Вторая попытка жить

– Хм… Логично. Узнать бы ещё, чем такой сигнал получится глушить…

– Ой, вот фольги тут точно не хватит. – Она мотнула головой. – А тут даже фольги не найдёшь. Да и с корабля сбежать совсем уж невероятно. Или с малой станции. Так что придётся нам притихнуть и слушаться.

– Вот ещё, – скривилась Ева. – Обойдутся.

Соседка посмотрела на неё печально.

– Они умеют заставлять. Опыт у них знаешь какой! Но даже если ты всё сможешь выдержать и не сдашься, они и это ловко используют. Всем девчонкам покажут, как ты мучаешься, и те притихнут. Все. Вот так оно и происходит. – И, вздохнув, улеглась на грубой лежанке поудобнее.

Ева задумалась.

– Мда… Дело говоришь… Тебя зовут-то как?

– Жунджи.

– Очим. Ты из Сферы бестий?

– Предки моих родителей там родились. А потом перебрались на одну из периферийных станций Околицы. Самые задворки державы, такая дыра… Но там был шанс заработать. Вот так на этом шансе пять поколений моих родных и застряли.

– Не вышло?

Девушка хмыкнула.

– Сама видишь. Попалась бы я иначе, да ещё и во второй раз.

И тяжело вздохнула.

«Ну да, – подумала Ева. – Обычное дело. Бандитам куда проще забирать в качестве товара завербованных на работу молодых мужчин и женщин, чем перехватывать лайнеры или увозить людей с планет. Завербованные до последнего не поднимают шума, считая, что всё идёт по плану, и их всегда можно удобно перехватить. И искать их начинают с запозданием… А ещё проще самим вербовать, предлагая «вкусные», но несуществующие вакансии».

Эти соображения крутились у неё в голове, но лишь на фоне, потому что пока ей следовало думать о личном спасении. Конечно, если она увидит возможность, то обязательно прихватит с собой и Жун. И любую другую из девушек, которая рискнёт к ним присоединиться.

Принципиально.

Но ей как-то не особенно верилось, что кто-то ещё очертя голову рванётся из сетей. Такая отчаянная смелость и решимость свойственна малому числу женщин и мужчин, привыкших к размеренной трудовой жизни в подчинении мощи государства. Когда её сменяет сторонняя сила, они теряются. Да, осознают, что бандиты – не государство, но решимости так быстро перестроить себя и всю свою жизнь в душе не находят. И требовать от них подобного героизма не стоит.

Да, даже самые расслабленные и мягкотелые могут в итоге взбрыкнуть. Но до такого состояния их предстоит доводить очень долго, и не факт, что каждый предпочтёт бунт, а не тихую смерть. Да и вспышка у слабых получается бесконтрольной – они не рвутся к конкретной цели, они просто буйствуют. Толку от подобного наскока выходит исчезающе мало. При этом последствия бывают ужасные.

По-настоящему ужасные.

Спустя несколько дней Еву выдернули из камеры и потащили коридорами в какую-то другую клетку. И там по другую сторону решётки уже ждали несколько человек. Одного из них она, кстати, видела – бестия, который разбирался с полковником и в итоге убил его. Бандит из высшего слоя, может отдавать приказы. Она могла бы определить его принадлежность, даже оставаясь заблокированной. Но по ходу не стоит торопиться. Пока – наблюдаем и молчим. И слушаем… Других вообще видела впервые.

И сперва подумала было, что её демонстрируют покупателю. Но потом разглядела, что тот, кому её показывают, схвачен с обеих сторон и выглядит потрёпанным. Ну не обращаются так с покупателями. А ещё бросился в глаза его злой и вместе с тем растерянный взгляд.

Пришлось быстренько соображать. Между прочим, это определённо бестия, то есть не уроженец Высокой империи, который может вдруг оказаться посвящён в тайну её прошлой жизни и потому быть в ней заинтересован. Нет, он именно из Сферы бестий. Но не из драконов и уж точно не из её рода. Кстати, похоже, ламия, черты лица у них характерные. И знакомы они раньше не были, уж точно. Вместе не служили. И не наёмник он, определённо. Но боец. Уж собрата-военнослужащего она узнает с первого взгляда. Причём он явно офицер не из младших. Явно старший.

И в таком плачевном положении? Странно…

Однако её всё же намерены были ему продемонстрировать со всех сторон. Это она поняла быстро и взбесилась. Сейчас я вам тут продемонстрирую, уродам. Всё продемонстрирую. Заодно и прощупаю, что к чему. В схватку с надсмотрщиком она вступила совсем не потому, что рассчитывала отбиться (уж не в этих обстоятельствах, очевидно). И не потому, что надеялась сбежать (сейчас – без вариантов). Она хотела посмотреть на реакцию. То, как именно её станут «успокаивать», что ещё помимо того сделают и как отреагирует непонятный пленный офицер, так болезненно следивший за каждым её движением – это важно. О многом скажет.

О чём именно – она пока не знала. Но вполне можно набрать информацию, а потом уже её проанализировать – пока она будет отлёживаться после побоев.

Впрочем, серьёзно и напоказ бить её почему-то не стали. Лишь скрутили, встряхнули, раздели, а потом растянули на решётке клетки, словно бы наглядно демонстрируя… А, нет, не только демонстрируя. Ещё и её кровь понадобилась. «Это вдруг зачем? – мысленно удивилась Ева, пытаясь пошевелить запястьями в болезненной хватке цепи. Увы, на этот раз затянули основательно, не удастся вытянуть кисть, даже повредив кожу. Разве что кости сломать, но такое уже будет чересчур. – Даже если для ДНК-анализа, так он всё равно покажет Очим из драконов, а не Еву Сверад. Бред какой-то…»

Офицера, которому устроили просмотр, куда-то уволокли. Бестия, распоряжавшийся тут, проводил его взглядом, а потом посмотрел и на Еву. Жестом показал, чтоб сдвинули решётку. Подошёл к прикованной пленнице ленивым шагом, оглядел её с ног до головы… «На нервы давит, – поняла она. – Ну давай, давай…» Но усмехаться всё же не стала. Так-то провоцировать лишний раз попросту глупо.

Впрочем, крепкая пощёчина всё равно последовала. Девушка ударилась затылком о решётку и ненадолго прикрыла глаза. Подумаешь, побои. Ерунда. Она потерпит. Куда важнее разобраться в том, что вокруг творится. А дальше просчитать собственные действия.

– А может, и хорошо, что ты продемонстрировала свою норовистость, – задумчиво произнёс Грифон. – Кому нужны тряпки. Баба должна быть с огоньком, такие стоят дороже.

– Так-то не потребует особого труда прогнать её через нашу программу, – сказал надсмотрщик, потирая шею, по которой ему от Евы тоже прилетело. – Будет шёлковая, но с огоньком в постели. То, что и требуется большинству покупателей.

– Не стоит пока. Пусть дёргается, пусть фыркает. Может, мы сможем это с выгодой использовать. – Бестия хмыкнул и провёл пальцем по её груди. – Думаешь, ламия так просто сдастся? Не-ет. Он – упрямая сволочь. Так что, вероятно, его девка ещё пройдёт и через соответствующее заведение, и через рудник. А там обломают дуру и без нашего участия. – Взял Еву за подбородок и вгляделся ей в глаза, словно пытаясь прочесть, как она отреагировала на его слова. Но девушка ни реагировать не собиралась, ни показывать это. – А пока стоит последить, чтоб она не издохла. Пригодится живой.

– Нам бы убраться из этого сегмента космоса, – подсказал боец со смартом. – Ведь шансы вычислить нас у них есть. Небольшие, но ведь остаются.

– Как и найти нашу станцию. А куда ещё ты предлагаешь нам откочевать? Товар ещё не весь забран, рано формировать партию.

– Можем сдвинуться к Диску. У нас давно договорённость с Кафарами, они обещали прикрыть за хороший куш. А куши мы им скидывали уже не раз. Так пора бы стребовать должок.

– Можно попробовать, – помедлив, согласился его собеседник.

Ева, опустив голову, из-под ресниц следила за ним и слушала. Мало ли, пригодится, хоть пока и неясно, для чего. Этот, со смартом, явно простой человек. И надсмотрщики тоже люди, не бестии. Но всё-таки, если послушать их говор да припомнить особенности разных народов Сферы бестий, может, что в голове и сложится.

Опять же – Диск. Здесь, если учитывать упоминание банды Кафаров, скорее всего речь идёт о мафиозном сообществе, которое держит под своим контролем значительную часть обитаемого космоса. Внушительная сила, между прочим. Неудивительно, что её покровительством пользуются эти работорговцы. Собственно, они и не могли бы промышлять, не имея такой веской «крыши». Полулегальные банды, объединённые в Диск, не потерпели бы сколько-нибудь крупную конкуренцию на своей территории.

И всё это стоило запомнить. Мало ли, вдруг когда-нибудь информация пригодится. Если не ей самой, так кому-то ещё…

Сокровенное

Кавторанг Хидан фир Ламия

Он приходил в себя болезненно и медленно, но, ещё не вернувшись полностью в сознание, уже худо-бедно воспринимал голоса вокруг. И эти голоса определённо не принадлежали врагу. И обсуждали, по идее, вполне привычные вопросы.

– Может, его в реанимаконтур?

– Да, думаю, ни к чему. И так обойдётся…

– Но вообще-то интересно, когда уже твоё общеукрепляющее начнёт действовать.

– Полагаю, как только последнее исследование подтвердит, что я его правильно подобрал.

– Кхм… А ты всегда сперва проводишь терапию, а потом уже проверяешь, годится она или нет?

– Разумеется, чему ещё меня в медвузе могли учить!

– Слушай, я ведь серьёзно. Мы его не угробим вообще?

– Разумеется, нет. – Теперь это звучало раздражённо. – Вспоминай: состояние пациента после полустазиса малой и умеренной длительности в целом стабилизируется одним и тем же способом. Просто есть приёмы, которые заметно ускоряют течение адаптации и быстрее позволяют организму вернуться к нормальному протеканию биологических процессов.

– Проще было бы засунуть его в капсулу…

– Но тогда кораблю придётся заметно снизить скорость, ты же знаешь, насколько форсаж влияет на аппаратуру.

– Знаю…

– Не надо снижать, – с трудом выдавил из себя Хидан. Он пока не мог открыть глаз, но голос уже начал повиноваться. Вот и хорошо.

– О, смотри-ка, ожил!.. Как вы, кап-два?

– Живой. Где я?

– Авизо «Розблеск». Один из императорских курьеров.

– Как я здесь… оказался?

– Ох, чтимый, долгая история. Вы пока приходите в себя, сейчас перегрузим вас в капсулу.

– Нет, говорите сейчас! – Фир попытался пошевелиться, но фельдшер тут же кинулся его прижимать к кушетке, а потом и врач присоединился. – Это, бес его подери, важно!

– Ладно, ладно. Только лежите, кап-два, не надо ёрзать, а то сознание уплывёт. Ваши похитители собирались доставить вас на тот же авизо, с которого украли, но наши до него добрались раньше, сигнал тревоги, разумеется, не был проигнорирован. В итоге негодяев взяли с поличным, а вас сразу переправили на «Розблеск». Здесь медицинские системы лучше.

– А эти где?

– Ну как же… Тоже тут, но в глубоком стазисе. Никто им и грёбаного шанса не оставит. Пусть лучше допросом занимаются специалисты. А наша задача – вас привести в порядок… В порядок, кап-два, не надо тут скакать! Лежите спокойно!

– Да я ж просто…

– Ежели вам чего надо, так вы словами скажите. Пить, или есть, или по нужде – это пожалуйста, мой помощник вполне справится. Лежите и не нервируйте врача, у меня и так нервы на последнем синапсе болтаются.

Хидан в ответ закатил глаза и позволил переместить себя в медицинскую капсулу, которая почти сразу загудела, запуская диагностику. Отчёт побежал столбиком цифр и терминов на боковом стекле, если б фир хотел, он мог бы прочесть, но какой смысл – он всё равно мало что понимал во всей этой медицинской ерунде. Так, был обучен принципам оказания первой помощи, да и то с использованием приспособлений, имевшихся почти у каждого штурмовика под рукой.

Его куда больше заботила та таинственная девушка, которую он увидел в плену. Незнакомка, вот уж точно. С драконами он на родине почти не контактировал, а те, с которыми общался, были по большей части из Чёрного или Алого Гнездовищ. И всё же… Нет, это точно она, его истинная пара.

Но как они умудрились это узнать, если даже сам он был ни сном, ни духом?

И что же ему теперь делать?

Он плотно сомкнул веки и попытался отрешиться от волны переживаний, нахлынувших разом. Это было слишком трудно. То, что происходит с бестией, встретившим свою уникальную пару, не особо позволяет рассудочно размышлять и анализировать. А уж в ситуации, когда паре грозит реальная угроза, рассчитывать на здравые и спокойные соображения не приходилось вовсе. Чувства просто рвали его в клочья, требуя куда-то нестись, что-то делать, требовать помощи у родичей и друзей – у всех, кто хоть чем-то мог поддержать. А какой именно помощи – в голове уже попросту не мелькало.

Неважно – закусить удила и нестись.

Да и даже в моменты, когда удавалось сосредоточиться, он вполне осознавал – ну неизвестно ему, что тут можно сделать. Вот не знает – и всё. Многолетний жизненный опыт и навыки службы молчат.

Фир попросту боялся смотреть на тряпицу в пятнах крови, которую ему, проверив, вернули. Боялся, потому что единственный взгляд на бурые пятна заканчивался приступом паники. Но стискивал в пальцах, чтоб не потерять, и снова ощущал, что энергия – та самая, не обманешься.

Когда императорский авизо доставил его на борт «Лоттара», он уже вполне оправился от тяжёлого состояния, в котором его транспортировали бандиты – ноги-руки работали как надо, в теле царила полная готовность к работе, посторонние ощущения не мешали. Но вот морально он был совершенно раздавлен. Ни единой разумной мысли так и не промелькнуло на горизонте.

Кристальный лично спустился к шлюзу. То есть уже извещён… Ну разумеется извещён.

– Ну? – спросил, хмурясь. – Ты готов пообщаться прямо сейчас?

– Может, в изолированной переговорной? – хрипло предложил Хидан.

– Разумеется. Медик с носилками под рукой, если что.

– Я в порядке, сам дойду… Госпожа Кристальная тоже здесь?

– Считаешь, ей тоже следует послушать?

– Увы…

– Сообщу, чтоб подошла. – Принц посмотрел на фира с сомнением и, когда они оказались в быстроходном лифте, демонстративно включил на смарте глушилку. – Только имей в виду, ей сейчас волноваться нельзя.

– Госпожа феникс нездорова?

– Здорова. Мог бы догадаться о причине.

Хидан прикрыл глаза.

– Её высочество снова в положении?

– Вот именно. Так что подумай, стоит ли ей слушать твои ужастики.

– К сожалению, это касается вашей дочери. Так что, боюсь, тебе всё равно придётся всё рассказать госпоже.

Лицо Ормона стало каменным. Он медленно отключил глушилку и махнул Хидану на выход из лифта. И неколебимо молчал, пока шли к переговорной, пока адмирал лично настраивал аппаратуру, пока дожидались прихода Кендры и просили адъютанта и секретаршу командующего выйти вон.

– Что с вами произошло? – спросила молодая женщина, едва закрылись двери, и зажужжало глушение. – Хидан, вы наверняка нуждаетесь в помощи.

– Да, но не в медицинской. Позвольте, я расскажу по порядку. – И изложил все события, случившиеся с ним, стараясь припомнить любую деталь, любую мелочь. Он понимал – всё может быть важно. И, закончив, опустил голову. – Я понимаю, как всё это звучит.

– Просто ужасно, – выдавила Кендра. – Вы уверены, что девушка – ваша пара?

– Безусловно. – И выпростал из хватки пальцев край тряпицы с пятнами крови. – Чувствовал там и чувствую сейчас.

– Ну-ка, позволь. – Ормон отшагнул, пошарил на одной из полок и извлёк пакетик с изолирующей застёжкой. Штуковина вообще-то предназначалась для того, чтоб положить в неё засбоившую деталь и передать для проверки и оценки в технический отдел. Но и для криминалистического образца вполне могла сгодиться. – Клади сюда. Закончим разговор – и быстро выясним, кто эта девушка. Уверен, что она не заодно с ними?

– Слишком жёстко сопротивлялась, слишком резко её заламывали. Не игра это была. И избили её всерьёз.

– Как они могли определить твою пару, если ты сам не знал о ней?

– Представления не имею. Да, как я говорил, существуют методики определения пар по энергетике, и они всё время совершенствуются. Мои образцы легко было получить, их берут при основной диспансеризации при присвоении воинского звания. И девушка, видимо, тоже военнослужащая, было заметно. Значит, её образцы опять же находились в базе. Можно предположить, что методику значительно усовершенствовали, и что мои противники имеют связи в верхах. Настолько значимые, чтоб влезть в закрытую базу Министерства обороны.

– Наши противники! – рыкнул Ормон. – Наши. – И с беспокойством посмотрел на жену.

Та напряжённо смотрела в стол.

– Значит, нужны наши дочери? – проговорила она. – Я так и не поняла, какая-то конкретная или любая?

– Видимо, любая, – признал Хидан.

– Думаете, интересует выкуп за дочерей наследника престола? Или первый брак с ними?

– Сложно сказать.

– Подобный насильственный брак – это casus belli[1], а не возможность выкроить для себя выгоду! – зло вмешался Ормон.

– Но если жена будет одновременно и заложницей, и источником потенциально магически сильных детей с обликом…

– Перебью всех до единого! Твари!

– А может, дело как раз в крови наших дочек? В наличии у них сильных обличий? – Кендра подняла на мужа остекленевшие глаза. Чувствовалось, насколько трудно ей произносить такое. Но она говорила всё равно: – Ты не думаешь, что они собираются вынудить их рожать как можно больше истинных драконов и фениксов? Если только смогут заполучить и спрятать.

Адмирал смотрел на жену с таким же напряжением и болью, как и она на него.

– Я разберусь, родная, – проговорил он обманчиво-спокойно. – Разберусь. Может быть, тебе стоит пойти отдохнуть?

– Нет. Я должна быть в курсе. – Женщина перевела взгляд на фира. – Что вы думаете делать, кавторанг?

– Не знаю. Честно скажу – не представляю.

– У меня уже достаточно оснований разорить их гнездо, – отрезал Ормон. – Об одном лишь прошу – держи себя в руках, Хидан. – Тот лишь пожал плечами и отвернулся. – Что у тебя со связью с твоей парой? Ты же не подтверждал её?

– У нас всё происходит иначе. – Хидан тупо смотрел в пол. – Когда мы с ней соприкоснулись, я ощутил её энергетику, и моя магия начала подстраиваться к ней. Скоро подстройка завершится, связь установится. А потом, когда она погибнет, моя магия начнёт умирать. Тогда у меня останется самое большее два года жизни. Но, надеюсь, получится меньше. Не особо-то я хочу тянуть…

Кендра вдруг шагнула к нему, крепко схватила за плечо.

– Не «когда», а «если». И вообще – не погибнет, ясно? Мы её выручим.

Он криво усмехнулся, но когда посмотрел на неё, постарался смягчить взгляд.

– У вас не получится. Мне ясно дали понять, что сделают с нею, если я всё расскажу вашему супругу. Это, как видите, не стало для меня причиной вас предавать. Но моя пара обречена, и я это понимаю. И знаете, принцесса, с собственной смертью намного проще смириться, чем с тем, что именно моё решение обрекло девушку на страшную гибель.

– Хватит! – Молодая женщина жёстко сощурила глаза. – Пока причин падать духом нет. Ещё ничего не завершилось, и мы будем бороться. – Она потянулась, подняла пакет с тряпицей, повертела в пальцах.

Замерла, нахмурилась. Присмотрелась к кусочку ткани так внимательно, словно на нём была расписана звёздная карта с маршрутом, поджала губы. Метнула полный сомнений взгляд на супруга, но тот был поглощён своими мыслями и внимания жены не заметил.

Так что Кендра снова вернула внимание Хидану и, всё такая же хмурая, кивнула:

– Мы точно что-нибудь придумаем. А вам нужно отдохнуть. Считайте, что это распоряжение командующего. Вы же не против, адмирал?

– Только за.

[1] Событие, дающее государству законное юридическое основание для объявления войны или начала боевых действий против другого государства.

Первое воспоминание

Ева

Она лежала в своей клетке и, прикрыв глаза, вспоминала. Не самое приятное дело, но ведь воспоминания накатывали сами собой, попробуй им воспротивься. Наверное, пройти этот этап было необходимо – и тогда, в детстве, и в подростковый период, и сейчас, когда она уже вполне оформилась как самостоятельный и готовый к познанию человек.

Она снова видела своё прошлое – тот момент, когда решила, что именно война будет её будущим. Тогда Высокогорье было лишь небольшим, пусть и значимым королевством. Настолько значимым, что его усиление уже начинало беспокоить соседей. В первую очередь, как ни странно, обеспокоился Сахиль, огромное степное государство, которое до того не слишком интересовалось делами западной части материка. Но когда дракская держава стала драконьей и окрепла – напряглось.

Сперва Сахиль попытался подгрести под себя династию Кристальных. И в этом деле им бестолково «помог» брат Евы, Эгелий, молодой и любвеобильный дракон, на какой-то момент решивший, что ему, такому красавцу, одной жены мало. Обзаведясь супругой из числа дракай, он заинтересовался также и дочерью сахильского правителя. И тут уж правитель вцепился в перспективного зятя обеими руками. И дочку за него поспешно выдал, и свои претензии заявил.

Он тягался с королём Высокогорья, отцом Эгелия и Евы, и королевским братом, самым блистательным и опытным дипломатом драков, до последнего предела. Вот только противостояли ему политики такого же высокого уровня. И в итоге интрига не получилась. Пришлось уступить, принять менее сладкие условия, чем хотелось. Смириться.

Увы, ненадолго. Как только у сахильского правителя окрепли руки, он немедленно выставил войско.

На поле боя Ева прибыла на спине старшего брата, наследника престола Высокогорья и истинного дракона от рождения, принца Дия, который к тому моменту уже показал себя толковым и разумным парнем. Потому отец и мама согласились взять его с собой в сражение. Брать Еву никто не соглашался, но она так-то и не планировала интересоваться их мнением. Ну а зачем, если оно совершенно не сочетается с её устремлениями?

Брат тогда закатил глаза, предсказал, что кому-то крепко прилетит по жопе, но согласился доставить сестру на место. И, разумеется, сделать вид, будто он тут совсем ни при чём. Дий планировал озаботить нескольких гвардейцев без устали следить за сестрой и всё, вроде бы, продумал – сестра прочла эту идею по его глазам. Только вот она тоже была не лыком шита. И наверняка знала, кто именно будет за ней присматривать. Так что улизнуть от назойливого внимания ей не составило большого труда. Куда сложнее было сделать так, чтоб её не заметили родители. Но всё же сумела затаиться как можно ближе к тому месту, где предстояло произойти беседе чародеев и представителей Сахиля.

Интересно было послушать!

Мама в облаке пламени спустилась последней – Ева знала, что на этом настаивал отец. Король Арий одобрительно покосился в её сторону, лишь на миг, чтоб не отвлечься от сахильских магов, напряжённо следивших за каждым движением королевской пары. Их дочка сама пряталась как могла, но и отступать не собиралась. Так что в итоге расслышала почти всю беседу.

Сахилец напирал на то, что прав на объединённый престол материка имеет значительно больше, чем Арий, что драк не может править обычными людьми. И он готов к переговорам только в том случае, если король Высокогорья и Равнины немедленно и во всеуслышание признает своим прямым наследником сына принца Эгелия от его дочери Мире.

– Это абсурд, – холодно отозвался Арий. – И невозможно ни по каким законам. Эгелий – мой третий ребёнок и пятое дитя в семье. Но даже если бы он был старшим, передача короны через поколение без веских на то оснований немыслима в принципе.

– Даже если это спасёт страну от уничтожения? Или самое меньшее – от обезлюдения?

– Не надо быть столь самоуверенным, – медленно произнесла мама. Вроде бы спокойно. Но в голосе королевы была та сила, которой она и в самом деле обладала. Просто редко демонстрировала.

Сахильский правитель перевёл на неё взгляд, а потом посмотрел и на принцессу Лару Миэр, представителя союзной династии Миэр – потому она и оказалась в числе переговорщиков. Слегка изогнул губы. Всё-таки чувствовалось то, что в Сахиле положение женщин было несколько иным, чем на Равнине или у драков. Да, их и там было мало, меньше, чем мужчин, были в ходу полиандрические браки, но только в бедных и средних слоях. Богачи и обладающие властью вельможи, бывало, брали себе и двух, и трёх жён – это считалось верхом престижа и значимости мужчины. Да к тому же представительниц слабого пола держали в стороне от управления, считая, что потенциальной матери следует о рождении детей в первую очередь думать. Не расходовать свои силы на то, чем вполне способны заниматься мужчины. Даже магии обучали неохотно и лишь в тех случаях, если необузданные силы грозили вырваться на свободу.

– Я вас понимаю, высокочтимая дама, – сказал он. – Я слышал о силе предстательниц. Но даже очень могущественная дама на поле боя – не воин.

– Да, всего лишь воительница, – любезно ответила королева Агата.

– Неразумно угрожать предстательницам, – произнёс Арий. – Как и в целом членам моей семьи.