Брат моего мужа

– Я люблю тебя, – говорит он, ускоряясь. – Я никогда не позволю ему снова тебя тронуть.

Я хочу ответить, но слова застревают в горле. Я чувствую только его – внутри меня, вокруг меня. Каждый толчок отзывается волной удовольствия, нарастающей, неудержимой.

Он опускает руку между нашими телами, находит клитор и начинает ритмично давить, совпадая с движениями. Я бьюсь в его руках, впиваюсь ногтями в спину, чувствуя, как внутри всё сжимается.

– Артем, – выдыхаю я. – Я сейчас…

– Давай, – шепчет он, вжимая меня в одежду. – Я с тобой.

Второй оргазм накрывает меня быстрее, чем я ожидаю. Я зажимаю рот рукой, чувствуя, как тело содрогается в его руках. Он продолжает двигаться, и через несколько секунд его дыхание сбивается, он прижимается лицом к моей шее и кончает с глухим стоном, который я чувствую губами на своей коже.

Мы замираем, тяжело дыша. За стенкой шкафа тихо – Максим всё ещё разговаривает по телефону, не подозревая, что в нескольких метрах от него рушится его мир.

Артем медленно опускает меня на пол, но не отпускает, прижимает к себе.

– Ты моя, – шепчет он. – Навсегда.

Я обнимаю его в ответ, чувствуя, как бьётся его сердце.

– Навсегда, – повторяю я.

В этот момент я перестаю бояться. Или, может быть, впервые за пять лет я пугаюсь по-настоящему – но не того, что он сделает со мной. Я боюсь, что это мгновение закончится.

Мы одеваемся в тишине, помогая друг другу, путаясь в пуговицах и ремнях. Когда я поправляю ворот его рубашки, он ловит мою руку и целует пальцы.

– Сегодня же ночью, – говорит он. – Я не хочу больше ждать.

Я смотрю на него и киваю.

Дверь в кабинет всё ещё закрыта, когда я выскальзываю в коридор и направляюсь на кухню, делая вид, что просто проходила мимо.

Мои пальцы дрожат, когда я наливаю воду в стакан. Я чувствую его запах на своей коже, вкус его губ, и понимаю: назад дороги нет.

Точка невозврата пройдена.

Глава 7. Стены слышат

– Лика!

Голос Максима из гостиной звучит неожиданно резко. Я вздрагиваю, вода расплёскивается на столешницу. Делаю глубокий вдох, вытираю руки и иду на зов.

Он сидит в кресле, нога на ногу, в руке бокал с виски. Глаза полуприкрыты, но я чувствую его взгляд – тяжёлый, изучающий, скользит по мне с головы до ног, останавливается на шее, на запястьях. Рядом на диване уже сидит Артем. Я не слышала, как он вошёл.

– Иди сюда, – Максим кивает на место рядом с собой.

Я подхожу. Сажусь на край дивана, держу спину прямо, смотрю перед собой. Боковым зрением вижу Артема – он напряжён, пальцы впиваются в подлокотник.

– Ты сегодня какая-то странная, – говорит Максим, потягивая виски. – Весь день шарахаешься, глаза красные. Опять ныла?

– Нет, – отвечаю тихо.

– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю.

Я поднимаю глаза. В его взгляде – холод, смешанный с чем-то тяжёлым, маслянистым. Жестокое предвкушение. Он медленно облизывает губы, и у меня внутри всё переворачивается.

– Артем, – Максим поворачивается к брату, – ты заметил? Жена моя в последнее время сама не своя. Может, расскажешь, чем вы тут целыми днями занимаетесь?

Артем молчит. Я чувствую его напряжение, хотя он сидит неподвижно, сложив руки на груди.

– Молчишь? – Максим усмехается. – Ну-ну. Лика, принеси ещё виски.

Я встаю, иду на кухню. Руки трясутся, когда я наливаю виски. Возвращаюсь, протягиваю бокал. Максим берёт, но вместо того чтобы отпустить, обхватывает моё запястье. Пальцы горячие, впиваются в кожу.

– Сядь.

Я сажусь рядом. Он обнимает меня за плечи, притягивает к себе, и я чувствую запах виски, табака, пота. Его рука спускается ниже, скользит по спине, сжимает талию.

– Ты какая-то напряжённая, – говорит он, и его дыхание касается моего уха. – Расслабься. Мы же семья. Правда, Артем?

Артем не отвечает. Я чувствую его взгляд, но не могу поднять глаза.

– Что, брат, не нравится, как я с женой обращаюсь? – Максим усмехается. – Завидуешь?

– Макс, – голос Артема звучит глухо, – может, хватит? Лика устала.

– Лика устала, – передразнивает Максим. Голос его становится опасным, тихим. – А ты откуда знаешь, устала она или нет? Вы тут без меня много разговариваете?