Моя Княжна. Я тебя забираю

Виктор постоянно думал о жене и том, как бы её укротить. Такой испепеляющей душу страсти он не испытывал ещё. Кажется, он начал понимать, о чём писали и пишут поэты, и над чем он раньше лишь смеялся. Это не просто вожделение, это что-то гораздо более сильное и мощное.

Она сказала, что Виктор мечтал её подчинить себе. Ну да – мечтал. Чем больше княжна проявляла непокорности и строптивости, тем сильнее было желание увидеть её побеждённой. А когда он получит над ней полную власть – будет холить и лелеять. Сколько же в Елене характера, что она воюет с ним будто амазонка, не желая сдаваться?

Барон понимал, что из своего сердца ему эту женщину уже не вырвать. Пусть она и думает, что это всё его ущемлённое мужское начало, но он её…

Впрочем, это неважно. У неё всё равно нет выбора. В их империи муж может быть только один, и если Орлова не хочет влачить жалкое существование – ей придётся принять барона Гинцбурга.

16.

Дни потекли своим чередом. Елена видела, что терпение мужа уже на исходе. Ложась с ней в одну постель, он с трудом держал себя в руках. Его поцелуи становились более жадными, и ей всё сложнее получалось его остановить. Что за страсть такая у мужчин, что они на всё готовы ради власти над женщиной? Никогда княжна этого не понимала. Но сдаваться она была не намерена. На крайний случай у неё подготовлен сюрприз для одержимого пороками мужчины.

В поместье стал наведываться Павел. Он приехал в село. Князь так и не отдал выигранный приз в споре. Сегодня он решил наконец вернуть долги.

Мужчины сидели в кабинете Виктора, попивая бренди. На столе в футляре лежало красивое оружие для охоты. Одно из лучших ружей коллекции Павла Волконского.

***

– Поздравляю с победой! – поднял бокал вверх князь.

– Спасибо, – улыбнулся барон и пригубил янтарного напитка.

– Слушай, ну я был уверен, что ничего у тебя не выйдет.

Виктор лишь молча продолжал улыбаться, словно плут.

– Как ты так умудрился выиграть закладную именно на дом Орловых? – спросил его Павел.

– А я и не выигрывал. Просто повезло. Оказался в нужном месте в нужное время.

– Как это?

– Обыкновенно. Орлов проиграл свой дом вовсе не мне. Я просто выкупил эту закладную, чтобы иметь возможность надавить на Елену. Сразу же это придумал. Очень хотелось выиграть.

– М-да, – хмыкнул князь. – Интересно получилось. Если бы не эта закладная – тебе бы не удалось даже поцелуя получить от неё.

– О да. Убегала она от меня знатно, – потёр молодой мужчина подбородок. – Но поцелуй я всё же получил ещё до свадьбы.

– Вот как? – поднял брови Волконский.

– У Вронской встретились на ужине.

– И Орлова позволила тебе?

– Да уж куда там… Такую затрещину за это подарила. Голова потом три дня болела.

Павел засмеялся. Узнал почерк Елены.

– Ну, а потом эта закладная прямо в руки мне упала. И вот, бегала – не бегала, а моя жена.

– Что ж… поздравляю!

– Благодарю, – поклонился князю.

– И как тебе семейная жизнь?

– Прекрасно. Дни веселее, а ночи… горячее, чем у холостяка.

Барону показалось, или Павел напрягся?

– Что ж… очень рад, что семейная жизнь тебе в радость.

***

Мужчины ещё говорили о чем-то, но напряжение, возникшее между ними после разговора о новоиспечённой баронессе, никуда не делось и потом. Павел пытался поддеть Виктора, хотел услышать, что ничего у него со строптивой девушкой не выходит, но молодой барон разбил о камни его домыслы. Чувствовал ли Виктор, что Павел продолжает проявлять нездоровый интерес к его теперь уже супруге? Возможно. Только мужчина считал себя победителем не только в споре, а потому неудачные провокации князя ему были смешны. Гинцбург был уверен в себе. Виктору, скорее, эта ситуация льстила.

***

Князь Волконский стал приезжать довольно часто. К тому же решил вместе со своим отцом вложиться в проект Виктора и Альберта, и они стали проводить много вечеров в кабинете молодого барона.

Иногда Павел задерживался подольше, чтобы выпить с Виктором коньяка или бренди. Виктор не оставлял попыток найти к несговорчивой жене подход, говорил с ней не словами, а прикосновениями, подарками, взглядами. Елена всё думала — когда ему уже надоест бороться с этим всем? Она на всё оставалась холодна в ответ. Надеялась убить в муже эту страсть своим показным равнодушием. Но он не сдавался!

В глазах Павла порой тоже мелькало нечто, что пугало девушку и чего не должно быть в сторону жены его друга. Неужели он до сих пор не остыл к молодой баронессе? И как может Виктор этого не замечать? А может, ему это нравится? Он будто сидит и хвастается своим трофеем, дразнит князя.

***

В один из таких вечеров Елена сидела напротив них в столовой, ловила на себе взгляды то одного, то другого, полные вовсе не благодетели, и чувствовала себя как кролик среди волков. Аж еда ей поперёк горла вставала, а муж заботливо спрашивал, почему же она так плохо ела. Альберт с подозрением косился на князя, видимо, в отличие от сына, заметил недвусмысленные взгляды Волконского-младшего в сторону Елены. А потом внимательно смотрел на невестку, пытаясь понять, что между ними всеми происходит.

Елене же хотелось убежать оттуда, но один из волков неотступно следует за ней в спальню каждый вечер…

Вот и сегодня друзья-приятели поднабрались бренди, после чего муж пришёл в спальню с горящим взором. Не говоря ни слова, он поднял жену с кресла и припал к её губам. Елена почувствовала горечь алкоголя на его губах. Поцелуй был жёстким и требовательным. Она поняла – сегодня он больше не будет ждать.

Тут же её пробрал страх. Виктор выпил, но он вовсе не так пьян и крепко стоит на ногах, ему вполне хватит сил побороть её трепыхания снова.

Муж уже стянул с неё халат, и его руки заползли под тонкую сорочку. Горячие пальцы, скользящие по обнаженной коже, стали лишать девушку контроля над собой. Она на время даже запрокинула голову, не в силах справиться с нахлынувшим желанием.

Но она больше не позволит ему.

Она заставила себя вернуться в сознание. Пора действовать. Сам он уже не остановится.

Собралась и с силой пихнула нетрезвого и не ожидающего от жены подобного поступка мужчину. Он выпустил её из рук и отступил на шаг. Елене этого хватило. Она пробежала к кровати. Муж только миг стоял на месте, а потом его глаза заволокло гневом. Он грузной поступью двинулся следом за девушкой. Барон почти настиг её и протянул руки, как она неожиданно вынула из-под подушки кинжал и направила его на Гинцбурга. Виктор остановился и опустил взгляд на холодный и острый клинок. Потом поднял тяжёлый взгляд на Елену.

– Не подходи, – сказала она ему дрожащим голосом. – Не смей прикасаться.

– Отдай мне, – муж медленно протянул руку к кинжалу. – Если заберу я – будет хуже.

– Нет! – крикнула баронесса. – Ты больше не будешь меня заставлять!

– А тебя заставлять и не надо. Ты только что стонала в моих руках. Я не слепой. И не дурак.

– Дурак! Раз не понимаешь, что я не хочу опять!

– Тогда почему поддалась тогда? Я же чувствовал – ты перестала со мной бороться.

– Догадайся, – она гордо вскинула голову.

– Только из-за дома?

– Ну уж точно не из любви к тебе.

Глаза его сверкнули тёмным огнём. Елена задела мужчину за живое. Он сделал ещё один осторожный шаг.

– Елена, хватит. Отдай его мне.

– Не подходи, сказала!

– Лена, – покачал он головой. – Отдай!

Мужчина не боялся, он шёл напролом прямо на кинжал. Что ж, раз уж он не боится за свою жизнь, то, может, испугается за жизнь жены? Баронесса быстро прижала лезвие к своей шее. Виктор остановился. В его глазах наконец мелькнул страх.

– Отойди, – почти прорычала она ему.

Барон стоял на месте, не сводя глаз и широко расставив ноги.

– Ну? – Для правдоподобности она слишком сильно надавила на шею острым кончиком кинжала, проткнув всё же тонкую кожу.

Зашипела от боли. По шее потекла тонкая и тёплая алая струйка. На миг зажмурилась, и это стало фатальной ошибкой.

Почувствовала сильную боль в руке. Мужские пальцы сжали хрупкое запястье так, что рука выпустила кинжал, который со стуком упал им под ноги, а Елена оказалась прижата крепким телом к стене. Виктор отшвырнул ногой её оружие. Теперь ей не достать до него. Баронесса перевела взгляд на гневное лицо мужа. Что теперь он сделает в ответ?

– Что ты вытворяешь, чёрт тебя возьми, женщина? – прорычал он ей в лицо. – Ты перешла все грани.

– Не нравится? Разведись! – крикнула она ему, глядя с вызовом.

Гнев подавлял её страх. Мужчина молчал, переваривая сказанное женой.

– Разведись со мной, Виктор. Отпусти меня.

– Вот к чему ты клонишь, – лицо его стало ещё более суровым и серьёзным. — Я понял. Хочешь развестись? А дальше? На что ты собираешься жить? Денег у вас нет. Что молчишь?

Елена только нервно глотала, не отрывая взгляда от глаз мужчины, полыхающих алым огнём.

– А я тебе скажу. Станешь куртизанкой. И будешь спать не с одним только мужем, а с многими, желающими твоё юное тело. Елена, не буди лихо. Сейчас тебя спасает от моего гнева только то, что я схожу по тебе с ума. Но моё терпение на исходе. Если ты ещё раз позволишь себе фокус с кинжалом – я тебе устрою ад на земле. И сегодня я накажу тебя. Ты поняла меня? – Мужчина тряхнул её как куклу.

– П-поняла, – ответила прилипшим от страха языком к нёбу девушка.

– Я покажу тебе небольшой пример из жизни куртизанок. И ты выберешь сама – быть моей или… – Он прошёлся взглядом по женской груди, а затем посмотрел на её дрожащие и пересохшие губы.

– Раздевайся, – твёрдо сказал он Елене, отойдя в сторону и давая ей пространство.

Она так и продолжала тяжело дышать и мелко трястись под его взглядом. Мужчина начал терять остатки терпения и схватил в кулак ворот её сорочки.

– Раздевайся, я сказал, – смотрел он княжне в глаза, а ткань уже начала трещать и рваться в его сильной руке.

Выждав ещё секунду, муж рыкнул и разорвал ткань окончательно, кинув ошмётки сорочки ей под ноги.

– Бельё снимай. Не заставляй меня рвать и его.

Под его тяжелым взглядом Елена стянула своё бельё и бросила на пол. Осталась перед ним обнаженной, и мужчина с наслаждением разглядывал её тело взглядом, полным похоти.

– Теперь раздевай меня. Сама.

Баронесса посмотрела в лицо мужу, не решаясь двинуться с места.

– Елена, делай, что я говорю. Я всё равно возьму. Только КАК это будет – сейчас зависит только от тебя, – он явно не шутил, и если она сейчас не будет подчиняться – всё будет гораздо хуже.

Неуверенно подошла к нему и неловко начала вытаскивать пуговицы из петель его рубашки. Пальцы дрожали и плохо слушались. Она вздрагивала, когда муж касался её, пользуюсь тем, что она стояла очень близко к нему. Пока девушка снимала с него одежду, он водил пальцами по её беззащитному без одежды телу.

Остановилась, когда на мужчине осталось только его бельё.

– Всё снимай, – поднял он брови вверх.

Но как же? Елена смутилась. Невозможно снять эту деталь одежды и не оказаться слишком близко к …

– Елена, – прорычал мужчина, и она схватилась за ткань.

Потянула вниз, стараясь не смотреть на те участки тела, которые уже не закрывались тканью. Они оба остались нагими. Мужчина притянул жену к себе, заставляя кожей чувствовать всего его. В её бедро упиралось его горячая и твёрдая плоть, заставляя девушку краснеть и не смотреть на мужа. А он хотел, чтобы смотрела. Поймал её подбородок пальцами и поднял его вверх, сверлил её своими голубыми глазами.

– Смотри на меня, – услышала она над своим ухом холодный низкий голос с хрипотцой от желания.

Подняла чёрные глаза на него, встретившись взглядом с холодным льдом.

– Целуй. Сама.

Елена боязливо протянула руку и положила пальцы на его щетину. Легко коснулась его жёстких губ. Мужчина, прикрыв глаза, наслаждался её несмелой лаской.

Ощутимо сжав подбородок рукой, Виктор начал целовать жену сам. Пытки грубыми поцелуями. Он закусывал её губы, мял их и вовсе не так нежно ласкал тонкую чувствительную кожу, как раньше. Елена ощущала его гнев, его наказание уже в поцелуях. А что же будет дальше?

Виктор оставил её рот в покое, подхватил девушку на руки и понёс к кровати, будто он хищник, а она – его добыча. Возле кровати муж снова поставил её на ноги.

– Бери его в руки.

Елена в нерешительности продолжала стоять, закусив губу. Тогда Виктор сам взял её ладонь и вложил в неё свою твёрдую плоть.

– Ну? – Поднял он бровь, когда она так и продолжала стоять, тяжело дыша, не понимая, что ей нужно делать. – Хорошо, я покажу тебе.

Накрыв её тонкие пальцы своими, он стал водить по своему стволу её ладонью. Показав девушке пару движений, муж отпустил руку:

– Продолжай.

Баронессе ничего не оставалось, как несмело продолжить движения. Он смотрел в её глаза, и она видела, как его взгляд стал меняться и туманиться, он задышал более глубоко и отрывисто. Ему было приятно...

Оказалось, погружение в мир наслаждений для Елены только начиналось. И она сама и разбудила в нём ЭТО.

Мужчина потянул девушку за собой, схватив за руку. Сам сел на постель.

– Садись, – показал он ей на ковёр между его ступней.

Она подчинилась и села туда, куда он сказал.

– Бери, – вкрадчиво сказал муж.

Елена вновь протянула руку, но мужчина её перехватил:

– Не руками.

– А как?

– Губами. Языком, – говорил это и бессовестно смотрел ей в глаза, будто они обсуждали самые обычные вещи.

– Нет, – твёрдо ответила Елена, тяжело дыша и сверля взглядом узор ковра.

– Да, – наседал муж. – Потому что если я возьму твои губы сам – тебе не понравится. Я жду.

Она сделала это. Очень странные ощущения. А главное, девушка вовсе не ожидала, что мужчинам нравится такое. Невольно и у неё внизу живота стало всё тянуть и томиться от реакции мужа на её неумелые ласки. Ему нравилось, и он не скрывал своего удовольствия.

Больше слов в этой комнате не было до утра.

Виктор решил, что сегодня с неё хватит новых ощущений, и, потянув за руки девушки, закинул её на кровать прямо на себя. Он целовал жену, будто душу пытался из неё вытянуть. Сминал губы до боли и стонов.

Мужчина как дикий впивался в кожу пальцами, будто если отпустит её – она исчезнет. Нежную грудь терзал губами, заставляя её выгибаться и забывать о том, что Елена не должна наслаждаться этим безумством. Её неумолимо накрыло лавиной от ласк мужа, грубых и нежных одновременно, сводящих с ума её. Она пропадала в плену его рук и губ на обнажённом теле. Баронесса отдалась этой волне ощущений, которая смыла её будто прибой и унесла в океан эмоций.

Она желала Виктора, и он это тоже понимал. Он победно рыкнул в тот момент, когда она вздрогнула и подарила ему пульсацию своей плоти вокруг него от мощных толчков. Елена не сдержала крика. Не боли – крика удовольствия, разрывающего душу и сознание.

Он получил, что хотел. Она больше не может ему сопротивляться. Тело Елены он забрал. Но у неё пока ещё осталась душа. Душу она ему не отдаст.

17.

Утром Елена проснулась на его руке. Обессиленные, они уснули как были. Виктор обнимал жену всю ночь, не давая даже отодвинуться. Ей было неудобно, она не выспалась. Решила хоть утром отодвинутся и попасть удобно, но только двинулась, как ресницы мужа дрогнули, и голубые глаза впились в неё. Она хотела что-то ему сказать, но не успела – мужчина сгрёб девушку в объятия и продолжил ночное безумие. Она устала, но ей нравилось… Дьявол Виктор испортил и Елену своей порочностью. Такой сладкой, томной и беспощадной.

Сопротивления не было. Они утонули среди простыней, потерявшись во времени.

***

За завтраком Елена почувствовала вдруг недомогание. Видимо, нервы и стресс не прошли для неё бесследно. Из-за стола она встала, цепляясь за руку Виктора. Муж был серьёзно обеспокоен её здоровьем и отправил баронессу в постель, а слуг – за доктором.

– Как часто пищу принимаете, Елена Олеговна? – Спросил её врач после замера давления.

– Сколько подают на стол – столько и ем. Три раза.

– Порцию полностью съедаете?

– Нет. А что?

– Что ж… Мне всё ясно, – сказал Антон Павлович барону, убрав в сторону тонометр. – У вашей супруги, барон, нервное истощение. А ещё – она явно недоедает. Нужно проследить, чтобы баронесса ела все порции полностью. Отсюда упадок сил. Ну и оградить от стресса. Сейчас я выпишу вам успокаивающие травы.

– Где ваши травы, которые вы пьёте перед ужином, Елена? Покажите Антону Павловичу. Может, они подойдут.

Елена молчала и опустила глаза в пол. Сейчас доктор посмотрит их и, скорее всего, догадается, что травки вовсе не для успокоения нервов…

– Они в кухне, барин, – послышался голос Стеши за спиной Виктора.

Ну кто тянул за язык эту девку? Елена глянула на Стешу с неприязнью. Стеша сделала вид, что не заметила этого взгляда.

– Принеси, – сказал ей молодой барин, и служанка тут же убежала.

Очень быстро Степанида принесла мешочек с травами и отдала его доктору. Он открыл его, понюхал, посмотрел внимательно.

– Это не успокаивающие травы. Я их отлично знаю… Они против нежеланной беременности, – врач поднял глаза на Виктора. Он понял, что произошло что-то не то. – Вы не знали?

– Кажется, Стеша что-то перепутала. Выпишите ваши травы, будьте любезны, – Виктор не показывал своих эмоций.

– Да, конечно. Я выпишу.

По комнате пополз мороз. Дыхание айсберга. Елена не смотрела на мужа, но знала, каким взглядом он на неё смотрит. С травками девушке придётся попрощаться...

Антон Павлович выписал рецепт и ушёл, не зная, как бы Елене хотелось, чтобы он остался ещё хоть немного! Но доктор, не понимая её безмолвных сигналов, ушёл. А Виктор остался.

Елена перевела взгляд на мужа и тут же оторопела – Виктор смотрел на неё так, будто сейчас всю душу вытрясет. Он подошёл к жене и сжал руками её за плечи, заставляя смотреть ему в глаза:

– Травки от нежелательной беременности? Продолжаешь играть с огнём?!

Елена с вызовом смотрела на мужа, ничуть не сожалея о содеянном. Его взгляд баронессе трудно было выносить, но она держалась стойко.

– Больше ты не будешь их пить. А быть вместе мы будем значительно чаще. Это не женщине решать, когда у нас будут дети. Надеюсь, ты больше не будешь шутить с кинжалом и не схватишь в руки подаренное Павлом ружьё, лишь бы не дать нам то, чего мы оба хотим?

Елена молчала, опустив глаза в пол. Этот мужчина слишком властный и сильный. Он подавил её.

– Отдыхай, – сказал барон, отпустил её плечи и встал с кровати.

Виктор ушёл, а Елена в бешенстве треснула кулаком по подушке.

«Это не женщине решать, когда у нас будут дети», – снова царапнула по самому сердцу её эта фраза мужа.

Стеша влезла, чтоб её! Только Елена хотела сказать, что больше этот чай не пьёт, как девка взяла и вмешалась. Недаром баронессе казалось, что стоит её опасаться. Она специально это сделала. У Стеши личные счёты будто. Елена давно заметила её странные взгляды в свою сторону. Только понять не могла никак – что же именно она этой девке сделала, и как та только смеет так дерзко смотреть на хозяйку?

***

Виктор выполнил своё обещание. Он каждую ночь приходил к своей жене. Он будто доказывал Елене, что она – его собственность полностью, без остатка. Баронесса теряла разум от его напора, его ласк и неуёмной страсти. Она в страхе ждала результата этих бурных ночей – беременности.

18.

Елена и Виктор сидели в столовой. Сегодня была суббота, и завтрак подавали позже. Мужчина и женщина постоянно посматривали друг на друга. Чуть позже к ним присоединился Альберт и с интересом поглядывал то на сына, то на невестку. Проницательный старик заметил, что в отношениях молодых явно появились какие-то новые оттенки.

– Елена, я забыл тебе сказать вчера. У нас сегодня важные гости. Вечером оденься празднично – пусть все видят, какая ты у меня красавица! – Обратился к баронессе Виктор и нежно поцеловал её руку.

Вон оно что. Виктор собирается показывать всем жену, будто та редкий трофей.

Ну что же…

Красивая так красивая...

***

Вечер был в самом разгаре. С десяток очень важных господ со своими женами разбрелись по дому после ужина. Как Елене сказал её муж – вечер был посвящён успешному открытию одной из новых веток железной дороги. По завершении проекта Виктор решил отметить эту знаменательную дату для его дела.

Елена выглядела шикарно. Её природную красоту дополняло неприлично дорогое платье, колье, подаренное Виктором, завитые волосы. Глаза она подчеркнула тушью, отчего они казались ещё более чёрными и огненными. На её фоне остальные девушки становились лишь бледными тенями.

Виктор с довольным видом весь вечер купался в комплиментах мужчин по поводу привлекательности его супруги. Баронессе же оставалось лишь вежливо улыбаться.

И после этого он Елене будет говорить, что она не трофей? Он показывает её всем, будто девушка – редкая вещица, которую ему удалось хитростью и наглостью получить в свои тщеславные лапы. Она прекрасно и сама знала, что о ней говорят мужчины, оставаясь наедине. Да и взглядов достаточно, чтобы понять, что некоторые откровенно завидовали барону. Они бы тоже хотели себе такую игрушку! А досталась она только одному — барону Гинцбургу.

Женщины общались с княжной напряженно и настороженно, будто бы только и ждали от неё нападок. Некоторые из дам нелицеприятно отзывались о Викторе. Намёками, конечно же, и делали вид, как они сочувствуют Елене. Однако не факт, что ни одна из этих благородных курочек не бывала в постели Виктора. Возможно, они говорили это из зависти, хотя Елена с радостью поменялась бы с ними местами.

Настало время для раздельного досуга.

Виктор направился в свой кабинет, чтобы покурить сигары и выпить бренди с другими мужчинами. Он подозвал жену и попросил:

– Дорогая, ты могла бы принести и налить нам бренди сама?

Баронесса подняла глаза на мужа. Он что – умом тронулся? Она же не прислуга. Виктор прочёл возмущение в её карих глазах, и тут же в его взгляде мелькнула тёмная тень.

– Делай, как я сказал. Неси бренди.

Он решил девушку унизить прилюдно? На что ещё готов этот человек, чтобы упасть в её глазах ещё больше?

Но не подчиняться и устраивать скандал прилюдно Елена не собиралась. Она попросила Настю подготовить всё и вынести поднос. Девушка тоже удивилась, что барон заставляет баронессу прислуживать его приятелям и компаньонам, но сделала так, как её попросили.

***

Елена несла поднос на второй этаж под изумлёнными взглядами женщин ей в спину.

Ну и позорище.

И почему Елена тогда ещё не заколола Виктора?

Кое-как она открыла дверь и вошла в кабинет под пристальным вниманием затихших мужчин. Одни смотрели на молодую баронессу с интересом и удивлением, другие откровенно разглядывали. Ей было жутко неприятно, но она улыбалась. Девушка разлила бренди по бокалам. В воздухе как будто повисло напряжение. Все взгляды были обращены к ней, отчего Елена чувствовала себя неуютно.

– У вас замечательная жена, Виктор. Гостеприимная хозяйка! Очень мило, что вы решили поухаживать за нашей мужской компанией сами. Благодарю вас, – подмигнул ей усатый князь Дорохов.

Та кисло улыбнулась в ответ и посмотрела на мужа:

– Я могу идти? Хозяин.

Обстановка накалилась ещё сильнее. Мужчины разом уставились на неё, потом перевели взгляд на Виктора. Его лицо нахмурилось, глаза заволокло уже знакомым девушке гневом.

– Нет, – ответил ей Виктор. Голос ровный, он будто вовсе и не заметил этот камень, брошенный в него при всех. – Знаете ли, Елена очень красиво поёт. Дорогая, развлечёте немного гостей своим прекрасным голосом?

Она молча смотрела на мужа, который взял в руки заранее приготовленную гитару и стал перебирать струны, сверля её своими голубыми глазами.

– Правда? Елена Олеговна, уважьте! Спойте нам, светик! Просим, – посыпалось со всех сторон.

Елена грациозно присела на край кресла, в котором сидел барон с гитарой. Песни, что ли, ей жалко? Вовсе нет.

– Только если вы меня, Виктор, поддержите, – она шепнула ему на ухо название песни.

– Да-да, поддержите же супругу!

А Виктор уже начал перебирать аккорды той песни, которую ему назвала баронесса. Она смотрела на Виктора и пела, а он подхватил её песню, глядя горящим взором на свою жену. Между ними будто бы пробежала новая искра, пока мужчины зачарованно слушали их. Никто не шелохнулся, кажется, до конца звучания мелодии.

– Браво! Очень красиво! – нахваливали супругов господа, некоторые им даже аплодировали.

***

Виктор находил поводы, чтобы его жена оставалась одна среди мужской компании. Он не отпускал её почти до самого конца вечера. Уже была почти ночь, когда в доме осталось несколько гостей. Все прилично захмелели и вели смелые разговоры. Елене наконец разрешено было уйти, и она вышла из кабинета.