Созидатели: цена истинности

— Вижу, нашёл с ним общий язык, — улыбнулась я, заметив, как Эстель слегка покраснела, услышав комплимент, и незаметно, но нежно коснулась руки Элариона. — Эстель, не торопись, — мягко, но настойчиво сказала я, обращаясь к ней. — Еле собрала себя по кусочкам после всего, что произошло. Телу и душе нужно время.— Не тороплюсь, — тут же ответила она, и в глазах была твёрдая непоколебимая уверенность. — Чувствую себя лучше, чем когда-либо.

Вышли к трактиру, обошли его сзади и замерли, поражённые открывшимся зрелищем. У подножья горы, где недавно была лишь выжженная мёртвая поляна, возвышалась настоящая красота. Стройка кипела жизнью: стучали молотки, перекрикивались рабочие, скрипели телеги с материалами. Посреди хаоса уже стояло готовое величественное здание.

От группы рабочих отделился Лиор. Высокий широкоплечий мужчина с умными цепкими глазами и мозолистыми руками, наш главный строитель и талантливый архитектор. Выглядел уставшим, покрытым строительной пылью, но глаза горели энтузиазмом и профессиональной гордостью.

— Приветствую, хозяйка! — широко улыбнулся он, разводя руками и указывая на здание. — Вот, принимай работу. Как архитектор могу с уверенностью сказать: фундамент заложен на века, фасад выдержит любую бурю.

Медленно обойдя здание, осматривая каждую деталь, оценивая работу главного строителя, я выдохнула:

— Лиор, это... красиво. Четыре этажа, идеальный симметричный фасад из светлого прочного камня, широкие окна, пропускающие свет. Но послушай, на верхних этажах хочу сделать элитные квартиры с нестандартной мебелью из моего мира. Диваны необычных форм, встроенные шкафы, эргономичные кухни. Есть хорошие мастера, плотники и столяры, которые смогут сделать это по моим чертежам?

Глаза Лиора загорелись профессиональным азартом

.— Есть бригада эльфийских столяров, работающих с деревом так, будто оно живое, и гномы-камнетёсы, вырезающие любую форму. Дайте точные чертежи, хозяйка, сделаем мебель, которая превзойдёт любые королевские покои.

— Отлично, — кивнула я.

Зашли внутрь. Лестница была шикарной, плавной, витой, спроектированной с учётом удобства и эстетики. Вместо привычного скучного кафеля полы и стены отделали безумно красивым полированным камнем, переливающимся в лучах света и создающим ощущение роскоши и уюта. Квартира-студия на первом этаже была светлой, просторной, с высокими потолками. Ванную выложили тем же потрясающим камнем, с идеальной гидроизоляцией.

— Вот, — сказал Лиор, подходя и понижая голос, словно делился государственной тайной. — Ваша помощница Эстель объяснила, как будет вытекать вода. И эти... трубы, как она называла, будут в каждой ванной. Канализация, вроде она сказала, выведена за пределы здания в специальный септик, спроектированный с учётом уклона местности.

Почесав затылок, он выглядел озадаченным, но заинтригованным.

— А вот что такое «унитаз», так и не понял. Но как хороший архитектор оставил для него место в каждом санузле, как просили, с отверстиями в полу и стенах под трубы.

Не сумев сдержать улыбки, я сказала:

— Сейчас покажу.

Протянула руку в пространственное хранилище. Пространство слегка дрогнуло, и с лёгким хлопком я вытащила настоящий белоснежный современный фаянсовый унитаз с бачком. Лиор отшатнулся, округлив глаза от неожиданности, и внимательно осмотрел гладкую идеально белую поверхность.

— Боги милостивые... — выдохнул он, осторожно проводя рукой по холодной эмали. — Идеально гладкий материал, не похожий ни на глину, ни на камень. Хозяйка, позвольте спросить... ваш пространственный камень, в котором храните это, тоже огранённый? Насколько сложна структура, если вмещает такие крупные хрупкие предметы без повреждений?

Улыбнувшись, оценивая внимательность, я ответила:

— Многослойный искусно огранённый артефакт высшего порядка, Лиор. Внутренняя структура стабилизирует пространство, поэтому ничего не ломается и не портится. Но это тема для отдельного разговора. А сейчас смотри: это туалет. Сюда садишься. Труба с чистой водой соединяется сбоку, канализационная идёт снизу. Вот так. Нажимаешь кнопку на бачке, вода смывает нечистоты вниз. Гениальная гигиеничная конструкция, поверь.

Лиор обошёл унитаз, тронул пальцем, словно боясь, что это иллюзия или хрупкое стекло, изучая с профессиональной точки зрения.

— У вас таких много? — спросил он, и в голосе зазвучали нотки настоящего хваткого бизнесмена и новатора.

— Немало, — пожала я плечами. — Сколько точно, не помню, но на первый этап города хватит.

— А мне один дадите? — Лиор посмотрел с мольбой и азартом. — Попытаюсь воспроизвести. Найти местных гончаров, сделать форму из особой глазури, пустить массово. Революция в гигиене и комфорте! Прибыль пополам. Честное слово.Внимательно посмотрев на него, оценивая решимость, ум и честность, я улыбнулась.

— Не ошиблась в тебе, Лиор. Но нужна канализация. Не забывай. Над системой труб придётся серьёзно подумать, но справимся.

Сделав паузу, я задумчиво устремила взгляд вдаль, в будущее. Снова посмотрела на Лиора; голос обрёл твёрдость и чёткость.

— Лиор, хочу, чтобы ты построил деревню. Сто домов. Архитектура на твой вкус, но сделай так, чтобы ни у кого в этом мире не было ничего подобного. Недалеко от фермы, как только соберут урожай, начни на том участке. Там должно быть: две комнаты, кухня, ванная с водой и канализацией, артефакт охлаждения и небольшой амбар.

Глаза Лиора вспыхнули. Не просто профессиональный интерес, а огонь настоящего творца, получившего шанс создать нечто великое. Выпрямившись, расправив плечи, он обрёл уверенность мастера, точно знающего, что справится.

— Сто домов... — прошептал он, рука лихорадочно чертила в блокноте. — Единый стиль, но с душой. Два жилых помещения, кухня, водопровод, канализация, магическое охлаждение и амбар на две сотки. Хозяйка, сделаю это. Привлеку лучших каменщиков, эльфийских резчиков и гномов-инженеров. Будет не просто деревня. Жемчужина, образец того, как должны жить люди. Никто не видел ничего подобного, клянусь. Начнём сразу после уборки последнего снопа.

— Верю в тебя, Лиор, — твёрдо сказала я. — Сделай место таким, чтобы живущие там чувствовали безопасность, тепло и достоинство.

Достав из пространственного кармана тяжёлые мешочки с золотом, поставила их на рабочий стол. Звон монет заставил нескольких рабочих поблизости обернуться с уважением.

— А теперь рассчитаемся за рабочих и прочий труд по текущему зданию. Сам отдашь оплату, чтобы видели: мы честные люди и ценим труд. И подпишем договор о сотрудничестве. В прошлый раз, в спешке, не успели сделать официально.

— Отлично, хозяйка, — Лиор просиял; глаза блеснули при виде золота, но он тут же взял себя в руки, демонстрируя профессионализм. — Подготовил, как просили, — сказал он, протягивая перо и аккуратно сложенный пахнущий свежими чернилами пергамент.

Сев за стол, поправила свиток и начала вчитываться в строки договора. Каждое слово, каждая буква подтверждали: мы больше не просто выживали или прятались. Мы строили. Создавали свой мир, крепость, настоящий дом. И ничто в этом мире не могло нас остановить.

Глава 6. Клятвы, золото и возвращение

Я села за импровизированный стол — широкий деревянный ящик, который Лиор использовал как верстак для чертежей, — и пробежала глазами договор, разложенный передо мной с такой тщательностью, словно это был священный свиток. Вокруг кипела работа: стучали молотки, скрипели телеги с материалами, перекрикивались рабочие. Но Лиор создал вокруг нас небольшой островок спокойствия, и я чувствовала, что он полностью сосредоточен на нашем разговоре.

Пергамент был плотным, с защитными рунами по краям, которые мягко светились даже при ярком дневном свете. Лиор оказался на редкость толковым: всё чётко, по делу, без воды. Ни одного лишнего слова, ни одной двусмысленности. Читая, я ощущала, как внутри разливается тёплое чувство удовлетворения. Наконец-то мы работали с профессионалом, понимающим, что честные отношения — основа любого долгосрочного сотрудничества.

Два типа проектов. Первый — коммерческий: элитные квартиры на верхних этажах, торговые ларьки и помещения для сдачи в аренду. Здесь Лиор получал себестоимость работ плюс двадцать процентов с каждой продажи. Если объект сдавался в аренду — десять процентов от платы ежемесячно в течение первого года. Справедливо. Чем успешнее продажа, тем больше он зарабатывает. Это мотивирует делать каждый объект максимально качественным, продуманным до мелочей, чтобы покупатели выстраивались в очередь.

Второй тип — инфраструктура по заказу: деревня для работников фермы, ратуша, склады, мастерские, жилые дома для персонала. Тут всё проще: фиксированная сумма за весь объём, выплачиваемая частями. Тридцать процентов вперёд, сорок после основного этапа и тридцать после сдачи объекта. Включает работу, зарплаты, материалы, транспорт и магическое обеспечение строительства. Архитектура — полная свобода действий Лиора, лишь бы было красиво, качественно и соответствовало моим требованиям по функциональности.

Гарантия на все постройки — пять лет. Дефекты устраняются за его счёт в течение семи дней. Инновации, внедряемые совместно, вроде канализации и массового производства унитазов, — прибыль пополам. Это было особенно важно. Я знала, что водопровод и канализация перевернут жизнь в этом мире. И Лиор, с его предпринимательской жилкой, обязательно превратит это в прибыльный бизнес. А я получу половину прибыли, не вкладывая ничего, кроме знаний из своего мира.— Всё сходится, — кивнула я, подписывая пергамент твёрдой рукой. — Ратуша и деревня — заказ, фиксированная оплата. А квартиры и ларьки — продажа, там процент. Справедливо.

Лиор выдохнул, его плечи расслабились. Он явно переживал, одобрю ли я условия. Но я видела: он не пытался обмануть или навязать невыгодное. Наоборот, предложил именно то, что честно для обеих сторон.

Протянув руку в пространственное хранилище, я начала вытаскивать мешочки с золотом. Один за другим они глухо падали на верстак, пока не образовали внушительную кучу. Звон монет, приятный и многообещающий, перекрыл даже шум стройки. Это было всё, что мы выручили у Кристофера за камни из озера. Три мешочка, каждый туго набитый золотыми монетами высшего качества.

— Лиор, вот стопроцентная предоплата на все проекты, — сказала я, откидываясь на спинку стула и указывая на гору золота. — И на деревню, и на ратушу, и на текущее здание. Хватит с запасом.

Лиор округлил глаза. Пальцы невольно дрогнули, но он не потянулся к золоту, ожидая дальнейших указаний. Рядом стояли несколько рабочих, заметивших блеск монет и смотревших на нас с нескрываемым интересом.

— Хозяйка... это очень щедро, — выдохнул он наконец. — Обычно платят частями, по мере выполнения. Стопроцентная предоплата... огромная ответственность.

— Доверяю тебе, — пожала я плечами. — Ты доказал, что мастер своего дела. Здание — тому подтверждение. Но есть одно условие. Прежде чем подпишем окончательно, нужна клятва.

Посмотрев ему прямо в глаза, я заговорила твёрдо, не терпя возражений. В этом мире клятвы имели магическую силу. Нарушивший терял всё: магию, честь, а иногда и жизнь. Рисковать, впуская в круг людей, способных предать, я не могла. Рабочие тоже должны были понять серьёзность момента.

— Клятву, что ни словом, ни делом, ни действием ты и все твои рабочие не навредите мне и моему окружению. Ни сейчас, ни в будущем. Что не будете работать на тех, кто желает нам зла. Что сохраните в тайне все секреты, ставшие известными в ходе работы. И от тебя лично хочу такую же клятву.

Лиор не моргнул. Выпрямился; лицо стало серьёзным, даже торжественным. Он понимал: это не формальность, а момент, определяющий всю дальнейшую работу. Рабочие замерли, осознавая важность происходящего.

— Разумно, хозяйка, — кивнул он. — Даю эту клятву. И мои рабочие дадут её, прежде чем приступят к делу.

Подняв правую руку, он наполнил воздух тяжёлой, древней, неумолимой магией. Глаза засветились мягким золотистым светом, когда он начал произносить слова.

— Я, Лиор, архитектор и строитель, клянусь честью, ремеслом и магией, что ни словом, ни делом, ни действием не наврежу Асе Вайлет и её окружению. Мои рабочие будут связаны той же клятвой. Буду служить верно и честно, пока она сама не освободит меня от слова. Сохраню в тайне все доверенные секреты. Клятва скреплена магией и честью.

Магия вспыхнула ярким золотистым светом, подтверждая сказанное, и растаяла, оставив лёгкое покалывание в коже. Я почувствовала, как клятва вписалась в ткань реальности, став нерушимым законом. Попытайся Лиор предать — магия накажет его сама.

— Теперь ты официально мой работник, — кивнула я, подписывая договор и передавая пергамент. — Добро пожаловать в команду.

Лиор бережно убрал договор в специальный футляр с рунами, а затем и запись клятвы на отдельном листе. Руки слегка дрожали, но не от страха, а от волнения и осознания важности момента.

— Начинаю подготовку, хозяйка, — сказал он, выпрямляясь. — Жду эскизов по деревне. Хотя, если позволите, хотел бы предложить свои варианты. Идеи уже есть.

— Действуй на своё усмотрение, — улыбнулась я, поднимаясь из-за верстака. — Доверяю вкусу. Сделай красиво, удобно, чтобы живущие там чувствовали себя счастливыми. Это главное.

— Сделаю, хозяйка, — кивнул он, и в глазах горел огонь творчества. — Клянусь, будет не просто деревня. Место, куда люди станут стремиться попасть.

Кивнув, я направилась к выходу со стройплощадки, но вспомнила про Эстель. Она всё это время была рядом, помогала, поддерживала. Заслуживала не только благодарности, но реальной помощи.

Мы вышли со стройки и направились обратно к дому. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые и золотистые тона. Эстель и Эларион ждали на крыльце. Эстель всё ещё была в старом потрёпанном платье, которое носила с первого дня. Чистое, аккуратное, но явно не первой свежести: ткань выцвела, местами заплатки, фасон устарел.

Подойдя, я взяла её за руки.

— Эстель, милая, нам пора возвращаться в Академию, — сказала я мягко. — А тебе пора приобрести гардероб для молодых девушек, а не носить этот наряд. Ты теперь не просто помощница, а управляющая фермой, важная часть команды. И выглядеть должна соответственно.

Сунув ей в руку небольшой мешочек, туго набитый золотом, я продолжила:

— Вот зарплата за всё время. Сто золотых. Хватит на хороший гардероб, украшения, всё необходимое. Не смей отказываться. Не подачка, а заслуженная плата за труд.

Эстель посмотрела на мешочек, затем на меня; глаза наполнились слезами. Прижав золото к груди, она обняла меня так крепко, что я едва не задохнулась.

— Ася... спасибо... не знаю, что сказать... — прошептала она, и слёзы закапали мне на плечо.— Ничего не говори, — улыбнулась я, поглаживая её по спине. — Просто поезжай в город и купи красивые платья. Ты молодая красивая девушка и заслуживаешь носить красивые вещи.

Эларион, стоявший рядом, тихо улыбнулся. В глазах читались благодарность и нежность — не только ко мне, но и к Эстель. Я поняла, что между ними что-то есть, но расспрашивать не стала. Пусть идёт своим чередом.

— Спасибо, Ася, — наконец сказала Эстель, отстраняясь и вытирая слёзы. — Обязательно поеду в город. Куплю что-нибудь красивое.

— Вот и отлично, — кивнула я. — А теперь действительно пора. Торн уже, наверное, всех собак сбил, ища нас.

Повернувшись к Лиору, ожидавшему последних указаний, я добавила:

— Расплатись со строителями сразу. Надеюсь, золота хватит на всё. Если вдруг нет — отправь маг-почту, дополню.

— Хорошо, хозяйка, — кивнул он. — Всё будет сделано. Рабочие получат плату сегодня же.

— Дела решены, — сказала я, поворачиваясь к Рею, уже активировавшему портал. Пространство закрутилось в воронку, открывая путь обратно в Академию. — А теперь в Академию.

Рей подтолкнул меня к порталу, и мы шагнули в него, оставляя позади закат над будущим городом. Последнее, что я увидела перед тем, как пространство сомкнулось, — Эстель, прижимающую мешочек к груди, и Элариона, нежно взявшего её за руку. Лиор уже достал блокнот и чертил первые наброски деревни.

Портал перенёс нас за считанные секунды. Оказавшись в знакомом лесу, недалеко от домика, мы вдохнули прохладный воздух, пахнущий хвоей и вечерней росой. Солнце село, небо усыпали звёзды.

— Ну что, — сказал Рей, оглядывая нас. — День был продуктивный.

— Ещё бы, — усмехнулась я. — Продали камни, подписали договор, получили клятвы, наняли Эстель... Построили будущее.

— Будущее, — кивнул Ден, выходя из тени. — Интересное будущее.

Направились к домику, чувствуя усталость, но и удовлетворение. Не просто выживали, не просто учились. Строили. Создавали свой мир, крепость, настоящий дом. И были надёжные люди, разделявшие мечту и воплощавшие её в жизнь.

Знала: завтра ждут новые испытания. Академия, Торн, экзамены, Пожиратели... Но сегодня сделали ещё один шаг к цели. И ничто в этом мире не могло нас остановить.

Глава 7. Первый день на третьем курсе: клинок, память и перчатки

Резкий, пронзительный звук магического колокола разорвал предрассветную тишину, и я мгновенно открыла глаза. Было четыре утра. За окном царила абсолютная темнота — даже луна спряталась за тяжёлыми облаками, и только магические фонари вдоль дорожек Академии бросали тусклые, дрожащие пятна света на мокрую от росы брусчатку.

— Подъём! — голос Инги прозвучал как удар хлыста.

Она уже стояла в дверях моей комнаты, полностью экипированная: короткие волосы собраны в тугой хвост, тренировочный костюм застёгнут на все пуговицы, на поясе — боевые ножи.

— Пять минут на сборы. Кто опоздает — десять дополнительных кругов. Сегодня ваш первый день на третьем курсе. И он начинается не с лекций, а с пота.

Я соскочила с кровати, чувствуя, как драконья сущность внутри отзывается на команду тёплым, ровным пульсированием. Она больше не была чужеродной силой — стала частью меня, как дыхание, как биение сердца. После пробуждения в Долине Драконов я научилась управлять ею, сливаться с ней, использовать её мощь, не теряя себя. И сейчас, в четыре утра, она была готова к работе.

Но была ещё одна сила, помогавшая мне, — память кристаллов. Когда мы пробуждали Источники, когда кристаллы входили в наши тела, они оставили нам не только магическую мощь, но и знания тех, кто владел этой магией до нас. Древние воины, мастера боя, те, кто сражался с Пожирателями тысячи лет назад, — их опыт теперь жил в наших мышцах, в нашей памяти. Я закрывала глаза и видела движения, которым никогда не училась. Чувствовала удары, которые никогда не отражала. Это было странно и одновременно прекрасно — словно за моей спиной стояли десятки мастеров, направляющих мою руку.

Через четыре минуты я была уже во дворе. Рей ждал у крыльца, его золотые глаза светились в полумраке. Ден материализовался из тени, его тёмная фигура сливалась с ночным пейзажем. Аланиэль и Каэл подошли следом; их ауры были спокойны, но готовы к работе. Рядом стояла Мия — лицо решительное, движения лёгкие и грациозные.

Инга уже находилась в центре двора, скрестив руки на груди. Она была другой. Не такой, как мы. Пришла из мира без магии — из того же, откуда и я. Поэтому её методы были земными, но от этого не менее эффективными.

— Двадцать кругов вокруг Академии, — коротко бросила она. — Темп высокий. Кто не выдержит — остаётся на базе. Начали.

Мы сорвались с места. Первые пять кругов стали разминкой: тело просыпалось, мышцы разогревались, дыхание выравнивалось. Я бежала легко, чувствуя, как драконья сила питает мускулы, делая каждый шаг мощным, но контролируемым. Но это была не только она — это была память кристаллов. Я помнила, как бегали древние воины, как распределяли вес тела, как дышали на длинных дистанциях. Их опыт сливался с моим, и я бежала не как двадцатилетняя студентка, а как ветеран, прошедший сотни битв.

Рей бежал рядом; его присутствие ощущалось как тёплая стена, защищающая от встречного ветра. Ден скользил по теням — его бег был бесшумным, почти невидимым, техника, перенятая из памяти демонов-убийц, чьи кристаллы он когда-то активировал. Аланиэль и Каэл замыкали группу, их ауры пульсировали в ритме наших шагов.

На десятом круге темп вырос. Инга не щадила нас. Бежала впереди, её стройная, но мощная фигура задавала ритм на грани наших возможностей. Я чувствовала, как пот стекает по спине, как дыхание становится тяжелее, но скорость не сбавляла. Драконья сущность внутри пела — она любила это состояние, когда тело на пределе, когда каждый мускул работает на полную мощность. А память кристаллов шептала: *«Ещё чуть-чуть. Ты можешь. Мы бежали дальше»*.

Двадцатый круг мы закончили одновременно. Все. Инга остановила нас у центрального двора. Мы замерли, тяжело дыша, но не падая. Ни один из нас не упал. Ни один не остался на базе.— Хорошо, — кивнула она, и в голосе прозвучала та самая редкая нотка одобрения. — Но это была разминка. Теперь — ближний бой. Мой профиль.

Она встала перед нами; движения чёткие, отточенные до автоматизма. Здесь она была в своей стихии. Инга не владела боевой магией, не знала клинков, не умела стрелять из лука так, как мы. Но она была мастером того, что знала, — земных единоборств. Бокс, борьба, удушающие, болевые, броски. Всё то, чему её учили в её мире до попадания в Академию. Это делало её уникальной, потому что в этом мире никто не дрался так, как она.

— Удар снизу, уход в сторону, контратака в шею, — показала она. — Но не так, как вы привыкли. Забудьте про магию. Забудьте про силу. Здесь работает только тело. Повторить двадцать раз. Затем — удар сверху, блок, подсечка, добивание. Ещё двадцать раз.

Мы начали. Удар, уход, контратака. Удар, блок, подсечка. Мышцы горели, но я не останавливалась. Инга была жёстким тренером. Не давала использовать магию, полагаться на драконью силу или память кристаллов. Только тело. Только техника. Только земля под ногами.

— Вайлет, локоть выше! — кричала она, проходя вдоль строя. — Ты привыкла полагаться на силу. Забудь. Здесь работает только угол. Только рычаг. Только инерция противника.

Я кивнула, понимая. Она была права. В азарте атаки я забывала о чистой технике, пыталась компенсировать недостаток движения магией. Инга не позволяла. Заставляла быть лучше. Быть точнее.

После сорока повторений она перешла к борьбе. Броски, удушающие, болевые. И здесь она была неподражаема. Её тело двигалось с той самой земной грацией, которая была чужда магии. Бросила Рея на землю так, что даже его драконья сила не помогла. Провела удушающий Каэлу так, что его огонь погас на секунду. Сделала болевой Дену, и даже его тени не смогли спасти.

— Магия — это хорошо, — сказала она, вытирая пот со лба. — Но в ближнем бою, когда противник вплотную, когда нет времени на заклинания, когда нет дистанции — работает только тело. И я научу вас использовать его так, как не умеет никто в этом мире.Мы кивнули. Она была права. В этом мире все полагались на магию. Все. И потому никто не был готов к тому, что делала она.

— Хорошо, — выдохнула она наконец. — Физика и ближний бой — мой профиль. Но клинки и стрельба — не моё. Я в этом новичок. Хватка нестабильна, стойка плавает, реакция на острие на долю секунды медленнее, чем должна быть. Поэтому клинковую и стрелковую части ведёт тот, кто понимает в этом больше, чем кто-либо в Академии.

Она повернула голову к входу на плац.

— Куратор Торн. Ваш генерал.

Из-под арки вышел Куратор Торн. Лёгкая боевая броня, поверх неё — потёртый плащ цвета пепла. На поясе — два тренировочных меча, на руках — перчатки Каспара, которые он носил не как символ, а как инструмент. Осанка безупречная: спина прямая, плечи расслаблены, но готовы к взрывному движению. Он не шёл — скользил, каждый шаг рассчитан, каждый взгляд сканирует пространство. Не преподаватель. Генерал, прошедший сотни битв, потерявший товарищей, выживший в войнах, где проигравшие не возвращались домой.

Рядом с ним — Рей, Ден и Аланиэль. Тоже в боевой экипировке, с мечами на поясе и луками за спиной. Не просто студенты. Его помощники. Заместители. Потому что в клинках и стрельбе они были опытнее большинства третьекурсников.

Торн остановился перед нами, положил руки на эфесы мечей и посмотрел на каждого по очереди.