Снова любить

— Да, — немного раздражённо отвечаю я.

— Алло, — произносит Артём.

— Алло. Артём?

— Да, привет. Я не вовремя?

— Нет. В смысле всё нормально.

— Как дела? — так же торопливо, как моя мама, спрашивает Артём.

— Хорошо… У тебя как?

— Насколько ужасными могут быть девочки двенадцати лет? — выпаливает он.

— Что они сделали?

— Достают другую девочку.

— Понятно.

Тут возникает пауза. Я пытаюсь что-то придумать, чтобы её заполнить, но в голову ничего не приходит.

— Что делать? — спрашивает он.

— Не знаю, — я ставлю чайник. — Поговорить?

— Не помогает. И девочки-то хорошие. Но почему-то ненавидят Лику.

— Может, с родителями поговорить?

— У этой Яны такая мамашка…

— Понятно.

— Ладно, прости, это моя проблема.

— Да ничего.

— Ну, пока.

Он кладёт трубку ещё до того, как я успеваю попрощаться.

— Идиот, — бубню я.

Включаю себе первый из списка на эту неделю фильм с Николь Кидман, но сразу же меняю его на «Бойцовский клуб», так как возможности снять свою реакцию сейчас нет. А моё воинственное настроение — самое то для Чака Паланика. И пока варится картошка, я наслаждаюсь историей Марлы и Тайлера Дердена.

Смотрю я через приложение, где другие пользователи, ваши «друзья», заметив, что вы начали смотреть фильм или сериал, могут присоединится. «Друг» в этом приложении у меня всего один. Он. И как бы я не старалась не поглядывать на индикатор участников просмотра, все равно за весь фильм так и остается цифра 1. Одна я. Он не присоединился.

А ведь именно Он нашел это приложение. Еще в школе. Мы могли ночами смотреть с ним фильмы и потом обсуждать их до утра. Было так идеально, жмешь и фильм включается одновременно у всех, кто подключился…

Всё воскресенье я провожу у мамы. Ем рыбный суп, слушаю о маленьком племяннике Мишке и о том, что мне пора выйти из дома.

— Я же здесь, — отвечаю я, стараясь не беситься. — Чтобы сюда попасть, мне пришлось выйти из дома.

— Ты же знаешь, я не об этом. Я о работе.

Молчу. По опыту знаю, что если не отвечать, то тема поменяется.

— Или ездила бы к Даниле. Помогала с малышом.

— Он весь день на работе.

— Ну, помочь Ирине.

— Вдвоём смотреть за одним ребёнком?

Ну, сейчас начнётся лекция о том, что мне пора замуж. Пора рожать детей. Пора. Куда-то мне всё время пора.

— Мне кажется, она сильно устала. На Новый год она проспала шестнадцать часов, пока я сидела с Мишенькой.

Разговор о детях ещё хуже разговора о работе.

— Слушай, ты же хотела поговорить про работу. Что там за объект?

— Недалеко от Балтийского вокзала. Симпатичный двухэтажный деревянный домик. Девятнадцатый век.

— Только обмеры?

— Ну, с тебя — да. А так я взяла этот объект целиком. Завтра с утра тогда поедем, посмотришь, начнём обмерять.

— Хорошо.

— Можешь пока пожить у меня, — предлагает мама.

— Зачем?

— Так удобнее, работать вместе.

— Я подумаю.

Конечно, нет. Жить с мамой. Опять. Нет. Рядом с ней я всегда маленькая безответственная девочка. Но зато всегда есть обед. Всё равно нет. И точка. И не надо платить за квартиру…

Нет.

— Данила сказал, что собирается съездить на новую квартиру.

— Зачем?

— Проверить, всё ли там хорошо.

— Ну хорошо. Но я там была не так давно.

Вообще-то новая квартира — моя. И она уже лет десять «новая». Брату досталась квартира бабушки, а та, что нам выдало государство взамен старой папиной, перешла мне. Двушка в новостройке. На самом деле голая двушка. Одни бетонные стены. Папа всё хотел сделать там ремонт, но так и не успел. Мама же не хочет этим заниматься. Брат с женой спокойно живут в бабушкиной однушке, а я тем временем снимаю квартиру у злобной бабки и медленно откладываю деньги от своих мизерных доходов на ремонт. Когда-нибудь я его сделаю. Будет не так, как хотел бы папа. Но сейчас ему всё равно. Да?

У меня на компьютере даже есть проект этой квартиры. Я всегда думала, что мы въедем туда с Ним. Что именно там будем растить детей. Поэтому в том проекте есть вариант детской. Вариант для двух мальчиков, вариант для двух девочек и вариант для мальчика с девочкой. Было сложно придумать, как разграничить пространство, не потеряв при этом квадратные метры, но я справилась. И моим детям бы не пришлось мучиться в одной комнате, как нам с братом.

А теперь ни Его, ни наших детей, ни желания делать ту квартиру. Только я, злобная бабка, получающая 85% моих доходов за месяц, и однушка, из которой я не могу выйти месяцами.

Пока Он с Леди Ди.

16 Артем

— После гор здесь, наверное, так себе? — спрашивает Боря в понедельник, пока мы проверяем крепления на ботинках.

— Да нет. Нормально, — отвечаю я.

— Я в конце февраля или начале марта поеду на Домбай.

— Здорово. С кем?

— Пока не знаю.

Смеюсь. Боря, как всегда.

— Кандидатки есть?

— Пока нет. Но критерий всего один: умение кататься. Не хочу по часу ждать из вежливости, пока она сползёт с горы.

— Тогда тебе повезло, что ты работаешь на склоне.

— Да. Так что всех девушек — мне.

— А мне опять дети и старики?

— Ну почему? Можешь взять мужиков. А детей оставим Кариму.

— Ладно.

— Видел Настин видос. Вы там фрирайдили?

— Ага. В последний день перелетел там через ёлку, чуть не обосрался. А Настя весело за мной. Даже не испугалась.

— Чёрт. Повезло тебе с ней, — протягивает Боря, потягиваясь.

— Ты видел её лицо в конце видоса?

— Фиолетовое? А то. Ничего не сломала?

— Не, только ушиб. Я её отговаривал от этой фигни.

— Лыжам хана?

— Да. Пришлось купить Дашке новые. Они такие крутые, что я сам на них разок скатился, — говорю я, вспоминая тот шикарный спуск.

— Что за Дашка? — спрашивает он.

— Подруга. Брал у неё лыжи для Насти.

— Катается? Хорошо?

— Вроде с детства.

— Симпатичная?

— Даже не думай… — говорю я, поняв наконец, к чему вопросы.

— Что? У неё кто-то есть?

— Нет.

— Супер.

— Нет.

— Кандидатка номер один.

Бедная Даша. С другой стороны, одно свидание обеспечено. Даже два — ещё же есть Руслан. Да и Боря не так уж плох.

— Здравствуйте. Извините, к инструктору по лыжам тут записываться? — мы поворачиваемся. Перед нами представительница прекрасного пола в самом шикарном воплощении.

Боря бьёт меня ладонью по груди и шепчет:

— Ошибочка, вот кандидатка номер один, — и идёт к девушке. — Здравствуйте, — протягивает руку, — Борис.

— Марина.

— Готов инструктировать вас, Марина, целый день.

Я ухожу в наш кабинет и стараюсь не слушать этот нелепый флирт.

Мы с Борей давно разлетелись на разные планеты. Он всё ещё радуется, что нравится девушкам вроде Марины. А я удивляюсь, почему меня они больше не волнуют.

Мы с Настей уже шесть лет знакомы, и в день нашей первой встречи я переродился в нового Артёма. Обременённого ответственностью за одинокую девушку. И теперь я не могу вспомнить, каково это быть, как Боря. Как это думать только о себе. Отвечать только за себя. Не бояться.

— Артём! — кричит Карим.

— Да.

— Там семья из шести человек. Поможешь?

— Ага.

Следующие три часа я учу двух хохотливых тридцатилетних сестёр держаться на лыжах, пока Карим разбирается с их родителями и мужьями. Мы смеёмся, они падают, я показываю им повороты. День пролетает быстро.

— Ну, как кандидатка номер один? — спрашиваю я в раздевалке у Бори.

— Отпала.

— Чего так?

— За два часа — один спуск.

— Как? Трасса на минуту, — удивляюсь я.

— Она… Ой, даже не хочу говорить. Колом встала, глаза закрыла и верещала.

— Жесть, — смеюсь я.

Вечерняя тренировка в бассейне проходит спокойно. Кирилл с Сеней и Софией остаются переплыть субботнюю сотню, также к ним присоединяется Егор, вообще её пропустивший, а ещё задерживаю Лику отработать старты. На самом деле я хочу, чтобы Яна с компанией уже ушли и девочка смогла спокойно переодеться.

Сначала стартуют мальчишки на спине. Идут ровно и гораздо лучше, чем в субботу.

— Разница в касание, — говорит Егор.

— Кто первый? — спрашивает Сеня.

— Ну, Лик, кто первый? — спрашиваю я.

— Сеня, — говорит Лика.

— Да, правильно. Но у обоих время отличное.

— Сколько?

— Ну-ка, Егор, Лика, угадайте.

— Одна две? — предполагает Егор. Лика кивает.

— Почти… 1:03:5 и 1:03:6

— Ого! — говорит Кирилл.

— Да, это не твои одна и пять в субботу. Молодцы. Откупывайтесь и домой. Лик, ещё два старта.

— София, Егор — на старт.

Пока София и Егор плывут, Лика на другой дорожке делает ещё пару стартов. Реакция хорошая. Настроение тоже. Мальчишки присоединяются к ней, а потом и Софа с Егором, показавшие хорошее время. А ещё через пятнадцать минут мы все наконец идём домой.

17 Даша

Обмеры в январе — ужасная затея. Дом неотапливаемый и отключённый от электричества. Минус двадцать. Тьма. Пыль. Единственное, в чём плюс, — нет вони. Но это не компенсирует того, что чернила в ручках застывают, лазерная рулетка отказывается включаться, а пальцы — шевелиться.

Изнутри дом выглядит плохо. Первая мысль — проще снести, чем отреставрировать. Дерево сгнило, местами прогорело. Карнизы, потолки и другие лепные детали на 90% утрачены. Три из шести печей нужно пересобирать. Своды Монье в подвале в трещинах. Стропильная система… в плохом состоянии. Но тем не менее дом стоит. Памятник архитектуры.

К двум часам мы с мамой уже окоченевшие до смерти, грязные и голодные вваливаемся в ближайшее кафе.

— Хорошо бы сегодня начать чертить, пока не забыли, что где.

— Да. Но я уже так устала, что хочу спать.

— Глупости. Сейчас поешь, отогреешься — и усталость снимет.

Наверное, не стоит упоминать, что я легла сегодня в четыре, встала в восемь и сил у меня хватит только на то, чтобы добраться до дома и лечь в кровать.

— Не поедешь ко мне?

— Не, я домой.

— Хорошо.

Мы молча выбираем еду, заказываем, и пока ждём, мама придумывает тему для беседы.

— Тебе Артём лыжи вернул?

— Да, в пятницу.

— Мне Данила отправил видео его девушки из гор.

— Что за видео?

— Анастасия то ли разместила его где-то, то ли Артём отправил твоему брату, — начинает она. — Там нарезка кадров под музыку, как они катаются во Франции. Мне показалось, я даже узнала пару мест. Подумать только, уже двенадцать лет прошло, как мы туда с вами ездили.

— Да…

— В общем, там в конце Анастасия делает трюк, и мне показалось, что лыжи не выжили.

— А. Да, — говорю я, вспоминая, что у меня теперь крутые новые лыжи, и улыбаюсь. — Он купил мне взамен новые.

— Правда? Какой молодец. Наверное, испугался меня.

— А ты тут при чём?

— Так я ему пригрозила, чтобы привёз их в целости, когда он перед Новым годом заезжал ёлку мне поставить.

Удивительно. Мама до мельчайших подробностей описывает мне каждый свой поход за продуктами, а про новогоднюю ёлку, поставленную Артёмом, упомянуть забыла.

— А почему Данила не поставил?

— Он не смог и попросил друга.

— Понятно. Так ты, значит, познакомилась с Настей?

— Да мы уже давно знакомы. Но ёлку он ставил один. А они же живут недалеко от меня, я их встречала в магазине. Ну и видела её на видео. У неё жуткие синяки по всему лицу после этого трюка.

— Да?

— Да. Лыжа, кажется, разломилась, отлетела ей в лицо, а потом она упала об трассу. Руки запутались в палках, так что она не смогла их подставить — и «бам».

Мама живописно размахивает руками, изображая эту сцену.

— Кошмар.

Теперь и мне хочется посмотреть это видео. И первым делом, когда я вваливаюсь в квартиру, я это делаю. Мне больно наблюдать за смертью моих лыж, но ещё больнее видеть этот удар милого лица о лёд трассы. В конце прикреплена фотография последствий: синее распухшее лицо двадцатичетырёхлетней девушки с растрёпанными светлыми волосами и озорными карими глазами. И вопрос: «Стоит ли с таким лицом выходить на улицу?»

Оставляю комментарий: «С таким лицом определённо стоит пройти прослушивание».

18 Артем

Неделя адская. Снова утренние тренировки. Снова занятия в спортзале с неугомонной Ксенией и депрессивной Ольгой. Снова непредсказуемые люди на склоне. Снова вечерние тренировки и яростная война между Яной и Ликой. Во вторник утром Яна обозвала Лику, а та в ответ залепила ей пощёчину ластой. На следующий день мама Яны орала на весь бассейн на отца Лики. Потом Лика пнула во время разминки Яну в руку, и та разрыдалась и убежала в раздевалку, где спрятала всю одежду Лики. Затем рыдала Лика. И сегодня, в пятницу, она разрезала ножницами купальник Яны. Мне пришлось не только терпеть вынос мозга через родительский чат, но и лично разговаривать с родителями. Выслушивать визжащие крики Юлии, мамы Яны, и просить извиняющегося Николая, отца Лики, поговорить с дочкой.

Всю неделю я думал, как можно всё наладить. Спрашивал совета у кого только можно.

Ольга во вторник посоветовала мне оставить девочек разбираться самим. А Ксения в четверг предложила организовать с ними открытую беседу. Настя говорит, что мне не о чем переживать. А Полина, коллега в спортзале, подкинула идею выгнать одну из них нафиг. Катя же считает, что я изначально не должен был вводить Лику в группу, зная, точнее предугадав, что Яне она не понравится.

Что с женщинами не так? Почему нельзя просто смириться, что есть кто-то лучше тебя?

19 Даша

— Алло, говори быстрее, у меня эфир через несколько минут, — выпаливаю я в трубку, бегая по дому в поисках расчёски и хоть одной чистой футболки.

— И тебе привет, — отвечает Артём.

Я останавливаюсь. Выдыхаю.

— Привет, — спокойно здороваюсь я, а сама отмечаю, как это странно, что он опять звонит.

— Подскажи, как вы помирились с Медых?

Этот вопрос немного сбивает, так как уже лет пятнадцать я об этом не вспоминала.

— Э… С Дашей? Не помню. Кажется, просто переросли.

— Но ведь между вами была настоящая война. И вы обе выжили.

— Даша была невыносима. И я тоже. Потом нас двоих передали Евгению Сергеевичу, и он был так ужасен, что мы сдружились, потому что нам больше не с кем было его ненавидеть.

— Думаешь, если я отдам Лику с Яной Диме, то они помирятся?

— Я понятия не имею, кто все эти люди, но, господи, Тём, просто пригрози им обеим вылететь из бассейна, если они не перестанут. А теперь пока, мне пора.

Я вешаю трубку, заплетаю хвостик, накидываю на домашнюю дырявую кофту плед, включаю эфир и рассказываю тысячам зрителей о «Кроличьей норе», «Далеко-далеко» и «Большой и маленькой лжи».

20 Артем

— Через неделю уже «Неукротимая волна», так что сегодня у нас разбор дистанций. Кто хочет быть первым?

Половина поднимает руки. И мы начинаем. С каждым обсуждаем дистанции, время и предполагаемый результат. Конечно, я и сам знаю, что кому лучше плыть, но мне нравится, когда они высказывают пожелания. Сейчас, например, я узнал, что Вика хочет попробовать комплекс, а Максим — восемьсот кролем. Но не все проходят по времени, так что кому-то приходится отказать. Но в итоге за час мы справляемся с личным зачётом.

— Остаются эстафеты. Состав будем решать с Екатериной Евгеньевной по результатам. Пока могу сказать, что у мальчиков Матвей, Тимофей и Егор пока лидируют, а у девочек, — я ненамеренно делаю паузу, — Рита, Вика и девочки Екатерины Евгеньевны.

— А я? — восклицает Яна. — Я быстрее Риты.

— А вы с Ликой… пока вообще ваше участие в соревнованиях под вопросом.

— Что? — хором восклицают они.

— То. Вы устроили чёрт знает что. Я не хочу отвечать за вас на России. Я молчу про возможность дисквалификации за «неспортивное поведение».

— Но вы обещали, — кричит Лика.

— Так нечестно, это же отбор на Россию, — говорит Яна.

— Если научитесь вести себя нормально, то я пересмотрю своё решение. А теперь домой. И только попробуйте что-нибудь устроить в раздевалке — обе вылетите.

Они недовольно уходят. А я скрещиваю пальцы, лишь бы никого не убили.

21 Даша

Ужасная неделя. Обмеры. Чертежи. Обмеры. Чертежи. Фоном фильмы. Обмеры. Чертежи. В среду в блог про рукоделие, который я веду пару лет, «Левша пробует», пришлось выложить заготовленную статью про ткачество, так как ничего не успела сделать. А реакции на этой неделе нулевые, как всегда, когда смотрю фильмы фоном, поэтому эфир пришлось проводить длинным. Так что даже не удалось помоделировать, и история Жени застопорилась между Тверью и Новгородом.

Но всё воскресенье я потрачу на свою Евгению. Её историю. Её путь.

У меня в голове возникают кадры. Машина, несущаяся во тьме. Ночевка на парковке. Холодная Тверь. Волга. Зелёно-рыжая шапка. Торт с цифрой 35. Обручальное кольцо в бардачке.

Всё это я визуализирую с помощью компьютера. Всю историю я продумала уже два года назад, написала пару отрывков на бумаге, но поняла, что это не мой вариант. Мой — это создать 3D. Что-то вроде мультика. Хотя скорее просто анимации для визуализации.

И вот моя вымышленная Женя из Москвы уже добралась до Твери. Дальше Новгород, затем Псков.

Моделирование такого огромного количества деталей занимает вечность. Не говоря уже про персонажей. И анимацию. Но за полгода я уже далеко продвинулась. Создала шаблоны. Создала обобщённые модели. Расставила примерный свет. И применила простенькие текстуры. Так что работа идёт. Конечно, до конца ещё далеко. Но это захватывает меня целиком. И бывает очень трудно вернуться в реальность. Обычно это получается сделать только с потерей настроения. Как будто часть меня остаётся там, с Женей.

И вот сейчас меня выволакивает оттуда Артём. Своим громким и настырным звонком.

22 Артём

— Да, — резко бросает Даша, она раздражена.

— Я опять не вовремя? — морщась, спрашиваю я.

— Вовремя.

— Я им пригрозил.

— Понятно.

— Теперь мне страшно.

— Серьёзно? Ты боишься двенадцатилеток?

— Лике одиннадцать. Яне да, двенадцать. Да, боюсь.

— Смешно.

— Нет. Что делаешь?

— Да так.

— Как свидания?

— Никак. Я работала всю неделю. Чертила маме объект.

— Круто. Но договор есть договор.

— Я не договаривалась.

— У меня тысячи свидетелей.

— Я не хочу никого искать.

— Давай я найду.

— Ну нет. Лучше расскажи мне, как так получилось, что ты ставил моей маме ёлку?

— Ну, Даник попросил помочь. У него Мишка с Ирой болели, и он не мог.

— И что же? Ты просто поехал к моей маме? Ни с того ни с сего? Раз в десять лет ты помогаешь чужим мамам?

— Нет. Только когда друзья просят. И я помогал твоей маме много раз. Вешал полки, чинил машину, носил диван.

— Да?

— Да.

— Почему я не в курсе?

— Я откуда знаю.

Она говорит так, будто думает о чём-то другом.

— Она могла попросить нас.

— Вас? А ты имеешь в виду «Вас»? — многозначительно произношу я, закатив глаза. — Может, Вы были заняты.

— Может… Ну ладно. Спасибо за помощь моей маме.

— Всегда пожалуйста. Могу и тебе что-нибудь потаскать. А пока могу найти тебе того, кто потаскает.

— Даже не думай.

На кухню заходит Настя и тихо спрашивает, с кем я говорю.

— Настя передаёт тебе привет, — вместо этого говорю я.

— И ей привет.

— И тебе, Настя, привет от Даши, — произношу я, так отвечая на вопрос.

— Передай ей, что фильм «Кроличья нора» действительно хорош, — шепчет она.

— Настя говорит, что фильм «Кроличья нора» хорош, — передаю я.

— Спроси у неё, как прошла проба в ту пьесу?

— Так, держите, сами говорите.

Передаю трубку Насте. И начинается бесконечный телефонный разговор.

— Нет, конечно, меня не взяли на главную роль с таким лицом… — пауза. — Да-а. В жизни это ещё хуже выглядит. Прости за лыжи. — пауза. — Мы их опробовали. Шикарные. — пауза. — Я уже думала об этом, но мне вчера позвонил кастинг-директор и предложил зайти на другую пробу. — пауза и хохот. — Да, на жертву домашнего насилия… — пауза. Смех. — Я так сдала последние экзамены. — пауза. — Да. Точнее, я просто не стала их переубеждать. — поворачивается ко мне и улыбается. — Я сказала, что ты меня избиваешь.

— Что? Ещё кому-то? — спрашиваю я, но она уже продолжает болтать. — Меня так арестуют…

Минут через вечность разговор наконец завершается.

— Она забавная, — говорит Настя.

— Ага.

— Последние два года после расставания она была жуткая. Но, кажется, отошла.

— Кажется. Я думаю организовать ей свидание.

— О. Ты занимаешься сватовством?

— Э. Нет.

— Да. Свахартём.

— Что?

— Сваха-Артём, — поясняет Настя.

— Думаешь, я лезу куда не просят?

— Нет. Давай её сведём с Родионом?

— Что? Нет! Он ужасен.

— Ты прав. Ещё и младше её лет на пять. А по уму — на все пятнадцать. Как на счёт Кости?

— Какого?

— Того, который с Вероникой. Ой, нет, он не пойдёт.

Смеюсь.

— У вас в зале есть красивый тренер по скалолазанию. Павел.

— Бергштейн? С волосами Моаны?

Смеётся.

— Шикарные волосы.

— Он их мажет гелем, чтобы они выглядели мокрыми!

— Он похож на Джейсона Момоа! Хот гай.

Она делает вид, что обмахивается.

— Хватит.

— Ревнуешь?

— К Моане? Нет.

Смеётся. Целует меня. И шепчет:

— К Кхалу Дрого!

23 Даша

Не могу понять, почему за все десять лет, что я была с Ним, мы ни разу не помогали моей маме. Даже Артём помогал. Да, он сильнее Его, но всё же мы-то семья, а Артём всего лишь друг брата. Неужели мы настолько были далеко, что даже не понимали, что ей нужна помощь? Конечно, нужна была. Папа умер. Мы с братом съехали. Она осталась одна. А мне ни разу не пришло в голову, что ей нужно помочь притащить диван.

Это я эгоистка? Или она могла попросить? Или брат — тот мужчина, который стал решать вместо отца?

24 Артем

В субботу уже начинается первый день кубка России. Дети в возрасте от 11 до 13 приезжают к 11 утра и в полдень уже стартуют. В это время дети девяти и десяти лет уже закончили и постепенно расходятся. И хоть у меня нет такой малышни (слава богу), мне всё равно приходится встать ни свет ни заря и приехать пораньше, чтобы вылавливать своих в этом столпотворении. Мне нужно не просто проследить, чтобы они всё нашли, но ещё и успеть поговорить с родителями, если тем удастся меня поймать. Первым потоком это девочки и Сеня. А значит, мама Яны, которая всегда начеку. Стараюсь незаметно скрыться из предбанника до того, как она меня заметит, и сворачиваю в сторону буфета. Ещё одно место, где приходится время от времени показываться, дабы отпугнуть своих от всей этой вредной дряни, которой им так хочется наесться.

— Митина! — резко бросаю я.

София вздрагивает и пытается быстро проглотить кусок шоколадного круасана, который уже успела съесть наполовину.

— Здрасьте! — она кивает и медленно встаёт.

— Ты что тут делаешь? У тебя ещё 4 часа!

— Я пришла за девчонок поболеть…

— Господи…

Ну зачем? Теперь она будет шататься тут весь день и к своему заплыву устанет, проголодается и никуда не проплывёт.

— Вставай, пошли со мной.

Она быстро хватает рюкзак, круассан, относит тарелку к стойке и бежит за мной.

— Кого-нибудь уже видела? — спрашиваю я.

— Мы с девчонками вместе приехали, они переодеваются. Яна, Вика и Арина, — уточняет она. — Риту папа привезёт, они, кажется, в пробке. Сенька где-то тут, я его маму видела. А про Лику не знаю. — Она старается как можно незаметнее доесть свой круассан.

— Хорошо… — отвечаю я, и мы сворачиваем к тренерским кабинетам.

— Может, я на трибуну пойду? — предлагает София, которой явно хочется смыться от меня подальше.

— Сейчас пойдёшь, у меня для тебя ответственное задание, раз уж ты так рано пришла.

— О…

— Подожди тут.

Я захожу в один из кабинетов, который выделили для тренеров. Достаю из своего шкафчика второй телефон, специально используемый для записей тренировок и соревнований. И иду к Софе.

— Держи, — протягиваю ей телефон, но пока не отдаю. — Прошу тебя сфотографировать результаты на табло.

— Все? — она медленно протягивает руки.

— Только наших. В этот поток у нас, — я открываю свои заметки и показываю ей. — Вот, 11 заплывов, значит, 11 фотографий. Поняла? Можно прямо тут, в заметках, добавлять фото после каждой строчки. Например, первая у нас Лика, плывёт 100 комплекс, за ней Вика — вот жмёшь, делаешь фото и галочку. За ними Яна, 200 на спине. Жмёшь сюда, фото, галочка. Понятно?

— Ага, а пароль какой?