Служба школьных катастроф

У крыльца уже толпились младшие, гардероб гремел дверцами, кто-то ругался из-за сменки и дуделки. Тася встала у окна, набирая ответное сообщение.

привет

как выглядел конверт?

Ответ прилетел тут же, будто девочка и не закрывала переписку с ботом:

небольшой, белый

помогите! вы уже тут?

— Что случилось? — спросил рядом Дима. Его волосы еще были растрепаны после шапки, и он пытался пригладить их пальцами.

Она показала экран.

Дима прищурился и прочитал сообщения.

— О. Нормально.

— Что именно нормально?

— Ненормально. Я в смысле понял.

— Удивительно ясная речь с утра.

— Спасибо, — без всякого сарказма отметил он. — Зимнюю почту разносят сегодня на большой перемене. Если письмо не ушло раньше, успеем.

— Хорошо, — Тася уже набирала шаг, — но я думаю, что в зимней почте его нет, — и, обернувшись и заметив, что Дима за ней не поспевает, воодушевленно прикрикнула: — И вчера не было!

Они спустились к актовому залу. Боковой коридор был открыт, внутри уже кто-то шуршал бумагой и сердито разговаривал сам с собой.

Алина сидела на полу у стены в окружении коробок, списков, маркеров и конвертов. На коленях у нее лежала пачка писем, на голове держался кривой пучок, рядом стоял термос с неизвестным содержимым.

— Если кто-нибудь еще докинет мне письмо в последний момент… — ворчала она, — Я улечу в стратосферу.

— Доброе утро, — сказала Тася.

Алина подняла голову.

— Нет. У меня оно не доброе. У меня оно «почему в школьном совете так много бесполезных людей». О, Дима тоже здесь. Значит, у вас опять тайная операция.

— У нас письмо не туда ушло, — сказал Дима.

Алина закрыла глаза.

— Конечно. Конечно ушло. Конечно именно сегодня.

Тася присела рядом.

— Девочка подписала только «Мише из одиннадцатого». Без буквы. Переживает, что улетит Мише из «В».

— И правильно переживает, — мрачно сказала Алина. — Костя помогал сортировать! Поэтому я до сих пор тут торчу!

— Это был белый конверт… Может, тот, вчерашний? — обернувшись к Диме, настаивала Тася.

— Сначала проверим то, что есть тут. Где конверты на одиннадцатый «В»? — спросил Дима.

Алина ткнула маркером в стопки справа.

— Но лучше проверьте вообще все, потому что Костя, чтоб его черти драли!

Тася погладила подругу по спине, и они с Димой полезли разбирать конверты. «Полинкинсу», «Настиксу», «мальчику со второй парты третьего ряда из 8а», «если это не Вадим Речнин, то руки прочь», «Марине Игоревне» — Тася в удивлении приподняла бровь, завидев пару-тройку любовных посланий преподавательнице английского. Но нужного письма с Мишей из безбуквенного одиннадцатого нигде не оказалось.

Дима посмотрел на Тасю.

— Ты была права. Скорее всего, это вчерашнее пропавшее письмо.

Алина села ровнее, разминая виски пальцами.

— Подождите. Сейчас-сейчас. С утра какой-то белый конверт брала Ника. Сказала, ей нужен красивый кадр для сторис школьного паблика.

— Зачем ей конкретно белый конверт?

— Потому что он чистый, без дурацких наклеек. Эстетичный. Ее слова, не мои. Потом она положила его обратно. Я видела, — Алина потерла глаза, — Вроде.

— Алина, ближе к сути! — Тася умоляюще протянула к ней руки.

— После Ники сюда заходили наши из совета. Так вот, Ника положила конверт в один из пакетов, который унес Денис. Или Кир. Нет, Денис.

Тася уже подскакивала на ноги.

— И если увидите Костю, скажите, что я его ненавижу! — Алина всплеснула руками.

— Сама скажешь, — ответила Тася, потому что уже была у двери и чуть не столкнулась с Костей.

Дима нагнал ее, но на лестнице они разминулись — она взметнулась вверх.

— Если Денис пошел разносить конверты, то он на третьем, у них там сейчас история.

— Нет. Они у спортзала, как обычно! — Дима бежал вниз и уже опережал Тасю.

У поворота к спортзалу Тася услышала знакомый гогот.

Денис стоял у окна в компании двоих приятелей. В руке он держал пачку конвертов, а Миша тянул к себе тот самый белый.

— Сейчас будет мясо, — прыснул Миша. — Отправим потом в предложку Черновика?

— Это не тебе и не для Черновика, — возник Дима.

Все трое обернулись.

— Соколов, свали.

— Конверт сюда.

— Да щас, — Миша помахал письмом перед его лицом. — Тут «Мише». Я, прикинь, тоже Миша.

Он повернулся к Денису, когда Тася подбежала и выдернула конверт. Сердце у нее колотилось так, что отдавало в уши.

— Ты не один Миша на планете, — выпалила она. — Концерт окончен!

— Белочкина, ты из какого дупла выпрыгнула? — Денис охнул, когда она проскочила мимо него.

— Да епта, — Миша развел руками.

Третий парень, Артем, исподтишка направил на них телефон.

— Удали, — Тася нахмурилась.

— Душнилы!

— Удали, — насел Дима.

Миша закатил глаза.

— Удаляй. Мне не нужен геморрой с Соколовым и его училочным альянсом.

Артем нехотя ткнул в экран.

— Все.

— И из удаленных, — буркнула Тася.

Они с Димой отошли к стене. Тася достала телефон и написала в бот:

письмо забрали

теперь решай

хочешь чтобы оно дошло тому мише или вернуть тебе

Ответ прилетел следом:

вернуть

я тупая, еще и трусиха

Тася улыбнулась.

подобные письма не каждый день пишутся

заберешь после второго урока под фикусом в голубом горшке возле кабинета информатики

Рядом Дима заглянул в экран.

— Еще один пункт выдачи?

— Конечно. У меня сервис.

— Впечатлен.

— Не надо.

Он усмехнулся, раздался звонок на урок. Народ сразу сорвался с мест: кто-то, дожевывая булочку, протиснулся между ними, кто-то на ходу застегивал рюкзак.

Тася с Димой пошли не спеша, пропуская поток.

— Кстати, — начал Дима. — Миша перед тем, как ты выдернула конверт, бросил Денису: «Ника бы заценила».

— Прекрасно.

Они помолчали, и Дима отметил:

— Ты сейчас довольная.

— Частично, — кивнула Тася. — Приятно, когда человек избегает проблем. Но меня все еще беспокоит не найденное письмо. Как его найти?

— Может, никак. Если Ника сделала акцент на этом письме специально, то все.

Тася нахмурилась.

— Объясни.

— Если кто-то услышит «пропавшее белое письмо», он подумает не про то, которое пропало из коробки, а про это, — Дима разблокировал телефон и показал Тасе пост со школьного канала. — Ника выставила его в подборке, его видели парни и мы. Физически оно было у всех перед глазами и на руках.

Тася замедлила шаг.

— Фокус…

Они дошли до лестницы, и Дима чуть посторонился, пропуская вниз учительницу с кипой тетрадей. Тася все это время смотрела куда-то мимо ступеней.

— Но зачем Нике это делать? — она подала голос. — Допустим, она реально хотела замять первое письмо. Зачем? Что в нем такого?

— Может, ей важно не само письмо, а тот, кому оно было адресовано. В списке Алины не было—

— Нет, деталей не было. Только количество писем и кратко — как выглядят.

— Очень удобно, — хмыкнул Дима, но заметив взгляд Таси, поспешил добавить. — Для Ники.

* * *

На перемене после второго урока Тася, как и обещала, оставила письмо под цветком, а сама отошла к окну и сделала вид, что переписывает материал из учебника.

Через три минуты в коридоре появилась девочка, в огромном светлом пуховике, с растрепанной косой и налипшими на лоб волосами. Она нервно огляделась, подошла к цветку, кое-как отодвинула его в сторону, прижала конверт к груди и ушла так быстро, что чуть не врезалась в преподавательницу.

Телефон у Таси тут же дрогнул.

забрала

спасибо

Пауза.

я его перепишу

Еще пауза.

лет через сорок

Тася хохотнула. На стекле блестели капли, внизу у крыльца кто-то пытался стряхнуть снег с ботинка об ступеньку.

Через бот на ее банковскую карточку зачислили сто рублей — донат за помощь. Давненько она их не получала.

Она уже собиралась уйти на литературу, когда увидела Соню.

Та стояла у подоконника в конце коридора, бледная, что-то мелкое крутила в руке. Через мгновение рядом появился Дима. Он открутил крышку на бутылке воды и протянул ей.

Соня смотрела на него недовольно, но Тася поняла, что она прислушивается к каждому его слову.

— Выпей сначала, потом ругайся.

Тася поспешила к лестнице. Она уже подходила к кабинету, когда телефон снова дернулся.

Новое сообщение в боте.

у меня пропала презентация

типа флешка хз что с ней

урок будет вот прям щас

мне нужно сдать эту работу писец как а то предки грохнут

алло?

нужна помощь!

Дима остановился рядом, Тася показала ему экран.

— У нас сегодня какой-то фестиваль катастроф, — заметил он, потерев переносицу.

— Мой обычный день, — Тася уже печатала ответ.

как называется презентация?

оставь флешку в столовой за аппаратом для кислородного коктейля, у тебя пять минут

если получится, верну ее в середине урока, пока потяни время самостоятельно

Ответили спустя минуту.

ок

преза не помню как называется там по биологии чето

— Если дело касается техники, — отметила Тася, — мне нужен Лёва.

— Я тогда сейчас отпрошу нас у Людмилы Ивановны. Подожди тут.

В этот момент прозвучал звонок, Дима пробыл в кабинете не больше десяти секунд — будто учительница даже не спрашивала подробностей и отпустила его, а вместе с ним и Тасю, просто так.

* * *

Кабинет информатики находился на первом этаже, недалеко от столовой — Тася специально назвала такое место для флешки, чтобы забрать ее по пути. Дверь оказалась приоткрыта. Лёва сидел за последним компьютером у стены. На нем болталась темная толстовка, рукава натянуты на ладони, рядом на столе лежала разобранная мышка, энергетик, кола и кружка кофе, которую он явно забыл допить еще с вечера. Позавчерашнего дня.

Тася подошла и положила флешку перед клавиатурой.

— У тебя десять минут, — сказала она.

Лёва поднял глаза.

— Доброе утро тебе тоже.

— У меня насыщенный день.

— Я вижу.

Он взял флешку, вставил в ноутбук и только после этого посмотрел на Диму.

— Сокол?

— Соколов, — поправил его Дима, как поправлял каждого.

Лёва закатил глаза.

— Принес листочек с дежурством? У меня как раз черновики закончились.

Тася неудачно подавила усмешку. Лёва щелкнул мышкой, нахмурился, потом открыл какую-то свою папку с кучей файлов.

— Кто выдернул флешку, как дикарь? Кто так обходится с техникой?

— Не знаю, — Тася выдохнула. — Но подозреваю, что владелец какой-то психованный из-за оценки.

— Очень похоже.

Дима оперся на соседний стол.

— Спасти можно?

— Сейчас посмотрим, насколько человек любит делать резервные копии.

— Он не помнит название презентации, — уточнила Тася. — Но там что-то про биологию.

— Тогда нет, — спокойно ответил Лёва.

От него всегда было одно и то же ощущение: все звучало чуть суше, чем у других, но почему-то от этого легче дышалось. Лёва не суетился, не делал страшных глаз, не спрашивал «а как же так получилось». Открывал, смотрел, чинил, не задавал лишних вопросов — в общем, просто помогал Тасе и делал ее жизнь чуть спокойнее.

Дима, кажется, это заметил.

— Ты часто ей помогаешь? — спросил он.

Лёва не отрывался от экрана, даже не опускал взгляд на клавиатуру, печатал так.

— Когда она приходит с видом «все срочно», да.

— То есть часто.

— Я вообще-то тут, — отозвалась Тася. — Могу выйти.

— Нет, — одновременно сказали парни.

Лёва усмехнулся.

— Нашел.

Он скопировал файл на рабочий стол, проверил, что презентация открывается, и протянул флешку обратно.

— Скажи своему несчастному парнишке, что он мне должен извинение за то, что я увидел в папке с нетривиальным названием «домашка младшего брата».

— Скажу, что ты спас его защиту, диплом, работу, брак и троих детей.

— Не преувеличивай. Детей максимум двоих.

Тася уже взяла флешку, но Дима вдруг спросил:

— Слушай, а ты же Тасе бот собирал?

Лёва поднял глаза.

— Ну да.

— Еще кому-то в школе делал что-то похожее? Форму, анонимку, что угодно?

Лёва откинулся на спинку стула.

— Не-а.

Дима скрестил руки на груди.

— Точно?

— Сокол, если бы я каждому второму в этой школе собирал ботов, я бы уже сошел с ума. Мне одной белки хватает.

Тася фыркнула.

— Это была не шутка, — заметил Лёва.

— Тем более.

Дима ничего не ответил, только кивнул, но взгляд у него остался внимательный, цепкий. Тасе это не понравилось.

— Все? — спросила она.

— Все, — ответил Лёва.

— Тогда мы пошли. У нас, как выяснилось, очень плотный график.

— Я заметил.

У двери Тася обернулась.

— Эй, мальчик-гений Джимми Нейтрон!

— М? — Лёва тоже обернулся.

— Спасибо.

Он махнул рукой и снова уткнулся в экран.

— Иди спасай человечество.

В коридоре Дима молчал до самой лестницы.

Только когда они начали подниматься, он спросил:

— Ты точно ему доверяешь?

Тася крепче сжала флешку в ладони.

— Да.

— Просто да?

— Дим, он мой старый друг. Он мне бота собирал. И вот это все тоже чинит без лишних вопросов. Что тебе не нравится?

— Не знаю.

— Очень содержательно.

— Он соврал бы, если захотел.

Тася шумно выдохнула.

— Это интуиция?

— Это наблюдение.

Ну конечно! Она замечала за ним это и раньше — Лёва вообще выпадал из Диминого понимания школьной системы: мог официально прогулять урок, но зайти на пару минут, чтобы настроить проектор или еще по какой-то технической мелочи, и его снова отсылали в кабинет информатики. Дима же смотрел с настороженным вниманием, будто в попытке нащупать границу, за которой Лёвина лень превращается во что-то другое — что стало причиной инцидента в медиа-центре. И Тасю бесило, что сейчас он, кажется, опять решил искать эту границу.

— А ты всем так не доверяешь или только тем, кто умеет делать то, чего не умеешь ты?

Тася уткнулась в бот, поэтому не заметила, как Дима изменился в лице.

готово

флешка в кактусах в цветочном углу на втором этаже

Честно — пункта выдачи в кактусах никогда не было, Тася придумала его только что, потому что вредничала. Ответ прилетел:

спс

* * *

После уроков у гардероба как обычно было тесно и шумно. Тася застегивала куртку, когда рядом возник Дима, чтобы тоже одеться. Они молча стояли спиной к спине, пока Тася не обернулась — поняла, что перегнула:

— Извини.

Вышли из школы вместе. На улице подмораживало, дворники еще не успели засыпать дорожки песком, и Тася пару раз проехалась подошвой по льду, прежде чем нашла равновесие. Автобус у остановки покосило в бок от того, как в него набились работяги и студенты, народ тянулся к метро.

— Завтра что? — спросил Дима.

— Пока не знаю. Может, все решат пожить спокойно, и я выйду на пенсию?

— В шестнадцать рано.

— Могу себе позволить, — она показала скрин зачисления на несколько тысяч рублей.

— Это из бота? — удивился Дима.

— Да, донат, может, от последнего анонима. Так как это наше общее дело, можем потратить деньги вместе и опять зайти в точку?

Сзади послышался голос Сони:

— Дим, подожди!

Он обернулся. Соня догнала их у ворот, поправляя на плече сумку.

— Привет, — выглянула из-за плеча Тася.

— Ой, привет, — она сразу повернулась к Диме. — Ты домой сейчас? Пойдешь со мной? Я не хочу одна слушать мамины голосовые по дороге.

— Пойду.

Это прозвучало так просто и привычно, что у Таси внутри неприятно дернулось.

Дима повернулся к ней:

— Тогда до завтра? Деньги можешь Лёве отправить, я думаю, он заслужил.

— Угу.

— Напишешь, если что-то прилетит?

— Может быть.

— Белочкина.

— Напишу.

— Спасибо.

Он кивнул и ушел с Соней вдоль улицы. Та что-то говорила ему быстро и раздраженно, он слушал, потом взял у нее сумку, хотя она явно не хотела отдавать.

Тася смотрела им вслед дольше, чем надо.

— У-у-у, — протянула рядом Алина.

Тася даже не вздрогнула.

— Молчи.

— За что? Я еще ничего не сказала.

Подруга встала рядом, сунув руки в карманы.

— Ну, если хочешь мое очень ценное мнение, — все-таки сказала она, — ты сейчас выглядишь так, будто только заметила, с каким человеком училась на протяжении стольких лет.

Тася резко повернулась к ней.

— Ты вообще их видела?

Алина прищурилась, потом медленно расширила глаза.

— Oh. My. God.

— Даже не начинай.

— Тась.

— Нет.

— Ты ревнуешь.

— Как дела с Костей?

Алина зашикала, Тася рассмеялась, и обе подруги направились в сторону дома.

Телефон снова завибрировал, сообщение появилось в чате с утренней проблемой.

я переписала письмо и отдала мише

нужному мише

Тася улыбнулась и убрала телефон в карман.

Ладно.

Хотя бы у кого-то сегодня день закончился нормально.

ГЛАВА 4: Попугай

Половина школы кашляла, вторая половина чихала.

Тася хорошо себя чувствовала с утра. Последние несколько дней недомогала, но сегодня ей правда было неплохо. Всего лишь горло царапало, нос то закладывало, то отпускало, а голова была тяжелой и мутной.

Учеба опять просела, поэтому Тася не могла прогуливать, и лишь рассчитывала на то, что если вести себя как здоровая, то она и будет здоровой.

На первой перемене план дал трещину.

Она стояла у окна на втором этаже и переписывала у Алины домашку по обществу, когда чихнула так громко, что проходящие мимо младшеклассники взвизгнули.

Алина свела ладони вместе.

— Ну все.

— Что «все»?

— Ты заболела.

— Неправда.

— Правда. Ты чихаешь, как мой дед. Помнишь, что с ним было?

— Он умер. Но, Алин, ему было за девяносто, и умер он от рака простаты.

— И что?

Алина сунула ей упаковку бумажных платков и продолжила, как ни в чем не бывало:

— Хорошо, сменим тему, пока ты вытираешь сопли — сегодня после школы я опять к Марине Львовне.

— Она решила тебя взять обратно?

— Да. За дополнительную плату. Буду снова изображать человека, который мечтает поступить на юрфак, чтобы моя мама расплакалась от счастья, дала мне денег, и от счастья плакала уже я.

— А что так? Я думала, с прошлого раза мы все уладили.

Алина махнула рукой.

— Потом. Давай о тебе — ты когда в последний раз открывала литературу?

Тася вытащила платок и высморкалась.

— У меня сложные отношения с Онегиным.

— У тебя со всеми сложные отношения, что требуют от тебя дольше пяти минут наедине.

— Ложь.

Это была правда. Сборник по литературе лежал в рюкзаке уже третью неделю. Английский хотя бы иногда открывался, обществознание чуть меньше, но все же. Литература просто ездила с Тасей по школе и до дома.

— Зато Соколов, — сказала Алина, кивнув в конец коридора, — уже решил десять профилей до завтрака.

Дима и правда шел к ним с толстым сборником по математике под мышкой и закручивал термокружку. Он выглядел бодрее Таси только на первый взгляд. Если присмотреться, было видно, что тоже не выспался, либо недомогает.

— Доброе утро, — сказал он.

— Привет-привет, — отозвалась Алина. — У Таси чума, а у тебя как дела?

Тася снова чихнула так, что кружка в руках Димы дрогнула от его удивления. Он перевел на нее взгляд.

— Иди домой, я сам предупрежу учителей.

— Вы сегодня сговорились?

— У тебя голос сел.

— Сейчас встанет, — Тася прочистила горло.

Дима дал ей минуту славы, после чего поставил термокружку на подоконник, и, придерживая сборник, полез в карман за таблетками для горла.

Тася посмотрела на него с подозрением, лишь предполагая, что он еще таскает в штанах, но блистер взяла и достала оттуда одну таблетку, остальное протянула обратно.

— Спасибо, чумной доктор, но я не развалюсь.

— Хорошо, — сказал он. — Но ты можешь заразить других.

— Кого других? Все болеют. Алина только держит оборону.

Алина тем временем взяла термокружку, понюхала ее содержимое и выразительно сморщила лицо.

— Староста, я знала, что ты вывозишь свою деятельность на чем-то запрещенном, но не знала, что на этом.

Тася навострила уши, Дима в замешательстве забрал кружку и сам недоверчиво понюхал.

— Ну да, все верно. Это латте на кокосовом молоке.

Алина закатила глаза и собрала с подоконника свои учебные материалы.

— Эта простуда действует на ваши шуточные рецепторы, а я не хочу подцепить отстойное настроение, поэтому чао-какао.

Телефоны завибрировали у троих.

Черновик.

Тася выпрямилась и открыла пост.

На фото был кабинет Марины Игоревны с огромным букетом пионов на столе:

Не 8 марта и даже не 1 сентября. А вы знали, почему англичанка не афиширует свои отношения?

Все прочитали и заметно напряглись.

— Отстой, — вынесла вердикт Алина.

Перед глазами Таси всплыл белый конверт из зимней почты. Если его действительно кто-то вытащил специально, он мог заметить и письма Марине Игоревне, и теперь хочет использовать ее для своих сплетен.

Рядом с ней Дима поднял голову.

По коридору как раз шла Ника с камерой на плече и папкой под мышкой. За ней тащились помощницы-близняшки со штативом и пакетом удлинителей.

Дима шагнул вперед.

— Ника.

Она обернулась на ходу.

— О, вы.

— Нам надо поговорить, — сказал он.

— После второго, ладно? У меня сейчас съемка.

— У тебя всегда съемка, — кашлянула Тася.

Ника улыбнулась, легко, без всякого смущения.

— Я востребованная.

И пошла дальше.

На втором уроке Тася перестала делать вид, что чувствует себя нормально.

Голова гудела. Горло жгло даже после таблетки. Нос заложило уже всерьез. Она просидела половину русского с ощущением, что если встанет — ляжет.

На перемене даже подумывала пойти домой, но бот прислал сообщение, которое сначала показалось ей бредом на фоне температуры.

у меня в школе попугай

кефир

Тася моргнула.

Прочитала еще раз.

мой

попугай

Она протянула телефон Диме.

— Это правда или мне мерещится?

— Милый кот на заставке. Твой?

— Ой, да, — Тася разблокировала телефон.

Следующее сообщение появилось перед их глазами:

я носила его перед уроками к ветеринару и не успела донести до дома