Адрес

— Как Новосибирск? Мы его еще что, не проехали? Я думала ты со своим ухажером уже распрощалась, — и тут же добавила, — Так ты поэтому меня решила наконец-то поднять, да? Что бы спокойненько расцеловаться перед долгой, а может и вечной разлукой.- Светка откровенно перешла на, мягко говоря, ироничный тон. Наташа стояла молча. Глаза ее потемнели. Не ожидала она он подруги такой издевки.

— Вставай! — Наташа собралась выходить из купе.

— Нат, ну ты что, обиделась? Я ж пошутила. Что опять неудачно? Раньше ты не обижалась на меня никогда, между прочим. — Светка надула губы, а потом, глядя из под своих пышных рыжих волос, вкрадчиво спросила:

— Ты влюбилась что ли? А?

— Хуже. Вставай, в общем, потом расскажу все. И я не обижаюсь. Просто для меня эта тема сейчас очень болезненна.

— Ладно, встаю. А Дмитрий твой где?

— В служебке пока еще, а что?

— Да, так, ничего. Тоже хочу посмотреть на него на прощание.

— Ну, уж тебе, конечно, проститься с Дмитрием пренепременно нужно. Ты и так парня запугала с самого начала…

— Не я, а ты, сама, между прочим, монстра из меня сделала…

— Я его только предупредила о том, что ты возможно, слышишь, — Наташ проговорила по слогам, — воз-мож-но —отреагируешь на проявление незваного гостя не совсем адекватно его ожиданиям. А ты не преминула его в этом убедить. А теперь еще и обижаться на меня вздумала. Сколько раз я тебе уже говорила: веди себя нормально с молодыми людьми и они к тебе потянуться, а не будут шарахаться как черт от ладана.

— Ну, спасибо, подружка, успокоила. Я вообще тогда не выйду из купе, пока твой ненаглядный еще тут. Зачем же я своей лучшей подруге буду проблемы создавать.

— Проблем ты никому не создаешь, кроме как себе самой. А прощаться тебе с Димкой или нет, как хочешь. Тебе с ним детей не крестить.

— А вдруг… — Светка лукаво глянула на подружку, — откуда нам знать. Мож, любовь у вас до гроба. А ты меня и в крестные не позовешь. Так что, пойду — ка я помашу дяде ручкой на прощанье от греха подальше.

Наташа уже и не пыталась спорить со своей сумасбродной подружкой, впрочем, как и воспринимать в серьез ее инсинуации. Она стояла в дверях купе, улыбалась и все с той же нежностью смотрела на Светку:

— Дурочка, ты, Светка!! Хотя я бы не отказалась от такой перспективы. По крайней мере, на данный момент времени.- Наташа сделала наигранно- задумчивый вид расхохоталась, — В общем, до Новосиба еще 20 минут. Собирайся и выходи. Мне кстати, очень любопытно будет посмотреть на то, как вы будете говорить друг другу «До свидания».

— Вот именно так и скажу: «До свидания» и ни слова больше. — Светка надула губки.

— Спасибо, что хоть не «Прощай» — в глазах Наташи промелькнула чуть заметная грусть, но Светка это заметила:

— Ну, вот, я думала, развеселила подругу перед таким серьезным мероприятием, а ты опять?

— Я подумала, что мне придется сказать «Прощай» — с некоторой грустью произнесла Наташа.

— Почему? Зачем?!!! — и Светка возбужденно начала предлагать варианты, всерьез проникнувшись переживаниями подруги, — А ты не говори. Скажи, ну вот, хоть «До встречи» или, ну, так же, как и я «До свидания». А что? Ты же сама говоришь, что очень хочешь продолжать с ним отношения. А тут «Прощай!» Что парень подумает-то? Поматросила и бросила?

Наташа даже удивилась такому пылкому выступлению Светки. Ведь они скоро будут дома, а там… Светка странно себя ведет, если учитывать то, что дома Наташу ждет «ухажер», как выражается Светлана и она это прекрасно знает. Тем более они с Вадимом хорошие друзья. Почему же она так распереживалась по поводу расставания с Димой? Насколько Наташа понимала свою подругу, она Диму встретила так неприветливо еще и потому что есть Вадим. Но развивать эту мысль у Наташи не было ни сил, ни желания.

— И когда же я интересно успела «по матросить» да еще и бросить? Мы знакомы-то несколько часов. Сама себе удивляюсь: что происходит? Да уж скорее бы все это закончилось. Честно говоря, нервы на пределе.

— Ну, ты, подруга, смотри, шибко не нервничай! Было бы из-за чего… — Светка запнулась, испуганно глянув на Наташу, но Наташа тронула ее за плечо и сказала:

— Ты права. Не из-за чего так переживать. Сама не знаю, почему так серьезно восприняла это приключение. Не волнуйся, я справлюсь.

Света с благодарностью смотрела на Наташу, понимая, что все ночные нападки с ее стороны были только результатом ее мимолетного увлечения случайным попутчиком. К ней это не имеет никакого отношения. Наоборот, эти события их даже еще больше сблизили, раньше они так откровенно никогда не обсуждали увлечения друг друга. Хотя это слишком сказано, ведь увлечений у Наташи было только одно, по крайней мере, на Светкиной памяти, а ей самой и похвастаться-то было нечем.

— Да, конечно, справишься, ты сильная и умная. И вообще, ты уже слишком надолго задержалась здесь. Иди к своему «увлечению», а то заскучал парень совсем.

— Да пойду, пожалуй. И ты не задерживайся. Хорошо?

— Да хорошо, хорошо. Буду во время.- Светка практически вытолкнула Наташу из купе, — Не задержусь.

Дима сидел, подперев подбородок, и смотрел в окно. За окном уже вовсю мелькали пригороды Новосибирска. Уже в который раз за свое студенческое лето он проезжал по этому пути, мимо этих же улиц, но никогда ему не было так невыносимо грустно. Каждый раз он с нетерпением ждал, когда же, наконец, перрон, а сейчас он, казалось бы, усилием воли пытался отодвинуть момент прибытия поезда на вокзал. Потому что знал, что там он расстанется с ней. И все-таки с кем? Кто она? Кем она ему стала за этот короткий промежуток времени? Он спрашивал себя и чем больше, тем сложнее было найти ответы на эти вопросы. В голове был сплошной сумбур, обрывки их первой встречи, необъяснимый его порыв и безрассудный прыжок в поезд, идущем на полном ходу.. и ее глаза… Хотя нет, тогда это были просто красивые глаза, красивой девчонки. Но потом все вдруг стало каким-то нереальным. Как будто происходившим с кем —то другим, другим человеком, а он, Дима, был только наблюдателем. Дима рассчитывал на простое приключение до первой станции, но тот, другой, взявшийся откуда-то из далеких глубин его души, перепутал все карты. Завел в такую дремучую чащу, где господствовала буря страсти, чувств, переживаний и… тоски. Да, теперь им овладела дикая тоска. Он снова спрашивал себя: почему? И не находил ответа. И не мог себе представить, как же он с этой тоской останется наедине. «Но может быть она права, может быть, я вернусь к „своим“ и это наваждение улетучится, я снова стану тем же легкомысленным повесой, буду жить, как жил?». И тут же отметал эту мысль, понимая, что думать об этом он просто не хочет. Он уже не представлял жизни без нее, не представлял себя тем, кем он был раньше. Раньше… все-то сутки назад. А, кажется, что прошло много-много времени. Он не мог понять сколько. Ощущение времени исчезло. И только теперь он начал приходить в себя, возвращаться к реальности. Но реальность не нравилась ему. При этом он понимал, что изменить ее он не в силах. По крайней мере, теперь. И тот, старый Дима, твердил ему уже во весь голос: «Прекрати, через несколько минут все встанет на свои места, и ты станешь тем, кем был всегда». Да, через несколько минут… наверное это так и есть. Судьбу не исправишь…

Дима очнулся от легкого прикосновения ее руки: — Ты был где-то очень далеко, — услышал он ее тихий голос, поднял голову, посмотрел на Наташу. Она увидела в его глазах боль, тоску и вопрос.

— Не волнуйся, Дим. Все будет хорошо. Правда. Я тебе обещаю.

— Я тебе верю. Но ничего не могу с собой поделать. Кажется, что у меня шизофрения развивается.

Наташа хотела было обидеться, сказав, что он невежлив, по крайней мере, намекая ей на то, что она стала причиной предполагаемого психического расстройства. Но решила не сгущать уже и без того темные краски предстоящего прощания. Почему-то сейчас она почувствовала себя лучше. Может быть, неизбежность предстоящих событий сыграла нужную роль в этой ситуации. Что ж попусту изводить себя и его?

— Шизофрения? Я тебе как будущий психолог могу абсолютно компетентно заявить: психопатологические симптомы вполне могут наблюдаться в стрессовых условиях и у индивидуумов с нормальной психикой. Так что не переживай. Все под контролем

— Ты еще и шутишь? — грусть в его глазах разрывала сердце Наташи на части, но она решила не поддаваться. Она и вправду сильная. Всегда знала, что чувства можно контролировать, умела это делать и пользовалась этой своей удивительной способностью.

— А почему нет? Разве происходит что-то ужасное?

— А разве нет? Мы же расстаемся!!!!

— Ты так говоришь, как будто мы умираем. Дим, нет! Мы живы, здоровы и даже влюблены. Это же прекрасно!!! Зачем же портить все это своими черными мыслями о предстоящей разлуке. Ну не Луну же ты улетаешь и я не на Марс. Хотя и с Луны люди возвращались.

— Не на Луну и не на Марс. Хоть это радует.

— Ну, вот видишь?!!! — Наташа задорно чмокнула Диму в губы, — и чего тогда так убиваться. Другое дело, что наша жизнь может осложниться. Если мы этого захотим, конечно. Но единственное препятствие — это расстояние. Но это даже и обсуждать смешно нам — людям, которые исколесили вдоль и поперёк всю страну. Неужели тебе будет трудно сесть так же в поезд и приехать ко мне? Мне это сделать совершенно не трудно. Я с удовольствием стану гостьей твоего города. Я вообще люблю путешествовать.

— Боже мой, сколько в тебе оптимизма и энтузиазма!!! Сколько ты можешь удивлять?

— Ну, лет на 25 меня точно хватит. До самой серебряной свадьбы. Так что не завидуй особенно тому, кто все эти годы будет удивляться. Не так уж это легко.

— То есть это буду не я? — Дима встал и посмотрел прямо в глаза Наташе.

— Нет, — решительно ответила она.

Дима остолбенел. Он не ожидал такого категоричного ответа.

— Я не совсем понял, — растерянно произнес он. Наташа понимала, что повергла в шок его своим ответом. Она сама не ожидала от себя такого. Но слово не воробей — вылетит, не поймаешь. Отступать назад, отшучиваться она не хотела.

— Да понял, Дим, все ты понял. Только признаться себе в этом боишься. А я не боюсь. Я говорила уже, что все, что произошло — здорово, великолепно, романтично, захватывающе!!! Какие еще эпитеты подобрать, чтобы ты убедился в том, что ты для меня не проходной эпизод. Я не забуду этого никогда и тебя не забуду. Но обязывать тебя я тоже не могу. Я хочу, что бы ты ушел с легким сердцем. А потом действовал не из чувства вины или псевдообязательств, а только так как будет подсказывать тебе твое сердце, а не голова. Вот и все. Все хорошо, — Наташа приложила ладони к его щекам. Он накрыл своими ладонями ее руки.

— Колючий, — произнесла она тихо и нежно.

— Да, — так же тихо ответил он.

Они смотрели друг на друга, не отводя взгляда. Казалось, что единственным их желанием сейчас было как можно больше вглядываться в глаза друг друга. Чтобы запомнить надолго, может быть навсегда. Снова весь реальный мир улетучился. Были только он и она. И никого больше…

Где-то издалека они услышали звук открывающейся двери. Наташа очнулась. Продолжая смотреть в глаза Димы, она вдруг увидела, как они становятся все больше и больше и устремлены уже не на нее, а куда-то выше. Наташа стала медленно оборачиваться. Ей тоже стало интересно, что же так удивило молодого человека. Когда она оказалась лицом к двери, то дар речи, подаренной ей матерью и природой, исчез.

В дверном проеме стояло существо чем-то отдаленно напоминающее ее подругу Светку. Лицо ее было буквально усыпано пудрой, на котором алели щеки, напомаженные ярко-красными румянами. Глаза в боевом раскрасе фиолетово-оранжево-зеленых оттенков были обрамлены накладными ресницами, оставшимися у Наташи в косметичке еще с каких-то студенческих праздников. Оранжево-морковного цвета губы были растянуты в широкую улыбку, обнажающую белоснежные, с морковными проплешинами, зубы. А дверной проем оказался недостаточным, для того, чтобы в полной мере оценить невероятных размеров прическу: длинные, рыжие волосы были начесаны так, что казалось, на голове произошел, по меньшей мере, взрыв, либо их хозяйка попала под воздействие высокого напряжения. Выражение ее лица говорило о полной ее уверенности в собственной неотразимости, что отчасти было истиной.

— Здрасьте!!!, — все так же широко улыбаясь, проговорила, Светка, глядя на Наташу и Диму довольным взглядом, говорящим о том, что впечатление на которое она рассчитывала ей произвести удалось.

— С добрым утром, — только и смог произнести Дима. Наташа же продолжала молчать. Оторвав взгляд от Светки она повернулась к Диме и в этот момент их обоих поразил безудержный хохот. Остановиться смогли они только через пару минут. Продолжая всхлипывать и утирать слезы, Наташа, все-таки сумела вымолвить:

— Прекрасно выглядишь! — приступы смеха все еще не давали Наташе нормально разговаривать, — но может все-таки объяснишь причины этого маскарада?

— Какого маскарада? — Светка уже перестала улыбаться и слегка попыталась надуть губки.

— Ты же косметику в руки ни разу не брала! Что тебя сподвигло-то на такой отчаянный поступок?

— Зато у тебя этой косметики видимо — невидимо. Кругом. Вот и не удержалась, решила попробовать, пойдет ли мне. По-моему здорово получилось, — Светка сделала жест, напоминающий тот, когда женщины поправляют себе прическу, — а вам что не понравилось? — с лукавым выражением своих разукрашенных во все цвета радуги глаз спросила она.

— Ну, что Вы, Светлана, — наконец смог вступить в беседу Дима, — это просто потрясающе, никогда не видел ничего подобного. Но мне кажется, что Ваша естественная красота гораздо привлекательнее.

— А вы прям ценитель женской красоты? — с издевкой произнесла Светка- прям так и разбираетесь во всем: естественная красота, неестественная, да? — и не дождавшись ответа, продолжила, — Хотя, если вы запали на мою подругу, то могу согласиться с тем, что вкус у Вас все-таки есть.

— Спасибо и на этом!

— Да не за что!!! И вообще поясню, почему я тут: просто я Наталке пообещала, что скажу вам «до свидания». Слышите, именно «до свидания».

— Светка, прекрати, — хотела было урезонить ее Наташа.

— А что я такого сказала? Всего лишь на всего «до свидания». Это значит, что я и моя дражайшая подружка надеемся на будущую встречу. Ведь она состоится не так ли, Дмитрий? — Света своим разукрашенным взглядом лукаво глянула на Диму, — или вы в этом сомневаетесь?

— Света, перестань, прошу тебя! Разреши нам самим разобраться в том, кто, с кем и когда намерен встречаться! Тебя это точно не касается, — видно было, что Наташа была раздражена. Она злилась на Светку за то, что она подняла тему, которая сейчас была самая больная. Не хотелось Наташе обсуждать эту «будущую встречу», хотелось вот так на веселой ноте и закончить всю эту «мыльную оперу», в которую ее затянула судьба.

Дима молча наблюдал за перепалкой подруг. Он, конечно, понимал, что Света переживает за свою подружку и поэтому как может, так и пытается ей «помочь». Но он знал, что такой помощи Наташа не примет.

— Действительно, Светлана, — наконец сказал Дима, — мы и в самом деле разберемся, но вам я бесконечно признателен за вашу заботу о нашем с Наташей будущем. А так же, мне очень лестно, что вы пришли попрощаться со мной, приложив для этого немалые усилия. Могу сказать определенно, что вас я запомню навсегда. Тем более вы дали такой неожиданный и, кстати сказать, уместный в данной ситуации, повод повеселиться.

— Неужели? Значит, мне удалось, то, что я задумала: мне на самом деле хотелось, что бы грусть расставания была несколько разбавлена яркими красками моего макияжа, — вновь, широко улыбаясь, проговорила Света.

— А я и не знала, что в тебе живет такая замечательная актриса, — Наташа с благодарностью смотрела на Свету, — может тебе подумать о том, чтобы сменить будущую профессию, а?

— Это мысль, я подумаю, а что..- Наташа не дала ей договорить, потому что за окном уже появился перрон.

— Не сейчас. Насколько я понимаю мы прибыли на станцию. А ты еще совершенно не готова.

Светка встрепенулась, как-то нервно начала водить по своей пышной прическе, потом извлекла откуда-то заколку, собрала в пучок рыжую копну волос и поверх них нахлобучила пилотку. Было ощущение, что на голове у девушки осело рыжее облако, поверх которого где-то высоко-высоко парил какой-то голубой треугольник.

Наташа с Димой дружно расхохотались.

Наташа стояла у края подземного перехода и отрешенно наблюдала за тем, что происходит вокруг: люди куда-то спешили, одни двигались в одну сторону, другие в другую. Наверное, у каждого была своя цель, но, глядя со стороны, их действия казались совершенно бессмысленными. Как в муравейнике, пока не приглядишься, не поймешь, чем же они заняты. Только при пристальном рассмотрении можно заметить, что каждый из них занят своим важным делом, что все очень логично и продумано.

Наташа обратила внимание на спешащую к поезду девушку. Она только что появилась из темного проема подземного перехода. Ее взгляд был устремлен вперед, ищущий, ожидающий. Наташа следила за тем, куда она направляется, ей стало интересно, что или кто ожидает ее. Девушка шла быстро, иногда переходя на легкий бег. Вдруг она остановилась. Наташа перевела взгляд вперед. Там, в нескольких шагах от нее стоял юноша с огромным букетом полевых цветов. «Такой же, как подарил мне Димка» — вспомнила Наташа. Несколько секунд они смотрели друг на друга, не двигаясь с места. А спустя мгновение, девушка оказалась рядом со своим молодым человеком, крепко обхватив его за шею. Ее плечи вздрагивали, а парень нежно гладил ее по волосам и что-то шептал ей на ухо. «Кто они? Может брат и сестра, которые давно не видели друг друга? А может быть друзья, встреча которых оказалась такой важной? Или любимые? Я не узнаю этого никогда». Наташа глубоко вздохнула, позавидовав в душе этой незнакомой девушке: она встречала дорогого ей человека, а ей, Наташе, предстоит провожать.

Дима стоял рядом. Держа Наташу за руки, он смотрел тоже не на нее, а куда-то вдаль. Он не видел никого, кто проходил мимо. Мысли его были заняты предстоящей разлукой. Что сказать на прощание этой замечательной девчонке, с которой свела его судьба? Давать пустые обещание теперь ему не хотелось. Он и не смог бы этого сделать. Это раньше ему легко давались нежные прощальные слова, говоря которые, он не обязывал себя ни к чему. Сейчас не то. Сейчас он должен был… Должен? А должен ли? Ведь она не примет никаких жертв. Она сразу ему дала понять, что он ничего не должен. Кроме того лишь, что бы слушать свое сердце. А что подсказывает сердце? Оно только бешено колотилось в груди, а каждый его стук отдавался в висках. От этого включалась голова, ведь он мужчина. Он не может «думать» сердцем. А в голове роились мысли, которые он никак не мог привести в порядок. Что же дальше? Натали! Она предусмотрительно не взяла у него адрес, давая ему свободу. Свободу выбора. Конечно, сейчас-то он был абсолютно уверен в том, что письмо ей напишет обязательно, а может быть даже и приедет. Может быть. Вот именно, может быть. И это не давало покоя. Возможно, она права, что вернувшись к своей прежней жизни (а сейчас у него было ощущение, что он где-то в параллельном мире), все то, что произошло за последние сутки, станет не таким значимым, далеким и не важным. Он станет снова тем же «Димоном», веселым и беззаботным повесой, разбивающим девичьи сердца. Вернется к своим друзьям. Дима представил широко открытые глаза Руслана, когда он вернется. Даже представил то, что скажет ему его верный друг. Да, Руслан на самом деле его самый верный и преданный друг. Только на него он мог положиться в трудной ситуации, даже в той, когда он вот так безрассудно бросил свой пост. Он знал, что Руся прикроет. Не раз Руслан спасал его, выгораживал его, легкомысленного ловеласа в «сложных жизненных ситуациях».