Предначертанная изгнанница Альфы: Восхождение Лунной Певицы. Книга 2

“Они тронули!” – возразила я, вспоминая день, когда покидала Стаю Белой Луны. “Они напали на многих людей в нижних деревнях и ранили их. Несколько человек даже погибли”.

“Это потому, что те напали первыми. Хотя Дикари и подчиняются приказам Тринакса, в определённых ситуациях они дичают, и их невозможно немедленно остановить. Твой народ боится того, что не может контролировать. Волк, который просто лежит и не нападает, не представляет угрозы”.

“Разве эти Дикари не те волки, которым ты обещал Новый Мир? Почему они застряли в своей волчьей форме? Это слишком жестоко, тебе не кажется?”

Он улыбнулся, качая головой. “Чтобы преобразиться до уровня блаженства и покоя, они должны находиться в своей изначальной форме, но они могут трансформироваться. С помощью силы Лунной Певицы, которая исцеляет… и укрощает. Ты можешь это сделать, и они смогут принять человеческий облик, при этом сохраняя свою форму Дикого волка”.

“И поэтому я тебе нужна?”

Он ответил не сразу, он несколько секунд смотрел на меня, прежде чем кивнуть. “Но я не буду заставлять тебя делать то, что тебе не по душе. Я никого не принуждаю, Лайла. Каждый из твоего народа, кто присоединился ко мне, сделал это по собственной воле. Так что, хочешь ты этого или нет, всё в порядке. Я просто счастлив, что мы воссоединились. Вот и всё”.

Телефон снова зазвонил, и я замолчала, наблюдая, как он некоторое время смотрит на экран, прежде чем поднести его к уху.

“Алло!”

Это был голос Нэнни. Он был тихим, но я поняла, что это она.

Во мне вспыхнула надежда. С силой, о которой я и не подозревала, я рванулась вперёд с криком.

“Нэнни! Он похитил меня и…”

Не успела я договорить, как Ксандер резко выбросил руку вперёд. Из его ладони вырвался сгусток синей энергии и поглотил меня. Остальные слова замерли у меня на губах, тело обмякло, и мир во второй раз погрузился во тьму.

54 Церемониальная подготовка…

Лайла.

Когда я снова очнулась, то всё ещё была в доме Ксандера и совершенно потеряла счёт времени.

Мои глаза медленно открылись, привыкая к тусклому свету в комнате. Тело было слишком слабым, чтобы двигаться, слишком слабым, чтобы и дальше бороться. Хотя Ксандера не было в комнате, я чувствовала его присутствие. Я заметила мягкое полотенце, лежащее на стуле рядом с моей кроватью.

– Сколько я была в отключке? – пробормотала я, пытаясь сесть.

Что мне теперь делать?

Мой разум прокручивал события последних нескольких часов, пытаясь во всём разобраться. Признание Ксандера, что он – Тёмный, его заверения, что ему нужны не мои силы, а я сама… как такое вообще могло быть правдой? И всё же, в глубине души какая-то моя часть чувствовала, что во всём этом есть доля истины.

Я закрыла глаза, приказывая себе сохранять спокойствие. Должен же быть какой-то выход. Должен же быть способ сбежать и вернуться к жизни, которую я когда-то знала, даже если это означало вечно быть в бегах.

Но как только эта мысль промелькнула у меня в голове, дверь со скрипом отворилась, и внутрь шагнул Ксандер с непроницаемым лицом. На нём было нечто, похожее на церемониальное облачение. Богатая ткань была расшита замысловатыми красными узорами, которые, казалось, мерцали и двигались в тусклом свете.

– Ты не уйдёшь, Лайла, – тихо произнёс он, словно читая мои мысли. – Не раньше, чем поймёшь, кто ты на самом деле… и почему нам всегда было суждено быть вместе.

Он подошёл к кровати, неся что-то в руках, и положил это рядом со мной. – Если бы ты выпила ромашковый чай, то чувствовала бы себя лучше. За кого ты меня принимаешь, Лайла? – усмехнулся он, качая головой.

Откуда он узнал, что я не пила чай?

– Ты думаешь, я какое-то слабое магическое существо с толикой силы. Я уже неоднократно говорил тебе: если бы я захотел заставить тебя делать всё, что мне вздумается, это было бы проще простого, но я никого не принуждаю, и уж точно не женщину, которую люблю.

– Но я же сижу взаперти в твоём доме! – слабо огрызнулась я. – Вот так любовь, Ксандер!

– Потому что ты не оставила мне другого выбора, а я устал объясняться перед тобой снова и снова. Все эти месяцы я был для тебя надёжной опорой, и вот как ты решила мне отплатить?

– Полагаю, нам и в этой жизни не суждено быть вместе! – хмыкнула я. – Ты не можешь заставить меня принять твою сущность. Ты нравился мне как Ксандер – возможно, я бы даже полюбила тебя, но это! – я покачала головой. – Я ни на что такое не подписывалась. Я скорее умру, чем ввяжусь во что-то, связанное с такими, как я. Я уже давно оставила ту жизнь позади.

– Ты делаешь это не для них, – вздохнул Ксандер. – Как только ты выберешь меня, тебе не придётся о них беспокоиться. Дело в мести, верно? Хочешь отомстить им за всё, что они с тобой сделали? Я могу помочь.

Я одарила его странным взглядом. – Нет! – твёрдо ответила я. – С чего бы мне этого хотеть, Ксандер? Месть – это грязь. Я что, похожа на человека, у которого есть душевные силы на такое? Я едва со своей-то жизнью справляюсь. Меня не интересуют твои интриги и все эти разговоры про махинации с новым миром, ясно?

Он ничего не сказал, лишь окинул меня задумчивым взглядом и указал на одежду на кровати. – Мне нужно, чтобы ты это надела.

Я взглянула на одежду. На ней были те же странные узоры, что и на наряде Ксандера. Паника трепетала у меня в груди, но я старалась сохранять как можно более нейтральное выражение лица. Я взяла одеяния, ощущая мягкий материал между пальцами.

– Что это? – спросила я.

Улыбка тронула уголки губ Ксандера, но не достигла его глаз. – Сегодня полнолуние, – тихо сказал он. – Мы должны этим воспользоваться. Другой такой возможности долго не будет.

Моё сердце пропустило удар, а в голосе послышался страх. – О чём ты говоришь?

Его улыбка стала шире, но мне от этого не стало спокойнее. – Мы должны соединиться сегодня ночью, Лайла. Мы принесём кровную клятву, что свяжет нас на всю жизнь. Как только мы это сделаем, тебе будет легче получить доступ в Эфирный мир. С моей помощью ты сможешь раскрыть весь свой потенциал, а затем использовать его для создания нового мира.

У меня сдавило грудь, когда до меня дошёл смысл его слов. Кровная клятва? Союз на всю жизнь? Эфирный мир? Это звучало как что-то из извращённой сказки, и мысль о том, что это происходит со мной, казалась нереальной. Я издала дрожащий смешок, надеясь скрыть растущий внутри ужас.

– Меня это не интересует, – холодно сказала я. – Что бы ты там ни предлагал, Ксандер, спустись на землю. Я не буду этого делать.

Он тяжело вздохнул и потянулся к моей руке. Я напряглась, но не отдёрнула её, когда он принялся покрывать мои костяшки крошечными, благоговейными поцелуями. Затем он посмотрел на меня снизу вверх, и его полный тоски взгляд впился в мой.

– Я люблю тебя, – прошептал он в мою кожу. – Больше, чем ты можешь себе представить. Если бы ты только позволила мне… я бы показал тебе, как сильно.

У меня к горлу подкатил ком. Он не лгал… Я видела, что это правда, по тому, как он держал меня, по всему, что он делал. Он положил голову мне на колени, и его волосы рассыпались по моим ногам. Когда он поднял взгляд, я увидела в его глазах печаль.

– Я гонюсь не за тем, что ты Лунная Певица, – пробормотал он. – Я искал тебя не поэтому. Я просто… я просто счастлив, что мы наконец-то можем быть вместе, и… не знаю, но, возможно, скоро к тебе вернётся память, и ты поймёшь, почему я хочу это сделать.

– Это не имеет значения, Ксандер! – вздохнула я. – Ладно, мы всё ещё можем встречаться… Я всё ещё люблю тебя, но я не хочу ничего из всего этого остального. Я просто хочу быть обычной девушкой. Скоро я перейду в выпускной класс, закончу школу, найду работу и, может быть, встречу кого-то, кто полюбит меня достаточно, чтобы жениться на мне, и я не буду заводить детей. Я не могу позволить своему ребёнку пройти через этот ужас. Вот, в общем-то, и вся моя мечта. А не спасать кого-то.

– Лайла! – он тихо усмехнулся, проведя рукой по мягкой ложбинке моей груди, видневшейся из-под блузки. – Ждать все эти месяцы, притворяясь, что я тебя не хочу, было самым трудным, что мне когда-либо приходилось делать. Но я ждал веками и решил, что могу подождать ещё немного. И я дождался. Мы дали обещание, и мой долг – проследить, чтобы оно было исполнено.

Моё сердце сжалось не от нежности, а от странной смеси жалости и страха. Я глубоко вздохнула и набралась смелости, чтобы задать тот единственный вопрос, что мучил меня с тех пор, как он раскрыл свою личность.

– Но… ты же должен быть мёртв. Последняя Лунная Певица убила тебя. Разве не так?

Он медленно покачал головой, и в его глазах промелькнула насмешливая улыбка. – Я же говорил, я неуязвим. И все Лунные Певцы, за исключением Нерии, – никто из них не был достаточно силён, чтобы убить меня. Нерия была единственной, кто сумел задействовать часть своих способностей и отнять часть меня, но всё равно – убить не смогла. Но…

Он сел.

– Они ослабили меня. Последний Лунопевец был мужчиной. Он ослабил меня и запер, прежде чем умереть. Но с годами мои последователи – понимаешь, они разбросаны по всему миру, – начали понемногу собираться вновь и готовиться к моему возвращению, – его взгляд слегка потемнел. – Твоё рождение, Лайла, освободило меня из моей тюрьмы.

Я застыла, и по спине пробежал холодок. – Моё рождение? – прошептала я. – Как такое вообще возможно?

– Так предначертано. Пока я жив, рождение Лунной Певицы ослабляет узы, наложенные предыдущей, чтобы удержать меня в ловушке. Если ты убьёшь меня… – он сделал паузу и хмыкнул, – чего, я знаю, ты не сделаешь, – рождение другой из твоего рода пробудит меня. Я ждал тебя десять тысяч лет, и теперь я знаю почему: вселенная готовила для меня любимую женщину.

Мои мысли лихорадочно метались. Неужели всё, что он говорил, было правдой? Неужели я и вправду связана с чем-то настолько древним, настолько могущественным? Я не хотела в это верить, но его слова всколыхнули что-то глубоко внутри.

Нет! Я должна сосредоточиться. Кем бы ни был Ксандер и за кого бы себя ни выдавал, я должна это пережить. Если я смогу выбраться из этого дома, мне будет легче привлечь помощь. Так что… я просто подыграю ему.

– Хорошо! – тихо сказала я, ненавидя то, как его лицо озарилось надеждой. – Я надену этот наряд.

55 Песня пробуждения…

Лайла

Через несколько минут я уже была облачена в церемониальный наряд.

Одежда неожиданно хорошо на мне сидела. Я встретила Ксандера внизу лестницы; его глаза светились обожанием, когда я спускалась.

– Ты так прекрасна! – вздохнул он, протягивая руку к моей.

Я улыбнулась ему и позволила отвести себя к его машине. Мы ехали в тишине. Я пыталась составить план побега, запоминая дорогу, используя дома, деревья или что угодно, что мой мозг мог бы запомнить в качестве ориентиров.

Наконец, мы прибыли к зданию, похожему на заброшенный склад. Он провёл меня к потайному входу, и мы начали спускаться во что-то вроде подземного туннеля. Стены были увешаны мерцающими факелами. Воздух был сырым и густым, пропитанным незнакомым запахом, от которого у меня по коже побежали мурашки. По мере того, как мы углублялись в туннель, моя тревога нарастала.

Я понятия не имела, что ждёт меня в конце этого пути, но, как ни странно, каждый шаг казался знакомым. Словно я уже делала это раньше. Знаете то туманное чувство, когда что-то ощущаешь, но мозг не может вспомнить? Да! Именно оно.

Когда мы наконец вышли из туннеля, мои глаза расширились от шока. Пространство, в которое мы вошли, было огромным, как подземный собор. Потолок уходил высоко вверх, исчезая во тьме, и оно было заполнено таким количеством людей, что я не могла их сосчитать.

Казалось, они все сразу заметили присутствие Ксандера, потому что внезапно обернулись и в унисон почтительно склонили головы, но никто из них не обратил на меня никакого внимания, что мне понравилось… а может, и нет. Они были людьми, это очевидно, и я надеялась, что смогу убедить их помочь мне, но… их преданность уже принадлежала кому-то другому.

Я наклонилась к Ксандеру. – Кто все эти люди? – прошептала я, не в силах сдержать любопытство.

– Это новобранцы, – мягко объяснил Ксандер с гордостью во взгляде, положив руку мне на поясницу. – Это люди, готовые присоединиться ко мне в создании нового мира. Но они пока не могут полностью присоединиться. То есть, они пройдут обучение, как и те, что были до них, но пока не могут трансформироваться. Только ты можешь дать им способность обращаться в волков.

Моё сердце заколотилось в груди. Ксандер хотел сделать из людей Волков? Разве это вообще возможно?

– Если Оборотни могут принять свою природу – стать людьми, то они могут стать и тебе подобными, – объяснил он, словно почувствовав мои сомнения.

– Но из всех мифических созданий, почему ты выбрал нас? Я имею в виду, ты мог бы выбрать Вампиров…

– Слишком хлопотно! – усмехнулся он. – У них куча аллергий, и они плохо приспосабливаются. Возможно, мы примем их в наш новый мир, но я намерен стереть их с лица земли. От них нет никакой пользы.

Я с трудом сглотнула. – Ты… Ты хочешь убить вампиров?

Он кивнул. – И всех остальных существ, которые не являются Оборотнями, или, в лучшем случае, мы могли бы принять их в новый мир, но это ещё предстоит увидеть. Знаешь, у Оборотней есть тот баланс, который я хочу и который мне нужен от мифических существ. Они ближе к Лунной Богине, и их легче превратить во что угодно. Как только они станут подобны Дикарям, вот увидишь, им больше никогда не понадобится Лунная Богиня, и я буду править безраздельно.

Я не ответила, не зная, что сказать. Мой разум был в смятении от всей этой информации. Тысячи людей, ждущих превращения в оборотней, а затем уничтожение всего мифического мира. Мне не нужно было, чтобы кто-то говорил, что это создаст дисбаланс во вселенной, но мужчина рядом со мной, казалось, не принимал это во внимание, и, похоже, его это и не волновало.

Мы дошли до конца зала и свернули в длинный коридор, идя до тех пор, пока не оказались перед массивными двойными дверьми. Ксандер толкнул их, открыв вид на залитую лунным светом поляну. Как только я увидела поляну, меня охватила паника. Это должно быть то самое место – место проведения церемонии, о которой говорил Ксандер.

Полная луна висела в небе низко и тяжело, словно, если бы я встала на цыпочки, то смогла бы до неё дотронуться – она заливала всё своим серебристым сиянием. Там был круг из стоящих камней, а в его центре – один большой камень, на котором, казалось, могли бы поместиться два человека.

Поверхности стоящих камней были испещрены символами, которые я не узнавала, но почему-то чувствовала, что должна.

– Прекрасно, не правда ли? – пробормотал Ксандер, не отрывая взгляда от луны над головой. – Её называют Астральная Луна, или, как говорят люди, – Луна Близнецов. Идеальное место для нашего союза.

Моё сердце колотилось так громко, что я его слышала. Мне нужно было найти выход отсюда, и быстро. Я смогла разглядеть тени в кустах, окружавших поляну, и прижалась ближе к Ксандеру.

– В кустах кто-то есть! – прошептала я.

– Это Дикари – несколько из них и их Тринаксы. Они будут свидетелями нашей связи. А теперь! – он повернулся ко мне, беря обе мои руки в свои. – Я знаю, всё это кажется странным, но со временем ты поймёшь, что это лучшее решение, которое ты когда-либо принимала.

– Да! – кивнула я с натянутой улыбкой. – А что будет потом? – спросила я, ища способ потянуть время, пока я обдумывала побег, который казался невозможным, но я должна была попытаться. – Ты мне так и не рассказал.

– Расскажу, после церемонии. А теперь идём! – он потянул меня к поляне.

Я скованно последовала за ним.

Его хватка на мне усилилась, когда он повёл меня к центру камней. Взмахом его руки появился светящийся огонь, осветивший все стоящие камни, слова на них ожили, а сами камни издали странный гул – энергию, от которой у меня по коже побежали мурашки. И всё же всё это казалось таким знакомым.

Я пыталась пробиться сквозь туманную пелену знакомого чувства, которое тянуло за струны моего разума, пока сияние света усиливалось. С Ксандером и Дикарями, что скрывались в кустах вокруг нас, казалось, не было никакого способа сбежать.

Мы остановились в самом центре поляны, и лунный свет окутал нас неземным сиянием. Ксандер повернулся ко мне, его выражение лица было мягким, но решительным. Он снял верхнюю мантию своей одежды, позволив ей упасть к его ногам.

Затем он подошёл ко мне и снял мою мантию, оставив меня в одной комбинации под ней. Он поцеловал мои плечи, оставляя небольшие следы от укусов на моей шее. Я застонала, внезапно забыв, что должна была планировать побег.

Здесь, с Тринаксом и Дикарями, скрывающимися в кустах, я почувствовала, как по моему телу разливается тепло… возбуждение, которое я ощущаю только во время моей течки. Но ведь это была даже не моя течка. Я повернулась к нему, потянувшись к его губам.

Мы поцеловались с такой страстью, с какой никогда прежде. Его язык обвился вокруг моего, его руки блуждали и касались каждой частички моего тела, и, боже! Ксандер знал все мои чувствительные точки. Его рука опустилась на моё женское естество, потирая его сквозь тонкую ткань комбинации.

Я выгнулась навстречу его прикосновению, позволяя ему делать с моим телом всё, что ему заблагорассудится. После недолгих поцелуев и ласк он отступил от меня на шаг. Я уже была вся на взводе, тяжело дышала и недоумевала, почему он остановился. Он полез в карман и вытащил небольшой кусок пергамента.

– Прежде чем мы начнём, – сказал он низким, хриплым голосом, – мне нужно, чтобы ты это спела. – Он протянул мне пергамент, его пальцы на мгновение задержались, словно не желая отпускать.

Я опустила взгляд на бумагу. Слова были написаны символами, но я каким-то образом их понимала. Я разобрала первую строку:

«Из глубоких теней зовёт шёпот,

Древняя сила за каменными стенами,

Запертая по велению времени,

Теперь пробуждается, стремясь на волю».

Как только я прочитала эти слова, они сложились в песню, и я почти услышала мелодию в своём сердце. Я не знала, откуда мне это известно, но в тот момент, когда я прочитала слова, я почувствовала, будто они принадлежат мне, словно всегда были частью меня.

– Что это? – прошептала я.

– Это песня для Лунной Певицы, – ответил Ксандер, его глаза слабо светились в лунном свете. – Она поможет тебе направить твою силу. Твой голос может усмирять диких и исцелять сломленных. Эта песня пробудит эту часть тебя.

Я уставилась на пергамент, моё сердце колотилось. Я не хотела петь. Я не хотела быть частью всего этого. Но, оглядевшись по сторонам, окружённая Дикарями, чьи жуткие красные глаза я видела в кустах, я поняла, что у меня нет выбора. Если я этого не сделаю, кто знает, что Ксандер предпримет дальше?

– Я думала, ты сказал, что это будет союз. Зачем мне нужно петь? Не то чтобы нам нужна моя сила, чтобы соединиться.

На его лице появилась слабая улыбка, когда он снова подошёл ко мне, нежно приподняв моё лицо. – Я знаю, что не нужна, но нам нужно черпать силу из Луны, чтобы зажечь тот камень… – он сделал паузу и указал на центральный камень, окружённый стоящими камнями. – Нам нужно открыть мир эфира и черпать силу из стихий. Тебе и мне… так наш союз будет идеальным.

Что-то было не так, я это чувствовала. Это было неправильно, но… у меня не было выбора.

Поэтому я кивнула, прочистила горло и начала напевать слова.

56 Шэдоу сомнения…

Мириам (Нэнни)

Прошло три дня с тех пор, как Лайла ушла из дома.

Я сидела в кофейне, уставившись в телефон и глубоко нахмурившись. Для субботнего дня в кафе было необычайно тихо, отчего мои мысли звучали ещё громче.

Сначала я была так зла, так взбешена на эту девчонку, винила себя за то, что избаловала её и всегда потакала ей во всём. Я пообещала себе, что не буду выходить на связь первой – когда её истерики закончатся, она сама найдёт дорогу домой.

Но я ошиблась.

На второй день после того, как она ушла из дома, якобы в школу, я набралась смелости позвонить Ксандеру, и мне сказали, что она не появлялась со вчерашнего дня. Я нашла его номер в одной из записных книжек Лайлы и звонила ему весь день.

Чем дольше я звонила, а он не отвечал, тем сильнее беспокойство подкрадывалось ко мне. Что-то было не так. Ксандер был единственным другом Лайлы. В этом я была уверена, и, поскольку они встречались, скорее всего, она оказалась у него дома.

На третий день Ксандер наконец ответил на мой звонок, и я отчётливо услышала на заднем плане голос Лайлы. Она что-то крикнула мне, назвав моё имя, но я была так сосредоточена на Ксандере, что не расслышала слов.

Когда я спросила Ксандера, в чём дело и почему она кричит, он отмахнулся, рассмеялся и сказал, что они просто играют. Даже когда я настояла на том, чтобы поговорить с Лайлой, его тон стал холодным, и он заявил, что Лайла не хочет разговаривать, а затем повесил трубку, прежде чем я успела возразить.

Я не знала, где они живут. Ни в одной из записных книжек Лайлы не было адреса, и я не могла впутывать человеческую полицию. Они не воспринимают такие вещи всерьёз. Что-то было не так. Я это чувствовала.

Сегодня я снова обнаружила, что смотрю на свой телефон, на экране которого высветился номер Альфы Логана. Мои пальцы замерли над кнопкой вызова. Я несколько раз думала о том, чтобы позвонить ему, но риск был слишком велик.

Учитывая то, как Предводитель Ликанов всё ещё искал Лайлу, несмотря на то, что прошло много месяцев с тех пор, как она покинула стаю, дойдя до того, что послал Пантер-следопытов, он мог отслеживать звонки её отца. Одно неверное движение могло подвергнуть Лайлу ещё большей опасности.

Мой большой палец завис над кнопкой набора, сердце бешено колотилось, но в последнюю секунду я выключила телефон и отложила его в сторону. Нет, звонить Логану – не выход.

Пока я сидела, всё ещё погружённая в свои мысли, мой разум переключился на странную отметину, которую я заметила на её спине несколько месяцев назад. Три звезды, идеально выстроившиеся на её позвоночнике – знак, которого, я была почти уверена, там раньше не было.

Я заботилась о Лайле с тех пор, как она была щенком, одевала её, удовлетворяла все её потребности, и ни разу я не видела этой отметины.

Сначала я пыталась отмахнуться от неё, считая её простой родинкой, но она не давала мне покоя. Годы духовной практики научили меня, что ничто не бывает по-настоящему обычным. Каждый знак, каждая родинка, каждая веснушка, каждая отметина может что-то значить.

Я была уверена, что эти три звезды на её позвоночнике что-то значат и что они могут определить судьбу Лайлы.

Я выругалась себе под нос, поднимаясь со стула. Этот мальчишка, Ксандер… с первого дня нашей встречи он вызывал у меня странное чувство, аура, которую он носил, была темнее – даже за все годы, проведённые в поклонении Лунной Богине, я никогда не видела никого с такой аурой.

Я пыталась игнорировать это, списать на свою чрезмерную опеку. Но после встречи с его отцом, мистером Дюпре, беспокойство вернулось, став ещё сильнее, чем прежде. Его аура была намного темнее, чем у его сына.

Я жалела, что вообще позволила Лайле заниматься с Ксандером. То, что начиналось как простая договорённость, переросло во что-то иное и полностью изменило мою Лайлу, превратив её из милой девочки, которой она была, в кого-то другого.

Как я могла быть такой слепой? Взрослея, Лайла боролась со множеством проблем, постоянно сражаясь со шрамами, оставленными одиночеством, в том возрасте, когда любовь и поддержка родителей для ребёнка превыше всего. Она всегда жаждала любви, внимания – всего, что заставляло бы её чувствовать себя значимой.

Я слишком хорошо знала, что она сделает всё, чтобы быть с тем, кто проявит к ней хоть малейшую доброту или привязанность. Ксандер, должно быть, знал это.

Я больше не могла сидеть сложа руки. Мне нужны были ответы, пусть даже лишь обрывки правды. Возможно, пришло время мне взять на себя свою роль в жизни Лайлы. Прошлое чувство вины давило на меня так сильно, что мешало мне делать всё то, что я любила.

С меня хватит.

Я собрала свои вещи и закрыла кабинет, после чего подошла к стойке, где Сара, одна из бариста кофейни, протирала эспрессо-машину.

– Я ухожу, Сара, – сообщила я с улыбкой. – Но не знаю, надолго ли. Если не вернусь к вечеру, закрывайся, хорошо?

Сара подняла голову, явно удивлённая. – Всё в порядке, миссис Грейсон? Это из-за Лайлы? С ней всё хорошо? Я уже несколько дней хотела спросить, почему она не заходит, но не хотела лезть не в своё дело.

– С Лайлой всё в порядке! – сказала я с натянутой улыбкой. – И вообще всё хорошо, просто нужно уладить кое-какие личные дела. Прости, что оставляю тебя одну.