Звездолёт

- Немедленно отпусти, ты оторвешь мне нос!

- Черкасов потянул руку вниз, и Эмилю пришлось сесть на корточки. Четко выговаривая каждое слово, тихим, спокойным голосом Черкасов не торопливо произнес:

- Во-первых, она не твоя девушка. Во-вторых, никогда больше меня так не называй. А в-третьих, лицо ты мне набить можешь, только духу-то хватит?

- Понял, понял. Все понял, отпусти.

Черкасов разжал фаланги, тряхнул кистью, вынул платок медленно вытер пальцы и удалился. Он прекрасно понимал, что это не сойдет ему с рук. Боровски, конечно, постыдиться признаться в случившемся, но будет искать любой другой повод для мести.

Школьные будни пошли своим чередом, и вскоре одно знаменательное событие должно было нарушить размеренный образ жизни курсантов. Через несколько дней после описанного свидания на космодром приземлился новый звездолет класса Н. Пока один из немногих построенных кораблей этого поколения. За его посадкой наблюдали почти все ученики. Привел звездолет недавний выпускник школы пилот-испытатель Максим Назаров.

Со следующего дня были назначены пробные полеты для старшекурсников. Надо было взлететь, облететь Землю и посадить корабль. Никаких осложнений не ожидалось. Все управление осуществлялось в автоматическом режиме. Будущим пилотам предлагалось только следить за показанием приборов. Первым подняться в небо должен был экипаж Сергея Черкасова - лучшего ученика школы. В назначенный день он выгладил форму, до блеска начистил обувь и вместе с Колосковым и Нилиным пришел на космодром. Оглядев собравшихся, он заметил, что собралась почти вся школа. Немного в стороне он заметил группу девушек, среди которых узнал Джулию. За прошедшие дни он ни разу с ней не виделся и сейчас лишь махнул рукой в ее сторону.

Андрей Колосков находился в приятном возбуждении.

- Новейший звездолет! И мы - первые, кто на нем полетит. Дима, ты что такой нерадостный? Сегодня-то мог бы изменить своему обычному настроению по такому случаю.

- Подумаешь. Пройдет немного времени, и он устареет, и новые пилоты поведут новые корабли.

- Вечно ты все испортишь. Хотя мой настрой тебе не уронить.

Черкасов не слушал перепалку друзей, его голова была занята другим. За завтраком он подсыпал ребятам снотворное, чтобы освободить их от ответственности. Наконец, они заняли свои места и получили разрешение на старт. Корабль слегка вздрогнул и мягко пошел вверх, преодолевая земное тяготение. Суперсложный механизм действовал сам по себе и не требовал вмешательства человека.

К тому времени, как они вышли на орбиту, колосков с Нилиным безуспешно боролись со сном. «Простите меня и спите спокойно. Я справлюсь», - думал Черкасов. Облетев Землю по орбите, звездолет пошел на посадку. Нилин с Колосковым крепко спали. Сергеем начало овладевать лихорадочное волнение, и, чтобы успокоиться, он обратился к себе: «Ты справишься. Ты знаешь об этом корабле все, с тех пор, как он только был спроектирован. Вряд ли кто-нибудь изучал его также тщательно. Пришло время проверить свои знания на практике».

Черкасов отключил автоматику и перевел корабль на ручное управление. Ход корабля сразу потерял плавность. Звездолет ощутимо тряхнуло, и корпус начал заметно вибрировать. Адреналин ударил в кровь, и по телу пробежала мелкая дрожь. Сергей поборол минутную слабость и целиком погрузился в управление. Он знал, что за посадкой будет наблюдать Джулия Брэдхем.

В это время в центре управления полетами возникла паника. Заметив, что автоматика отключена, диспетчер попытался связаться с кораблем, но безуспешно. Приборы показывали, что все системы корабля работают исправно, и главный диспетчер не понимал, почему отключилась автоматика, и экипаж не выходит на связь. Немного подумав, он обратился к начальнику космодрома. Еще через несколько минут информация была доложена директору школы. Тот, зная Черкасова, мгновенно разобрался в ситуации и объявил чрезвычайное положение. К космодрому немедленно прибыли пожарная команда и бригада скорой помощи. Всех зрителей удалили на как можно большее расстояние и для посадки очистили максимально возможную площадь. Вскоре звездолет появился в пределах видимости, неуверенно покачиваясь и подергиваясь, как лист березы на ветру.

В этот момент Джулия Брэдхем вспомнила, как Черкасов в шутку сказал, что во искупление своей вины в ее честь вручную совершит посадку на корабле класса Н. Слова, которым она тогда не придала никакого значения, сейчас приобрели пугающий и опасный смысл.

Звездолет медленно и неотвратимо приближался к Земле. Каким будет их соприкосновение? Справится ли молодой пилот с суперсложным механизмом или Судьба не примет его вызов, и чистое, ухоженное поле космодрома, впервые за много-много лет будет усыпано обломками разбитого корабля и помечено трагедией прерванных жизней?

Черкасов не имел права сомневаться в своем успехе. Внутреннее напряжение нарастало. Он целиком сконцентрировался на предстоящей посадке. Весь мир сузился до пределов командирской рубки, и он отключился от всех других мыслей. Уверенными движениями он направил звездолет точно на то место, с которого взлетел. Несмотря на внешнее спокойствие, он прекрасно понимал, что малейшая его ошибка приведет к непоправимой катастрофе.

Джулия следила за посадкой из-за пределов космодрома. Когда до Земли оставалось не более ста метров, она села на траву и прикрыла лицо ладонями, чтобы не видеть момента приземления.

- Николь, что там? - Тревожно спросила она у подруги, когда вокруг повисла гробовая тишина.

- Точно в яблочко!

В следующее мгновение космодром ожил. Кругом послышались возбужденные голоса, и директор школы поспешил к звездолету.

Выражение «победителей не судят» никак не подходило к данной ситуации. Ни у кого не было ни тени сомнения, что Черкасова на этот раз точно выгонят из школы. Не поможет ни Горчаков, ни сам Господь бог.

Заседание комиссии было назначено на следующую неделю. На оставшееся время Черкасов был отстранен от занятий. Вечером, когда он дома лежал на кровати, глядя в потолок, раздался звонок в дверь. Андрей Колосков пошел открывать и тут же вернулся. Он был сердит на Черкасова, и после снотворного у него болела голова.

- Это к тебе, - сухо сказал он и завалился на свою кровать.

Сергей подошел к двери и увидел стоявшую в проеме Джулию.

- Привет, ты, почему внутрь не заходишь?

- Здравствуй. Пойдем лучше прогуляемся, - голос ее был бесстрастным и ничего не выражал.

- Черкасов накинул куртку и вслед за Джулией вышел на улицу. Некоторое время они шли молча, потом Джулия тяжело вздохнула и быстро спросила:

- Зачем ты это сделал? Только не говори неуместных пошлостей по поводу того легкомысленного обещания.

- Сам не знаю. С детства сначала делаю, а не думаю даже потом. Наверное, просто не хотелось жить по написанному сценарию.

- Да. Наверное, этим ты меня и покорил. Только от этого не легче. Сейчас тебя выгонят из школы, а что в следующий раз. Тюрьма Карамос?

- Не знаю. Может быть, я женюсь, буду работать, растить детей и раз в год ездить с семьей отдыхать на Пальмиру.

- Вот-вот. Еще, может быть, скажешь, что солнце будет всходить на Западе, а садится на Востоке.

- На то она и жизнь. Все может быть.

- Чем думаешь теперь заняться?

- Еще не решил. Может быть, поеду на Армалон, стану старателем и буду искать амоллы. Неприлично разбогатею и вернусь.

- Не говори ерунды, ты же знаешь оттуда, если и возвращаются, то с поломанной психикой. Везет только одному на тысячу.

- Почему бы, мне не стать этим одним?

- Я не думаю, что ты это серьезно. Скажи, Сережа, мы еще увидимся?

- Человек предполагает, а бог располагает.

- А ты бы хотел?

Черкасов недолго подумал и просто ответил:

- Да.

Они остановились около скамейки и сели. Сергей обнял девушку, и она положила голову ему на плечо. Немного помолчав, Джулия тихим голосом заговорила:

- В детстве я мечтала выйти замуж за мужчину, похожего на моего отца. Чтобы он был такой же уверенный в себе, спокойный и сильный. Чтобы покупал мне подарки и водил меня в свет. Чтобы был добрый и любил детей. Чтобы у нас родился мальчик, и мы назвали его Робертом, и чтобы он повторил подвиг своего великого прадеда и первым долетел до другой Галактики.

- А я думал, что ты мечтала только о том, чтобы не уронить честь фамилии и стать лучшим пилотом.

- В первую очередь я - женщина, а потом уже командир экипажа.

- Необыкновенная женщина!

- Я тебе нравлюсь?

- Очень.

- Но не настолько, чтобы изменить свой образ жизни?

- Я живу, как живу и не умею по-другому.

- Живут же другие иначе, и ничего.

- Может, и стоит попробовать.

- А жениться ты собираешься?

- Надо продолжать свой род. Быть может, кто-нибудь из моих потомков совершит что-нибудь стоящее для человечества.

- Не завидую твоей будущей жене.

- Я тоже.

Джулия замолчала и задумалась.

Стало смеркаться, и предметы потеряли ясность очертаний.

- Поздно уже. Проводи меня домой.

- Пойдем.

Следующие несколько дней Черкасов посвятил праздному безделью. Спал до обеда, гулял по скверу, читал какую-нибудь скверную литературу или просто лежал, глядя в потолок. В возрасте восемнадцати лет нечасто задумываешься о смысле жизни. Весь мир полон красок, а душа мечтаний и стремлений. Сергей же не был уверен, что знает, для чего живет.

Люди рождаются и умирают. События, происходящие в этом промежутке, в момент их совершения кажутся наполненными глубоким смыслом. Однако никто не знает, насколько это важно в действительности. Люди судят о том, что хорошо и что плохо, исходя из своих субъективных представлений, пусть выработанных тысячелетиями, но все равно придуманных и обоснованных людьми. А человек во всех своих действиях преследует какой-то свой личный интерес (не обязательно корыстный). Так уж он устроен.

Куда приложить дарованные природой незаурядные способности, он не знал и не был уверен, стоит ли это делать во благо человечества. Чем заняться после того, как его выгонят из школы, он не решил и собирался довериться Судьбе.

В последний вечер перед заседанием дисциплинарной комиссии собрались вместе Сергей, Андрей Колосков, Дима Нилин и Джулия Брэдхем. Настроение было унылым, и все по большей части молчали. Сергей старался развеселить друзей, но у него это никак не получалось, и он, в конце концов, оставил эти попытки. Они сидели у ребят в гостиной и вяло смотрели последний выпуск новостей.

- Ты мог бы стать лучшим пилотом Галактики, - Колосков с сожалением опустил глаза вниз.

- Много чего могло случиться, теперь жалеть об этом бессмысленно, - Черкасов выглядел беспечным, но внутри у него было муторно.

- Сам виноват, - жестко вставила Джулия, - и ребят подвел. Они на тебя надеялись, и вместе с тобой могли бы стать лучшим экипажем.

- Не надо про нас. Мы еще доучимся и будем летать, - Дима Нилин вопреки обыкновению не смог сдержать эмоций, и на его лице отобразилось душевное смятение. Он понимал, что значит космос для Черкасова и искренне переживал за друга.

- Ладно, достаточно, - твердым голосом сказал Сергей, - никто не умер, жизнь продолжается, и все еще впереди. Всякое может случиться.

В этот момент, как бы в подтверждение его слов экран монитора мигнул, и вместо скучного ролика о количестве обнаруженных планет и перспективах разработки природных ресурсов появилась встревоженная ведущая и металлическим голосом объявила экстренный выпуск.

- Только что мы получили сообщение со спасательного корабля «Одиссей», вылетевшего в систему звезды Годбад для выяснения причин отсутствия связи и невозвращения оттуда звездолетов. Напомним, что последние три месяца с этой системой не было никакой связи, и оттуда не вернулся ни один корабль. Сообщение пришло пятнадцать минут назад. Командир экипажа Георгий Гарабидзе передал, что они высадились на планете Тратон, где их внезапно начали обстреливать из лазерных пушек. В данный момент они пытаются взлететь, но капитан передает, что повреждения слишком серьезные, и скорее всего это был последний рейс «Одиссея». Гарабидзе успел отправить еще одно кодированное сообщение, и на этом связь прервалась. Подробности вы услышите через тридцать минут в специальном выпуске новостей.

В комнате повисла напряженная тишина, которую через несколько мгновений нарушил Андрей:

- Во, дела! Ну, Серега, ты накаркал!

Все присутствующие находились в прострации и пытались осмыслить услышанное. Подобное событие ни разу не случалось не только на памяти ребят, но и за последние несколько веков.

- Может, это инопланетяне объявились? - высказал общую мысль Андрей.

- Тогда они не случайно выбрали Тратон. Там наши основные военные заводы, - включился в разговор рациональный Нилин, - наши предки были мудрее. Они никогда не размещали такие объекты в одном месте.

- На то у них были серьезные причины, - поддержал Колосков.

- Как выяснилось, у нас - тоже.

- Что же это такое, - как и все женщины Джулия воспринимала информацию чувствами, - они что же людей убивают? Как же так?

- Мы им покажем гадам четырехглазым! - Почему именно четырехглазым Колосков не пояснил, но никто и не спрашивал. В присутствии красивой девушки он немного стеснялся, поэтому не мог во всю мощь дать волю своему негодованию, - не сомневайся, Джулия, мы их накажем, этих негодяев.

- Или они нас, - Нилин оставался верен своему скептицизму.

- Хватит гадать, - Черкасов впервые вмешался в разговор, - подождем подробностей. Там будет видно. Может, никакие это не инопланетяне. Наш брат человек и не на такое способен.