Снова любить

— Да не надо, — лепечу я от неожиданности.

— Блин, это так круто. Спасибо!

Она кидается меня обнимать. И я со всей дури бьюсь локтем об открытую дверь.

— Ай.

— И красивы-ые! Спасибо-спасибо-спасибо!

Она чуть ли не прыгает.

— А теперь, — она проверяет время.

— Что? Уходить? Пора? — пячусь я из комнаты.

— Нет. Ты читал Чака Паланика?

— Кажется, да. Это «Колыбельная»? «Снафф»? «Призраки»?

— Э-э. «Бойцовский клуб».

— Ну да.

— Отлично. Поучаствуй со мной в эфире. Это десять минут. Пожалуйста. С меня… что угодно.

— Ну, — думаю я. — Ладно… А что делать?

— Просто кратко рассказать про одну книгу Паланика.

— Хорошо.

— Отлично. Тогда пошли.

Настя обзавидуется, она сто лет хотела поучаствовать в Дашиных блогах.

11 Даша

Артём нервно елозит, пока я включаю ноутбук. Я тоже немного переживаю, так как уже сто лет не вела с кем-то эфир.

— Не переживай, я буду всё говорить, а ты потом добавишь пару слов о книге.

— Ок.

Итак. Три, две, одна. В эфире. Первый зритель. Второй. И вот их уже двадцать.

— Всем привет. Сегодня будет необычный эфир, я, как видите, с гостем. Это Артём. Он позже расскажет вам о книжке.

Сыплются комментарии. И уже первая тысяча.

— Да, КасперЛарри, у меня всегда такое лицо, — отшучивается Артём.

После этого он начинает кривляться, и по экрану летят сердечки.

— Не обращайте внимания на его лицо. Он просто шикарно отдохнул в горах.

— Суперски.

— Так. На этой неделе я посмотрела ваши три детектива. И… они неплохие.

Дальше я быстро, по отработанной годами схеме, рассказываю и оцениваю три мини-сериала: «Дикая река», «Конец лета», «Роковая черта».

Артём в это время смешит людей в чате.

— Так, ну, так же могу добавить в список «Прилив». Про него у меня есть отдельное видео, ссылку оставлю чуть позже. Там играет актриса из сериала «Конец лета». Реакции все выложены. А теперь, так как я не прочитала ни одной книжки, — я поворачиваюсь к Артёму. — Артём расскажет нам про «Бойцовский клуб».

12 Артем

— Первое правило Бойцовского клуба… — начинаю я заговорщически.

— Не рассказывать о Бойцовском клубе, — улыбается Даша.

— Ты права. Так что я расскажу про другую книжку.

Она, не переставая улыбаться, шепчет мне, почти не двигая губами:

— Может, всё-таки про «Бойцовский клуб»?

— Нет, — заявляю я. — Я выбираю историю под названием «Снафф». Читал не так давно, так что ещё помню сюжетец.

— Звучит… так себе, — бурчит Даша.

Я ловлю её взгляд, и из какого-то подросткового мальчишеского желания смутить девушку и увидеть это произношу:

— Эта история про порно-звезду, — её брови тут же приподнимаются, и она слегка розовеет. Довольный, я поворачиваюсь к камере. — Кажется, её зовут Касси. Касси Райт. Она завершает свою «карьеру» и хочет сделать это легендарно, снявшись в, так скажем, эксклюзивном фильме.

— Порно-фильме? — переспрашивает Даша.

— Да. Она собирается заняться сексом с шестьюстами мужчинами.

— Что? Шестьюстами?

— Да.

— И откуда столько мужчин… Неужели им это надо…

— Больше того. Мужчины будут ждать своей очереди. А люди — делать ставки. И все запомнят Касси.

— Ставки на что?

Дашка уже вся красная.

— Получится или нет, — просто отвечаю я. — Но история не такая уж простая, — продолжаю я. — Не о сексе. Это жёсткая правда о свободе воли, о свободе торговли, личностном росте и суровой реальности. Это история про поколение, у которого главный приоритет всегда располагается «между ног», где женщина — либо кхм-кхм ша-эл-ю-ха-а, либо принцесса, но всегда лишь объект для достижения мужских целей. Объект, которому не прощают ошибок: один неверный шаг — и жизнь кончена. И кончена ещё до того, как плохая девочка начнёт жалеть о своих ошибках. До того, как закончится её самобичевание под названием «Снафф», прикрытое громким и завидным словом «рекорд» по количеству партнёров в порно — 600.

Итак, шестьсот мужчин и одна женщина. Двое из них погибнут, не буду говорить кто.

Получится настоящий снафф. Жёсткий, натуральный, без единого постановочного кадра. Суперпорно, равного которому не было ещё в мировой истории. А значит, всё кончится хорошо. Как и было изначально задумано. Зрители довольны, актёры тоже. Те, разумеется, кто остался жив.

Этот сюжет легко трактовать как метафору. Но у Паланика нет никаких метафор. Просто шестьсот мужчин хотят попользовать одну женщину. Мажутся кремом, накачиваются виагрой. И никакой морали. Но Паланик был бы не Палаником, если бы в этой грязи не нашлось места любви. Это, пожалуй, самый неожиданно сентиментальный роман циничного автора. Мужчины в очереди к ней потеют, боятся, вожделеют, стесняются, ненавидят. И любят. Хотя и не понимают этого. Один носит её фото в медальоне, другой приносит вялые розы, третий годами пересматривал все её фильмы и мечтал о ней долгие годы. Слюнявая романтика здесь кажется неуместной, но именно в ней и кроется суть — в этой дикой, грязной истории любовь оказывается главным. Паланик говорит: и отребье умеет любить.

Тут я останавливаюсь и замечаю быстро всплывающие комментарии:

Kliemmem: а мне сразу показалось, это больше про любовь

Blahblah: Читал, напомнило «Мы» Замятина

Nali4nik: После прочтения мне хотелось помыться и помолиться

Primadon: мне показалось, что Паланик побывал на таких съёмках, не верю, что такие детали можно выдумать.

И ещё и ещё, и ещё. А я перевожу взгляд на Дашку.

— Ого, — только и может сказать она.

— Да. Ну как, захотелось прочитать?

— Э-э, наверное, — говорит Даша, но сама отрицательно качает головой. — Не знаю.

— Ты читала что-то подобное?

— Нет, думаю, нет. Я прочла и посмотрела немало про проституток, но мне кажется, это другое. Обычно это истории про тяжёлую судьбу, как, например, у Джии.

— Что за Джиа?

— Модель, кажется, восьмидесятых. Есть фильм с Анджелиной Джоли.

— Значит, можешь прочесть. Что-то новое.

— Да. А что ещё ты посоветуешь?

— Паланика? Можешь и правда начать с «Бойцовского клуба».

— А если не Паланика?

— Не знаю. Мартина? Толкина, Кинга, Харриса. Зюскинда.

— Читала.

— Все книги?

— Ну, Кинга частично, Зюскинда, Толкина, Харриса — всего. У Мартина «Песнь льда и пламени». И ещё парочку рассказов.

— Круто. Жаль, в сериале не было Леди Бессердечной.

— Да-а. И жены Короля за стеной. И Жиенны.

— Ну не знаю, в сериале внучка Чаплина очень даже ничего…

— Да ну. Бред сделали. Почему они венчались с Роббом, на минуточку, королём Севера, по обычаю Королевской гавани?

— Чтобы они сказали друг другу «Я твоя, а ты мой».

— Да, это было мило, но он поклонялся Старым Богам. А эта Талисса вообще из Волантиса. Там Владыка Света.

— «Ночь темна и полна ужасов», — произношу я на автомате.

— У-у-у, — подхватывает Даша мой тон.

Я смеюсь.

— Хотя, если бы я и выходила замуж, хоть я и не хочу. Но если бы всё-таки выходила, то замутила бы что-нибудь в таком стиле. С лентой, связывающей руки, с кровью и чем-то в духе Средневековья.

— Ну не знаю. Лента — да. Но остальное так себе.

— Кому как. Хотя я, наверное, слишком втянулась в Средневековье. И ещё застряла в Шотландии с Гэблдон и Клэр. Со мной часто так: что прочитаю-посмотрю, то потом и делаю. После «Чужестранки» я изучила всю народную медицину и травы, а после «Анатомии Грэй» верила, что я врач. Так что пока на меня действует «Игра престолов», я считаю, что ритуал — самое то. Правда, я всё ещё не хочу замуж.

— В любом случае для начала нужен парень.

— Ну, я же гипотетически.

— Да. Но… пора бы уже задуматься, — говорю я сам не понимая почему.

— Ты говоришь, как моя мама. Это тебе пора. Почти тридцать.

— Так тебе тоже.

Она выдавливает из себя улыбку, но глаза грустнеют.

— Тебе пора куда-нибудь выбраться, — опять зачем-то давлю я.

Я чувствую, что перегибаю, но мне так не нравится, что она сидит тут одна. Она всегда была такой весёлой, за любой кипиш. А теперь как будто застряла в маленькой клетке.

— Ты точно сговорился с мамой! — продолжает она отмахиваться, и я подхватываю:

— Да. Мы же живём рядом. Пора устроить тебе свидание.

— Хватит, — она злится сильнее.

— Нет, не хватит.

Она начинает отшучиваться, но остаётся по-прежнему грустной.

И тут я вспоминаю, что мы в эфире. Дашка, видимо, тоже.

— Возвращаемся, — произносит она, пытаясь вернуть себе обычный настрой. — Так. Ничего себе, сколько вас сегодня. Простите нам наши отступления.

— Все любят отступления, да? — улыбаюсь я.

По экрану летят одобрения.

— Выносим на общее обсуждение, — решаюсь на идиотский поступок, который либо рассорит нас с Дашей навсегда, либо вытащит её из её кокона. — Стоит ли Дашке идти на свидание?

Снова одобрения.

— Хватит! — в довольно правдоподобном ужасе говорит она.

— Будет клёво, — говорю я. — И Stikerb0y со мной согласен. И GemmaJones1 тоже. Ничего себе, кто нас смотрит…

— Нет, всё. Так… итоги, — она пытается включить свой обычный настрой. — Сериалы… Сериалы — смотрим. Книжку, — поворачивается ко мне, — читаем?

— Стопроцентно.

— Читаем. Ну, до следующего раза. Пишите, что смотрим дальше. Ссылки на мои реакции прикрепила. Всем пока.

— Пока. Предлагайте Даше кандидатов, ждите от неё отчётов о свиданиях и… — говорю я камере, а Даша уже не может решить: попытаться закрыть мне рот или ноутбук.

По экрану летят сердечки, смайлики, большие пальцы. Сумасшествие.

— И не забывайте напоминать ей об этом угово…

Даша останавливает эфир.

— Ре, — завершаю я.

— Ты засранец, — говорит она и пихает меня в бок.

— Прости.

— Не прощу, — улыбается Даша. — Чаю не хочешь? Перекусить?

— Хочешь сначала меня накормить, а уже потом прибить?

— Да.

— А сколько… — смотрю время на телефоне. — Уже почти семь! Мне пора.

— Ой, прости, — Даша вскакивает. — Обычно эфиры короткие.

— Ничего, ты не виновата, это я. Спасибо за… воду, — смеюсь я. — Лыжи, эфир и разнообразие.

— Тебе спасибо за лыжи, эфир и разнообразие.

— Ладно, я побежал, а то дети всё разнесут. С тебя отчёт о свиданиях.

— Так ты серьёзно?

— Ещё как. Хватит дома сидеть.

— Пока, — она выталкивает меня из квартиры.

— Это грубо. Пока.

— Пока.

Дверь хлопает, а у меня пятнадцать минут, чтобы добраться до бассейна, до которого полчаса.

13 Даша

После ухода Артёма я беспрерывно мониторила и анализировала просмотры и комментарии. Эфир с ним собрал почти в два раза больше просмотров, чем обычно. Даже обидно. Он, конечно, симпатяга, но я ради этих людей трачу большую часть недели на подготовку материала, а он просто пришёл и рассказал про порнуху. Ещё и втянул меня в тему о личной жизни…

И этим тут же, конечно, воспользовался мой «друг» — Амикускускус.

Этот комментарий «С такими уродинами на свидания никто не пойдёт» набрал только один лайк, но всё равно обидно. Так, что хочется заплакать и удалить это, но прикол в том, что благодаря ему у меня охваты ещё больше. А охваты — мой единственный источник дохода.

Вперёд хейтеров выходит несколько залайканных комментариев.

«Артём огонь» — уже две с половиной тысячи лайков. И я ставлю свой.

«Я согласна на свадьбу в стиле «Дома дракона», Деймон и Рейнира» — в сердечке — почти тысяча лайков и полсотни ответов, что «инцест — дело семейное».

На третьем месте по популярности самый идиотский комментарий, собравший 681 лайк: «О боже, вы тоже уловили ту самую энергию между этими двумя?»

Закрываю всё, пока не начала удалять. Не потому, что это неприятно, а потому что я, к своему стыду, думаю лишь о том, что не хочу, чтобы Он это увидел. Наверняка Он ещё смотрит мой блог. И Он давно терпеть не может Артёма. Но уже ничего не поделать.

Смотрю на закрытый. Наверное, стоит приступить к моделированию Твери, но вместо этого я одеваюсь и иду гулять. Отличная суббота. Солнце и мороз.

14 Артем

Мои постепенно выползают из раздевалок. Пацаны первые, за ними девчонки. ОФП на улице пришлось отменить из-за мороза, а зал заняла Катька со своими ребятами, поэтому тренировка сегодня сокращённая, на 45 минут позже, только вода.

— У тебя сегодня три дорожки? — спрашивает Катя.

— Да, — отвечаю я немного резко, чтобы она даже не пыталась отнять ещё и дорожку.

— Ладно. Могу я парочку своих подсунуть?

— Давай, — бурчу я и быстро принимаю идиотское решение: — Аську с Лизкой можно.

— Хорошо. И ещё мальчишку одного.

Я киваю и иду к своим. Все в сборе. Почти.

— Где Егор? — спрашиваю я.

— Он… у врача, — усмехаясь, прикрывает друга Тимофей.

Но я-то чувствую, что это отмазки. Неужели опять что-то перепутал?

— А Сеня опаздывает, — говорит Лика и краснеет.

— Хорошо, — говорю и даю задание. — Разминка: мягкая тысяча, потом на время — сто основным.

— А водное поло? — быстро спрашивает Максим.

— После.

— Ура.

— Девочки, — я указываю на Янину свиту, — и Максим с Никитой по крайней дорожке. Дальше мальчики. А по третьей София, Матвей, Лика и наш опоздавший. К вам ещё присоединятся девочки Екатерины Евгеньевны.

— Как обычно, — бурчит Яна.

— Я-яна-а, — строго говорю я, — молча и быстро — в воду.

Дальше дети начинают разминку. Через минут пять прибегает Арсений. И дальше они сплочённо срезают, когда думают, что я не смотрю, потом так же дружно врут, что всё закончили. Ну да ладно. Рассаживаю их на лавочки и начинаю вызывать на старт. Мне хочется разделаться с этим поскорее и отпустить всех пораньше, так как я снова обещал Насте её забрать.

— Первыми Ваня, Арина и Рита.

Мои брассисты. Ваня, худющий, но высоченный, в этом году сильно продвинулся по результатам, но пока ещё недостаточно хорош для крупных соревнований. Арина тоже не звезда, и характер слишком слабый для спорта, а про память я вообще молчу. Но она молодец. Техника красивая, а из-за желания всегда быть с Яной не пропускает тренировки и показывает достаточно хорошие результаты для своего возраста. А Ритка хороша. Тоже худая, тоже высокая. Но ещё и кудрявая. Манипулятор и заводила. Энергии через край, так что она вполне годится для эстафет и важных соревнований. Обычно с ними ещё и Егор, но он, видимо, заблудился.

Стартуют. Ваня впереди. Девочки идут ровно. Но Рита вырывается на третьем бассейне. А за последний почти догоняет Ваню. Время хорошее. Называю им. И делаю замечания.

Записываю в книжку результаты, так как потом надо будет решить, кто из детей что поплывёт. А дальше вызываю «дельфинистов».

— Вика, Матвей, Максим.

Вика — одна из подружек Яны. Но в отличие от Арины у неё есть своя голова на плечах. От спокойного, уверенного Матвея и от болтливого и задиристого Максима она отстаёт сразу, однако время показывает отличное.

— Вика, молодец. Мальчики, третий четвертак отпустили оба, — говорю я, делая пометки. — Дальше наши спинисты-мальчишки.

Кирилл и Арсений встают. Они оба молчуны. Тренируются хорошо и редко прогуливают. До самого последнего бассейна они идут хорошо, как вдруг оба тормозят и кое-как финишируют.

— Кирилл, Сеня, вы захлебнулись?

— Нет, — отвечает Арсений, а Кирилл мотает головой.

— Тогда что случилось?

— Ногу свело.

— И у меня.

— В понедельник будете переплывать. Время ужасное. Сейчас вас девчонки обгонят. София и… — оглядываю скамейки. Обычно я ставлю её с мальчишками, но пока я подавал заявки, мне кое-что пришло в голову. — Яна, вставай. Спина.

— Спина? — удивляется она.

— Да.

Она недовольна, но всё-таки встаёт. Её основной стиль — кроль. Но она давно стала им сдавать. Поэтому я хочу рискнуть и попробовать сменить ей стиль.

Свисток. Прыгают в воду. «На старт». Свисток. Разом стартуют. Но в отличие от Софы, Яна делает ужасный старт, сразу отпуская её вперёд. Я уже успеваю подумать, что зря всё это затеял, но она на удивление быстро начинает нагонять. В конце Яна даже делает рывок, но София всё же выигрывает у Яны буквально касание, и только потому, что Яна оказывается и финишировать не умеет.

— Яна, отлично, — удивлённо говорю я, глядя на время. — Но что это было на старте? И что за финиш? Останешься отрабатывать. София…

— Я тоже хочу в понедельник переплыть, — быстро говорит она, пока я не успел её наругать.

— Хорошо, — соглашаюсь я и зову последнюю тройку. — Лика, Тимофей, Никита. Кроль.

И вот странная троица встаёт на старт. Лика на фоне мальчишек совсем маленькая. Тимофей хоть и худенький, но ростом уже вымахал с меня, а Никита с его мышцами совсем как шкаф. Стартуют. Первый четвертак малышка почти не отстаёт. Но дальше мальчишки уходят далеко вперёд. Тимофей выигрывает касание. Это поистине удивительно. Так как в прошлом году он был щуплым, ноющим мальчиком, который заболевал от малейшего ветерка. Но теперь он выиграл у огромного, сильного Никиты. Лика же уступила им полторы секунды. Но это хороший результат. Молодец. Называю им время.

— Мальчики, молодцы. Тимофей, вот что значит не пропускать тренировки. Лика, повороты резче. Никита, ноги опять отключались, а про дыхание каждый раз одно и то же! Может, тебе записать? Первый бассейн всегда с задержкой. Ты пока головой вертишь, тебя уже все обгонят. Всё. Откупываемся до двух. Кому надо в туалет — идите. Потом водное поло.

Отхожу к Кате.

— Твои будут играть?

— Не сегодня. Они прогуляли всю неделю. Пусть плавают и завидуют твоим.

— Ладно.

— Решил перевести Яну на спину?

— Хочу попробовать. Заодно от Лики подальше.

— Ой, не думаю, что это поможет. Эта блондиночка такая задира. И с Ликой у них война, как у двух Даш, помнишь?

— Конечно.

— В эстафету я надеюсь, ты Яну не пихнёшь? Я хотела на спину Аську ставить.

— Ну, это мы по результатам посмотрим, — улыбаюсь я.

— Зараза. Ну смотри. На брасс у меня тоже претенденты есть.

— Артем Сергеевич, здрасьте, — говорит довольный голос у нас за спиной.

Это пришёл Егор.

— Здрасьте, — подражая ему, отвечаю я. — Почему опоздал?

— У врача был.

— Да? У какого?

— Зубного.

— Какой зуб делали?

— Э-э. Ну…

— Сегодня тебе повезло, милая Екатерина Евгеньевна, — тут он наконец здоровается и с ней, — будет давать тебе задания ещё час.

— А водное поло?

— После врача противопоказано.

— Ну блин.

Команды я делю так, чтобы Лика с Яной попали в одну, а Никита с Максимом — в разные. Но всё равно эти четверо превращают игру в войну. И через сорок минут я не выдерживаю и отправляю всех по домам.

Заодно успею забрать Настю из института, как обещал. И ей не придётся с желтовато-синим лицом ехать в метро.

— Ты обещал помочь убраться! — возмущается Катя. А дальше шёпотом добавляет: — Сегодня же Юрик будет тренировать.

«Юрик» — это наш старый тренер. Тренировал нас ещё десять лет назад, и Катя его до сих пор боится.

— Блин. Я опоздаю, — скулю я.

Она смотрит как коршун, и я сдаюсь.

— Ладно, давай по-быстрому. Я — ласты, трубки, лопатки, ты — доски, колобашки и… что найдёшь.

— Ок.

Пока Катя спокойно собирает свою половину вещей, я как сумасшедший ношусь по всему бортику в поисках разбросанных предметов.

— Я опять опоздаю, — говорю я через 10 минут, когда мы пересекаемся у стойки с инвентарём.

— Ладно. Беги-беги, я всё доуберу. Совсем чуть-чуть осталось.

— Да? Спасибо! И скажи Егорке, чтобы в понедельник был вовремя!

Убегаю. На ходу переодеваю промокшие носки на сухие и вылетаю с курткой в холл. Но тут меня останавливает мужчина. Только спустя долгих тридцать секунд я вспоминаю, что это отец Лики.

— Простите, Артем Сергеевич, а Лика скоро?

— Лика? Я их давно отпустил, — удивляюсь я.

— Я уже полтора часа её жду. Не выходила.

— Может, она всё-таки ушла?

Качает головой.

Ну блин. Надеюсь, эти дьяволицы её не убили.

— Я пойду поищу. Может, с девчонками заболтались.

Снова снимаю носки и возвращаюсь на бортик.

— Что-то забыл? — кричит Катя с другого конца.

Иду в её сторону, чтобы проверить сушилку. Ярко-розового Ликиного купальника нет. Также как и её полотенца с рыбками. А вещи остальных вроде на месте.

— Можешь проверить женскую раздевалку?

— А что такое?

— Просто глянь, Лика там?

— Хорошо.

Проходим к двери в женскую раздевалку.

Катя заходит.

— Лик, ты тут? — кричит она.

Тишина, только вода в душе льётся. Катя оборачивается и кивает мне.

— Она одета? — спрашиваю я.

— В купальнике, — говорит Катя, выходя обратно. — Мне остаться?

— Нет, я сам. Спасибо.

Катя уходит обратно доубираться, пока не пришли субботние бабушки на аквааэробику и поздние группы.

— Лик, ты одета? Я сейчас зайду.

Аккуратно приоткрываю дверь и захожу.

— Лик, ты чего? Тебя там папа ждёт.

Она плачет.

— Лика…

Ноль реакции.

— Из-за тебя нам придётся оплачивать огромный счёт за перерасход воды, — пытаюсь пошутить я.

Но она начинает рыдать.

Подхожу и выключаю душ, чтобы присесть рядом на корточках.

— Ну, что случилось?

Она качает головой.

— Яна?

Кивает.

— И остальные, — выдавливает она.

— Я поговорю с ними, — пытаясь успокоить, говорю я.

Качает головой и поднимает свои несчастные глаза.

— Я больше не хочу плавать!

— Нет. Хочешь. Ты большая молодец. И не вздумай бросать то, что тебе нравится, из-за этих девочек.

— Они со мной не разговаривают. И постоянно обзываются. То «карлик», то «валик», то «нолик»…

— Они тебе завидуют. Ведь ты только перешла и уже всех обгоняешь.

— Я не хочу…

Кажется, она сама не знает, чего не хочет.

— Я слышал, что ты на прошлой неделе специально проиграла Арине последний старт.

Она немного испугана.

— Я подумала, что они… но они стали обзывать меня жирным тормозом. «Бубликом».

Как можно обзывать жирной эту малышку…

— А в лагере мы все вместе срезали, и Екатерина Евгеньевна нас поймала. Она спросила меня, и я соврала, что мы проплыли всё. Так они начали называть меня «жуликом».

Она снова начинает рыдать, а я наконец нахожу логику в их кличках.

— Ты сегодня проплыла отлично. Через две недели старт, и я думаю, ты можешь выполнить КМС, если постараешься.

Она трясёт головой.

— Нет. Не могу.

— Можешь. И снова поедешь на Россию.

Она немного улыбается сквозь слёзы.

— В Москву поедем. Ты, я и кто-нибудь из мальчишек.

Она утирает слёзы.

— Хочешь?

Кивает.

— Ну вот и договорились. А теперь переодевайся и иди к папе. Он заждался.

— Хорошо.

Пока девочка переодевается, я выхожу поговорить с её отцом. Объясняю ему ситуацию. Оказывается, он знает.

— Она хочет бросить, — говорит он.

— Простите меня, что такое происходит. Я правда пытался с ними говорить, развёл их на разные дорожки, но…

— Да я понимаю…

Спустя час я, погружённый в свои мысли, оказываюсь дома. И тут вспоминаю про Настю. Она уже дома. И она злится, что я не пришёл, так что я даже не пытаюсь приблизиться. Но так хочется с кем-нибудь поговорить, посоветоваться…

15 Даша

После утренней короткой прогулки я весь день провела, скрючившись на стуле перед ноутбуком, и теперь в кромешной темноте, пытаясь разогнуться и особо не кряхтеть, уже минуту не могу рассмотреть уставшими от экрана глазами, кто это мне звонит так поздно. А главное — зачем. Это предсказуемо оказывается мама.

— Алло, — отвечаю я, наконец вернувшись в реальный мир.

— Привет, как дела? — торопливо спрашивает она, как всегда, когда хочет что-то рассказать.

— Всё хорошо.

— Чем занимаешься? — произносит она ещё быстрее.

— Да просто еду готовлю, — вру я. — А ты?

— Я, да то то, то это. Рыбный суп сварила, хочешь — приезжай.

— Хорошо, может, позже. Сейчас занята.

— Хорошо. У меня тут есть для тебя работа, хочешь? — наконец выпаливает она то, зачем позвонила.

— А что делать надо? — интересуюсь я, зажмуриваясь.

Перед глазами всё ещё отблики яркого экрана.

— Просто обмеры.

— С чертежами?

— Ага. Деревянный дом, два этажа, фасады не нужны. На пару недель.

— Хорошо, давай. Я тогда завтра заеду, расскажешь?

— Договорились. Ладно, у меня тут твой брат.

— Передавай ему привет.

— Хорошо. Ну, пока.

И бросает трубку. Конечно, пора бежать к любимому сыночку. Я закатываю глаза и на больных ногах плетусь на кухню, чтобы наконец пообедать в девять вечера. Обедужины — моя любимая еда. Но тут снова звонок. Даже не смотрю кто это, думая, что это мама что-то забыла сказать.