Останови моих демонов

Пытаюсь найти ответ на этот вопрос, пока иду по коридорам за ней, держась чуть позади и рассматривая симпатичные лодыжки, острейшие икры и изредка очерченные ягодицы. Последние - ничего. Она открывает дверь с надписью “Буфет”, заходит первая, не заботясь, пойду ли я за ней. И это место напоминает что-то такое… государственно-бюджетное, от чего меня обычно отшатывает на пару километров. Нет, лучше бы ресторан… или хотя бы фешенебельная кафешка.

Лада подходит к прилавку, за которым стоит женщина, жуясь и даже пузыри надувая. Один из таких лопает как раз тогда, когда моя сегодняшняя недотрога решает сделать заказ, насмотревшись на порции салатиков.

— Мне, пожалуйста, салат с капустой. Компот и пюрешку с рыбой.

— Хлеб не надо, Владуль?

Та улыбается ей открыто, в отличие от всего, что было ранее направлено на меня.

— Нет, спасибо.

Мадам кивает и просчитывает названное. Девчонка достаёт из кармана карточку и почти успевает сказать про оплату. Обрываю, чуть её оттеснив:

— Чай чёрный без сахара и… - скептически осматриваю всё, что лежит здесь и ждёт своего часа на выброс, - и всё.

Достаю наличку, самой меньшей оказывается тысячная. Лада смотрит на неё так, будто там не лежат деньги, а разлегся маленький и очень злючий ифрит***. Зато буфетчицу всё устраивает. И на эту девчонку с сырыми волосами то и дело посматривает парочка посетителей, так что я беру её поднос со своей пародией чая и ухожу в самый дальний угол.

Теперь уже она идёт за мной. Один - один.

— А кто давал тебе право платить за меня?

Хмыкнул. Два - один. Не люблю иметь дело с гордыми русскими девушками. Вообще… не моё. Слишком дерзкие, строптивые, не воспитанные должным образом. Так и хочется выдать им флаг радикальных феминисток и отправить маршировать восьмого марта. Единственный их плюс - доступность и массовость.

— Я сам себе это право дал. - Ставлю поднос на её сторону. Убираю пластмассовый стаканчик ближе к себе, чуть пригубив кипяток. Гадость редкостная… кто это вообще пьёт?

Девочка как раз садится напротив и начинает ковыряться в салате, стараясь не отрываться от разглядывания моего лица.

— Ты начнёшь говорить уже или думаешь просидеть со мной весь ужин?

— Ты всегда такая…

Хмыкнула.

— Какая?

— Да так.

— Ммм, начинай уже, хорошо? - Мерзко направила в меня вилку. - Или забыл?

Потираю переносицу, выдохнув.

— Так я… хотел поблагодарить…

— Уже поблагодарил.

Шикаю…

— В твоей семье принято перебивать? Тебя этому родители учили?

Лада чуть удивляется, проморгавшись.

— Слушай, я ж не звала - ты сам пришёл.

— И я уже жалею об этом!

Та начинает смеяться, будто специально подавившись салатом. Жду, сцепив руки на груди, когда эта дешевая сцена закончится, но та давится ещё раз, только отдышавшись. Это смеш-но? Что заставило её так сме-ять-ся?

— Ты такой смешной! Так встань и уйди, Таймурад! Это так сложно? Ты такой глупенький!? - Наконец снисходит до ответа.

— Серьёзно!? Ты мне будешь… указывать!?

Девушка отдаляется, отодвинувшись к спинке стула. Чуть наклоняет голову и выговаривает мне, будто являюсь крошечным объектом её исследований:

— Не нервничай, горячий холёный парень.

Приходится прочистить горло и выдохнуть. Та продолжает:

— Ладно, раз конструктива я не дождалась, давай так… - загибает пальчик, - как ты меня нашёл?

— Ты оставляла контакты Белугину.

— Кому? - Морщит носик… - Тому МЧС-нику? Да… а… окей. И… И что? Он типа дал?

Хмыкаю на этот раз сам. Дополняет, догадавшись:

— Деньги?

Скорее "связи", ибо его ещё пришлось, после подставы с номером, поискать. Киваю, смотря, как глаза её серые округляются:

— И зачем? Спасибо сказать? Как-то без этого нельзя было? Послал бы свой благодарственный посыл во вселенную или поставил бы за меня свечку… А, погоди, - реально затормаживает с этим, - у вас так не делают, наверное?

Эндэш, Таймурад… Снова выдыхаю и сжимаю кулаки крепче. Та замечает движение, следом отведя взгляд в сторону, будто созерцание облупившейся краски на стенах есть нечто прекрасное, подобное изучению звёзд и мироустройства. Жду, когда вернётся к поеданию этой… мерзости.

— Хотел поблагодарить, - начинаю с того, на чём был прерван, - и сказать, что раз ты спасла мне жизнь, я буду… рад помочь, если тебе в чем-то потребуется моя помощь.

Давится компотом, но всё же проглатывает.

— Ой, я завела себе личного Джина? Там потереть нигде не надо же? А то вдруг мелкий шрифт…

Если бы можно было дышать огнём, спалил бы её.

— Я тебе… сейчас… потру…

_____

* Не умеет Таймурад "ярату".

** “Спасатели Малибу” - американский телесериал о спасателях, которые патрулируют пляжи округа Лос-Анджелес в Калифорнии. В Книге рекордов Гиннеса упоминаются как самое просматриваемое телевизионное шоу за всё время, с более чем 1,1 млрд зрителей.

*** Ифрит - мифическое существо, могущественный демон в арабской и мусульманской мифологии, разновидность джинна. Могут менять свой рост и внешность, буквально вырастать до небес и превращаться чуть ли не в гномов, обладают огромной силой и очень умны. Мир ифритов похож по структуре на человеческий — в их царстве правят короли, у них есть семьи и дети, а общество делится на враждующие кланы. У них есть огненные крылья, и они могут перемещаться со скоростью мысли. Защититься от ифритов можно только при помощи молитвы или магических ритуалов. При помощи магии их можно даже себе подчинить, и пока магия действует, никакой ифрит не осмелится ослушаться человека.

Девочка из комиксов. 9

Не каждой возможностьюстоит пользоваться.

Иногда они могут лишь погубить, а не подарить шанс

на то, о чём мечтала изначально.

Влада.

Опять смеюсь…

— Так, ладно, - говорю намного спокойнее, выпрямившись и улыбнувшись, - благодетельный и благородный заноза очей моих! Узрите, пожалуйста…

Хмурится ещё больше, так что решаю быстренько договорить:

— Что предложением я твоим не воспользуюсь!

Он реально не понимает:

— Почему?

Ну вот как это объяснить? Что непонятного-то!?

— Потому что из-за этой лампы Алладину пришлось спасти Агробу и влюбиться в принцессу Жасмин. А зачем оно мне? Спасибо, - кладу руки на сердце, смотря, как тот не сводит с них до сих пор темнеющих глаз, - но мне не нужны ни Агробы, ни лиры или что у вас там, ни тысяча и одна ночь, хорошо? Меня устраивает своя жизнь, и твоя милость вот, честно, только бесит! Ты понял?

Кажется, не замечает, что я перестала говорить. Да и едва ли слышал… странный он.

— Ау!

Тот медленно поднимает свой взор, по штришку оттачивая каждое слово:

— У Алладина не было выбора. Его выбрала лампа, и если бы не это, он так бы и остался никчёмным мальчишкой.

Нормальный такой ликбез провёл…

— Эм…

Самодовольно скривил губы.

— Таймурад, один чёрт… - замечаю, как морщится, чего сейчас-то? "Черт"? - ого, у нас есть стоп-слово?

Закатывает глаза, пока я улыбаюсь шире, повторяя, как заведённая:

— Ч-ч-ч-черт! До чертиков чертов черт…

Глубоко выдыхает и перестаёт на меня пялиться, тут же зажмурившись.

— Эндэш, Лада… - едва слышным грудным рокотом.

— Это ты мне заткнуться сказал, да? Или проклял?

Медленно открывает глаза и почти решается что-то сказать, но осекается, увидев во мне неведомо интересное. Что? Я всего лишь оперлась на собственный кулак и расплылась, просто умиляясь тому, что выбешиваю совершенно для меня непонятного парня. Он такой вспыльчивый, обжечься можно!

Единогласно решаем больше не говорить, так что спокойно доедаю свой завтрак, обед и ужин, обещая самой себе и своему метаболизму, что буду наконец нормально потреблять калории, а не запихивать их в себя одним приёмом пищи. И в общем-то встаю, кивнув Галине Максимовне, улыбнувшейся напоследок. Убираю за собой, освобождая поднос. Выхожу из буфета и оборачиваюсь лишь тогда, когда поступь его не думает от меня отдаляться. А мы как бы уже прошли отворот к стойке администратора…

— Тебе пора уйти. - Едва удерживаю собственный палец, что уже намерился уткнуться в его широченную грудь.

Тот обдаёт прищуром и колким:

— Не командуй мной.

— Да при чем тут это? - Развожу ладошки в стороны. - Я же сказала, мне ничего не надо. Всё! Что ещё?

— Так нельзя, Лада.

— Да в смысле “Нельзя”-то? - В подтверждение ещё и фыркаю.

— Просто нельзя. - Назидательно-назидательно.

— Слушай… так… ладно, я поняла, всё элементарно! Ты просто тупой!

Откашливается и опять напрягает мышцы, отчего футболка заметно дрогнет.

— И давай я всё же тебя выслушаю, что же там скрыто за этими тайными желаниями…

— "Тайными"? - Изогнул бровь.

— Просто “желаниями”! Что ты имел ввиду? Что я должна вообще захотеть, чтобы ты перестал меня преследовать?

Его глаза вдруг вспыхивают и как-то безбожно начинают прищуриваться.

— Меня?

Э...

Лицо перекашивает, хотя я успела подготовиться морально, но… всё равно… Атас! Attention, гора из нано-идиотов! Решаю просто развернуться и ускориться, чуть ли не на рысь переходя. Добегаю до своей раздевалочки и хлопаю дверью, тут же удерживая в руках ручку. Он не пытается открыть, это хорошо, ибо едва ли бы я её удержала! Но ни оправданий, ни продолжения этого лепета я не хочу слы-шать.

Это… просто… он с чего подумал, что я его… “захочу”? Его? Вот его?! Точно его? Ронни Радке бы выдал “WOW! Motherfucker”. Откуда такие амбиции в мою-то сторону!?

И только тут замечаю, как замерла уборщица, злостно на меня уставившись:

— Что вы все хлопаете и хлопаете! - Цедит по крупинкам женщина на мой немой вопрос.

Я пожимаю плечами и отрываюсь от ручки, пробираясь через ведро к своему шкафчику. Достаю оттуда колготки и кофточку. Натягиваю всё на себя, извиваясь от будто специально ползающих у моих ног ворсинок швабры. Убираю до сих пор не высушенные феном волосы в култышку, понимая, что мешаюсь… но можно же как-то нежнее, не пытаясь меня с ног снести?

— Всё ходите и ходите тут! Смена закончилась? Закончилась, а вы всё ходите и ходите…

— Сейчас уйду.

— Постарайтесь уж, а то работать не даёте!

Я всё даю. Ну, наверное…

Забираю рюкзак, откапываю оттуда беспроводные наушники и включаю ясно кого. Мужчина, обладающий шармом ганста-рокера-рэпера и бывшего эмо-боя, начинает начитывать новый трек, только вышедший вот совсем на днях, текст которого я ещё не успела выучить.

Иначе почему я срываюсь с мотива, стоит мне только выйти и увидеть этого индивида, покорно склонившего голову у окна? Этот треклятый напоминает сейчас Хатико, которого оставили ждать, а года идут и идут…

Делаю шаг…

Ещё один…

Он замечает меня у своих ног… поднимает взор, и по губам его скользит ухмылка. Горькая, меня даже отшатывает.

— Сколько тебе годиков, Таймурад?

Парень шумно вдыхает, но всё же решает ответить:

— Скоро двадцать семь, Лада.

— О, так я тебя старше?

— Да, ты меня... - задерживает дыхание на миг, - старше.

Откуда знает? Ясно, что, помимо адреса моей работы, была слита и дата рождения. Даже жаль, что тот парень не позвонил, сейчас я бы воспользовалась номерочком и выговорила всё, что думаю о таких "работниках"…

— Тогда будь добр, соблюдай субординацию! И услышь наконец…

Не замечаю, когда он что-то улавливает, но отчетливо чувствую, как делает шаг ко мне, меняя значение и вдруг касаясь указательным МОИХ губ, проводит полосу, чуть надавливая и получая в ответ то, что и хотел, через миг прильнув к ним своими. И я теряю выдох от последствий взрыва в области лёгких… успеваю только хлопать ресницами, чувствуя, как он ухмыляется и хватает ладонью затылок, окончательно игнорируя мои безумные мысли выбраться.

Его губы царапают, он меня раздражает… его хочется оттолкнуть, очень, но сердце так бьётся, будто на него тоже что-то обрушилось.

Нет… нет… нет уж, нет.

Вцепляю пальцы в его футболку и сдавливаю, начиная щипать бок. Он терпит пару мгновений и выдыхает, наконец отдаляясь и возвращаясь на прежнюю позицию.

Касаюсь губ и, только снова начав дышать, заношу ладошку…

Но лишь в последний момент сжимаю кулак, уводя тот за голову. Мамочки! Да здесь камеры! Да здесь чужие дети и родители! Да здесь... Да больно надо! Просто отворачиваюсь, делаю пару шагов и нахожу силы проговорить:

— Больше здесь не появляйся, чертов джин!

Я знаю, что он ухмыляется. Понимаю, что сейчас ему проиграла. И в курсе, что мне это не нужно! Надеюсь, этот тупоголовый услышал.

Девочка из комиксов. 10

Что должно случиться, чтобы мечтасбылась?

Терпение? Желание? Стремление?

Иногда достаточно случайности?

Но она в такое не верит.

Влада.

Он догоняет как раз у поворота к Юле, я понимаю это по подстраивающимся под мой ход шагам. Эта ходячая стена раздражает, он не в моём вкусе, этот парень вообще мне никто! Зачем увязался? Нашёл лёгкую добычу? Мальчику стало скучно? Очень смешно!

— Юль, - кричу, как только вижу свою очаровательную пухляшу с обворожительной улыбкой, которая как раз и расцветает на её личике, когда девушка видит того, кто продолжает плыть за моей спиной.

— Ой! Вла-а-адушечка моя! - Лебезит подруга, и мне так хочется гаркнуть, но я лишь выдыхаю и разжимаю сжатые до того кисти.

Надо быть спокойнее! Я, в конце концов, тренер со стальными нервами, которые сейчас вообще ни к чёрту… “чёрт”, оборачиваюсь, зыркнув… чё-е-е-ерт! Бабушка бы по губам надавала!

Тут же падаю лбом на стойку ресепшена, обхватывая голову руками. Скрещиваю пальцы на затылке и ровно в тот миг, когда решаю выдохнуть, по моей спине умудряется проползти чья-то пятерня, обдающая теплом и паникой. И эта лыжа явно больше Юлиной… Такая и спину может сломать, наверное. О, я не завидую его девушкам! Это такую прыть обуздывать, такое на себе удержать, такое вообще сдержать… Жуть!

— Ещё раз руки распустишь…

Поворачиваю голову, не отрываясь… и выдыхаю, разглядев на этой же стойке удачно разложившегося Таймурада. Тот склонился, только подперев голову свою бестолковую рукой. Этому парню вообще такое normally? Мне такое можно… ему такое никак “низя”!

И ухмылка с губ всё никак не уйдёт, развивая во мне Паршивое чувство, что этот волкодав успел почувствовать вкус моей крови, вьющейся в венах, и решил ощутить это вживую, думая преследовать. Ага, размечтался.

Юлёчек-кулёчек продолжает радовать нас своей красотой и молчать… А “молчать” и “Юля” - это молекулы из разных океанов.

— Юль, почему у нас посторонние здесь?

Я задеваю болезненное - Юлькину несуществующую некомпетентность. Та ловит мой уставший взгляд и слегка открывает рот, дабы набрать побольше воздуха в лёгкие…

— В смысле “посторонние”? Таймурад Каримович вообще-то записан к тебе.

— В смысле “записан”?

— Ну, - начинает девушка, пока “Таймурад Каримович” добавляет к ухмылке самодовольную улыбку, проскользнувшую искорками в карих глазах, - как это “в смысле”? Вы же обговорили всё и назначили это время на индивидуальные, верно?

— Абсолютно верно, Юлия, - отвечает своим нижайшим тоном, тут же направив улыбочку в сторону администратора.

Я приподнимаю руку… опускаю… Снова приподнимаю кисть и опять опускаю. Решаю откашляться и встать наконец ровно, только после начав разнос:

— Как это “договорились”!? С кем? Со мной? - Кладу ладонь на грудь. - Я занимаюсь с детьми, Юля! Ты забыла? Или ему нет восемнадцати, да?

Перевожу взгляд на парня.

— Ты несовершеннолетний?

“Несовершеннолетний” откашливается, морщится и чуть прищуривает очи свои.

— Или, может, у тебя есть сын, брат, зять, сват не старше восемнадцати, а? И когда я с тобой успела договориться!? О чём, Таймурад?

Всё же имя красивое… но я всё равно не понимаю! Зато понимает Юля:

— Таймурад Каримович купил годовой абонемент.

Моё лицо воистину перекашивает.

— Ч.. что сделал Таймурад Каримович?

Отвечает сам:

— Взял годовой абонемент. Какие-то проблемы?

Игнорирую… Левый успевает моргнуть раньше правого глаза.

— Так верни ему деньги, Юль?!

— Ну как это! - Сокрушается девушка, получив свой процент с продаж и мысленно его уже растратив. - Ага, счаз, Влада! У вас ни одного занятия не было, и я должна отдуваться? Ты вообще уже?

Таймурад в превосходстве чуть приподнимает бровь. Но я не сдаюсь:

— Тогда переводи его к кому-нибудь другому, ясно?

Юля смотрит на мужчину, что оказался младше нас двоих, переводит взгляд в мою сторону, снова смотрит на этого, снова на меня и опять на него, наконец выдохнув и открывая рот:

— Таймурад Каримович, - натягивает виноватую улыбищу, прошибающую бетонные стены.

Мне даже становится жаль эту женскую версию кота из “Шрэка”, но…

— Юлия, - опять красиво коверкает имя, - у вас максимальный на сколько? На три года? Я не буду его возвращать, честное слово. Но давайте пока попробуем на год, да, моя дорогая?

На последнем подаётся к девушке, чуть ли не коснувшись ладонью её щеки. Смотрит в глаза, истинно гипнотизируя… а я топаю ногой и шиплю, пока есть чем:

— Таймурад Каримович, вы там в своём уме?

“Таймурад Каримович” бросается в мою сторону, аки опасная кобра, шепнув на расстоянии миллиметров:

— В своем, Лада.

Отстраняюсь.

— Не похоже... вообще!

И пока этот абсурд не дошёл до предела, уточняю:

— У меня нет лицензии тренировать и учить чему-либо взрослых диковатых мужиков…

Юля сдаёт тихо-тихо:

— Лапшу заливает.

Продолжаю, зыркнув на миг.

— У меня нет времени на новых учеников!

— Вообще брешит, было свободно, - опять вклинивается подруга.

Дую щёки секунду.

— У меня нет и не будет желания заниматься с тобой…

Поднимаю взгляд к его лицу, что по-прежнему выражает “да-да, да-да, я поверил, ага, да-да, конечно, угу, продолжай, да, погоди, зевну, ага”.

— И здесь полно прекрасных тренеров с более высокой квалификацией и большим опытом, нежели у меня!

Патриархально обомлевшая подруга на этот раз лишь открывает рот, а Таймурад смотрит на девушку краткий миг, будто ожидая её опровергающие речи, но тут же возвращаясь ко мне:

— Лада, здесь не ты решаешь, уясни это.

Итак, новый ликбез, а мы и не ждали! А тема его: как вывести девушку за ноль целых одну тысячную секунды? Да-да, именно вооот так! Превосходно! Сто процентный результат и пожизненная гарантия, если эта девушка терпеть не может ущемления любых своих прав или даже малейшего намёка на то!

— Ах даа! Точно! Так ты с этим не по адресу, извини! В своей команде решаю я и ещё…только я, понял?

Да, вру, не жесткач, не заноза и не злыдина, но сейчас очень хочется стать таковой…

Повторяет:

— Ты здесь вообще ни-че-го не решаешь, Лада. - И развернувшись, цедит, чуть махнув нам рукой. - Увидимся завтра!

Я топаю ногой и громко выдыхаю всё скопившееся. Это что за… что за засранец такой, а!? Как такого земля-матушка-то носит и не надрывается? Кого я на мосту... Этот волкодав всем так в шею вгрызается, раскидываясь пачками купюр!?

Почти решаюсь высказать всё Юле, поворачиваясь к ней, но замираю, разглядев на лице девчушки лютый детский восторг.

— Ты нормальная!?

Та перестаёт кусать губу и меняет дичайшее обожание в глазах на надменность и привычную рабочую напыщенность. Я решаю разъяснить, если кто ещё не понял:

— Он грубый! Он мужлан! Он, сто из ста, бабник! А ты слюни пускаешь?! И у тебя парень есть, Юля!

— Так я ж не себе, - отворачивается, тут же выпорхнув на лабутенах к автоматику с кофеёчком.

— И типа ты мне такое желаешь? Ты с ума сошла?

Юля заказывает два горячих шоколада, дожидается каждый и тихонько топает ко мне, заодно кивая убегающим в сторону гардероба клиентам.

— Да, до свидания, - тут же смотрит в мои глаза, - приходите ещё, мы Вас всегда ждём! - Прищуривается и наконец говорит, - это ты вообще не понимаешь, какой он. Грубый?

Ставит шоколад на стойку, подвигая один стаканчик ко мне и загибая палец ладошкой:

— Так “Грубый”!? В каком месте, Владислава!? Он заплатил за год вперёд и искренне благодарил!

— Меркантильная…

— Да, я меркантильная! Ты знаешь, где я выросла! Так что не надо мне тут!!! Но если он на три года купит наш абонемент, у меня мечта сбудется! Я в отпуск уйду, Владусь! Так что… - второй палец, - “Мужлан”? Мужчина должен быть сильнее девушки, иначе какой смысл тащить всю эту тяжеленную телегу на себе!? Ради чего вообще!? Скажешь мне?

— Глупая!

Девушка хмыкает, добавляя “Кто бы говорил”, но тут же переключается на продолжение сего опуса, загибая еще один пальчик:

— “Бабник”!? У него на лице написано? - Игнорирует мои истеричные кивки. - Да даже если так, ты хоть знаешь, какие из кобелей клёвые мужья, отцы и любовники!?

Начинаю хохотать…

— А тебе-то откуда знать, Юль?

Девушка открывает рот, но через миг начинает смеяться, зажмурившись и стирая слезинки с уголков глаз.

— Влад, ну серьёзно! Я же тебя не замуж за него выдаю! - Продолжает, пока отпиваю горячий напиток - Просто поучи его плавать… он, говорит, воды боится, прикинь! - И для неё это точно плюс. - Мужик пришёл тебе довериться, а ты его даже поцеловать не смогла…

— Стоп! Ты подсматривала!?

Юля гордо выпячивает бюст с, как всегда, расстегнутой верхней пуговицей и выдаёт тоном замшелого работника ЖЭКа:

— Девушка, я не подсматривала, а контролировала! Разницу чуешь, а?

— Ммм, - цежу, отпивая ещё один глоток и опираясь локтями об стойку.

Приподнимаю бровь и чуть поворачиваю голову, спрашивая:

— И как тебе?

— Ты - как всегда, он - красавчик. Вообще не меняешься, что раньше с Ярым до всей той ерунды была на голову отмороженная, что сейчас…

— Ммм, - салютую одноразовым стаканчиком, - спасибо за честность, подруга!

— Да кто, как не я-то, Владусь!?

— Да никто-никто, - выдавливаю саркастическую улыбку, проглатывая уже давно привычный застрявший ком в горле.

Шоколад перестаёт сластить, воздух начинает колоть, раздавливая в моих лёгких до сих пор не вышедший осадок. Я не хочу вспоминать, мне оно не надо. Не надо же, да?

— Одно занятие, Юль. И он сам сбежит, ясно?

— Спорим, что останется у тебя!? - Загорается девушка, протягивая кисть с длиннющим маникюром на тонких пальчиках.

— Да без проблем!

И только сейчас я вспоминаю про замершего Радке, выдохнувшего мне в уши своей переосмысленной композицией:

“When did I become so cold?”*

[Когда я стал таким холодным?]

Если это обо мне, то ясно когда.

_____

* Falling in reverse - I'm not a vampire (Revamped). Своеобразная история Дракулы. По мнению Владиславы и автора-меломана - в ней интересно всё: мелодия, голос, перетекающий из низов к верхам, клип, сюжет, смысл, вложенный в переосмысленную спустя много лет композицию. Но на слух, если не слушали и не воспринимаете скрим, с которым автор успела за много юношеских лет породниться, вам может быть, как и ранее, тяжеловато, ибо есть “моменты” расщепления связок, что элементарно для Радке. Так что… осторожнее.

Девочка из комиксов. 11

Именно случайностиформируют то,

что мы имеем в итоге.

Влада.

Апогеем всего этого стала тачка, перекрывшая мою Ладушку. Ну нормально вообще? Что за розовая немка с колечками борзо так подперла мой и без того повидавший бампер!? Да я столько бордюрчиков им задела - не пересчитать… А сейчас как выбираться? Там же сзади бордюрище - я на своих 14-ых колёсах не перепрыгну! И не вывернуть никак…

Долетаю до этой наглости, обхожу задницу Аудюхи, запоминая дорогущие номера, скольжу взглядом по витиеватым рисункам, которыми обклеена машина, и стучу в стекло водительской двери, тут же выдохнув и только после посмотрев…

То начинает опускаться, а я начинаю раздражаться сильнее, разглядев того, кто там удачно устроился.

— Ты… - Поднимаю ладошки и тут же опускаю. - Ты вообще!?

Этот Таймурад Каримович слегка смеётся и кивает в сторону моей заблокированной машины.

— Ну давай, попробуй выехать, Лада.

Смотрю на него миг, второй, третий… нет, ума у парня не прибавляется.

— Как?

— Как-нибудь.

— Отъедь… - Указываю на машину и обдаю второсортным сарказмом. - Тебе кстати идёт этот цвет. Фуксия?

Тот смеётся уже более открыто и решает ответить:

— Мне всё к лицу.

— Ммм… отъедь, Таймурад. Что ты устраиваешь?

Оглядываю забитую парковку… Но пустые места точно есть где-то! У нас всегда так!

— Нигде места не нашёл больше? И обязательно надо было мою подпирать? Ты вроде уехать собирался? Прощался! Передумал?

— Передумал. - Спокойно и ёмко.