Солмар

Сама церковь, несмотря на постоянные пожертвования, не выглядела фундаментальной. Оброни ты там лампу, и к ночи от нее не осталось бы и следа. Размер ее конечно был впечатляющим. Особенно на фоне приземистых хижин. Внутри хватало места и для служителей, и для складов с провизией, и для обрядовых залов. В одном из таких они находились сейчас.

— Где твоя дочь Оскар? — Олег и приор Морт собрались в зале церкви для бракосочетания. Место было подготовлено ещё вчера. Неожиданное нападение тварей не изменило планов лорда Йордхейма. — Она что сбежала?

—Мой Лорд. — невысокий писарь, уже в годах, нервно поправил остатки волос на голове. Худые, костлявые пальцы не могли найти безопасное место, и суетливо бегали по одежде. — Вчера случилось непредвиденное. Я не представляю, что могло произойти.

— Ты представляешь, как я выгляжу? Хорошо, что гостей не звали. — Лорд кивнул слугам, чтобы те подали вина.

— Лорд Олег. Я призывал Вас уже сегодня к благоразумию, и попытаюсь еще раз. — в беседу вступил приор церкви и шагнул вперед. Знамя на его митре качнулось — серебряный силуэт человека, со скрещенными руками на груди. Кулаки сжаты. Голова наклонена вперед, будто он держит на своих плечах тяжесть этого мира. — Люди могут счесть это неугодным — пир посреди смертей. Стоит перенести праздник до спокойных времён. Если конечно Вам важны советы церкви.

Олег скрестил руки на груди, в пример серебряного силуэта на знамени, и немного склонил голову. — Мне лишь хотелось, чтобы люди отвлеклись от страха. Ничто так не успокаивает чернь, как зрелище чужого счастья… и вино за мой счёт.

— Отыщите свою дочь, Оскар. Немедленно! — отложив чашу с вином на пьедестал, Олег покинул зал. Писарь знал, что означал его взгляд, которым он его одарил перед уходом. Олег подобное не прощает. — Сир писарь. — голос приора звучал мягко, но чувствовалась надменность, словно обращались с жалостью к побитой собаке, которую стоило бы избавить от мук. — Вам бы послушать Короля… то есть Лорда и разослать людей за своей дочерью. Кто знает что с ней могло произойти? Будем молить Спасителя, чтобы она вернулась целой и невредимой.

Закончив говорить, Морт склонив едва голову улыбнулся. Его подбородок, похожий на шлепок глины, растекся по скулам. Оскар сложив руки на груди, поклонился и поспешил покинуть зал церкви.

(Йордхейм. День. 15 день лета)

Город встретил их жарой — густой, почти осязаемой. Она нависла над улицами, как пар над котлом, и пахла всем сразу: горячим металлом из кузниц, кислым вином из распахнутых дверей таверны, свежей выпечкой, которую вынимали из печей к концу первой смены.

Рынок шумел, но уже как-то устало. Зазывалы охрипшими голосами предлагали молоко и овощи. Женщины и мужчины за прилавками из последних сил держали веки открытыми. Первая смена дня закончилась. Скоро должны были выйти сменщики — и тогда можно будет наконец уснуть.

Лошадь Инги шла по старой брусчатке, прихрамывая на переднюю ногу. Побег от тварей не прошёл для неё даром. Что случилось с лошадью Одина — неизвестно. Монстры не тронули её, но и в деревню она не пришла.

Они свернули в проулок. Здесь было тише, только пахло скисшим вином и хлебом. В каждом втором доме — таверна или бордель, а то и разом. Местный лорд не поощрял эти заведения, но и не запрещал: главное, что исправно платят налоги.

Один прижимался к спине Инги. Голова ещё гудела после удара, но тело понемногу возвращалось к нему. Он чувствовал тепло её спины, её дыхание — ровное, спокойное. Руки лежали на её животе, и он боялся пошевелить ими. Не потому, что мог коснуться лишнего. А потому, что любое движение могло разрушить это мгновение. В какой-то миг ему казалось, что это тепло останется с ним навсегда. Но потом сознание отрезвляло его и возвращало в эту реальность.

— Один! — Эльфледа стояла на крыльце, сдёргивая с верёвок сухое бельё. — Один, чтоб тебя! Где тебя носило? Я почему должна переживать из-за тебя?

— Тётушка Эльфледа, — Инга попыталась улыбнуться, но усталость сковала лицо, — аккуратнее с ним. Ему и так досталось.

Эльфледа перевела взгляд с девушки на племянника. Только сейчас заметила: понурый вид, серое лицо. Она прищурилась, но при гостье ничего не сказала.

Один сполз с лошади, и Инга, коротко коснувшись его плеча, направила свою кобылу к замку. К родителям.

— Здравствуй, Эльфи, — не поднимая глаз, Один вошёл в дом.

Их жильё стояло недалеко от замка и было просторнее многих хижин. Дом, конюшня, клочок земли — всё, что осталось от родителей. Мать убили, когда он был совсем мал. При странных обстоятельствах. Отец спустя время сбежал. С тех пор Эльфледа, сестра матери, растила его как своего.

— Что значит «здравствуй»? — Она вошла следом, прижимая к груди охапку белья. — Ты где был? Ты что… ты с этой девицей? Она дочь высокопоставленного человека. Если ты её…

Эльфледа запнулась. Сначала — подбирая слова, чтобы предупредить его о последствиях. А потом выдохнула. Ее взгляд застыл на повязке. Красное пятно проступило на ней. — Какой морок это сотворил? Или опять подрался за Ингу? — Эльфи, — голос Одина звучал еще тише. Он рухнул в кровать и закрыл глаза. — я устал.

Женщина вздохнула понимая, что сейчас ответов она не дождется и отправилась в лекарню за мазями.

(Йордхейм. После расставания с Одином. 15 день).

Едва Инга добралась до двери дома, ее тут же окликнули. — Госпожа Инга, — седой страж уже ожидал ее тут какое-то время, — Вас ждет отец и лорд. Пройдемте в замок. Потерев ладонью лоб, девушка не ослушалась. Не могла. Тело требовало отдыха, а долг требовал послушания.

В зале было прохладно и светло. Свет с большого окна падал на кресло. На нем сидел он в белой мантии. На столе, возле его руки, лежала корона из уже потускневшего металла. Он касался ее лучей кончиками пальцев. За его спиной, из окна виднелась западная башня замка с крошечными окнами. Инга на миг представила, что возможно, она проведет там остаток своей жизни, если не будет подчиняться этому человеку. Отец не раз рассказывал ей, на сколько важно быть преданным лорду. Что он всегда награждает людей за добрую службу.

Инга посмотрела на лицо того, кто должен стать ей мужем. В свои 46 полугодий, его борода и усы были слишком мальчишескими. Черные волнистые локоны касались узких плеч. Если б не морщины, она бы предположила, что ему около 25. Его инистые, серые глаза застыли на ней, почти не моргая. От этого взгляда ее обдало холодом. Она бросила взгляд на его замершую у короны руку. Этой рукой он отрезал своей первой жене пальцы? Однажды от матери она услышала эту историю, и она не выходила у нее из головы. Леди Ольга, нарушила запрет и покинула замок. Олег нашел ее и отрезал ей по одному пальцу на обеих ногах.

— Ты вернулась. — сдержанно сказал он. — Объяснишь мне и своему отцу, где ты была все это время? Мы переживали за тебя. Ночь была страшной. У правой стены, немного осунувшись, неуверенно стоял отец. Его почти лысая голова, покрывалась капельками пота, которые он периодически промакивал тканью. — Ингирид, дорогая. — голос отца, в отличии от Олега, был взволнованным. Глубоко посаженные глаза его, часто моргали и косились то на лорда, то на дочь. — Мать хотела идти в ночь искать тебя. Но мудрый господин не позволил нам совершить эту глупость.

Девушка с трудом сглотнула слюну. Весь путь она размышляла, стоит ли сказать всю правду о ее исчезновении, или опустить детали?

Опустив голову, она обнаружила, что одета как простая селянка из самых отдаленных деревень. Белая рубаха была в пыли от дорог и ночевки на несвежих простынях. А распашной сарафан и вовсе изорвался. Когда? Инга не помнила.

— Мы неприлично долго ждем ответа, дорогая. — Олег откинулся в кресле и стал постукивать пальцами по столу. После он встал и потер пальцем глазницу. — Что за вид? Ты в хлеву ночевала? Он подошел вплотную к Инге и схватил ее за подол сарафана. — На тебя напали и ты защищалась? — указывая на рваную ткань он медленно подвел свои глаза к ее лицу. В какой-то момент они стали слишком близко и ей стало невыносимо смотреть на его лицо. — Тебя… тронули?

Инга вырвала одежду и отшагнула. — Мой лорд, она устала и ей требуется лекарь. — Оскар сделал шаг навстречу и тут же застыл. — Позвольте жена осмотрит ее.

Олег поднял бровь и вместе с ней плечи. Развернувшись к окну, он развел руками. — Конечно. Идите. — тон лорда сменился на сочувствующий и понимающий. В нем больше не слышалась надменность и властность. Пока он не произнес следующую фразу. — Госпожа Ингирид. Я очень надеюсь, что вы не знавали мужчин. Глупость конечно. Но все же. Очень неприятно будет, если это не так.

Выходя из зала, Инга увидела, как следят за ней глаза пугающего ее человека.

Глава 6-10

Глава 6. Кошмар

(Аскхольд. Рассвет. 17 день лета)

Земли Аскхольда отличались от Хельгина. Здесь не просто было теплее, Аксель ранее не знал что может так потеть. Его деревня не была столь суровой, как сам Хельгин, но солнце было там гораздо мягче. Грубая льняная рубаха уже натерла шею. Он то и дело оттопыривал воротник. А от долгой поездки ломило тело. Стоило ли оно того? Лорд Стеймонд обещал ему работу и жалование. Он вспомнил оставленный им дом. Пустой и холодный. Его там никто больше не ждал.

Несмотря на это, он не переставал оглядываться по сторонам. Сначала это были деревни, на полях которых обильно росли пшено и кукуруза. А в частных владениях — недозревшая капуста и сады с зелеными яблоками. Дальше они ехали по равнинам. Кругом, насколько хватало глаз, не было ничего. Ни деревца, ни хижины. Лишь вдалеке виднелись горные зубы, что преграждали путь к морю. Отец Акселя, на жалованье свечника, смог дать сыну хорошее образование. Он умел читать, писать и разбирался в картах. Лорд Стеймонд нашел это полезным и обещал, что найдет его навыкам применение.

Их встречал не замок. Скорее форт. Тут не было каменных стен защищающих от врагов, лишь деревянные ограждения. Перед ними расстилалась большая деревня вдоль ручья и протяженные леса. Сам замок находился на развилке реки. Точнее в ее объятиях. Дальше лишь граница.

Въезжая во двор, он наконец увидел каменный замок, что стоял на возвышенности. Около полусотни строений в виде казарм и конюшен. Стража приветствовала лорда и остальных, запирая вслед ворота.

Акселю ранее не доводилось бывать во дворах замка, но ему казалось что в Хельгине и замок больше и стены прочнее.

Зато ему посчастливилось увидеть жизнь солдат воочию. Проезжая мимо стрельбищ, где лучники оттачивали свою точность, юноша заметил детей. Они бегали вдоль проулков, догоняя друг друга. Следя за ними его взгляд дошел до седого мужчины. Рослого, с невозмутимым лицом. Остатки его волос не тронутые сединой, говорили о том, что когда-то его макушка сияла медью. По мере приближения, он отложил меч, неторопливо выпрямился и слегка склонил голову.

— С возвращением, мой лорд. Я заждался Вас. — Регин, я уже вижу, что меня ждет разговор. — спешившись, Стеймонд отдал вожжи конюху. — Скажи, хоть раз ты встречал меня без важных вестей? — Хорошо. ТОгда я спрошу вас, какие новости от короля? — не унимался советник. — Дай мне хоть дух перевести с дороги, друг мой. — обернувшись на юношу, которого он привез с собой, лорд махнул ему рукой. — Этот молодой пытливый ум ищет работу и пристанище. Устроишь его куда-нибудь? Регин одобрительно кивнул. Оглядывая Акселя, он повел его с собой. — Тогда поговорим позже, мой лорд.

Наконец свободно, насколько это возможно, Стеймонд выдохнул. Поднимаясь в горку, к замку, навстречу ему вышла жена. — Леди Изольда. — Флок склонил голову и поспешил оставить их. Всего пара солнечных дней минуло, а лорд успел истосковаться по родной душе. Красота ли супруги его так сковала? Или он настолько устал от бессмысленных разговоров с приставками “сир”, “милорд”, и “король”?

Изольда, не уступала ростом мужу. Жизнь воспитала ее на пашнях и езде на лошади, прежде чем поселила в замке. Ее руки были сильными настолько, чтобы вести быт. Широкие плечи и бедра. В ее фигуре чувствовалась тяжесть материнства. Ее походка была спокойной и уверенной, без излишней девичьей суеты. Несмотря на непростую жизнь, ее лицо оставалось молодым и нежным. Она собрала с лица золотые волосы, подставляя губы для поцелуя. Стеймонд коснулся их и замер. Он почувствовал легкость и непринужденность. Все проблемы этого мира могут подождать. Он ощутил в полной мере как устал. Все те заботы, что пали на него с момента как он сверг Вильгельма, не давали ему расслабиться ни дня.

— Ты наверно и не заметишь, как Эмили выйдет замуж и родит тебе внуков. — с легкостью в голосе произнесла она, когда муж наконец-то снова посмотрел ей в глаза. — Будешь на совете у короля, или размышлять с Регином, как обезопасить Аскхольд. — Прости. Такая теперь у нас жизнь. — Стеймонд склонил свою седеющую голову перед женой. — Но как только мы сможем обезопасить себя, у меня будет больше времени на вас.

(Хельгин. Полдень 17 день лета)

На самом севере Хельгина никогда не было особой разницы, ранний рассвет сейчас или полдень. Морозный воздух, которым делились горы с городом, обязывал всех надевать парчовые поддевы под одежду.

Сир Алан и сир Алэн охраняли покои короля. Сир Карас, первый советник, вместе с ними терпеливо ожидал, когда Сигурд освободится. Король умел заставить ждать. Вызвать одновременно любовницу и советника, а потом держать последнего под дверью, слушать их игрища, — в этом был весь Сигурд. За дверью иногда пробивались крики — «Вставай, хмарь тебя дери!» и «О Спаситель, даруй мне сил!»

Через какое-то время дверь распахнулась. Леди Кили, молодая девушка, с рыжими кудрями, хихикая, выбежала из покоев. Оба стража, побрякивая кольчугами, вытянулись у стены. Лишь их взгляды провожали девушку по коридору, пока та не исчезла за поворотом.

— Чего встал как перед казнью? Заходи. Карас зайдя закрыл за собой дверь. — Ваше Величество, Вы посылали за мной? — сцепив внизу руки, мужчина покорно ждал ответа, пока король завязывал шнурки на поясе. Мягкая седая борода властителя земель, похожая на бараний мех, смешно покачивалась при движении. Мясистый нос и помутившийся правый глаз дополняли картину, вынуждая сдерживать улыбку. Даже застав Сигурда в комичной позе, Карас понимал, насколько опасен он может быть.

— Что слышно про Олега? Он не прислал подати за последний месяц. Ни гонца с извинениями. — Король застыл посреди комнаты, словно вспоминая что-то. — Чтоб его душу хмарь съела, он даже птицу не прислал!

Сигурд направился к выходу, показав советнику идти за ним.

— Церковь вовсю уже строит планы. Они проталкивают среди народа мысль, что Олег — истинный король.

— Этого следовало ожидать. Морт не упустит шанса.

— Морт, — повторил Сигурд, точно пробуя имя на вкус. — А что Первый эпопт? Он одобрит, если Морт с Олегом решат пойти против меня? Или прикусит язык?Карас помедлил.

— Не знаю, Ваше Величество. Но если одобрит — война неизбежна. Сигурд остановился у двери в зал. Положил ладонь на ручку, но не открыл.— Значит, нужно, чтобы не одобрил.

Открыв дверь, служанка тут же подбежала к королю. — Ваше величество, чего-то желаете?

Сигурд отмахнулся рукой. — Оставь нас. — Отправь людей к Его Святейшеству Констату. Узнай, какие планы у церкви. Мы не можем допустить войну, когда тьма приходит неожиданно. Так может никто не выжить. — Слушаюсь, мой король. — Карас собрался уходить, но это было не все. — И узнай, как дела у любимчика простолюдинов. В Аскхольде. — Будет сделано!

Как только дверь за советником закрылась, Сигурд опустился в кресло. Его крепкие руки стискивали рукоять, напоминая о временах, когда он силой отбивал этот трон. Если ситуация повернется против него, сможет ли он отстоять свой замок?

(Йордхейм. День. 17 день лета)

Один вскочил на кровати. Сердце колотилось и отдавало в еще больную голову. Он дома? Дома. Все вокруг было знакомым. Отчего ж тогда страх не проходит? Это был самый страшный и непонятный сон в его жизни. Он не осознавал себя. Кто он и где. Его вело. Он не знал кто и куда. Течение просто несло его. Это был неизвестный и неузнаваемый ему мир. Серо-багровый, как мертвое тело, иссохшее на поле боя. Жуткие строения, напоминающие плетеный паутиной улей. Приближаясь ближе, он видел плоть и кости.

Здание, если это было оно, было покрыто… Нет. Оно состояло из костей разных форм и происхождений, покрытых тонкой плотью. Она облегала их, и обрывалась по центру, образуя черные дыры, из-за которых он поначалу принял это за улей.

Его душило отчаяние и одиночество, но он не понимал, что это за чувства. Открыв глаза, он ощутил, как эти чувства захлестнули его не давая продохнуть.

— Один? Что с тобой? — Эльфледа хлопотала у печи. Увидев, что племянник наконец-то встал, отложила казан на место.

Один коснулся пальцем щеки. Пальцы остались мокрыми. Что это значит?

Глава 7. Пешка

(Йордхейм. День 17 день лета)

Один пытался отогнать недавний сон. Провалявшись в постели долгое время, он не мог найти себе места. Время шло, а он не придумал как освободить Ингу. Что ему делать?

Эльфледа сказала, что ходит молва о свадьбе. Ее назначили на 20 день. В полдень. Ему нужно было срочно встретиться с Ингой. Барабаня в ее дверь, он не был уверен, будет ли она дома. Может ее уже переселили в замок, чтобы она была под присмотром и никуда не пропала.

Дверь открыла ее мать. — Тетушка Лия, где сейчас Инга? — затараторил он с порога. Круглое, но очень доброе на вид, лицо женщины застыло. Она пару раз открывала рот, но слова не находились. Схватив юношу за рубашку, затащила его в дом. — Ты что тут делаешь? — ее голос тут же проявился. — Ты не должен больше сюда приходить. Никогда. Один стоял лицом к женщине, но глаза его косились вниз, в сторону. — Она не может быть твоей подругой больше. Понимаешь? — руки Лии расслабились и выпустили рубаху юноши. Он продолжал стоять на входе, не выражая каких-то эмоций. — Скоро она станет женой лорда. Станет леди. А ты… Ты все испортишь. — Вы счастливы за нее? — не меняя лица, тихо спросил Один. — За свою дочь.

Лия втянула воздух и поджала губы. Ее круглое лицо расчерчивали неглубокие морщины, едва заметные на покрасневшей коже. Из-под пряди светлых волос, на юношу смотрели усталые глаза. Одину показалось, что они вот-вот наполнятся влагой. Или еще до этого они были наполнены ею. В любом случае, он видел их более опухшими, чем когда-либо. — Что ты знаешь о счастье? Один задумался: если ему запрещено появляться у порога их дома, то почему его еще не прогнали?

Дверь открылась позади него, впуская дневной свет. Мужчина, которого он не видел ранее, — небольшого роста, лысеющий. Темные круги под глазами, создавали вид нездорового человека. Должно быть это отец Инги. Раньше ему не приходилось с ним встречаться, из-за того, что он всегда был в замке. Придерживаясь за лавку, он уставился на гостя. — Кто этот молодой человек, Лия?

— Оскар. — женщина засуетилась. Она поспешила помочь мужу пройти внутрь. Подала ему руку, проведя к столу, помогла сесть. — Болезнь расшалилась. — усаживаясь поудобнее, он вновь посмотрел на юношу. — Так кто это говоришь? — Сир, я друг Инги. Один. Хотел повидать ее. — Ты тот самый болван, с которым она попала в опасность? — выражение боли на его лице, смешалось с гневом. — Где вы были? Как так случилось что вы были за границей города? Она не говорит. И я думаю, что ты… — Оскар! — женщина остановила мысли мужа. Схватив его за трясущуюся руку, заставила смотреть ей в глаза. — Они с детства дружат. Я знаю этого мальчика. Позволь ему сказать. — Что он может сказать? — мужчина обхватил голову, опершись локтями о стол. — Лорд приказал приготовить все к свадьбе. А еще отвести дочь к жрецам. Чтобы они ее проверили. Я… я не знаю как мне ее… как отвести ее туда добровольно! — Он хочет проверить невинна ли она? — Лия тут же обернулась к дверям, где стоял Один. Спохватившись, что они обсуждают лишнее, при чужом человеке.

— Позвольте, — Один обдумывал как лучше озвучить свое глупое желание, и не ожидал что уже говорит вслух. — нам сбежать из Йордхейма.

Оскар и Лия замерли. В хижине повисла тишина. Даже мухи не летали какой-то миг. После чего зашевелился отец Инги. Его лицо сморщилось, как помидор на солнце. Редкая щетина зашевелилась под сжимающейся челюстью.

— Пошел вон отсюда. — процедил сквозь зубы он. Негромко, но вполне отчетливо. — Но вы же сами против этого брака! — воспротивился юноша. Его голос прозвучал громче мужчины. — Ваша дочь будет унижаться перед самым худшим человеком в этом городе. Всю оставшуюся жизнь!

— Замолчи! — рука громко стукнула по столу. Деревянная ложка подскочила и упала на пол. — Ты здесь не указ! Ингирид выйдет замуж за лорда! Хотим мы того или нет. — Тогда вы еще хуже чем ваш лорд! — Один почувствовал как кровь прилила к его лицу. Все тело будто само искала способ выплеснуть гнев. Прошагав через комнату к столу, он резким движением перевернул его. — Если вас так греет мысль, что ваша дочь будет подчиняться мерзкому старику, унижаясь и деля с ним ложе, лишь потому, что вам отсыпят серебра — я сам найду способ ее вызволить и увезу подальше от вас!

Оскар отпрянул от стола, едва удержавшись на ногах. Его глаза сначала испуганно, но после в бешенстве залились кровью. — Ах ты щенок… — Оскар! — Лия крикнула. Так что они оба затихли и отвлеклись на нее. Убедившись что привлекла внимание, продолжила уже тише. — Я могу написать брату. Попросить помощи. Он спрячет племянницу в Аскхольде! — Лия не глупи. — уже не обращая внимания на юнца, который только что перевернул стол, он взял жену за руку. — Ты знаешь что сделает Олег. После того, как он увидел архивные выписки из церкви, он стал одержим этим браком. Он не отпустит ни нас, ни Ингу. Ему нужен Аскхольд! Один застыл слушая мужчину. О каком брате в Аскхольде говорила тетушка Лия? Что задумал Олег?

— Церковь хочет вернуть власть над всем регионом. Над Рейкивией. Стеймонд — первое препятствие. Узурпатор. Брак с Ингой, это его надежда соединить оба города, не теряя людей.

— Стеймонд, дядя Инги? — догадавшись, о чем речь, Один привлек своим голосом остальных. У него в голове уже складывалась картина. Он знал, куда ему бежать за помощью.

Женщина отшагнула назад. Ее взгляд цеплялся за осколки разрушающейся картины. Вместо мужа, она видела большое темное пятно, которое застыло, как песок попавший в глаз. — То есть наша дочь не просто приглянулась ему? Я не могла с этим согласиться, зная кто такой Олег, но ты меня убеждал каждый раз. — грудь женщины стала часто подниматься. Ей словно не хватало воздуха. Отвернувшись, она прижалась лбом к стене. — Она — всего лишь пешка в планах по захвату власти? В планах против моего брата? Ты в своем уме?

Мужчина стыдливо стоял позади своей жены, не зная, что ответить. Он хотел было коснуться ее плеч, но Лия тут же отстранилась. — Мне было мерзко от одной мысли, что наша девочка выйдет за него замуж. Но я смирилась с этим. Ты сказал, что так нужно. Это поправит наше положение, а она будет под защитой и в достатке. — Так и есть, Лия. — Оскар пытался смотреть жене в глаза, но та от него отворачивалась. — Это лучше, чем если бы она вышла за конюха и помогала ему убирать дерьмо за лошадьми. — А как же мой брат? Один не желал больше слушать их и собрался на выход.

— Малец, — окликнул его Оскар. — Не советую болтать лишнего или делать глупости. Мигом окажешься на эшафоте.

Один не собирался отвечать ничего. Но в голове он держал мысль, что если бы он был на месте Инги, то сам бы перерезал горло отцу.

(Йордхем. День. 17 день лета)

— Постарайтесь впредь не допускать того, что произошло с леди Ольгой. И уже тем более с леди Агнес.

Морт был недоволен. Его подбородок подтягивался вверх, к губам, а маленькие глаза на фоне лица, глядели как у хищной рыбы.

— Уважаемый приор. Мое отношение к моим женам — исключительно мое дело. Церковь не должна влезать в дела семьи. — на террасе замка, что возвышалась над городом, Олег принимал лишь исключительных гостей. Виноградная лоза, оплетая арку, создавала тень, пряча от солнца в столь жаркие дни. — Лучше перейдем к более важным делам. — Это и есть важные дела! — губы приора скривились в форме серпа. — Брак с Ингирид даст надежду на увеличение наших войск. — Моих войск! — поправил Олег. — Мне не нужна надежда. И брак этот состоится, лишь потому, что вы верите, будто мне это поможет. Аскхольд можно взять за день, не потеряв и четверти войск. — Церковь не может быть верна кому-то, Олег. Верны лишь ей. И не лучше ли не терять ценное войско вовсе? А наоборот, даже увеличить, приняв в свои ряды солдат Стеймонда. — Стеймонд из простого народа, но не дурак. Я вообще не уверен, что брак с его племянницей, заставит его объединиться. — лорд оторвал виноградинку с ветви и поднес ко рту. — Если его пригласить на свадьбу, он не сможет отказать. Родная кровь все таки. Ну а тут… у вояки сердце встанет. Или нападет кто-то. Что за свадьба без драки? Тогда его людей можно будет собрать под моим флагом.