Полная версия
— И как же? Залезете мне в голову?
Безумное желание выложить всю правду жгло изнутри. Увидеть, как треснет эта надменная маска, как расширятся от шока его глаза. Пусть даже это станет последним, что я увижу в жизни.
С портрета на стене за его спиной загадочно улыбалась леди Беатриса. В воздухе снова появился призрачный аромат роз. А может, мне просто показалось?
Его палец скользнул по моей шее, оставляя за собой обжигающий след. В этом простом жесте читалась неприкрытая угроза — так касаются жертвы перед тем, как свернуть ей шею.
— Если понадобится, то да, — каждое слово падало тяжело, как камень в тёмную воду. Воздух в комнате стал густым и вязким, словно патока.
Внезапный шорох за стеной заставил меня вздрогнуть. Сердце пропустило удар.
— Оставьте меня. Сюда кто-то идёт, — мой голос дрожал, выдавая панику.
Герцог разжал хватку, и я отпрянула от него, как от ядовитой змеи. Запах древесный, с нотками мускуса всё ещё преследовал меня.
— Вам не о чем беспокоиться, дорогая Изабелла. — Его усмешка была острее бритвы. — В этом доме все будут молчать. Мы ведь супруги, мало ли какие... размолвки случаются между нами.
Холодок пробежал по спине — кузен герцога появился бесшумно, как призрак. Его присутствие я почувствовала кожей — словно воздух в комнате стал плотнее, тяжелее.
— Приветствую, миледи. — Его голос был бархатным, обволакивающим. Горячие губы коснулись моей руки, и по телу пробежала предательская дрожь. — Как вы себя чувствуете?
Я подняла взгляд и замерла. Передо мной стоял воплощённый соблазн — смуглая кожа, янтарные глаза, белозубая улыбка хищника. От него исходил жар, как от открытого огня.
— Благодарю вас, мне уже лучше, — слова царапали горло. — Простите, но я должна идти. Утренняя прогулка утомила меня.
— Конечно, дорогая. — В голосе герцога появились медовые нотки, от которых меня затошнило. — Целитель Гален велел вам больше отдыхать. Но вы ведь присоединитесь к нам за ужином?
— Обязательно буду, милорд. — Каждое слово давалось с трудом, словно я говорила сквозь толщу воды. В голове билась единственная мысль: «Как будто у меня есть выбор?»
В воздухе снова мелькнул призрачный аромат роз, и где-то в глубине дома часы пробили полдень — гулко, зловеще, словно отсчитывая время до неизбежного.
Глава 11.
Я влетела в комнату, словно за мной гнались все демоны преисподней. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот проломит рёбра. В висках стучала кровь, а кожа горела в тех местах, где меня касались его пальцы.
— Пожалуйста, выйди.
— Миледи, я принесла вам обед… — Лизи метнулась ко мне с подносом. Аромат свежеиспечённого хлеба и травяного чая только усилил тошноту.
— Раз принесла, поставь и иди! — мой голос сорвался на хрип.
Серебряные приборы звякнули, когда она положила поднос. Этот звук отозвался острой болью в затылке.
— Вы должны поесть. Целитель сказал... — её губы дрожали.
— К чёрту целителя! — я сорвалась на крик, тут же пожалев об этом. Лизи отшатнулась, как от удара. — Прости. Просто... оставь меня одну.
— Как пожелаете, миледи. Если вам что-то понадобится…
Собравшись с мыслями, я попыталась смягчить свои слова:
— Да, я позову тебя, если мне что-то будет нужно.
Когда дверь закрылась, я рухнула на кровать. Шёлк покрывала холодил разгорячённую кожу. Где-то в доме скрипнула половица, и я вздрогнула всем телом.
Его слова эхом отдавались в голове: «Вы можете обмануть кого угодно, но не меня».
От воспоминания о его взгляде — холодном, препарирующем — по спине побежали мурашки.
Я расстегнула воротник трясущимися пальцами, но легче не стало. Воздух был густым от запаха роз — его любимых цветов. Они стояли повсюду в доме, словно молчаливые стражи.
За окном мелькнула тень, и я замерла. Сквозь тонкое кружево штор пробивался тусклый свет — день клонился к закату. Скоро ужин. Мне снова придётся встретиться с ним. И с его кузеном.
В зеркале напротив отразилось бледное лицо. На шее темнел след от его пальцев — едва заметный, но я чувствовала его как клеймо.
Часы в холле пробили пять. Каждый удар отдавался в груди, словно удар хлыста. Время утекало сквозь пальцы, как песок, а я всё ещё не знала, что делать.
— Господи, — прошептала я в пустоту комнаты. — Помоги мне выбраться отсюда живой.
Выпрямилась и постаралась придать лицу спокойное выражение. Надо было взять себя в руки и найти способ обернуть ситуацию в свою пользу.
Тихий стук в дверь прервал мои размышления. Я повернулась, выпрямила плечи и спрятала за спиной руки — пальцы ещё слегка дрожали.
— Входите.
— Это я, миледи, — Лизи поклонилась, глядя в пол. — Ужин подан. Хозяин и его гость ждут вас в столовой.
— Да, я сейчас подойду, — ответила, глубоко вдохнув.
Не успела я испугаться, что придётся искать дорогу самостоятельно, как служанка с очередным поклоном предложила проводить меня. Я любезно согласилась.
Лизи довела меня до мрачной и неуютной комнаты с длинным столом.
Я замерла у входа, и время будто остановилось. Тяжёлый запах свечного воска смешивался с ароматом жареного мяса, от которого к горлу подступала тошнота. Пламя десятков свечей отбрасывало причудливые тени на тёмные стены, превращая их в молчаливых наблюдателей этого жуткого спектакля.
— Добрый вечер, герцогиня, — его хриплый голос прозвучал как скрежет ножа по стеклу. Я вздрогнула, но заставила себя поднять глаза.
Герцог сидел во главе стола — тёмный силуэт на фоне пламени камина. Его взгляд буквально прожигал меня насквозь, и я физически ощущала, как по коже расползается холод. Рядом с ним — его кузен, бледный и неестественно спокойный.
— Здравствуйте, — мой голос прозвучал тихо, но твёрдо. Я гордилась тем, что он не дрожал.
Платье вдруг стало невыносимо тесным, корсет сдавливал рёбра. Каждый шаг к столу давался с трудом — словно я шла сквозь густой туман. Слуга отодвинул для меня стул — звук царапнул по нервам.
— Вы бледны, дорогая, — герцог подался вперёд, и свет очертил его хищный профиль. — Надеюсь, вы хорошо себя чувствуете?
В его голосе звучала издёвка. Он прекрасно знал причину моего состояния. Перед глазами снова вспыхнула сцена в библиотеке, его пальцы на моей шее...
— Я в полном порядке, — процедила я сквозь зубы, расправляя салфетку на коленях. Пальцы дрожали, и я сжала их в кулаки.
— Выпейте вина, дорогая, — промурлыкал герцог. — Оно поможет вам... расслабиться.
Звон столовых приборов разрезал тишину. Я смотрела на свою тарелку, не в силах проглотить ни кусочка. Красное вино в бокале напоминало кровь.
Свечи отбрасывали дрожащие тени на стены столовой, когда герцог произнёс:
— Завтра в шесть вечера мы приглашены к барону Сессилю.
Его голос звучал обманчиво мягко, но я уже научилась различать стальные нотки, не предвещавшие ничего хорошего. Сердце пропустило удар, но я заставила себя кивнуть.
Тишина давила на плечи. Я украдкой разглядывала господина де Карселя — его точёный профиль казался высеченным из мрамора. Что-то зловещее таилось в этой безупречности.
Наконец, не выдержав напряжённого молчания, я спросила:
— Чем вы занимаетесь, господин де Карсель, помимо тренировок с моим мужем?
— Я охотник на демонов, — вежливо ответил он.
— Вот как? И многих вам удалось поймать?
— Первого демона я убил в день совершеннолетия. — Его глаза потемнели от воспоминаний. — За каждого убитого сажаю дерево. Теперь у моего дома целая роща.
Я почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Роща мёртвых демонов...
— Неужели их так много в этом мире? — изумилась я.
— А что вы знаете о демонах? — задал он встречный вопрос.
К сожалению, в памяти Изабеллы хранилось лишь несколько обрывочных сведений из учебников. Судя по всему, этот вопрос хозяйку тела интересовал мало. «Ну хорошо, буду импровизировать», — подумала я и сказала:
— Мне известно всё, что должна знать девушка моего круга. В монастыре святой Игнис монахини заставляли нас учить историю, но тема демонов была под строжайшим запретом.
Во взгляде мужчины появилась еле заметная снисходительность. Отлично, значит, роль недалёкой девицы, которую я изображала, мне удалась.
— Хорошо, тогда, если не будет возражений у Эдварда, я поделюсь с вами кое-какими сведениями, — сказал он, переводя взгляд на моего мужа.
Герцог едва заметно кивнул, и де Карсель начал свой рассказ. Его голос, глубокий и гипнотический, заполнил комнату:
— История эта началась чуть более шести столетий назад, — проговорил господин де Карсель. — Вторгнувшиеся в этот мир демоны, пожелали забрать наши земли. Эти жестокие существа сжигали и грабили города, убивали людей без разбора, не щадя ни младенцев, ни старцев. Наши храбрые воины сражались до последнего издыхания, не желая отдавать свои дома и семьи на растерзание злым тварям, но их мощь многократно превосходила человеческую силу.
Я вцепилась в подлокотники кресла. В камине потрескивали поленья, и мне казалось, что это треск горящих костей. Каждое его слово било прямо в сердце, рисуя картины невообразимого ужаса.
— Люди молили о спасении, — продолжал он, подавшись вперёд. Пламя свечей отразилось в его глазах, превратив их в два тёмных омута. — И Создатель услышал их и послал на землю своих стражей, благодаря которым демонов удалось одолеть...
— Если демонов победили, зачем нужны охотники? — мой голос дрожал, выдавая внутреннее напряжение.
— Эти твари… они просачиваются в Лимистерию через порталы, как яд в кровь. Вселяются в тела людей, прячутся годами. А потом… — он сделал паузу, от которой у меня мурашки побежали по коже. — однажды какой-нибудь примерный семьянин или любящая мать семейства начинают убивать. Без причины. Без жалости.
Моё сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Запах горящих свечей смешивался с терпким ароматом вина, создавая удушающую атмосферу.
— Как вы их находите? — слова царапали горло.
— Древняя магия стражей, — его бархатный голос стал жёстче. — Но даже с ней выследить демона, затаившегося в человеческом теле — всё равно что искать иглу в стоге сена.
— А носители? Что происходит с ними? — я вцепилась в подлокотники кресла так сильно, что побелели костяшки пальцев.
— Умирают вместе с демоном, — безжалостно отрезал он.
Горячие слёзы подступили к глазам:
— Но это же несправедливо! Разве можно винить человека за то, что...
— У каждого есть выбор, — перебил он. — Кто-то борется с тьмой внутри себя. А кто-то... — его взгляд стал пронзительным, — добровольно открывает ей свою душу.
— Взгляните на каминную полку, — вдруг произнёс он. — Мой подарок Эдварду.
Я медленно повернулась и застыла в ужасе. Череп демона — искажённый, чудовищный, с витыми рогами и глубокими насечками — словно пульсировал в свете огня. Пустые глазницы впились в меня, выворачивая душу наизнанку. В горле встал ком, комната закружилась.
— Филипп, думаю, на сегодня достаточно разговоров о страшном. Моя жена после болезни ещё слаба, не стоит её пугать, — оборвал нас герцог. — Спокойной ночи, Изабелла.
— Прошу прощения, — де Карсель виновато склонил голову. — Спокойной ночи, миледи.
Поблагодарив за ужин и пожелав мужчинам хорошего вечера, я почти выбежала из комнаты. Сердце грохотало в ушах, а кожа горела, словно после прикосновения раскалённого железа. Этой ночью я знала — сон не принесёт мне покоя.
Глава 12.
Я брела по тёмному коридору, и каждый шаг отдавался гулким эхом. Холодный пот стекал между лопаток.
— Охотники, демоны… Эти люди действительно верят в то, что говорят. Куда я попала? — бормотала я, шагая по тёмному коридору. — Настоящее средневековье. Только инквизиции для полноты картины не хватает. А эта ужасная морда на подставке! Ночью приснится — подушкой не отмахнёшься… И зачем герцог выставил её напоказ? Всегда знала, что он извращенец.
Желудок скрутило, когда я вспомнила белёсые глаза чудовища. Даже мёртвые, они словно следили за каждым движением.
Рассказ кузена не выходил из головы. Дело было не в байках про демонов — меня зацепило другое. Его властный голос. Широкие плечи. Шрам, пересекающий скулу. От него исходила первобытная сила, как от хищника перед прыжком.
Остаток вечера и часть ночи я вспоминала рассказ кузена. Признаться, он произвёл на меня сильное впечатление. Не столько своими небылицами о демонах, сколько коктейлем из силы и потрясающей мужской харизмы.
«Почему мне в мужья достался другой брат? — вздохнула я. — С удовольствием бы познакомилась поближе с этим красавчиком».
За окном двор погружался в темноту, верхушки деревьев перешёптывались под лунным светом, а воздух был наполнен сладковатым ароматом цветов и недавно прошедшего дождя. Тепло, безветренно и почти умиротворённо. Снаружи… Внутри же меня бушевала буря сомнений, и странная уверенность, что я здесь навсегда. В чужом мире. В чужой жизни. В чужом теле.
«Может, эта история про демонов не вымысел? — мелькнула мысль, которую я тут же отбросила. — Нет, это просто ночные страшилки для детей — жуткие и интересные!»
Я улеглась в постель и попыталась уснуть, но адреналин всё ещё бурлил в крови. Со временем начала отключаться, погружаясь в какое-то странное состояние: глаза мои были открыты, но я уже не бодрствовала, а уносилась в тревожное видение.
Видела себя словно со стороны. Стояла на краю обрыва; под ногами простиралась бездонная тёмная пропасть, из которой клубами вырывался туман. Чувствовала зловонное и липкое дуновение, похожее на дыхание хищного зверя.
Внезапно меня затрясло, сердце бешено заколотилось. Громкий звук за спиной заставил оглянуться, и я увидела перед собой жуткое существо: тёмная, почти чёрная морда с белыми глазами и вертикальными зрачками.
Страх сковал меня, тело не повиновалось, и окружающий мир начал расплываться перед глазами. То и дело вспыхивали образы: знакомый герб на щите, сверкающий на солнце клинок и устрашающая морда, которую я видела в столовой. Слова кузена эхом отзывались в голове: демоны, охотники, древняя магия…
Резкий толчок вернул меня из плена видений. Лунный свет пробивался в комнату, и всё вокруг казалось таким реальным, осязаемым и привычным.
— Что за чертовщина? — пробормотала я вслух, садясь и спуская ноги с кровати.
Стараясь успокоиться, я попыталась отвлечься от мыслей о демонах и охотниках, но разум упорно сопротивлялся. Мрачные образы вновь и вновь всплывали перед глазами, я была пленницей собственных страхов.
Я решительно встала и подошла к окну. Двор внизу окутывала гнетущая тишина. Ветер стих. Свеча на столе начала коптить и потрескивать, и мне почудилось, что это шуршат камни под когтистыми лапами демонов.
Я вернулась в постель и попыталась успокоиться, но сон всё не приходил. Вдруг за дверью раздались шаги, шорох и скрежет металла. Я замерла, напрягая слух.
— Кто здесь? — одними губами произнесла я.
Тяжёлое дыхание за дверью царапало нервы. Я замерла, вслушиваясь в эти влажные, утробные звуки. Что-то массивное двигалось по ту сторону, и от каждого его движения по старому камню разносился скрежет — будто гигантские когти чертили борозды в стене.
Затем раздался вой. Не животный и не человеческий — потусторонний звук, от которого волосы встали дыбом. Он резонировал где-то в глубине костей, заставляя все внутренности сжиматься от первобытного ужаса.
Простыни опутали ноги змеями. Я дёргалась, пытаясь освободиться, но только сильнее запутывалась. Сердце колотилось так, что казалось — вот-вот проломит рёбра.
— Что, чёрт возьми, происходит? — еле слышно спросила я.
Мысль оборвал жуткий лающий смех совсем рядом. Удар сотряс дверь. Визг. Вой. Я прикусила губу до крови, чтобы не закричать.
— Это всего лишь игра воображения, — уговаривала я себя.
Воздух сгустился, стал вязким и холодным. Запахло серой и гнилью. В камине что-то зашуршало, и комнату заполнил чёрный дым. Он двигался неестественно, против всех законов физики — словно живое существо, тянущее ко мне свои щупальца.
Желудок скрутило спазмом. Я попятилась к стене, но ноги подкосились. Комната завертелась каруселью, и в этом водовороте теней проступил силуэт.
Существо было высоким, неправильным, будто собранным из обрывков кошмаров. Его язык — длинный, раздвоенный — метался между клыков как змея.
— Наш-ш-ша, — прошипело оно голосом, похожим на звук разрываемого шёлка. — Пойдём с-с-с нами...
От этого голоса что-то древнее и тёмное всколыхнулось в подсознании. Крик вырвался сам собой — первобытный, отчаянный вопль существа, загнанного в угол.
Топот в коридоре. Чудовище дёрнулось, повернув ко входу морду, состоящую из теней и острых углов.
— Госпожа! Госпожа! — донёсся до меня голос Лизи.
Реальность хлынула потоком ледяной воды. Я рывком села в постели, хватая ртом воздух. Лизи стояла рядом, её лицо было белым от страха.
— Ч-что? Что происходит? — мой голос предательски дрогнул.
— Вы так кричали... — всхлипнула она.
Кошмар. Всего лишь кошмар. Но почему тогда в воздухе всё ещё висит запах серы? И почему на каменном полу у двери виднеются свежие борозды — будто прочерченные когтями?
Я провела дрожащей рукой по мокрому от пота лицу. В ушах звенело это жуткое «наш-ш-ша», а перед глазами плясали тени, складываясь в очертания существа, которого не может быть.
Но оно было. И оно вернётся.
Глава 13.
Утро наступило, хотя каждая клетка тела сопротивлялась пробуждению. Простыни, пропитанные ночным потом, липли к коже. Я выпуталась из одеял, словно из кокона, и заставила себя встать.
Лизи щебетала без умолку, пока помогала мне одеваться. Герцог и его кузен уехали на рассвете. Её слова эхом отдавались в голове, где всё ещё метались обрывки ночного кошмара.
«Хоть одной проблемой меньше», — подумала я об отъезде мужа. Его вечно недовольное лицо, будто он проглотил лимон, давно действовало мне на нервы. Но что-то внутри кольнуло сожалением — я так и не узнала его загадочного кузена поближе.
Погода была подходящей для размышлений о своём будущем: низкие облака, различных оттенков серого плыли по небу; сухо, тепло и пасмурно. Идеальный день для того, чтобы надеть мягкий свитер, облачиться в любимые джинсы и предаться размышлениям, зачем вообще я пошла в этот злосчастный поход. Я неспешно прогулялась по аллеям и присела на скамейку.
Листва шелестела над головой, словно перешёптываясь на своём языке. Я опустилась на скамейку, и прохладный камень через одежду обжёг кожу. «Зачем я здесь?» — этот вопрос пульсировал в висках в такт сердцебиению.
Взгляд зацепился за оранжерею. Стеклянный купол отражал серое небо, но внутри угадывалась другая реальность — яркая, живая, манящая. Ноги сами понесли меня туда.
Влажный воздух обволок, как тёплое одеяло. Запахи накатывали волнами: сладкий жасмин, терпкий розмарин, свежая цедра. Я шла между рядами растений, и каждый шаг уносил меня дальше от реальности — в экзотические страны, где время течёт иначе.
Оранжерея казалась пустой и заброшенной, хотя растения выглядели ухоженными. Странно. Где-то здесь должен быть садовник — живые джунгли не могут существовать без присмотра. Влажный воздух оседал на коже липкой плёнкой, а в горле першило от густого коктейля ароматов.
В центре стеклянного лабиринта обнаружился фонтан — массивная каменная чаша, где вода танцевала свой бесконечный танец. Брызги разлетались серебристой пылью, оседая на разгорячённом лице прохладными поцелуями. Я опустилась на влажный бортик, прикрыла глаза. Журчание воды убаюкивало, затягивало в омут спокойствия...
Скрип подошвы по мокрому камню выдернул меня из транса. Резко обернувшись, я увидела его — высокого мужчину с растрёпанными чёрными волосами. Его зрачки были расширены от ужаса, словно он столкнулся с чем-то невозможным.
— Миледи! — его голос дрожал. — Вам нельзя здесь находиться. Герцог... он ведь запретил.
Я вскочила, поскользнувшись на мокром камне. Сердце колотилось где-то в горле.
— Я просто смотрела. Ничего не трогала, — слова вылетали сами собой, пока я пятилась к выходу. Что-то в его взгляде заставляло волоски на шее вставать дыбом.
За дверью меня перехватил целитель. Его пальцы впились в предплечье как стальные клещи.
— Вы с ума сошли?! — бормотал он, таща меня прочь. — Если герцог узнает...
— Но я ведь ничего дурного не сделала, — удивлённо ответила я, пытаясь остановиться. — Разве любоваться цветами — проступок?
— Вы не понимаете, — заговорил целитель, уже начиная нервничать. — Я с большим трудом добился разрешения у герцога свозить вас в город на ярмарку.
— Я просто хотела немного отвлечься, — протянула я.
Целитель вздохнул и посмотрел на меня усталыми глазами.
— Миледи, в замке существуют определённые правила, установленные герцогом. Он очень строг, и любое нарушение его приказа может обернуться против вас.
«Чёртов псих!», — мысленно выругалась я.
Злость поднималась внутри меня горячей волной, заставляя пальцы подрагивать. Эти бессмысленные правила душили, словно удавка на шее.
— Неужели даже простые радости теперь под запретом? — мой голос звенел от едва сдерживаемого гнева.
Целитель нервно облизнул пересохшие губы.
— Понимаю вас, — отозвался он, — но гнев герцога может быть непредсказуемым. Предлагаю взять карету и отправиться в город, пока хозяин не вернулся и не узнал о вашей глупой выходке.
Я кивнула, хотя внутри всё клокотало от возмущения. Карета подпрыгивала на ухабах, и меня мутило — то ли от тряски, то ли от душной атмосферы страха, пропитавшей этот проклятый замок. Приподняв бархатную шторку, я смотрела, как серые стены крепости тают в утреннем тумане.
Лес расступился, открывая вид на городок, притаившийся в изумрудной чаше долины. Я неуклюже выбралась из кареты, проклиная неудобную высокую подножку и тяжёлое платье.
Городская площадь гудела как растревоженный улей. Запах жареных каштанов смешивался с вонью немытых тел и навоза. Где-то надрывно скрипела скрипка, вплетаясь в какофонию голосов и смеха.
И вдруг я застыла, чувствуя, как холодеет затылок. По площади двигалась процессия с огромными куклами-монстрами на шестах. Их когтистые лапы раскачивались в такт шагам, а из оскаленных пастей свисали красные лоскуты, похожие на окровавленные языки. Точно такое чудовище я видела в своём кошмаре. Дети во все глаза разглядывали чудищ, надевали жуткие маски и играли друг с другом.
— Я думала, это наших детей не удивишь монстрами после видеоигр и мультфильмов, — не сдержавшись, фыркнула я. — А тут местная детвора предаётся играм в демонов.
— Простите, миледи, вы что-то сказали? — спросил целитель, внимательно посмотрев на меня.
— Нет-нет, вам показалось, — я поспешно отвернулась, но паника уже царапалась изнутри острыми коготками. Что-то здесь было не так. Категорически не так.
Стражники маячили за спиной молчаливыми тенями, а в голове пульсировала единственная мысль: «Куда я попала?»
Глава 14.
Подобрав подол длинного платья, я пробиралась к площади сквозь людской поток. Вокруг центра, вымощенного серыми булыжниками, плотными рядами высились дома. Я медленно шла мимо торговых лавок, украшенных гирляндами ярких цветов. Веселье в городе набирало обороты: сегодня сюда съезжались гости со всей округи – от простых ремесленников и крестьян до высокопоставленных особ, в дорогих каретах.
Целитель и стражники следовали за мной, находясь всего в нескольких метрах позади. К счастью, они не подходили ближе, позволяя мне насладиться праздничной атмосферой. Я вдыхала городские ароматы, созерцала прохожих, разглядывала вывески и ни о чём не думала. Лавочники активно расхваливали свой товар.
– Булочки, ватрушки, лучшие в мире плюшки!
– Подходите, покупайте, все товары разбирайте!
– Зелья и микстуры для любой фигуры!
Уличные зазывалы кричали во всё горло, пытаясь привлечь моё внимание, но я только улыбалась и качала головой.
В самом центре площади на возвышении находилась сцена с музыкантами. Вечером здесь должно было начаться настоящее веселье, однако к тому времени я уже покину город. Я всё дальше удалялась от шума голосов.
– Вы ведь живете где-то здесь? – обернулась я к целителю.
– Верно, миледи, – улыбнулся он. – Моя лавка «Здоровый дух» расположена как раз в конце этой улицы.
Мы свернули в переулок, где и лавочек, и людей было меньше. Я замедлила шаг, а затем и вовсе остановилась. На глаза попалась скромная вывеска – «Лавка тайн и надежд», с изображением хрустального шара. Яркое солнце, отражаясь от стёкол витрины, рассыпалось множеством сверкающих искр.
– Что случилось, миледи? Вас что-то тревожит? – спросил целитель, заметив мой пристальный взгляд.
