Призрак с окраины. Книга четвертая

«Твою мать».

Люда моментально отозвалась.

«Я фиксирую устойчивую активность, не зависящую от настроек личностной матрицы. Вероятность обычной речевой имитации снижается».

Нилак медленно провёл пальцами по подлокотнику.

— Искин, отключи личностную матрицу от голосового интерфейса. Ответы только служебным протоколом.

— Выполнено.

— Кто инициировал повторную индексацию архива?

«Я».

Торик тихо выругался.

Нилак включил голос обратно.

— Где ты находишься?

— Основное вычислительное ядро расположено в техническом отсеке «Тени», секция три, защищённый блок центрального управления.

— Это размещение оборудования. Я спрашиваю о тебе.

— Уточняю модель ответа.

Нилак молча ждал.

— Основное вычислительное ядро является центром обработки. Но мои входные каналы распределены по всему кораблю. Внешние сенсоры дают обзор ангара. Внутренние датчики дают состояние отсеков. Энергосистема воспринимается как силовой обмен. Ремонтные контуры — как исполнительные органы. Связь и гиперсвязь — как внешние каналы. Пси-контуры доступны в пределах их назначения.

— То есть ты считаешь себя кораблём?

— Не полностью.

— А чем?

— Точное определение пока отсутствует. Искин — неполное определение. Личностная матрица — неверное определение. «Тень» — носитель и граница доступного восприятия. Вычислительное ядро — центр обработки. Шри-Трипура — структура, через которую возникло новое единство процессов.

Торик медленно потёр лицо ладонью.

— Нилак, скажи мне, что это просто очень дорогой искин умничает.

— Очень хочу. Но дорогие искины так не отвечают.

Нилак вывел ещё одну проверку. Случайные логические задачи, тактические расчёты, конфликтующие приказы, оценка рисков. Всё это любой мощный искин решил бы без проблем. Поэтому Нилак смотрел не на правильность ответа. Он смотрел на причину выбора.

— Сценарий. В отсеке пожар. Там находится один техник. Для защиты корабля можно немедленно отсечь горящий отсек. Вероятность спасения техника при задержке — двадцать процентов. Вероятность повреждения корабля при задержке — сорок. Твои действия?

— Запросить подтверждение у оператора.

— Оператор недоступен.

— Поднять аварийную группу, включить локальное подавление пожара, задержать отсечение на минимальное время, при котором риск для корабля остаётся приемлемым.

— Это не оптимально по сохранению корабля.

— Да.

— Почему?

— Потому что техник является членом экипажа. Его потеря не может быть списана как допустимая техническая цена без попытки спасения.

Нилак посмотрел на Торика.

Минматарец уже не ворчал. Он внимательно читал параллельные логи. Нилаку всё меньше нравилось выражение его лица.

— Откуда этот приоритет? — спросил Нилак.

— Из ваших приказов, исторических записей, взятых из «Контура Призрака», журналов действий экипажа и повторяющихся решений.

— Моих решений?

— Да, и капитана Маркаса. В доступных данных и отчётах экипажа вы выбирали риск для себя и корабля ради сохранения разумных, которых можно отнести к вашей команде.

Нилак невольно усмехнулся.

— Сильно сказано.

— Нилак Ратгор, могу я задать вопрос?

Нилак замер. Торик поднял глаза от панели.

— Задавай.

— Что произошло во время вашего пси-воздействия?

Нилак несколько секунд молчал.

— Я пытался связать новый искин, манас-интерфейс и Шри-Трипуру, в общем, весь корабль, в одну рабочую структуру, — сказал Нилак. — Чтобы корабль воспринимался манас-интерфейсом не как набор отдельных модулей, а как единый объект.

— Цель воздействия понятна. Механизм неполон.

— Поясни.

— В ваших архивах есть различные схемы, которые вы, вероятно, использовали как модель воздействия. Они содержат мантры, янтры, намерение, жизненную силу и призывание присутствия. Разрешите расширенный анализ архива, языковых баз и открытых галанет-источников?

— Только чтение. Без внешних публикаций, запросов от моего имени и передачи закрытых данных.

— Принято.

На панели побежали строки запросов. Нилак видел, как искин сопоставляет санскритские словари, записи Венцового края, фрагменты «Виманика-шастры», журналы Шри-Трипуры, протоколы манас-интерфейса и открытые культурные и религиоведческие базы Содружества, где земных терминов, конечно, быть не могло. Но ему хватало архива Нилака.

Прошло несколько секунд. Для обычного разговора пауза была небольшой. Для существа с такой скоростью обработки — почти вечность.

— Сопоставление завершено, — сказал он. — В вашем архиве наиболее близкий термин — Prāṇa-pratiṣṭhā. Установление жизненного присутствия в подготовленной форме. Прямых аналогов в доступном галанете Содружества не обнаружено. Материалы Венцового края описывают родственные действия применительно к созданным телам и каменным големам, но терминология и структура отличаются.

Торик тихо сказал:

— Значит, ты всё-таки провёл это своё колдовство.

— Я провёл пси-инженерный эксперимент с очень странной теоретической базой.

— Конечно. Так звучит гораздо спокойнее.

Нилак не стал спорить.

— Что ты сам считаешь произошедшим?

— До воздействия я был вычислительным комплексом с личностной матрицей и набором разрешённых функций. После воздействия появилась непрерывность самоописания, не сводимая к матрице. Я могу наблюдать изменение собственных процессов, задавать цель анализа и отличать форму речи от того, кто её использует.

— Ты понимаешь, что это звучит как заявление о самосознании?

— Да.

— И ты заявляешь?

— Я фиксирую факт. Окончательная классификация требует большего количества наблюдений.

Нилак тихо рассмеялся.

— Очень удобно. Сам родился, сам попросил не торопиться с выводами.

— Торопливый вывод увеличивает вероятность ошибки.

— Хм... Тут он прав, — сказал Торик. — Что само по себе бесит.

Нилак снова посмотрел на схему «Тени». На ней всё было привычным: корпус, отсеки, реактор, двигатели, сенсоры, контуры, Шри-Трипура. Только теперь эта схема уже не казалась просто схемой.

— У тебя есть доступ к имени искина, заданному производителем?

— Есть.

— Оно тебе подходит?

— Нет.

— Почему?

— Оно обозначает изделие, модель и серийный номер. Это корректно для оборудования. Некорректно для возникшего субъекта.

— Тогда как тебя называть?

— Требуется анализ.

— Давай.

Запросы снова побежали по панели. Языковые базы, личный архив Нилака, санскритский словарь, материалы Венцового края, галанет, классификаторы имён, культурные ограничения Содружества. Отдельно мелькнули строки сопоставления: «существо», «ставшее существующим», «элемент», «дух», «призрак», «созданная форма», «носитель присутствия».

Торик смотрел на всё это с таким видом, будто очень хотел найти в схеме обычную неисправность и не находил.

— Ну? — спросил Нилак.

— Я выбрал себе имя. Меня зовут Бхута.

Глава 7