Цвет крови

Открыв дверцу, Илай посадил Николь Марию на переднее сидение и пошел к машине Марка, чтобы забрать ее вещи. Когда вернулся, она что-то просматривала в своем телефоне. Он протянул ей сумку, и она положила ее себе на колени.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, садясь за руль.

– Пить очень хочется, – сказала Николь Мария.

– Воды у меня, к сожалению, нет. Сейчас заедем в магазин и купим, – проговорил Илай, трогаясь с места.

– Ты поговорил с Габриэлой на счет контракта? – обеспокоенно спросила Николь Мария.

– Не смог. Когда я позвонил ей, она была в больнице у дочери, и я счел это неуместным, – сказал Илай, вглядываясь в пустое шоссе. Он посмотрел в боковое зеркало – слежки тоже не было. Ему сегодня решили устроить выходной?

– Не думаю, что с этим стоит спешить, – Илаю показалось, что в голосе девушки прозвучало облегчение.

– Я опасен для тебя.

– Не больше, чем я сама для себя, – вздохнула Николь Мария. Она нервничала, часто облизывала губы, и Илай догадался, что она паникует из-за того, что находится в машине. – Куда ты меня везешь?

– Домой.

– Но он в другой стороне! – всполошилась Николь Мария.

– Ко мне домой, – не отрываясь от дороги, сказал Илай. Она вопросительно посмотрела на него. – Считай, что тебя похитили.

– Мне к мальчишкам надо! – разволновалась Николь Мария.

– С ними все в порядке, и они уже спят, – заверил ее Илай. – Я проверил по камерам.

– Просто отвези меня домой, – Николь Мария умоляюще посмотрела на него. В ее глазах снова блестели слезы.

– Не сегодня.

– Пожалуйста…

Илай ничего не ответил, лишь прибавил скорость.

Глава 6

Николь Мария

Я боялась, что в машине Илая у меня опять начнется паника и уже морально готовилась к ней, но в теле измученным недавним приступом, было тихо. Сердце билось спокойно, пальцы рук приятно потеплели. Я старательно делала вид, что смотрю в окно, а сама то и дело бросала взгляды на Илая. На его точеный профиль, темные волосы мягкими прядями, лежащие на плечах. Его холодная красота притягивала меня, хотя я знала, что снова поранюсь об нее, как об осколок тонкого льда. Мне хотелось почувствовать от него тепло, ощутить единство, как бывает у по-настоящему близких людей, только он не позволял мне приблизиться к нему.

Мы остановились у круглосуточного магазина «Еда для всех». Илай предложил мне подождать его в машине, но я не хотела оставаться одна. Ноги все еще дрожали, да и лодыжка давала о себе знать, поэтому я позволила Илаю придерживать себя за талию. Кто-то из посетителей нас узнал и начал фотографировать.

– О, вамп и Звездочка, ходят в магазин, как самые обычные люди, – донесся до меня хриплый комментарий. Я даже улыбнулась. Илай еще теснее притянул меня к себе.

– Обойдемся без автографов, – посмотрев на меня, строго сказал он.

– Да ладно, – миролюбиво проговорила я. – Это же наши поклонники. Без наблюдателей и звезд не видно, так же?

– Квантовая физика в два часа ночи… Николь Мария, ты садистка, – кладя в тележку ящик с водой, проворчал Илай.

– Я столько не выпью! – возмутилась я. Илай ничего не ответил. Взял с полки бутылку и протянул ее мне. Не дожидаясь, пока мы ее оплатим, я осушила ее наполовину. Мы прошли в отдел для вампов, и он взял два ящика с кровью.

– Возьми себе что-нибудь для душа, – сказал Илай. – У меня в доме нет женской косметики.

– Я хочу шампанского, – неожиданно сказал я.

– Оно тоже хорошо увлажняет, – согласился Илай и отправил в тележку еще один ящик. Усилием воля я не закатила глаза и, заглянув в отдел с сырами добавила, его в список покупок. Туда же отправила большой шоколадный торт.

На кассе мне пришлось поставить автограф на фантике для маленькой девочки, которая, увидев меня, прыгала от радости. Подписать чек для кассирши, улыбчивой женщине лет сорока и отметить своим почерком козырек кепки уставшего грузчика.

– А то жена не поверит, какой я везунчик, – сказал он. И, видимо, для еще больше удачливости обменялся рукопожатиями с Илаем, который был явно не в восторге от происходящего. Он выглядел так, словно собрался провалиться сквозь землю, но что-то сломалось, и падение пришлось перенести.

Наконец, мы вышли на улицу. Илай загрузил покупки в багажник, и мы поехали к нему домой.

***

Ворота медленно открылись, и мы въехали во двор. Замок, в котором жил Илай, был одним из старейших в Астерсити. У меня он вызвал ассоциацию с каменной глыбой, особенно когда я смотрела на него ночью, в тусклом освещении фонарей.

– Я убавил их мощность, – сказал Илай, заметив, что я смотрю на фонари. – Меня же здесь не было почти пять месяцев.

– Логично, – сказала я и стала подниматься по каменным ступенькам крыльца. Если на них оступиться, то можно прилично пострадать.

При помощи пульта Илай открыл дверь, и я вошла в замок. Здесь было холодно и пахло пылью. Воздух был тяжелый, спертый, словно в нем скопилось одиночество брошенного здания. Илай включил везде свет и открыл окна.

Я стянула с дивана в гостиной чехол и обчихавшись, решила, что с меня хватит. Разулась и, сев на пол, допила свою воду.

– Я думала, у тебя есть слуги, – сказала я, когда Илай вернулся.

– Были, – ставя поднос с едой на журнальный столик, сказал Илай. – Я всех уволил.

– Какой ты добрый, – вздохнула и я взяла кусочек сыра. – Ты поэтому привез меня сюда? Похвастаться, что умеешь увольнять слуг?

– Чтобы ты отдохнула.

– Врешь ведь.

Илай усмехнулся и принялся открывать бутылку с шампанским. Наполнил бокал и протянул его мне. Себе открыл бутылку с кровью и тоже перелил ее в бокал, правда, размером побольше. Мы чокнулись, и я сделала маленький глоток. В носу тут же защипало, и я чихнула.

– Вот, значит, как живут вампиры, – обводя взглядом гостиную с высоченным потолком, на котором был запечатлен чуть выцветший от времени сюжет с первыми богами Мира, задумчиво проговорила я.

– Только элита.

– Если верить слухам, то аристократы специально устроили тайную вечеринку, на которой и выпили древний элексир, чтобы обрести могущество, и править вечно, а потом что-то пошло не так.

– Так и было. Я присутствовал на той вечеринке со своей семьей. После этого выжили только я и мой дядя, – отстраненно проговорил Илай, крутя в пальцах пустой бокал.

– Мне очень жаль, – сказала я и, поймав взгляд Илая, посмотрела ему в глаза.

– Так или иначе, мы все поплатились за свою гордыню – жажду быть особенными.

– Ну вечная жизнь без болезней – это очень хороший бонус, – подавляя зевок, поговорила я. Илай усмехнулся и открыл вторую бутылку.

От шампанского меня начало клонить в сон. Я уже жалела, что решила его выпить. Мне хотелось избавиться от стресса после гонки и этот вариант показался мне самым простым.

– Что ты еще скрываешь от меня, Николь Мария? – спросил Илай.

– Ты о чем? – насторожилась я.

– А у тебя так много секретов?

– Илай, ты решил уйти из моей жизни, – поднимаясь на ноги, сказала я. – Обесценил все, что между нами было. С чего вдруг я должна быть с тобой откровенна и делиться личным? Ты перешел в статус посторонних, вот и оставайся там.

– Это может быть опасно для тебя, – сказал Илай. Я подошла к лестнице и начал подниматься. Мне нужно было срочно умыться, лицо пылало.

– Если ты не будешь мешать – я справлюсь, – твердо ответила я. – Не забывай, я долгое время жила без тебя и как-то выжила. Удивительно, правда?

Я не стала ждать, что он ответит, и поднялась на второй этаж, побродив по коридору, вошла в первую попавшуюся комнату и, нащупав включатель, зажгла свет. Темная мебель из прошлого века, тяжелая и массивная, словно за счет этого должна была показать владельцу свою значимость. Плотные шторы серо-бежевого оттенка, старинная лампа на тумбочке возле кровати с балдахином. Небольшая полка с книгами, несколько фотографий в потертых рамках, зайчик со сломанным ухом. Я будто попала в прошлое, и мне стало не по себе.

– Это комната моей бабушки, – раздался за спиной голос Илая. – Я не стал здесь ничего менять после ее смерти. Хотел так сохранить память о ней. Здесь осталось все, что она любила.

– Надеюсь, тебя не задело мое вторжение, – чувствуя неловкость, проговорила я.

– Все в порядке. Давай я провожу тебя, куда ты хочешь, – спокойно сказал Илай. Я вышла из комнаты, потирая плечи руками. Меня шатало от усталости и шампанского. Глаза закрывались, и я словно теряла сознание на мгновения. Мы дошли до конца коридора, и Илай распахнул передо мной дверь во вполне современную ванную с белыми мраморными стенами. – Чистые полотенца в шкафу.

– Спасибо, – поблагодарила я и закрыла дверь.

Умывшись несколько раз, но так и не взбодрившись, я опустилась на пол. Обхватила колени руками и уткнулась в них лбом.

«Посижу немного и встану», – пообещала себе я и провалилась в темноту.

***

Я проснулась и не поняла, где я нахожусь. Укрытая тяжёлым одеялом, я лежала на шелковых простынях. Мне было уютно и тепло, даже шевелиться не хотелось. Зевнув, я медленно пришла в себя и запаниковала. В комнате царил полумрак, шторы были плотно закрыты, часов я не увидела. Вскочила, обнаружив, что на мне из одежды только нижнее белье. Воспоминания о вчерашнем вечере медленно всплыли в моей памяти. От понимания, что меня раздел Илай, я покраснела. Свои юбку и блузку я нашла висящей на вешалке в шкафу, на нижней полке стояли сапожки. Я быстро оделась и, пригладив волосы, вышла в коридор.

В доме было так тихо, что даже было страшно. А еще холодно. Я умылась и спустилась вниз. Мне хотелось горячего кофе и пирожное. Ни того, ни другого, скорее всего, у Илая не было.

– Доброе утро, – услышала я голос хозяина дома и вздрогнула. Я обернулась и увидела, как вам выходит из комнаты в глубине первого этажа. – Выспалась?

– Вроде того, – ответила я, глядя на вампа. Он снова был одет во все черное и был похож на ворона.

– Твой завтрак на кухне, – сказал Илай. – Полчаса назад привезли из кафе.

– Спасибо, – пробормотала я.

Илай проводил меня на кухню. Там на столе стоял три варианта стаканчиков с кофе, упакованные горячие бутерброды и бутылка грибного молока. Я решила начать с кофе. Сделала глоток и посмотрела на Илая. Он стоял напротив, спрятав руки в карманы. Мне показалось, что он хочет мне что-то сказать, но не решается. Я подумала о шантажисте. Мне ведь тоже много чего надо бы сказать ему, только я не могу.

– Ты ведь знаешь, со мной сейчас рядом не безопасно… – начал Илай и замолчал.

– Как и всегда, ведь ты вампир, – сказала я, чтобы хоть как-то заставить его продолжить.

– Дело не только в этом. Я должен выбрать клан, которому окажу поддержку и благодаря моему влиянию он станет лидером, – проговорил Илай. – И в обоих случаях, это может плохо закончиться не только для меня, но и для тех, кто рядом со мной.

– Ты поэтому уехал из нашего дома?

– Да, и поэтому тоже. В бутылках крови, которые я выпил прошлой ночью, было вещество, провоцирующее жажду и вызывающее галлюцинации, – пройдясь по кухне, сказал Илай. – Мне повезло, что я выпил из новой партии всего одну бутылку, а две других были чистыми и именно они сгладили эффект отравы.

– То есть, тебя хотели…

– Чтобы я не справился с собой, убил свою семью и вылетел из списка безопасных существ, – на одном дыхании проговорил Илай. – Так проще всего нейтрализовать меня, но при этом получить мои деньги.

– Свою семью, – эхом повторила я, не сводя с него глаз.

– Твою семью, – тут же поправился Илай. – Тебя. Я оговорился.

Я снова подумала о шантажисте. Что, если он хочет от меня, чтобы я уничтожила Илая? От такого предположения мне стало так дурно, что я поставила стаканчик с кофе на стол, чтобы не расплескать.

– Подозреваешь кого-нибудь?

– Да, но это не имеет значения, – небрежно ответил Илай. – Все равно этим занимались исполнители. А заставить можно любого, достаточно двух одного – либо денег, либо угроз.

– Скажи, – с трудом сглотнув, спросила я. – Ты обещал Лизу устроить ее на работу?

– Что, прости? – оторвав взгляд от окна, переспросил Илай.

Я проследила за его взглядом и увидела, как ворота медленно открылись, и во двор въехала большая оранжевая машина.

– Ты ждешь гостей? – удивилась я.

– Нет. Это не в моих правилах. Но некоторые считают, что им можно все, – мрачно проговорил Илай и вышел из кухни. Я подошла ближе к окну, глядя, как из машины выходит стройная светловолосая женщина в длинном бежевом пальто и с красной сумкой в руках. Она легко взбежала по ступенькам крыльца и скрылась из вида.

***

Я вышла в холл, когда незваная гостья здоровалась с Илаем, целуя его в щеку. Похоже, она не нисколько не боялась ни его клыков, ни токсичности. А еще знала пароль от ворот и чувствовала себя здесь, как дома. Насколько же эти двое близки? Меня кольнула ревность.

– Я должна была догадаться, что ты здесь со своей куколкой, – небрежно проговорила она, бросив на меня оценивающий взгляд.

– Как ты узнала, что я вернулся? – хмуро спросил ее Илай.

– Колода Энгельсона подсказала, – лучезарно улыбнулась гостья. – Ты меня не представишь?

– Карисса Батлер, моя давняя знакомая, – нехотя начал знакомить нас Илай. – Николь Мария Роуз моя…невеста.

– Не могу сказать, что ты мне нравишься, – окинув меня взглядом, с улыбкой сказала Карисса, – но я знаю, что это ненадолго.

– Ты его бывшая? – задетая за живое, спросила я. Карисса была настолько красива и изыскана, что у меня почти началась изжога.

– Нет. Бывшая – это та, с кем расстались. Илай меня никогда не бросал, так что я могу вполне считать себя настоящей, – сияя, проворковала Карисса.

– Карисса, остановись, тебя заносит, – сурово проговорил Илай. – Я не собираюсь это терпеть.

– Прости, милый. Просто с утра игривое настроение, – сбрасывая с себя пальто, беззаботно ответила Карисса. На ней было длинное обтягивающее платье красивого шоколадно-розового цвета. Золотистые волосы, уложенные в легкие локоны, падали ей на спину, светло-карие глаза были словно наполнены солнечным светом. Стройная, гибкая, она казалась мне совершенством, до которого я никогда не дотянусь.

– Дверь все еще открыта, – напомнил Илай.

– Ты ведь узнала меня, правда? – обращаясь ко мне, спросила Карисса. Я лишь покачала головой. – Я два года участвовала в шоу «Магический батл» и получила рубиновую корону, как лучшая ведьма.

– Ведьма? – с недоверием переспросила я и посмотрела на Илая. Он дружит с ведьмами?

– Карисса держит свою лавку со всякой магической ерундой, – отведя глаза в сторону, сказал он. Та рассмеялась. – Шоу было для нее рекламой бизнеса.

– Мы познакомились, когда Илай прибежал к моей матери, чтобы узнать, есть ли способ спасти его Валенсию, ведь у него больше не было надежды, – пояснила Карисса. – Я тогда была еще совсем девчонкой и как же я завидовала такой большой драматичной любви! Илай предлагал свою жизнь, только чтобы Валенсия выжила. Тогда мне это казалось романтичным поступком, а с возрастом я поняла, что это было всего лишь чувство вины. Может поэтому ничего и не получилось. В то время у нас была одна лавка, а сейчас сеть магазинов с профессиональными магическими инструментами.

– Которые не работают, – заметила я, вспомнив про оберег для Феликса. Я посмотрела на Илая. Он стоял, сжав губы и выглядел таким мрачным, что его черная одежда по сравнению с ним казалась радужной.

– Смотря в чьих руках окажутся, – улыбнулась Карисса, глядя на меня. – В твоих точно ничего работать не будет.

– Я, пожалуй, пойду, – ища глазами свои сумку и пальто, сказала я, понимая, что еще чуть-чуть и я в обнимку с Кариссой буду кататься по полу средневекового замка, чтобы лишить ее прекрасной шевелюры. Не самое полезное занятие для репутации хозяйки ателье.

– Давай-давай! – с великодушием произнесла Карисса. – Ты здесь лишняя.

– Карисса! – рявкнул Илай.

– Тебе придется меня терпеть, потому что впереди важный разговор, – холодно осадила его Карисса. – И тебя это касается.

***

Я набросила на плечи пальто и выбежала на улицу. Зарядки на телефоне хватило, чтобы вызвать такси. Не в силах оставаться даже поблизости от этих двоих, я вышла за ворота. Батарея показывала один процент, когда мне пришло письмо в почту с темой: «Угадай, где сейчас Лиза?» и я чуть не выронила мобильный из рук. Экран мигнул и выключился. Я обернулась на замок – можно было пойти к Илаю и попросить его о помощи. Но тогда бы пришлось рассказать всю правду, а я не могла этого сделать.

Из-за поворота показалось такси, и я едва не бросилась ему навстречу.

– У вас можно зарядить телефон? – спросила я у водителя, садясь в салон. Тот кивнул, и я протянула ему безжизненный прямоугольник. Тот положил его на панель быстрой зарядки, и мы поехали.

Я сидела как на иголках – водитель вел очень нервно, а я и так была на панике. Мне было жизненно необходимо, как можно скорее узнать, что там в этом странном письме. Интуиция говорила, что ждать хорошего не стоит. Я кусала губы, надеясь, что боль приведет меня в чувство.

Наконец, телефон издал воскресающее «брянц». Я немного подождала и, схватив его, торопливо открыла почту. Письмо про Лизу было отправлено вчера вечером, когда я изображал из себя гонщицу. Там были только координаты, где я могла найти свою подругу. Я похолодела. Забила их в навигаторе. Какое-то поле за пределами Астеристи.

– Мы едем в другое место, – хрипло проговорила я водителю и показала координаты, где должна была быть Лиза. – Нужно ехать сюда.

– Это будет дороже, – флегматично ответил водитель.

– Не вопрос. И прибавьте скорость, – сказала я, чувствуя, как меня мутит от подступающей паники.

***

Я плохо помню, как мы доехали. Путь показался мне бесконечно долгим. Я порывалась написать Вианору, но боялась, что это спровоцирует что-то страшное. Никто больше не знал о шантаже и значит, я могла рассчитывать только на себя.

– Вроде здесь, – сказал таксист, остановившись на обочине.

– Подождите меня здесь, – выбираясь из салона, попросила я. Тот кивнул и, достав телефон, стал смотреть футбольный матч.

Поле было покрыто жухлой травой, кое-где еще были сугробы. Земля была влажной, и я пару раз поскользнулась. Сердце билось так часто, что гудело в ушах. Я старалась не думать о том, что сейчас увидеть. Не представлять, что пережила Лиза за эти часы.

Я увидела ее внезапно. Она лежала в прямоугольнике, погруженном в землю. Заметить издали ее было невозможно. Вокруг нее лежали траурные цветы. Лицо Лизы было бледным, бескровным. До подбородка она была укрыта серым пледом.

– Лиза, – в ужасе прошептала я, опускаясь на колени. – Лиза…

Глава 7

Николь Мария

Отодвинув покрывало, я увидела на груди Лизы фотографии мальчишек. Взяв их дрожащими пальцами, прочитала на обороте каждой: «Он следующий? Тсс…». Я не знала, что за урод так играет со мной, но от всей души пожелала ему сдохнуть. Торопливым движением сунула фотографии детей в карман. Нащупав на шее Лизы бьющуюся венку, с облегчением выдохнула. Жива. Бегло осмотрела ее – серьезных ран не было, по крайней мере, я не увидела их спереди, а переворачивать ее я побоялась. Достала телефон и позвонила в клинику, где Габриэла обязала меня проходить обследования и вызвала скорую. Я не хотела, чтобы о случившемся с Лизой узнала полиция, а с этими врачами можно было договориться. Ну я на это надеялась.

Я подошла к такси и сказала водителю, что он может ехать. Заплатила ему двойную сумму и с тревогой посмотрела, как он уезжает. Я осталась одна с бесчувственной Лизой.

Вернувшись к подруге, я попыталась привести ее в чувство, но она ни на что не реагировала. Я растирала ее ледяные пальцы, мысленно торопя скорую. Погода испортилась – если вчера было по-весеннему тепло, то с утра случились заморозки и сейчас пошел снег. Через десять минут меня уже трясло от холода.

Услышав сирену, я выбежала на дорогу. Едва машина остановилась, как из нее выскочили два врача, и я повела их к Лизе.

– Что с ней? – оглядываясь по сторонам и заметно нервничая, спросил медик, выглядящий, как мальчишка.

– Сложно сказать, – ответила я, подводя их к подруге. – Я нашла ее так.

Врачи испуганно переглянулись и посмотрели на меня.

– Нужно вызвать полицию, – нерешительно проговорил тот, что старше.

– Нет, – решительно сказала я. – Просто помогите ей. Никто не должен узнать о том, что случилось. Иначе пострадают другие люди.

– Вы не понимаете… – начал был молодой, в то время как его коллега начал осматривать Лизу.

– Нет, это вы не понимаете, – твердо произнесла я. – Это должно остаться в тайне, пока я не поговорю с Лизой и не узнаю все детали.

– Судя по всему, она под препаратами, – сказал тот, что постарше. – Гематома на затылке – видимо, получила удар тяжелым предметом. Ну и переохлаждение. Везем в больницу.

Лизу положили на носилки и отнесли в машину. Я забралась в кабину к водителю, и мы тронулись с места.

***

Лизу сразу отправили в реанимацию. Я оплатила ей недельное пребывание в больнице и, убедившись, что никакой полиции нет и не будет, поехала домой. Мне нужно было срочно увидеть мальчишек. Я должна была лично убедиться, что они в порядке.

Дома я застала в гостиной того, вообще не ожидала там застать – Вивиана Соула. Он сидел, развалившись в кресле, потягивал кровь из бутылки и просмотривал фотографии, складывая их в разные стопки на журнальный столик.

– Привет, – не отрываясь от своего занятия, поздоровался Вивиан.

– Что ты здесь делаешь? – сурово спросила я. Он и так мне не нравился, а сейчас еще и настроение было отвратительным, чтобы быть с ним милой.

– Клеона попросила помочь тебе, – сказал Вивиан, подняв на меня глаза. Он выглядел расстроенным и даже уставшим. – Ты снова опаздывала, и она попросила приехать меня. Я отсмотрел моделей, здесь мои рекомендации, если ты веришь мне, как тому, кто разбирается в этом. Здесь – кто не очень подошел, но есть потенциал, а эти – мимо именно для твоего ателье.

– Спасибо, – сухо поблагодарила я. Мне было стыдно, что за это утро я ни разу не вспомнила ни про ателье, ни про подругу. Я просто отвратительна. – Как Клеона?

– Лучше, – хмуро ответил Вивиан. – Ее перевели в палату.

– Что с ней случилось? Врачи, наконец, поставили диагноз? – садясь в кресло напротив гостя, спросила я.

– У Клеоны некоторые проблемы с кровью, – помолчав, сказал Вивиан, и я похолодела, понимая, что это значит.

– И, виноват, конечно же, ты, – медленно проговорила я, не сводя глаз с вампа.

– Да.

– Я хочу, чтобы ты ушел из моего дома и больше здесь никогда не появлялся, – сказала я. – Даже из добрых побуждений, в которых я очень сильно сомневаюсь.

– Ты меня совсем не знаешь, а уже ненавидишь, – усмехнулся Вивиан. Сегодня он был одет в зеленые брюки и такого же цвета рубашку. Медные волосы распущены и убраны за уши. – Мило.

– Тот, кто берет деньги за то, чтобы перестать встречаться с девушкой, не может вызывать никаких других чувств, – зло сказала, я и глаза Вивиана потемнели. – Мне не за что тебя уважать.

– Боюсь представить, как ты в своей голове осуждаешь Клеону, за то, что она снова со мной, – поднимаясь, сказал Вивиан. – Спасибо, что не произносишь это вслух и держишься.

Он был прав, я осуждала Клеону, потому что не понимала, как можно быть такой слабой и безвольной, после того как твой парень буквально продал вашу любовь. Меня обожгла волна негодования, и я поняла, что краснею.

– Я люблю Клеону и желаю ей всего самого лучшего, но это явно не ты, – сказала я. – Ты убиваешь ее и это уже в прямом смысле. И даже зная это, не можешь отойти в сторону! Как она могла простить тебе то, что ты взял деньги у ее матери, у меня вообще в голове не укладывается!

– Я не брал у Габриэлы деньги, – произнес Вивиан. – Это был наш общий план, когда анализ подтвердил, что моя кровь убивает Клеону. Мы сочли, что этого будет достаточно, чтобы создать между нами дистанцию. Я снял свою кандидатуру с шоу, когда узнал, что она будет там.

– Клеона об этом знает? – ошарашенно спросила я, хотя часть меня все еще была убеждена, что вамп врет, чтобы оправдать себя. Впрочем, я всегда могла поговорить об этом с Габриэлой, и он это понимал.

– Нет, и это уже не имеет никакого значения. Клеона простила мне это. И я прошу тебя не думать о ней плохо. Осуждение – самое простое, что есть на свете. Это что-то вроде магического мышления – я осуждаю, и поэтому со мной никогда такого не будет, я выше этого. А еще это очень эгоистично – считать себя лучше другого и, не находясь на его месте и не проживая его чувств, говорить – я бы от так никогда не сделал.