Полная версия
Вспомнил ее запястья под его ладонями, которые он сжимал не задумываясь, что ей больно.
Ему не важно было, больно ей или нет.
На мгновение он вообще перестал думать совершенно обо всем, кроме того, как она трепыхалась под его телом в холодной грязи под дождем. И о том, как дрожали капли воды на густых черных ресницах.
— Милорд? — в голосе Эрении прозвучало беспокойство. Он не заметил. Прихватив бутылку со стола, Эйнар вышел за дверь.
Глава 8
Лена/Лорет
Дверь захлопнулась и я остаюсь одна, в холодной спальне, чужого дома, в чуждом мире.
Сижу неподвижно, минуту, две. Может больше.
Провожу рукой по измазанным волосам. Мне подготовили ванную и вода в ней остыла. Видимо предполагалось, что я отправлюсь сразу в комнату, а не бегать по лесу.
Или по местным садистским традициям мой удел мыться после побегов в холодной воде.
Опустив руки в остывшую жидкость, я все же с удовольствием помылась. С радостью смывая с себя грязь и его запах, который пропитал мою одежду, осел на влажной коже…он был повсюду.
Я как остервенелая, тру кожу мылом и мочалкой до покраснений. Стараюсь не задевать метку. Поглядываю на нее с опаской.
Он поставил на эту штуку…Еще бы понять, что это значит.
Долго смотрю на странный узор, пока кожа покрывается колючими мурашками. Рисунок будто сформировался изнутри и мне просто не с чем сравнить, чтобы понять, что это.
Дракон, этот псих сказал, что теперь я не смогу сбежать.
Почему? Как меня остановит необычный узор?
Медленно пропустив воздух через легкие, обвожу кончиками пальцев кожу вокруг линий, сами линии стараюсь не задеть. Больше не жжет и не пульсирует. Символ будто сросся с кожей, но легкая краснота осталась.
Спонтанно занесла ладонь над запястьем и метка блеснула, пошла рябью.
— Ч-что? Что это такое?
Округлив глаза, рвано задышав, я принялась ее тереть мочалкой, в лихорадочной надежде избавиться. Конечно это не помогло.
Разочарованно плеснула водой, наблюдая, как прохладная влага стекает по узору, будто он намазан воском или чем-то влагоотталкивающим.
Огонь в камине к тому моменту, как я выбралась из ванной, почти потух.
По идее его надо разжечь и я конечно понятия не имею, как это делать. Но я попыталась.
Закутавшись в меховое одеяло, потормашила кочергой угли, подкинула поленьев.
Слабое пламя жалобно облизало деревяшки и стихло.
Натянутые струной нервы треснули, разорвались на куски. Захотелось громко заорать.
Со злости швыряю кочергу об стену и оседаю на холодный каменный пол. Снова раздираю ногтями запястье.
— Не старайся. Не сотрешь, — неожиданная усмешка заставляет меня сильно вздрогнуть, замереть на мгновение и очень медленно обернуться.
Я ведь не слышала, как открывалась дверь и как он вообще оказался в моей комнате.
Дракон стоит на пороге, насмешливо и с любопытством наблюдая за мной. В его руке бутылка и кубок.
Морщусь. Он пьян. Видно по глазам. Тяжелый, подернутый пеленой взор, кажется, что сейчас прожжет во мне дырку.
Нахмурив брови, Эйнар поворачивает голову к камину. Направляется к нему. Удивительно, но у него твердая поступь и она не выдаёт выпитый градус.
Огонь у него получается разжечь ловчее чем у меня.
Пламя ярко разгорается, пожирая подкинутые поленья и в комнате как-то сразу становится теплее и приятнее. Как минимум потрескивающие звуки разбавляют и сглаживают гнетущее молчание.
— Зачем вы пришли? — решаюсь спросить я, неотрывно наблюдая, как мужчина идет в мою сторону, пододвигает кресло и садится напротив меня, широко расставив ноги.
— Захотелось, — он пожимает плечами, наполняя кубок и ставя бутылку на пол, но к губам не подносит.
Пристально смотрит на меня, постукивая пальцами свободной руки по подлокотнику.
В этих потемневших то ли от хмеля, то ли от чего-то ещё глазах — я считываю мрак. Тяжелый, бездонный и угнетающий. Невольно сглатываю тугой ком.
— Ты расстроила меня своим побегом, — задумчиво цедит он.
— Неужели? Какая жалость, — хоть в комнате за счет разогретого камина температура поднялась, но мне и от взгляда мужчины и его присутствия откровенно зябко.
— Так зачем вы здесь? Разве вы не должны проводить приятно время в компании своей любовницы?
Уголок губ Эйнара дернулся вверх в оскале.
— По-моему, вопросы тут должен задавать я, а ты отвечать, правда, жена? — иронично усмехается.
— Но вы ничего не спрашиваете, — я насупилась, — если вам ничего не надо, то…
Не успеваю договорить. Он неожиданно оказывается совсем рядом.
Запустив пальцы мне волосы на затылке, сжимает, заставляя запрокинуть голову. Заглядывает в глаза, будто что-то считывает и удовлетворенно снова улыбается.
От него пахнет крепким вином, в расширенных зрачках сквозит тьмой. Меня охватили странные смешанные эмоции настороженности, обескураженности и взбудораженности.
— Что с тобой не так? — задумчиво спрашивает он, удерживая мой взгляд.
— А с вами что не так? — фыркаю, дергаюсь в сторону, но он только сильнее сжимает мои волосы, притягивая к себе. Не больно, но не позволяя отодвинуться, — вы ведете себя странно, я бы даже подумала, что вы влюбились и сами этого не поняли, — шеплю ему в губы.
Кажется в заполненных мраком глазах в этот момент сверкнула молния.
— Влюбился? В тебя? — с раздражением в голосе он реагирует, — ты жалкая и ничтожная, нужно быть безумцем, чтобы испытать к тебе что-то кроме неприязни.
От этих слов внутри у меня что-то взрывается, я оскаливаюсь и выпускаю когти. Рывок и на идеальной бронзовой щеке мужчины проступают красные полосы. Он словно не замечает, во всяком случае не шевелится, только деревенеет на месте. Только взгляд наполнился чем-то опасным, уничтожающим.
Мы замираем, смотря друг на друга. Глаза в глаза. Воздух в спальне мгновенно пропитывается свинцовой отравой.
Секунда, вторая, третья.
В моих висках громко тикает и я не сразу осознаю, что это мой собственный обезумевший пульс.
Четвертая секунда.
Я вскакиваю и бегу к двери. Всего пара шагов и запястье обжигает болью, от которой накатывает тошнота. Все происходит неожиданно. Падаю. Пытаюсь отдышаться. Боль проходит так же внезапно как и пришла. Взгляд упирается в его сапоги.
Эйнар опускается на корточки, подхватывает мою руку. Разворачивает запястьем так, чтобы я лучше видела, как метка светится и дрожит, будто живая. Он проводит большим пальцем по узору и линии успокаиваются.
— Видишь, у тебя не получится убежать от меня, — спокойно произносит дракон. Задумывается и растягивает губы в улыбку, — никогда не получится.
От спокойного голоса. От посвящённого мне оскала, от взгляда…И даже от его расслабленной позы — во мне затряслось все. Сознание пропиталось желчью. Мне захотелось снова поцарапать его, ударить и опять попробовать сбежать. Вот только я знаю, что ничего этим не добьюсь. Так мне его не победить. Пока. Пока сила на его стороне. И власть.
— За что вы ненавидите меня? Я ведь вам ничего не сделала, — осторожно спрашиваю. Хочу услышать вразумительный ответ. Разобраться, что он вообще от меня хочет, кроме ребенка и моей способности, чей след я пока в себе не обнаружила.
— Ошибаешься, — он щурит глаза, они заполняются льдом. Рывком подтягивает меня к себе за затылок. Произносит в губы, опаляя дыханием смешанным с крепким виноградным вкусом, — ты и твой проклятый род причинили мне и этому миру куда больше вреда, чем ты сможешь компенсировать. Но ты удивительно дешево мне обошлась. Я хочу видеть тебя сломленной и вернуть себе то, что твоя проклятая семейка у меня отняла. А ради этого я никаких денег не пожалел бы. Ты моя собственность, — он выдерживает выразительную паузу, будто насмехаясь и добавляет, — пока смерть не разлучит нас.
От последней фразы я сильно вздрагиваю, медленно и тяжело выдыхаю.
— Выпьешь со мной, жена? — дракон подносит к моим губам кубок и в нос бьет горьковато-сладкий запах.
— Что? — сначала я теряюсь, но быстро прихожу в себя. — Нет! — твердо заявляю, отпихиваю запястье мужчины. Часть вина расплескивается и брызги рубиновыми каплями растекаются по каменному полу. Я и он задерживаем на них взгляд.
Он весело смеется. Смеется так, что у меня дребезжит в ушах.
И да, он пьян.
— Вы отвратительно напились!
— Правда? — он удивленно вскинув бровь, подтягивает меня к себе. — Я настаиваю.
— Нееет…
Край кубка ударяет по моим губам холодом. Приторно-сладкая жидкость опаляет кожу хмелем. Я запаниковав, зажмуриваюсь. На мгновение кажется, что захлебнусь.
— Я помогу, — раздалось почти над ухом.
Дракон веселясь, просто выплеснул мне в рот содержимое чаши, половина из которой потекла мимо, по шее и ключицам.
Вино и вправду крепкое. Слишком сладкое, почти обжигающее полость. Вяжущее и быстро ударяющее в сознание градусом.
— Прекратите! Вы чудовище! — вскрикивая отбиваюсь. Сердце бешено стучит о ребра, в голове трещит.
— Да, чудовище. Не отрицаю, — спокойно кивает он. И я внезапно для себя затихаю.
Рука дракона по-прежнему сжимает мой затылок, не давая отстраниться. Отбросив в сторону опустевший кубок, он грубо большим пальцем проводит мне по губам, растирая остатки вина.
Странные движения, вызывающие жгучие покалывания на нежной коже. В глазах мужчины, скользящих по моим чертам, что-то меняется, я не могу понять, что. Меня бросает в жаркую дрожь.
Эйнар надавливает на уголок моих губ, они спонтанно раскрываются. Я едва улавливаю, как он резко наклоняется, в следующее мгновение ощущаю горький от хмеля поцелуй.
Сразу с первых секунд настойчивый, агрессивный, от чего сознание идет рябью. Требовательный язык раскрывает мои губы, хозяйничая во рту. Я задыхаюсь от нехватки воздуха, от внутреннего колючего трепета, от смеси немой паники, дикой злости и странного жара, опаляющего душу.
Я глухо вскрикиваю. Крик растворился в судорожном вздохе. Ладонями ударяю мужчину в грудь, пытаюсь освободиться. И в начале ничего не выходит, дракон лишь сильнее прижимает меня к себе, до треска в ребрах.
Он отпускает мои губы, уткнувшись носом в шею, жадно втягивает мой запах.
— Вы мне больно делаете! — сбивчиво бормочу, пытаясь выровнять дыхание.
— Прекрасно, — бросает он в пространство и резко отталкивает меня.
Я падаю на лопатки и тут же приподнимаюсь на локтях. Округлив глаза, в шоке смотрю на его фигуру. Он шумно выдыхает, поднимается, отворачивается, направляясь к выходу. Когда его ладонь ложится на дверное полотно, он замирает и я слышу, как он переводит дыхание. По широкой спине проходится напряжение, ладонь сжимается в кулак и в следующее мгновение разжимается, толкнув дверь. Эйнар уходит.
Под грохот захлопнувшейся двери я зло вытираю губы.
Они буквально горят от поцелуя и на них по-прежнему тлеет вкус вина и самого Эйнара.
Что на него нашло?
Хотя о чем я?
Меня вообще не волнует, тараканы какой масти в его голове устроили вечеринку. Есть дела поважнее.
Например, как мне избавиться от его метки. Да и в общем-то стоит поискать в себе способности.
Вдруг я действительно чем-то полезным обладаю?
С другой стороны…
Меряя шагами комнату, гадала, какой у меня дар? Дракон уверен, что я имею способности. Хотя он откровенно сдвинутый социопат и мог что-то напутать. Я все равно попробовала обнаружить в себе зачатки сверхъестественного.
Сосредоточилась на вазе, стараясь ее передвинуть. Потом на оставленной драконом бутылке, на случай, если ваза слишком тяжелая.
Устав терроризировать пристальным взором разные предметы, я разочарованно выдохнула. Это точно не телекинез.
Поводила руками над камином и кроме ветерка от моих движений — никакой реакции.
Заваливаясь на кровать, я скрестила на груди руки и думала. Вспоминала разные вариации способностей, перебирая в голове прочитанные книги и просмотренные фильмы. Мысленно возвращалась к планированию возможного побега.
Идеально начать издалека. Например, лучше узнать законодательство этой страны. А с ним я знакома только по первым главам книги и только в представлении Лорет, а она себя знаниями не утруждала…К сожалению и зря, ведь везде есть лазейки.
И одна из этих лазеек — сам Эйнар.
Что я о нем знаю кроме того, что он драконорожденный и высокородный представитель своей фамилии?
Да в общем-то мало.
Ненавидит род Ричи, как и все в этой стране. А может в мире.
Из описания жизни Лорет и ее знаний — семья Ричи выступила против неоспоримой власти тогдашнего правителя, а затем они собрали вокруг себя сторонников и развязали войну. Исчерпывающе, но недостаточно.
Почему это не дает покоя Эйнару?
За историей с друидами, предложившими дракону меня в качестве невесты, должно стоять нечто еще.
К тому же его одержимость моим даром…
Я нахмурилась, всматриваясь в потолок.
Дьявол, как говорится, кроется в мелочах. Лучший вариант, нащупать мелочи — подкрасться поближе к врагу или объекту наблюдения.
Да, да, Эйнар теперь мой объект наблюдения. И его любовница туда же.
Дополнительный пунктик — выяснить, кто мне помог с побегом и какие цели преследовали.
Никому не доверяй, разделяй и властвуй.
Пора вспомнить, кто я и откуда.
Улыбнулась своим мыслям. Повернулась на бок и задумчиво всмотрелась в пламя свечи. Завораживающее подрагивание рыжей сердцевины, дрожащая тень на стене и тонкая нить дыма, поднимающаяся к потолку.
В начале я хотела просто задуть фитиль, но зачем—то поднесла ладонь, наблюдая за пятном теплого света на коже. Повела ладонь в сторону, смотря за движением блика. Это незамысловатое действие помогало сосредоточиться и отвлечься от посторонних дум.
Огонек вдруг потянулся в сторону и я ошарашенно уставилась на него.
Осторожно занесла руку над огнем и пламя отклонилось.
Обвела круг, не моргая, наблюдая за движением горящего язычка.
Легкие пробило ударом воздуха, я радостно подпрыгнула на матрасе и в этот момент пламя дрогнуло, чуть не коснувшись моей ладони.
Кажется, я потеряла настрой.
Попробовала еще раз, но ничего не вышло, к тому же усталость брала свое.
Засыпала с чувством удовлетворения. Если случившееся не плод моего воображения — я на правильном пути, долгожданный дар прорезался. Вопрос к себе — могла ли я случайно и неосознанно вызвать огненную завесу ранее за ужином?
Глава 9
— Миледи, вы позволите? — тихий, но назойливый голосок разбавился царапаньем дверного полотна. — Миледи?
— А? — пришлось приложить немало усилий, чтобы оторвать голову от подушки и прохрипеть, — Мне ничего не надо, — и снова упасть лицом в перину.
Голос девушки мне не знаком.
Она настырно продолжала просить ее впустить:
— Прошу вас, меня прислал ваш супруг…гм…милорд Торгерт.
Она так уточнила, будто у меня еще один муж есть. Я измученно перевернулась на спину, растянувшись звездочкой.
Эта ночь была ужасной.
Просто ужасной.
Я уснула со счастливой улыбкой на лице, веря в свои силы, а спала и проснулась разбитой и выжатой как лимон.
Полночи мне снились кошмары. Снова лес, бег, женские крики, затем наглое приставание к Лорет дядюшки. Вишенкой на торте абсурда стал Эйнар.
Да, да он тоже мне снился. И это была самая нелепая часть сна, будто он явился опять в комнату, поднял недопитую бутылку и уселся в кресло. А дальше просто пронизывающе смотрел из темноты на меня, на то как я сплю. Его присутствие ощущалось и давило. Потом стало хуже, мужчина поднялся и двинулся ко мне. Встал над кроватью, отбросив тень. Помню, как дрогнули мои ресницы.
Мысленно прошептала: «сгинь!»
Но Эйнар из сновидений никуда не уходил, доводя меня своим присутствием до молчаливой паники и холодной дрожи. Еще в этом сне он касался моей руки. Отодвинув рукав, словно рассматривал полученные в лесу царапины со следами от ремня и хмурился.
«Спи» — прозвучало хрипло и изображение пропало, остался мрак и пустота до рассвета. Но последствия беспокойного сна заявили о себе с утра.
— Ладно, войдите, — буркнула в сторону двери.
В комнате появилась рыженькая девушка с нетипичным для служанки одеянием. Я бы даже приняла ее больше за местную адаптацию хиппи. Все как положено: пестрое платье бохо-шик, косынка обмотанная кольцом вокруг головы, браслетики, фенечки, камушки, разные амулетики и кожаная сумка через плечо с сапогами.
— Вы кто? — я села на постели, эту девушку видела впервые.
— Я Эбби, травница. Меня прислал милорд, обработать ваши повреждения.
На ходу девушка залезла в сумку, извлекла небольшую баночку и присела на край кровати.
— Вы позволите? — Эбби протянула ко мне раскрытую ладонь.
Из открытой баночки исходил сильный мятный запах.
— Сама делаете? — спросила ее про мазь, наблюдая, как девушка кивнув, осторожно наносит субстанцию зеленого цвета на незначительные царапины и ссадины. Их было не много, ободралась пока бегала по лесу от безумного муженька, но кожа вокруг покраснела и что-то подсказывало, что мыла для обработки оказалось недостаточно. Правда в чудодейственных свойствах местной народной медицины я тоже сомневалась. Мне бы йод и антисептик.
— Все нормально, миледи? — забеспокоилась девушка.
— Это ты к чему?
— У вас на руке метка, вы разозлили милорда?
Меня смутило ее заявление. Я тут же перевернула руку тем местом, где было что намазать. Нечего на проклятую метку глазеть. Мазь Эбби наносила осторожно, но толстым слоем. Стеснительно поглядывала на меня в ожидании ответа.
— Ваш милорд психопат, — сообщила ей свое мнение и отвернулась в сторону окна. Мягкий утренний свет рассеянно освещал спальню и в золотистых лучах медленно кружились пылинки. Проводила взглядом их плавное оседание на пол и повернула голову к девушке.
— Не говорите так. Милорд он…, — Эбби прикусила губу и осеклась.
Я тяжело вздохнула. Похоже рыженькая травница из френдзоны поклонниц “моего” Эйнара. Ну и кого он ко мне прислал?
Покосилась на девушку, старательно обрабатывающую мои руки и мне вдруг стало ее жаль. Ну влюблена она возможно в деспота по своей наивности, но с виду Эбби показалась мне хорошей. Ее уже судьба наказала — неразделенными чувствами. Мерзавец дракон вряд ли знает, что такое любовь.
— Эбби, а ты в замке живешь?
— Нет, миледи, в хижине с бабушкой. Мы травы собираем и отвары с мазями разные делаем. Я пока учусь и хожу по поручениям бабушки. Часто в замке бываю. Бабушка тут все деревни в округе лечит. Знаете, личный лекарь милорда Торгерта закупается у нас.
Рассказывая о бабушке, Эбби повеселела, взбодрилась. А упоминая дракона, она опять залилась румянцем, у меня аж зубы свело.
— А почему милорд просто лекаря не прислал?
Девушка смущенно и застенчиво захлопала ресницами и я перефразировала свой вопрос:
— Не подумай, Эбби, я не против твоей помощи, но по-моему, у вас с бабушкой много дел, все таки несколько деревень обслуживаете. Зачем милорду нагружать тебя дополнительной работой?
— Ой, мне не в тягость. К тому же я лучше знаю, в каких количествах лучше наносить мазь, это бабушкин рецепт. Вот видите?
Эбби освободила мои руки и я заострила внимание на ссадинах. Мазь быстро впиталась и краснота спала. Удивительно, но производство бабушки Эбби работало.
— Хм…спасибо, Эбби.
— Не за что, миледи, я оставлю баночку. Вы видели примерный слой? Вечером нанесите немного тоньше и следа не останется. Но если хотите, дайте знать и я сама это сделаю.
— Хорошо, Эбби.
— Вам нужно что-то еще? Милорд просил узнать, какие лекарства и настойки вам нужны? Могу принести замечательный бабушкин отвар для крепкого и спокойного сна.
Непонятное дребезжание в ушах и меня накрыл вакуум. Забыв про Эбби, уставилась на бутылку вина на столе. Совершенно пустую. Вчера, когда Эйнар покидал комнату — его вино так и осталось стоять у кресла на полу. Я бутылку не трогала…
Дракон ночью в моей комнате — был сном или явью?
Непрошенный холодок пробежал по спине и меня прошиб неприятный озноб. Это уже попахивает сталкерством.
— А где сам милорд? — я резко повернулась к девушке и та от неожиданности ахнула и закашлялась.
— Милорд…он тренируется.
— Где это?
— Нуу… Вам надо вон туда…
Эбби подбежала к окну, лихорадочно соображая, как лучше показать маршрут. В результате высунув руку, поводила по воздуху в предположительно нужную сторону.
— Прекрасно, спасибо, — я шустро надела на себя юбку и потянулась за блузкой.
— Миледи, но вы же понимаете, что отвлекать мужчину во время тренировки…
— Ага, — фыркнула, выходя за дверь.
Стремительно двигаясь по территории, я обогнула замок, вышла к внутреннему дворику с прачечной. Остановившись у развешанного белья, заметила силуэты прачек за висящей на веревке простыне. Я как раз собиралась спросить, где тренируется их господин.
Одна из девушек недовольно выдохнула:
— И чьи мне теперь распоряжения выполнять? Сегодня личная служанка леди Вайн заявила — все приказы леди Вайн в приоритете, а не молодой супруги. Я запуталась.
— Так все правильно тебе сообщили. Все знают, что молодая жена и не хозяйка толком.
— Как же так? — ахнула вторая, — есть же правила и обязательства.
— Есть. Леди Вайн рассердилась, вот и не зли ее. Милорд к ней благосклонен. На этом всё. Делай выводы. И вообще, я слышала, что миледи Лорет временно с нами.
— И что это значит? — у нее выпала корзинка с бельем из рук. Девушка быстро ее подхватила, качнула головой.
— А то и значит. Временная она, временная.
Я опешив, скрестила руки на груди. Вот как выходит.
То что я временная, в своем понимании этого слова — согласна. Во всяком случае, задержаться в этом аду я навсегда не планирую. Но…
Сам факт, что слуги вот так относятся к моей персоне, меня покоробил. Куда интересно меня муженек-дракон надумал сплавить? Сильно далеко, в живых то хоть оставит?
Тошнотворное ощущение осело в горле. Прачки продолжали сплетничать, обсуждая своего господина с трепетными вздохами и с ноткой зависти Эрению Вайн. Ну и меня, конечно. Я прям оказалась почти любимой темой их милого диалога.
Бедная сирота бесприданница, которой чудесным образом выпал великий шанс родить драконорожденному герцогу наследника, а сама я больше ни на что не гожусь.
Если часто слушать подобное мнение, то можно самой в него поверить.
Одна из девушек заметила меня, отодвинула простыню и зарделась.
— Миледи, доброе утро, — залепетали они в один голос.
— Ага. Доброе. Очень.
Я не стала спрашивать, где проходит тренировка, прошла мимо них, услышав перешептывание:
— Какая муха ее укусила?
— На знаю. Но не нравится она мне. Не нравится. Помяни мое слово, проблем принесет, ой.
Можете даже не сомневаться. Принесу еще как и не только проблем. К примеру, отлично умею портить настроение, только карма пока не на моей стороне. И ретроградный Меркурий.
Надо избегать местных сплетников и вообще слуг. Неизвестно, кто из них предан Эрении, а она мой однозначный враг.
Лязганье стали подсказало — я двигаюсь в правильном направлении.
За ветвями липы я заметила движение. Послышался громкий мужской смех. Отодвинув ветку дерева, увидела по-настоящему завораживающее зрелище.
