Призрак с окраины. Книга четвертая

Внутренний шлюз открылся. Шайвам первым спустился по трапу, осмотрел помещение и подтвердил, что можно выходить. Следом вышли Нилак и Мириэль. Прак с Сайрой встали возле шлюза, не решаясь выйти.

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Нилак заметил седину на висках, глубокие складки у рта, усталый взгляд. За время конфликта с аварцами и исчезновения «Тени» отец заметно постарел. Гарад разглядывал исхудавшего сына: отросшие волосы, мозолистые руки и суровый взгляд человека, выглядевшего гораздо старше своего возраста.

Отец сделал несколько шагов.

— Живой, — сказал он.

— Вроде бы.

Гарад крепко обнял сына. Без слов и привычного ворчания. Нилак замер лишь на мгновение, потом обнял его в ответ. Только сейчас он понял, насколько сильно скучал по отцу.

Гарад наконец отступил, положил ладони ему на плечи и внимательно осмотрел.

— Ну и вид у тебя.

— Ты тоже постарел.

— Я владетель системы. Мне положено выглядеть уставшим.

— А я полцикла ремонтировал корабль в докосмическом мире.

Мириэль тихо рассмеялась. Гарад повернулся к ней.

— Мириэль.

— Очень рада вас видеть, Гарад.

Он обнял её по-отечески.

— Я тебе уже говорил, что твой отец чуть не начал войну с корпоратами.

— Это на него похоже.

— Свяжись с ним как можно скорее. Иначе, я боюсь, ваша политика невмешательства закончится не просто торговой войной, а резнёй вселенского масштаба.

— Свяжусь.

Крег подошёл следующим. Несколько секунд смотрел на Нилака, потом протянул руку.

— Господин Ратгор.

— Крег.

Ветеран крепко сжал его ладонь.

— Я очень рад, что вы вернулись. Тут столько всего произошло.

Дед молча обнял Нилака, хлопнул по спине и сразу отступил.

— Где эти два старых вояки? — спросил он о Росе и Рейне.

— На борту, ждут команды.

Дед с улыбкой поклонился и отвернулся, будто проверяя охрану возле дальней стены.

Из открытого шлюза выглянул Прак. Рядом показалась Сайра.

— А это кто? — спросил Гарад.

— Прак и Сайра. Они наши друзья с планеты, где мы были.

Прак спустился по трапу, разглядывая ангар. Сайра последовала за ним. Он встал рядом с Нилаком и произнёс на своём языке:

— Прак.

Он протянул руку самому представительному из встречающих.

Гарад удивлённо посмотрел на Нилака.

— Они говорят на языке аборигенов. Его зовут Прак, он представился.

— Гарад. — Он улыбнулся и крепко пожал могучую руку Прака, затем повернулся к сыну.

— Ты привёз с докосмической планеты двух разумных? Есть что-нибудь ещё, о чём мне лучше узнать сразу?

— Есть. Пойдём на корабль, там поговорим.

Гарад ещё раз оглядел огромный ангар, закрытые створки и корабль, появившийся внутри из ниоткуда.

— Ну, пойдём.

***

Рос и Рейн ждали в шлюзовом коридоре. Дед шагнул к ним.

— Живые всё-таки, старые сволочи.

— Сам такой, — ответил Рейн.

Они обнялись и по очереди хлопнули друг друга по спинам. Затем пожали руку Крегу и остановились перед Гарадом.

— Господин владетель. Ваш сын доставлен, — доложил Рейн.

— Спорный вопрос, кто кого доставил, — ответил Гарад.

Нилак обратился к ветеранам:

— Пока оставайтесь на корабле. Никакой связи с внешним миром и никого не выпускать без моего разрешения.

— Понял, — ответил Рос.

— Пап, пойдём в кают-компанию. Нужно многое обсудить.

Внутри они расселись за столом. Мириэль расставила чашки с кафом и положила на тарелку сладости, привезённые из Хардума. Нилак несколько секунд подбирал слова, затем начал рассказ.

Он рассказал о диверсионной закладке, подменившей навигационные данные, уничтожившей центральный искин и погубившей гипердвигатель. Кто её установил, они до сих пор не знали. След вёл к аграфским сервисным надстройкам, однако доступ к ним имели сотрудники верфи, подрядчики, поставщики оборудования и технические службы.

После аварийного выхода «Тень» оказалась в неизвестной системе, далеко за пределами освоенного пространства. Третья планета была населена людьми, ещё не вышедшими в космос. Без местного сырья и производственной базы восстановить корабль было невозможно, поэтому команда спустилась на поверхность и попыталась обосноваться, не раскрывая своего происхождения.

Нилак коротко рассказал про мастерскую и сортировочный двор, про стычки с местным криминальным кланом, вмешательство тайной службы и попытку захвата, подготовленную разведкой соседнего государства. Потом — про соглашение с герцогом Валхором, благодаря которому они получили доступ к рудникам, производственным площадкам и архивам Старых школ.

За несколько месяцев в Хардуме появилась промышленная база, способная изготавливать необходимые детали. Нилак изучал архивы, сопоставлял знания Старых школ с Виманика-шастрой и постепенно понял, что старый гипердвигатель восстанавливать бессмысленно. Пришлось почти полностью пересобрать корабль.

О принципах работы новых систем, устройстве Хамсы и содержании найденных архивов Нилак говорил только в общих чертах. Отец узнал лишь, что корабль с идеальной маскировкой мог перемещаться между удалёнными точками без обычного гиперперехода.

В конце Нилак рассказал о прибытии спасательной эскадры, запрете на высадку, Праке и Сайре, добровольно решивших покинуть свой мир, и возвращении в Корродад.

Гарад слушал, не перебивая, пил каф и пробовал сладости. Когда Нилак закончил, отец ещё немного помолчал.

— Значит, закон о невмешательстве вы всё-таки нарушили.

— Да.

— Вступили в контакт с местными властями, создали производство, передали им новые технологии и привезли с собой двух жителей планеты.

— Прак и Сайра полетели добровольно. А технологии мы ограничивали тем, до чего их цивилизация могла дойти самостоятельно.

— Кто на планете знает правду? — спросил Гарад.

— Полностью — герцог Валхор и несколько доверенных людей.

— Координаты теперь есть у спасательной эскадры?

— Есть.

— Значит, как только она вернётся, туда полезут корпорации, торговые гильдии и все, кто сможет получить или украсть доступ к данным.

— Поэтому я объявил Венцовый край под временным покровительством Рода Ратгор до решения Императора.

Гарад положил сладость обратно на тарелку.

— Ты объявил что?

— Запретил спасательной эскадре высадку и закрыл планету именем Рода.

— Без моего ведома.

— Если бы я ничего не сделал, через несколько циклов от их мира остались бы только концессии, долговые договоры и дешёвая рабочая сила. У них есть редкие руды, артефакты и архивы со следами Джоре. Их просто растащат в клочья.

— Поэтому ты решил защитить их нашим именем.

— Именно.

Мириэль поставила чашку на стол и посмотрела Гараду прямо в глаза.

— Без жителей Венцового края мы бы не смогли вернуться. Они дали нам материалы, производство и людей. Оставить их без защиты сразу после этого было бы предательством.

— Я понимаю, почему вы так поступили, — сказал Гарад. — Император, возможно, тоже поймёт. Но имперские безопасники будут трепать нам нервы до последнего.

— Я и не объявлял планету собственностью Рода. Только временное покровительство до его распоряжения.

— Спасательная эскадра подчинилась?

— Я всё ещё личный полномочный представитель Императора.

— Иногда мне кажется, что Эридан сильно поторопился с этим назначением.

Он помолчал ещё несколько секунд.

— Значит, кроме твоей команды будут ещё два свидетеля.

— Командование спасательной эскадры тоже представит независимый рапорт.

— Император уже знает, что ты вернулся? — спросил Гарад.

— Нет. Мы сначала появились в дальней части системы, связались с тобой и переместились сюда. Внешние системы нас не зафиксировали.

— Ты уверен?

— А кто мог сообщить?

— Вспоминай.

Нилак перебрал возможные каналы. После разговора с Гарадом внешнюю связь «Тени» закрыли. Никто другой из команды с Корродадом не связывался, а разговор с отцом прошёл по защищённому каналу.

Рука сама потянулась к императорскому амулету, висящему на груди под комбинезоном.

— Да ё... Амулет!

Гарад строго смотрел на него.

В интерфейсе Нилака появилось сообщение:

«Зафиксирован входящий вызов высшего приоритета. Закрытый канал Канцелярии Императора».

— Ну вот, — сказал Нилак. — Вот и Император звонит, лёгок на помине.

Нилак проверил защиту помещения и вывел запрос на отдельную панель.

— Только не вмешивайся без необходимости.

— Я вообще посижу молча. Хочу посмотреть, как ты будешь объяснять Императору, что случайно взял под покровительство докосмическую планету.

Нилак принял вызов.

Над столом развернулась голограмма Императора. Эридан находился в своём рабочем кабинете. Советников, секретарей и протокольной свиты в поле зрения не было.

Серые глаза Императора остановились на Нилаке.

— Значит, ты всё-таки жив.

— Жив, Ваше Величество.

— А где ты сейчас находишься?

— На Корродад-3.

— Маяк показывает то же самое. А спасательная эскадра?

— Возвращается. Им ещё долго лететь.

— То есть эскадра, отправленная тебя спасать, ещё не вернулась, а ты уже дома.

— Получается так.

Эридан перевёл взгляд на Гарада и Мириэль.

— Владетель Ратгор. Леди Мириэль.

— Ваше Величество, — ответил Гарад.

Мириэль поприветствовала Императора, поклонившись ровно настолько, насколько требовал протокол.

— Хорошо. По крайней мере, я вижу не запись, подготовленную теми, кто нашёл твой амулет. Рассказывай, Нилак. Кратко.

Нилак повторил рассказ о диверсии и вынужденном контакте с местными жителями. Сообщил о соглашении с герцогом Валхором, прибытии спасательной эскадры и своих распоряжениях: запрете на высадку и временном покровительстве Рода Ратгор над Венцовым краем. О том, как именно «Тень» вернулась в Корродад и что произошло с кораблём за время отсутствия, он не сказал.

Император выслушал рассказ до конца.

— Ты вмешался в развитие местной цивилизации, вступил в соглашение с её правителем и взял целую планету под покровительство своего Рода.

— Да, Ваше Величество. Временно. До вашего окончательного решения.

— Какая предусмотрительность.

— Если бы я не установил защитный статус, спасательная эскадра начала бы стандартную процедуру исследования с высадкой. После возвращения кораблей сведения могли попасть к корпорациям, торговым гильдиям и пиратам. У жителей планеты не было бы возможности защитить себя.

— Поэтому ты решил защитить их сам.

— Я воспользовался полномочиями, которые вы мне дали.

— Именно это меня и беспокоит.

Гарад прикрыл рот чашкой, но Нилак заметил его довольный взгляд.

— Планета не присоединена к Роду, — продолжил Нилак. — Я запретил высадку и передачу координат кому-либо, кроме вас. Командование спасательной эскадры представит независимый отчёт после возвращения.

— Если твои приказы выполнят.

— Капитан Восс принял их под протокол.

— Хорошо. До получения его доклада временное покровительство остаётся в силе. Никаких новых решений по планете без моего разрешения.

— Слушаюсь.

— Теперь вернёмся к вопросу, который ты старательно обходишь. Как ты оказался в Корродаде?

Нилак заранее подготовил ответ.

— У моего корабля появился новый способ перемещения.

— И, естественно, ты не готов делиться технологией с Империей?

Нилак не ответил сразу.

— Простите, леди Мириэль, но я должен спросить своего подопечного. С Монархией, надеюсь, тоже не поделился?

— Ни с кем, Ваше Величество. И на это есть причины.

Нилак понимал, что Империи нужно будет что-то предложить. У него уже был один вариант, который он прорабатывал с Людой.

— Я готов обсудить это с вами лично. У меня есть несколько идей, которые будут интересны Империи.

— Хорошо, мой мальчик. Что собираешься теперь делать?

— Ваше Величество, я хотел попросить две-три недели. Нужно разобраться в том, что произошло в системе за время нашего отсутствия, дать команде отдохнуть. И, если честно, нам с Мириэль тоже нужен отдых и немного времени на адаптацию.

— То есть после долгого отсутствия ты просишь отпуск?

— Да. И ещё я прошу пока не объявлять о нашем возвращении.

— Это ещё почему?

— Те, кто на нас охотился, считают нас пропавшими или погибшими. Если они узнают, что я вернулся, то возобновят охоту, а мы ещё к этому не готовы.

— Ты хочешь использовать собственное исчезновение как прикрытие.

— Да.

— Две недели, — решил Эридан. — На это время информация о твоём возвращении останется в закрытом контуре Канцелярии. Гарад, обеспечьте секретность в системе.

— Обеспечу, Ваше Величество.

— Нилак, ты не покидаешь систему без моего разрешения. Сведения о новой планете и технологиях не передаются третьим сторонам до встречи со мной.

— Понял.

— Предварительный доклад подготовишь в течение трёх суток. Полный представишь лично через две недели.

— Мне может понадобиться немного больше времени.

— Обсудим через две недели. — Император сделал короткую паузу. — И ещё, Нилак. Я рад, что ты вернулся. Но не считай, что я доволен услышанным.

— Не считаю, Ваше Величество.

— Отдыхай. Приведи дела в порядок и возвращайся в строй. Скоро у тебя будет достаточно работы.

Голограмма погасла. Гарад взял последнюю сладость с тарелки.

— По-моему, всё прошло неплохо.

— Время покажет, — ответил Нилак.

Гарад со свитой отправился готовить жильё и транспорт для команды. Мириэль осталась в кают-компании и запросила закрытый семейный канал Дома Магнетар.

Терион сидел за рабочим столом, Даналин стоял рядом. Оба выглядели так, словно последние месяцы спали только в тех редких случаях, когда организм уже не оставлял им выбора.

Мириэль успела произнести лишь первые слова приветствия. Отец потребовал полный обзор помещения, проверил семейный код и задал несколько вопросов, ответы на которые могла знать только его дочь. После этого заставил её показать Нилака.

Тот находился на прежнем месте и просматривал ворох сообщений, скопившихся после возвращения.

— Живой, — сказал он, заметив, что на него смотрят. — Почти целый.

Терион не оценил шутку. Он потребовал, чтобы Мириэль немедленно вернулась на Талейру. На Корродаде было небезопасно, неизвестный противник никуда не исчез, а Дом уже потерял достаточно людей из-за чужих политических игр.

Мириэль отказалась. Она теперь была женой Нилака, находилась рядом с ним во время диверсии и собиралась остаться до конца. Кроме того, Император запретил Нилаку покидать систему.

Спор продолжался недолго. Раньше она выполнила бы его приказ беспрекословно, но теперь только муж нёс за неё ответственность, и только его приказы могли иметь для неё вес. И то под вопросом. Общество хуманов, особенно в Хардуме, было другим, и тотально патриархальные замашки аграфов теперь казались ей чем-то очень далёким и чужим.

Мириэль вкратце рассказала, как они пережили диверсию, восстанавливали корабль на докосмической планете и дождались спасательной эскадры.

Терион поведал, что после исчезновения дочери и отказа Гарада дать координаты Дом Магнетар поднял собственные силы, перекрыл несколько каналов и начал проверку всех, кто имел доступ к модернизации корабля, а также тех, кто участвовал в нападении во время похорон Алаки. След, связанный с модернизацией корабля, вёл к другим аграфским Домам, отношения с которыми накалились до предела.

Следователи гвардии Дома разложили посекундно всё, что происходило на Корродад-1, и нашли какого-то информатора, который указал на корпорации, связанные с Калдари. Прямых доказательств не было, но это не помешало Териону надавить на несколько калдарских компаний так, что отношения между Монархией и Калдари оказались в шаге от открытого конфликта.

Новость об их возвращении могла временно остановить эти процессы. Но могла и предупредить тех, кто организовал диверсию. Мириэль попросила сохранить тайну на две недели.

Терион с трудом согласился. Он потребовал, чтобы Мириэль ежедневно выходила на связь, предоставила полный медицинский отчёт и позволила направить к ней гвардейцев Дома для обеспечения охраны. Мириэль не стала спорить. Дополнительная охрана, верная Дому, не помешает.

— Две недели, — решил Терион. — Потом я объявлю, что ты жива. С разрешения Эридана или без него. Он мне не указ!

Даналин, который до этого почти не вмешивался, спросил, как себя чувствует Нилак. Разговор перешёл к обследованию. Мириэль рассказала и о Праке с Сайрой.

Оба родились на планете, не знавшей нейросетей, имплантов и даже современной генетической коррекции. Прежде чем выпускать их в Содружество, требовалось провести полное обследование, определить ФПИ и подать прошение на гражданство.

Даналин решил сам лететь на Корродад. Терион попытался возразить, но сын уже связался с капитаном своего флагмана и запросил подготовку корабля. С собой он возьмёт только личную гвардию и медицинский персонал. До Корродада было примерно двадцать семь часов в гипере.

Мириэль попросила его захватить несколько нейросетей высших доступных поколений разных типов: универсальную, инженерную, медицинскую, тактическую, административную и псионическую. Выбирать конкретные модели следовало только после диагностики Прака и Сайры. Кроме нейросетей понадобились импланты памяти, регенерационные комплексы с фабрикой наноботов, ускорители реакции и оборудование для установки или экстренного удаления систем.

— У тебя на корабле есть медкапсула — мы воспользуемся ею, — добавила Мириэль. — И попроси Элиану полететь с тобой. Она лечила Нилака и знает его особенности. Нужно проверить его, а заодно она установит нейросети нашим гостям.

— После прошлого раза она поклялась больше никогда не принимать твоего мужа как пациента.

Нилак услышал своё имя и отвлёкся от сообщений.

— Передай, что я исправился. И ещё, что в вашу медкапсулу я не полезу. Пусть проверяет на моём оборудовании.

— Нилак!

Даналин улыбнулся.

— Ладно, сестрёнка, решим. В течение двух часов вылетим.

Терион потребовал ещё раз показать дочь, словно хотел окончательно убедиться, что это действительно она. Потом связь завершилась.

— Нилак, нужно всё проверить. Ты полцикла ковырялся с артефактами и экспериментировал со своими заклинаниями.

— Это не заклинания.

— Неважно. Я тебя прошу.

— Хорошо, Мири, пусть проверяет, но на нашем оборудовании. Больше я в чужие капсулы не залезу.

Нилак и сам чувствовал, что его пси-ощущения за это время заметно обострились, но он ни разу не воспользовался медкапсулой. Побаивался результатов.

Мириэль вышла из кают-компании. Нужно было подготовить Прака и Сайру к переезду и проследить, чтобы они хотя бы примерно понимали, что происходит.

Нилак остался за столом. Упоминание Элианы напомнило о проекте, к которому он не возвращался уже какое-то время. Он вызвал закрытый архив и нашёл папку с коротким названием: «Амрита».

Медицинская капсула со встроенным акустическим резонатором, пси-фокусатор и несколько вариантов восстановления повреждённой пси-проводимости. Много расчётов и ещё больше предположений.

Тогда для реализации проекта ему не хватало знаний и оборудования. Теперь появились янтры, архивы Старых школ и опыт модернизации корабля, системы которого уже плохо укладывались в привычные представления о технологиях.

Эридан и раньше обещал предоставить ресурсы и прикрытие для собственных разработок Нилака. Можно было оформить патент на «Амриту» и предложить проект Империи.

Но не сейчас. Нилак слишком долго отсутствовал. Он ещё не знал, что происходило в системе, чем занимались министры, какие решения принимал отец и какие проблемы накопились за полцикла. Даже список доверенных людей мог измениться.

Он закрыл архив. К проекту можно будет вернуться после общего совещания, подключить Торика и Дану Вантар и понять, что вообще реально сделать.

Перед отъездом Нилак собрал команду в кают-компании. Кто не поместился внутри, подключился по внутренней связи корабля.

Он коротко сообщил о решении Императора. Их возвращение сохранялось в тайне на две недели. На это время запрещались личные звонки, сообщения родственникам и выход во внешние сети. Покидать место размещения без разрешения тоже было нельзя.

Отдельно Нилак запретил обсуждать Венцовый край, изменившуюся «Тень» и способ, которым корабль вернулся на Корродад-3.

— Это не потому, что я вам не доверяю, — объяснил Нилак. — Мы очень много пережили вместе, и вы — те немногие, кому я действительно доверяю. Но устроившие диверсию считают нас погибшими — пусть считают, а у нас будет время подготовиться.

Ограничения зафиксировали под протокол. Недовольных не нашлось. Большая часть команды и без объяснений понимала, что после такого возвращения свободно разойтись по домам им никто не позволит.

Праку и Сайре отдельно всё объяснили. Они не до конца понимали, почему нельзя говорить о родном мире, но приняли условия. Содружество и без того оказалось слишком большим и непонятным, чтобы в первый же день спорить с людьми, которые знали его порядки.

На «Тени» оставили минимальную дежурную смену. Остальные собрали личные вещи и приготовились покинуть корабль. К этому времени Гарад уже организовал транспорт.

Закрытые машины без опознавательных знаков заходили в ангар по одной. Команду вывозили небольшими группами и разными маршрутами. Всё прошло без суеты: люди Крега перекрыли подходы к терминалу, а бойцы Деда контролировали внутренний периметр.

«Тень» осталась в ангаре. Доступ к кораблю полностью ограничили. Внешние каналы и активные излучатели отключили. За охрану отвечали люди Крега и Деда.

Команду доставили в дом Нилака на Корродад-3. Когда-то он купил его, рассчитывая, что там будет жить семья и иногда собираться друзья. Теперь пришлось размещать почти всю команду корабля.

Места хватило, хотя без неудобств не обошлось. Часть людей поселили по двое, кому-то достались проходные комнаты, но никто не жаловался. После нескольких месяцев в Хардуме теснота обычного дома не казалась серьёзной проблемой.

Рос и Рейн в доме не остались. У обоих было собственное жильё на Корродаде, и Гарад распорядился отвезти их по домам.

Прака и Сайру разместили рядом. Они старались не показывать растерянности, хотя всё вокруг было для них чужим: свет без ламп и проводов, двери, открывающиеся сами, незнакомая одежда, бесшумные бытовые системы. Мириэль осталась с ними, чтобы помочь освоиться хотя бы с самым необходимым.

Нилак занял свой кабинет. Дом почти не изменился за время его отсутствия. Отец поддерживал его в порядке, но ничем не пользовался без необходимости. Даже рабочая панель сохранила прежние настройки.

Нилак запросил у Люды список доверенных людей, министров и руководителей служб, которых следовало собрать на следующий день. Оповещать их о его возвращении он запретил.

«Пусть будет сюрприз».

Люда подготовила приглашения от имени Гарада, не раскрывая настоящей причины совещания.

Нилак просмотрел список ещё раз. За время его отсутствия система продолжала жить. Теперь требовалось понять, как обстоят дела, какие проблемы появились и что нужно решать в первую очередь.

Нилак закрыл список и поднялся из-за стола. Можно было наконец лечь поспать.

Глава 2. Дела домашние

Командный центр. Корродад-3. Система Корродад.

Гарад сидел во главе длинного стола. Справа от него Нилак и Мириэль ждали прибытия доверенных лиц.

По периметру зала работали глушилки. На входе люди Роса обыскивали министров и забирали личные планшеты и другую технику.

Первым в зал вошёл теперь уже премьер-министр системы Корродад Дориан Векс. Парень возмужал и держался солидно. Он сделал несколько шагов к своему месту, увидел Нилака и вскрикнул:

— Босс?

— Привет, Дориан.

— Я… я… — промямлил он.

— Садись, ещё успеешь задать вопросы.

Следом вошли Орвин Талл и Дана Вантар. Орвин замер возле двери, а Дана прошла вперёд, словно собиралась сразу уложить Нилака в медкапсулу и проверить, настоящий ли он.

— Даже не начинай, — предупредил Нилак.

— Это точно вы.

Улыбнувшись, она уселась на своё место.

За ними постепенно подтянулись и остальные. Последними вошли трое разумных, которых Нилак раньше не видел. Судя по местам, подготовленным рядом с гражданским блоком, это были новые министры, назначенные за время его отсутствия.

Рафима хотела рвануть к Нилаку и обнять его, но увидела взгляд Мириэль. Дошла до своего кресла, уселась и сказала:

— Это точно не голограмма?

— Да, точно, точно.

— Тогда я потом тебя убью.

— В очередь, — сказала Дана.

Горн шумно отодвинул кресло и сел.

— Хорошо хоть живой. А то ваш отец не даёт нам и дня отдохнуть. Всё время говорил, что мы должны исполнить все распоряжения к вашему возвращению.