Как я стал управляющим системного отеля в мире вечного хаоса

Передние дни тоже перекосило в кузове так, что они просто не открывались, поэтому пришлось залезать через багажник — он-то остался в порядке. Оказавшись в машине, в относительной безопасности, я первым делом пролез на водительское место и попытался завести двигатель. Не с первой попытки, не без проблем, но он всё-таки завёлся, хотя и звучал так, словно болен пневмонией и ревматизмом одновременно. Я достаточно долго слушал его звук, чтобы знать, каким он должен быть в норме, и сейчас он явно был не в норме. Постоянно слышались пропуски тактов и нехороший скрежет, который мог значить только одно — двигатель долго так не протянет. И контрольные лампы на приборной панели непрозрачно намекали на это тоже.

Следом я проверил винтовку, и с сожалением констатировал то, что и так было если не очевидно, то крайне вероятно — оптическому прицелу хана. Коллиматор уцелел, он маленький, а вот линзы оптики от удара пошли трещинами, и дорогущий прицельный комплекс буквально превратился в тыкву. Его даже нет смысла оставлять на винтовке — сейчас он превратился тупо в кирпич, который только утяжеляет оружие и делает его менее удобным, — поэтому я сразу же отстегнул его и убрал в сумку. На случай, если вдруг найдётся возможность привести его в нормальный вид.

Ну вдруг.

Получается, я почти лишился транспорта и совсем лишился своего основного оружия — того, которое сам выбрал для выполнения задачи. Тогда ещё я не знал, с чем придётся столкнуться, а даже если бы и знал — что бы я сделал? Поехал бы сюда на «Тюльпане»? Так всё равно нет никакой уверенности, что это чем-то помогло бы против Малика. Даже если обрушить на него весь торговый центр «Океан», где гарантия того, что он банально не выпрыгнет в ближайшее окно, зная, что синий щит защитит его от смерти при падении? Это крабу некуда деваться было от кирпичей, а с Маликом всё не так просто.

Ладно… Лишиться оружия это ещё не беда, даже на такие случаи есть официальные протоколы. А у меня, кроме официальных протоколов, есть ещё и карта случайного оружия, так что рано грустить. Оружие ушло — оружие пришло, и надо посмотреть, что именно там ко мне пришло.

Я залез в инвентарь, достал карту случайного оружия, которая выглядела точно так же, как карта случайного навыка, только голографическая метка на нём выглядела иначе — не разрезанный в одном месте круг, а две перекрещенных прямых, почти крест, только косой, с лучами разной длины, — и активировал её.

Внешне это выглядело точно так же, как открытие коробки, ничего нового, а результатом стал…

Нож.

Небольшой, общей длиной в локоть, нож, чем-то напоминающий японский кунай. Такая же простая форма острого плоского шипа, такое же кольцо на рукояти. Никаких накладок для удобного удержания, или хотя бы даже обмотки — голый металл… Или что там за материал, из которого он исполнен? Вряд ли металл, потому что на металле не может быть таких продольных светящихся линий, будто при отливке клинка в него поместили тонкую светодиодную ленту.

Очередная не смешная шутка от системы. Пообещать оружие, а дать нож. Инструмент, а не оружие, да ещё и такой странный, который даже в качестве инструмента не используешь! Рукояти нет — руку намнёшь моментально, через секунду после того, как начнёшь что-то резать. Клинок толстый, как рельс — резать ничего не будет, будет раскалывать, как колун. Короче, это даже как инструмент невозможно нормально использовать!

Наверное, я чего-то не понимаю…

Скорее для собственного успокоения, нежели в надежде, что что-то принципиально поменяется, я поместил нож в инвентарь и вызвал его описание.

Проходчик

Владелец: Клик

Качество: Редкий

Состояние: 100\100

Вес: 1

Бронепробитие: 15

Тип: Активный

Навык: Когда Проходчик не в руке владельца, владельцу становится доступен навык «Перемещение». Активация этого навыка перенесёт его к Проходчику, если рядом достаточно места. Перезарядка навыка — 20 секунд.

Беру назад свои слова про бесполезный инструмент. Охренительно полезный инструмент, если всё, что тут написано — правда! И теперь даже странная и непривычная форма ножа получила своё объяснение — он же метательный! Поэтому и рукоять плоская и невзрачная, и сам он в сечении ромб напоминает — чтобы не сломаться, если попадёт куда-то не туда. А к кольцу в рукояти можно привязать короткую верёвку, за которую можно будет метать его даже не имея соответствующих навыков — просто крутанул на верёвке и выпустил в свободный полёт. А если вместо верёвки взять яркий платок, то ещё и будет видно, куда именно полетел нож, и куда ты переместишься, если используешь активный навык.

Я аккуратно положил нож на пассажирское сиденье, и, как только оторвал от него руку, на левом безымянном пальце появилась новая метка — схематичный, но легко узнаваемый Проходчик, заключенный в круг.

Тогда я взял нож в руку снова (отметка умения тут же пропала) и кинул его вперёд, прямо через выбитое лобовое стекло. Дождался, когда нож скроется за срезом капота, и активировал снова ставший активным навык.

Мгновение лёгкого замешательства, как будто я только что слез с очень быстрых американских горок, — и я уже нахожусь не в машине, а перед ней. Всё так же в сидячем положении, вот только автомобильного кресла подо мной больше нет.

Я взмахнул руками, каким-то чудом удержал равновесие и не упал, и только сейчас заметил, что Проходчик-то снова у меня в руке! То есть, я не просто перенёсся к нему, это скорее он перенёс меня к себе, да ещё и оказавшись точно в руке при этом. Удобно, ничего не скажешь!

Хотя как оружие, конечно, он всё ещё — полный отстой. Им не резать нельзя, ни колоть — никакой гарды нет, и ничего не защищает пальцы от соскальзывания на клинок.

А ещё хрен поймёшь, как его носить. Никаких ножен в комплекте нет, а просто в карман или за пояс не сунешь — кончик-то острый. Конечно, Проходчик отлично складывается в инвентарь, но пока ещё его оттуда достанешь — половина вечности пройдёт.

Да ещё эта тема с бронепробитием — пятнадцать это много или мало? Если брать за абсолют сотню то получается, что мало, а если например пятьдесят — то уже не настолько.

Ладно, пока что оставлю Проходчик просто дополнительным способом перемещаться, наряду с крюком-кошкой. Оружия у меня на данный момент достаточно, даже при условии, что прицел на винтовке приказал долго жить.

Я убрал нож обратно в инвентарь и взялся за коробку, которую оставил после себя краб-мимик. Синий цвет намекал на то, что это не самый обычный трофей — не такой редкий, как фиолетовая, полученная от незнакомки, но всяко лучше простых серых, что падали из скрайтов.

И да — добыча из коробки оказалась более чем богатой! Две пластины тёмно-фиолетового, почти чёрного, цвета, на ощупь шершавые, но блестящие при этом как металл, опознались как «Хитекс», и, конечно же, относились к неизвестным материалам. Кроме этого, нашёлся узел, завязанный из стопки коротких белых строп, очень напоминающих те, что держали паллету с кирпичами — я даже сначала решил, что это они и есть, но система определила это как «Лигатум».

А самое интересное — большой, с кулак размером, кусок мягкого, но не сочащегося, мяса, живо напоминающего огромную крабовую палочку. Так и написано — «мясо мимика, ингредиент неизвестного назначения».

Мясо и выглядело и пахло как уже готовое, но есть его я, конечно же, не стал — не настолько оголодал ещё, да и в машине имелся какой-никакой запас еды, пару дней протянуть вполне хватит.

А вот сколько протянет сама машина — вот это прямо вопрос всех вопросов. Как только я закончил с перебором трофеев, двигатель, будто только того и ждал, зачихал и заглох, и завёлся снова только с третьего раза. При этом на приборной панели загорелись разом все контрольные лампы, даже те, что не имеют отношения к двигателю — видимо, электронике стало совсем плохо. Да и в целом машине крайне плохо — у неё даже передние колёса лопнули от мощного удара мимика, и держались только за счёт того, что были рассчитаны на подобное. Правда двигаться быстрее тридцати километров в час мне теперь не светит, но с учётом состояния двигателя — и не получится.

Так, а если…

Я достал из инвентаря реактиватор и покрутил его в руках. Если эта штука нужна для реактивации чего-то, то, может, она мне и машину реактивирует? Не зря же у системы такая фиксация на транспорте, что она аж достижения выдаёт, связанные с ним?

Увы, нет. Если реактиватор и предназначен для транспорта, то не для моего. Куда я ни прикладывал этот диковинный гаечный ключ, результата так и не дождался. Ни внутри машины, ни снаружи. Ничего не происходило, ключ не светился, не приходил в движение, и даже описание его не менялось, он так и остался «неизвестным».

За десять минут, что я прыгал вокруг машины, пытаясь придумать, куда я ещё ей не совал этот ключ, звук работы двигателя снова поменялся, и снова — в худшую сторону. Если так продолжится и дальше, то он просто заглохнет, и никогда уже не заведётся, поэтому я плюнул на эксперименты, сел обратно за руль и медленно, крадучись, поехал в сторону отеля, не забывая внимательно смотреть по сторонам.

Сказать, что броневик едва ехал — ничего не сказать. Даже тридцать километров в час, на которые были рассчитаны спущенные покрышки, для меня оставались недостижимым результатом — двигатель просто не тянул. Ревел, как раненый бизон, пыхтел, и едва тащил многотонный броневик, создавая больше шума, чем тяги. Я даже задумался, что он больше привлекает ко мне внимание, чем приносит пользу…

А джип только этого и ждал будто бы. Словно прочитав мои мысли и обидевшись на такое предательство, двигатель резко застучал, как будто в нём поселился гном с отбойным молотком и ненавистью ко всем соседям сразу. Машина задёргалась, как в припадке, и я едва успел свернуть в ближайший проулок, чтобы не оставаться на широкой пустой улице, а потом под капотом что-то особенно громко ударило и джип встал окончательно. Из широких щелей потянуло густым чёрным дымом, что окончательно подтвердило — пациент скорее мёртв, чем жив.

И всё равно я первым делом, как только выбрался из машины (через багажник, конечно же, так же как и залезал), вылил в щель под капотом полный баллон огнетушителя, и только после этого начал думать, что делать дальше.

По большому счёту, до отеля я не доехал всего-то пару кварталов. Можно и пешком дойти, тем более, что вариант потери транспорта тоже вполне укладывается в стандартные протоколы. Всё, что мне нужно, я могу унести с собой, а если понадобится — то и систему самоуничтожения в машине могу активировать, чтобы не оставлять следов, она там автономная. Но пока что я этого делать не буду — вдруг получится потом её починить? Если не человеческими методами, то системным — чем чёрт не шутит? Она уже показала, что способна на всякие чудеса, так почему бы этому чуду не оказаться среди них?

Узенький переулок, в который я успел свернуть прежде, чем двигатель окончательно стух, не назовёшь хорошим укрытием, но машина хотя бы не на виду. А спрятать её получше банально нет возможности — она слишком тяжёлася, её даже толкать не получится. Не говоря уже о том, что передние двери намертво заклинило, так что открыть их, чтобы рулить и толкать одновременно не выйдет тоже.

Поэтому я не торопясь, чтобы ничего не забыть, вынул из неё всё снаряжение, и развесил на себе, ёлочные игрушки — на ёлке. На одно плечо — чехол с винтовкой, на другое — небольшой однолямочный тактический рюкзак. А основная масса нужностей обитала в огромном чемодане на колёсиках, который по пулестойкости вполне мог посоперничать с дверью джипа, и в случае чего вполне мог стать укрытием от плотного огня. А ещё он был оснащён электронным замком, который просто невозможно вскрыть, если не знать алгоритма, по которому на нём каждые три часа меняется код, что полностью гарантировало, что кроме меня этот чемодан никто и никогда не откроет.

Покончив со сборами, я бросил последний взгляд на броневик, закрыл багажную дверь, просто, чтобы не привлекать внимания, развернулся, взял чемодан за ручку и пошёл в сторону отеля.

В конце концов, моё задание никто не отменял.

Глава 11

В глубине души я ожидал, что путь до отеля не окажется простым, даже несмотря на то, что тут идти всего два квартала — десять минут, считай, даже с большим и тяжёлым чемоданом. В памяти всё ещё свежи были воспоминания о том, как краб-мимик вылез из-под земли, о том, как полиморф появился буквально из ниоткуда, за двадцать секунд преодолев добрых полтысячи метров, как дракон вылетел из-за домов, неслышный и незаметный до тех пор, пока его не увидишь глазами…

И это только те твари, о существовании которых я уже знаю. А сколько таких, о которых я и понятия не имею — вопрос, на который у меня нет ответа. После краба-мимика я начал присматриваться ко всем подозрительно выглядящим местам, будь то согнутая под прямым углом скамейка на открытой автобусной остановке, или же скрученный в спираль фонарный столб, из-за чего он стал высотой мне по пояс, и теперь его лампа светила не сверху-вниз, а параллельно асфальту.

Да, пока я мотался по городу, воевал с тварями, и набивал уровни, на город успели опуститься сумерки. Ещё не полная тьма, но уже то время, когда автоматические уличные фонари решают, что пора, и включаются. Это, кстати, хороший знак ещё и потому, что даёт ответ на вопрос, который давно уже крутится у меня в голове, но ответить на который ещё не выпала возможность — а если ли в городе электричество? Теперь я знаю, что да, есть. Однако, вряд ли это продлится долго. В условиях, когда на улицах ни души, трудно представить себе, что на ГЭС (а этот город снабжается именно ГЭС, стоящей на плотине неподалёку, я это выяснял на брифинге) рабочие исправно и посменно трудятся, чтобы обеспечить нужную выработку. Скорее всего, там тоже никого нет, а если кто-то и есть — то буквально кучка выживших, которые если и умеют обслуживать станцию, то вряд ли занимаются этим прямо сейчас. Когда у них есть более важные и насущные дела — выжить.

А если вспомнить, что город в таком режиме уже почти неделю, то становится очевидно, что дальше будет только хуже. Станция без контроля пойдёт вразнос, и не сегодня, так завтра электричество кончится.

В общем, я не то чтобы крался по улицам, пугаясь каждой тени, но и не вышагивал в полный рост тоже, напевая песни и всячески заявляя о своём присутствии. Подозрительные места я обходил стороной, предпочитая потратить пять минут времени, нежели ногу, а один раз даже попытался срезать путь через забор с помощью Проходчика… Но вот беда — нож почему-то отказался переносить мой чемодан. Всё, что было на мне, перенёс, а вот чемодан, видимо, счёл отдельным предметом и оставил его по ту сторону. Пришлось перелезать обратно, чуть не порвав одежду, и попробовать ещё раз, подняв тяжеленный чемодан на руки.

И снова ни хрена. Проходчик опять оставил чемодан на той стороне, и я даже услышал, как он гулко упал на асфальт, лишившись поддержки в виде моих рук. В общем, понятно — нож отказывается считать чемодан за своего, так что пришлось идти в обход забора.

В сумме путь занял у меня минут двадцать, и за это время я даже один раз останавился. На освещённой стене дома передо мной мелькнула пара каких-то размытых теней, явно показывая, что впереди кто-то есть. При этом не раздалось ни единого звука, как будто виновниками тревоги была парочка сов, которые, как известно, летают бесшумно, но я всё равно остановился, присел, понижая силуэт, и достал из потайной кобуры пистолет, приготовившись открыть огонь в случае чего. Добрых пять минут я сидел в такой позе, присматриваясь и прислушиваясь к окружению, но, так ничего и не обнаружив, принял решение продолжать путь.

Пистолет, однако, я убирать обратно в кобуру не стал. Так и шёл, одной рукой держа ручку чемодана, а второй — рукоять пистолета, пока не дошёл до отеля.

Отелю «Пельтье» досталось точно так же, как досталось всем остальным зданиям в этом городе. Ну, может, слегка поменьше, но всё равно досталось. В стенах тут и там виднелись выбоины от пуль и длинные царапины от осколков (Или когтей? Или зубов?), и почти все лампы на фасаде были разбиты. Тяжёлые деревянные двери щерились длинными острыми щепками, явно вырванными чьими-то когтями, а мраморные ступеньки, ведущий к ним, были выкрошены и сколоты местами, словно по ним сверху-вниз катали шары для боулинга.

И, конечно же, возле отеля стояло множество машин. Уничтоженных, само собой. Какие-то напрочь сгорели, у каких-то шины были порваны в клочья, а одна даже сплющена в металлическую лепешку, будто сюда автомобильный пресс успеть ненадолго забежать.

Но что интересно — несмотря на всё это, в окнах отеля горел свет! Не во всех, конечно, я бы даже сказал, мало в каких — я всего пять насчитал, — но это всё равно отличные новости! По пути сюда я видел немало светящихся окон, в некоторых даже силуэты людей двигались, явно показывая, что там кто-то живёт… А значит и в отеле кто-то есть тоже. И остаётся только надеяться, что среди выживших есть и нужный мне человек.

Дверь подалась на удивление легко, хотя я ожидал, что она будет намертво заперта. Я слегка приоткрыл её, и заглянул в щель, изучая всё, что оказалось видно. Разумная предосторожность, ведь я не знаю, кто там на самом деле сейчас обитает… А вдруг не просто обычные выжившие, а какие-нибудь лихие бандиты или вовсе — каннибалы-сектанты?

Однако, моему взгляду открылось вполне себе обычное лобби отеля — примерно такое же, как в десятках других отелей, в которых мне довелось побывать за время работы на Управление. Пол и стены, выложенные мрамором, колонны, подпирающие потолок, несколько диванчиком и столиков, и длинная стойка ресепшена прямо напротив двери. Конечно, выглядело всё это далеко от идеала — колонны давно потеряли свою белоснежность, мраморная плитка где сколота, а где и вовсе отсутствует целыми квадратами, а у одного столика отсутствует одна из ножек, — но всё равно отель выглядел достаточно прилично. Особенно по сравнению с тем, что творится снаружи.

Вот только что странно — в лобби никого нет. Вообще ни единой живой души. И дверь нараспашку. Ну ладно, не нараспашку, но и не закрыта, чего следовало бы ожидать в нашей ситуации.

На улице тем временем становилось всё темнее, поэтому я, так и не заметив ничего подозрительного, зашёл в отель. Закрыл за собой дверь, поискал какой-нибудь способ запереть её, но увы — никаких засовов или хотя бы даже шпингалетов тут не было. Только замочная скважина, в которой не было ключа… Или вернее был, только обломанный напрочь заподлицо с накладкой.

Нет, так дело не пойдёт. Не знаю как местным аборигенам, а мне совсем не нравится идея, что следом за мной сюда войдёт какая-нибудь тварь.

Я подошёл к покосившемуся столику без одной ноги, приподнял его, поставил на угол, примерился и с силой ударил ногой сверху-вниз, прямо по одной из оставшихся ножек!

Раздался громкий хруст, ножка покосилась. Ещё удар — и она отломилась от столика и закачалась на паре тонких щепок. Я взялся рукой, доломал, опустил столик на пол, вернулся к двери, и вставил отломанную ножку между ручками двух половинок двери — так, чтобы она заблокировала их на манер засова. Дёрнул несколько раз, проверяя, плотно ли сидит, и остался доволен — теперь их точно никто не откроет. По крайней мере, снаружи.

— Что там за грохот?! — внезапно раздалось недовольным голосом со стороны стойки ресепшена. — Сорока, опять ты что-то ломаешь?!

Я развернулся, засовывая руки в карманы брюк. Правый карман не простой — спроектирован и сшит так, чтобы в случае необходимости служить кобурой, и именно в него я сунул пистолет ещё когда только выдвигался в путь от джипа. В случае чего, уйду вправо за колонну, достану из инвентаря Проходчик, кину его влево, за другую колонну, и перенесусь к нему. И, пока противник будет ожидать меня в одном месте, отработаю его совершенно с другой позиции.

Однако, появившийся в лобби мужчина не выглядел как противник. Даже просто опасным — не выглядел. Лет тридцати, высокий и сухой, как рогоз на речке, он стоял за стойкой, держа в руке огромный трехэтажный бутерброд, и смотрел на меня так, словно я — барабашка, который на протяжении всей жизни воровал у него то игрушки, то носки, то ключи от машины.

— Привет. — я кивнул, и непринуждённым неторопливым шагом, помахивая левой рукой, подошёл к стойке. — У вас дверь была не заперта. Пришлось слегка попортить столик, чтобы это исправить.

— При… вет. — нерешительно произнёс мужчина, опуская бутерброд под стойку, как будто боялся, что я его начну ругать за то, что он опустошил холодильник. — А ты… вы… кто?

— Спокойно, я не доставлю проблем. — широко улыбнулся я, подходя ближе. — Я ищу одного своего знакомого. Есть мнение, что он может быть тут, в отеле.

— Тут, в отеле? — с сомнением в голосе повторил мужчина. — Знакомый?

А потом его взгляд резко изменился. Он как будто, поняв, что я действительно не собираюсь устраивать погром, переключился в совсем другой режим — режим ретнгена. Его взгляд резко стал внимательным и острым, он быстро просканировал меня с головы до ног, бросил взгляд на оставленный у входа чемодан, и оглядел и его тоже. И, судя по всему, увиденное ему понравилось, потому что глаза его подозрительно заблестели, а гуды тронула едва заметная улыбка.

— А что за знакомый? — невинным голосом, совсем не похожим на тот, которым он начинал разговор, спросил мужчина. — Как зовут?

Подозрительный тип, однозначно. Скользкий, как лягушка в пруду. Глазки так и блестят, и нет-нет, да и стрельнут на чемодан.

— Михаил Портнов. Он тут работает… В смысле, работал. До того, как всё это закрутилось. Если он ещё жив, если он ещё тут, мне надо с ним поговорить.

— Михаил Портнов, Михаил Портнов… — забормотал мужчина, подняв глаза к потолку. — Кажется, есть такой, да! Или тот Попов? Нет, точно Портнов, я ещё тогда подумал, что похоже на Портоса, ну, из «Трёх мушкетёров»!

Он широко улыбнулся, и я тоже выдавил из себя некое подобие улыбки. Шутка была так себе, как и вся речь рогоза в целом. Он сказал всё это чуть быстрее, чем следовало бы, из-за чего мои сомнения в его честности только усилились.

— К сожалению, он сейчас не может подойти, увы. — рогоз развёл руками. — Прямо сейчас его здесь нет. Он вернётся только утром.

— Вернётся откуда? — уточнил я.

— Из… — рогоз замялся. — Как бы вам сказать… Спасательной экспедиции, если это можно так назвать. К нам пришла женщина, у которой обвалился дом — ну, сами понимаете, вокруг чертовщина творится, всё рушится. У неё придавило мужа, и она пришла просить о помощи. Миша и ещё несколько мужчин согласились ей помочь, и выдвинулись, ещё в полдень. Сказали, что если не обернутся до вечера, то вернутся уже утром, чтобы ночью не бродить по опасному городу. В общем… Судя по всему, там они и остались. Уже слишком поздно, чтобы они вернулись сейчас.

— Позвонить никак?

— Связи нет. Как с первого дня, как всё это началось, отвалилась, так больше и не появлялась. Смартфоны теперь разве что как фонарики могут работать.

Рогоз заискивающе улыбнулся и развёл руками, показывая, что он тут ничего поделать не может. И действительно, если мой связной реально куда-то ушёл — с этим ничего не поделать. И насчёт телефонов тоже звучит правдоподобно — в отличие, от ГЭС, спроектированных с пятикратным запасом прочности, оборудование телефонных компаний вряд ли способно работать само по себе, без участия людей. К тому же, нельзя забывать про то, что мой дрон отказывается летать на половине территории города, а значит, ещё и помехи какие-то присутствуют неизвестного характера.

Короче, есть только один способ проверить, действительно ли рогоз говорит правду — дождаться утра. И, будь у меня целая машина, пусть даже не на ходу, я бы прямо в ней и заночевал, а утром вернулся сюда с попыткой номер два. Но моя машина, увы, далека от понятия «целая», и, если мне сейчас скажут, что в ней уже свила гнездо какая-нибудь тварь, забравшись через высыпавшиеся стёкла, я вообще не удивлюсь. Даже наоборот — спрошу, почему так долго.

И вот тут-то рогоз и выдал то, что заставило присмотреться к нему заново, да повнимательнее:

— Не желаете остаться у нас на ночь, пока Михаил не вернётся? На улице темно и опасно, сами понимаете… Мы просто не простим себя, если выгоним в такой кошмар человека, да ещё и знакомого одного из наших людей!

А ведь он даже не спросил, насколько именно я знакомый Михаила и что нас связывает. Могло же запросто оказаться, что я не желаю на самом деле ничего хорошего этому человеку, а даже наоборот — хочу его… не знаю, ограбить или даже убить.

Да и вообще его радушие крайне подозрительно. Люди всякие бывают, не спорю, но чтобы вот так запросто приглашать в своё убежище, на свою базу, совершенно незнакомого человека только лишь потому, что он якобы знакомый одного из тех, кто тут живёт… Крайне подозрительно. Крайне.