Суперпозиция неопределённости Я. Свободное Я — миф, свободна лишь мысль без Я

Ловля невидимки: как наблюдать за актом сравнения

Таким образом, все, что нам удается осознать в конечном итоге акта сравнения, — только некий результат, проявленный для перцептивного и чувственного восприятия и, впоследствии, становящийся объектом оценки мышления, осмысления и переживаний по поводу этого. Направленность внимания (интенция), словно прожектор, беспрестанно освещает пространство вокруг, ища, с чем бы ему сравнить. Вы даже можете сидеть в комнате среди неподвижных предметов, где вроде бы ничего не меняется, но внимание обязательно найдет, за что «зацепиться». Предметом сравнения может стать что угодно: от текущей температуры воздуха в помещении относительно вашего комфорта до мимолетного воспоминания, всплывшего в памяти и сопоставленного с настоящим моментом.

Объектом сравнения может выступить как физическая шероховатость поверхности стола в контрасте с гладкостью бумаги, так и глубина тишины, внезапно прерванная тиканьем часов. Ваше мышление способно сравнивать реальное положение тела с воображаемым идеалом удобства или сопоставлять интенсивность света в окне с тем, каким вы запомнили его вчера. Одним словом, забот даже в тишине у вас будет достаточно. Вы всегда будете находиться в своей персональной реальности, где сравнение будет продолжаться до тех пор, пока у вас будет присутствовать самоощущение.

Понимаете? Каждую секунду в вас задействованы память, прогноз, оценка приятности или неприятности, согласия или несогласия, телесные ощущения. И все это склеено воедино актом сравнения. Мы цепляемся или за воспоминание, или за какой-то эталон, за какие-то ожидания, — они буквально прячут от нашего восприятия возможность заметить акт сравнения. Именно эта невидимая фабрика сравнений, работающая круглосуточно, порождает все наши конфликты — от выбора напитка до мучительных жизненных дилемм о любви, работе и смысле жизни. Вот этот уровень сравнения нас интересует: на этом уровне мы оцениваем «какой Я», «кто Я», «зачем Я».

Я думаю, вы встречались в жизни с яркими примерами подобных проявлений, так же как и я, когда, например, человек обращается ко мне как к психологу. Со слов этого человека, его главной проблемой было ощущение своей неполноценности по сравнению с соседями. Человек состоятельный, живет в элитном коттеджном поселке, имеет дорогую машину. Но его дом ниже и меньше, чем у других, да и машину не может менять так же часто, как это делают соседи, которые покупают ту, какую захотели, а не ту, какую он может себе позволить. На каком внутреннем «эталоне» держится его сравнение? С идеалом успеха из рекламы? С детской установкой «быть не хуже других»? Осознай он сам акт этого сравнения — увидел ли бы он, что его «весы» настроены на чужие, а не его собственные ценности?

Но что было бы, если бы он осознавал сам акт сравнения, направленный на статус своего «Я»? Разве не удивился ли бы он тому, что делает сравнение, в котором на самом деле его «Я» не нуждается? Разве ли бы он не удивился тому, что теперь этот акт сравнения может получить иной смысл? Если бы он уловил это движение внутри себя, сравнение вышло бы из тени. Как в примере с равновесием, появилась бы возможность оценить и принять новый смысл действия (ранее операции), а может, и вовсе отказаться от него. Тогда в подобном контексте сравнение могло бы не включаться. А если бы включалось, то попало бы в поле мысли, которая, опираясь на модель, легко бы осмыслила, зачем сравнение нужно и нужно ли вообще.

Возьмем пример выбора «чай или кофе?» Что есть до выбора? Сравнение. Поймайте в себе момент сравнения и выйдите в пространство мысли, чтобы сравнение стало действием, которое нуждается в условиях и ждет смыслов. Проясните условия, определив ожидания: бодрящий удар кофеина против уютного тепла чая. Определите состояния: сегодняшнюю усталость, вчерашнюю бодрость. Сравните вкусы: горьковатый оттенок со сливочным. Поймайте сравнение за «хвост», найдите новый смысл действия. Выполните это действие, имеющее осознанную цель, и теперь это не операция. Любой итог будет уже результатом работы мысли, а это уже действие со смыслом: акт сравнения не остался за кулисами. Делайте с этим, что пожелаете.

Или вот вы смотрите в телефон на фотографию счастливой компании в солнечном месте. И вдруг внутри возникает желание оказаться там же, — бывало такое? Почему так случается? Потому что сравнение уже сработало до мысли. Картинка чужого отдыха наложилась на обыденность сегодняшнего дня на уровне репрезентаций, представлений и воображения, а это находится до мысли, выраженной словами. Эмоция отразила актуальное состояние потребности получить то же, что и другие. Их смех и ваша тишина, их солнце и ваше серое небо за окном, — без участия вашего «Я» рождают зависть, тоску, сожаление и тому подобное. Все тот же невидимка — операция сопоставления «их» с «моим» — делает свое дело. И вы можете его остановить, выйдя на поле мысли, где операция превращается в действие и может обрести иной смысл, за которым не будет всех этих неприятных эмоций. Хотя, конечно, вы можете остаться в сравнении до мысли и пережить только разочарование, зависть и что-то еще, но это, пожалуй, не самая лучшая идея, не так ли?

Ну, или пример судьбоносного решения: «Остаться на нелюбимой, но безопасной работе или уйти в неизвестность, за работой мечты?» Ведь в этом случае вы сравниваете не предметы, а целые вселенные возможностей «Я». Вы сравниваете не вкусы, а фундаментальные экзистенциальные ценности. Но логика и механизм сравнения — точно такие же, как при сравнении вкуса чая или кофе. Желаемое пропускается через призму того, что есть сейчас и что может быть в будущем. Но осветите лучом мысли процесс сравнивания, и вы увидите этого невидимку по имени «Сравнение», постоянного движущегося и всепроникающего в вашем «Я». Вы не видите, как ваше «Я» мечется между заданными им же полюсами, как оно навешивает на них ярлыки «желанно/нежеланно», «хорошо/плохо», «правильно/неправильно», «приятно/неприятно», но проживаете ту или иную эмоцию.

Кстати, хороший момент, очень кратко сказать о модели валентности эмоций. Упрощенно она умещается в формулу: значение эмоции = ожидания минус реальность. Реальность равна или превзошла ожидания — эмоция положительная. Реальность не равна или хуже ожиданий — эмоция отрицательная. И поскольку акт сравнения ожиданий и реальности не видим, мы встречаемся только с финальными вердиктами акта сравнения в виде того или иного эмоционального переживания.

В это переживание можно погружаться целиком и полностью, отдаваясь во власть эмоции, а можно использовать эмоцию как индикатор актуальности ожиданий, если удалось превратить операцию в действие, где мысль опирается на модель, оценивает условия и меняет смысл соотношения ожиданий и реальности. Неважно, что вы сделаете: измените ожидания или, напрягшись, измените реальность, — главное в том, что вы уменьшите разрыв между ними. А может, и вообще не вернетесь к этому действию, ведь в этом случае вы реально можете стать творцом эмоции, а не бессловесным пользователем того, что возникло без участия мышления.

Поэтому нет речи о том, чтобы перестать сравнивать. Мы не можем перестать сравнивать в принципе — это функция жизни; без операции сравнения было бы невозможно провести границы между «Я» и миром, между понятиями, между прошлым и настоящим. Именно через акты сравнения сознание структурирует хаотичный поток информации в упорядоченную и осмысленную картину мира, где эмоции подсказывают направление движения. Но что еще более важно, без сравнения невозможно само сознание, дающее нам это удивительное чувство самоощущения, которое мы называем «Я».

Иллюзия «моего»: как инстинкт обладания порабощает «Я»

Я знаю, насколько сложно ухватить за «хвост» всепроникающее сравнение, тем более что по сути мы пытаемся схватить за «хвост» свое «Я». Поэтому начните не с себя, начните наблюдать за движением сравнения у других. Вот кто-то просто нахмурился и переживает неприятные эмоции, кто-то говорит, что хорошая погода сегодня, кто-то говорит, что это невероятно вкусный чай, а вот кто-то говорит, что этот человек плохой, а еще кто-то говорит, что его жизнь — сплошная проблема. Просто наблюдайте, просто слушайте и удивляйтесь тому, что буквально за каждой фразой скрывается акт сравнения, выраженный в мнении-оценке. Как только вы слышите чью-то оценку, тут же подумайте о том, какой для человека смысл в этом сравнении. Ради какого выбора была эта операция. Осмыслите ее за этого человека.

Ведь по большей части диалоги людей представляют собой вот такой обмен мнениями обо всем и вся. Они сыплют друг на друга ярлыками, как из рога изобилия. Просто слушайте и отмечайте для себя ту или иную свершившуюся оценку. А если кто-то адресует подобную оценку непосредственно вам, подумайте, для чего это делает человек? Просили ли вы его об этой оценке? Зачем вам погружаться в мир оценок и сравнений другого человека? А если вдруг вы добавите к этой оценке что-то свое, внезапно совершив акт сравнения, вам тоже стоило бы понаблюдать и за собой, задавая те же вопросы: ради чего и для чего подобное сравнение родилось в вас. Чем вы в таком случае отличаетесь от этого человека? Конечно, может быть, вы просто хотели поддержать диалог, а может быть, вы нуждались в мнении значимого человека, чтобы составить свое, а может быть, вас просто вовлекли в это действие без вашего решения, что случается чаще всего. Ведь кто-то всегда задает рамки коммуникации, буквально заставляя вас включаться в подобные диалоги. Подумайте об этом в подобных ситуациях.

Как вы понимаете, сложностей с тем, чтобы наблюдать процесс сравнения у других, не возникнет. Но еще стоит принять во внимание, что наблюдать у других впрямую сам процесс не получится: вы не сможете пережить его эмоцию за него, вы сможете только видеть его результаты в виде невербальных проявлений, словесных мнений и оценок. Только используя механизм эмпатической проекции на себя, вы сможете предположить, как бы это было внутри вас, если бы вы делали подобную оценку. Более того, обращая внимание на итоги сравнивания, вы получаете уникальную возможность понять критерии оценки и общее миропредставление человека о чем-то в том или ином контексте. Это, в свою очередь, поможет сделать вывод: а стоит ли вообще обсуждать то или иное мнение о ком-то или чем-то? Стоит ли вообще безотчетно мыслить предложенную вам идею, ведь любая мысль оставляет след в нашем «Я», меняя его самого и направленность его внимания. Сегодня вам кто-то нравился, а завтра благодаря чьему-то мнению вы создаете противоположный образ этого человека, испытывая к нему новые неприятные чувства, так, словно это действительно так.

Самое страшное в таких ситуациях то, что обратный пересмотр случается крайне редко, поскольку «судья» уже вынес свой приговор, а подсудимый вряд ли сумеет доказать свою невиновность. Ну а если и докажет, то это будет стоить ему немало усилий. Так что люди раз за разом делают это: они живут в мирах, населенных добрыми и злыми, умными и дураками. Но какой бы ни был, по их мнению, мир, от их оценки он не поменяется — мир остается прежним. Так стоит ли тратить свои силы на сравнение и утомительные разговоры о том, чего нет на самом деле, а есть только представление о мире, созданное на основе индивидуальных предпочтений человека. Миллиарды представлений о мире самого разного уровня достоверности обваливаются на нас в течение жизни с каждой услышанной фразой, а мы, словно флюгер, крутимся то в одну сторону, то в другую, принимая все на веру как факты реальности.

Поэтому вы удивитесь, насколько легко оказывается наблюдать акт сравнения у других. А как только это станет обыденным событием для вас, наблюдайте за собой. Обратите внимание, что есть простые оценки обычных вещей, которые вам необходимы для того, чтобы жить. А есть и те, в которых вы попросту не нуждаетесь, поскольку они, как говорилось выше, отравляют ваше представление о реальности.

Таким образом, если оценки не служат мотивации к развитию и улучшению себя, постарайтесь оставить их фоновым шумом. И примите к сведению, что сравнение себя с другими, того, чем не обладаете вы и обладают другие, своего прошлого со своим настоящим, а тем более будущим, которого еще нет, — всё это прямой путь к неприятным ощущениям, расстройству, фрустрации и разочарованиям.

Поймите, что в любом случае обнаруженная вами недостаточность по сравнению с кем-то или чем-то автоматически вызывает эмоцию с негативным значением. Поскольку присваивание и обладание имеют инстинктивную и аффективную основу. Чувство потери того, что считаем «своим», вызывает бурную физиологическую реакцию непроизвольно. Никто и ничто внутри не подскажет, реагировать или нет. Все произойдет само собой, потому что у вас было то, что принадлежало вам. Какой бы уровень просветления у вас ни был, если есть что-то, что имеет «принадлежность» вашему «Я», чувство потери будет возникать, хотите вы того или нет, формируя затем и эмоцию. Любое чувство — как приятное, так и нет — возникает мгновенно в ответ на любую разницу: температуры, света, звука, представлений, убеждений, ценностей и так далее. Я еще скажу, чем отличаются чувства и эмоции, но и в том, и в другом случае в основе лежит выявление разницы между актуальным эталоном и реальностью на данный момент времени. Индивидуальная сенсорная чувствительность, светочувствительность, цветовосприятие, представление о людях, реальности, себе обусловлены неким порогом, после которого различие создает то, от чего человек стремится уйти, или то, к чему он стремится прийти.

Но придя к чему-то и присвоив это, человек попадает в жернова «эффекта владения» при переживании которого он склонен значительно переоценивать значимость объекта только потому, что владеет им. Потому любая потеря больше, чем просто потеря, — это становится потерей части его идентичности, его «расширенной личности». Расстаться с присвоенным — значит потерять часть себя. Но что самое удивительное, переживать этот феноменальное ощущение человек может не только при реальной потере чего-то уже «своего», но и того, что в момент сравнения он примерил к себе, спроецировал на себя и почувствовал, как бы это было, если бы это уже принадлежало ему. Именно поэтому стоит представлению рассыпаться в воображении, разочарование настигает мгновенно. Ведь человек на самом деле не обладает этим, и даже виртуальная потеря присвоенного вызывает те же самые чувства и эмоции, что и при реальной потере. Так какой в этом смысл? Стоит ли безотчетно оставаться во власти подобного сравнения, стоит ли создавать внутри себя то, что подпитывает сравнение, и переживать неприятные эмоции по поводу этого?

Мне кажется, что если вам удалось понять все вышесказанное, вы будете в состоянии прекратить бессмысленное и утомляющее сравнение, а если уж оно и произойдет, то вы всегда можете изменить условия операции и выйти в пространство мысли, где сможете выбирать иные смыслы, не привязанные к обладанию и присваиванию. Ничто от природы не принадлежит нам, не нужно «хапать» все и пытаться «расширить» свое «Я» до бесконечности — все равно не получится. Найдите способность размышлять и находить иные смыслы, например, о справедливости, равенстве, альтруизме или какие-то еще, тем самым преодолевая, переопределяя инстинктивное стремление присвоить всё. Решение поделиться, подарить, отказаться от собственности — новый способ мышления, вопреки инстинкту. На этом фоне «эффект владения» и чувства, вызываемые им, автоматически не будут возникать в принципе, поскольку нет потери, ради которой стоило бы страдать.

По сути, человеческая цивилизация правильно идет в направлении оформления, обуздания и перенаправления инстинкта обладания через призму мышления и культуры, ведь институт владения и обладания — то, на чем держится общество, не впадая в хаос. Но одна проблема: ничего не можем поделать со своим «Я» и его желанием обладать большим, не понимаем причин этого, поскольку это кажется естественным состоянием. По этой причине, вроде бы, общественная культура и социальные институты регламентируют правила владения, но инстинктивная составляющая «Я» выходит за рамки формальных правил, поскольку в миллиардах наших «Я» инстинктивная необходимость владения и присвоения легко переступает через формальные правила, обнажая их условную природу. Коррупция, воровство, мошенничество, территориальные конфликты и даже семейные конфликты оказываются причиной этого неуемного желания «Я» владеть всем безраздельно, приводя в итоге к разного рода личностным проблемам.

Но все вышесказанное должно помочь свести подобные проблемы на нет. Выводя сравнение в сферу осознанного смыслообразования, подсветив в нем работу памяти, мышления, чувств, эмоций, мотивации и, главное, речи, можно оказаться в принципиально новом ощущении жизни, где нет повода и предпосылок для конфликта. Чуть ранее я обратил внимание на значимость речи в этом улучшении восприятия жизни. Да, речь, пожалуй, имеет наиглавнейшее значение в том, чтобы переведенное в действие сравнение было осмыслено другим способом мышления. Если все оставить как есть, то сама структура языка, основанная на противопоставлениях «добро/зло», «верх/низ», «хорошо/плохо» и так далее, на сравнительной и превосходной степенях прилагательных «лучше/хуже», «больше/меньше» или «лучший», «худший» и так далее, а также на семантике (ведь значения и смыслы слов тоже познаются в сравнении), заставят находить смыслы, которые останутся в границах этих противопоставлений. А для иных смыслов необходимо выйти из полярного мышления в принципе. Но об этом далее мы поговорим очень подробно. А вот о том, как сравнение пользуется проторенными дорожками ошибочно заданных ожиданий и притязаний, отправляя на весы выбора то, что туда и не стоило помещать, я скажу несколько слов прямо сейчас.

Как-то мне на глаза попалась интересная фраза философа Томаса Карлейля: «Приравняй свои притязания к нулю, — говорит Карлейль, — и целый мир будет у твоих ног». На первый взгляд кажется, что речь идет о некоей пассивности и самоотречении; она словно говорит: «Ничего не желай и не ожидай — и не будет причин для разочарований». По сути, первая часть высказывания буквально говорит об этом. Но и вторая часть так же вызывает недоумение, поскольку мир представлен в ней как нечто, что может оказаться в чьей-то власти, словно это некая сущность, обладающая способностью, словно волшебник, предоставить человеку все, что его «Я» может ожидать от него.

Но, зная, насколько наше «Я» неуемно в своих желаниях, очень сложно представить, как все это вдруг может оказаться у ног человека. Но, как говорилось, человек будет желать обладать, пока он жив. Ведь с самых первых дней жизни он исходит из установки, что что-то или кто-то может принадлежать ему по-настоящему. «Моя игрушка», «моя кроватка», «моя каша» — одни из первых слов, которые учится говорить человек, заявляя, что есть «Я» и «Мое», демонстрируя фундаментальное разделение мира на себя и то, что принадлежит ему. Как еще по-другому может представлять мир уже взрослый человек? Что ему остается ждать от мира? Только так и никак иначе, тем более, что формально и неформально вся социальная регуляция и регламентация направлена на установление порядка принадлежности и владения.

Чары мыслительного акта присваивания под названием «Моё» очень хорошо знакомы каждому по ощущению этого внутри себя. Ощущение своего тела и его отдельных частей наглядно демонстрируют нам абсолютную принадлежность руки, ноги, сердца и так далее нашему «Я». Но такое же чувство мы ошибочно проецируем на то, что находится вне нас. Мы физически ощущаем боль от повреждения того, что принадлежит нашему «Я». Подойдите к машине, где сидит хозяин, и плюньте в нее (но лучше не делать этого), и бегите прочь. Ведь, догнав вас, хозяин машины покажет, как он воспримет этот плевок: он воспримет это как плевок в него самого, в его тело. «Моё» или «Не моё» — вот способ делить мир. Моя квартира, мой дом, моя машина, моя жена, мой муж — подумайте, как трепетно вы относитесь к этому. И насколько безразличны мы, оказывается, в отношении того, что не принадлежит нам, если только мы не желаем приобрести это. В этом случае объект вожделения и способы заполучить его могут стать главным смыслом на этом этапе жизни, заслоняя собой реальное ощущение жизни здесь и сейчас.

Фактически принадлежность и обладание, будучи закрепленными законодательно, создают предпосылки для переноса ощущения абсолютной принадлежности частей своего тела на нечто вне себя. Подобный способ видеть мир лишает «Я» возможности понять, что на самом деле ничто от природы никому не принадлежит, даже тело и сознание. Эта принадлежность — удивительный фокус мышления, которое создается средствами языка. Язык строится на субъектно-объектных отношениях.

В любом языке есть подлежащее. В данном случае это наше «Я», и, по логике языка, оно владеет как субъект и хозяин чем-то. То есть семантически есть субъект владения: «Я» (скрыто в местоимении «моё») и объект владения: сознание. А само это владение устанавливается скрытым глаголом (иметь или владеть). Это утверждение произрастает из ощущения личного опыта, но, выражаясь лингвистически как отношение принадлежности, создает отдельную реальность и факт в мышлении как факт.

Фраза «моё сознание», «моя рука», «мой автомобиль» автоматически встраивается в мыслительную схему, где существует некое устойчивое «Я» (как отдельная сущность), которое обладает сознанием, как обладают рукой, телефоном или мыслью. Это создает иллюзию возможности обладания «Я» чем-то, но эта иллюзия воспринимается как абсолютная реальность. Она заставляет виртуальную, смоделированную сущность «Я» утверждать право собственности на все, что оказывается в поле его интересов. При этом все это действо наделяется наивысшей степенью серьезности, поскольку значимость слова давно уже стала для людей первоочередной. Слово создает для нас универсальный образ реальности, в котором правила, созданные средствами слов, же определяют каждое действие жителей этой реальности, вплоть до права жить или не жить.

Именно по этой причине «Я» оказывается безразличным и не способным понять то, что ничто и никто от природы ему не принадлежит. Что ему не принадлежит его мозг, в момент когда он говорит «Мой мозг». Все свойства «Я» — мышление, память, самоощущение, сознание — являются продуктами или процессами работы мозга. Получается, что «Я» — это продукт мозга, который одновременно претендует на роль владельца этого самого мозга и всего остального. Это всё равно что сказать: «Моё отражение в зеркале владеет этим зеркалом». Ему не принадлежит жена, дом и даже его ребенок, несмотря на заявления «Моя жена», «Мой дом», «Мой ребенок». «Я» — не реальный объект, «Я» — процесс, выраженный для него как самоощущение. Именно таким способом для «Я» проявляется то, что мы называем сознанием.

Процесс не может владеть другими процессами или объектами в абсолютном смысле. Он может лишь временно взаимодействовать с ними, будучи с ними взаимозависимым. Хотите вы этого или нет, жена, дом, ребенок, машина — это тоже не статичные «вещи», а потоки событий, явленные вашему восприятию в той или иной форме. «Жена» — это постоянно меняющийся поток физиологии, психики, социальных ролей. «Дом» — это совокупность материалов, чье существование зависит от их физического состояния, от коммунальных сетей, законов и т. п. «Ребенок» — это автономный поток жизни, который вы не создавали «из ничего», а получили в пользование от природы, по сути, и который стремится к независимости и самостоятельности.

Когда мы начинаем верить, что на самом деле условные ярлыки типа «мое» отражают абсолютную истину, мы обрекаем себя на страх потери этого, ревность, алчность, горе и страдания. В этом и есть один из корней всех проблем людей. Это особенно понятно, когда мы пытаемся ухватить реку и назвать ее «моей рекой», делая это абсолютной истиной. Когда кто-то нарушает границы вашего участка хотя бы на метр, люди готовы за это идти не только на многолетние судебные тяжбы, но и даже на физическое насилие. Странно, но это так: люди делали это, делают и будут делать, даже если право владения не подкреплено нормой закона, а присвоено по личным причинам, подтверждающим человеку право владения.

Сила владения существует не «в вещах», а только в нашем восприятии отношений и в социальных договоренностях. Мы договариваемся считать что-то «моим». Сила этого соглашения огромна: на нем держится хрупкий баланс общества, но эта условность не воспринимается нами как условность. Это стоит понять всем своим существом, чтобы привязанность ко всему своему перестала тотально управлять людьми. Это понимание должно раз и навсегда однажды озарить, словно вспышка яркого света, всю природу социального мироустройства.