Лавка проклятых вещей для попаданки

Что здесь происходит?!

Я очнулась с самой адской головной болью в жизни.

Глаза были закрыты, потому что открыть их — означало признать, что я проснулась. А я не подписывалась на такую ответственность!

Воздух вонял ладаном, а вокруг гудели голоса. Не весёлые, как у моих бывших коллег, спорящих, кто спёр степлер, а мрачные, будто я вломилась на чьи-то похороны.

– Какая трагедия, – шептал кто-то гнусаво, с наигранными всхлипами. – Леди Иветта, ушла так рано.

– И не говорите, – подхватил другой, с голосом, будто он пробовался на роль главного злодея. – Подумать только, она должна была стать женой герцога Каэля. Проклятый союз, разрушенный самой судьбой…

Стопэ. Жена? Герцог? Проклятый?

Мой мозг зажужжал, как вентилятор в моем старом ноутбуке, пытаясь переварить информацию. Я не Иветта. Я Аня, 27 лет, бывший офисный планктон, ныне профессиональная бездельница, которая смотрела фэнтезийные дорамы, пока… о, нет.

Последнее воспоминание — скользкий пол в подъезде и мой эпичный полёт головой вниз. Я что, умерла? И попала в какой-то средневековый сериал?

Голоса не затыкались, игнорируя мой внутренний кризис.

– Говорят, её сестра, леди Лирейн, займёт её место. Уже готовится к свадьбе. Какая стойкость!

– Стойкость? – пробормотал кто-то еле слышно. – С лестницы её спихнула, вот и вся стойкость. Эта Лирейн — змея подколодная.

Я распахнула глаза. И сразу пожалела.

Во-первых, потому что прямо над моим лицом маячил тип, похожий на помесь священника с профессиональным плакальщиком. Он размахивал кадилом так, будто пытался изгнать из меня целую армию демонов.

Во-вторых, потому что я лежала в гробу. Не на больничной койке, где по идее должна была оказаться, и даже не на диване в своей однушке. А в роскошном дубовом ящике, обитом бархатом, в платье, которое, судя по всему, стоило как небольшой замок.

Храм вокруг был весь в свечах, готических арках и витражах, а толпа — в дорогих мантиях пялилась в пол, будто боялась встретиться со мной взглядом.

Я резко села, чуть не запутавшись в подоле платья.

– Простите, ЧТО?! – рявкнула я, и мой голос отразился от стен, как в дешёвом ужастике.

Толпа ахнула, будто я только что станцевала на алтаре. Дама в шляпе с перьями и бриллиантами размером с голубиное яйцо сложилась, как карточный домик, грациозно упав в обморок, а гнусавый мужик уронил платок, явив лицо, похожее на картошку, которую забыли в погребе.

– ОНА ДЫШИТ! – завопил кто-то, явно претендуя на премию за очевидность.

– Ага, без вас бы не разобралась!

Я выбралась из гроба, чуть не навернувшись из-за этого дурацкого платья с миллионом слоёв.

– Это что за цирк? Почему я в ящике? И почему тут воняет, как в магазине ароматических свечей после погрома?

Священник, тощий старик с бородой, как у дешёвого волшебника, вцепился в свой амулет и забормотал:

– Изыди, нечистый дух! Здесь не место некромантии!

– Некромантии? Серьёзно? Я просто хочу знать, почему меня хоронят заживо!

Я отряхнула рукава, пытаясь не выглядеть как человек, который только что вылез из гроба. Толпа была в панике: кто-то молился, кто-то рванул к выходу, а один парень в углу просто жевал хлеб, будто пришёл на бесплатное шоу. Он мне нравился.

– Леди Иветта?! – выдохнул молодой парень, глаза которого чуть не выпали из орбит.

– Ага, типа того, – буркнула я, начиная соображать.

Память Иветты, или как там её, всплывала обрывками. Я теперь Иветта фон Дарнель, старшая дочь графа, которую вчера «трагически уронили» с лестницы. А сегодня, судя по всему, решили закопать без лишних вопросов.

Да уж, я, конечно, была знакома с феноменом попаданства, но никогда не думала, что это будет что-то настолько реальное и применимое конкретно ко мне. С этим , определенно, нужно будет еще разобраться. Но для начала…

Я повернулась к толпе, уперев руки в бёдра.

– Так, давайте по порядку. Вы все думали, что я умерла, и вместо того, чтобы проверить, дышу ли я, сразу засунули меня в гроб? Это что, теперь так принято?

Картофельнолицый мужик кашлянул.

– Ну, леди Иветта, вы были… очень неподвижны. А леди Лирейн сказала…

– Новость для всех: я жива! – не став дослушивать его бубнеж, вскинула я руки. – И где же моя горячо любимая сестра, о которой вы все так трепитесь? – спросила, оглядывая толпу.

Все замерли, как будто я попросила их оплатить налоги.

– Леди Лирейн… не смог присутствовать, – деликатно ответил священник, явно мечтая провалиться сквозь землю.

– Потому что она готовится к свадьбе! – выкрикнула рыжая служанка с задних рядов.

– Молчи, дура! – зашипела на неё какая-то старуха.

Я медленно растянула губы в улыбке.

– Интересно. Значит, пока меня тут «хоронили», Лирейн уже примеряет мою фату и репетирует клятвы?

Толпа зашепталась. Священник закашлялся.

– Ваша светлость… вы же… умерли. Герцог получил письмо от вашего отца…

– Которое написала Лирейн! – снова влезла служанка.

Боги, я готова была её расцеловать.

Память Иветты услужливо подкидывала факты. Я была обручена с герцогом Каэлем фон Бэком — тем самым, которого прокляли ещё в детстве. И которого ни разу не видела.

Ходили слухи, что он то ли оборотень, то ли вампир, то ли просто очень неприятный тип. Иветта его побаивалась, но втайне была заинтригована — её дневник, который я теперь помнила, был забит набросками черепов, драконов и подозрительно романтичных сердечек.

Лирейн же с детства завидовала всему: моему статусу, моим платьям, которые она вечно «одалживала». А вчера, когда я спускалась по лестнице, кто-то толкнул меня в спину. И, судя по всему, это была не случайность…

Я повернулась к священнику, который выглядел так, будто хотел спрятаться за алтарём.

– Хорошо. А где же тогда сам жених?

– В… в замке, – промямлил он. – То же готовится к… э-э… завтрашней свадьбе.

Я ухмыльнулась.

– Отлично.

В моей старой жизни я была Аней — жила в крохотной квартире, работала в душном офисе, где начальник засекал, сколько минут я провожу в туалете, а величайшим карьерным достижением было не заснуть на планерке в понедельник утром. Просто же достижением — то, что я не угробила кактус за полгода. А теперь?

Я в теле Иветты, в фэнтезийном мире, где моя сестра пыталась меня убить, чтобы украсть моё место невесты, которой суждено было стать супругой проклятого герцога. И знаете что? Я была решительно настроена не профукать этот подарок судьбы!

Я выпрямилась, расправила плечи и зло посмотрела на толпу.

– Слушайте сюда. Раз уж я жива, я собираюсь разобраться со всей этой чертовщиной. Кто-нибудь знает, где здесь можно нанять свободную карету? Мне нужно домой.

Милая сестрица

Я стояла на ступенях храма, пылая праведным гневом, как дракон, которому наступили на хвост. Толпа глазела на меня, будто я только что объявила себя королевой зомби.

– Ну? – рявкнула я. – Ответит мне кто-нибудь? Или мне пешком топать до замка?

Люди отшатнулись, как от чумной. Кто-то даже перекрестился, а дама в перьях, которая только-только очнулась от обморока, снова начала оседать. Священник забормотал что-то про «нечистую силу», а молодой парнишка, судя по его одежде, чей-то паж, который минут назад чуть не потерял глаза от удивления, спрятался за колонной. Даже парень с хлебом в руках перестал жевать и смотрел на меня с опаской, будто я могла призвать молнию или, того хуже, попросить у него кусок булки.

– Нет, ну вы серьёзно? – я закатила глаза. – Ладно, разберусь сама.

Я спустилась по ступеням, подол платья волочился за мной, как хвост обиженного павлина. На улице бурлил город: торговцы орали про свежую рыбу, лошади фыркали, а кареты сновали туда-сюда. Я заметила одну с гербом — вроде бы наш, с каким-то вычурным орлом. Кучер, лысоватый мужик с лицом, будто он всю жизнь жевал лимоны, курил трубку и явно не собирался никуда ехать.

– Эй, ты! – ткнула в него пальцем. – Это карета дома Дарнель?

Он лениво глянул на меня, поперхнулся дымом и чуть не свалился с козел.

– Л-леди Иветта?! Вы же… померли!

– О, поверь, я очень даже живая и очень злая. Вези меня домой. Сейчас же.

Кучер побледнел, но спорить не стал. Видимо, перспектива везти «воскресшую» госпожу пугала меньше, чем мой взгляд, обещавший неприятности. Я забралась в карету, которая пахла старой кожей и чьим-то одеколоном, и мы покатили по булыжникам.

Пока город мелькал за окном, я пыталась собрать мысли. План был прост: доехать до дома, переодеться из этого погребального кошмара во что-нибудь более удобное и не такое претенциозное, принять ванну, потому что я пахла, как церковный склад, и разобраться с Лирейн. Желательно без рукоприкладства, но это как пойдёт.

Дома — а точнее, в огромном особняке с колоннами и статуями и маленьким фонтанчиком в виде журавля перед входом, меня встретила тишина. Ну, почти.

Слуги, завидев меня, разбегались, роняя подносы и швабры, а одна горничная завизжала и спряталась за гобелен. Что неудивительно, слухи о моей «смерти» просто не могли не разлететься.

Проигнорировала хаос, направившись наверх, в покои Иветты, которые, судя по памяти, были где-то на втором этаже.

Там я и нашла Лирейн.

Она стояла перед зеркалом в моём свадебном платье — белоснежном, с кружевом и жемчугом, которое, честно говоря, выглядело как мечта любой невесты даже из моего мира. Лирейн крутилась, напевая что-то слащавое, и поправляла фату, явно уже представляя себя герцогиней.

Её русые волосы были уложены в сложную причёску, а на лице сияла улыбка, которая могла бы растопить лёд. По крайней мере, до того момента, как она заметила меня в дверях.

– Иветта?! – фата слетела с ее макушки, а улыбка сменилась выражением, будто она проглотила лимон. – Ты… ты же…

– Сюрприз, сестрёнка! – я скрестила руки, прислонившись к косяку. – Неплохо выглядишь в моём платье. Решила, что раз я «умерла», то можно прибрать к рукам не только герцога, но и мой гардероб?

Лирейн побледнела, но быстро взяла себя в руки. Её глаза сузились, и она шагнула ко мне, всё ещё держа в руках подол платья.

– О, сестрица, ты не понимаешь! Это всё ради семьи! Герцог ждёт невесту, и я просто… взяла на себя твои обязанности. Ты же была так слаба, так больна…

– Больна? – я расхохоталась. – Ты спихнула меня с лестницы, Лирейн! Это не болезнь, это покушение!

Она фыркнула, но её щёки покраснели.

– Не драматизируй! Ты упала, а я… я просто воспользовалась моментом. Герцог Каэль — моя судьба! Он никогда не смотрел на тебя так, как на меня. Я создана для него!

– О, правда? – я шагнула ближе, и она невольно отступила. – Герцог никогда не приезжал в наше графство, чтобы иметь возможность вообще на кого-либо из нас посмотреть. Очнись, Лирейн! Можно подумать, что это ты, а не я свалилась с лестницы, хорошенько приложившись головой.

– Ты ничего не понимаешь! – прошипела она. – Почему ты вообще… здесь?!

– А в чем проблема? Не рада «выздоровлению» собственной сестры? Или боишься, что я всё расскажу герцогу?

Отца специально не упоминала, уже зная, что он, после гибели матушки, слишком сильно погрузился в управление графством, чтобы уделять какие-то толики внимание своим дочерям. Даже самой Иветте иногда казалось, что он не заметил даже бы то, если бы пропали обе. Что и и объясняло его отсутствие на моих «похоронах».

Лирейн вдруг взвизгнула и бросилась на меня, целясь ногтями в лицо, как какая-то фурия. Я была готова — спасибо той паре уроков самообороны в спортзале из прошлой жизни. Поймала её запястья и оттолкнула так, что она шлёпнулась на кровать, отчего подол ее платья задрался и она смешно барахталась пытаясь подняться.

– Хватит, Лирейн, – сказала я, нависая над ней. – Прошлой Иветты больше нет. Та, что терпела твои выходки, осталась на той лестнице. Я не она. И знаешь что? Можешь забирать своего проклятого герцога. У меня другие планы на жизнь.

Она замерла, глядя на меня, как на сумасшедшую. Потом вскочила, чуть не порвав платье.

– Да как я его заберу?! – её визг переходил на ультразвук. – Если ты жива, герцог обязан взять в жёны старшую дочь! Таковы традиции! Ты не можешь просто отказаться!

– О, ещё как могу, – ухмыльнулась я. – Только прекрати орать, как бешенная. Бери своего Каэля, его проклятье и его жуткий замок. Я тебе его официально уступаю. Но если он узнает, что ты сделала, не жди, что я буду тебя прикрывать.

Лирейн задохнулась от возмущения, её лицо стало пунцовым.

– Ты… ты не посмеешь! Я уже всё спланировала! Я буду герцогиней, а ты… ты никем!

Я пожала плечами.

– Зато живой и свободной. А ты наслаждайся своим «счастьем» с мужиком, которого боится половина королевства.

Я развернулась и вышла, оставив Лирейн в истерике посреди комнаты. Мой гнев всё ещё кипел, но теперь он был холодным и острым, как клинок. Я собиралась принять ванну, переодеться во что-то менее… гробовое и разобраться с фактом того, что я оказалась в другом мире.

Лирейн хотела герцога? Пусть забирает. А я? Я найду своё место в этой фэнтезийной саге, и оно точно будет покруче, чем роль жены какого-то проклятого аристократа.

Визуалы

✨ Привет, дорогие читатели! Надеюсь, вам понравится эта история, полная магии, юмора и приключений. Если вам нравится то, что я пишу, поддержите меня — добавьте книгу в библиотеку 📚 и поставьте лайк ❤️. А теперь переходите к визуалам и погружайтесь в мир магии и интриг! 🌟🖼️

Иветт

Ее подлая сестрица Лирейн

С глаз долой

Я захлопнула дверь за спиной, оставив Лирейн визжать в одиночестве, и пошла искать свободную комнату. Этот особняк был размером с небольшой торговый центр, так что найти пустую спальню оказалось несложно. Я выбрала одну с окнами на сад, без лишних позолоченных статуй и гобеленов с унылыми рыцарями. Внутри пахло лавандой, а не ладаном, что уже было победой.

Первым делом — ванна. Горничная, которую я поймала за шторой (бедняга чуть не умерла от страха, увидев «воскресшую» госпожу), организовала горячую воду и мыло, которое пахло, как цветочный магазин. Я содрала с себя погребальное платье, чувствуя себя, будто сбрасываю кожу, и нырнула в лохань. Горячая вода смыла запах храма и часть моего раздражения.

Пока я отмокала, память Иветты подкидывала детали: она любила книги, терпеть не могла вышивание и мечтала увидеть мир за пределами этого душного графства. Ну, хоть в чём-то мы с ней совпадали.

Переодевшись в простое платье — розовое, без кружев и корсета, в котором можно было дышать, — я почувствовала себя почти человеком. Никаких шпилек, никаких юбок размером с парашют.

Я собрала волосы в небрежный пучок и уже собиралась поискать что-нибудь съедобное, как снизу донеслись крики. Не просто крики — целый хор, будто кто-то устроил митинг в холле.

Я спустилась по парадной лестнице, той самой, с которой меня «случайно» спихнули. Внизу, у дверей кабинета отца, толпился народ. Слуги, какие-то дальние родственники, священник из храма, размахивающий кадилом, как дубиной, и Лирейн, которая орала так, будто её лишили короны. В центре всего этого хаоса стояла незнакомая тётка в чёрном, с лицом, как у вороны, которая явно мечтала кого-нибудь заклевать.

– Это происки нечистой силы! – вопил священник, брызгая святой водой во все стороны. – Её надо изгнать! Дух вселился в тело леди Иветты!

– Она не должна выйти замуж за герцога! – визжала Лирейн, ткнув в меня пальцем. – Она же умерла, теперь это мой долг! Заставьте ее исчезнуть!

– Сожгите её, ваше преосвященство! – неожиданно рявкнула вороноподобная тётка, и толпа ахнула. – Воскресшая без божьего благословения — ведьма!

Я закатила глаза, внутренне содрогаясь от ужаса. Что ж они все здесь дикие-то какие?

– Серьёзно? Может, сразу инквизицию вызовем?

Толпа притихла, и тут из кабинета вышел отец Иветты — граф Дарнель. Высокий, с сединой на висках и усталым взглядом человека, который явно предпочёл бы быть где угодно, только не здесь.

Он посмотрел на меня, нахмурился и подошёл ближе, будто проверяя, не мираж ли я. Его взгляд скользнул по моему простому платью, растрёпанным волосам и, видимо, выражению лица, которое кричало: «Мне всё это надоело».

– Иветта, – сказал он тихо, но так, что все заткнулись. – Ты в порядке?

– Физически? Да, – ответила я, скрестив руки. – Морально? Не совсем, учитывая, что меня похоронили заживо, а теперь вот предлагают поджарить.

Он слегка поморщился, будто от зубной боли. Видимо, понял, сколько напрасно угрохал денег на похороны человека, который отказался умирать.

– Давай продолжим разговор в кабинете, – твердо проговорил он, мазнув взглядом по собравшимся людям. – А вы все расходитесь. У нас здесь не проходной дом.

Толпа ахнула, будто я предложила продать замок и открыть таверну. Лирейн выпучила глаза, а тётка-ворона открыла рот, но ничего не сказала.

Только оказавшись за закрытыми дверями кабинета, в которой просочилась и вездесущая сестрёнка, отец принялся вглядываться в меня более тщательно, будто бы видел впервые.

– Ты так выросла… – произнес он задумчиво, будто бы принимая для самого себя какое-то решение. – Раз уж всё обошлось, чего ты хочешь, Иветта?

Я выпрямилась. Это был мой шанс. Иветта, может, и молчала бы, но я — не она.

– Я не хочу замуж за какого-то проклятого герцога. И на костёр, разумеется, меня тоже не тянет. Я хочу учиться. Хочу свободы. Хочу жить так, как сама решу, а не как велят традиции.

Лирейн фыркнула. Отец же посмотрел на меня так, будто я только что заговорила на эльфийском. Потом он устало вздохнул, прошёл к столу в кабинете и взял лист бумаги с печатью.

– Хорошо, – сказал он, и в его голосе было что-то среднее между раздражением и любопытством. – Пока мы не разберёмся с этим… хаосом, и раз ты так жаждешь свободы, можешь отправиться вот сюда.

Он протянул мне бумагу.

– Сделай с этим местом что-нибудь полезное, и я подумаю о твоём «образовании».

Я взяла лист, но не успела ничего спросить, как он подошел к двери и подозвал служанку.

– Передай собравшимся, чтобы держали языки за зубами. Никому ни слова о… возвращении моей старшей дочери. Это ясно? – его взгляд остановился на Лирейн. – А ты иди в свои покои и готовься к свадьбе. Герцог ждёт невесту, и, похоже, это будешь ты.

Лирейн вспыхнула, но вместо возражений показала мне язык, как пятилетка, и гордо удалилась, шурша юбками.

Судя по шуму и шепотком, остальные, нехотя разошлись, покидая коридор и бормоча что-то про «скандал» и «проклятья».

Я осталась с отцом наедине.

– Что это за место? – спросила я, глядя на бумагу. Там был адрес и название: «Лавка теней».

Отец криво усмехнулся.

– Старая заброшенная лавка, где торгуют… скажем так, проклятыми вещами. Пыльная, забытая, полная странностей. Похоже, тебе там самое место, раз ты такая… необычная.

Я моргнула. Проклятые вещи? Это что, теперь я из попаданки превращаюсь в хозяйку магической барахолки?

Но в груди загорелся азарт. Лавка, полная тайн, звучала куда интереснее, чем замужество с герцогом, который, судя по слухам, мог быть кем угодно — от монстра до просто токсичного типа.

– Договорились, – сказала я, сжимая бумагу. – Я разберусь с этой лавкой. Но вы обещали подумать об образовании.

Отец только махнул рукой, будто отгоняя назойливую муху.

– Иди, Иветта. И постарайся больше не отвлекать меня от работы.

Я вышла из кабинета, чувствуя, как гнев сменяется чем-то новым — предвкушением. Лирейн могла забирать своего герцога и его проклятье. А я? Я собиралась превратить эту «Лавку теней» в нечто эпичное. И, может, заодно и хорошенько подзаработать на свою новую жизнь.

Лавка травницы. Дайте поспать, граф!

Мария Ким

Аннотация к книге "Лавка травницы. Дайте поспать, граф!"

Дар жизни здесь — это проклятье для носителя. И я, попав в чужое тело, теперь вынуждена скрываться от преследователей в заброшенном доме травницы.

Но по ночам в мою дверь ломятся странные люди и требуют излечить их. А наутро бесследно исчезают, как и граф, грозящий мне выселением!

Вот только я купила этот дом на последние деньги и переезжать мне некуда. А с ночными гостями я разберусь и дом восстановлю, не будь я Лирель Аструм!

https://litnet.com/shrt/gSaR

Это кто сейчас говорил?..

Назвать этот день удачным было бы сродни утверждению, что мой несостоявшийся супруг, герцог Каэль, — душа компании и любимец детей.

Ближе к вечеру, когда солнце медленно сползало по небу, окрашивая окна тёплым янтарем, я всё же вернула себе свою комнату. Лирейн, не издав ни звука, но испепеляя воздух взглядом, покинула её, будто вытесненная заклинанием. Видимо, решила, что продолжать истерику ей не на руку. Вдруг решу остаться?

Комната, хоть и была теперь моей, всё ещё хранила отпечатки прежней хозяйки: щедро расставленные флаконы с духами, аромат которых был слишком сладким и приторным; занавески, настолько изящные, что казались неспособными защищать даже от вечернего света, не говоря уже о чужих взглядах.

К счастью, в интерьере не нашлось ни одного унылого гобелена с рыцарем, героически держащим копьё и скуку в равных долях. Вид из окна выходил на сад — и это было единственным бесспорным достоинством помещения.

Порывшись в шкафах и сундуках, я быстро осознала две вещи: во-первых, здешняя мода будто создана для наказания, а не для жизни; во-вторых, ни одного чемодана, сумки, мешка или хоть сколько-нибудь приличного саквояжа не наблюдалось.

Пришлось импровизировать. Огромная простыня с цветочными узорами превратилась в котомку, достойную персонажа бродячей ярмарки.

– И как только можно жить в мире, где каждое платье — это добровольная пытка? – пробормотала я, извлекая из груды тканей наряд, в котором даже вдох вызывал тревогу за рёбра.

Я собирала вещи не по принципу «подходит ли к глазам», а исходя из более насущного: «не задушит ли меня это при первом шаге».

В котомку перекочевали два удобных платья (без бантиков и кружев), изношенные ботинки, видавший «многое» плащ, немного белья и несколько украшений, которые, как я надеялась, можно будет обменять на еду или крышу над головой.

Отец ограничился словами, герцог — отсутствием, а мне категорически не улыбалось закончить свою новую жизнь в качестве голодной бродяжки.

Когда я, притягивая за собой свернутую в узел простыню, вышла из комнаты, особняк будто вздохнул от ужаса. Один слуга выронил веник, словно встретил призрака, которого сам же и вызывал. Девушка с подносом замерла, превратившись в воплощение ступора. А мальчишка в углу, поймав мой взгляд, поспешно перекрестился и метнулся за колонну, словно за ней был портал в мир без воскресших невест.

Ну что опять началось-то? Неужто они прибегают сюда только для того, чтобы изобразить первобытный ужас? Как тараканы при включенном свете, ей богу…

– Да-да, всем доброго вечера от воскресшей меня, – бросила я, не притормаживая шага. – Чего ж вы родственников не привели? Сегодня акция дня: могу провести экскурсия в преисподнюю совершенно бесплатно. Кто со мной?

Желающих не нашлось.

Прочем, как и тех, кто бы добровольно вознамерился меня проводить.

Лирейн, что и следовало ожидать, тоже предпочла театральное равнодушие. Я заметила, как её силуэт мелькнул за окном на верхнем этаже. Мы встретились взглядами лишь на мгновение: я — с насмешкой, она — с отвращением. В следующую секунду занавес дёрнулся, и окно оглушительно захлопнулось.