Полная версия
— Во-первых, до конца рабочего дня ещё пять минут. Во-вторых, у меня мог быть важный допрос. В третьих…
— Ой, ладно тебе. — Рэмис скривился. — Я знаю, что ты зануда, можешь не напоминать. Если бы у тебя был важный допрос, ты поставил бы защиту. Поэтому я точно знал, что ничем важным ты не занят.
— Всё равно это не даёт тебе права врываться в мой кабинет без предупреждения. — Я закрыл блокнот и воткнул карандаш в стакан.
— Я твой друг, так что иногда могу и нарушить строгие правила. — Рэмис осклабился и подмигнул. — Давай, сворачивайся и поехали. Может, всё-таки со мной порталом?
— Не трать понапрасну силу. Поедем вместе на моей машине. К тому же, мне нужно ещё зайти к Эррансу и, возможно, заехать в один клуб и задать пару вопросов.
Яник ожидаемо вскинулся и навалился на стол, сверля меня взглядом.
— Эй, так нечестно! Твои вопросы подождут, а встреча у Эксерса — дело давно решённое.
Я усмехнулся. Подразнить Рэмиса и понаблюдать за его возмущённой физиономией всегда приятно.
— А если речь об угрозе жизни человека?
— Если бы это было так, ты бы совсем иначе себя вёл и разговаривал, мне ли не знать, — отмахнулся тот. — Всё, давай, собирайся. Так и быть, разрешу тебе сходить к Эррансу, но смотри, ненадолго.
— Рэмис, ты сейчас договоришься. Я, между прочим, могу тебе вообще ничего не рассказывать. — Я поморщился и убрал блокнот в ящик стола. — И если решу, что мне нужно куда-то ещё пойти до встречи у Рониэля, то так и сделаю. Тебе не помешало бы умерить пыл.
— Ладно, ладно, молчу. — Яник присел на стул для посетителей, а я нарочито медленно принялся собирать разложенные на столе бумаги, краем глаза наблюдая за тем, как он то поправляет рукава сюртука, то приглаживает волосы, то хмурится. Да уж, припекло его знатно. Надеюсь, он сможет хоть чем-то помочь с порталом в другой мир, иначе я точно пожалею, что решился на откровенность.
Глава 8
Глава 8
— Ну где его носит? — Яник в очередной раз развернулся на стуле, просверлив взглядом вход в гостиную Рониэля, и снова посмотрел на меня. — То тебя ждать пришлось, теперь Эксерса жди.
— Да мало ли, что там у него за пациент. — Я пожал плечами и заметил Эксерса, подошедшего к распахнутым настежь дверям гостиной. Тот приложил к губам ладонь, явно прося меня помалкивать.
— Знаю я этого прохвоста. Наверняка нарочно медлит, чтобы меня позлить. Отпустил уже всех пациентов и сидит хихикает, представляя, как я извожусь.
— Конечно, именно так я и сделал, — подал голос Рониэль. — Я же не мог отказать себе в удовольствии поиздеваться над тобой.
— Ну наконец-то! — Яник аж привстал из кресла. — Принёс всё, что нужно?
— Ой, а что я должен был принести? — Эксерс степенным шагом пересёк комнату и остановился возле столика, где стояли закуски, принесённые верным Жеремисом.
— Эксерс, прекрати паясничать. — Яник свернул на него глазами и нетерпеливо побарабанил пальцами по столику.
— Как гостеприимный хозяин я должен сначала проследить за тем, чтобы вы перекусили, отдохнули, а уж потом можно и задушевные беседы вести.
Рониэль, всё ещё одетый в целительскую мантию, с нарочитой медлительностью отодвинул третье кресло и сел, подобрав полы.
— У тебя совесть есть? — вкрадчиво поинтересовался Яник.
— А что такое? — Рониэль приподнял брови и перевёл взгляд на стол. С вожделением оглядел закуски, взял канапе и сунул в рот, прикрыв от удовольствия глаза.
— Рэмис, — вмешался я. — Дай человеку отдохнуть немного. То, что я расскажу, никуда не денется за пять минут.
— Вот именно, — пробубнил Эксерс, взяв ещё канапе. — А тебе не вредно научиться терпению. Расскажи лучше, как твои дела. Мне интересно.
— Будто ты сам не знаешь, как мои дела! Каждый день заезжаешь проверить детей. — Яник взял со стола графин, плеснул себе в стакан воды и сделал большой глоток.
— Но сам ты в это время на службе, — хмыкнул Рониэль. — Вот я и хочу узнать, как поживаешь ты, как себя чувствуешь.
Яник скривился так, словно Рониэль нанёс ему оскорбление.
— У меня всё в порядке, как видишь.
— А мне как раз кажется, что у тебя не всё в порядке, ты нервничаешь. Может, принести тебе успокоительного зелья?
И Рониэль весело подмигнул мне, а Яник смерил его пристальным взглядом и махнул рукой, сдаваясь.
— Ладно, не хотите — не надо. В конце концов, не так уж мне и интересно. Если захотите, расскажете. — Он потянулся к тарелке с сырными рулетиками и взял один. — Кстати, наши дамы ведь сегодня собираются у Инии, так?
— Хочешь сказать, ты не помнишь точно? — Эксерс отдёрнул руку от тарелки с фруктами, к которой потянулся, и посмотрел на Яника с беспокойством. — Рэмис, ты меня пугаешь. Уверен, что хорошо себя чувствуешь? Пойдём-ка в мой кабинет, я тебя осмотрю.
— Я же говорю: всё в порядке. Просто решил уточнить. Старею, наверное.
Я хмыкнул, уже догадываясь, что Яник непроста начал задавать вопросы.
— То же мне, нашёлся старичок. — Эксерс выдернул из подставки салфетку и промокнул губы. — Ты всё правильно помнишь, они собираются у Инии.
— Это хорошо. — Яник безмятежно улыбнулся и откинулся на спинку кресла. — Значит, вы с ней не увидитесь, ведь у тебя не будет предлога заехать за ней и сопроводить до дома.
— Почему же не увидимся? Я обязательно заеду к ней, чтобы пожелать спокойной ночи.
Рэмис демонстративно вздохнул и широко улыбнулся.
— Только это тебе и останется, дружище, если немедленно не перестанешь издеваться надо мной и поможешь с заклятием конфиденциальности. И ещё кое-что: на мне защитный амулет, так что опередить меня у тебя не выйдет.
И он довольно засмеялся.
— Вот ведь демонов шантажист! — воскликнул Рониэль. — А если я тебе скажу, что мне плевать?
— Я не поверю, потому что тебе не плевать.
Эксерс состроил печальную физиономию и полез в карман мантии, откуда со вздохом извлёк шприцы, обеззараживающий раствор, два куска бинта и кристалл.
— Неужели? — обрадовался Рэмис и тут же начал расстёгивать манжету рубашки. Я вздохнул и сделал то же самое.
— Но не потому, что я испугался твоих угроз, — широко улыбнулся Рониэль. — На мне тоже амулет. Просто хотел тебя позлить, а то без этого и встреча не встреча.
Яник, кажется, собрался что-то сказать, но вовремя вспомнил, что Эксерс ещё не взял у нас кровь, и передумал. Закатал рукав и протянул руку Рониэлю. Тот невозмутимо протёр иглу шприца раствором и не очень бережно ткнул Рэмиса. Тот аж подскочил.
— Поосторожнее можно? Я всё-таки живой человек.
— Это тебе за намерение лишить меня приятного вечера, — с милой улыбочкой сообщил ему Эксерс и, выкачав немного крови, шлёпнул на руку повязку с обеззараживающим средством. — Да и любопытный ты не в меру.
— Посмотрел бы я на тебя, если бы Адриэн что-то рассказал мне, а тебе нет.
Эксерс покачал головой и показал Рэмису язык, а потом перевёл взгляд на меня. Я невольно улыбнулся: эти двое так часто напоминают учеников пансиона, что не улыбнуться невозможно.
— Ну а ты чего такой весёлый? — Рониэль притворно нахмурился. — Нравится наблюдать, как он надо мной издевается?
— Над тобой поиздеваешься, — проворчал Яник, морщась. — Ты мне всю кровь выпустить решил?
Рониэль ухмыльнулся, взял меня за руку и, смазав её, ловко воткнул иглу. Пока набирал кровь, заметил тихо, но так, чтобы Яник услышал:
— На твоём месте я бы этому остолопу ничего не рассказывал.
— Вам обоим не надоело? — Я придержал повязку, которую Эксерс прижал к месту укола.
— Нет, — почти хором ответили эти двое.
Рониэль слил кровь в кристалл и протянул мне.
— Без меня не начинать. — Он погрозил нам пальцем, сгрёб со столика шприцы и склянку со средством и быстро вышел из гостиной. Я снова мысленно проговорил формулу заклятия, и кристалл засветился синим. Как раз в этот момент вернулся Рониэль, уже без мантии, неся в руках графин с тёмно-бордовым напитком, и прикрыл за собой дверь в комнату.
— О, настоечка от Дэнны? — Яник потёр руки и победно глянул на меня. — Ну давай, рассказывай.
— Подожди. — Я сильнее прижал повязку и опустил рукав рубашки. — Эксерс, повесь полог тишины. Лучше перестраховаться.
Рониэль не стал спорить и выполнил просьбу. Взялся за графин и разлил настойку. Яник выжидающе уставился на меня. Я взял бокал и повертел его в пальцах. Рониэлю про Полину я сказал, скорее, по необходимости, сейчас же казалось неправильным обсуждать это. Эксерс сел в кресло и тоже посмотрел на меня, сделав большой глоток настойки и поморщившись от её крепости.
— Адриэн, ну давай уже, — нетерпеливо пробормотал Яник. — Что показало вмешательство?
Я тоже сделал глоток настойки и вздохнул.
— Теперь ты издеваться будешь? — Яник поставил бокал на столик и сурово глянул на меня.
Эксерс посерьёзнел и поболтал настойку в бокале. Я перевёл взгляд на Рэмиса и всё-таки начал рассказ.
— В общем, оказалось, что я женился совсем не на Элианне Азерис.
Яник выпрямился в кресле.
— В каком смысле… не на Элианне? — Он казался непривычно удивлённым и взволнованным. — Ты что, не видел невесту до свадьбы и не знал, как она выглядит?
Рониэль хмыкнул и поднёс к губам бокал, а я продолжил:
— Девушка, на которой я женился, иномирянка. Не знаю, как так получилось, но они с Элианной очень похожи. Настолько, что даже родители Элианны не заметили подмену. Хотя на самом деле, если знаешь правду, начинаешь подмечать различия, и они достаточно существенные.
— Так, может, её родители просто знали о подмене?
— Вряд ли. — Я повертел бокал в пальцах. — Настоящая Элианна не хотела выходить за меня, она любила другого. Того, кто ей не очень подходил. И, полагаю, сбежала с ним в другой мир, а из него сюда перенеслась Полина.
— По-ли-на?
— Предупреждая следующий вопрос, скажу, что среди уменьшительных вариантов её имени нет Лины. — Я поморщился и сделал ещё глоток настойки, приятно согревшей внутренности.
Яник поднял руки в примирительном жесте.
— Ладно-ладно. И кто она? Получается, они с настоящей Элианной в сговоре?
— Судя по тому, что я прочёл в её воспоминаниях, перемещение в наш мир для неё самой стало неожиданностью. В своём мире она работала учительницей в местном пансионе, и с Элианной никогда не встречалась.
Яник пригладил бороду и схватился за свой бокал.
— А как же ей удалось перенестись в наш мир? Межмировые порталы — крайне сложная магия, и не мне вам напоминать, что она запрещена. Даже я не уверен, что смог бы построить такой.
— Друг Элианны — неинициированный маг перемещения. — Я отпил ещё настойки. — Очевидно, как-то смог построить портал и, возможно, не впервые. А Полина нашла на земле в парке кольцо, подняла его, чтобы попробовать позже найти владельца, надела на палец и очутилась на болоте недалеко от поместья Азерисов. Кольцо, кстати, оказалось ещё и переводческим артефактом.
Яник сделал большой глоток из бокала и снова задумчиво поскрёб затылок.
— Привязка на артефакт? Да ещё для межмирового портала? Это ж какой потенциал надо иметь! Почему никто не запечатал магию этого парня? Я так понимаю, раз он не подходил Элианне, значит, простолюдин?
Я нехотя кивнул, а Рониэль подался вперёд. Про Дарриена я ведь ему не особенно распространялся, но Рэмису как раз лучше знать подробности.
— Понятия не имею, как ему удалось избежать запечатывания. Возможно, у него есть ещё дар, а магию перемещения он попросту скрыл. Мальчишка в розыске, но, как я уже сказал, они с Элианной, вероятно, скрываются в другом мире.
— И что теперь думаешь делать? — Яник отставил бокал на столик и тоже подался вперёд. — Отдашь её под следствие?
— Рэмис, ты рехнулся? — возмутился Рониэль, сверкнув глазами. — Соображаешь, что говоришь?
— Отлично соображаю, — отбрил Яник и нахмурился. — Вообще странно, что Адриэн этого до сих пор не сделал с его-то прошлым.
— Вот именно из-за своего прошлого и не сделал. — Рониэль с шумом поставил бокал на столик. — Думаешь, ему совесть позволила бы отдать девочку на растерзание?
— Ой, ну скажешь тоже! Если она ни в чём не виновата, её отпустят.
— И ты в это веришь?
— Было бы странно, если бы я не верил в справедливость правосудия, — ухмыльнулся Яник. — А вот в случайное перемещение девчонки, настолько сильно похожей на Элианну, что даже родители не заметили подмену, не верю совсем. Здесь наверняка замешана тёмная магия.
— Да брось, вечно тебе в голову нелепые идеи лезут, — отмахнулся Рониэль.
— Это некоторые тут слишком беспечны. — И Рэмис покосился в мою сторону.
По рукам начали медленно разливаться потоки силы, и я не без труда преобразовал их в пламя. Светящаяся сфера сорвалась с пальцев и зависла рядом. Эксерс и Рэмис одновременно повернулись ко мне.
— Э-эй, успокойся, дружище, — тут же зачастил Рониэль. — Этот дом дорог мне как память.
— Может, вы прекратите обсуждать мою жену при мне и в подобном ключе? — ледяным тоном поинтересовался я и прожёг Яника взглядом. — Вообще-то, фактически именно на ней я женат, и с моей стороны было бы подло так с ней поступить. Я даже не представляю, как смог бы просто отвести её в Дом правосудия и сдать дежурному.
— С чего вдруг ты стал таким жалостливым?
— А разве я когда-то проявлял необоснованную жестокость? — Я послал Янику ещё один тяжёлый взгляд. — И уж тем более по отношению к тем, кто заведомо слабее и не может дать отпор. Поэтому ни о каком следствии и речи быть не может, Полина рискует его попросту не пережить. Она и от моего осторожного вмешательства чуть не умерла.
— Это ли не признак того, что с её сознанием кто-то поработал? — Яник недоверчиво приподнял брови. — Она иномирянка! Как ты можешь быть уверен, что её не подвергали заклятиям и тёмной магии?
— Как раз потому, что она иномирянка, на неё многие вещи и действует странно, — вмешался Рониэль, на что Яник издал очередной скептический смешок.
— В её мире вообще нет магии, насколько я понял. — Я пожал плечами, хотя подозрения Рэмиса оставляли на душе неприятный осадок, накладываясь на мои собственные. — У них всё больше какие-то технические изобретения.
— Так, может, у них как раз магия высшего порядка, недоступная нам? И ты просто не видишь швов и прочих следов воздействия?
— Не думаю, что это возможно. Да и если сопоставить, как она вела себя после перемещения… Человек под любым воздействием ведёт себя так, как заложено заклятием. А Полина испытывала нормальные в её положении чувства: страх, отчаяние, надежду вернуться домой. Много плакала.
— И всё-таки… на твоём месте я бы не рисковал. В конце концов, ты хотел жениться совсем на другой девушке, так зачем тебе возиться с какой-то непонятной иномирянкой?
Я с силой сжал пальцы, пытаясь не сорваться. Конечно, знал, что Рэмис начнёт городить подобную чушь, но не думал, что всё это меня настолько покоробит.
— Рэмис, ты бы всё-таки последил за языком, — с неожиданной резкостью осадил его Рониэль. — А то он у тебя не в меру длинный. Даже если забыть о том, что Полина фактическая жена Адриэна, она в первую очередь женщина, и будь добр в моём доме высказываться о женщинах с должным уважением.
— Вот-вот, — кивнул я, смерив Яника тяжёлым взглядом.
Яник закатил глаза и сделал больший глоток настойки.
— Все такие правильные, аж зубы сводит, — пробурчал он и снова посмотрел на меня. — Ладно, допустим, ты оставил её себе. Но ведь рано или поздно её личность раскроют. Вполне возможно, что вернётся настоящая Элианна, и что тогда?
— Я сделаю всё, чтобы обеспечить ей безопасность. — Я слегка сжал бокал, и по стеклу пошла трещина. Хорошо хоть только сверху. Пришлось быстро отставить его на столик.
— Рэмис, на твоём месте я бы прекратил болтать всякую ерунду, а то Адриэн меня без посуды оставит. — Рониэль покачал головой. — Сейчас за другим схожу.
— Не надо, — отмахнулся я. — Не думаю, что беседа будет долгой.
Яник покачал головой, но не угомонился.
— То есть тебе вообще всё равно, что вместо Элианны тебе подсунули совершенно другую девицу? Ты же женился именно на ней по какой-то причине, так?
— Я вроде уже говорил, что женился не по любви. Так какая мне разница, на ком быть женатым? Полина достаточно похожа на Элианну, чтобы все верили, что она и есть Элианна. А представь, как захлебнулись бы ядом сплетники, если бы выяснилось, что мне, как ты выражаешься, подсунули не ту невесту? «Сплетнику» хватило бы работы на год вперёд. Нет уж, мне скандал не нужен. Моя женитьба сама по себе уже достаточный повод для сплетен.
— Но ведь твоя жена не может вечно притворяться! Так что всё равно придётся как-то выкручиваться. Ей понадобится метрический кристалл. Мало ли что…
— Я обязательно подумаю, как всё это устроить. Главное, осторожно подвести родителей настоящей Элианны к тому факту, что дочь сбежала неизвестно куда.
— Кстати, а вот откуда такая уверенность, что её родители не в курсе и не в сговоре с дочуркой? — Яник отставил бокал и потянулся к подставке с салфетками. — Может, это вообще их проделки. Я всё-таки не могу понять, как они могли не увидеть, что это не их дочь?
— Я думал об этом, но… сильно сомневаюсь, что родители как-то замешаны. Они дорожат репутацией. Отец перед свадьбой сам предложил проверить дочь у менталистов. И ведь я вполне мог согласиться или проверить её сразу лично, так что они сильно рисковали. Если бы знали о подмене, скорее всего, вели себя как-то иначе и старались сделать всё, чтобы я не догадался.
— И ты вот так запросто поверил в то, что Элианна потеряла память? Что им стоило солгать?
— Её отец был явно подавлен и боялся, что я отменю свадьбу. Сомневаюсь, что можно так искусно притвориться. Я сначала предположил, что это очередной план Элианны, и ожидал подвоха. Как видишь, зря.
Яник задумчиво провёл пальцем по губам.
— Но это же их дочь, неужели можно вот так запросто перепутать родную дочь с другой девушкой? Тем более ты утверждаешь, что они не так уж и похожи.
— Они злились на Элианну и, очевидно, старались как можно меньше общаться с ней после того, как она начала бунтовать. А если не присматриваться, сходство всё же большое. Да и кольцо каким-то образом даёт иллюзию.
— Неужели это кольцо смог изготовить и зарядить какой-то мальчишка-неуч? — Яник скептически поднял брови. — Всё-таки в очень странную историю тебя впутали, дружище.
— Рэмис, ты опять? — возмутился Рониэль, до этого молча потягивавший настойку.
Я поморщился и сжал пальцы, стараясь взять силу под контроль.
— Не спорю, странностей много, и я постараюсь с ними разобраться. Однако я уверен в том, что Полина — жертва обстоятельств. Неважно, был ли это коварный план настоящей Элианны и её друга, или всё вышло случайно, но она точно ни в чём не виновата.
— Такое чувство, что она тебе просто понравилась, вот ты и пытаешься сам себя успокоить, — проворчал Яник и взялся за графин, чтобы подлить себе настойки. — Я даже могу тебя понять: после стольких лет одиночества рядом постоянно мелькает симпатичная молодая женщина. У любого бы мозг отключился. Но такой беспечности я от тебя не ожидал.
— Я просто стараюсь мыслить рационально, — процедил я. — И, если тебя так уж волнует эта тема, да, Полина мне нравится. Просто как человек, а не как женщина. Она спокойная, хорошо воспитанная и старается сделать всё, чтобы выжить в новых условиях. Не устраивает истерик, не совершает необдуманных поступков.
— Мне кажется, что у тебя какой-то совсем другой план насчёт этой женитьбы. — Рэмис откинулся на спинку кресла и почесал голову. — Честно говоря, не верю в то, что тебя так уж волнуют слухи и репутация. Столько лет ты об этом даже не задумывался, и тут вдруг решил поправить собственный моральный облик в глазах других людей? Не очень-то правдоподобно звучит, согласись.
Я невольно поёжился. У Яника хватит ума додуматься до настоящей причины моей женитьбы.
— С чего ты взял, что меня это не волновало? — поинтересовался я.
Яник пожал плечами.
— Я тебя очень давно знаю.
— А мне кажется, ты, как обычно, придумываешь всякую ерунду. — Рониэль искривил губы в насмешливой ухмылке. — Любой человек может со временем пересмотреть свои убеждения. С возрастом многое начинается видеться иначе. Ну будто ты сам не замечаешь.
— То есть ты веришь, будто Адриэну важна репутация? — Яник тоже усмехнулся, но взгляд остался серьёзным.
— Вполне верю. — Рониэль покивал. — И то, что вместо Элианны он женился на другой, даже лучше: Полина и правда хорошая девушка, и если Адриэн не будет идиотом, она сможет сделать его счастливым.
— Вообще-то, я собирался отправить её домой. — Я сосредоточился на том, чтобы застегнуть пуговицу на манжете рубашки и не сорваться. — Ведь если неинициированный маг смог построить портал, то, думаю, кому-нибудь вроде Яника это тем более под силу.
— И зачем тебе это? — Рэмис явственно скривился. — Мало того, что крайне сложно, а то и невозможно, так ещё и незаконно. Сдай её властям, потребуй у Азерисов компенсацию и найди себе другую женщину, раз уж тебе вдруг стала так важна репутация.
По телу пробежала горячая волна, и я, подавшись вперёд, отчеканил:
— Если ты ещё раз позволишь себе высказываться о Полине, как о вещи, с которой можно делать всё, что угодно, я клянусь, наплюю на законы, вмешаюсь в твоё сознание и сотру из него сегодняшний вечер. Потому что я рассказал тебе о настоящей личности моей жены в надежде, что ты поможешь ей вернуться в родной мир. Но, вижу, зря решился на откровенность.
Я резко поднялся из кресла и направился к выходу из гостиной, бросив Рониэлю:
— Эксерс, прости, если что-то вдруг случится с твоим садом. Я потом всё поправлю.
И, разорвав купол тишины, вышел в прихожую. К счастью, Жеремиса поблизости не было. Из гостиной послышался гневный голос Рониэля, но я даже вслушиваться не стал. Открыл входную дверь и вышел в сад. Сила как-то разом улеглась, осталось только неприятное покалывание во всём теле. Я прошёл к скамейке под огромным кипарисом, присел и закрыл глаза. Запах хвои приятно пощекотал ноздри, и стало спокойнее.
Конечно, я ожидал от Яника подобных речей и даже был к ним готов. Это добряк Рониэль может посочувствовать бедной Полине, а вот Рэмис мыслит цинично и рационально… иногда даже слишком. Хотя… что это я? Мыслим мы с ним одинаково, просто Полина и в самом деле вызвала у меня необъяснимое сочувствие.
Впервые за много лет я по-настоящему начал за кого-то переживать, но не в последнюю очередь потому, что девчонка мне уже не совсем чужая. И, может, именно поэтому слова Яника задели что-то в душе. На сей раз он зашёл слишком далеко. Придётся изображать обиду, чтобы он поскорее перестал городить всякую ерунду, и с ним можно было бы поговорить нормально. Хотя я ведь и в самом деле не выдержал и сорвался.
В последнее время нервы совсем расшатались. И всему виной Элианна Азерис с её бестолковым дружком. Если бы старшие Азерисы сразу поняли, что перед ними не дочь, а другая девушка, и отдали её властям… вряд ли я проявил бы участие. За её дело наверняка пришлось бы взяться самому, и я уж точно не стал бы жалеть Полину. Для меня она была бы лишь одной из подследственных, не более того. И как же хорошо, что Азерисы ни о чём не догадались… Или догадались, но не захотели скандала? Вот же демоны… Может, Яник и прав: как-то я слишком быстро расслабился насчёт девчонки и всей этой истории. Хотя это уже ничего не изменит: Полину я никому не отдам. Потому что она лично точно ни при чём. А вот с Азерисами нужно будет разобраться.
Дверь открылась, и в сад вышел Рэмис. Вернее, его вытолкнул Рониэль, вышедший следом. Яник выглядел каким-то пришибленным и ссутулившимся. Похоже, Рониэль хорошенько его обработал. Я усмехнулся про себя.
