Роза Баккара

- "Хорошо… Приоткрой для нас маску Розы Баккары. Сумеешь провернуть такое, останешься жив и даже вознаграждён. Провалишь задание и я лично зарою тебя в могилу, сопляк, не будь я,- Влад Могила! Ну?!"

- "Баранки гну! Не пугай меня, не выйдет! Я на всё согласен!"

- "Дураки все смелые… Жалко только, что дураки долго не живут... Свободен, Сергей Иванович! Дальнейшие инструкции получишь позже..."

Сергей ещё немного посверлил обидчика глазами. Бесстрашие светилось в омуте чёрных глаз. Только бесстрашие не броня и защитить в случае чего не сможет. Нехотя Иванович подчинился главам «Чёрного клевера». Русый покинул кабинет, прикрыв за собой дверь.

Глава 4. Последний вздох старца.

Ранее, ранее утро. Александр спал. Его рыжие волосы огненным шлейфом распростёрлись по подушке. Белая пижама в голубую полосочку. Половина торса и нога выглядывали из под лилового одеяла. Довольно здоровенный котяра, размером с маленькую рысь, породы майн кун свернулся калачиком под рукой, под мышкой Самородкина и умудрился занять половину большой кровати. Зверь был цвета кучеряшек хозяина. Питомец мурлыкнул и сладко потянулся, пытаясь вытолкнуть Сашку на край. Как будто говорил, - твой господин хочет больше места, спи в ногах человек. Вернее в лапах. Будильник в виде петуха стоял рядом, на тумбочке. Тикая, стрелка ритмично продолжала умеренный бег вперёд. Приближался пятый час. Александр Александрович давно живёт самостоятельно и без родителей. У него просторная квартира с новой мебелью. Толщеной с мужскую ладонь вдоль стены в спальне в форме длинной трубы установлен ночник. Он играл тусклым светом в полумраке, плавно перетекая из красного в синий, из синего в зелёный. Напротив кровати стоял широкий, высокий двухэтажный шкаф. Внутри шкафа на двери располагалось большое зеркало. Над головой, над кроватью из окна бил лунный свет. По прозрачным стёклам колыхалась вуалью тоненькая синея занавеска, усыпанная стразами. Старзы изображали звёзды и созвездия. Парень любил космос и астрономию. Даже телескоп прятал в шкафу. Самородкину вставать было нужно через два часа, не раньше. Однако поспать этим утром ему не удалось… Безудержный трезвон разбудил парня прямо сейчас и это был не будильник. Внезапно взбесился мобильный телефон. Кот заорал, как шальной, резко подпрыгнул и пулей соскочила с лилового постельного белья. Казалось, будто майн кун выругался, промяукав, - какого чёрта?! Что за мать его?! Кровать сработала, как пружина… Сашку подбросило в воздух по инерции, затем он резко полетел на пол, взревев в сторону кота, чей рыжий хвост уже успел скрыться за дверью:

- "Игорь Игнатьевич!"

Повезло Александру, башка его чудом пролетела мимо края тумбочки. Зато рука его задела петуха-часы и круглые очки. Батарейки выскочили из будильника и разлетелись в разные стороны. Мигом рыская по полу рукой, кучерявый нашёл свои окуляры, надел их, избавляясь от остатков сна и судорожно соображая, что происходит… Телефон не унимался, стал ещё яростней, разрываясь в своём трезвоне. По спине мужчины побежали ледяные мурашки, предвещая беду… Александр поспешил найти трубку. Сердце его колотилось в нехорошем предчувствие. Облизав внезапно пересохшие губы, Сашка нажал на кнопку и услышал знакомый мёртвый голос… Внутри всё оборвалось…

- "Два Ал."

- "Мария Алексеевна…"

- "Сегодня…"

- "Что, - сегодня?…"

- "Выходной возьми сегодня… Я всех перережу, от первого д последнего… И ещё...", - Самородкин нервно сглотнул, - "Лучше тебе сказать мне код от сейфа, в котором вы прячете формулу, если конечно ты не хочешь, что бы я спрашивала о нём у Игоря Игнатьевича… Стоны, муки, крики, всаживание грязных игл под костяшки пальцев, вырывание зубов вмести с дёснами на живую, дробь костных тканей в крошево, вырывание глазного яблока и прочие прелести по развязыванию языка…"

- "Хватит, Мария Алексеевна! Я всё понял. Четырнадцать, ноль, семь, тысяча девятьсот восемьдесят семь.. Это дата рождения его никчёмного сына алкаша."

- "Хорошо…"

- "Но скажите, Мария Алексеевна, от куда вы знаете по сейф?…"

- "А, про сейф?…",- тёмные глаза в обрамлении ресниц скользнули по догорающим в пламени телам… Женщина снова плеснула в костёр бензин, который принесла с собой. Леденящий душу страх комом подкатил к горлу Самородкина, пробил озноб и затряслись руки. Парень кое как сдерживал дрожь… Он только сейчас понял, что слышит треск, шипение и шум пламени на фоне её голоса. Она стояла на погосте в совершенно безлюдном месте в своём потрёпанном серо-голубом платье в пол, - "Я похитила ваших охранников… Сегодня ночью… Два Ал… Да не тех, кто заступил на службу прошлым вечером… А тех, -сменщиков, у них сегодня должны были начаться выходные… Увы, Два Ал, придётся поискать новых сотрудников… Эти слишком слабы и наивны… Были… Про код к сожалению не чего не знают… Молили пощадить, говорили, что код знают лишь учёные…"

- "Я понял."

- "Два Ал, скопируй всю инфу, которая есть в базе данных. Забери из лаборатории всё, что тебе необходимо для работы… Я взорву здание к чертям."

- "Подождите минуточку, Мария Алексеевна… Мы так не договаривались… Где я буду проводить опыты, исследования, да и вообще?…"

- "Уничтожить необходимо всё, под чистую… Люди должны забыть о том, что говорили в новостях и писали в газетах, потеряв открытие величайшего учёного современности, вмести с самим гением.. Сам понимаешь это, Два Ал… Так будет лучше… А что касается лаборатории… Восстановишь с нуля. О деньгах не волнуйся. Два миллиона, как договаривались и ещё сверху. Хватит на постройку нового здания с лихвой."

- "Убийцам так много платят?…"

- "Мне,- да. Кровавые деньги… В иных кругах человеческую жизнь ценят дороже золота. Тем более, когда речь заходит о «Чёрном клевере»… Не теряй же время, Два Ал. Я медлить не буду…"

Цветкова отключилась. Самородкин сел на кровать, бледный как тень. Его все ещё трясло. Прибывая в лёгком потрясении, парень застонал, схватился за голову руками. Из-за двери высунулась рыжая мордашка. Уставившись на хозяина. кот майн кун, будто бы спросил, - эй, человек, с тобой всё в порядке? Но усатому, хвостатому и полосатому никто не ответил. Тогда животное, решив пожалеть своего роба, подошло поближе и начало тереться об ноги. Сашка наконец расслабился и немного успокоился. Затем погладил своего любимца, истерично посмеиваясь и ласково шепча ему, будто кот способен понять, что он говорит:

- "Похоже, Два И, я продал душу Дьяволу…"

У питомца молодого учёного было два имени. Он назвал майн куна в честь старого коллеги. Умный кот отзывался, когда его звал парень Игорем Игнатьевичем и когда хозяин звал его Два И. Что бы Сашка делал без рыжего, ласкового любимца? Но времени рассиживаться нет. Александр Александрович резко подорвался. Игорь Игнатьевич мяукать стал громче и требовательно. Ведь в миске у котика мышь повесилась. Неугомонный пушистый даже попытался задеть бегущую ногу хозяина когтистой лапой, как бы говоря, - корми своего господина, человек! Тот резко обернулся, да устало ответил коту:

- "Да, да, Игорь Игнатьевич… Знаю, знаю… Даже если весь мир треснет пополам, полетит в бездну, это не изменит того факта, что вы хотите есть…"

Коту, что можно объяснить? Ничего и обижаться или злиться за это на питомца просто глупо, а корм сыпануть в миску, дело секундное. Два Ал разобрался с Два И… Мгновенно парень сорвал с себя пижаму, оставшись в синих домашних тапочках и трусах боксёрках. Трусы потом тоже снял, успев при этом и постельное бельё сорвать, да из шкафа прихватить с собой белые носки, боксёрки, рубашку и голубые джинсы. Все ночное тряпьё мигом полетело в корзину для грязного белья. Александр залез под душ буквально на две минутки, не столько ради чистоты, а ради того, что бы ледяная вода помогла парню окончательно прийти в себя. Его машина находилась возле дома во дворе. Оделся Александрович слёту на ходу, со скоростью ракеты. Самородкин умел двигаться очень быстро, когда это было нужно. Пулей Сашка вылетел из свой квартиры, всадив ноги в туфли, схватив осенний плащ и перекинув сумку через плечо. Хлопнув дверью автомобиля, рыжий, кучерявый судорожно соображал,- охранники знают меня в лицо и лишних вопросов задавать не будут, рта не раскрывают, если не спросить на прямую, а кто их будет спрашивать, за чем я приезжал в лабораторию раньше, чем начинались рабочие будни, если никто кроме охранников об этом знать не будет. А вечером охрана вмести со зданием взлетят на воздух… На полный скорости на своей Ладе Равен я так же быстро доеду, как и уеду… Всегда любил спортивные автомобили… Рыжий, очкастый ботаник с веснушчатым лицом, как бы это не звучало удивительно,- превосходный водитель.

Карта-ключ открыла двери. Самородкин вошёл в лабораторию. Действовать нужно быстро. Он собрал в сумку все записи по созданию формулы и все необходимые вещества, ингредиенты, необходимые для создания формулы. Затем светило науки включил компьютер, запустил диск, на который скопировал всю базу данных о последних достижениях и разработках за несколько лет. Спрятал диск в сумку и поспешил удалиться.

Цветкова Мария Алексеевна села за руль своего старенького, потрёпанного жизнью пикапа. Форд серии сто, тысяча девятисот пятидесяти второго года, который когда то принадлежал её отцу, ещё в светлые и радостные времена… Грязно жёлтая краска кое-где, местами была потёрта и облуплена, проглядывали борозды ржавчины. Вид у агрегата жалкий… Кусак металлолома! Однако, машина хоть и дышала на ладан, но всё ещё пахала. Под сиденьем старой рухляди есть потайное отделение для вещей. Канистру с бензином женщина спрятал туда. Так же там хранились инструменты для пыток, заточенные до зеркального блеска и тщательно вымытые с хлоркой, завёрнутые в специальный кожаный конверт, резиновые перчатки, банка хлорки и прозрачный пакет с костюмом Розы Баккары. Кряхтящий, едва живой пикап вскоре покинул Богом забытый погост. И лишь чёрные леса смотрели пыхтящей машине в след.

Александр, вернувшись домой, первым делом схватился за мобильный телефон, судорожно набирая цифры. Кот путался под ногами, требуя внимания. Хотелось Игорю Игнатьевичу уже царапнуть нахального раба, не обращающего на своего господина никакого внимания, как тот толкнул животное ногой и резко рявкнул:

- "Два И, не до тебя сейчас!"

Что это с ним?,- нагнувшись и поджав уши, про себя подумал майн кун, - неблагодарный человек. Я позволяю себя кормить, поить, грею постель, соизволяю гладить, а он ещё и недоволен... Обиженно мяукнув, кот отвернулся от хозяина, а за тем и вовсе оставил его на время одного. Мол, покапризничает человек, потом передумает, кот же такой клёвый, просто ослепительный, само совершенство, не то, что это двуногое… У него и шёлковой шёрстки то не много и даже нет хвоста… А про божественные подушечки на лапках и как восхитительно такие потрогать, кот вообще молчал…

Самородкин облокотился о высокий, серого цвета, продолговатый кухонный стол, напоминающий барную стойку. Сердце бешено колотилось. Парень умирал от волнения. Наконец он услышал голос Аллилуйкина и в груди всё сжалось в тугой комок…

- "Сашка, мальчик мой!… Что-то случилось?… Такая рань?… Я хотел ещё полчасика понежится в постели…"

Ничего, дед, скоро выспишься…,- промелькнула мысль в голове у парня, а в глазах заблестели слёзы. Рыжий часто заморгал, жуя губы. По щекам побежали прозрачные струйки.

- "Игорь Игнатьевич…", - наконец выдавил из себя молодой учёный.

- "В чём дело, мой мальчик?…",- забеспокоился старик, окончательно проснувшись. Голос наставника обжигал душу и всё же… Сашка сгрёб со стала салфетку, (у него на столе всегда были салфетки), высморкался и притворно закашлял, произнеся слабым измученным голосом:

- "Простите, Игорь Игнатьевич, но сегодня я себя что-то не важно чувствую…"

- "Оооо… Я понимаю… Как не вовремя ты заболел…"

- "Мне бы в постели сегодня отлежаться…"

- "Конечно, конечно… Отлёживайся… Не беспокойся об этом, мой мальчик… Мой,… …Сын."

Услышав то, как его назвал Аллилуйкин, Самородкин не выдержал и заплакал, вытирая сопли рукавом рубашки. Плечи сотрясались, перед глазами всё поплыло. Да что ты несёшь, дряхлый болван, у тебя же есть сын и это не я… Не Я!,- подумал Александр. Однако даже в такую минуту рыжий помнил о своей ненависти к «Чёрному клеверу». Бледным, убитым голосом, не разборчиво и не фига не слышно промямлил парень:

- "Прощайте, Игорь Игнатьевич, я всегда буду помнить о вас…"

Старший собрат по науке его не понял, как и вообще последних слов не разобрал, но спросить не успел, парень отключился. Медленно Сашка сполз на пол, затем, поддавшись резкому скачу эмоций, со всей дури швырнул телефон об стену. Мобильный с грохотом разлетелся на куски. Кучерявый схватился за голову. Его пальцы утонули в густых, непокорных, огненных завитушках. Боль ножом пронзила сердце, разрывая душу в клочья. Александр Александрович вдруг резко соскочил и побежал в ванну за корвалолом… Там хранилась аптечка.

Мотор немного успокоился… Жизнь,- пекло… Так и посидеть раньше времени можно… Придя от пережитого в себя, Александр спрятал диск и всё, что надыбал в лаборатории в укромном месте. В гостиной, над диваном, в стене за копией картины Джоконда художника Леонардо да Винчи находился сейф. После этого, рубашку, изгвазданную соплями, парень переодел на белую футболку, выпил сто и её сто грамм коньяка, да занялся делами. Осколки телефона он собрал, предварительно вытащив от туда сим-карту. Вытащил и своё барахло из корзины для грязного белья, засунул в стиральную машинку, включил её и принялся стелить чистое постельное бельё изумрудного цвета. Заправил сверху пледом, приготовил свежею, чистую пижаму салатового цвета в белый, синий и красный треугольник. Следующие дело, это пылесосить и агрегат для этого послушно ждёт опрятного хозяина в шкафу. Приближался полдень. Сашка достал из холодильника и поставил в микроволновку пару бутербродов с сыром и колбасой. Пока сэндвичи грелись, парень сворил себе кофе. Затем уселся за кухонный стол и принялся жевать. Мысли путались и давили на рыжую голову неподъёмным грузом. Нет, переживания не куда не делись, просто над ими возобладал ледяной контроль. А пока Самородкин плавал в раздумьях, его кот внезапно запрыгнул мужчине на колени. Молодой учёный дрогнул от неожиданности, пролив кофе на стол.

- "Ну, Два И!",- простонал парень, намериваясь сбросить нахальное животное с колен. Котяра предупреждающе куснул руку хозяина, на своём кошачьем промурлыкал какое-то ругательство, обернулся и таким грозным взглядом посмотрел на Александровича, будто говорил, - только посмей, жалкий человек, скинуть своего господина, ты пожалеешь об этом. Сашка тяжело вздохнул, почесав питомцу подбородок. Два И одобрительно заурчал, - так то лучше, человек. Потянувшись за салфеткой, парень принялся вытирать пятно, сказав своему хвостатому другу:

- "Вы же знаете, Игорь Игнатьевич… Я люблю порядок в доме.."

Кот довольно растянулся на коленях.

Девять ноль, ноль утра того же дня. Лаборатория. Возле здания собирались учёные. Ключ-карта мелькнула в белой руке и открыла врата. Роза Баккара скрывалась за вывеской. Люди заходили. Используя кнут, брюнетка повисла на нём, раскачиваясь, как паук на паутине. Кувырок в воздухе и цветок плавно приземлился на дверной проём внутри здания. Наёмница ждала, когда все зайдут и вход закроется. Затворились массивные, тяжёлые двери. При помощи кнута и ловкого движения запястьем, Роза Баккара зашвырнула включённый прибор для блокировки звука извне. Гаджет прикрепился к потолку лаборатории. Вот и настало для этого время… Время для Убийства! Убийца спрыгнула вниз, её увидели… Взгляд под белой маской упёрся в будущие трупы… Что за карнавал?… Кто эта девчонка?… Один из светочей ума возмущенно заметил, подбегая к женщине.

- "Э… Уважаемая!… Посторонним вход запрещён!"

Острое лезвие короткого меча по рукоятку вошло несчастному в живот и вынырнула из спины. Учёный харкнул кровью и повис безвольной куклой. Никто не успел даже заметить, как и когда женщина успела выхватить из ножен свои мечи. Кровь хлестала, заливая полы. Шок! Мешок костей, мяса и ливера соскользнул с окровавленного лезвия. Роза Баккара крутанула мечи, встала в позицию и произнесла безжизненным, мёртвым голосом, твёрдым, спокойным, безразличным:

- "Я покажу вам технику,- Танец теней."

Женщина внушала страх, но она была одна, а мужчин много. Окружив ряженную, они набросились со всех сторон, надеясь с ней совладать. Бежать всё равно не куда, она перегородила путь, да и к тому же, пока достанешь карту-ключ. пока применишь, брюнетка ещё кого-нибудь убьёт… Но в своём выборе действий учёные ошиблись… Да разве их много? Их много, как считал они… Минус один,- погибший. Для неё, не считая Игоря Игнатьевича, жалких семь человек, ничтожное количество... Но светочи науки же не знали, что до них снизошла легенда.. Кто-то даже стул схватил намериваясь воспользоваться им… Предмет устремился на её голову сверху, но цели не достиг. Брюнетка в замысловатом движении молнией ускользнула в сторону, её меч пришёлся нападавшему по ногам. Сильное, ловкое, безжалостное движение срубило влёт обе конечности единым ударом, словно масло. Мужчина рухнул прежде, чем понял, что произошло, выронил стул… Только потом сознание залила острая боль, когда калека барахтался в луже собственной крови. В эту же лужу, прямо напротив лица упали его отрубленные ноги. Отчаяние и ужас. Крови становилось всё больше. Мучительно истекая, калека наблюдал, как грохнулось мёртвое тело его коллеги, подняв липке брызги, которые попали в лицо. Мир менял цвет, жесткого окрашиваясь в алый. Красный, красный, красный…. Красный! Дьяволица из преисподней! Роза Баккара умело провернула этакий фокус со скользким, липким и мокрым от крови полом. Каблуки, как оказалось женщине не для красоты и полноты образа нужны... Длинные, острые, девятисантиметровое шпильки… Далеко не для красоты! Для манёвренных, акробатических, да титанически сложных в плане физики движений. Бальный пируэт, удар одного ногой с разворота в спину с траекторией полёта на другого. Никто глазам не поверил, туфли казалось двигались сами, будто дрессированные пудели. Но, к сожалению, это не так. Тренированный убийца годами оттачивала эти акробатические техники и всегда только на высоких каблуках, что бы качать ноги. Оба учёных рухнули друг на друга и оба тела Роза Баккара насадила на свой меч, как поросят на вертел.

- "Да ну на хрен!", - во весь голос закричал кто-то, перепуганный до невозможности.

Пусть кричит… Пусть хоть все кричат… Всё равно их никто не услышит. Крикун бросился бежать, но не успел. Его голова слетела и покатилась чертополохом к ногам Игоря Игнатьевича. Старик сам не знал куда ему деться от страха. Дед упал на пятую точку, пополз назад и сжался между ножками столов, молясь Богу, что бы несущая сметь его не заметила и одновременно благодаря Бога за то, что Сашки тут нет и его названный сын не видит всей этой бесовщины… Аллилуйкин не знал о том , что женщина здесь из-за него, а кровавая ересь, которая сейчас происходит, происходит из-за того, что старый гений потряс умы человечества своими новыми достижениями в области науки.

- "Не верю… Такого не может быть…", - то и дело повторял себе под нос Игнатьевич.

Роза Баккара приняла другую стойку с оружием на раскинутых по разные стороны вытянутых руках. Танец теней делал своё дело… Брюнетка подпрыгнула, её тело перевернулось в воздухе, глазом моргнуть никто не успел, как вс плеч слетела ещё одна голова.

- "Матерь божья! Я не хочу умирать!", - заорал последний из ассистентов и в слезах кинулся к воротам. Поздно. Убийца швырнула свой меч и метко попала в спину. Мужчина почувствовал, как его что-то пронзило насквозь, опустил глаза… Из груди несчастного туда сюда, из стороны в сторону металось алое лезвие. Губы задрожали, как у рыбы, которую внезапно вытянули из воды и выбросили на берег. Учёный потерял сознание от шока. С мелочёвкой покончено, остался только Аллилуйкин Игорь Игнатьевич. Старикашка далеко уйти не мог, поискав глазами, мёртвый цветок нашёл свою цель. Испачканная кровью, белая маска повернулась в сторону деда. Убийца приближалась медленно, но уверенно. Стук каблуков эхом отдавался в ушах, нарастая… Бешено застучало старое сердце, в горле пересохло. Цок, цок, цок, цок. Этот звук казался оглушительным и невыносимым. Звучало так, что кругом шла голова, казалось шаги приближающейся смерти сравнимы со звоном колокола. Вот в голубых глазах отразились на удивление красивые, стройные, женские ножки в сетчатых чулках. Неземная красота прекрасной розы принадлежит чёрному цветку, до последнего лепестка утонувшему во мраке. Восхитительная грация, неподражаемая пластика, стержень и стать великолепны, но мертвы и красота эта мёртвая, пугающая, зловещая. Через прорези маски сложно было разглядеть глаза убийцы, но Аллилуйкин всё же заметил в них безразличие ко всему живому и пустоту.

- "Кто ты?…" - едва и смог спросить старец, на что прозвучал безликий голос:

- "В такую минуту, имеет ли значение для вас знать об этом?…"

Игорь не мог унять дрожь и страх. Конец холодной стали хищно упёрся ему в грудь, затем медленно стал прорезать одежду, да погружаться в плоть, в кости, в настрадавшееся сердце. Старый стиснул зубы, потом заметил, что его больше не чего не волнует, ни уходящая жизнь, ни наука, ни земные желания, ни земные тревоги... На смену насущной повседневности, стремленьям и мечтам пришла лёгкость. Опустились веки, мир исчез, погрузился во тьму.

Глава 5. Свидание.

Инна Романовна на сегодня взяла отгул. Ей так хотелось увидеть того необычного, рыжего, кучерявого учёного, что не возможно было устоять перед своими желаниями. Осеннее солнце светило ярко и нечто беды не предвещало… Молодая журналистка вышла из дома и шустрым, бодрым шагом устремилась вглубь дорог, домов и тротуаров. Пожухлая жёлтая, медная, да красна листва шуршала под ногами. А вот и лаборатория… Время переступило за полдень и приближалось к часу. Зелёная водолазка, простенький кулон в виде крылатого сердца,- серебро, красный жилет, зелёные джинсы в стиле милитари, в том же стиле сумка, тяжёлые берцы, тонкие, изумрудные часы, зелёный берет с белым пером с боку и с красной брошкой в виде сердца, - бижутерия. Александр Александрович поселился в голове Инны Романовны, заставляя бедняжку постоянно о нём думать. И всё таки что-то в этом мужчине такое, этакое есть!.. Боже, мечты, фантазии, в которых фигурирует он… Фантастика… Шатенка понять не могла, что её так влечёт, что манит, будто магнитом, к молодому учёному, но всё же это так интересно… Не успела девушка дойти, как внезапно со спины пулей подъехала машина. Дуновение ветра, одна мужская рука прикрыла Любопытиной рот, а вторая, обхватив за талию, резко утянула во внутрь салона. Корреспондентка пятой точкой плюхнулась к кому-то на колени. Знакомый голос властно потребовал:

- "Тихо, белка!"

Машина рванула с места. Мчалась, что было мочи, подальше от лаборатории. Взрыв. Тут же здание взлетело на воздух, разорвалось на кусочки. Взрывная волна толкнула автомобиль сзади, забросив в манёвр дрэг. Александр со своей спутницей вращалась волчком недолго… Парень ловко вырулил… Слишком ловко для очкастого батана... А за тем рыжий вообще провернул невероятный, потрясающий трюк с крутой тачкой. Сашка умело поднял спортивный кар на два колеса, заметив приближение опасности в зеркале заднего вида. Два осколка лаборатории неслись прямо на них и Лада Равен проскользнула между каменных глыб, словно угорь между акул. Вылетев на проезжую часть, машина нырнула под витой мост. Александрович, не сбавляя скорости, ловко дрифтовал и в конце концов затормозил у обочины. Профессионально затормозил! Будто и не был всю жизнь учёным, а был гонщиком.. Девушка прибывала в лёгком потрясении. Всё о чём могла думать маленькая журналистка, так это,- какой материал! Какой репортаж!

- "Да, я люблю лихачить…",- составив бровки домиком, извиняющимся тоном произнёс Самородкин. Любопытная мордашка Любопытиной выглянула из окна, сразу же после того, как девушка опустила стекло. Она несколько раз так выглядывала, затем звонко защебетала, ёрзая на коленях, как уж на сковородке:

- "Ни фига себе! Ни чего себе! Это… Это… Невероятно! Просто невероятно! Вы видели?… Видели?… Лаборатория… Лаборатория… Она… Она… Разлетелась на кусочки… На кусочки! А вы?… Вы?… То, что вы сделали… Вы просто невероятный! Потрясающий! Александр Александрович, вы же только что спасли… Вы спасли мою жизнь… Какой материал! Какой репортаж!"