Хватка Нежити

Александр Лобашов

Хватка Нежити

Пролог

«Мне силу страшную дал разум.

И в новый путь мой дух пустился сразу.

Пусть все кричат, что я жесток и ненавистен,

Но мой фарватер – лишь искатель истин.

Я заплачу сполна, чтоб заглянуть за край.

То измеренье превосходит Ад и Рай.

Ведь лишь оно во мне рождает трепет.

Как ясный сон, прикосновение любви

Иль детский лепет…»

Из стихотворения неизвестного автора

Глава 1. Перерожденная

Гекату предупреждали, но она видела перед собой лишь цель.

И вот: началось.

Началось, как сон. Дверь за спиной захлопнулась с оглушающим боем гонга. Или колокола. Уже не ясно. Обволакивающая темнота захлестнула с головой. Многомерный коридор беспардонно отнимал все, что можно представить. Чувство равновесия, ощущение собственного дыхания, эмоциональный фон. Осталось лишь чистое и обнаженное сознание. Беспристрастное. Лишенное боли и волнения, но вместе с тем любви и блаженства.

Микроскопические щупы поддевали каждый атом тела, унося в небытие, а затем возвращая нечто новое. Часть души не желает принимать инородную материю, но уже никто не спрашивает. Процесс запущен.

Потерпи. Скоро все встанет на свои места.

Просто открой новые глаза.

Геката заглядывает в пустоту и первое, что встречает, – беспамятство. Ее восстанавливают по кусочкам. Ей страшно. Она не успевает осознать происходящее, эмоции захлестывают разум, подобно волнам цунами. Одна среди бескрайней пучины новых ощущений. Как утопающий, хватающийся за обломки корабля, она старается зацепиться за одну единственную мысль. Нет, не выжить. Нечто большее.

Сказали, что будет тяжело первое время. Как будто кто-то вонзит дрель в голову, просверлит дырочку и высосет память. Поэтому нужно сконцентрироваться, чтобы оставить хоть капельку воспоминаний для начала пути. Не обойдется и без борьбы.

Люди в белых халатах. Запах собачей шерсти. Сумасшедшие вопли. Алая капелька, выглянувшая из первой ранки. Дешевый алкоголь. Сумерки. Ночной снегопад. Смех приятной женщины. Это мама? Боль в груди. Зуд. Ноги подкашиваются. Разговоры сотен людей одновременно. Усмехающиеся тени. Свежий воздух. Пощечина. Вкус фисташкового мороженого. Вода, пахнущая травой. Неудобная одежда. Умиротворяющий закат.

Мелькающие образы из прошлой жизни. Геката не понимает, кому они принадлежат. Неужели, только ей?

Нужно сконцентрироваться на главной мысли.

Вот только хватит ли одной целеустремленности? Готова ли она столкнуться с непознанным? Не ослепила ли самоуверенность? Впрочем, задумываться поздно. Вселенная вокруг уже затвердела.

Тяжелый вздох отразился сиплым стоном. Молодая черноволосая девушка выгнулась и спешно поднялась с холодного пола. Сквозняк жадно пощипывал ее бледную кожу. Она обняла себя и испуганно огляделась. Неказистые булыжники соединялись в жуткие стены. Подземелье. Темница. Пахло сыростью и старостью.

Геката даже не сразу заметила, как ее повседневную одежду сменила поношенная роба, сшитая из грубой ткани. Босая и непричесанная, она стояла посреди средневековой тюремной камеры, стараясь удержать в голове одну простую мысль: «Найти его!»

Да, она до сих пор смогла удерживать это в сознании.

Вечно грустный взгляд зеленых и по-настоящему глубоких глаз скользил во тьме. С каждой секундой дыхание усиливалось. Пульс учащался, отчего грудь уже заметно вздымалась. Все эти «декорации», как ей сообщили, казались чересчур правдоподобными. Вкус пыли на губах заставлял машинально отплевываться.

Геката ощущала, как по телу пробегают мурашки. Мрак не давал как следует оглядеться, но вскоре, будто по волшебству, возник первый источник света. Маленькая свечка под ногами. Девушка тут же склонилась, увидев возле ступни небольшой сверток. Приоткрыв его, она облегченно вздохнула. Ей позволили взять с собой только одну фотографию, но она – важнее всего.

Вслед за первой свечкой начали зажигаться другие, образуя маленькую дорожку, проливающую свет на грубые стены. Небольшой отряд черных насекомых судорожно скрылся в щелях, боясь обнаружения. Заметив на стене выскобленные надписи, Геката прищурилась.

Сейчас она хваталась за любую подсказку, а потому начала изучать неказистый текст:

«Как-то раз в одной неблагополучной семье родился мальчик. Его мать пила и гуляла, а отец терял остатки души на войне. Сверстники не понимали его, а взрослые попросту отворачивались. Не было в жизни этого мальчика места ни любви, ни счастью. Лишь бездонная пропасть во мрак.

Но кое-что все же грело больное сердце – вера в настоящую человечность. Вот только чем старше становился мальчишка, тем более жестокие люди окружали его. А страдания внутри приближали смерть.

И вот однажды пришло Зло, сказав: “Пусти в сердце суть мою, и да облегчится боль“. На что парень согласился, ведь не дал ему никто иного выбора. Черной мглой окрасилось нутро, и стало Зло его единственным другом.

Кормил и взращивал он этот мрак до тех пор, пока не пришли самопровозглашенные святые. “Тьма сжирает изнутри, – говорили они, – Откройся нам, и поделимся мы светом, чтобы исцелить“.

А Зло отговаривало, твердило, что обманут.

Но парень решил дать людям шанс.

Он открыл свою душу нараспашку и шагнул вперед, а святые лишь испугались, увидев, что свет здесь уже не спасет. Обнажили они свои пики и вонзили в сердце несчастного. Парень свалился замертво.

Хотели святые уже похоронить парня, как вдруг посыпался стальной град из гнева и ненависти. Обагрившиеся лица ужаснулись. Вырвался из раненного сердца Черный Пес. И хозяин его восстал из мертвых. Произнес он: “Имя мое – Порицатель. Страшитесь, ибо я есть отражение ваше“».

На последних строчках Геката поморщилась. Кто мог придумать этот бред? Девушка поняла, что теряет время, и решила пуститься на поиски выхода.

Узницу окружало всего три стены из камня. Четвертая представляла собой ржавые прутья. Слишком близко расположенные друг к другу, чтобы пролезть между ними. Девушка схватилась за решетку и попыталась расшатать ее. Под звон амбарного замка прутья наотрез отказывались поддаваться.

Геката скоро поняла, что так просто не выберется из своей камеры, и отшатнулась от решетки. Ее грудь посетила неумолимая тоска. Пустота, пронизывающая с ног до головы, распространилась по венам. Хотелось отчаянно закричать.

Геката перевела взгляд на свои ладони. Тонкие пальцы, короткие ногти, даже едва заметный шрам на внутренней стороне запястья. Она получила его, когда училась кататься на велосипеде. Вот бы сейчас вернуться в те беззаботные времена. Или хотя бы убедиться, что все это лишь сон. Увы, но, в отличие от осознанного сновидения, Геката не могла менять реальность вокруг себя. Она даже не была до конца уверена, что полностью управляет собственным телом.

От печальных мыслей отвлек шорох, донесшийся из самого темного угла. Геката резко повернула голову в сторону звука и замерла. Свечки, как по заказу, медленно зажигались, давая тусклое освещение, но какая-то часть Гекаты совсем не желала узнавать, что же прячется там во тьме. Затхлый воздух разбавился чувством тревоги. И, казалось, неспроста. В углу сидел скелет, прикованный кандалами. Геката вздрогнула и прижалась спиной к прутьям. Неужели шорох ей всего лишь показался? Мертвец давно истлел, как и его одежда. Череп уныло наклонился, а потрескавшиеся фаланги сжимали старую бумажку.

«Еще одна сказка?» – подумала Геката, настраивая себя на борьбу со страхом. Она осторожно приблизилась и выдернула бумажку. Кости частично осыпались.

Девушка отошла подальше от скелета, туда, где было больше света, и взглянула на послание:

«Мы с тобой в одной клетке. Вот только камера одиночная, потому в кандалах только я. Это несправедливо».

Геката нервно сглотнула, а в следующий момент черепушка незаметно наклонилась настолько сильно, что рухнула на пол. Девушка взвизгнула, уронив записку, а из расколотой черепной коробки выбежала уродливая крыса и скрылась за прутьями.

Это все похоже на издевательство. Словно кто-то наблюдает со стороны и тихонько посмеивается. Есть такая черта у людской сущности, и Геката прекрасно об этом знала.

Она услышала глухой звук, раздавшийся за пределами камеры. Вновь обхватив прутья, она попыталась вглядеться в темноту коридора. Черная пустота. Словно кто-то мазут разлил. А звуки становились все четче. Лязг металла, выкрики людей. Геката поняла, что там происходит какая-то драка.

– Я здесь! Эй! – хрипло прокричала она.

Дружелюбно ли настроены те, кто создавал этот шум? Девушка задумалась, стоит ли ей раскрывать свое местоположение. Она прижала пальцы к губам и продолжила наблюдать за мраком, который вскоре стали покусывать оранжевые отблески.

Из-за угла показались два обнаженных человека. Их руки оснащены протезами с большими металлическими штырями. На головах – черные мешки. Они пятились, издавая отвратительные визги и рыки. За ними показался мужчина в серой куртке. В левой руке он держал факел, а в правой – окровавленную саблю. Лицо его светилось грозным оскалом. Он наносил яростные удары, разрывая сталью мясо соперников. Мешкоголовые не сдавались. Проливая много крови и получая огромные раны, они продолжали накидываться на него, но парень был проворнее и сильнее.

– Перерожденная? – выкрикнул он, увидев Гекату за решеткой, – Сейчас. Погоди секунду!

Парень вонзил саблю прямо в лицо одного из врагов и оставил ее там, освободив руку. Всего на пару секунд, чтобы опустить ее в карман, достать небольшой предмет и кинуть его пленнице. Затем он вырвал свое оружие из кровоточащей головы и тут же хлестким ударом поразил второго неприятеля.

Геката судорожно опустилась на колени, подбирая вещицу. Это был ключ. Трясущиеся пальцы поднесли его к замку. Виски пульсировали. Казалось, такое простое действие – вставить ключ в скважину и повернуть, но в данной ситуации это было сложно. Настолько, что она в какой-то момент попросту выронила спасительный предмет.

Несмотря на увечья, нанесенные мешкоголовым, парень продолжал хлестать их саблей. Существа пятились, но не прекращали защищаться. Геката наблюдала за этим краем глаза. Страх внутри нее нарастал. Неужели эти монстры бессмертны?

– Скорее! – закричал парень. – Я не могу долго держать их! Открывай клетку и беги!

Геката сглотнула и кивнула сама себе. Нащупав упавший ключ, она заставила себя действовать как можно плавнее, без суеты. И вот, спустя несколько секунд, замок поддался. Тихий щелчок подарил неописуемую радость, девушка даже слегка улыбнулась. Замок рухнул на пол, дверца распахнулась. Геката рванула из клетки, шлепая босыми ногами по неровному полу.

«Куда бежать?» – пронеслось у нее в голове.

Спаситель провел серию режущих ударов по одному из врагов, но второй обошел сзади и всадил ему в спину оба штыря. Парень выгнулся, выплевывая слюну с кровью. Лягнув нападавшего, он снизал себя с ржавого железа и резко развернулся, отрубив обидчику голову. Убедившись, что агрессивные голодранцы повержены, он рухнул без сил.

Геката ринулась к нему и тут же подобрала упавший факел.

– Брось меня, Перерожденная... Меня уже не спасти...

Мужчина лежал на спине, истекая кровью. Его пыл угас. Надвигающаяся смерть подарила ему спокойствие. Напоследок он сказал лишь одно слово:

– Забери.

Хлопнув ослабшей ладонью по тряпичной сумке на плече, он выдохнул и закрыл глаза.

– Твою мать, что здесь вообще творится?! Это ужас какой-то! – выдавила из себя Геката, чувствуя, что готова заплакать.

Но ее ступор прервало шевеление поверженных тварей. Девушка взвизгнула и поспешила последовать совету спасителя. Перекинув сумку через плечо, она схватила саблю и ринулась прочь. А существа устало поднимались на ноги. Если поспешить, возможно, они не догонят.

Впереди Гекату ждал лабиринт. Ей все равно, куда бежать, какое направление выбирать на развилках. Она хотела лишь оторваться от тех кошмарных существ. И ее совершенно не беспокоило, что дальше могли встретиться другие.

Девушка бежала со всех ног, изредка останавливаясь для передышки. В эти секунды в голове возникали вопросы. Самые банальные. Где, почему, а самое главное – за что? Того, что происходило здесь и сейчас, Геката не ожидала. Она сбита с толку. И лишь оказавшись в относительной безопасности, она смогла вспомнить свою главную цель.

Найти его. Человека, который очень дорог. Человека, который свернул с правильной тропы. Человека, которого нужно срочно спасать. Именно из-за него Геката и пошла на это, откровенно говоря, сама погрузив себя в неописуемое безумие.

Миновав очередной закуток, девушка увидела каменную лестницу, ведущую вверх. Тусклый свет. Выход?

Она поспешила к лестнице, но путь оказался прегражден. Низкорослый человечек с зеленоватым оттенком кожи и оттопыренными острыми ушами. На голове красовался металлический обруч, закрывающий то место, где должны быть глаза. Большая пасть скалилась десятком острых клыков. С нижней губы капала густая слюна. В руках карлик держал цепь с черным капканом на конце.

Монстр демонстративно шмыгнул маленьким носом. Учуяв жертву, он зашипел и посеменил в сторону Гекаты. Девушка вздрогнула, вытянув перед собой саблю.

– Нет! Не подходи!

Уговаривать существо оказалось бесполезно. Геката попыталась отогнать тварь короткими выпадами клинка, но карлик просто отпрыгнул и стал раскручивать цепь.

Геката встала как вкопанная. С широко открытыми глазами она наблюдала за поведением противника. Она понимала, что своим бездействием совершает ошибку, но что делать, она не представляла.

Тварь внезапно метнула раскрученную цепь. Именно тем концом, где был капкан. Тяжелая железяка впилась в бедро. Острая боль. Не такая сильная, как ожидалось, но парализующая. Девушка вскрикнула, уронив и факел, и саблю. Опустившись на колено, она схватилась за капкан, сжимающий окровавленную плоть. Попытки освободиться не увенчались успехом. Геката даже не заметила, как существо подобралось к ней вплотную. Когтистые пальцы схватили ее голову. Девушка начала отбиваться, стараясь оттолкнуть чудовище, но карлик быстро поднес к ней свое вонючее лицо.

– Нет... – лишь успела проронить Геката, перед тем как зубы впились в ее щеку.

Монстр мелодично прорычал и откусил половину лица. Геката завопила. Залитый кровью глаз наблюдал за тем, как во рту существа тонет ее кожа. Тварь проглотила лакомство и снова укусила Гекату за обнаженное мясо.

Абсолютная темнота.

Спустя несколько секунд небытия Геката вскочила с пола и схватилась за лицо. На мгновение она перепутала слезы с кровью, но вскоре убедилась, что с ней все в порядке. Бедро также оказалось нетронуто.

Девушка находилась все в той же камере. Напротив – наскальные надписи про какого-то Порицателя, позади – решетки.

– Все по-новой? – спросила сама себя.

Все по-новой. Зажигающиеся свечки, прикованный скелет с крысой в черепе, приближающийся шум схватки, мужчина, сражающийся с двумя чудовищами в мешках, бросок ключа, свобода, смерть спасителя, бесконечные коридоры лабиринтов, лестница на выход, зеленокожая тварь с капканом на цепи.

Геката попыталась проскочить мимо карлика, бросив факел ему в лицо. И ей удалось миновать его, приблизившись к лестнице, но капкан резко впился в ее спину.

Девушка упала на колени, корчась от боли. Существо схватило ее за подбородок и потянуло лицом к верху. Освободиться из хватки было невозможно. Тварь впилась клыками в лицо, отрывая кожу и забрызгивая все вокруг кровью.

Абсолютная темнота.

И вновь Геката вскакивает на ноги, целая и невредимая, но уставшая морально. Все по-новой.

Как только ключ упал рядом с решеткой, Геката схватила его и постаралась открыть замок как можно скорее. Когда она выбежала из камеры, союзник еще не был поражен подлым выпадом. Девушка не стала ждать в этот раз и помчалась к нему. Со всей силы пнув монстра в живот, девушка спасла незнакомца от удара в спину. Парень тут же развернулся и отрубил голову врагу.

– Ты спасла меня? – удивился он, но вскоре нахмурился и грозно рявкнул: – Не помогай мне! Просто беги!

– Одна я не справлюсь! – завопила Геката в ответ.

Диалог тут же прервал первый мешкоголовый. Проткнув живот парню, он перевел на себя внимание, и тот стал наносить быстрые колющие удары в лицо и грудь монстра.

– Беги, я тебе сказал! Твое спасение важнее всего!

Как бы Геката ни хотела помочь своему единственному союзнику, ей это не удалось. Исход был тот же: умирающий, но удовлетворенный своей работой мужчина. Оставалось лишь, как прежде, схватить факел, саблю и сумку и ринуться к выходу.

Но на этот раз, проходя лабиринт, Геката не спешила. Искалеченные тюремщики ее все равно не догонят. А натыкаться на новых ей хотелось меньше всего.

Пробираясь вперед, Геката осознала, что первые два раза двигалась хаотично, скорее всего, выбирая разные пути на развилках. Но при этом она все равно вышла к лестнице. Совпадение?

И тут она поняла, что не замечала редко рассыпанные по полу свечки. Те самые, которые встретили ее еще в камере. Девушка неосознанно шла, ведомая ими, как по «хлебным крошкам». Дорога оказалась очевидной, но ведущей к кровожадному врагу.

Геката решила, что обязана испробовать другой путь. Зачем тусклые огоньки, когда в руке – источник более яркого света?

Выставив факел перед собой, она покрепче сжала рукоять сабли и осторожно двинулась в первый темный коридор. Стараясь дышать как можно тише, она чутко вслушивалась. Сети паутин плавились, стоило огню приблизиться. Жирные пауки разбегались, боясь Гекаты, как смерти. Изредка пробегали крысы. Здесь во мраке тоже кишела жизнь.

Напряженная, ступающая на полусогнутых ногах, словно доисторическая воительница, девушка двигалась все глубже в неосвещенную часть лабиринта. Неизвестно, сколько времени прошло, пока она пробиралась по неизученным тропам, но коридоры завели ее в просторное помещение. Даже факел не справлялся с освещением этой комнаты.

На полу валялись кости. Геката осторожно переступала через них, двигаясь к центру. На ее пути стоял металлический стол, заполненный отблескивающими предметами. Ножовки, скальпели и прочие хирургические инструменты, перепачканные не то кровью, не то дерьмом.

Обойдя стол, девушка приблизилась к каменному столбу. Замерев от испуга, она обнаружила приколоченное большими железными клиньями тело. Руки отрублены, плечи зашиты. Видимо, чтобы жертва не истекла кровью раньше времени. На голове – черный мешок. Окрашенная кровью рубашка наполовину расстегнута. На груди глубоко вырезана надпись: «твой друг». Ниже что-то еще.

Геката глубоко вздохнула, перебарывая страх. Острием сабли она осторожно приоткрыла рубашку шире:

«Твой друг ДЕТОУБИЙЦА».

Запах гниения заставил прокашляться. Геката сделала пару шагов назад и вдруг уперлась в стол. Отпрыгнув, она увернулась от падающей пилы. Тихо выругавшись, она снова взглянула на тело: в распоротый живот, из которого торчала добрая половина кишок, вставлен продолговатый предмет. Прищурившись, девушка увидела фитиль и отдернула факел назад. Динамит. Не хватало еще подорваться так нелепо.

– Пожалуйста, «друг», только не оживай, – поморщившись, произнесла Геката и принялась отковыривать саблей динамитную шашку.

И когда та упала на пол, девушка подкатила ее к себе и быстро спрятала в сумку. Кажется, появилось новое оружие, способное помочь в борьбе с зеленым карликом.

Перед тем, как покинуть помещение, Геката решила его осмотреть полностью, но больше не обнаружила ничего полезного. С другой стороны столба она увидела очередные выцарапанные каракули:

«За то, что я делаю, все видят во мне безумца. Но знаешь, что я считаю истинным безумием? Ненависть ко мне. Я открываю людям глаза. Я показываю им суть души. Я презираю их, но при этом хочу помочь.

Как, например, сейчас.

Твой лучший друг убил твою единственную дочь. И все твердят, что у него не было выбора. Все обвиняют только меня. Но вот что я скажу: глупо обижаться на зеркало.

Есть смысл таить обиду лишь на бога.

О, это будет самый лучший комплимент за всю мою отвратительную жизнь. Я жду тебя, Вениамин».

Геката злобно сплюнула. Это не ее Ад, а какого-то мужика со смешным именем. Но все же ее сюда поместили. Зачем?

Она вернулась в коридор, отбрасывая мысли о чужих страданиях и стараясь не наступить на какую-нибудь пещерную букашку. А лабиринт вел ее в тупик. Раз за разом. Пока она не встала на путь со свечками.

Выбора не было. Дать бой необходимо.

Облезлая мышь обогнала Гекату, двигаясь к лестнице. Она почти достигла первой ступеньки, но монстр с цепью жестоко раздавил ее ногой.

– Эй, грязное животное! – завидев существо, прорычала Геката, убирая саблю за пояс. – На-ка, пожри говна!

Девушка поднесла динамит к факелу, и, когда фитиль заискрил, она метнула бомбу в сторону неприятеля. Взрывчатка шлепнулась прямо перед монстром, преграждая ему путь. Вот только существо не стало бежать навстречу Гекате в этот раз. Увидев опасную штуковину, монстр, наоборот, быстро попятился.

«Чего? Оно боится? О, нет!» – пронеслось в голове у Гекаты.

Шашка взорвалась. Поднятая в воздух пыль, микроскопические ошметки каменных стен смешивались с черным дымом. Геката закашляла и машинально сделала пару шагов назад. Сквозь эту густую пелену невозможно было ничего разглядеть. Она быстро осознала, что допустила ошибку, но было уже поздно. Взрывчатка использована, враг пропал из виду. Теперь она могла ориентироваться только по звуку.

Громкие шаги не заставили себя ждать. Где-то в облаке чудовище резво приближалось. Геката выхватила саблю. Несмотря на провал с динамитом, ей не хотелось сдаваться. Всякий раз, когда это безумие повторялось, она испытывала неимоверную злость. Надолго ли ее хватит?

И вот, когда силуэт показался в «тумане войны», девушка метнулась к нему, замахиваясь клинком. Злобный карлик рыкнул и отбросил в ее сторону капкан. Геката зарычала и со всей силы ударила факелом по орудию врага. Капкан захлопнулся. Громкий клацающий звук металла заставил девушку ухмыльнуться. Убедившись, что существо лишилось своего козыря, Геката накинулась на него и стала наносить быстрые колющие удары, целясь в голову. Какие-то выпады проходили мимо, но монстру хватило и одного удара, чтобы свалиться. Победа, но не окончательная. Геката набросилась сверху и продолжила дырявить его череп, выкрикивая бессвязную ругань.

Зеленоватая кровь хлестала из изуродованного лица, пачкая ее с ног до головы. Тело его уже обмякло, но девушка продолжала втыкать саблю. Пыль почти осела, желанный выход снова старался притянуть своим светом, а Геката не могла насытиться собственной жестокостью.

И лишь когда силы стали покидать девушку, она прекратила. Выпрямившись и круговым движением головы поправив волосы, она пошатнулась и медленно двинулась к лестничному проему. Солнечный свет был настолько ярким и теплым, что могло показаться, будто кто-то откровенно заманивает наверх.

Но оставаться здесь она точно не собиралась. К тому же факел был испорчен. Девушка уверенно побрела по ступеням. С каждым шагом мрак отступал, но Геката понимала, что частица ее души навсегда останется в этом мерзком подземелье.

Выйдя наружу, она, щурясь, прикрыла лицо ладонью. Девушку встретило беззаботное щебетание птиц. Привыкнуть к солнечному свету весьма сложно, но, оказавшись на свежем воздухе, она ощутила приближающееся умиротворение. Даже несмотря на то, что она полностью измазана в смердящей крови.

Выдохнув, она осторожно огляделась. Хвойный лес. Где-то в стороне журчала река. Внезапно раздался шум, похожий на взрыв. Подобный взрыву той бомбы, но гораздо сильнее. Грохотало за спиной, но девушке показалось, будто звук возник прямо в ее голове.

Резко развернувшись, она обнаружила, что проход теперь завален.

«Как это возможно? Впрочем, плевать. Совсем не удивительно».

Геката уныло вздохнула и уже собиралась идти вперед, как вдруг заметила белоснежный листок бумаги. И на нем что-то написано.

Не справившись с любопытством, она подняла бумажку и прочитала:

«Перерожденного окончательно может убить только Перерожденный».

Девушка смяла листок и отбросила в сторону. Все эти записки уже изрядно надоели. Она быстро направилась к реке. Перед тем, как искать дорогу, необходимо смыть с себя зеленую жижу.

По дороге к реке Геката любовалась пейзажем. Только что она была узницей мрачной темницы, а сейчас ее окружала картина вполне живописного рельефа. За всю свою жизнь Геката не видела большей красоты, пусть и не хотела признаваться себе в этом.

Добравшись до берега, девушка рухнула на колени и окунула руки в воду. Приятная влага. Прохладная, но не более, чем дающая возможность заглушить жар тела.