Хватка Нежити

– И теперь на сцену вышли «ТИТ». И как же вам удалось завалить гигантов?

– Все просто. Пока они постепенно развивались, демонстрируя и внедряя свои технологии в массы, мы изучали основные проблемы и старались по-новому взглянуть на возможность полного погружения. Воздействие на органы чувств и нервную систему – это всего лишь обман восприятия, но никак не абсолютное проникновение в симуляцию. Мы изучали фундаментальные основы физики, психологии и даже философии. Долгое время в научных кругах самой значительной проблемой являлась тема сознания.

– О, видимо, это надолго. Верно?

– Я постараюсь покороче. Простыми словами, «сознание» – это самое парадоксальное явление во вселенной, способное нарушать классические законы бытия, но при этом каждый человек живет с этим почти с рождения и до самой смерти.

– А как же теория «философского зомби»? Неужели вы не даете шанс подобным гипотезам?

– Наши исследования как раз это опровергли. Каждый человек обладает сознанием. Оно формируется в первые месяцы жизни, кстати. Не сразу. Так вот, множество гениальных умов трудилось над вопросом того, почему реальность рассматривается с точки зрения изучения объектов, а сознание может быть только субъектом. Мы решили, что биться над этим не стоит до тех пор, пока не возникнут технологии, способные производить переворачивающие мир открытия. Одно из таких открытий повлекло за собой изучение кварков. Казалось бы, кварки не способны делиться на составные частицы. Но в 2105 году удалось расщепить их на совершенно новые фундаментальные элементы. Это привело к эволюции в мировой физике. Чуть позже мы смогли разделить и нейтрино.

– Кажется. У меня сейчас мозг взорвется.

– У всех понимающих людей уже взорвался. Изучение новых, еще более мельчайших частиц позволило разобраться в колоссальном количестве парадоксов вселенной.

– В том числе и с проблемой сознания?

– Совершенно верно. Мы нашли способ абсолютный субъект сделать объектом. Не побоюсь столь громкого заявления, но мы открыли и доказали то, что с уверенностью можно называть душой. И она есть у каждого человека.

– Потрясающе.

– Самое интересное, что ученые долгие годы бились над тем, как можно оцифровать сознание. А мы обнаружили, что этого даже не нужно делать. Сознание уже имеет особенности виртуального характера. Остается лишь перенести его в симуляцию с использованием соответствующего оборудования.

– Вы буквально сделали невозможное. Не удивительно теперь, что так взлетели.

– Я вам так скажу: невозможное – иллюзия человеческого оценивания. Многие открытия вдохновлялись не научными изысканиями, а выдумками самых простых мечтателей. Вспомните Жуль-Верна и других фантастов, которые описали технологии, о которых инженеры даже не задумывались.

– Это да.

– Более того, каждое поколение людей считает, что достигло своего пика. В этом и кроется ошибка совершенствования. Прогресс никогда не достигнет своего финала. Мы всегда будем развиваться и делать открытия. И самое главное – не останавливаться. Лично я, когда у меня что-то не получается, делаю следующее: пытаюсь представить, как попадаю в средневековье, нахожу там самого умного человека и пытаюсь объяснить ему, что такое радиоактивные волны.

– Боюсь, такой мысленный эксперимент оканчивался сожжением на костре?

– Совершенно верно. Нельзя смотреть в прошлое. Будущее не откроет тебе своих дверей, пока ты не посмотришь в его сторону.

– Очень мудро. Кстати, а что можете сказать о самом продукте вашей компании? Слово «Катарсис» у всех на слуху и стало даже своеобразным мемом в инсайднете.

– Говорить о «Катарсисе» можно бесконечно. Что конкретно вас интересует?

– Я плохо знаком с компьютерными играми. Слышал только о старой классике от какого-нибудь Кодзимы, но подробно в эту ветвь искусства не вдавался. Даже не знаю, что интереснее всего зрителям, являющимся искушенными фанатами виртуальной реальности. Поэтому рискну спросить о том, что нового «Катарсис» привносит в игровую индустрию и мировое искусство в целом?

– Реализм.

– Реализм?

– Да. Даже никаких раздумий. Реализм «Катарсиса» – это не просто хорошая графика или качественный контент, продуманный нарратив или «живые» персонажи. Все это у нас, без сомнений, есть, но самое главное, что мы продвигали в игре, – это чувство восприятия мира. Ты пьешь фруктовый сок и чувствуешь его вкус. Касаешься рукой другого человека и ощущаешь, как по его коже проходят приятные мурашки. Это совершенно новый опыт, к которому боялись прийти другие деятели культуры.

– Кстати, хочу задать щекотливый вопрос.

– Пожалуйста.

– Вот вы говорите об ощущениях. А что насчет боли? Катарсис ведь не самое спокойное место, насколько я слышал.

– Отличный вопрос. Я часто разговаривал с друзьями и коллегами на эту тему. Мнения о боли в виртуальной реальности расходятся, но лишь у тех, кто лично не знаком с технологиями «ТИТ». Видите ли, восприятие внутри «Катарсиса» можно сравнить с восприятием внутри сновидения. Однажды мне приснилось, как какой-то злой человек втыкает кухонный нож мне в грудь. Я проснулся в холодном поту и тут же ухмыльнулся. Никогда не думал, что нож в сердце – это не больно. Но там во сне ощущения мне казались реальными. До того как очнуться, я верил в то, что мне вонзили кусок острого металла прямо в ребра. Позже это послужило одной из идей для механики, над которой мы упорно работали. Боль в «Катарсисе» не калечит, а, наоборот, исцеляет.

– Оп-па, это как?

– Боль является сигнализацией организма о тех или иных повреждениях. Она изначально призвана помогать человеку понять, что приносит ущерб телу или даже душе. Вернемся к теме снов. Мы забываем гигантский объем сновидений и лишь изредка запоминаем, что нам снилось в последние секунды. Если даже во сне мы прожили многие часы. Наш организм специально застилает наше сознание, чтобы мы не помнили, что доводится испытывать во время всей фазы активного сна.

– Быстрого сна? Извините, перебил.

– Да, быстрого сна, верно. Так вот, исследования показали, что сны прогоняют наше сознание через колоссальный пласт всевозможных негативных и неудобных ситуаций. Я говорю о том, что человек подсознательно крепнет в психологическом плане. А возвращаясь к «Катарсису», я добавлю, что наша виртуальная реальность также заставляет крепнуть людей, имеющих смелость ступить в этот фантастический мир.

– Невероятно. Это действительно «Вау»! То есть, если меня ударят топором внутри игры, я испытаю боль, поверю в то, что испытываю боль от топора, но при этом я не буду испытывать дискомфорта, как от реального увечья?

– Оу, ну, некоторый дискомфорт вы все-таки испытаете. Особенно, если вы – новичок. Но это сравнимо, например, с реакцией зрителей «Прибытия поезда на вокзал Ла-Сьота» братьев Люмьер.

– Это самый первый фильм, показанный в кинотеатре? Говорят, еще люди в панике срывались со своих кресел?

– Да. Но насчет бурной реакции спорно. Я бы сказал, больший ажиотаж в свое время произвела экранизация Гоголя «Вий», но это тонкости.

– И, тем не менее, многие посчитают, что сомнительно сравнивать кинематограф и полное погружение в вирт.

– Согласен. Если единственным ограничением кинематографа является возрастной рейтинг, то до «Катарсиса» совершеннолетний обязательно должен пройти медицинский осмотр, который подтвердит, что он физически и ментально способен выдержать такую нагрузку на психику. Я лично руководил разработкой данных тестов и уверен, что они полностью валидны.

– Вы поистине уникальный человек, Эльдар Эммануилович. Ну а на этом наше время подходит к концу. Попрощаемся с нашим гостем и пожелаем ему дальнейших успехов в его карьере и личной жизни. Это программа «Уникальные Люди». В гостях был Эльдар Сековский. Я – бессменный ведущий Владимир Лю. Цените всех, кто у вас есть. Всего доброго!

***

Геката сидела в автобусе, наблюдая за передачей, транслируемой прямо в очки. Ее лицо пронизывало выражение глубокого презрения. Она даже скривила губы.

Две известные личности мило болтали в студии, даже не догадываясь, сколько боли простым людям могут принести эти навороченные технологии. Знает ли Эльдар Сековский о том, какие проблемы приносит полное погружение в виртуальную реальность? Геката ненавидела этого человека, но ей приходилось слушать. Путь до дома не близкий.

И когда, наконец, передача «Уникальные Люди» сменилась музыкальным клипом, девушка нервно вздохнула и закрыла глаза.

Сказанное Сековским произвело на нее впечатление. Как он может говорить о душе, когда они буквально держат в заложниках эти самые души?

– Да что бы вас обоих в задницу отымели, – сурово произнесла Геката, потирая висок.

– Что-что вы сказали? – хрипло проговорил морщинистый старик, сидящий напротив.

Рядом со стариком притулилась пожилая женщина и осуждающе глядела на Гекату. Несмотря на спортивную одежду, априори хоть немного, но омолаживающую, парочка выглядела лет на сто. Хотя закрадывались сомнения насчет того, действительно ли у них проблемы со слухом.

– О, это я не вам, – Геката махнула рукой, чтобы те не обращали на нее внимание.

Размышления Гекаты продолжались. На экране уже сменились несколько блогеров, демонстрирующих новые тренды в меломаниакальных извращениях, а она все еще представляла лицо ученого, испоганившего ей жизнь.

Цепочка рассуждений о демонической природе полного погружения от компании «ТИТ» привела к тому, что Геката всерьез задумалась об изучении этой конторы.

Но какая речь может быть о расследовании, когда молодая двадцатидвухлетняя бывшая студентка не разбирается даже в журналистике?

Геката закрыла глаза. А через пару мгновений откровенно зажмурилась. Попытки отключиться от внешних раздражителей все равно наталкивали ее на щекотливые раздумья.

Нахлынули воспоминания о детстве. Как она была счастлива со своими родителями. Маленькая Геката сияла центром семьи, словно крохотное солнышко, согревающее и дающее свет. Благоговение перед взаимной заботой, расстилающее просторы прекрасного мира, блистающего за окном уютного семейного шалаша. Так жизнь текла до тех пор, пока Гекате не исполнилось девять лет.