Религия — всё? Размышления священника перед лицом вызовов современной науки

Если бы гравитационная постоянная отклонилась на этот мизер, то весь космос либо неимоверно быстро расширялся и стал бы слишком «жидким», либо просто схлопнулся бы внутрь самого себя. Результат один: ни звезд, ни планет, ни жизни. Приведу теперь несколько цитат, приписываемых современным ученым. Не хотелось бы, чтобы материалисты обвиняли меня в том, что я необъективен и апеллирую только к текстам молитв да к высказываниям древних церковных писателей.

Итак. Королевский астроном Великобритании и профессор Кембриджского университета сэр Мартин Рис отмечал: «Всюду, куда не взглянут физики, они видят примеры тончайшей настройки».

Профессор Оксфордского университета, физик Дэвид Дойч говорил так: «Если кто-то утверждает, что его не удивляют особенности Вселенной, то таковой просто прячет голову в песок! Эти особенности удивительны и маловероятны».

Но более всего меня поразило высказывание уже упомянутого профессора Стивена Хокинга. Когда я впервые его увидел, то долго проверял его подлинность. Я искренне не могу понять, как человек, считавший себя атеистом, мог практически буквально подтвердить существование Бога. Не понимаю до сих пор. Тем не менее Хокинг заявлял: «Примечательно, что значения этих чисел, похоже, были кем-то28 очень точно определены для того, чтобы обеспечить развитие жизни».

На самом деле я догадываюсь, каким образом ученый-физик и космолог умудрялся, осознавая это все, не веровать в Творца. Смею полагать, годы священнического служения дали мне некоторый опыт понимания того, как мыслят материалисты и почему все они, буквально вплотную подходя к Богу, делают затем очень странные финты, чтобы столкновения этого избежать.

Причины такого поведения более или менее понятны. О них мы уже говорили ранее. А вот на вариации уклонений от очевидного посмотреть будет действительно интересно.

Бритва Оккама

Помнят ли уважаемые читатели мой тезис о том, что буквально все в этом мире является религией? Держу пари, у некоторых из вас уже промелькнула мысль наподобие: «Да это священник просто выдает нам желаемое за действительное». А вот и нет. Мое утверждение совершенно правдиво. И господа профессора-астрофизики помогут это доказать.

Вся ирония снова кроется в фактах. Вселенная существует и существует именно такой. С этим спорить уж совсем никак не получается. В таком случае должны существовать и разумные рациональные объяснения. Нетрудно догадаться, что объяснения такие учеными были даны. Рабочих гипотез две. Тонкая настройка Вселенной объясняется либо необходимостью, либо случайностью. В рамках материализма это утверждение более чем логично. Однако есть нюанс.

Рассмотрим для начала гипотезу необходимости. Ее приверженцы утверждают, что Вселенная, если уж она есть, просто обязана быть приспособлена для жизни. И коль скоро для ее возникновения нужны определенные значения констант, то именно эти значения мы и наблюдаем.

Совершенно непонятно, каким образом данное утверждение противоречит идее разумного Создателя и зачем вместо простого объяснения пытаться городить сложное. Подобный крайне сомнительный тезис в проекции на более понятные примеры звучит следующим образом: мы наблюдаем множественные живые организмы в воде. Поэтому, если уж вода есть, то она обязана быть приспособлена для жизни.

Утверждение абсурдно. Стоит немного повысить уровень соли в воде, и жизнь перестает существовать. Неужели никто не видел Мертвого моря?29 Вода может иметь совершенно разный химический состав. Точно так же и Вселенная совсем не обязательно должна быть пригодной для возникновения жизни. Скажу даже больше. Существование такой Вселенной на порядки раз более вероятно. Значения фундаментальных констант не определяются законами природы. Это логично по банальной причинно-следственной связи. Нет никаких серьезных оснований считать тонкую настройку обязательной.

Ввиду несостоятельности данной гипотезы ее не разделяет большинство ученых, что побуждает их искать альтернативное объяснение тонкой настройке. Второй версией (и в это сложно поверить) на полном серьезе считается невероятное, потрясающее, сногсшибательное… везение.

Однако и здесь все не так просто. Любому мало-мальски образованному человеку ясно, что процент совпадений невообразимо мал, и пресловутое везение само в себе существовать не может. Это вынуждает некоторых энтузиастов в области естественных наук прибегать к метафизическим концепциям. Так возникла гипотеза мультивселенной. Ее приверженцы на глубоко иррациональном уровне утверждают, что существует бесконечное количество самых разных не пересекающихся друг с другом вселенных, представляя собой как бы множество мыльных пузырей, содержащих альтернативные реальности, схлопывающиеся и постоянно появляющиеся вновь. Таким образом, в каждом из этих бесчисленных миров могут существовать свои собственные, самые разные законы, постичь которые невозможно.

Сторонники мультивселенной заявляют, что в непостижимом множестве космосов с самыми разными вводными наша Вселенная является лишь одним из вариантов, в котором тонкая настройка уже не кажется столь удивительной. Мы наблюдаем наш мир именно таким, потому что именно в таком мире мог возникнуть наблюдатель. Во всех остальных случаях исходные характеристики вселенных были другие, а значит, привели к другим результатам, и наблюдать их некому. В альтернативных мирах может быть вообще все что угодно. А наш мир — это не результат тончайшей настройки, а всего лишь удачно выпавшее число из бесчисленного набора комбинаций. Этакая рулетка в космическом (даже надкосмическом) масштабе.

Звучит очень интересно и захватывающе. В настоящее время идея мультивселенной чрезвычайно популярна, но нельзя не заметить буквально вопиющий факт: гипотеза о существовании бесконечного количества альтернативных реальностей с принципиально иными законами, познать которые человечество никогда не сможет даже теоретически, — это никакая не космологическая и не физическая гипотеза. Это самая настоящая религия.

Человек, который верит (именно верит) во множество непостижимых миров, не имея никаких объективных доказательств, теряет свой статус научного атеиста и превращается в верующего, заменив концепцию невидимого и непознаваемого Бога на концепцию невидимых и непознаваемых вселенных.

Мне хотелось бы задаться риторическим вопросом: по какой причине верующий в мультивселенную и не имеющий никаких реальных доказательств, кроме весьма сомнительных и притянутых за уши косвенных рассуждений, считается приверженцем современной и адекватной научной точки зрения? И по какой причине верующий в существование Единого Высшего Разума, все сотворившего, считается отсталым мракобесом? Особенно учитывая тот очевидный факт, что в пользу бытия Божьего наблюдается несоизмеримо большее количество косвенных доказательств.

Разумеется, внятного ответа я давно не жду. Вместо этого мне хотелось бы обратить внимание читателей на два любопытнейших факта. Во-первых, даже идея множества альтернативных вселенных никак не противоречит существованию Бога, пребывающего вне их всех и над ними всеми. Во-вторых, то, что сейчас выдается за смелую и прогрессивную научную гипотезу, уже давным-давно было известно в истории религии.

Так, в священных текстах буддизма — Палийском Каноне — множественные миры не раз упоминаются. «Там <…> простирается система тысячи миров. В этой системе тысячи миров существует тысяча лун, тысяча солнц, <…> тысяча континентов, тысяча небесных миров»30.

Гораздо более интересным образом дела обстоят в индуизме. Адепты данной религиозной системы вообще не видят никаких противоречий между существованием Бога и множеством альтернативных реальностей. Что, собственно, и требовалось доказать. «Ты самый великий, Ты — начало, середина и конец бытия, но Сам не имеешь начала, середины и конца. Ты существуешь, когда не существует ничего. Ты неизменен, Ты всюду — и здесь, и там, где ничего нет. В бескрайнем пространстве плавает бесчисленное множество яйцеобразных вселенных наподобие нашей, что покрыта слоеной скорлупою стихий, каждая из которых в десять раз толще предыдущей. Но в сравнении с Тобою, безграничным, они — крошечные былинки»31.

Как мы можем видеть, все вышесказанное подтверждает мои слова о религиозности якобы научных концепций о параллельных мирах. Лично я не отрицаю такой возможности, поскольку она не только не опровергает, но, наоборот, свидетельствует о величии Божьем. Сводить же данную гипотезу к случайности невообразимых масштабов по меньшей мере неразумно. В любом случае совершенно непонятно, зачем логичный и стройный предмет веры заменять на гораздо более концептуально сложный, «сырой» и ничего толком не дающий предмет той же самой веры.

В этой связи мне хотелось бы обратиться к одному из базовых принципов редукции сознания, который носит название «бритва Оккама». Он приписывается английскому монаху-францисканцу Вильяму из Оккама и получил широкое распространение в разных сферах методологии. В оригинальном варианте принцип звучит следующим образом: «Не следует множить сущности без необходимости».

В этом смысле бритва (лезвие) понимается как некий интеллектуальный инструмент, помогающий отсекать маловероятные, неправдоподобные и маргинальные объяснения.

В современной методологии науки (эпистемологии, гносеологии, а также философии) принцип бритвы Оккама может быть сформулирован в следующих вариантах: «Если существует некоторое количество непротиворечивых объяснений чего-либо, то следует предпочесть наиболее простое и очевидное из них» и «Если говорящий для доказательства своей позиции вынужден прибегать к сомнительным утверждениям или конспирологии, то он определенно доказывает что-то не то и как-то не так».

Мне могут возразить, что сама идея Бога не соответствует принципу бритвы Оккама. Очень популярный, но ложный тезис. В отличие от идеи мультивселенной, вера в Бога не противоречит принципу очевидности, или «принципу всех принципов», сформулированному немецким философом Эдмундом Гуссерлем. Да, собственно, не противоречит она и бритве Оккама.

Предлагаю читателем провести мыслительный эксперимент. Предположим, что к столбу привязан человек. Ему в голову одновременно целится отряд из ста профессиональных снайперов, вооруженных высокоточными винтовками. По приказу все они одновременно нажимают на курок. Привязанный человек остается жив и невредим. Для объяснения случившегося мы можем прибегнуть к разного рода способам:

— Сделать ставку на невероятное и потрясающее везение, начав вычислять траектории полета пули, вероятность попадания одной в другую, процент возможных поломок и осечек винтовок, утопая в формулах и уравнениях и закрывая ими объективное удивление.

— Заявить о наличии параллельных миров, в каждом из которых выстрелы произошли, и реализовались все возможные варианты попадания. Однако в этих реальностях человек умер, а значит, и удивляться случившемуся никто не может.

— Прибегнуть к конспирологии и постараться «раскрыть заговор снайперов».

А можно последовать принципу очевидности и принципу бритвы Оккама и сделать наиболее вероятное и адекватное предположение, сказав, что кто-то заранее зарядил все винтовки холостыми патронами.

Ровно тот же самый принцип применяется к факту тончайшей настройки Вселенной. Можно сколько угодно заявлять об изначальной необходимости и неизбежности такой настройки. Можно предлагать сложные, малопонятные и замысловатые концепции мультивселенной, засыпая всех расчетами и убеждая в редчайшем везении нам как наблюдателям. А можно вновь последовать принципу очевидности и принципу бритвы Оккама, сделав наиболее правдоподобное утверждение: результат видимой нами Вселенной с ее тончайшими характеристиками, тонко выверенными для зарождения жизни, есть результат замысла могущественного Разума, которого мы называем Бог-Творец.

В голубом вертолете

Занятно, что при правильном прочтении именно о Боге говорит и знаменитый антропный принцип. Мы снова возвращаемся к удивительному умению материалистов делать странного рода и вида финты, приближаясь к идее Создателя. Распространенное прочтение антропного принципа даже обрело довольно устоявшееся название — слабого. Мы уже упоминали его: «Мы видим мир таким, потому что только таким мы и можем его видеть». Но все меняется, когда в силу вступает гораздо более глубокое прочтение — или сильный антропный принцип: «Наблюдатели необходимы для обретения Вселенной бытия».

Подобный подход, сформулированный в 1983 году американским физиком-теоретиком Джоном Уилером, прекрасно коррелирует с вероучением Церкви, отраженным во множественных богослужебных гимнах: Бог из небытия все творит для бытия. Действительно, разумная жизнь — это подлинный источник и одновременно квинтэссенция всего.

Вопрос скорее философский, но не задать его нельзя: будет ли творение обладать подлинным бытием, если бытие это некому увидеть и осознать? Богословие дает на этот вопрос однозначно отрицательный ответ. Будучи самодостаточным торжеством жизни во всей ее полноте, Господь в Своем творческом акте выходит как бы за рамки Себя Самого, изливая жизнь вовне и желая явить ее еще чему-то или кому-то.

Именно сильный антропный принцип разом отметает и теорию хаотичных и самопроизвольных множественных вселенных, и атеистический концепт отрицания Бога, и случайность в тонкой настройке Вселенной. Я бы даже рискнул назвать этот принцип пятым Евангелием при соблюдении правильности его прочтения и отказа от уклонений перед лицом очевидности.

Итак, Наблюдатель необходим для обретения Вселенной бытия. Факт заключается в том, что мы существуем и существует Вселенная. Следовательно, она явилась результатом деятельности Живого Создателя, пожелавшего распространить Свою жизнь вовне и сделавшего это по свободному замыслу.

На этом месте мне хотелось бы рассмотреть один из материалистических тезисов, который мне представляется в высшей степени наивным, но перед котором почему-то пасуют очень многие. Заявление выглядит примерно следующим образом: «В том случае, когда законы природы благоприятны для существования и возникновения жизни, вероятность вмешательства в эти процессы некоего разумного творца ниже, чем в случае произвольных законов природы, при которых жизнь все же существует, потому что в первом случае во вмешательстве творца меньше необходимости».

Когда я сталкиваюсь с подобными заявлениями, признаюсь, мне трудно сдержать улыбку. Мыслящие таким образом люди как-то очень странно представляют себе Бога.

В рамках предлагаемого утверждения, призванного опровергнуть Разумного Творца, происходит прямо противоположное и опровергается творец неразумный, который движим не желанием разделить с кем-то полноту своей подлинной жизни, а поупражняться во всевластии. Получается такой своеобразный волшебник на голубом вертолете: «На Венере температура 462° C, атмосфера из серной кислоты, а люди у меня там все равно живут. Потому что фокус! Потому что мне весело!».

Важно вновь проговорить один из основополагающих постулатов: христианство верует в Разумную Личность, которая движима замыслом и для его реализации прибегает к строго согласованным действиям, приводящим к результату.

В православном богословии данная концепция носит название домостроительства Божьего, или предвечного Божественного плана, в соответствии с которым Бог создает мир, печется о нем и ведет его к конечной блаженной цели, потому что Сам благ.

Справедливости ради стоит отметить, что в истории религии существовали учения, которые отражают разбираемый нами тезис. Особо известным стал гностицизм — собрание всевозможных и плохо сочетающихся между собой религиозных и философских идей, возникших в конце I века — который христианство однозначно классифицировало как ересь. В гностицизме возникает учение о злом и неразумном Демиурге. Ограниченный пределами душевного бытия, он оказывается не способен непосредственно созерцать умопостигаемые идеи и не знает истинной природы вещей. Поэтому, создавая мир, он не осознает, что творит, и раз за разом ошибается, создавая хаотичное и произвольное.

Повторюсь: Бог христианской веры — это Бог разумный, «взрослый» и самостоятельный. Он отдает Себе отчет в своих действиях и не творит просто ради творения или ради забавы. Результат строго выверенного Божественного плана мы наблюдаем в окружающем нас мире повсюду.

В детстве, когда мне было лет девять, мы с соседскими ребятами катались на велосипедах. Родители, помню, купили мне хороший красный импортный велосипед, который я с удовольствием вынес во двор. Очень скоро я понял, что радость мою особо разделять никто не собирается, а один из мальчишек, катавшийся на старенькой «Десне», стал подначивать меня учиться ездить без рук. С руками, мол, любой дурак может.

Быть может, я и дурак, но был не из хвастливых и искренне не мог понять, почему так сложно просто порадоваться и провести время вместе. Теперь-то я понимаю, что паренек тот просто не мог принять, что у кого-то есть новенький велосипед. Если честно, грустно это осознавать, но в отношении с Богом происходит все то же самое. Мы так и не смогли принять радости Его бытия. Едва-едва немного поумнев, люди все свели к банальному: «Ты нам на Марсе организуй! На Земле-то любой может».

Признаюсь, мне жаль, что приходится серьезно обсуждать такие странные заявления, которые делают люди, позиционирующие себя учеными интеллектуалами. Согласные с утверждением «при благоприятных для жизни законах природы Бог не нужен, в отличие от законов неблагоприятных» на самом деле просто оставляют себе лазейку. Она действительно очень удобна, ведь полностью исключает признание собственной неправоты.

Даже если предположить, что на какой-то далекой планете, совершенно непригодной для человеческой жизни, в результате длительной реализации Божественного плана появилась разумная жизнь, которая смогла приспособиться к местным условиям, то представители таковой также могут заявить: «Нет ничего особенного и сверхъестественного в том, что мы здесь живем. Бог тут ни при чем!».

***

Полагаю, в дальнейшем разборе столь вызывающего, но ничем не обоснованного материалистического заявления смысла нет никакого. Однако раз уж наш разговор принял такой оборот, коснусь еще одной проблемы, которая связана с этой частью наших рассуждений и которую я наблюдаю уже достаточно давно.

Открытия в области современной физики и достижения в биологии действительно можно назвать передовыми. За последние полтора-два века человечеству и правда удалось достичь небывалых высот в исследовании окружающего мира. Разумеется, предыдущие несколько десятилетий были самыми продуктивными. В настоящее время ученые в состоянии построить сложные причинно-следственные связи, объяснить природу огромного количества явлений и процессов и связать все это в стройную последовательную систему.

При таком положении дел все большую популярность набирает утверждение: «Любые процессы и явления, начиная с момента возникновения Вселенной, превосходно описываются самими собой или предшествующими им процессами и явлениями». Увы, но на подобные тезисы многие верующие реагируют весьма агрессивно, пытаясь обвинить науку в безбожии и тем самым роняя авторитет Церкви в глазах и без того негативно настроенных к ней людей.

Проблема, как всегда, кроется в банальном незнании или ложной интерпретации людьми церковного вероучения и принципов богословия. И если материалистам это простительно, то верующим людям следует быть внимательней и веровать осознанно.

Не так давно я с удовольствием прослушал двухчасовую лекцию одного французского астрофизика. В ходе своего выступления профессор грамотно и лаконично разложил по полочкам все процессы, происходившие в ходе развития Вселенной, закончив самыми ранними из них. Особый интерес у меня вызвали умозаключения о том, что в ряде физических теорий допускается возникновение чего-либо из ничего. В частности, из пустоты или вакуума. На самом деле с подобными теориями я уже неоднократно встречался, но в этот раз изложение было максимально последовательным. Но с еще большим интересом я обнаружил, что по завершении лекции каждый из нас сделал принципиально разные выводы. И если я воскликнул в уме: «Дивные дела Твои, Господи», то господин профессор заявил: «Как мы видим, для возникновения и формирования космоса нет никакой необходимости в Создателе».

Всякий раз, когда я вижу стройную цепь умозаключений, которая удивительным образом приводит к принципиально неправильному выводу, я понимаю, что люди очень хорошо подкованы в естественных науках, но совершенно превратно понимают идею Божественного созидательного акта.

Православная Церковь действительно говорит о Боге как о Творческом Начале. Однако я бы позволил себе несколько переформулировать данное утверждение. Точнее говоря, внести в него некую пояснительную ремарку. Нередко случается так, что формулировку о творческом начале уместнее опустить и сказать, что Бог — это интенционное начало. Интенция (намерение) представляет собой направленность сознания на что-либо и, в отличие от желания, понимается как задуманный план действий и проявляется в виде замысла.

Этот концепт крайне важно осознать. В таком и только таком ключе можно говорить о Боге как о Творческом Начале. Христианское богословие настаивает на том, что Господь в Своих делах не зависим ни от какой материи и что творение (а значит, и любые его элементы) не совечны Творцу. Нет никакого противоречия в том, что, согласно некоторым теориям физики, все могло возникнуть из ничего. Более того, именно так оно и возникло. Вновь приведу уже известную нам фразу о том, что Бог из небытия все приводит в бытие. Напомню, что небытие есть абсолютное ничто, нашему материальному пониманию неподвластное.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Целью курса не является критика вероучения Православной Церкви, но, напротив, слушателям предлагается поэтапное развитие критического мышления, помогающего при- мирить — в первую очередь внутри самих себя — христианскую веру и достижения естественных наук, доказывая тем самым, что религия не является пережитком прошлого.

2

Я убежден, что при честном, здравом и, не скрою, критическом подходе, лишенном приспособленчества, становится очевидно: гипотеза и вера имеют одинаковую природу, а именно наличие косвенных аргументов при отсутствии прямых доказательств.

3

В ходе полета корабля «Восход-2», стартовавшего 18 марта 1965 года, впервые в мире человек вышел в открытый космос. Этим человеком стал советский летчик-космонавт Алексей Леонов.

4

В первые два века существования христианства едва ли можно говорить о наличии единой оформленной богословской модели (что уже само по себе свидетельствует о допустимости различных подходов). Однако с появлением т. н. Александрийской и Антиохийской богословских школ разница эта не только закрепляется, но и обрастает последователями. Так, сторонники Александрийской школы развивали аллегорический метод толкования Священного Писания, в то время как приверженцы Антиохийской богословской модели стремились избежать слияния христианской мысли с эллинистической философией и настаивали на следовании букве Писания.

5

См. Коран 7:54, 10:3, 13:2, 20:5, 25:59, 32:4, 57:4.

6

Бхагавадгита с комментариями. — М.: Издательство АСТ, 2023. С. 98—99.

7

Используя этот термин на страницах книги, я говорю не только о космическом пространстве, но и (в большей степени) о пластически упорядоченном и организованном бытии как таковом.