носами, отчеканил Джей. – Ты никуда не едешь. Сейчас мы позвоним твоим родителям и скажем, что с тобой всё в порядке, а завтра ты вернёшься домой.

Миа испуганно посмотрела на него, отшатнувшись, и высоко задрала подбородок.

– Нет.

– Да.

– Нет, я никуда не поеду, пока не сделаю то, зачем приехала.

– Шоу-бизнес не место для детей. По крайней мере, без их родителей. Ты не понимаешь, куда лезешь.

– Я всё отлично понимаю.

– С трудом верится. Брай, отведи ее в комнату для гостей. Завтра решим, как доставить её домой.

– Она не поедет домой, – сказал Брайан.

– Она поедет.

– Ты плохо её знаешь.

– Плевать. Я знаю достаточно девушек, подобных ей.

Миа возмущенно охнула. Джей посмотрел на неё. Красивая наивная девушка в большом городе. Одна. Она слишком юна и слишком мала. У неё не хватит сил дать отпор в случае необходимости.

– Её ты не знаешь, – повторил Брайан. – Миа никогда не делает глупостей и всегда была хорошей девочкой. Если она решилась ослушаться, значит, у неё на то были веские причины, и она не отступит.